Текст книги "Демоны могут смеяться (СИ)"

Автор книги: Григорий Семух

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Теперь осталось только туда добраться, и для начала стоило покинуть место побоища. У нашего клана, насколько я знал, весь город был покрыт сеткой опорных пунктов. Бойцы одной из наших ЧВК небольшими группами быстрого реагирования несли дежурство в конспиративных квартирах разбросанных по городу едва ли не через каждые пару километров. Если водила успел подать сигнал бедствия, сейчас сюда уже несется боевая группа.

Надо валить. Подхватив водилу телекинезом, я зашвырнул его в машину, закрыл окно, запер лимузин, выбросил ключи и цокая по брусчатке тростью, скрылся в переплетении узеньких улочек старого города.

Мой знакомый драгдилер много раз хвастался как ему удается уходить от слежки и часто рассказывал, как его люди прячутся от камер. Надеюсь, он не врал.

Глава 7

Особые знаки на стенах, которые, если знаешь, можно было разглядеть среди уличных граффити, привели меня в темный даже утром узкий переулок, зажатый между двумя заброшенными домами. Чтобы попасть сюда, пришлось войти в старый город протиснувшись через дыру в ограде из жестяных листов, ограждающих эти кварталы. Судя по пожелтевшему плакату, район должны были вот-вот снести… уже десять лет как.

Пока шел я засветился на десятках городских камер наблюдения, наверное, но чем ближе к старому городу и вглубь нищих кварталов я уходил, тем меньше видел их на столбах и стенах. Точнее видел, конечно же, но по большей части разбитых и сломанных.

Мой знакомый барыга рассказывал, что в некоторых районах у химбаронов заключено что-то типа сделки с местными бомжами. Бездомные целыми днями слоняются по улицам и портят камеры наблюдения. Терять им нечего – если полиция их ловит, то они отправляются, считай, что в санаторий с трехразовой кормежкой и крышей над головой. А если не ловит – то за каждую разбитую камеру можно получить деньжат сильно больше, чем за жестяную банку или стеклянную бутылку. Смею надеяться, что уже как минимум пару кварталов я передвигался вне взора вездесущих камер.

Удивительно, но район, несмотря на то, что был закрыт и вроде как расселен, – жил. По улицам двигались редкие прохожие, в некоторых окнах, сохранивших стекла, я видел силуэты жильцов, несколько раз мимо меня проносились курьеры на скутерах или электровелосипедах, а в сумерках дворовых арок я наблюдал неподвижно сидящих или стоявших, прислонившись к стенам, крепких ребят, скупые движения которых выдавали в них бойцов. Это что-то вроде местных патрульных?

– Кажется где-то тут, – понял я, прочитав загогулину вписанную в граффити на стене, и огляделся. Пустой, аварийный район на окраине города, жители из которого были много лет назад выселены, но работы по сносу, почему-то так и не начались. Ветхие, старые дома, пустые улицы, закрытые фанерой окна.

Привалившись спиной к заколоченной досками двери на земле сидел закутанный в лохмотья попрошайка, позвякивая железной миской для подаяний. Из вороха тряпья, в верхней его части торчали только удивительно пронзительные, фиолетового цвета глаза и крючковатый нос. Где-то внизу наружу высовывался металлический протез ноги, покрытый рисунками, наклейками и похабными надписями. Сразу бросился в глаза блестящий значок с якорем и корабликом, приклеенный к протезу, но приглядевшись я понял, что это какая-то флотская медаль, незнакомая, из старых, но начищенная до блеска. Моряк что ли?

«Не логично»– подумал я – «кто ж тебе тут денег даст? Прохожих почти нет».

Звяканье металлической миски меж тем складывалось в простенькую мелодию, просто сильно растянутую во времени, оттого и не заметную так уж сразу. Дзынь-дзынь-дзынь. Дзынь. Дзынь-дзынь-дзынь. Дзынь. Дзынь.

В плотной толпе нужного попрошайку можно было отличить от других по этим звукам. Здесь же надобности в этом не наблюдалось – улица была пуста. Но это только пока. Я знал, что вечером в подобных местах может быть достаточно оживленно. Как стемнеет народ сюда потянется. Это будут не только героиновые и другие «тяжелые» торчки, но и вполне себе богемная тусовка в поисках легкой дури и спидов, чтобы веселиться всю ночь напролет. Кроме целевой аудитории, сюда сползется всякий сопутствующий сброд, от проституток до карманников. Я думаю, район потому и не сносят, что в таком вот заброшенном состоянии, без камер и копов, он приносит в городскую казну сильно больше денег.

– Мне надо внутрь, – я подошел к попрошайке и бросил в его миску пятисотевровую купюру. – Покажи, как войти.

Тот на мгновение замер, чуть приподнял глаза, оглядев меня с ног до головы, и видимо как-то поняв, что я не из местной клиентуры, вернулся к прерванному делу – мелодично позвякивать мелочью на дне миски, глядя куда-то в пустоту.

– Охренели что ли? Ладно.

В жестянку отправились одна за другой еще три купюры, прежде чем одноногий моряк соизволил отползти в сторону и что-то нажать среди досок. Заколоченная дверь оказалась заколоченной лишь на вид. Доски не были прибиты к стене, а под слоем трухлявой древесины и грязной фанеры, скрывалась толстая стальная плита на мощных петлях и снабженная столь же мощными запорами.

За дверью оказался темный коридор, едва освещенный тусклой, мерцающей лампой в решетчатом плафоне. Вдоль стены тянулись кабели наружной электропроводки и пара металлических труб, как минимум в одной из них была вода – из ржавого соединения на бетонный пол падали капли, из-за чего на полу даже образовался тоненький ручеек.

Миновав коридорчик, длинной метров в пять-шесть, я очутился перед бетонной стеной, оказавшейся еще одной замаскированной дверью, которая тут же распахнулась – охранник за ней видимо получил какой-то сигнал или наблюдал меня через камеру или еще как-то.

– Заходи, – буркнул он пропуская меня, и я оказался в достаточно просторном помещении, сейчас погруженном в темноту и тишину, но которое к вечеру, как я знал, раскрасится неоновым светом и наполнится людьми и грохотом музыки. Несмотря на всю внешнюю мишуру «секретного места» скрыть подобное просто невозможно, так что власти этот притон скорее всего не «не могут найти» а всего лишь не трогают. Кажется всю наркоторговлю в городе крышуют Родригесы, клан в котором они состояли, по богатству пожалуй не сильно уступал нашему, а по некоторым оценкам даже превосходил. Деньги чтобы купить чиновников и полицию у них были.

По могуществу химбароны от оружейников тоже не сильно отставали и отношения между кланами традиционно были напряженными. В конце концов, мы снабжали не только армию, но и полицию, а в последние несколько лет федеральное полицейское управление во всей стране, получило в качестве эксперимента, поддержку от частной структуры – особые спецподразделения лучше оснащенные и обученные. Стоит ли говорить, что эти структуры через сеть компаний-прокладок принадлежали в той или иной мере, разным родам из оружейного клана? И стоит ли упоминать что в отличии от федеральной полиции, которая могла посмотреть сквозь пальцы на действия картеля, частная спецура чаще всего и становилась инициатором уголовных дел, да и накрывала ячейки картеля тоже в основном она.

В общем, был шанс, что даже если меня отследили до самого старого города, то здесь потеряют. Что делать дальше я пока не знал. В этот самый момент на мои поиски наверное брошены все технопаты непосредственно подконтрольные этой электрической сучке, мамочке Неро, вокзалы и аэропорты уже под контролем и стоит лишь купить любой билет на мои документы, меня схватят за шкирку как щенка.

Надо наверное пересидеть… Я надеялся что барыги помогут, у них есть обширный опыт по уходу из под наблюдения, побегам и смене личности. То что я, как богатый клиент знаком не с последней сошкой в их среде, счастливая случайность которая могла помочь. А говорили дурь меня прикончит. Да она меня спасает, прямо сейчас.

– Извиняюсь, в такую рань у нас посетителей мало, – мне навстречу выдвинулся мужик в белой рубашке с закатанными рукавами. В одной руке он держал небольшие весы, а в другой какую-то банку, видимо я оторвал его от работы. – Чего желаете? Вижу по вам что вы не за тяжем, для благородных у меня есть замечательная новинка, здорово расширяет сознание и дарит выход за границы этого скучного мира.

Мужик весело подмигнул и потряс банкой, и еще вчера, в своей прошлой жизни, я бы пожалуй заинтересовался. Но вчерашней ночью из компании скучающей золотой молодежи меня выперли пинком под задницу, и приходилось стремительно взрослеть.

– Нет, спасибо, – я покачал головой, – мне и правда нужен выход, вот только скорее в качестве услуги а не товара. Мой хороший знакомый сказал что к вам можно за подобной услугой обратиться.

– Оу, понимаю, – кивнул местный сомелье, – есть у нас человечек, разрешите проводить?

– Ведите.

Помещение оказалось неожиданно большим. Кроме импровизированного клуба на первом этаже, второй занимало что-то вроде конторы, и не зная куда попал, я бы принял это за офис какой-нибудь почтовой компании. Сомелье остановился у одной из дверей, постучал и через пару секунд, не дожидаясь ответа вошел, пригласив меня за собой.

Он привел меня в кабинет к забавному человеку – в строгом дорогом костюме и достаточно нелепой маске в виде черепа с пятном золотой краски на нем, которую тот видимо только что надел.

– Юноше нужен выход, – улыбнул сомелье, и не сказав больше ни слова покинул кабинет.

– Для начала могу ли я поинтересоваться через кого вы нас нашли? – низким басовитым голосом пригласил меня к разговору мужик в черепе, кивнув на стул – и чем мы можем вам помочь?

Нескольких знакомых мне имен и парочки секретных фраз, оказалось достаточно чтобы мой собеседник кивнул и жестом попросил меня продолжать.

– Вижу что вы не на тяжах, а дурь попроще можно покупать и через человечка попроще. Какие дела вы вели с… С вашим контактом, назовем это так.

– Я покупал через него не только дурь.

– Оружие? Антиквариат? Живой товар?

– Хм, а у вас весьма разветвленный бизнес, – усмехнулся я, – наверное это можно назвать антиквариатом, кое-какая запрещенная литература.

– Понял вас, – кивнул череп, – некромантия или демонология? Ладно-ладно, неважно, давайте к делу.

– Мне нужно покинуть город, – я сел и еле удержался чтобы по привычке не закинуть на стол ноги, – а лучше страну, и желательно так чтобы никто меня не перехватил по пути.

– А что, могут искать? – нарочито удивился череп.

– Думаю уже ищут.

– Убили кого-то?

– Вроде бы нет, но возможно что сегодня четверых.

– А вы кровожадный – захохотал череп – мне нравится.

– Отец в детстве на ферму возил, заставлял смотреть как коров убивают, – пожал я плечами, – и не только смотреть.

– Вот уж точно, после убийства несчастного теленка, замочить человека ничего не стоит, – мне показалось что человек под маской улыбнулся. – Могу ли я поинтересоваться кого вы убили? Хотя бы благородные это или нет, как настойчиво вас ищут?

– Надеюсь что не убил, но можете считать что меня будут искать так, как никого из ваших клиентов не искали.

– Вы что, кого-то из Спардейлов завалили? – пошутил череп и сам же рассмеялся своей шутке. – Ладно, спектр наших услуг обширен. Можем просто помочь отсидеться на конспиративной квартире а можем сделать пластику вплоть до смены пола и выдать замуж за какого-нибудь араба. Какой суммой располагаете?

– Денег не очень много – я сунул руку во внутренний карман, пальцем разделил пачку примерно пополам и вытащил стопку купюр чуть толще пальца.

– Скромненько, – согласился со мной череп, – есть предположение, могут ли ваши преследователи отследить покупку билетов? Получить доступ к базам транспортных компаний или городским камерам? Установить кордоны на дорогах, или остановить, ну например автобус и устроить обыск?

