Текст книги "Кощей, злодей, кубок и клубок (СИ)"

Автор книги: Грильяж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 23 страниц)

Глава 31

Уважаемый господин Грязев. Вас беспокоит редакция всемирно известного журнала о магии ' Time of magic'. Мы бы хотели взять у Вас интервью, пока Вы находитесь в Альмаханстве. Удобно ли Вам?

Гонорар 215 тысяч рублей и три месяца рекламы в нашем журнале.

Хм, как-то долго они.

То есть пока Кир финал не победил, нафиг он сдался? Обидно.

А сообщение пришло сразу, как только я зашёл в свой подмосковный особняк. Откуда они вообще берут контакты? Засудить их можно?

Я прошёл в ритуальную комнату, вызвал всех трёх Владычиц и задал вопрос:

– Эффективность рекламы в британской макулатуре хоть какая-то была? – спросил я.

– И зачем меня вызывать по такой пустой причине? – возмутилась Ярослава и отключилась. Хм, а я про доспехи из дракона планировал ещё спрашивать, ну, время терпит.

– Зарубежные продажи наших автомобилей несколько выросли, однако куда большую популярность имело иное, – с усмешкой произнесла Ворона.

– Ну, чего? – уточнил я.

– Не поверишь, различная мелочёвка с изображением Пронина. Да ещё и журнал запросил разрешение на выпуск на основе фотографий продукции, так что тоже процент капает, – с усмешкой заявила пернатая.

– Непонятно, но пусть, – проворчал я, зачем и кому мои фото? На ТВ-картинке всё равно зачастую лиц не разобрать, будь ты хоть красавчик, хоть одуванчик, хоть йоркширский терьер. – Теперь они запросили фотосессию с Грязевым. Гонорар сравним.

– Понятное дело, они любят победителей, но ещё больше красавчиков. По слухам реклама в журнале с тобой была достаточно выгодной. Хе-хе, реклама тебя, конечно. В Альмаханство на твоё имя пришло 3821 заявки на сватовство. В том числе от семи британских принцесс из императорских и герцогских домов, но у каждой условие о вхождении в их род, а не наоборот. Вот.

– Я против, – неожиданно заявила Мгла, – британки в нашем роду есть, но такие условия? Им не нужен Аир, а нужен только маг-Созвездие.

Я промолчал, не заставляют жениться, уже хорошо. Больше времени на отказ потрачу, а потом всё равно «золотом» поманят, соглашусь… наверно. Не на такие условия с переходом в род, но всё же.

– Понятно. Так что рекламировать-то выгоднее? – уточнил я у Вороны.

– Мне кажется, книги Тира Хлябина, – подала голос Лиса, сидевшая рядом с Владычицей Теней.

– Я не против, даже того, чтобы по ним фильм сняли, – вспомнив о проценте, заявил я. – Только выберите актёра, который на меня не похож.

– Почему? – не поняла Мгла.

– Чтобы развести образы. В Костроме навалом народу, даже два театра есть, – задумчиво произнесла Ворона.

* * *

В подтрибунном помещении играла весёленькая музыка вызова, а на экране светился контакт «Демографическая угроза».

– Вызываемый абонент готовится к первому домашнему матчу, что Вам надобно, тесть? – проворчал я в трубку.

– Привет, Аир, я просто пожелать удачи! Не расслабляйся! А то видишь ли дал себя победить какому-то Барту… – протарахтела трубка, а на фоне был слышен какой-то странный гул и шелест.

– Только не говорите, что Вы пришли на стадион.

– А? Ты нас видел?

–… всё, сигнал о выходе на стадион, – соврал я и отключился.

Там на трибунах, надеюсь, не одни особисты сидят.

Я вышел и осмотрелся.

Мдя… Аист терялся на фоне ауры одного человека.

Нет, не так. Кроме Альмахана на трибунах аншлаг устроил всего один человек. Людмилы, Вероники и Безумновой на фоне Лизонек было фактически незаметно.

45 тысяч человек на футбол тут собирается. То есть вот это чудо в сарафане, кокошнике и маске на половину лица, держащее непонятную мишуру на руках, ещё сдерживается обычно… 45 тысяч? Вон в проходах ещё, на беговых дорожках…

Она же меня запугивает, да?

Демонстрация силы?

