Текст книги "Любитель женщин"

Автор книги: Голди Росс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

9

Эмма проснулась поздно. Спустившись вниз и не встретив никого из обитателей виллы, она решила найти дорогу в кухню самостоятельно, благо в доме витал запах свежих булочек.

Безлюдные парадные комнаты с их бесценной старинной мебелью напоминали музейные залы. Пройдя по коридору, Эмма оказалась в просторной кухне. Пол здесь был выложен плитами из серого камня, открытые потолочные балки потемнели от времени. Две улыбчивые кухарки попытались с ней заговорить, но быстро поняли, что Эмма не знает итальянского. Тогда одна из них взяла Эмму за руку и вывела через дверь черного хода во внутренний двор, где оказался довольно большой плавательный бассейн.

При появлении Эммы мужчина, сидевший в шезлонге, встал и повернулся к ней. Рой. Эмма застыла как вкопанная. Судя по капелькам воды на груди и влажным волосам, он недавно искупался. За то время, что они не виделись, кожа Роя стала еще более смуглой от загара.

Мой любовник, подумала Эмма, и эта неожиданно пришедшая мысль потрясла ее до глубины души. Ее сердце переполняли противоречивые чувства, стало трудно дышать. Прошлой ночью Эмма чувствовала, что он где-то близко, и не ошиблась.

– Здравствуй, Эмма, – вежливо поздоровался Рой.

Кухарка что-то сказала ему, он кивнул, и женщина ушла.

– Для тебя сейчас испекут свежие булочки и сварят кофе, – перевел Рой.

– Спасибо.

Эмма с трудом узнала собственный голос. Обойдя Роя, она села в плетеное кресло возле деревянного складного стола, поставленного у стены, увитой клематисом.

– Я думала… э-э… что ты уехал. – Голос Эммы звенел от напряжения.

– Нет, я просто работал, – спокойно уточнил Рой. Он сел в шезлонг и безмятежно улыбнулся Эмме. – Я в поле с шести утра, вот и решил, что имею право устроить себе выходной на оставшуюся часть дня.

– Не знала, что ты фермер.

Его улыбка стала ослепительной, Эмме даже показалось, что лучи обаяния Роя ощутимо согревают ее кожу. Он делает это нарочно! – с негодованием подумала она.

– Ты вообще не слишком много обо мне знаешь.

– А мне казалось, что мы больше не можем считаться незнакомцами.

Еще не успев закрыть рот, Эмма поняла, что сказала это напрасно. В памяти живо возникли воспоминания об их единственной ночи, и Эмма, к своему стыду, почувствовала, что краснеет. Она отвела взгляд.

– Я тоже так думал, – тихо проронил Рой.

Несмотря на теплый день, Эмма поёжилась. Рой может говорить все, что сочтет нужным, и тогда, когда захочет, поняла она, поэтому мне остается одно из двух: либо увиливать и прятаться от него все два дня, либо набраться храбрости и расставить все точки над «i» прямо сейчас. Она вздохнула поглубже и резко сказала:

– Рой, я тебе уже говорила, сексуальное влечение – мощный наркотик, но, к счастью, быстро выветривается.

– Неужели?

Ничего не изменилось, подумала Эмма. А я-то еще предупреждала его, что дерусь не по правилам! Рой без колебаний пускает в ход все оружие, которое есть в его арсенале. Например, сидит передо мной в одних плавках и смотрит на меня так, словно помнит все чувствительные местечки на моем теле. Более того, делает вид, что я ему не безразлична!

– Да, – отрезала Эмма и отвернулась.

Миловидная женщина принесла белоснежную скатерть с кружевной отделкой и накрыла стол. Затем принесла поднос с завтраком. Кофе был подан в серебряном кофейнике, рисунок кофейных чашечек просвечивал через тончайший фарфор. Глядя во все глаза на эти поистине музейные предметы, Эмма вдруг поняла, что Рой не видит в них ничего особенного. Что ж, это лишний раз подчеркивает, как далеки они друг от друга. Эмма была близка к отчаянию. Пожалуй, она ошибалась, говоря Питеру, что они с Роем обитают на одной и той же планете.

Служанка разлила кофе по чашкам, улыбнулась Эмме и ушла. Рой подошел к столу, взял чашку и устроился на выступе стены.

– Какой же ты цивилизованный, – с иронией заметила Эмма.

Она ждала, что Рой рассмеется, но он нахмурился.

– Цивилизованный? Ты имеешь в виду, что я подавляю свои инстинкты и скрываю истинные чувства?

Эмма недоуменно заморгала.

– Цивилизованность в том и состоит, – продолжал Рой менторским тоном, – чтобы держать в рамках первобытного человека, который живет в каждом из нас. Я хорошо знаком с этой темой, все-таки это моя специальность.

– Ни за что не догадалась бы.

Но Рой не заметил ее сарказма.

– Не будь мы такими цивилизованными все было бы гораздо проще. Мы могли бы говорить друг с другом на языке тела, он не оставляет места для ошибок.

Эмма непроизвольно скрестила руки на груди и возразила:

– А мне казалось, что животные идут на все, чтобы обмануть врага.

Рой пристально посмотрел на нее.

– Врага – да, но мы с тобой не враги.

Эмма стала с преувеличенным вниманием разглядывать чашку.

– Разве?

Рой застыл неподвижно, словно каменное изваяние.

– Как мне добиться, чтобы ты мне доверяла?

Казалось, он говорит сам с собой.

Эмма подняла на него взгляд. Широкие плечи четко вырисовывались на фоне стены. Ей вдруг так захотелось прикоснуться к Рою, что она, борясь с искушением, сжала пальцы в кулаки.

– Можешь увидеть это во сне! – воскликнула Эмма, злясь столько же на него, сколько и на саму себя.

Она вскочила на ноги, но Рой преградил ей путь. Он тоже разозлился, но в отличие от Эммы лучше владел собой.

– Ты всегда относилась ко мне предвзято! Ты просто не можешь заставить себя уважать мужчину, правда?

Глаза Эммы затуманили слезы, но она не желала смахивать их перед Роем. У него и без того достаточно поводов для торжества.

– Покажи, за что я могу тебя уважать, и я попробую, – прошипела она.

Выражение его лица смягчилось.

– