332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Грант Макмастер » Британия » Текст книги (страница 8)
Британия
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 23:19

Текст книги "Британия"


Автор книги: Грант Макмастер






сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Еще одна просьба, Юэн: будешь передавать моему сыну письмо – старайся, чтобы никто этого не видел. Его нынешние приятели меня не сильно жалуют.

При этих словах Кейтлин, шедшая в двух шагах позади, напряглась. Ее внутренний голос забил тревогу, а в последний раз, когда она его не послушалась, девушка осталась жива только благодаря Юэну.

Глава 9

ВОЙНА

Епископ подвела гостей к воротам. Вернее, к ржавому железному занавесу в самом центре стены, разрезавшей пополам широкую улицу. Кивнув стоящему рядом охраннику, она без лишних слов подняла занавес, и перед Юэном и Кейтлин открылась уходящая вдаль дорога с заросшими мхом домами по бокам. Они шагнули на потрескавшийся, покрытый снегом асфальт. Епископ и стражник, оставшиеся за воротами, смотрели им в спину.

Над головой мха не было, зато понизу он дополз почти до самого асфальта, поэтому Юэн и Кейтлин шли осторожно, ровно по середине, стараясь держаться подальше от опасного растения.

Девушка взяла Юэна за руку, и он чуть не подскочил от неожиданности.

– Ты заметил, чего тут не хватает? – спросила она.

Юэн удивился:

– Э-э-э… нет. И чего же?

– Детей, – ответила Кейтлин, наблюдая за его реакцией.

Юэн вдруг понял, что она права: за все время пребывания в Йорке путники не видели и не слышали ни одного ребенка, мало того – вообще никого моложе Юэна.

– Наверное, их держат где-то в безопасном месте?..

– Может быть, хотя это все равно странно: от детей всегда шум и беспорядок, а тут слишком тихо и спокойно…

С этим трудно было поспорить. Даже в «Заводном апельсине», при всей унылости послевоенной жизни, дети были шумной, визгливой, шкодливой и непоседливой бандой. Прятать их от чужих глаз долгое время было бы просто невозможно.

– Ну, и как ты думаешь, где они?

– Не знаю, Юэн. Мне почему-то кажется, что их тут вообще нет.

– В таком большом поселении этого решительно не может быть!

Кейтлин пожала плечами.

– Обними меня, – вдруг попросила она.

– Зачем? – опешил Юэн, но все же обнял ее за плечо и прижал к себе.

– За нами наблюдают. Пусть не думают, что мы что-то подозреваем.

Юэн внимательно посмотрел на спутницу сверху вниз. В ответ она улыбнулась – вымученно и тревожно.

– Думаешь, мы в опасности?

Девушка кивнула.

– Не волнуйся, в случае чего я тебя прикрою.

– Не сомневаюсь. Это случалось уже не раз. Куда больше меня волнует, кто прикроет тебя самого?

Юэн открыл было рот, чтобы сказать еще что-нибудь утешительное, но девушка жестом остановила его и показала вперед.

Перед ними, перегородив улицу, лежала на боку перевернутая фура, и в ее крыше была вырезана дверь. А рядом стоял человек в залатанном сером бомбере и кожаных штанах, не сводящий глаз с нежданных гостей.

– Кто вы такие и что вам нужно? – спросил человек.

По пути к воротам епископ сказала, что им нужен имам Хусейн. Юэн слышал слово «имам» впервые, но Кейтлин, казалось, оно было знакомо. Теперь Юэну пришла пора удивляться снова: его спутница улыбнулась человеку у дверей и сделала шаг вперед.

–  Ассалам алейкум, – сказала она, и человек поднял брови почти что в ужасе. Придя в себя, он потрясенно вымолвил: «Салам», и Кейтлин тут же заговорила снова:

– Нам нужно поговорить с имамом.

– Э… Ладно, я… Идите за мной, – неуверенно пробормотал стражник, переводя взгляд с Кейтлин на Юэна и обратно.

Юэн молча кивнул и попытался скрыть улыбку при виде его растерянности.

* * *

Эта часть города не сильно отличалась от той, с которой они распрощались у железных ворот. Повсюду над улицами висел легким саваном тонкий слой мха, погружая их в зеленые сумерки.

Стражник шепотом посовещался о чем-то со своим напарником и повел гостей к часовне, стоявшей на севере, напротив громадного обгоревшего здания.