На её фоне маленький безобидный аирчик просто тень… она же просто может забросать меня кокошниками для победы.

Ну, в любом случае, она не участвует, так что моим ставкам ничего не угрожает.

– Чу-До-Ра!

А вот анонимности вполне себе угроза явная.

Я вернулся в подтрибунное и позвонил тестю.

– Какой на хрен «Чудора»? Пронин я! Сообщите массовке верную информацию! Палите, блин! – возмутился я, пока Грязев и Зимин в стороне в карты играли. Похоже, на фисташки, которые я выдал голему в качестве бонуса за хорошую службу. Хотя вон та пачка незнакомая.

Мне Аист ничего не ответил, однако со стадиона раздалось дружное:

– А-а-а, – вздох понимания, что-то дошло до девицы. Но далее последовало всё равно не то. – Чу-До-Ра-БАНК!

– Чудобанк, тогда уж, – проворчал я в трубку.

– Я так ей и сказал. Это вообще не моя задумка, я просто пришёл побыть с дочками, которых давно не видел на мероприятие. А у них, оказывается, задание, – проворчал правитель.

– Какое задание? – уточнил я. Хотя во многом понятно, только Ворона сечёт в современном обществе, а Мгла могла саму идею поддержки одобрить.

– Звуковое сопровождение и реклама. Ты сам мог увидеть, половина плакатов рекламирует твои компании. Идею поддержать высказала сама Лиза, но дальше это развилось и плавно превратилось в то, что ты видишь, – проворчал Аист.

– Шпаргалку там пусть ей дадут, что кричать. Ладно, вот теперь реально пора на арену, – произнёс я и двинул.

Сегодня впервые проходит магический поединок на этом стадионе.

17 августа 2033 года. Москва, Альмаханская Империя.

Стадион «Болото имени Рогоза Чудоры»

Мировой кубок Студенческих состязаний, 20 тур. Кубок Дружбы.

1/256 одиночных соревнований.

Пронин против Бартоломея

– Чу-До-Про-Нин! – кричала одна трибуна.

– Лев-Ша! – отвечала ей напротив. Реклама технологической компании, молодцы. То есть, молодец.

– Аль-Ма-Ханс-Тво! – несколько медленнее произносили две другие.

Потом все вместе, всё же, начали рекламировать банк.

– Вот так лучше, – проворчал я.

Заминка понятна, так как обновить копии в таком количестве сложно, особенно при наличии на трибунах гостей из других стран. Проще передать новые инструкции каким-то способом.

Ну, неважно.

– Ха-ха, русские на одно лицо, я это понял лишний раз. Как вам не стыдно привлекать детей к рекламе, – рассмеялся мой сегодняшний оппонент.

– Заткнись, я слушаю и наслаждаюсь, – проворчал я.

– ЧУ-ДО-БАНК! – идеально пошло по трибунам.

– Вот, уже чую шелест купюр и звон монет, – проворчал я, конечно, по-русски.

–… – Бартоломей усмехнулся чему-то и ушёл на свою половину огромного травяного поля.

На этом кубке максимум в 3 слота «инвентаря», так что на нём не было доспехов, зато шпага была на месте. Болид я демонстрировал столько раз, что теперь старался менять тактики при «игре Прониным». В интернете стали по этому поводу писать, что у меня рука деформировалась от частого применения или наручный доспех сломался.

В общем, я решил опровергнуть данный тезис и дал противнику подойти, после чего ухнул.

Тишина защитного поля исчезла, и мир погрузился в крик:

– Ура!!!

И этот противный шелест помпонов следом.

Брр. Словно хвойники бегут. Или насекомые шуршат.

Нужно менять звуковое сопровождение, вот только на что?

Ложки? Чокнусь. Лизонька личность упорная.

Свист? Денег не будет.

Ладно, пусть будет так.

Я зашёл в подтрибунное. На планшет пришло:

Без победы домой не пущу, я выкладываюсь, а ты бои затягиваешь! Зайчик!

Хм!

Лиза.

Не понял, победа меньше, чем за минуту.

А, из вредности затяну следующий бой.

17 августа 2033 года. Москва, Альмаханская Империя.

Стадион «Красное солнце»

Мировой кубок Студенческих состязаний, 20 тур. Кубок Дружбы.

1/256 одиночных соревнований.

Грязев против Мерлинсона

Да-да, жеребьёвка явно дутая, ответочка Аиста за притеснение аирчика.

Стадион ещё больше, аншлаг при этом набивается не массовкой из моих жён, а обычными зрителями.

Ну, что поделать, «Болото имени Рогоза Чудоры» – бутафория во многом, под ним находится тайник. Хорошая транспортная доступность, но в обычное время вокруг лес и луг в качестве стоянки для вагончиков.

Гнать сюда массовку… ну, такое себе. Если бы не магия, содержать огромный стадион было бы накладно. А так: ритуал тут, ритуал там, элементали следят за пылью и мусором, а в итоге персонала двадцать человек для зарядки объекта лунами.

Так что тут обычно играют детские команды в футбол. Магический турнир здесь впервые, хотя система спасения – базовая функция.

Хотя и титульные кубковые матчи по футболу тут проводили. Лет сорок, кажется, назад.

А вот стадион «Красное солнце» был практически в центре Москвы. Четыре станции метров вокруг, шесть стоянок, парк, в общем, игровая площадка для футбольного клуба «Восход», принадлежащего Альмахану и всем Красносолнцевым.

На форуме столько, кхм, «несогласия» с тем, что на время кубка нет домашних матчей футболистов, мне даже несколько обидно. Зачем вообще использовать этот стадион, если он так дорог фанатам? Вон есть великолепное «Болото».

– Грязев!

– У-у-у-у!

– Грязев!

– Разнеси бритов!

– Дави их!

– Шип-шип-шип!

– Грязев!

А ничего так атмосфера. Нет, старание Лизонек мне, конечно, милее, но и народная любовь меня устраивает.

Давить бритов? Ну, пока это вне рамок правил… хе-хе. Но пиццы мы им ещё дадим. Конечно, мирных не трону, но всю шушеру, ответственную за создание Ордена я истреблю.

– Бронница-бронница-бронница… – начал тараторить я, стоило стартовать поединку.

Противник владел магией земли высокого ранга, но мои исследования бронницы показали, землетрясение опасно при максимум трёх слоях, после четырёх структура становится достаточно прочной, чтобы не стать ловушкой.

Минут десять меня пошатало. Так покачивало бронницу, что спать захотелось.

Однако сегодня я без баллона с воздухом, так что отменил через полчаса всё, как только дышать стало труднее.

– Отмена.

Хе, принц медитировал.

– Шип, – произнёс я,

Какая «гнусная» победа, уже вижу срач в комментариях.

Для изучения собственных ошибок я просматривал видео своих боёв. Заодно иногда читал комментарии на «ТубТуб».

Так что Грязев: скучный, пакостливый, нечестный, непонятный, гадкий… но красивый!

Последнее писали только с женских профилей, зачастую с розовыми пони на аватарке, это несколько пугает. Зато такое бросалось в глаза. Остальное я и не подумал изучать, в чём проблема, что я побеждаю Спутником и Планетой, если могу?

На форуме игроманов Пронин и Грязев ценились больше, конечно, если убрать оскорбления от тех, кто ставил на моих противников.

Даже тут пользователи начали гадать о реальном развитии моих ипостасей.

Если версия о том, что Пронин – некромант, отвергается из-за сомнительности слияния стихии огня со смертью, то Грязева напрямую подозревают в поднятии уровней своего развития именно за счёт некромантии.

Хе, широкий круг людей не в курсе того, что нежить и самих негров можно делать огнеупорными, хотя да, некроманты со стихией огня – редкость, но Британия умеет их создавать.

Хотя у трёх имперских домов куда популярнее всё же пространство и молния в качестве дополнения на роль защиты и атаки. Плоть, яды и душа зачастую идут следом.

Вообще пространство, молния и некромантия – столпы развития в Британиях именно среди высших слоёв, а вот стихия огня популяризируется, как мне кажется, с целью создания нежити.

Если из мага не получается некроманта, следом стараются получить в нём пространство, как самый доступный полугресс, после чего идёт «энергия», как тут предпочитают называть молнию.

В общем, среди тезисов о развитии Грязева всего два лидера: некромантия и материя. Оба этих дара способны объяснить аномалии моих пупырок. Почему-то популярностью вообще не пользуется версия, что земля – просто дар. Некромантия главнее, а материя так же редко выпадает в виде дополнительной стихии, формируясь внутри дара. В общем, мои пупырки им кажутся мощнее обычного Высшего уровня, от того и теории.

Забавно, уровень пока на самом деле Высший (5), но коррекция от дара определённо есть.

С Прониным всё просто: не он первый маг огня, доминирующий на соревнованиях. До этого были маги лавы, плазмы, молний и различных огненных подвидов, например волшебница зелёного пламени.

Однако версий о двуличном единстве Грязева и Пронина нет. Так же признано, слуга не может сражаться с господином, поэтому идёт постоянная сдача одного другому.

Появились даже ставки на то, кто сильнее из моих ипостасей на самом деле.

Проверять как-то нет желания, да и возможности.

– Ты вообще на групповые собираешься? Уже время, – спросил Зимин, пока голем довольно лопал куда большее количество фисташек, чем я ему выдавал.

– Проверял форум, самый простой способ анализа боя, – пояснил я.

– А, ты про «страну шулеров»? Да, там бывает интересное мнение, но куда больше бредовых теорий от людей, которые с магией вообще незнакомы. Ладно, всё, пошли. «Пронин» – вот реальный шулер. Не пожалел дедушку!

– Ха… – протянул я, а ведь внутри голема сейчас как раз настоящий катала и дворянин, померший лет двести назад. Мне он чем-то напомнил Била Скоморохова, тоже странный малый, который подглядывал за постояльцами одной гостиницы, при этом сохранил разум. Третий Состав чудака заинтересовал, тот последовал за ними, а прилетел ко мне. Британец с русским именем: Иван Сайлент

Командные прошли откровенно скучно. Под Третий Состав бросили в первом же туре сильнейшую команду Китая, которая до этого обычно с нами не пересекалась. Но у них акцент на ближнюю атаку и пропитку оружия магической энергией, а с цунами не пофехтовать. Стихия не очень стремится соблюдать какие-либо правила.

Так что команда из первой дюжины рейтинга была вынесена судьбоносным ударом.

Однако другая китайская команда уже стала для Пятого Состава проблемой.

Казалось бы, команда противников была из пятой сотни рейтинга, а так же выставили резервистов, сменив опытных магов 23–25 лет на молодёжь. Притом тактика не отличалась: поначалу использовали исключительно мечи.

Вот только и Пятый Состав отличался склонностью к ближнему бою. Удары же молнией показали свою неэффективность, каждый противник обладал иммунитетом.

Хм, интересно, как выпутаются мои люди

В основе сейчас были в роли танков казанский великан Валеев и Ледяной Мишка Майский.

Поддержкой занималась Самсонова с её Звездой воды и звука.

Аделина Рубинова старательно открывала врата призыва (кто ж ей даст ценные ресурсы?), но всё было исключительно на базе способности, а потому долго.

За атаку отвечала Кощеева, которая ранее в боях использовала только молнию. Равно как Майский не показывал ничего иного, хотя в индивидуальных уже предъявил весь свой арсенал из Созвездий превращения и воды, а так же Звёзд льда, плоти и воздуха. Впервые он всё показал против Грязева.

Я не был в курсе тактики команды, однако понимал пользу специализации и удерживания козырей, по крайней мере, до чемпионата. Но Ледяной Мишка уже спалил свой арсенал по моей просьбе, чтобы тренировать меня и кошмарить принцев. Так что попытка добиться предсказуемости для товарищей здесь граничила с гулпостью.

Вот сейчас четверо китайцев выбили Валеева, хотя Майский мог покрыть его водой. В чём прикол?

– Я выйду, – проворчал я. – Бронница, бронница!..

Я покатился давить противника на полном расслабоне.

Какого же было, что…

*Кртук*

Мечи прошли сквозь каменные слои, как топор сквозь дерево.

Ну, затормозить шар они не смогли, так что двоих я даже обезоружил, хе-хе, ой. Прямо в бедро попал… острая заточка, прямо до аирового сока.

Без вариантов, Аист спорил о чём-то с китайцами, иначе такой подставы со жребием для этих гадов не было бы.

– Отмена, – проворчал я. – шип-шип… блин!

Я думал быстро победить азиатов, а эти гады не зря тренируются-то, все мои пупырки оказались отбиты или просто ушли в пустоту.

А реакция у пацанов хорошая. А что они покажут на…

– Ух-ё, – выдохнул я, когда понял, что и скорость у них не слабая, а так же иммунитет у них от стихии молнии не зря.

Только зачем им жареный на молниях аирчик? Я ж не вкусный… блин, кого я обманываю, я великолепная некромантятина. Не дамся!

– Волна земли, шип-шип-шип! – протараторил я и свалил в сторону, отмахиваясь каменными шипами.

Однако возникало два вопроса: почему Пятый Состав отдыхает и не вмешивается, почему все пять азиатов преследуют меня?

Я спрыгнул на новую волну и мельком посмотрел в сторону. Моя команда атаковалась призывной волной из сотен выползающих из-под земли скелетов и зомби.

А-а-а, здесь есть ещё некромант кроме меня. Явно лабиринт активировал.

Ну, я уже спалил своей реакцией наличие стихии плоти, можно теперь не париться. Поиграем.

– Шар-волна, шар-волна, шар-волна! – начал тараторить и подпрыгивать я, стоило оторваться от противников.

Я пытался сбить их валунами в определённый коридор, и трое повелись.

– ШИП! – я представил себе поле стали, но в этот раз шипами покрылся небольшой участок два на два метра.

Ну, всё равно минус два…

– Шар-волна-шар-шип-шип, – частоколом произнёс я, и добил третьего, приблизившегося ко мне на расстояние в пять метров.

Скамейка запасных противника опустела, а я был как раз рядом.

Скажу честно, я оказался на грани применения хляби или другой магии для усмирения шустрых китайцев, но тут нас всех накрыло волной.

Майский всё же применил цунами, к тому же совмещённое со льдом. Мне оно было прохладным, но я его выдержал, чай не первый раз попадаю, а вот противники нет.

5 – 0

STROKE of FATE!!!

Мокрый, злой и замёрзший я подошёл к команде и задал вопрос:

– Нельзя было сразу? – продражал я.

– Да, это неинтересно, нам же научиться надо. Но тут я всё же решил нарушить инструкцию, уж больно хорошо они собрались вокруг Вас, – отчеканил Майский.

– Молодец, Пётр Сергеевич. Их темп атаки дал мне многое понять, я чуть не начал раскрывать другие тактики боя. Но теперь есть много, о чём подумать, – проворчал я. – В любом случае, всем спасибо за матч, все молодцы!

Да, всё вышло неплохо.

Я понял, что при высоком ритме атак и специфике бронницы, у меня масса узких мест. Надо разработать и отрепетировать сценарии с некромантией и без для их нивелирования.

Глава 32

– Кир, а теперь зайдите в воду, создайте каменный столб (холмовик по-русски) и крикните: «Царь!» – командовала режиссёр видео– и фото-сессии.

Я выполнял все приказы в рамках приличий, однако оголиться, прикрываться только шипом и не подумал. Ишь что удумали, такого в контракте не было.

Однако больше всего меня смущали журналистка и менеджер, которые были теми же самыми, что брали в Уэльсе интервью у «Пронина».

Теперь я точно могу сказать: меня сканировали.

Пронин этого не мог понять, у него не было снежных и чёрных глаз, дающих интересные эффекты с Дыханием Болота.

Сейчас же я видел вспышки активации волшебства как в камерах (но это норма), так и в глазах журналистки и менеджера. Цвет разума и плоти, то есть какие-то аналитические умения. Вряд ли они просто записывали на память моё красивое тело.

Так что стоило прозвучать:

– Съёмка завершена! – от режиссёра, как я рванул к двум «девушкам», что снимали с меня «мерки»

– Сударыни, вы нарушили контракт в пункте 4.18, запрет на анализ «Кира Грязева», – произнёс я хмуро.

– Что за вздор, – усмехнулась менеджер.

– Да! – поддакнула ей журналистка.

– Взять, – проворчал я и тряхнул кольцом.

Из украшения выпала жёлтая сфера и зелёный карлик-качок с безумной улыбкой.

– * «Взять» – это же «съесть», да, брат?* – спросил Поми зелёного.

– *Сомневаюсь, брат. Эти костлявые самки – люди, а людей есть запрещено. Хозяин сказал бы съесть, если бы разрешил. Брат, я бы хотел съесть, но он не говорит есть. Обидно, брат*, – проворчал Дыроед, поигрывая мускулами.

– Ко-ко-король? – взвизгнула почему-то на русском журналистка.

– *Цензура*, томатики? – выдохнула менеджер, но внешне была абсолютно спокойна, а вот её эмоции искрили фиолетово-оранжевым страхом.

– Я вам не Пронин, который сторонник всепрощения, я Грязев. У меня достаточно тайн, – прошипел я. Хотя был полностью уверен в своих артефактах. Помидоры же сейчас выступали в роли монетки для цыганского фокуса, то есть отвлекали часть внимания и контроля, да что там часть, полностью поглотили взгляды этой парочки. Я вложил луны в слова. – Что вы делали?

– Сверка и сканирование, – хором произнесли девушки, которым на двоих двести лет.

– Прекратите! Я пожалуюсь руководству! – вскрикнула операторша, пока режиссёр тихо убегала вместе с двумя помощниками, бывшими единственными мужчинами со стороны журнала. Хотя, вроде бы, их наняли здесь, по крайней мере, помощников-грузчиков.

– Действительно. Поми, принеси всех сюда. Живыми, вещи тоже не есть, – скомандовал я, а съёмочная группа оказалась брошена в слюнявую кучу рядом со мной всего через пару секунд. – Раздевайтесь! Одуванчик, не стой столбом, свяжи их наручниками с блоком магии, всё же тут три Звезды и даже Система.

– Только наручниками? – поинтересовался желтоголовый, пока мои пленники не выполняли приказ о раздевании, а шокировано уставились на монстров. Поми улыбнулся, в людях сразу появилась любовь к природе и солнышку, даже артефакты все побросали в кучку рядом с собой.

– Ну, можешь достать самовар и показать гостеприимство… Ты что делаешь? Убери пузатого. ЭТО САРКАЗМ! Наручники надевай на них!

– А-а-а, так и говорите, хозяин. Я частенько Вас не понимаю, так что выполняю всё дословно. Если сарказм, то прошу как-то сигнализировать или показывать табличку, – пробубнил слуга.

– Знаешь, у меня есть идея по использованию твоего дара в паре пустынь да на крайнем севере.

– Это сарказм? Сарказм же?

– Нет, это угроза. Я кому сказал нацепить на них наручники? – проворчал я. Одуванчик шустро зашевелился.

Люди что-то там говорили о правах, угрожали родственниками и титулами… пофиг.

Я выбросил в стороны монстров, копирующих внешность.

– Каждого скопировать, кроме томатиков и жёлтоголовых, моего двойника так же создать. Записать стрим, веселиться так, как у них принято, но рамки не переходить. Устройте банкет, вот еда и выпивка, – проворчал я, раскупорив хранилище пищи. – Одуванчик, следишь за ними. Томатики, следите за жёлтоголовым.

– Хозяин, но я же человек, а они овощи! Почему они выше меня в иерархии? – неожиданно возмутился бывший преальма.

– Элементарно: они овощи, ты Одуванчик. У одного из них венец, у второго корона. Если ты им докажешь, что главнее, так уж и быть, соглашусь, – заявил я, выуживая два артефакта: один представлял собой прозрачный шар, а второй был золотым коробом, внутри которого лежал изумруд кубической формы в гравировками узоров.

– Понял, томатики – главные, – пробормотал жёлтоголовый.

– Вот и молодец, осознание силы это очень хорошо. А теперь отойди в сторону, никого не пускать в радиус трёх метров отсюда, – произнёс я, схватил семерых человек и втолкал их в этот самый радиус, затем убрал короб с изумрудом в карман, а сферу долбанул об землю.

– Что? Врата? Нет! – взвизгнула журналистка уже внутри нового пространства. Остальные молчали.

Коробочка с изумрудом – финальный подарок Ллойда, за которым я приходил на следующий день. Этот артефакт собой представлял ту самую трещину, которой так гордился старик.

Тот назвал её хорошим подспорьем для тренировок, я же видел переносное личное пространство. Хотя минус в нём был: максимальное ускорение сбивается при смене внешних координат, поэтому я точно знаю, что сейчас соотношение 1 к 1 для времени внутри и снаружи.

Цель у этого была на самом деле одна: у меня большая часть монстров может быть вызвана исключительно внутри трещины. В том числе есть неопробованные мумии и вампиры с ментальным воздействием, но использовать их сейчас не было в моих планах. По крайней мере, опробовать вначале я планировал нечто иное.

Положил аптечку рядом с пленниками, в первую очередь оставил там нашатырный спирт. А то больно нежные и впечатлительные пленники.

Я нацепил непроницаемые мешки на головы похищенных мною людей и вызвал белого примата уровня Башни. После чего произнёс:

– Зеркальное приспособление, – проговорил я магию плоти уровня Планеты и начал резко увеличиваться в размерах.

Возможно, стоило превратиться в кого-то из существ со склонностью к гипнотизму, но раз уж белые приматы делали всю мою магию мощнее, я остановил свой выбор на них. Ведь я копировал облик, вернее мощь плоти, а не способности. И по какой-то причине облик приматов делал меня гораздо сильнее.

Я выпустил пару особей нежити меньшего размера.

– Снимите с ближней мешок, – приказал я.

– Грязев, с тобой всё кончено! Я пожалуюсь папе, он лорд Новой Британской Им… – противный визг продолжался, пока с журналистки снимали мешок. Но стоило ей посмотреть снизу вверх на моё новое тело, как она вырубилась.

– Не притворяется. Нашатырь! – скомандовал я, хотя лишний раз подтвердил, что я сногсшибательный красавчик, в каком бы виде ни был.

Нежить быстро поднесла пузырь к носу пленницы.

– *Цензура*, вонища! *Цензура*, *Цензура*! – выматерилась очнувшаяся дамочка.

– Да-да-да, сильный запах. Снова вырубишься, станешь бесполезна, я опрошу уже твою душу, – произнёс я.

Учитывая, что во мне сейчас было восемь-девять человеческих ростов, мой голос определённо был подобен грому.

И его суть дошла до журналистки.

Она подняла голову вверх, выказала испуг, но сознания не потеряла.

–… – словно зависла дамочка.

– Вопрос первый: твоё имя! – произнёс я. Я уже давно знал, что эта журналистка много врёт. Так, например, официально она была сиротой, но стоило наступить опасной ситуации, как она угрожала неким лордом-папочкой.

– Диана Джей, – соврала девушка.

– А я не предупреждал о каре за ложь? Какое упущение… – начал я, но не успел даже начать запугивать, как раздался крик.

– Диана Джинна Требьен!

– Твой отец Лорд Требьен?

– Да… чтобы ты такое ни было, чудище, тебя и Грязева убьют, тронь ты меня хоть пальцем! – выпалила дамочка.

– Действительно. Вселенная – это угроза. Девочка, вот только тебе не понять одной вещи: некромантам и тем более «чудовищам» плевать на это. Ты «останешься жить», но не совсем. Итак, госпожа Требьен, продолжим допрос. Но у Вас уже одно предупреждение, после трёх я опрошу Вашу душу куда более болезненными способами, после чего ваш разум и тело станут вотчиной шарманки.

– Ша-шарманки? – с ужасом переспросила журналистка.

– Именно.

Кажется, только после этого до дамочки что-то дошло.

Взгляд поник.

– Итак, вопрос номер два: какую магию ты и менеджер использовали на Грязеве, а ранее на Пронине? – спросил я.

– Просто анализ и запоминание образа: внешность, аура, луны. Развитие не увидеть, но этого и не требовалось, – смотря в землю, ни разу не соврала пленница.

– Зачем?

– Не знаю.

– Кто дал задание?

– Отец.

– Как он связан с редакцией?

– Наш клан владеет «Временем волшебства».

– Хм, но это нигде не упоминается.

– Фонд «БьенТре» владеет корпорацией «ГудМорнинг», а они уже холдингом «НьюСанМедиа», в который входит журнал.

– Понятно. И как дочка такой шишки стала простой журналисткой? – спросил я.

– Это развлечение. Я беру интервью только у красавчиков, некоторых удалось успешно использовать.

– Использовать?

– Затащить в постель.

– Вы же замужем.

– Это номинальный брак, связавший моего отца и Ганса Миллера, я там просто фикция. Меня, кажется, этот немец вообще ни разу не видел.

– Неважно, следующий вопрос…

Допрос журналистки длился полчаса, после чего ей залили зелье «Фикция». Оно просто стирает память ровно за одни сутки до приёма, и дают часов двенадцать здорового сна после употребления.

Опрос мужчин-помощников режиссёра был коротким. Местный персонал, нанятый в некотором смысле для утех, а не только физической работы. Нюанс только в принадлежности к Ордену и относительно смазливой внешности, до меня обоим далеко.

Хм, простолюдины в этой организации есть, а эта парочка оказалась фанатиками в третьем-четвёртом поколении. Ну, их так воспитали. Особой веры в организацию в них незаметно, а вот вживлённый артефакт повиновения есть.

Оператор вообще не в курсе ничего, она была бы не против «использовать Грязева», но на этом всё.

Режиссёр была в сговоре с менеджером, специально тянула время. Но целей не знала.

А вот менеджер и её секретарь уже оказались куда полезнее. Да и словоохотливее.

– Имя? – спросил я после процедуры запугивания.

– Изабелла Фокстейл, – произнесла менеджер.

– Какую магию вы с Дианой Требьен использовали на Грязеве, а ранее на Пронине?

– Анализ, сверка, запечатление.

– Цели?

– Снятие кальки для создания голема.

А вот это она рассказала первой.

– Зачем вам голем с внешностью Кира? – уточнил я.

– Для подмены. Пронин оказался более защищён артефактами, а так же обладал яркой аурой, а вот Грязев в купе со своими предметами становился очень блёклым, его очень легко подменить на куклу с хорошим сокрытием. Идеальный вариант.

– Цели?

– Я точно останусь жива, если всё скажу?

– Будет стёрта только память за сутки.

–…

– Можешь посмотреть на шестёрку остальных. Они живы, так как сказали правду.

– Если я всё скажу, меня убьют. У меня на душе клеймо, – медленно произнесла менеджер, наблюдая за моей реакцией. Но вымолвила правду.

– И как об этом узнают? – уточнил я.

– Моя душа попадёт в «котёл правды», если я умру. Если же просто скажу, то при личной встрече это будет заметно.

– Что такое «котёл правды»?

– Не могу сказать.

– Отправишься после смерти, значит. А ты хочешь жить, но не на поводке у британцев? – спросил я.

Волшебница уровня Системы кивнула, а вокруг неё расцвели искры надежды.

* * *

Спустя три недели я читал свежий выпуск «Времени волшебства». До интервью с Грязевым примерно полгода, так что номерок скучный, зато уже с рекламой фильма «Тир Хлябин: Начало». Пока на самом деле это реклама книг, соответствующая цветастая обложка чуть ниже. «Роман-бестселлер, впервые на английском».

В конце был небольшой некролог работницы издания Изабеллы Фокстейл, которая погибла внутри трещины, возникшей по дороге со съёмок.

Группу героически спас юноша по имени Одуванчик. Он исполнял роль водителя, так как все остальные перебрали на банкете, даже стрим проводили, старались напоить Грязева, но тот отказался и ушёл в медитацию.

Свидетельских показаний от этой британской алкашни взять не смогли. Результаты съёмок так же оказались утрачены, но Кир Грязев согласился на повторную, очень сожалея о гибели Изабеллы. Бесплатно. У него в глазах даже стояли слёзы.

Как я его понимаю, то есть себя. 215 тысяч и вновь потраченное время, но что поделать, пиар.

Ну, три кубка Альмаруси выиграть было просто. Снова три победы Пронина.

Теперь ещё одна победа в финале и один выход в полуфинал, и всё, догнать его сможет только Грязев, а при двух победах в кубках, уже никто. Ведь за финал дают 30 баллов в зачёт, а за победу 50.

Сейчас же математические шансы на победу сохранялись ещё у Майского и трёх принцев.

В этом году чемпионат мира должен был пройти в Регионе-11. Сейчас же в сентябре настал черёд кубков Новой Британской Империи. Лететь на первый из них в Регион-7 в Южное Полушарие. Обычно сентябрьские игры были последними, которые «что-то значили». Во многом некоторые участники не желали мотаться по планете, так как засилье запретных зон сильно тратило время, а кроме того раз в несколько лет участники страдали при попадании в шторм или нападении монстров.