– Можете считать что доступ ко всем базам у них уже есть.

– А куда бы вы хотели направиться? Канада, Мексика?

– Слишком близко. Надо подальше. В Японию например.

– Из Ниагара-Фоллз уходит поезд. Он едет через всю страну, через Детройд, Чикаго, Миннеаполис, вдоль гор до Анкориджа, а потом по Берингову мосту уходит в Петропавловск-Камчатский. Оттуда есть мост в Хоккайдо.

– То есть я могу даже выбрать между Японией и Россией?

– Нет, только Япония. Русские на таможне не ограничиваются только проверкой документов, они делают сверку ДНК. КГБ что-то лютует в последнее время, у них там какие-то внутренние заморочки. Царь тамошний уже на ладан дышит, а наследники вот-вот начнут страну делить, проверяют всех въезжающих строго, но если не покидать поезда то вас это не коснется, а въезд в Японию возможен и без ДНК теста…

– В целом меня все устраивает.

– Тогда могу предложить вам билет на лэндшип. По этому маршруту курсирует элитарный поезд, принадлежит японской компании, и пусть и не весь, но прикрыт дипломатической неприкосновенностью. По своим каналам мы билет добудем, именно в дипвагон, так что в базах вы не появитесь, но это будет стоить… – череп задумался, и кивнул на стопку денег которые я выложил перед ним на стол. – Наверное еще столько же. Фактически несколько самых главных вагонов этого поезда, это передвижное японское посольство. Их базы данных защищены надежно и никакого обыска они не допустят.

– Кажется, я о нем слыхал.

– Допускаю, – хохотнул череп, – если вы тут, значит вы любитель запрещенных удовольствий, а японский экспресс пользуется особой популярностью у нашей политической элиты, особенно невыездной.

– И почему же?

– Во-первых это шикарный передвижной отель. Четыре этажа комфорта и роскоши в каждом вагоне. Ну а во-вторых, вагоны японского посольства это по сути территория Японии, со своими законами. А у них и к некоторым препаратам проще относятся, да и… – глаза черепа под маской блеснули – у японцев возраст согласия с четырнадцати лет.

– Забавно.

– А самое главное законно.

– Ну что же, если вы и правда сумеете добыть мне туда билет, думаю это решит мои проблемы.

– Разумеется добудем, – череп вынул из кармана смартфон, – документы будут делаться примерно неделю, их качества будет достаточно чтобы покинуть страну и въехать в Японию. За это время мы изменим немного вашу внешность – вколем немного гиалуронки чтобы математические характеристики вашего лица изменить, обманем камеры с обнаружением лиц. На этот срок предоставим вам конспиративную квартиру, доставку туда и оттуда на вокзал, так чтобы не засветить вас на камерах.

– Документы у меня есть, – я выложил оставшиеся деньги и сейчас перебирал в кармане паспорта, пытаясь отыскать именно русский паспорт наощупь, по тисненому гербу.

– Это сильно упрощает задачу, – мужик в маске сдвинул пальцем примерно четверть денежной стопки, а остальное смел рукой, даже не пересчитывая в ящик стола, – и ускоряет кстати. Могу я взглянуть на ваши документы?

– Конечно, – я протянул паспорт. – Как быстро на ваш взгляд я смогу покинуть страну?

– У нас тут проходит рок-фестиваль, – череп принял документы, и принялся листать паспорт, периодически переводя взгляд с меня на документы, – слыхали?

– Нет.

– Странно, – хохотнул мой собеседник. – Вы выглядите как рокер. На фестивале будет несколько русских групп, достаточно популярных. Из-за этого расписание поезда немного подвинули чтобы рокеры могли уехать на этом поезде домой после завершения фестиваля. Так что отправляется он через два дня.

– Думаю, два дня пересидеть точно получится.

– Могу поинтересоваться где вы добыли эти документы? – череп закончил тыкать что-то в телефоне и взглянул на меня – я вижу что это не подделка, но сходство поразительное. Это большой труд отыскать человека настолько похожего на клиента чтобы он сошел за него без пластики.

– К сожалению нет, – я покачал головой и принял паспорт обратно.

– Жаль. Кстати, у русского челюсть чуть-чуть массивнее чем у вас. Может вам стоит немного отрастить щетину?

– Буду всем говорить что на диете.

– Это правильно, – русские в целом массивнее и крупнее. Не качки, просто генетика такая.

– Я запомню.

– Ну что же, эээ – череп взглянул в паспорт – Виталий…

Он прервался и перевел взгляд на монитор в углу стола, несколько секунд глядел на что-то мне невидимое, а потом развернул его ко мне.

– Смотрите-ка, а вы не врали.

На экране я видел картинку с внешней камеры, там, на улице, к бомжу у входа подошла небольшая группа, человек пять, которые агрессивно жестикулировали и беззвучно что-то говорили, видимо микрофона на камере не было.

– За вами?

– Скорей всего.

– Не переживайте, мы уже договорились. Харон с ними справится, а если придут следующие мы разрулим. Территория наша, никто не может лезть в наши дела на нашей же территории. Мы уже всем все доказали… Сомелье вас проводит, уйдете под землей, через канализационный тоннель, на квартире есть запас продуктов. Через два дня за вами придут, и я бы не советовал вам покидать квартиру в это время. Не забудьте – череп мизинцем подвинул в мою сторону остаток денег и я даже не сразу сообразил что надо их забрать.

В этот самый момент я смотрел на экран монитора, там, бродяга с протезом, получив пару пинков по ребрам, все же встал и открыв дверь повел за собой группу бравых молодчиков.

– Все нормально, – кивнул череп, – там двойной шлюз, если нажать нужную кнопку то откроется не вторая дверь через которую вы заходили а лестница вниз. Харон уведет их в канализацию и там запутает. Хорошо если дня через два выйдут.

– Знаете, – я покрепче обхватил рукоятку трости и почувствовал как чернила с руки стекают в нее черными потоками, – что-то мне не верится что за ту, не столь уж большую сумму которую я вам заплатил, ваши ребята станут драться за меня, убивать и умирать.

– Конечно нет, – с отчетливыми нотками усмешки в голосе, ответил череп, – за вашу сумму мы даем вам время. Поверьте, если вас правда так уж сильно ищут и разговоры выйдут на уровень выше этих шестерок, мы вас конечно же сдадим, но сдадим не прям уж сразу, сможем протянуть время достаточно долго, чтобы вы успели унести ноги. Вам пора – человек в маске указал мне на дверь, которая открылась, впустив в комнату сомелье, тот кивнул и махнул рукой, призывая за собой.

Сомелье провел меня вниз, куда-то в подвальные помещения, дал в сопровождение пару крепких ребят, почему-то в желтой форме курьеров, и мы втроем побрели в лабиринты подземелий, подсвечивая дорогу фонариками. Оказавшись наконец в коллекторе, я в последний раз глубоко вздохнул, прежде чем перескочить через поток нечистот. Моя старая жизнь закончилась на берегу подземной реки, а новая попахивала дерьмом.

Глава 8

Два дня которые я просидел в крошечной квартирке на цокольном этаже, показались чуть ли не вечностью. Окон в квартире не было зато была толстая дверь чуть ли не из танковой бронеплиты с множеством замков и засовов.

Стенки в квартире были тонкие – я прекрасно слышал ссору семейной пары по соседству. Если меня захотят взять – можно будет просто проломиться сквозь соседскую стену а не вскрывать стальную дверь.

Отсутствие окон и интернета заставили какое-то время посидеть прислонившись ухом и послушать о чем там речь. По всему выходило, что молодая пара ругается из-за денег. Муженек потратил все семейные сбережения – на что я так и не понял – и теперь они выясняли чем будут питаться до конца месяца и чем за квартиру платить.

Даже удивился какие мелкие проблемы у людей. Я мог их все решить, всего лишь тремя-четырьмя купюрами, из толстой пачки которая все еще валялась у меня в кармане. Я такую сумму и деньгами то не считал – так, пару раз занюхнуть, да пару бутылок хорошего алкоголя прикупить…

Семейная ссора вскоре надоела, когда у парочки аргументы пошли по третьему кругу, так что я попытался занять себя чем-нибудь другим. Интернета тоже не было, у меня даже не было смартфона, как будто в пещере сидел. Помимо кровати и стола, в квартирке обнаружился большой запас консервированной жратвы и маленький телевизор, на экране которого я наблюдал чуть ли не в прямом эфире за своими похоронами.

Чуть не прослезился, чтоб их. Брательники со скорбными рожами словно и не пытались меня отмудохать еще позавчера, обе с позволения сказать мамы, в черных платьях, суровый но решительный и немного грустный отец… Надо же, со стороны почти как нормальная семья.

Акции СпардИндастриз пошли вверх – вот казалось бы, умирает сын президента компании который должен был вот-вот войти в совет директоров, акции должны пойти вниз логично же? Но только если это не оружейная компания, президент которой объявил что скоро начнет войну кланов. В этом контексте война это здорово. Война это взаимная утилизация дорогущей боевой техники в промышленных масштабах, это работа заводов в три смены, это в конце-концов огромная рекламная кампания систем вооружения. Несомненно если клан Спардейлов одолеет тех, кого выбрал жертвой, особенно если сделает это быстро и эффектно, то оружие спардейлов получит самую лучшую рекламу какая только может быть. Демонстрацию в реальном деле. Акции СпардИндастриз взлетят а вот акции оружейной компании поставляющей оружие клану-конкуренту, скорее всего просядут.

– Демоны. Даже обидно. Неужели моя смерть и правда принесла больше пользы чем вся моя жизнь? – я раздраженно швырнул пультом куда-то в сторону телевизора. Специально не целился, но и разбить не боялся. Уже сегодня я покину эту квартиру, извозчики должны были явиться за мной с минуты на минуту.

Перелистнув несколько каналов, снова наткнулся на свои похороны. Крупным планом показали мое лицо в гробу. Присмотрелся. Драгдилер был прав. Действительно, русский массивнее выглядит. Геном я подправил под него – выпил наконец вторую пробирку с вирусом добавив туда нужный образец ДНК, но надо бы и внешне как-то соответствовать. Качаться начать что ли?

Интересно, как это вообще делается то? Принял упор лежа, оттолкнулся от пола… Никакого сопротивления не почувствовал. Оттолкнувшись чуть сильнее, я бы просто встал на ноги. В общем-то, я вполне мог бы прыгать на руках, думаю даже на пару метров в высоту. Со своим весом работать точно бесполезно. Чтобы я ощутил нагрузку, надо на меня килограмм двести накинуть, если не триста… Ну или всю манну сначала потратить. В общем-то, я мог бы поднять телекинезом грузовик, пару раз, это бы выжрало наверное весь мой не столь уж большой запас маны, а после этого взяться за гантели…

От продумывания программы тренировок меня отвлек условный стук в дверь. Если бы постучали как-то иначе, по инструкции мне стоило затихариться, нажать красную кнопку на стене, не открывать и по возможности не выдавать своего присутствия, но стук был правильный, так что я повернул несколько замков, сдвинул толстый засов из легированной стали, и наконец открыл бронеплиту двери.

На пороге стояли два парня в желтых куртках службы доставки еды. Не здороваясь один из них, протянул мне точно такую же куртку, а второй сняв квадратную сумку, вошел в квартиру.

– Двое вошли – двое должны и выйти – пояснил мне один из курьеров – переодевайтесь, и шлем не забудьте.

Натянув прямо поверх плаща куртку курьера, а лицо спрятав под мотоциклетным шлемом, я нацепил на спину сумку, кое-как пристроил трость, и мы вдвоем вышли из квартиры.

На тесной лестничной площадке, чуть подотстал от своего сопровождающего, остановился и порывшись в кармане извлек несколько пятисотенных купюр. Из хулиганских соображений пропихнул их в щель под дверью соседей. Вот они удивятся наверное, впрочем, скорее всего это будет лишь причиной еще одного скандала.

Оказавшись на улице, прищурился от яркого солнечного света, от которого успел уже отвыкнуть, но вспомнил про шлем и опустил забрало с затемненным стеклом. Взобравшись на скутер, курьер предложил мне занять место второго ездока, и едва я уселся и ухватился за ременную петлю, рванул с места.

Где-то в недрах этой двухколесной крохи, билось сердце гоночного болида. Скутер, оглашая окрестности трескучим воем мотора пронесся по дороге, вывернул на шоссе и погнал в междурядье, оставляя обладателей четырехколесных консервных банок, торчать в пробке.

Минут через сорок, петляний по городским дорогам мы влетели в тоннель, поток в котором еле-еле полз, и рванув между рядами, вскоре обнаружили причину пробки – два из трех рядов, средний и правый, заняли два автомобиля. Белый внедорожник слегка клюнул в задницу черный микроавтобус. Насколько я мог понять – даже фару не разбил, но водилы выставили знак аварийной остановки, чуть откатили автобус от джипа, чтобы не стояли вплотную, и сейчас пялились на пострадавшую фару да поцарапанный угол бампера.

Весь поток вынужден был объезжать их по единственному свободному левому ряду, многие даже не стеснялись посигнались, проезжая мимо и выражая свое негодование, но водитель скутера в левый ряд не поперся – а вдарил по газам, и рванув вперед ловко вклинился между задней частью автобуса, и капотом внедорожника, намереваясь, как показалось остальным, вырваться в свободный правый или средний ряд, сразу за столкнувшимися тачками.

Едва скутер с курьерами скрылся за джипом и бортом микроавтобуса от камер видеонаблюдения, регистраторов и любопытных глаз, буквально на полторы секунды, дверь фургона резко открылась, и оттуда выскочил еще один курьер в желтой куртке. Меня ничего не объясняя просто затолкали в бус, выскочивший оттуда курьер сел на мое место, и доставщики пришпорив скутер, поехали дальше, я же остался в микроавтобусе.

Ссора с водителем внедорожника как-то мгновенно улеглась, и микроавтобус, оставив водилу джипа забирать знак аварийной остановки, рванул с места, едва захлопнув дверь.

– Ну вот и все – улыбнулся мне мужик что сидел в салоне микроавтобуса – два курьера заехали, два выехали.

– А нельзя было просто приехать за мной на автобусе?

– Можно было – пожал тот плечами – но мы исходим из предположения что дом, в котором вы схоронились уже вычислили и пасут.

– Понял – я кивнул – дальше что?

– Доедем до условной точки на полпути к вокзалу, наши ребята уже приступили к созданию гигантской пробки за нами и на всех дорогах по которым нас можно было бы догнать или перехватить. Там вас подберет тачка с дипломатическими номерами – наши государственные педоф… хм, любители молоденьких азиаток, тоже отправляются на этом поезде. Доедете с ними, лимузин пропустят прямо на перрон, есть там специальный въезд для дипломатов. Ну собственно и все, как только погрузитесь в поезд – выйдете из-под юрисдикции штатов. Если какой-то из наших кланов захочет вас достать, придется ему договариваться с японскими якудзами, а они еще Хиросиму не забыли так что процесс будет сложный и не важно, что вы наделали и кто вы есть, пусть даже самый отъявленный педо-некро-зоофил и массовый убийца.

– Хм, а мне уже нравятся японцы.

– Нам они тоже нравятся. Когда не приходится воевать с ними. Те еще звери на самом деле. Так, вот возьмите, ваш билет, трехкомнатный люкс на четвертом этаже, путешествие будет комфортным.

– Спасибо – я принял документы, перечитал, убрал в карман и откинулся на мягкую спинку сиденья – разбудите когда приедем? Я плохо спал сегодня.

– Разумеется, отдыхайте, почти выбрались, немного осталось.

Мне показалось что глаза я едва прикрыл, как мой сопровождающий, у которого я не соизволил спросить даже имени, растолкал меня и попросил на выход. Оказалось, что мы остановились на обочине дороги, рядом с черным лимузином, довольно скромным по моим бывшим меркам если честно. Примерно таким на котором меня пару дней назад везли мочить.

– Приветствую господа – в лимузине сидели двое мужиков хорошо так за полтинник на вид, или даже за шестьдесят. Конечно, если они не маги, если же маги – им может быть и сто, и сто-двадцать. Тут не угадаешь.

Дипломаты молча переглянулись и один пересел на сиденье к другому, освобождая мне противоположный ряд. Понятно, разговоры разговаривать ребята не хотят, моему обществу не сильно рады, но просьбу картеля выполнять приходится – может платят хорошо, может какой-то компромат имеют, что в общем-то, неважно.

Ехать нам оставалось совсем немного так что постные физиономии престарелых ловеласов особо не смущали. На вокзале наш лимузин не поехал к основному входу а зарулил к неприметному шлагбауму, а оттуда прямиком к перронам. Тяжелая дверь распахнулась и я первым выбрался из душного салона автомобиля в прохладные, раскрашенные неоновыми огнями сумерки.

– Лэншип, демоны, ну какая же красотища! Сколько на них ездил и все равно каждый раз удивляюсь. Никогда не надоест.

Видимо у меня есть какая-то гигантомания, как и у одного австрийского художника, у которого мы эту технологию помнится, и украли. Нравятся мне гигантские сооружения. Я любил наш дворец за его циклопический масштаб, любил башню скрытую под водопадом и гранитный замок – ту часть дворца что архитекторы высекли в скале. Мне нравились высотки Манхэттэна и Дубая – наш старик кстати, однажды чуть не купил Дубай – и эти сухопутные корабли мне тоже нравились.

Насколько я помню школьный курс истории, первыми лэндшипы появились в Германии, тогда еще в нацистской. В тысяча девятьсот пятьдесят пятом, когда вторая мировая война наконец закончилась и союзники захватили Германию, старина Адольф уже успел покрыть половину страны сетью железных дорог, по которым курсировали гигантские, двухэтажные тогда еще, мегапоезда. Сильно выше, сильно шире и длиннее чем обычный поезд того времени, лэндшип пришелся по душе союзникам, и в штатах сразу же распорядились ввести их в эксплуатацию, хоть это и потребовало переделки всей железнодорожной сети. Но оно того стоило. Безопасность путешествий кратно возросла.

Технология прижилась, развилась, и сейчас лэншип на который я пялился во все глаза, выглядел как небольшая четырехэтажка, на два подъезда, поставленная на гигантские рельсы, следом за которой прицеплено еще пара десятков таких же. Четыре этажа, колеса больше моего роста, про мощность двигателя даже страшно думать. Настоящий сухопутный лайнер, удобный, комфортный и самое главное безопасный – едва ли не единственный способ безопасного перемещения на серьезные расстояния.

Я прошелся по перрону, осматривая гигантскую тушу сухопутного корабля. Выглядит мощно, и на самом деле не только выглядит. Этот поезд несет на борту мощнейшие системы вооружения – есть отдельный вагон с артиллерийской батареей, парочка вагонов с вертолетными ангарами, каждый из вагонов оснащен пулеметными турелями и системами ПВО, на борту всегда присутствует серьезный отряд высококлассных боевых магов ну а про мощнейшую броню, которой могут позавидовать любые танки, и упоминать не стоит.

– Сэр, какой вагон вам нужен – рядом со мной остановился электрический гольф-кар с бортпроводником в красной форме.

Я молча протянул ему билет с паспортом и он, изучив бумажку, пригласил меня в машинку. Длина поезда измерялась в километрах, и топать до нужного вагона было неблизко. Спустя несколько минут мы были на месте, бортпроводник передал меня своей коллеге у входа в вагон, и симпатичная блондинка объяснила мне как пройти в мое купе, или скорее номер. Миновав рамку металлоискателя и сверку паспорта, я вышел из тесного тамбура в просторное фойе, и оглядевшись по сторонам, нашел лифт. Поднявшись на нужный этаж я отыскал свою дверь, приложил пластиковую карточку которую выдала мне проводница, и дверь тихо пискнув и моргнув зеленой лампочкой, открылась.