– Похоже, люди часто обживают старинные церкви, – с интересом заметила Кейтлин.

– Потому что они – надега, – объяснил Юэн, который уже задумывался об этом. – В то время строили на века, камня на стены не жалели. Где найдешь лучшее укрытие?

– Вот это верно, – включился в разговор стражник. – Когда началась война, выжили в основном те, кто укрылся в подвалах, склепах и старых церквях.

– Наверное, камень не пропускает радиацию? – предположила Кейтлин.

– Что-то вроде того, – дружелюбно подтвердил стражник. – На нас бомбы не бросали, а вот на Шеффилд – да. И от Лидса, как говорят, одна дыра в земле осталась.

Стражник подвел их к небольшой боковой двери, сделанной из крепких темных досок и обитой ржавым железом.

– Это Чертова дверь. Не знаю, почему, но, сколько себя помню, столько ее так называют.

– Это чтобы черт мог бежать из церкви, – сказал Юэн.

– Серьезно? – удивился стражник.

– Так мне говорили. Причем изначально она была нужна совсем не для этого, хотя я и не помню, для чего, а потом уже так повелось…

– Век живи – век учись, – стражник широко улыбнулся и трижды постучал в дверь.

– Вы, случайно, не знаете человека по имени Дэниел? – вдруг спросила Кейтлин.

Стражник опять растерялся и ответил не сразу, изумленно уставившись на девушку.

– Что-то сегодня сплошные сюрпризы. Это было мое имя до тех пор, пока я не принял ислам. А что?

– И ваша мать…

– …епископ Йоркский? Да, – коротко ответил стражник. – Но здесь ее не сильно любят, так что вы о ней лишний раз не заикайтесь.

Дверь чуть приотворилась, уткнувшись в наледь, затем изнутри раздалось женское бормотание, кто-то уперся плечом и как следует надавил, после чего дверь широко распахнулась.

– Фаид! – Женщина в проеме улыбнулась и погладила стражника по щеке.

– Привет, Фэрри, – ответил тот, нежно взяв ее за руку.

– Это кто? – спросила Фэрри, кивнув в сторону Юэна и Кейтлин.

– Они к твоему отцу.

– Заходите, а то замерзнете, – дружелюбно сказала Фэрри и шагнула в сторону, чтобы пропустить всех троих в церковь.

Уже с порога Юэн заметил удивительную особенность этого здания: так тепло ему не было с самого детства. Стены и пол были нагреты, и даже воздух был теплым и мягко обволакивал лицо. Пожалуй, для двух путников, плотно укутанных по-зимнему, было даже слишком жарко. Вслед за Фаидом, они сняли шарфы и перчатки, а потом и расстегнули плащи.

Юэн не выдержал:

– Почему у вас так тепло?

Фэрри улыбнулась:

– Отец был когда-то водопроводчиком. Когда у нас стало поспокойнее, он первым делом починил старый котел в церкви.

Юэн не верил своим ушам.

– Тут что, центральное отопление?

Фэрри гордо кивнула.

Только теперь Юэн заметил, что внутреннее убранство церкви, хоть и обветшав с годами, было лишено следов плесени и сырости – вечных спутников жилых помещений в послевоенной Англии. Краска на стенах не облупилась, кое-где висели ковры, почти не тронутые временем.

– Сколько же труда для этого нужно! А чем вы топите?

– Никакого труда, – раздался низкий голос из глубины здания.

В дневном свете, падающем из окон, возник невысокий худой человек. На нем был легкий халат, спускавшийся ниже колен, а голову украшала вязаная шерстяная шапочка.

– Система стояла нетронутой с войны. Когда цивилизация рухнула, металл обесценился, вот про нее и забыли. Так что, по сути, мне пришлось только добавить воды.

– Мой отец, имам, – объявила Фэрри.

Лишь когда имам подошел ближе, стало заметно, что он – уже старик с изборожденным морщинами лицом и седой бородой. Он улыбался тепло и приветливо, но зубов во рту почти не было.

– Добро пожаловать в нашу мечеть!

– Это самое… Салам, – наугад произнес Юэн, надеясь, что правильно запомнил слово.

Старик еще шире растянул свою беззубую улыбку и сердечно пожал Юэну обе руки.

– Проходите, гости дорогие, – восторженно сказал он и приглашающе повел рукой в сторону главной залы.

Детали архитектуры явно выдавали в мечети бывший христианский храм, однако поверх стен висели домотканые ковры с текстами на незнакомом Юэну языке. Никакой мебели в зале не было, лишь на полу в несколько слоев лежали ковры. Недалеко от двери находилась ниша в стене, отгороженная висящим ковром: специальное место для моления. Вокруг было тепло, тихо и очень уютно.

– Мое имя Хусейн. А вот вас я раньше не видел, хотя был уверен, что знаю в Йорке всех.

– Меня зовут Юэн, а ее – Кейтлин. Мы пришли ночью, из Карлайла.

– Ах, так вы и есть ночные гости?! – воскликнул старик, улыбнулся Юэну и внимательно посмотрел на Кейтлин. Та слегка отодвинулась, прячась за спину спутника, что было совсем на нее не похоже, и снова взяла его за руку.

– Ну что ж, вот вы и здесь. Что же вам нужно от старика?

– Мне сказали, что вы поможете найти людей, похитивших мою семью.

– Твою семью похитили?

– Да, люди в противогазах на грузовике.

– Где это случилось? – спросил Фаид из-за спины Юэна.

– В Глазго. С неделю назад.

– В Глазго? – воскликнула Фэрри.

– Вы проделали большой путь! – покачал головой имам.

– А вы бы не сделали то же самое? – спросил Юэн.

– Пожалуй, да, – задумчиво произнес старик. – Что ж, я действительно знаю, кого ты ищешь и где их можно найти.

– Откуда ты знаешь о них, отец? – спросила Фэрри.

– Трудные времена приводят странных союзников, – ответил имам. – Мне нужны были лекарства и материалы для ремонта, а в первые годы после войны найти их было непросто…

– Черный рынок? – спросил Фаид.

– Хуже, намного хуже, – отозвался имам. – Однако давайте не будем поминать старое. К тому же близится час молитвы… Прошу вас, идите за Фаидом и Файрузой: они отведут вас туда, где мы встретимся позже.

Вслед за человеком, которого раньше звали Дэниелом, Юэн и Кейтлин вышли из молельни и спустились по лестнице в бывшую церковную крипту, которую имам превратил в жилище для себя и своей семьи.

– Располагайтесь как дома, – сказал Фаид. – Я вернусь с имамом после молитвы.

– Спасибо, – сказал Юэн.

– Фаид! – позвала Кейтлин, когда мужчина был уже на пороге. – У нас кое-что есть для тебя. – И она дернула Юэна за руку.

– Если это от матери, я даже знать не хочу!

– Подожди, дорогой, – вмешалась Файруза. – Хотя бы посмотри, что она прислала. Какой от этого вред?

– Фэрри, от нее вечно одни неприятности.

– Но мать у тебя всего одна, – сказала та и вышла из комнаты.

Фаид помялся в нерешительности, затем покорно вздохнул, повернулся к Кейтлин и протянул руку. Юэн передал Кейтлин сложенный и скрепленный конверт, и девушка медленно положила его в ладонь Фаида.

– Прочитаю после молитвы, – сказал он и исчез за порогом.

В комнате, где остались Юэн и Кейтлин, было чуть прохладнее, чем в молельне наверху. Зато тут стояли старые кожаные кресла, а на полках вдоль стены выстроились книги, между которыми лежала всякая всячина.

Далекие звуки шагов и гул людей, собиравшихся в молельне со всех концов этой части города, навевали дремоту. Вскоре Кейтлин смежила веки, а затем и Юэн сдался и погрузился в сон.

* * *

Проснулся Юэн от прикосновения чьей-то руки и от запаха тушеного мяса. Над ним, улыбаясь, склонился имам Хусейн; одной рукой он тряс гостя за плечо, а в другой держал керамическую плошку, откуда поднимался ароматный пар.

– Ешь, пожалуйста, – сказал старик, протягивая плошку.

Юэн потряс головой, прогоняя сон, сел прямо и принял угощение из рук имама.

– Спасибо, – благодарно сказал он.

Рядом, на диване, Кейтлин жадно уплетала за обе щеки свою порцию; подняв голову над своей плошкой, она довольно улыбнулась Юэну полным ртом.

Мужчина тоже накинулся на варево из курицы, грибов и какой-то травы. Имам охотно пояснил, что это крапива. Впрочем, Юэну было все равно – главное, что вкусно. Он вдруг почувствовал, как много сил отнял у них с Кейтлин марш-бросок от Карлайла до Йорка.

Имам уселся напротив Юэна и терпеливо ждал, пока гости управятся с едой. Затем забрал плошки и ушел с ними в соседнюю комнату, но тут же вернулся, неся два пластиковых стакана с водой, и снова сел рядом.

– Теперь о деле, – сказал он Юэну. – Люди, которых ты ищешь, опасны. Ты готов идти за ними дальше?

– Конечно!

– Ну а ты, девочка? – спросил имам, повернувшись к Кейтлин. – Может, останешься с нами?

Та заморгала.

– Э-э… да. Конечно, это не моя семья, но я в долгу перед Юэном.

– Чем же ты ему так обязана?

– Жизнью, – просто ответила девушка.

– Тебе не обязательно идти со мной, – вдруг сказал Юэн: он вдруг подумал о том, что здесь Кейтлин сможет найти себе уютное пристанище.

Поразмыслив немного, девушка покачала головой, видимо в очередной раз доверившись чутью:

– Я пойду с Юэном. Но за предложение спасибо.

Имам кивнул, грустно глядя на девушку.

– В таком случае перед вами лежит коварный путь в места, куда нынче не ходит никто, – мрачно произнес он.

– Так-так, – покорно сказал Юэн.

– Люди, которых ты ищешь, пришли с юга, где дела очень плохи, – объяснил имам. – Они впервые появились в наших краях пять лет назад. Мелькали на горизонте, рыскали вокруг города, но близко не подходили.

– Откуда вы знаете, что они именно те, кто мне нужен? – спросил Юэн.

– Говорят, таких групп несколько, но все они возвращаются в одно и то же место.

– И что же это за место? – спросил Юэн.

– Лондон.

Как будто огромная гора обрушилась на плечи Юэну. До Лондона были сотни миль. Даже на машине епископа путь будет долгим и трудным.

Кейтлин, казалось, испытывала те же чувства: она внезапно посерела от беспокойства.

– Вам не дойти туда пешком, друзья мои, и не добраться по дорогам, – продолжил имам.

– Тогда как?

– Самолетов нынче нет, и, судя по тому, что рассказывают про обитателей рек и океанов, к ним тоже лучше не приближаться…

Юэн решил подождать, пока старик насладится драматической паузой. А вот Кейтлин не хватило терпения.

– Как? – спросила она, и в ее голосе мелькнули нотки отчаяния.

– Среди бродяг и старателей ходят слухи – подчеркиваю, только слухи, – что туда ходит поезд по железной дороге.

– Серьезно? – спросил Юэн.

– Так говорят.

– Как до него добраться? – прищурилась Кейтлин.

– К сожалению, я не знаю, – сокрушенно ответил старик. – Но зато знаю женщину, которая вам поможет, если выполнит наше старое соглашение.

– Какое соглашение?

– Когда-то мы торговали с ней, и за ней остался должок, – имам явно не хотел вдаваться в подробности.

– Так ей и сказать?

– Этого должно хватить. Когда-то мы были друзьями.

– Где нам ее найти?

– Вот это самое трудное. Она живет в Донкастере.

– К югу отсюда, – вступила Кейтлин, заметив, что Юэну это название ни о чем не говорит.

– К югу? Там, где все плохо?

– На юге плохо везде, Юэн, – подтвердил старик. – Но Донкастер – это такое место, которое даже плохие твари обходят стороной.

Мужчине вдруг стало неловко за свое невежество.

– Почему?

– Потому что оттуда не возвращаются.

– И именно там живет ваш друг? – с недоверием переспросил Юэн.

– Да. Ее зовут Сара, а большего я не скажу. Если она жива, то поможет вам. Если нет – возвращайтесь, и мы подумаем, как быть дальше.

Юэн задумался.

– Что вы хотите за свою помощь?

– Ничего, – ответил старик, примирительно подняв руки. – Пророк, мир ему и благословение Аллаха, учил нас щедро делиться с теми, кто попал в нужду.

Юэн настороженно посмотрел на имама. Он был убежден, что ничего в этой жизни не делается просто так и что если сейчас старик ничего не просит взамен, значит, придется платить потом. Впрочем, выбирать не приходилось…

– Спасибо, имам Хусейн. Вы – очень щедрый человек.

– Если Сара жива, вы найдете ее в замке под названием Конисбро, на окраине Донкастера.

Старик протянул Юэну картонку с аккуратно начерченным планом местности. На другой стороне красно-зелеными буквами возвещалось о том, что «Корн Флейкс» – лучшие кукурузные хлопья в мире.

Путешественники встали.

– Еще раз сердечное вам спасибо, имам, – сказал Юэн.

– Не за что, – ответил старик, провожая гостей до двери, но у самого порога вдруг остановился и посмотрел на них очень серьезно.

– Прошу вас, друзья: если получится, не заходите в сам Донкастер. Старайтесь также держаться подальше от Лидса и Шеффилда. Каждое из этих мест проклято по-своему, а на вашем пути и без того с избытком опасностей.

После этого он вывел их на улицу.

* * *

Нехорошие предчувствия Кейтлин сбылись, едва они дошли до ворот, ведущих к нейтральному коридору перед христианской частью города. Откуда-то из-за спины раздался троекратный автомобильный гудок, и стражники, уже открывшие дверь в потолке опрокинутого автобуса, мгновенно закрыли ее снова, взлетели на горы коробок по бокам и направили стволы в сторону коридора.

Из мечети послышался топот, и шестеро человек окружили Юэна, схватили его за руки и надели старые, но крепкие наручники. Кейтлин не успела ничего сделать: на нее тоже набросились. Связав обоих, им зажали рты веревками, надели на головы вонючие мешки, куда-то потащили и бросили в помещение, где пахло сыростью и землей.

– Лежите тихо, – сказал один из нападавших. – Тут всюду мох. Шевельнетесь – сдохнете.

Несколько часов они пролежали в темноте, а снаружи доносились топот бегущих людей, встревоженные голоса и певучие молитвы. Поначалу пленники пытались освободиться от веревок, но нападавшие сработали на совесть, и вскоре Юэн и Кейтлин бросили эти попытки и дальше просто лежали на холодном полу.

Юэн уже потерял счет времени, когда за стеной раздались глухие звуки перестрелки. Потом ухнуло несколько взрывов, один из них – такой силы, что земля под ними содрогнулась. Автоматные очереди послышались ближе, мерный такт отбивали выстрелы из дробовика.

Кейтлин прижалась к Юэну. Девушка не издавала ни звука, но Юэн чувствовал, как ее трясет.

За дверью послышались голоса, и кто-то подергал за ручку.

– Заперто! – донесся женский голос. – Скорее узнай, у кого ключ!

Раздался торопливый перестук убегающих ног и затих вдали.

– Лежите, я сейчас вас выпущу, – сказал из-за стены женский голос, и Юэн подумал: «Уж не епископ ли возглавила спасательную операцию?»

Еще один взрыв, на этот раз ближе, сотряс землю, и вслед за ним вдалеке послышался пронзительный крик боли, заглушивший даже монотонную перестрелку. Топот бегущих ног послышался снова, на этот раз он приближался, пока не замер у самой двери. Потом заскрежетал ключ в замке, и дверь со скрипом отворилась.

Юэна взяли за руку.

– Встань, – на этот раз говорил мужчина, и Юэну показалось, что это имам.

Он попытался повернуться, чтобы было удобнее вставать, но чужие руки удержали его на месте.

– Нет. Вставай прямо напротив меня. Ни шагу в сторону.

Юэн замер, вспомнив про убийственный мох. Потом с трудом, преодолевая боль в затекших мышцах, поднялся. Невидимый человек удержал его на ногах и снял мешок. На Юэна смотрело напряженное и усталое лицо имама. Рядом с ним Файруза с почерневшим лицом и блестящими глазами помогала встать Кейтлин.

Тесная комната, куда их затолкали, была почти вся покрыта мхом, как зеленым одеялом, но мох этот был другим: вверх из ровного покрова тянулись стебли, на которых поблескивали набухшие от влаги семена.

– Скорее, надо убираться отсюда! – сказал имам и вывел Юэна из комнаты, придерживая его за плечо.

За дверью имам освободил Юэна от кляпа и наручников. Юэн размял запястья и оглянулся на Кейтлин. На ее щеке багровел синяк и виднелись следы засохшей крови: те, кто схватили их, не особо церемонились с девушкой. Она отважно улыбнулась, но Юэн заметил, что руки у нее дрожат.

Они стояли в коридоре, который раньше был частью офисного комплекса, но теперь стены были покрыты сажей и серым порошком, проверенным средством против мха. Ни одна деревянная дверь не уцелела, и через пустые проемы бывших офисов в коридор лились изумрудные сумерки.

– Спасибо, что спасли нас, – сказал Юэн. – Но что тут у вас творится?

Имам Хусейн с дочерью переглянулись, затем посмотрели на Юэна и Кейтлин.

– То есть, вы не знаете? – спросила Файруза.

– Чего не знаем?

– Поговорим на ходу. Здесь оставаться опасно, – сказал имам и первым пошел по коридору к лестнице, ведущей вверх.

– Чего мы не знаем? – с вызовом повторил Юэн.

– Вы отдали Дэниелу конверт. Вы знали, что там? – спросил имам.

– Неужели все это из-за письма? – поразилась Кейтлин.

– Нет, мы не спрашивали, – отозвался Юэн.

Имам и Файруза опять мрачно переглянулись.

– Что? – спросил Юэн. – Что происходит?

– Минуту, – сказал имам.

Они как раз дошли до лестницы. Рядом, в конце коридора, стоял железный шкаф. Фэрри вынула из него рюкзаки и оружие и отдала их Юэну и Кейтлин. Лицо ее ничего не выражало, но Юэн заметил, что глаза у нее покраснели от слез.

– Пожалуйста, расскажите, что случилось, – умоляюще попросил Юэн.

Файруза вдруг схватила его за руки и пристально посмотрела в глаза.

– Кто дал тебе это письмо, Юэн?

– Его мать, епископ.

– Опиши ее, – попросил имам и пошел вниз по лестнице.

Юэн задумался, пытаясь восстановить в памяти образ пожилой женщины.

– Высокая, худая, седая. Всегда в чистой и красивой одежде.

Имам кивнул:

– Да, это она.

Фэрри сгорбилась, отпустила Юэна, а затем повернулась и пошла вслед за отцом.

– На улицах надо быть осторожнее. Пойдем окольными путями, пока не доберемся до военного лагеря у собора, – чуть не плача, сказала она.

Юэн по-прежнему ничего не понимал и повернулся за помощью к имаму.

– В конверте были живые споры мха, – имам, казалось, был подавлен. – Фаид вдохнул их, как только распечатал письмо, Юэн.

– Господи! – послышался сзади голос Кейтлин.

Только теперь до Юэна дошло случившееся.

– Мох напал на него?

– Он сам стал мхом. С живыми спорами все происходит до ужаса быстро. Фаид даже не успел с нами попрощаться…

Юэн похолодел от мысли о том, что Дженнифер сделала с родным сыном и как близко от смерти находились они с Кейтлин, когда несли конверт через полгорода и когда лежали связанные в подвале рядом с живыми спорами мха.

– Простите, я не знал, – хрипло произнес он, спускаясь по лестнице за Файрузой, хотя и понимал, насколько пусты сейчас эти слова.

– Разве ты мог узнать и выжить? – грустно улыбнулся имам.

Выйдя из здания, они перебежками добрались до ближайшей линии домов, прошли ее насквозь и двинулись на юго-восток. В какой-то момент они оказались на открытой улице и, вслед за Фэрри, бросились ничком на асфальт.

Неподалеку, за стеной, спорили два христианских солдата.

– Ничем хорошим это не кончится, – сказал один.

– Ты так думаешь?

– Я знаю.

– Ну и зачем тогда приперся, Альберт?

– Так она же сказала: прийти всем до одного! Тупой, что ли? Попробуй, поспорь с ней.

– Значит, пускай насильно обращают в свою веру, а мы будем сидеть, сложа руки? Вот так ты думаешь? – голоса стали удаляться, продолжая разговор на ходу.

– Нет, брат, я вообще ничего не думаю. В наши дни иметь собственное мнение опасно, – ответил Альберт.

– Тут ты, может, и прав, Берти, но все равно это не дело: похищать всех, кто приходит в город, дурманить их и обращать в свою веру. Ты подумай, епископ дело говорит!

– Ну, я тебе так скажу… – Больше ничего разобрать было нельзя; Файруза осторожно заглянула за стену и показала жестом, что путь свободен.

Они перебежали дорогу и укрылись в тени еще одной линии домов, с террасами.

– Отец, ты был прав: они их используют, – сказала Фэрри.

– Нас? Для чего? – спросила Кейтлин.

– Епископ была в ярости, когда ее сын принял ислам, – объяснил имам.

– Он сделал это ради меня, – сказала Фэрри. – Я не хотела и не могла отказаться от своей веры, и тогда он отказался от своей ради нашей любви.

– По правде говоря, он не особенно верил в бога, ни в исламского, ни в христианского. Он просто очень любил мою дочь.

Файруза отвернулась, пряча глаза, но не смогла подавить горького и безысходного рыдания.

– И теперь они утверждают, будто вы насильно обратили нас в мусульманство? – спросил Юэн.

– Видимо, да, – ответил имам. – Епископ уже давно обвиняла нас в этом, но без доказательств ничего не могла предпринять.

– То есть, получается, она все подстроила? – изумился Юэн. – Но откуда она знала, как вы поступите с нами? И что мы вообще отдадим письмо?

– Наверное, она и сама не знала, как все сложится, – ответила Файруза, осторожно идя по первой по заросшему мхом палисаднику.

– Идите по снегу! – сказал имам, замыкающий цепочку, и подстраховал Кейтлин, чтобы она не упала в мох. – Она хорошо понимает фанатиков, потому что сама фанатик.

– Что вы имеете в виду? – спросил Юэн.

В вопросах религии он был беспомощен. В его жизни в Шотландии религия была делом десятым. Впрочем, после войны многие забыли о церковных канонах: на первый план вышли проблемы выживания. К тому же бог, допустивший планетарную катастрофу, резко утратил популярность. В первые послевоенные годы еще шли пересуды о том, удалось ли спастись религиозным лидерам, но прошли десятилетия, от них не было известий, и все решили, что раз уж прожили все это время без них, то как-нибудь проживут и дальше…

– Фанатики моей общины хотели забить вас камнями до смерти, – грустно сказал имам.

– Камнями? – Юэн вытаращил глаза. – Забить камнями?

– Какая-то дикость… – поморщилась Кейтлин.

– Действительно, дикость. Поэтому мы вас и вытащили оттуда, – согласился имам. – Я не сторонник мести. Наоборот, я учу любить ближнего своего. Но это трудно даже в хорошие времена, а нынче времена нехорошие.

Юэн посмотрел на спину женщины, которая молча уводила их подальше от опасности, и подумал, сколько же в ней отваги и самоотречения! Чужаки невольно стали пособниками в убийстве ее любимого мужа, а она за это спасает им жизнь. Он понял, что восхищается ее храбростью и верностью идеалам отца.

Фэрри остановилась перед старой каменной стеной, поверху которой шла ржавая металлическая изгородь, и безучастно сказала:

– Вот и стена.

Юэн не мог подобрать слова, чтобы выразить все свои чувства, и просто кивнул, а вот Кейтлин молчать не стала:

– Я никогда не забуду, чего вам стоило помочь нам!

– Вы принесли в мою жизнь боль и страдания, и дальше все будет только хуже, – сказала Файруза. – Я не желаю вам зла и не хочу, чтобы вас убили по воле этой хитрой мерзавки, но и простить не могу.

Кейтлин грустно кивнула и оглянулась на Юэна. В это время заговорил имам.

– Никто не ходит на юг пешком, это почти верная смерть. Но если вы останетесь здесь, смерть будет еще вернее, – он положил руки им на плечи. – Да хранит вас Аллах от всякого зла в этих дьявольских землях!

Затем старик взял за руку Файрузу, и они ушли, не говоря больше ни слова и не оборачиваясь. Юэн же и Кейтлин забрались на стену и окинули взором жуткие обугленные развалины за пределами старого Йорка. Несколько минут оба молчали, потрясенные увиденным и произошедшим, а потом мужчина произнес:

– Ну что, двинулись?..

Глава 10

БЕГСТВО

Спуститься со стены оказалось на удивление легко: с железной изгороди спрыгнули на камень, оттуда – на заснеженную улицу.

Дома за границей старого города сохранились далеко не так хорошо, как внутри. Те, что уцелели во время пожаров, были снесены тяжелой техникой или разрушены. Под ногами скрипел снег, все вокруг было в сугробах, и холодный ветер обещал подкинуть добавки. Аккуратно ступая по неровной земле, Юэн и Кейтлин направились через развалины к кучке уцелевших зданий.

Далеко за их спинами, в неспокойном городе Йорке, снова разгорелась перестрелка. Над стеной и над крышами домов всколыхнулась струя пламени. Юэн и Кейтлин переглянулись и ускорили шаг.

Приблизившись к уцелевшим домам, они увидели, что это не более чем выгоревшие бетонные коробки без крыш: можно укрыться от глаз обитателей Йорка, но нельзя оставаться надолго. Ледяной ветер завывал в пустых дырах окон, как будто пел жуткую колыбельную остаткам былой цивилизации.

– Надо снова выйти к реке, – сказал Юэн, изучая карту имама.

Кейтлин дрожала от холода, обхватив себя руками, и выглядела жалко.

– Выходит, Юэн, ничего не меняется? – печально спросила она.

– В каком смысле?

– Ну вот, была война, все выжжено дотла, мир уничтожен, а люди по-прежнему рвут друг другу глотки за то, чего, может, и вовсе нет.

Юэн грустно кивнул:

– Я думаю, это часть человеческой природы. Возможно, худшая ее часть.

Покинув ненадежное убежище, они пошли на восток и почти сразу наткнулись на замерзшую реку, незаметную за домами. Как только путники ступили на твердый лед, начался легкий снегопад, и ветер поднял по реке поземку, как будто рябь на водной глади. То там, то тут виднелись вмерзшие в лед катера, чьи владельцы когда-то пытались уйти от войны по реке. Теперь от них остались только ржавые жестянки да пожелтевшие кости, торчащие из снега.

Повернувшись спинами к Йорку и к ветру, мужчина и девушка поплелись вперед, петляя вместе с рекой в сторону юга, навстречу всему, от чего их пытались уберечь.

* * *

Они двигались быстрым шагом около часа, после чего река разделилась на два рукава. Юэн решил пойти по тому, что шире, и вскоре путники услышали приглушенное журчание. Юэн взял в руки автомат. Кейтлин, заметно нервничая, шла за ним, глядя в ту сторону, откуда доносился звук.

– Давай сойдем с реки, – вдруг сказал Юэн, снова закинул автомат за плечо и вышел на левый берег, утыканный скелетами деревьев и кустов.

Кейтлин пошла за ним; страх в ней сменился любопытством.

– Что там такое?

– Не знаю. Но если это то, что я думаю, лучше нам стоять на твердой земле, – ответил Юэн.

Ступая по берегу, они обошли странный бугор посреди реки, и тут Юэн замер, и на губах его заиграла улыбка.

– О… – сказала Кейтлин, не особо удивившись.

Бугор оказался замерзшей запрудой. С южной ее стороны лед подтаял и провалился, и там, внизу, куда уходили острые клыки сосулек, весело журчала вода.

– Первый раз вижу на поверхности воду, – сказал Юэн.

– На юге ее много, – как бы между прочим заявила Кейтлин.

– Неужели там нет льда?

– Как же нет… Все им затянуто, – ответила девушка. – Все, кроме рек. По крайней мере, в большинстве случаев они уже больше похожи на реки.

Юэн не мог в это поверить. Кейтлин пожала плечами:

– Тут же север, ближе к Арктике…

Юэн переварил информацию и пошел вниз по течению.

– Как думаешь, мы сможем и дальше идти по льду? – спросила Кейтлин.

Вместо ответа Юэн огляделся по сторонам, выдернул из снега подходящую палку, вытащил нож и обстругал сучья. Затем он спустился к реке и постучал концом палки по льду. Звук получился глухой.

– Должен выдержать. Если бы вода была рядом, звук был бы другим.

Кейтлин осторожно вышла на лед, и они двинулись дальше.

Когда путники покинули Йорк, спускались сумерки, а теперь уже заметно стемнело. Дальше идти было опасно: с каждой минутой становилось все труднее смотреть под ноги. В поисках укрытия они набрели на старую баржу, вмерзшую в лед посредине реки. На первый взгляд посудина казалась ветхой, но лед держал ее крепко, и крыша из стеклопластика прекрасно выдержала испытание временем.

Юэн залез на борт и помог подняться Кейтлин. Вокруг, насколько хватало глаз, лежали пустые белые поля, грозно и призрачно мерцающие в свете луны, пробившейся сквозь тучные облака.

Юэн прикладом сбил с двери висячий замок, затем достал пистолет – оружие, более подходящее для узких коридоров, – и шагнул в темноту салона.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю