355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Гордон Руперт Диксон » Последняя миссия, или Мир сомнамбул » Текст книги (страница 2)
Последняя миссия, или Мир сомнамбул
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 19:32

Текст книги "Последняя миссия, или Мир сомнамбул"


Автор книги: Гордон Руперт Диксон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

– И что это со мной? – с горечью произнес маршал. – Можно подумать, я сгораю от желания лететь с вами.

– Если вы честный человек, то, возможно, у вас скоро появится такое желание, – тихо ответил Рейф.

Они мчались мимо башен терминала, направляясь к небольшому сооружению, над которым светилась желтая надпись «ПОЛИЦИЯ».

– Мы останемся в машине, – сказал Рейф, – пока не подготовят аппарат. Поговорите с ними, Форбрингер.

Тот снова наклонился к панели связи. Все тот же дрожащий голос сообщил, что пятиместный вертолет ждет их на посадочной площадке с другой стороны здания. Лимузин устремился в указанном направлении.

Через пять минут Рейф уже сидел за панелью управления вертолета, не сводя глаз с зеркала, в котором отражались Пао и Форбрингер. Они сидели за его спиной, послушно сложив руки на коленях, так, чтобы он мог их видеть. Вертолет взмыл в небо, фигурка Ли быстро уменьшилась в размерах и вскоре исчезла из виду.

На высоте семь тысяч футов Рейф довернул на восток. Когда высота достигла восьми тысяч, он включил автопилот и развернулся вместе с креслом к Форбрингеру и Пао.

– Можем ли мы узнать, куда вы нас везете? – подал голос Пао.

– Я еще не знаю, – без улыбки ответил Рейф. – Будем лететь на восток, пока не стемнеет. Или пока вы не заснете.

– Какой же вы болван! – выпалил Форбрингер. – Вы что, не знаете, что если мы будем лететь на автопилоте, то каждый аэродром, который нам попадется по пути, постарается посадить нашу посудину? А это корыто не способно самостоятельно приземлиться! В результате мы рухнем где-нибудь в пустыне и… – Он осекся. Сузившиеся глаза смотрели на Рейфа. – Или… или вы считаете, что вам удастся не заснуть? Кто вы? Зомби? – Можно и так сказать, – усмехнулся Рейф. Он ожидал, что после его слов они забросают его вопросами, но ошибся. Пао и Форбрингер молчали. Форбрингер откинулся в кресле и сложил руки на груди с видом человека, принявшего важное решение.

Глава 3

– Не знаю, какова ваша сопротивляемость «сонным» волнам, – сказал Пао немного спустя. – Но вы должны знать, что на свете нет двух людей, которые бы одинаково реагировали на энерговолны. Вы прожили вне Земли четыре года… в тот момент, когда запустили первую астростанцию, вас здесь уже не было. Словом, вы не испытали на себе воздействия «сонных» волн.

– Я бывал на экспериментальных астростанциях за два года до того, как отправиться на Луну, – сухо возразил Рейф.

Пао замолчал и вздохнул.

Земля под направляющимся на восток вертолетом покраснела от лучей заходящего солнца. Внизу проплывали разноцветные лоскутки старых ферм; у горизонта сияли городские огни. Где-то наверху вырабатывала энергию сотовая астростанция, массивная антенна которой была направлена на шахту, уходящую на триста миль в расплавленное чрево Земли; жар и давление, царящие на дне шахты, скоро запустят мощные генераторы; те, в свою очередь, направят энерговолны на промышленные предприятия и электростанции. Когда это произойдет, альфа-ритмы человеческого и звериного мозга в зоне действия антенны будут нарушены, и тогда все живое погрузится в глубокий сон, желает оно того или нет…

Молчание нарушил Пао.

– Ну хорошо, – заговорил он. – Вам известна реакция вашего организма на передаваемые волны, они не способны усыпить вас, как усыпляют остальных. Вы знаете даже, что при усиленном альфа-ритме состояние вашего мозга позволяет вам передвигаться. Более того, вероятно, вы не только передвигаетесь, но даже в какой-то мере контролируете свои действия. Но поймите, сейчас мы знаем об альфа-ритмах намного больше, чем в эпоху экспериментальных моделей космических энергоносителей. Теперь нам известно, что блокируются не только нервные реакции, но и рассудок. В те моменты, когда ваши альфа-ритмы нарушены, вам может казаться, что вы вполне успешно контролируете свои действия, но если снять ваше поведение на пленку, то потом вы увидите, как бродите, неуклюже натыкаясь на все вокруг, медленно, неуверенно, словно под воздействием наркотиков или алкоголя. Но вы не осознаете этого. Как и пьянице, вам кажется, что вы отлично со всем справляетесь.

– Вот в чем проблема таких, как Ли… и миллиардов других жителей планеты, – медленно сказал Рейф. – Они становятся пьяными каждую ночь, хотят того или нет, и день ото дня, ночь от ночи, в них накапливается усталость.

– Вы не слышите меня, – заметил Пао Галло.

– Нет. Это вы не слышите меня, – возразил Рейф. – Почему бы вам не отказаться хотя бы на неделю от космической энергии, увидите, какой эффект это окажет на население Земли.

– Отключить станции на неделю? – Форбрингер хмыкнул. – Мы не можем отключить их даже на одну ночь! Мы только-только подошли к уровню необходимых квот на калории. Если неделю пищевая промышленность не будет получать энергию, нас тотчас отбросит на десятилетия назад. И прежде, чем мы сумеем наверстать упущенное, на планете начнется голод!

– Почему вы так в этом уверены?

– Он прав! – вмешался Пао Галло. – Уж поверьте мне. Всю свою жизнь я бился над проблемами питания!

– Да мы и не протянем эту неделю, – проворчал Форбрингер. – В первую же ночь, когда станет известно, что промышленность встала, вспыхнет самая настоящая революция…

Последнее слово он выговорил с трудом. Рейф взглянул на него. Веки Форбрингера дрогнули и опустились. Лицо обмякло. Пао уже спал, его круглая голова свесилась на грудь, поддерживаемая валиком двойного подбородка.

Рейф слышал мерный гул двигателей вертолета. Судя по всему, они вошли в зону действия одной из станций, а не просто пересекли границу постоянно действующего спектра волн. Воздействие волн исчезало на определенном расстоянии от источника излучения, но их краевой градиент был достаточно велик, чтобы Форбрингер замолчал на полуслове. Рейф почувствовал, как слипаются глаза.

Он заставил себя расслабиться.

«Не сопротивляться, – повторял он про себя, – не сопротивляться. Расслабься… спокойно…»

«Расслабиться» можно было лишь относительно. Ведь требовалось узнать, с чем можно бороться, а с чем нет. Он не мог сделать так, чтобы энерговолны, пронзавшие все пространство вокруг, не настраивали его мозг на особую сомнамбулическую – схему альфа-ритмов. Впрочем, Рейф продолжал сознавать происходящее и смог определить, в какой степени «сонные» волны подчинили себе его организм. Никаких сомнений – именно эти волны были причиной темных кругов под глазами блондинки по имени Ли, безразличия, написанного на ее привлекательном лице. «Сонные» волны в темное время суток ввергали в ступор большую часть населения Земли – всех, кроме зомби; тех, кто долгие годы занимался йогой; и, наконец, немногочисленных уникумов, способных контролировать свою мозговую деятельность. Таких, как он сам…

«Расслабиться… расслабиться по сигналу. Хорошо. Теперь собраться… собраться. Теперь поворот… сигнал… пересечь поток волн… чуть изменить… еще немного… Вот так!»

Рейф выпрямился в кресле пилота, глаза его были открыты. Не считая странного ощущения, напоминавшего треск радиопомех, он чувствовал себя вполне нормально. Но это и в самом деле могло быть лишь субъективной оценкой.

Рейф поднес к глазам левую руку и посмотрел на циферблат часов. Все как всегда, если не считать того, что секундная стрелка бежала раз в пять быстрее обычного; то же происходило и с минутной стрелкой.

«Реакция», – подумал он и едва не рассмеялся. Он был обладателем быстрейшей реакции на Земле, сейчас же она стала слишком замедленной.

Веселое настроение грозило свести на нет его усилия. На мгновение очертания кабины поплыли перед глазами; внезапное головокружение навалилось на него, как тяжелая медвежья лапа. Рейф откинулся на спинку кресла и постарался сконцентрироваться.

Спокойно… спокойно… Время – это лишь одна сторона мироздания. Время относительно. Схема излучаемых волн – другая сторона. Искаженное пространство все же остается пространством. Искаженное время остается временем. В восприятии – все… Ни одна сторона пространства, времени, вселенной не имеет к нему отношения. Они все относительны, периферийны по отношению к нему. Я центр своей вселенной…

Рейф пришел в себя, теперь он полностью контролировал свои чувства. Он снова взглянул на часы.

«Медленнее, – приказал он секундной стрелке. – Медленнее…»

Какое-то время стрелка продолжала бешено вращаться, игнорируя его приказ. Затем постепенно замедлила свой бег, Рейф не сводил с часов взгляда. Медленнее… медленнее… Еще не так медленно, как нужно, но уже лучше.

Рейф вновь осмотрел кабину вертолета.

Они летели над городскими огнями, система диспетчерского контроля захватила вертолет и направила в воздушный коридор, чтобы посадить на полосу городского аэропорта. Сейчас последует разворот, и земное оборудование попытается посадить их – а этот аппарат не оборудован для подобного трюка.

Рейф включил систему ручного управления и послал на землю сигнал об этом.

Он мягко посадил вертолет рядом с основным терминалом. Снаружи все так и сияло огнями, но вокруг не было ни души. Справившись с апатией, так и караулившей подходящий момент, чтобы снова навалиться на него, Рейф поднялся, обошел спящих пассажиров и спрыгнул на залитый электрическим светом бетон.

Ночной ветерок, напоенный свежестью, приятно холодил лицо, но не в силах был противостоять «сонным» волнам. Даже движение воздуха казалось каким-то далеким.

Рейф повернулся и скорее поплелся, чем пошел, в безлюдное здание терминала; он брел мимо безлюдных ресторанов, газетных киосков, авиакасс, через простор и чистоту раскинувшегося перед ним холла из искусственного желтого мрамора. Сапоги громко стучали по камню, гулкое эхо разносилось под высоким ребристым потолком.

Он распахнул массивную дверь на воздушной подушке, легкое дуновение воздуха коснулось лица. Слева темнели ровные тени – стоянка автомобилей, выдаваемых напрокат. Рейф отвернулся от них, продолжая озираться по сторонам. Справа, под ярким уличным фонарем, располагалась стоянка частных автомобилей. Он повернулся и побрел туда; приблизившись к первому ряду, начал методично дергать ручки всех машин подряд, в надежде найти незапертую.

Дверь четырнадцатой или пятнадцатой двухколесной конструкции оказалась открытой. Но только в середине второго ряда он обнаружил машину не только незапертую, но и с открытой панелью управления.

Рейф забрался в автомобиль и проверил показания приборов. Машина была в порядке, если не считать парочки наполовину разряженных аккумуляторов. Рейф вывел автомобиль со стоянки и притормозил у техстанции на краю летного поля. Он отверткой вскрыл дверь и заменил элементы питания на новые. Потом выехал на автотрассу и включил автонавигатор.

На маленькой карте, вспыхнувшей на панели управления, мерцала зеленая точка. Рейф пригляделся. Летное поле в пригороде Эльдорадо, штат Канзас. Итак, его занесло несколько южнее, чем он думал.

Он свернул на северо-запад, на автомагистраль с полосой без ограничения скорости. По ночам полиция, как и все прочие жители Земли, пребывала во власти искусственного сна, а потому в распоряжении Рейфа была вся трасса, вот только предназначалась она для машин с автопилотом, несущихся со скоростью до трехсот миль в час, а эта колымага едва выжимала двести.

В Ньютоне он свернул на другое шоссе и помчался через Эмпорию, мимо спящего Канзас-Сити, тихой Индепенденс; потом устремился на север к Сент-Джозефу, миновал Айову, повернул на восток к Де-Мойну и, наконец, очутился в ярко освещенном, абсолютно безмолвном жилом районе университетском городке Гриннелл. Часы на панели управления показывали двадцать восемь минут двенадцатого.

Еще около семи часов тьмы и власти «сонных» волн. И чуть более семи часов до того момента, как Форбрингер окажется в состоянии заявить его во всемирный розыск.

Впереди внезапно замерцали предупреждающие огни. Рейф дернул на себя рукоятку, мотор резко сбавил обороты. В тишине раздался оглушающий скрип шин, но он справился с управлением.

У самых огней Рейф заметил, что дорога перед ним перерыта: из-за каких-то дорожных работ был вскрыт асфальт. Рядом с левой обочиной оставили узкое пространство для машин, в ряду сигнальных огней зиял темный провал. Рейф направил автомобиль туда.

Очутившись между сигнальными фонарями, он обнаружил, что дальше дорога не освещена, впереди простиралась черная бездна. Машина клюнула носом, переднее колесо увязло в чем-то мягком и липком. Автомобиль завалился набок, мотор заглох. Рука Рейфа скользнула к поясу, но пистолета там не было. Очевидно, он где-то обронил его. За лобовым стеклом промелькнула тень.

Тень еще двигалась, когда Рейф выскочил в левую дверь, повинуясь инстинкту. Он успел заметить лишь очертания – беглый набросок черной фигуры, вскинувшей руку на фоне серого неба. Рука опустилась. Рейф скользнул в сторону и натолкнулся на второго противника – это был человек во плоти и крови. Его охватила ярость.

Они рухнули в песок или в грязь, что бы там ни было. Рейф со всей силы ударил нападавшего коленом и откатился в сторону, вглядываясь в темноту. К нему метнулась первая тень – Рейф различил руку с дубинкой.

Он рванулся назад. В следующий миг дубинка вонзилась в землю, взметнув фонтан грязи. Рейф вскочил на ноги прежде, чем человек с дубинкой снова обрел равновесие. Медленно, спотыкаясь, словно во сне, тень выпрямилась, занесла руку. Ребром ладони Рейф нанес яростный удар, метясь в шею, и почувствовал, что попал. Его противник рухнул на землю, в круг света, излучаемого единственной фарой замершего на обочине автомобиля. Это был крепкий мужчина лет сорока, за поясом у него поблескивал нож, рядом валялась дубинка; он корчился, жадно хватая ртом воздух…

– Тебе повезло, приятель, что я ничего не видел, – зло бросил Рейф, иначе бы непременно сломал тебе шею.

Он вдруг осознал, что гудящее ощущение в теле исчезло. Но как только он об этом подумал, неприятное чувство снова дало о себе знать. Внутри него вновь ожило отвратительное ощущение, будто его телом пользуются без его согласия. Он опустил взгляд на скорчившегося на земле человека.

– Ив самом деле, – пробормотал он, – на свете есть зомби.

Он обошел поверженного противника, забрался в машину и направил фару на другого человека. Тот лежал неподвижно – похоже, был без сознания.

Рейф оценил состояние машины. Поворачивая фару в разные стороны, он увидел, что угодил в песчаную яму, всего в паре метров от машины находился твердый асфальт. Зомби, вероятно, передвинули предупредительные огни и оставили без присмотра дыру, которую должны были охранять.

Рейф завел мотор и осторожно попытался сдвинуть автомобиль с места. Колеса прокручивались, глубже зарываясь в песок, но через несколько секунд мотор набрал достаточно оборотов, чтобы переднее колесо коснулось твердой поверхности.

Он переключил всю энергию на переднее колесо и двинул рукоятку вперед. Судорожными рывками машина выбралась из ямы.

Рейф снова пустился в путь, предварительно проверив, не забыл ли нужный адрес – 5514, аллея Бушер. Он глянул на карту городка, мерцавшую на панели управления. Уже совсем близко. Через несколько секунд он свернул на дорогу, уходящую вправо от главной магистрали. «АЛЛЕЯ БУШЕР» – прочел он на дорожном указателе и медленно двинулся вперед, всматриваясь в номера домов, тускло поблескивавшие, когда на них падал свет единственной фары.

По обе стороны тянулись старинные особняки. Такие не строили уже лет пятьдесят. Дома стояли в глубине дворов, обнесенные заборами или живой изгородью, надежно укрытые от посторонних глаз. Рейф направил свет фары на номер ближайшего дома – 5504. Значит, 5514 где-то неподалеку…

Интересовавший его дом оказался следующим. Он был окружен шестифутовой проволочной оградой, увитой колючим кустарником. И калитка, и ворота оказались надежно заперты. Номер дома подсвечивался каким-то светоотражающим веществом, которым была покрыта одна из створок ворот.

Рейф остановил машину и вышел. Он подергал ворота, но цепь, на которую они были заперты, лишь тихо звякнула. Он прошел к калитке, но и та оказалась опутана еще одной цепью. Рейф вскинул глаза – поверх ограды тянулась колючая проволока.

Он подумал, не протаранить ли ворота машиной. Но для этого требовалось хорошенько разогнаться – цепь, опутывавшая ворота, выглядела очень солидно, но места для разгона не было. Рейф осмотрелся. Высокий вяз, росший у дороги, протянул свои ветви как раз над лужайкой дома 5514.

Вяз был слишком велик, чтобы обхватить его руками, а нижние ветви находились на высоте трех метров. Рейф расстегнул ремень, вытянул его из брюк, продел один конец в пряжку и закрепил на руке. Бросив свободный конец ремня вокруг ствола, он поймал его другой рукой и пополз вверх, цепляясь за шершавую кору старого дерева, мучительно преодолевая апатию, туманившую сознание.

Он двигался медленно, очень медленно и все же через несколько минут смог дотянуться до нижних ветвей. С невыразимым облегчением Рейф ухватился за одну из веток и попытался восстановить дыхание. Еще через несколько секунд он подтянулся, оседлал ветку и вдел ремень в брюки.

Эта ветка не доходила до лужайки дома 5514, и ему пришлось забраться еще на два метра выше. Отыскав подходящую ветку, он медленно пополз вперед.

Первые пять метров все шло отлично. Но вскоре ветка начала прогибаться под его тяжестью. Впрочем, это обстоятельство было лишь на руку – именно на это Рейф и рассчитывал, поскольку ветка находилась в добрых семи метрах от земли.

Внезапно ветка хрустнула и угрожающе изогнулась, готовая вот-вот сломаться; Рейф замер и посмотрел вниз. Забор и живая изгородь остались позади, а под ним было каких-то метров пять. Ничто не мешало ему спрыгнуть вниз. Так почему же он медлит?

И тут Рейф снова услышал звук, заставивший его насторожиться, пусть и бессознательно. На этот раз он узнал его. Низкий, хриплый рык.

Он шарил глазами в темноте, пытаясь найти источник этого звука.

Это был волк, косматый волчище, матерый, весивший наверняка не менее восьмидесяти килограммов. Он стоял на лужайке, как раз под ним: хвост чуть приподнят, зубы оскалены, под широким лбом мерцают желтые глаза, отражая свет тусклых уличных фонарей. Волк не отрывал от него взгляда. Внезапно между вставших торчком ушей что-то блеснуло.

Хриплый рык прекратился, перейдя в тихий вой, Рейф разобрал невнятные, до неузнаваемости искаженные слова.

– Я Лукас, – провыл волк. – Мне приказано убить.

Глава 4

Рейф отпрянул. От его движения ветка согнулась еще больше, волк без видимого усилия прыгнул вверх, словно взлетел. Рейф отдернул ногу, белые клыки щелкнули всего в нескольких сантиметрах. Рейф приник к ветке, замер.

Даже если бы его реакция не была замедлена действием «сонных» волн, он все равно не решился бы испытать судьбу, спрыгнув на лужайку, прямо в пасть к столь жуткому зверю. Следует поискать иной способ; кидаться с голыми руками на матерого волка – не самое умное решение.

Лукас ждал внизу, перемежая рычание тоскливым воем. Поджав под себя ноги, Рейф чуть подался вперед – ветка снова угрожающе качнулась под тяжестью его тела – и заговорил:

– Лукас… Я пришел поговорить с тем, кого ты знаешь. Габриэль. Габриэль слышит меня сейчас?

Рычание на миг оборвалось, затем раздалось вновь.

– Габриэль? – Рейф немного повысил голос. – Это Рейф Харалд. Я звонил тебе вчера или, возможно, уже позавчера, спрашивал про Аба. Я прибыл с Луны, добраться сюда мне стоило немалого труда, и вот теперь Лукас не дает мне сдвинуться с места. Габриэль, ты слышишь меня?

Он подождал. Ответа не последовало, лишь Лукас по-прежнему рычал внизу.

– Габриэль, – громко сказал Рейф. – Если ты приходишься сестрой Абу Лизингу, то должна знать о его работах. Я тоже знаю о них. Я не зомби. Мне известно, что Аб искал способ защитить людей от воздействия энерговолн. Появление Лукаса глубокой ночью, когда включены передатчики, неопровержимо доказывает – Аб занимался этой проблемой. И если так, то ты, очевидно, тоже не подвержена влиянию волн. Тебе надо выйти из дому и убрать Лукаса, чтобы я смог доказать, кто я такой. Габриэль, ты меня слышишь?

Ответа нет, лишь утробный волчий рык. Рейф опустил голову.

– Хорошо, Лукас, мне надо поговорить с Габриэль. Габриэль. Где Габриэль? Хриплые звуки сложились в слово.

– Нет, – прорычал Лукас.

– Не тебе судить, – ответил Рейф. – Габриэль все решит. Габриэль не захочет, чтобы ты причинил мне боль. Я не могу позвать ее, но ты можешь. Я знаю. Позови Габриэль.

– Нет, – упорствовал Лукас.

– Но почему? Неужели Габриэль приказала тебе никогда ее не беспокоить?

– Нет. – Волк облизнулся и начал подвывать, не сводя с Рейфа горящих глаз.

– Тогда позови ее! Габриэль наверняка захотела бы увидеть меня.

– Нет. Ты лжешь, – провыл Лукас. – Габриэль предупредила бы меня.

– Она не знала, что я прибуду так быстро, – возразил Рейф. – Позови ее, Лукас. Я посижу здесь, обещаю.

– Нет.

– Лукас… – Рейф растер затекшие пальцы. В таком положении ему не удастся долго сохранять равновесие, он держался лишь благодаря тренированным мускулам. Еще немного, судорога сведет мышцы, он рухнет вниз, и тогда ничего не останется, как сразиться с волком… Если он, конечно, не убедит его позвать Габриэль.

– Послушай, Лукас… Аба нет, ведь так?

Рык перешел в тихий скулеж. Никакого ответа.

– Именно так. Аба нет. И кто-то держит его в неволе…

Рейф спросил себя, как много способен понять этот зверь.

– И в любой момент те люди, что схватили Аба, могут приехать за Габриэль…

Лукас издал оглушительный рык. Рокот надвигающейся грозы.

– Если только я не поговорю с Габриэль и не смогу ей помочь, – продолжал Рейф. – И если ты не позовешь ее сейчас, Габриэль увезут. Подумай. Лукас. Все зависит от тебя. Ты хочешь сделать все правильно. Поэтому ты должен позвать Габриэль и спасти ее. Позови Габриэль, или они увезут ее…

Рейф замолчал. Лукас начал медленно пятиться.

– Хорошо, Лукас, очень хорошо. Позови Габриэль.

Пригнув голову и поджав хвост, Лукас продолжал пятиться, глаза его горели. Внезапно издав короткий вой, он повернулся и одним прыжком скрылся в темноте. Наступила тишина… Рейф поспешно разжал онемевшие от напряжения пальцы. Через пару секунд донеслось дребезжание сигнализации, вспыхнули огни, в темноте проступил силуэт большого дома.

Рейф с облегчением отпустил ветку и спрыгнул низ. Он почти не почувствовал удара, приземлившись на подстилку из мягкого торфа. Перекатился на спину, с наслаждением потянулся, чтобы восстановить кровообращение в затекших руках. Потом приподнял голову…

И окаменел. Густой, гортанный рык раздался, казалось, прямо над ухом. Рейф медленно повернул голову и посмотрел в глаза Лукаса, которые горели всего в нескольких сантиметрах от его лица. Волк пригнулся, оскаленные клыки почти касались горла Рейфа.

– Я не двинусь с места, – прошептал Рейф. – Спокойно, Лукас. Спокойно…

Рокочущий рык не смолкал. Волк дышал прямо Рейфу в лицо, слюна капала ему на шею. Сквозь плотную ткань галстука Рейф ощутил ее ледяной холод.

– Я не двинусь с места, – повторил Рейф. – Спокойно, Лукас. Я не двинусь с места.

На какое-то время оба застыли. Неожиданно металлический звон оборвался, но несколько секунд в ушах Рейфа все еще стоял дребезжащий звук. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Лукас прекратил рычать; волк заскулил, он приподнял морду, глядя куда-то поверх головы Рейфа.

– Габриэль? – спросил Рейф. Он старался лежать совершенно неподвижно. – Ты здесь? Я Рейф Харалд с Лунной базы Проекта Дальних Звезд. Я звонил тебе по поводу исчезновения Аба.

Послышался шорох, легкое дуновение коснулось лица. Клыки Лукаса все еще маячили в опасной близости от его шеи, и Рейф не осмеливался повернуть голову.

– Габриэль?

– Назовите свое второе имя. – Женский голос звучал молодо, но апатично.

– Арнул, – ответил Рейф. – Рафаэль Арнул Харалд. Я сказал тебе, что мы с Абом любили выпить пива в кабачке рядом с нашим лагерем. Но я не сказал, как назывался этот лагерь. «Синий Кувшин». Ты тогда училась в школе. Аб на восемь лет старше меня, но выглядел моложе. Ваши родители погибли года за два или три до этого. Спроси еще что-нибудь, если хочешь.

– Можете встать, – раздался голос, – но не раньше, чем через минуту. Лукас отведет вас в дом. Если у вас есть оружие, лучше оставьте его здесь.

– У меня ничего нет, – ответил Рейф.

Вновь раздался легкий шорох, похожий на шелест ветра, на этот раз удаляющийся. Через несколько секунд волк отступил назад и сел, из его глотки не донеслось ни звука.

Рейф медленно поднялся. Лукас вскочил и снова отступил. Рейф повернулся и двинулся к ярко освещенному дому. Он оглянулся через плечо и увидел, что Лукас, опустив голову, плетется следом.

Они приблизились к громаде дома.

– Куда, Лукас? – спросил Рейф. – По ступенькам?

– Да, – прохрипел волк.

Они поднялись на крыльцо. Входная дверь была широко распахнута. Рейф вошел внутрь, Лукас последовал за ним. Рейф повернулся, чтобы закрыть дверь, и увидел, что Лукас внимательно смотрит на него.

– Все верно, да? Мне закрыть дверь?

– Я закрою.

Волк встал на задние лапы, передними уперся в дверь и навалился на нее всем телом. Замок щелкнул. Над дверной ручкой имелась массивная металлическая задвижка. Лукас вцепился в нее зубами и потянул. Потом снова опустился на все четыре лапы и повернулся к Рейфу.

– Куда теперь, Лукас?

– Туда.

Волк потрусил по широкому коридору к двери, которая вела не то в лабораторию, не то в мастерскую. В дальнем углу комнаты стояла то ли высокая скамья, то ли верстак, наполовину закрытый невысоким шкафом. Девушку, замершую за скамьей, Рейф видел лишь по пояс: каштановые волосы, тонкие черты, нежный овал лица; в первое мгновение Рейф не узнал в ней девочку-подростка, с которой встречался, будучи студентом. Лишь мягкие пухлые губы, на которых, как ему помнилось, всегда играла очаровательная улыбка, показались знакомыми. Но сейчас она не улыбалась.

Волк заскулил.

– Все в порядке, Лукас, – негромко сказала девушка. – Тебе не надо входить. Подожди за дверью, но не закрывай ее.

Едва заметно шевельнув хвостом, Лукас повернулся, выскользнул за дверь и улегся сразу за порогом.

– Лукас никогда не испытывает страха, мистер Харалд, если это действительно вы, – произнесла Габриэль. – Так что не думайте, будто он перестал присматривать за вами. Просто эта комната делает его несчастным.

– Полагаю, именно здесь Аб ставил на нем опыты? – спросил Рейф.

Девушка бросила на него подозрительный взгляд.

– Опыты? Какие опыты?

– У Лукаса что-то вживлено в череп, – пояснил Рейф. – На свету я ничего не увидел, но в темноте отчетливо заметил, как что-то блеснуло у него между ушей. Кроме того, он умеет говорить. Должно быть, Аб каким-то образом соединил электроимпульсы мозга, возникающие в определенных ситуациях, с голосовыми связками. Что-то в этом роде, не так ли?

С минуту девушка молча смотрела на него.

– Вы быстро схватываете, не так ли? – Ее голос был сух.

– Правда? – Рейф пожал плечами. – Но это же очевидно: Лукас умеет говорить, а на его черепе что-то установлено. Хотя если разобраться, то думаю, большинство людей недостаточно хорошо знакомы с волчьей анатомией, чтобы заметить отклонения от нормы.

– Большинство, – на этот раз голос девушки прозвучал дружелюбнее, – не способны отличить волка от собаки.

– Отличат, если у них есть собаки, – возразил Рейф. – Ваши соседи не жалуются?

– Никто из моих соседей не держит собак. К тому же я выпускаю Лукаса только ночью, а днем он сидит дома. Но я понимаю, о чем вы говорите. Все местные собаки до смерти боятся Лукаса.

Настороженность в ее голосе почти исчезла.

– И правильно делают, – усмехнулся Рейф.

– Возможно. – Она посмотрела на него. – Вы говорите точно как Рейф, которого я помню. Правда, я лишь однажды видела вас. Вы как-то зашли за Абом.

– Нет, мы еще встречались на церемонии вручения дипломов, когда Аб защитил диссертацию, – напомнил Рейф.

Габриэль вдруг вздохнула, как человек, который опустил заряженный пистолет, в котором больше нет необходимости.

– Хорошо, – сказала она. – Вы Рейф.

– Спасибо, могу я называть тебя Габи?

– Мне никогда не нравилось это имя, – она неожиданно рассмеялась, – хотя ладно. Почему бы и нет? По крайней мере, против того, как вы его произносите, я не возражаю. – Ее лицо вновь стало серьезным. – Как вам удалось так быстро добраться? Вы ехали всю ночь? Как вы узнали, что «сонные» волны не действуют на вас?

Рейф рассмеялся, в голове у него немного шумело – сказывалась усталость.

– Мы можем присесть где-нибудь? – спросил он. – И я отвечу на все твои вопросы. Я на ногах с той минуты, как покинул Луну.

– Конечно.

Она вышла из-за высокой скамьи, послышался все тот же шорох, похожий на дуновение легкого ветерка, – Габриэль передвигалась в высоком цилиндре, который доходил ей до пояса и поддерживался сотнями крошечных воздушных струй.

– Все верно, – сказала девушка, перехватив его взгляд. – У меня парализованы ноги, вот уже три года. Аб пытался вылечить меня. Я одна из жертв той Первой ночи.

– Жертв Первой ночи?

Девушка проплыла мимо, и Рейф последовал за ней в коридор, откуда они попали в гостиную – комнату, оклеенную зелеными обоями, уставленную мягкими диванами и креслами. Лукас вошел за ними и свернулся калачиком у большого кресла. Габриэль направила свой аппарат к креслу, чуть отклонила цилиндр назад и выскользнула из него. Освободившись от ее веса, цилиндр качнулся и принял вертикальное положение. Как два стража застыли они по обе стороны кресла, в котором устроилась девушка, – цилиндр и волк.

Рейф упал в кресло напротив. Жужжание в теле утомляло, как тупая боль. Ему приходилось постоянно бороться с желанием закрыть глаза и поддаться «сонным» волнам.

– У тебя не найдется стимулятора? – спросил он.

Она резко вскинула на него глаза.

– Декседрин. Но он не помогает от излучения. Рейф поморщился, провел рукой по шее, словно стремясь отогнать назойливое жужжание.

– Все же дай мне таблетку. Габриэль повернулась к волку.

– Лукас, – приказала она, – ящик дрожжи/желатин в лаборатории. Упаковка ваниль/картофель. Лукас вскочил и скрылся за дверью.

– Потрясающий зверь, – заметил Рейф, глядя ему вслед. – У него достаточно сложная речь. Как ты научила его запоминать коды?

– Это для Лукаса не составляет особой сложности. У нас азбука кухонных запахов. А – ананас, Б – булка, В – ваниль, К – картошка. Я расставляю вещи в алфавитном порядке и натираю каждый предмет одним из закодированных веществ. Его нос делает остальное.

Вернулся Лукас, в зубах он держал темный флакон.

– Отдай Рейфу, – распорядилась девушка. Лукас подошел к Рейфу и опустил склянку ему на колени. Рейф извлек из флакона пару оранжевых таблеток в форме сердечка и с отвращением уставился на них. Через секунду одна из них оказалась снова во флаконе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю