355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ханна Хауэлл » Горец-дикарь » Текст книги (страница 5)
Горец-дикарь
  • Текст добавлен: 7 октября 2016, 16:30

Текст книги "Горец-дикарь"


Автор книги: Ханна Хауэлл



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 5

Кэтрин проводила взглядом Патрика, пока тот не исчез в тенях постоялого двора, и едва удержалась, чтобы не позвать его обратно. Это было опасное дело, гораздо более опасное, чем все, что они делали раньше. Ей пришлось напомнить себе о том, что опасность увеличится стократно, если им придется вызволять Томаса и Энни из Данлоханской крепости. Возможно, это даже окажется им не по силам. Хранилища и несколько тайных проходов, которые она обнаружила еще в детстве, были единственными местами, куда можно было добраться незамеченными. Любые другие перемещения в замке были крайне рискованными.

Кэтрин решила, что самое трудное в жизни воина – это борьба со страхом. Сама она испытывала страх за каждого человека, который подчинялся ее командам. Кэтрин знала, что когда-нибудь с несказанной радостью откажется от роли командира. Как только она вернет себе Данлохан, Уильям сможет полностью заменить ее на этом посту, и она от чистого сердца благословит все его начинания. Уверенность, что правда на их стороне, придавала силы Кэтрин. Каждый человек, в котором осталась хоть капля совести, тоже бы попробовал помешать Ранальду схватить своими грязными лапами Томаса и Энни.

– Если Патрик говорит, что может войти внутрь постоялого двора и выйти из него незамеченным, значит, так оно и есть, – тихим голосом произнес Уильям.

Кэтрин кивнула. Уильям пытался успокоить ее, и это заставило ее слегка улыбнуться.

– Я знаю. Но все равно опасаюсь, что все может пойти не так, как мы задумывали. Ладно, давай подумаем о том, как мы можем незаметно пробраться на конюшню.

– И так же незаметно выйти оттуда вместе с Томасом.

– Да, это было бы идеально. – Кэтрин посмотрела направо, где сидел Лукас. – Вы можете быстро бегать, сэр Мюррей?

В ее голосе не было и намека на презрение или насмешку над его хромотой. Однако Лукас поморщился – ему совсем не нравилось, что Кэтрин обращалась к нему столь официально.

– На небольшое расстояние и не очень изящно, – резко ответил он.

– Небольшое расстояние нам подойдет, сэр Мюррей.

Она продолжала называть его сэром Мюрреем, и это раздражало Лукаса всесильнее. Без сомнения, Кэтрин пыталась заставить его почувствовать, что он для нее – чужой человек, И возможно, пыталась убедить в этом и себя тоже. Разумом Лукас понимал, что его нисколько не должна больше волновать Кэтрин как женщина. Но она его волновала. Он вспоминал о том, как Кэтрин произносила его имя, когда теряла голову от страсти, и ему хотелось вновь услышать это. Лукас покачал головой, словно пытаясь отделаться от подобных мыслей. Если они и вправду вновь станут любовничками, он будет относиться к этому как к простому удовлетворению мужских потребностей. Воспоминания о том, как Кэтрин когда-то шептала его имя, касаясь своим дыханием его кожи, как от этого его кровь чуть не вскипала в жилах, могут только помешать ему сохранять спокойствие.

Но сейчас было не время думать о подобных вещах. Лукас повернулся к Кэтрин и спросил:

– Как тебе кажется, Ранальд скоро окажется тут?

– Да, – ответила Кэтрин. – Он все настойчивей пытается поймать нас, но злоба мешает ему быть терпеливым. Он скоро перестанет искать нас в лесу, если уже не перестал. И тогда он переключится на Томаса. Обычно они с Агнес договариваются, что будут делать дальше, или она приказывает ему, как следует поступить. Но сегодня, я думаю, он примет самостоятельное решение. Ранальд отлично понимает, что его положение рядом с Агнес становится все более шатким, что с каждым разом, когда разбойники уходят от него, сомнения моей сестры насчет него все больше возрастают. Ему жизненно важно совершить нечто такое, что поможет ему удержать свои позиции. И ему наплевать, на какие подлости придется пойти, чтобы достичь желаемого.

– Тогда давай поскорее спасем мальчика от беды.

Они начали бесшумно красться по направлению к конюшне. Кэтрин молилась, чтобы Томас не решил сегодня поспать в каком-нибудь другом месте. Такое уже случалось, хоть и очень редко. Несмотря на свои черные одежды и темноту вокруг, Кэтрин чувствовала себя так, будто они идут по полю солнечным днем и все их видят. Она ощутила, как по спине тонкой струйкой катился пот, и безумно обрадовалась, когда они наконец проникли внутрь конюшни, и при этом никто вокруг не закричал при виде их – ни от радости; ни от страха.

– Вы двое гораздо лучше меня управляетесь с мечом, поэтому оставайтесь на страже, а я полезу на чердак и поищу Томаса, – прошептала Кэтрин.

Лукас смотрел, как она проворно полезла по грубо сколоченной лестнице. Ее упругие округлые ягодицы двигались при каждом шаге вверх, и Лукас почувствовал, как его тело напряглось. Он порадовался, что на нем все еще было надето монашеское одеяние, которое скрывало недвусмысленное свидетельство ею желания. Он часто размышлял о риске, на который пошел, когда решился присоединиться к отряду Кэтрин. Но Лукас понимал, что если он решит остаться с ней и ее армией, пусть даже и на очень короткое время, то ему следует прийти к какому-то решению насчет Кэтрин и страсти, которую та пробуждала в нем, иначе он вскоре совершит какую-нибудь глупость.

Кэтрин услышала Томаса прежде, чем увидела его. Мальчик едва слышно сопел во сне, и она поползла по направлению к этому звуку. Она знала, что некоторые люди, если их резко разбудить посреди глубокого сна, могут начать размахивать кулаками. Поэтому Кэтрин осторожно положила ему руку на плечо и тихонько потрясла. Она едва сдержала улыбку, когда увидела, как Томас открыл глаза, невидящим взглядом уставился на нее, а потом покраснел. Она не сомневалась в том, что лежащий под тонким одеялом мальчик был полностью одет. И потому Кэтрин предположила, что Томас смутился, поскольку она помешала ему досмотреть один из таких снов, о содержании которых посторонним даже не намекают.

Томас сел и откинул с лица густые светлые волосы.

– Моя госпожа, что-то случилось? – спросил он. – С Энни все в порядке?

Она знала, что Томас уже давно опасается за свою сестру. Мальчик боялся, что Ранальд или один из его мужчин возьмут Энни силой – так, как уже не раз поступали с другими девушками, Кэтрин поспешила успокоить его.

– Да, с ней все хорошо. Но, Томас, сейчас тебе и твоей сестре необходимо спрятаться. Ранальд начал подозревать тебя. – Мальчик ничего не ответил ей, а только побледнел. – Он ничего не говорил об Энни, но если ему не удастся поймать тебя, то мы боимся, что он попытается добраться до нее.

Томас энергично закивал головой, вскочил на ноги и скатал одеяло. Потом он запустил руку в сено, которое служило ему кроватью, и вытащил оттуда мешок со своими вещами. Кэтрин с грустью подумала, что мальчик давно предвидел такое время, когда ему придется быстро собраться и исчезнуть. Ей стало печально при мысли о том, что всем ее людям приходится жить в постоянной готовности покинуть свои дома. Но в данный момент сделанные Томасом приготовления сильно облегчали ее задачу.

– Я постараюсь как можно быстрее привести Энни.

– В этом нет необходимости – за ней пошел Патрик. Он сказал, что способен незаметно проникнуть на постоялый двор.

– Ах да! Он раньше приходил к Мораг.

– Тогда получается, что он не был таким уж незаметным.

– Думаю, что все-таки был. Я видел его лишь один раз, когда он уже уходил. Решил, что он ходил к Мораг, потому что та любила хвастать такими вещами. – Томас подождал, пока Кэтрин не начала спускаться по лестнице, потом, кинул мешок Уильяму и полез вслед за ней. – А сэр Мюррей сейчас не хочет забрать свою лошадь? – спросил мальчик, ловко спрыгнув с лестницы.

– Да, сэр Мюррей очень бы хотел получить свою лошадь обратно, – произнес Лукас прежде, чем Кэтрин успела ответить за него.

Она посмотрела на Лукаса. Тот уже выводил своего оседланного коня из стойла.

– Я не думаю, что нам удастся забрать отсюда жеребца так, чтобы этого никто не заметил.

– Эйхан может быть очень тихим.

– Эйхан не может быть маленьким. Рисковать из-за коня просто глупо.

– Если Ранальда нет прямо перед гостиницей, то я покажу сэру Мюррею дорогу, по которой можно тайно вывести коня из деревни, – сказал Томас.

– Ты уверен в этом, Томас? – спросила Кэтрин. – Мы пришли сюда, чтобы спасти тебя от Ранальда. Я не хочу, чтобы ты попал в его грязные лапы только потому, что сэру Мюррею понадобилась его лошадь.

– Я ему не попадусь. Я уже водил тем путем лошадей из Данлохана.

Кэтрин посмотрела на Лукаса и поняла, что он был решительно настроен взять лошадь с собой. Еще в детстве она узнала, что мужчины могут очень сильно привязываться к своим четвероногим спутникам. Она также ясно видела, что Лукас не собирался ждать ее разрешения, а был намерен взять Эйхана в любом случае. Кэтрин решила, что сейчас было неподходящее время, чтобы напоминать ему о том, кто является главарем отряда.

– Увидимся там, где нас встретил старик Йен, – наконец сказала она. – К тому времени я решу, куда мы можем поставить животное. Будь осторожен, – наказала Кэтрин Томасу, когда тот радостно вскочил в седло сзади Лукаса.

Она проводила взглядом Лукаса, который выехал из конюшни через задний вход, и удивилась, почему ей вдруг захотелось тяжело вздохнуть. Наверное, это страх, что она ощущала за Томаса и Энни, устроил в ее голове такой беспорядок. Кэтрин пошла из конюшни вслед за Уильямом. Она постоянно прислушивалась, боясь пропустить какой-нибудь звук, который показал бы ей, что Лукас и Томас попали в беду, что к ним стоит поспешить на помощь, и это ее раздражало.

Патрик и Энни ждали их на окраине деревни. Все вместе они отправились к убежищу. Казалось, все самое страшное позади, и Кэтрин с облегчением перевела дух. И чуть не задохнулась, когда в это же мгновение услышала, как к ним приближаются несколько всадников.

Она немного успокоилась, когда увидела, что Патрик и Уильям быстро, беззвучно и искусно отреагировали на новую опасность. Патрик схватил повод лошади, на которой сидела Энни, а Уильям подъехал поближе к Кэтрин. Таким образом они разделились на две группы и поскакали в разных направлениях под тень множества деревьев, что росли на дальнем конце деревни. Кэтрин увидела на дороге в Данлохан семерых всадников. Она поняла, что это был Ранальд и его люди, прежде чем услышала голос своего врага.

– Я устал как собака, – говорил Ранальд хриплым от злобы тоном. – Мне надоело гоняться за этими мерзавцами по всему Данлохану.

– Они очень хорошо заметают за собой следы, – произнес Колин, правая рука Ранальда в собранном им отряде.

– Никто не может так хорошо прятаться, если ему не помогают, Колин. Никто. Этим ублюдкам помогают, и я намерен выяснить, кто и как это делает.

– Ты думаешь, что кто-то в деревне помогает разбойникам?

– Да, и таких тут должно быть немало. Мне вообще кажется, что эти шавки не просто разбойники. Если бы та маленькая сучка была все еще жива, то я бы решил, что это вес ее рук дело.

– Леди Кэтрин? Но женщина…

– Женщина может быть такой же умной, как и мужчина. Не забывай, что мы работаем на одну из таких. Может быть, кто-то из этих глупцов нападает на нас, чтобы отомстить за Кэтрин. Я точно не знаю, но надеюсь, что скоро мне все станет ясно. Я думаю начать с этого маленького ублюдка Томаса.

– Мне казалось, что леди Агнес была против твоего плана насчет мальчика.

– Она изменит свое мнение, как только маленький негодяй начнет рассказывать нам все, что он знает об этих разбойниках. Да и к тому же с его помощью я, возможно, заставлю Энни поднять юбку.

Это было последнее, что удалось услышать Кэтрин. Всадники проехали мимо них, и она едва совладала с желанием последовать за ними. Ей нечасто выпадал такой отличный шанс узнать о планах Ранальда и Агнес. Он проявил удивительную неосторожность, когда говорил о том, как намеревался поступить. Тем не менее здравый смысл возобладал, и Кэтрин в молчаний последовала за своими спутниками прочь от этого места. В слабом свете ущербной луны она заметила на резко побледневших щеках Энни несколько соленых капель. Возможно, девушка решилась поехать с ними только потому, что Патрик сказал ей так поступить, но теперь Энни полностью осознала опасность, которая грозила ее брату, и это ужасно напугало ее.

Лукас и Томас уже ждал и их в условленном месте, там же находился и Йен. Оставив коней на попечение старика и его сыновей, Кэтрин повела остальных своих спутников в пещеры. Появление среди ее людей красивой девушки и еще зеленого мальчишки могло вызвать трудности, но у них не было иного выхода.

Они зашли в ярко освещенную пещеру, и Кэтрин сняла с головы капюшон. Энни хватило всего лишь одного взгляда на нее, чтобы упасть в обморок на руки Патрику. Энни была уверена, что ее бывшая госпожа мертва.

– Томас! – Кэтрин кинулась за полотенцами и водой, чтобы обтереть ей лицо, когда Патрик положил бесчувственное тело девушки на стол. – Разве ты не сказал своей сестре, что я не умерла?

– Нет. Вы говорили, что это секрет, – ответил он, подходя поближе к столу и с тревогой смотря на Энни. – Я поклялся, что ни один человек не узнает об этом от меня. А ведь моя сестра – тоже человек, ведь так?

– Я не имела в виду твою сестру.

– Когда я беседовал с ней в гостинице, она говорила о тебе как о мертвой, – произнес Лукас. Он слабо улыбнулся Томасу. – Наверное, ты бы сделал доброе дело, если бы рассказал сестре правду. Во всяком случае, тогда она не стала бы ходить на могилу леди Кэтрин. Но с другой стороны, это хорошо, что ты так умеешь держать слово.

– Она ходила на мою могилу? – изумленно воскликнула Катрин, продолжая нежно омывать красивое округлое лицо Энни прохладной водой.

– Да, – ответил Лукас. – Она приняла меня за священника и спрашивала, совершит ли она грех, если помолится за упокой души самоубийцы, лежащего в неосвященной могиле. Хотя она до конца не верила, что ты убила себя.

– Странно, но из всего зла, что причинили мне Ранальд и сводная сестра, именно этот слух меня больше всего бесит. Как Агнес посмела обмануть людей, заставив их поверить в то, что я пошла на такой грех!

– Я бы на твоем месте больше всего разозлился из-за того, что меня бросили со скалы в озеро, – протянул Уильям.

После его слов все вокруг ухмыльнулись, и Кэтрин сама еле сдержалась, чтобы не засмеяться. Тем не менее ей было тяжело заставить себя не смотреть в сторону Лукаса. Когда на его лице появлялась улыбка, а глаза зажигались от смеха, Лукас становился настолько похож на мужчину, в которого она влюбилась, что сердце сжималось от боли. А когда она заметила, как быстро на его лицо вновь опустилось мрачное, почти злобное выражение, боль стала еще сильнее. Ведь Кэтрин знала, что таким он становился из-за того, что продолжал считать ее предательницей.

Энни чуть слышно застонала, и Кэтрин переключилась на нее. Она с радостью приняла от Уильяма бокал с вином, так как знала, что Энни он скорее всего понадобится. Девушка открыла глаза и сначала никак не могла понять, где она находится и что с ней случилось. Потом она посмотрела на Кэтрин и опять побледнела. Свободной рукой Кэтрин схватила ее ладонь и крепко сжала ее в надежде, что прикосновение приободрит Энни.

– Больше не смей падать из-за меня в обморок! – повелительным голосом произнесла Кэтрин. – Выпей это, – сказала она и поднесла ей вина.

– Вы не умерли, – сказала Энни тихим, дрожащим голосом и одним глотком осушила почти половину бокала. – Почему же все говорили, что вы мертвы, хотя это было не так? – Она поежилась. – И кто же тогда похоронен в вашем гробу?

Кэтрин нерешительно затопталась на месте, ощущая на себе взгляды всех, кто был в пещере. Ее люди ждали ответа. Она старалась думать о той могиле как можно меньше, потому что от этих мыслей ей становилось не по себе. Агнес положила туда хорошую могильную плиту и, как ей рассказали, с блеском сыграла роль безутешной сестры. Кэтрин никогда не тревожила себя размышлениями о том, кто – или что – было зарыто под этим камнем.

– Стыдно сказать, но я никогда об этом не задумывалась, – наконец ответила Кэтрин. – Мне кажется, что это пустая могила, Энни. Наверное, в гробу лежат камни, которые давали ему вес. Или если в то время кто-нибудь без вести пропал… – предположила она, но Энни покачала головой.

– Нет, у нас никто не пропадал, за исключением Робби, – проговорила девушка, медленно садясь.

– Не думаю, что Робби вернулся в Данлохан и умер как раз в тот момент, когда Агнес потребовалось тело. Нет, Робби не стал бы пешкой в ее коварных планах.

Энни медленно кивнула головой:

– Да, это слишком легко, чтобы быть правдой.

Кэтрин усмехнулась:

– Вот-вот. Нет, я не думаю, что в моей могиле кто-то есть.

Лицо Энни вспыхнуло от счастья, но тут же приняло обычное выражение. Кэтрин заметила радость в ее взгляде только потому, что ей просто очень повезло. Она скрыла свое изумление. Неужели она ошибалась насчет Робби? Начал ли он изменять своей жене раньше, чем это сделала Агнес, нарушив клятвы, которыми они обменялись? Может быть, она зря была такого высокого мнения о нем? Но потом Кэтрин подавила в себе эти мысли. Робби мог дарить улыбки девушкам направо и налево, но он соблюдал брачные клятвы – по крайней мере до тех пор, пока не осознал, что для женщины, с которой он связал свою жизнь, они были пустым звуком, что Агнес обманула его, оказавшись совсем не такой, какой притворялась до свадьбы. После этого Робби так быстро уехал, что у него просто не могло быть времени, чтобы завязать близкие отношения с Энни. К тому же Энни была невинной девушкой и всегда держала себя строго. Она никогда бы не связалась с женатым мужчиной. Но все же это не означало, что Энни не могла влюбиться в очаровательного Робби. Кэтрин мысленно вздохнула, надеясь, что девушка не отдала ему по глупости свое сердце. Она слишком хорошо представляла себе, какую боль это может принести.

– Что теперь делать мне и Томасу, моя госпожа? – спросила Энни, застенчиво принимая еще бокал вина из рук Патрика.

– Оставайтесь здесь.

– Здесь? И как долго?

Кэтрин знала, что Энни не понравится ее ответ. Она постаралась не морщиться, когда сказала следующие слова:

– Боюсь, что я не знаю. Ранальд не перестанет искать тебя и Томаса. Вернее, ищет-то он Томаса, но ты сама слышала – Ранальд начал уже обдумывать план, как ему добраться и до тебя, не так ли?

Энни задрожала от явного отвращения.

– Да, слышала, и от этого у меня словно мороз по коже.

– Итак, боюсь, что вам придется прятаться тут до тех пор, пока Ранальд не перестанет быть угрозой для всех нас.

– А что вам нужно, чтобы победить этого негодяя и леди Агнес?

– Найти доказательства их преступлений. А сделать это оказалось очень трудно. Мне нужны четкие и ясные доказательства, которые я могла бы показать совету пятерых.

Энни пробормотала под нос что-то, очень похожее на ругательство.

– Старые дурни, вот они кто! Они знают, какая на самом деле Агнес и что она с Ранальдом делали и продолжают делать. Они все знают о преступлениях, которые совершила эта проклятая парочка. Мне кажется, что их останавливает совсем не то, что написано в завещании вашего отца. Нет, я думаю, они потому спокойно сидят и наблюдают за этим кровавым представлением, что не хотят терять власть над Данлоханом. – Энни почувствовала, что все смотрят на нее, и покраснела. – Извините. Я не хотела никого обидеть.

– Нет, ты просто облекла в слова жестокую правду – то есть сделала то, на что все мы никак не решались. – Кэтрин взяла Энни за руку. – Пойдем, я покажу тебе место, где ты можешь поспать. Томас, ты останешься с сестрой или присоединишься к мужчинам?

– Конечно, я бы лучше присоединился к мужчинам, – сказал Томас.

Кэтрин спрятала улыбку и повела Энни из пещеры. Быстро взглянув в сторону своей спутницы, она увидела, что та тоже пытается не рассмеяться. Дойдя до небольшого помещения, которое Кэтрин выбрала в качестве спальни девушке, она помогла Энни расстелить одеяло и завесила проход простыней. Работая в четыре руки, они скоро придали помещению сравнительно уютный вид. Теперь маленькая каменная комната гораздо меньше смахивала на пещеру.

– Будет странно жить внутри горы, словно эльфы, – сказала Энни, оглядываясь вокруг, – хоть эта комната кажется мне лучше, чем мой крохотный закуток в гостинице. – Она улыбнулась Кэтрин. – Удивительно, что сэр Лукас не умер, правда? Вы, должно быть, очень рады, что он вернулся к вам.

– Ну, я рада, что Ранальд не убил его. И все же я была бы гораздо счастливей, если бы сэр Лукас не думал, что я приложила к этому руку. – Она мысленно отругала себя за слишком длинный язык, и когда Энни в изумлении уставилась на нее, Кэтрин ничего не оставалось сделать, как пожать плечами и коротко рассказать ей о том, что произошло с ней и Лукасом год назад.

– Он думает, что вы пытались убить его? – Когда Кэтрин кивнула, Энни очень разозлилась. Покачав головой, она произнесла: – Мужчины иногда бывают такими слепыми и упрямыми дурнями. Простите меня, моя госпожа. Я подумала… – И она опять покачала головой.

– Да ладно, я была такой же. Видимо, мы обе ошибались.

– Вы скоро докажете ему, что он поступает глупо, думая о вас дурно. Да, скоро он будет горько сожалеть из-за того, что не поверил в вашу невиновность.

– Это было бы замечательно.

– Но вы не знаете, что делать после этого, не правда ли?

– Да, не знаю. Но подозреваю, что придумаю что-нибудь. Отдыхай, Энни.

– Я не буду вам обузой, моя госпожа. Я не могу сражаться, но уж точно найду себе какое-нибудь занятие. Буду варить и убирать.

– Такты принесешь нам большую пользу. Спокойного сна, Энни.

– И вам спокойной ночи, моя госпожа. Спасибо вам за то, что спасли меня и Томаса.

– Хоть ты и не подозревала об этом, но вы с Томасом очень много помогали нам Я не смогла бы жить дальше с мыслью о том, что оставила вас на растерзание Ранальду.

Кэтрин оставила Энни и пошла в свою спальню. Все ее тело болело от усталости. Она уже была возле входа в пещеру, когда на ее пути встал Лукас. Во взгляде его серебристо-голубых глаз было нечто такое, отчего ее сердце захлестнула волна желания. Это разозлило Кэтрин. Она сердито посмотрела на него, и тогда Лукас одним быстрым движением прижал ее своим упругим телом к каменной стене.

Кэтрин почувствовала, как в нее уперлось нечто большое и твердое. Но даже и без этого очевидного свидетельства его намерений она понимала, что нужно Лукасу. Она читала это по напряженному выражению его лица. Несмотря на боль, которую он причинил ей, Кэтрин хотела того же. И все же она ощущала, что время для этого еще не настало, Она еще не решила, стоит ли удовольствие, которое мог подарить ей Лукас, того риска, на который она шла, возобновляя их отношения.

– Я полагаю, что вас уже ждет расстеленное одеяло – там, где спят остальные мужчины, – сказала Кэтрин, радуясь тому, что в голосе прозвучали ледяные ноты, потому что тело ее было полно лишь мучительным иссушающим жаром.

– В твоей кровати мне будет теплее.

Лукас твердил себе, что такую сильную страсть пробудило в нем волнение от неравного боя и последовавшего за ним чудесного спасения, которое он все продолжал испытывать. Что он пошел на поиски Кэтрин только потому, что она была рядом и могла облегчить его страдания. Лукас безжалостно подавил внутренний голос, который назвал его лжецом.

– Тут полно одеял. Если тебе холодно, то возьми два.

– Это именно то, что ты хочешь, чтобы я сделал? Ты уверена?

Прежде чем Кэтрин смогла ему ответить, Лукас впился в ее губы поцелуем. Это не был нежный, ласковый поцелуй мужчины, который соблазняет свою возлюбленную. Лукас терзал ее рот. Его поцелуй еще больше разжег в ней голодный огонь. Кэтрин вцепилась в одежду любимого, борясь с желанием сорвать с его тела грубую шерстяную ткань и беззастенчиво прильнуть к нему. Потребность быть рядом с Лукасом казалась ей живым существом, которое, словно зверек, сидело внутри ее сердца и которое Кэтрин всеми силами пыталась убить. В тот момент, когда его губы оторвались от ее рта, она собрала волю в кулак и оттолкнула Лукаса от себя. Ее тело перестало ощущать тепло его близости, и вдруг стало ужасно холодно. Но Кэтрин проигнорировала это. Все случилось слишком рано, и она еще не могла управлять своими эмоциями. Если она все-таки решится стать любовницей Лукаса, то ей понадобится умение контролировать себя – хотя бы для того, чтобы защитить свое сердце от боли, которую мог причинить ей этот человек.

– Глупо целовать женщину, которая пыталась убить тебя. Делать это в монашеской одежде неприлично: это можно расценить как богохульство. Я полагаю, тебе следует уйти. Немедленно.

Кэтрин не моргнув выдержала на себе его тяжелый, изучающий взгляд. Если Лукас пытался найти в ней слабое место, то ему нужно было только вспомнить, с каким жаром она отозвалась на его поцелуй. Но это не имело значения. Теперь она вновь взяла себя в руки и намеревалась и дальше контролировать свои эмоции. В глазах Лукаса промелькнула злость, и Кэтрин порадовалась этому. Если сегодняшнюю ночь ей суждено страдать от неутоленного желания, то пусть Лукас тоже испытывает подобные чувства.

Лукас увидел, что Кэтрин была полна решимости отослать его от себя, и понял, что сегодня не получит давно желаемого удовольствия. Тем не менее Кэтрин явно хотела того же, что и он. Лукас почувствовал это в том, как она ответила на его поцелуй. Но он мог и подождать ее согласия – и не важно, насколько тягостным будет это ожидание. Слегка поклонившись, Лукас пошел прочь, на ходу вспоминая о способах, которые могли помочь ему справиться с жаром тела и дать возможность заснуть – то, что сейчас ему было крайне необходимо. Он должен восстановить силы для предстоящей битвы с Кэтрин. От него потребуется каждая капля терпения и хитрости, которой он обладает, чтобы заманить ее назад в свои объятия и вновь насладиться былой страстью. Он мог подождать, но у него не было никакого желания ждать очень долго.

Как только Лукас ушел, Кэтрин медленно направилась к кровати и рухнула на нее. Она пыталась совладать с чувствами, которые пробудил в ней этот поцелуй. Все ее тело дрожало. Кэтрин была рада, что Лукас не стал спорить с ней, потому что ее самообладания хватило бы в лучшем случае еще на несколько мгновений. Малейшее упорство со стороны Лукаса – и она бы упала прямо в его объятия. Что-то в его взгляде, обращенном на нее, в прощальном поклоне говорило Кэтрин о том, что он не оставит ее в покое. Ей нужно поскорее решить, что с ним делать, поскольку интуиция ясно показывала Кэтрин, что Лукас вышел на охоту и его добычей должна была стать она.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю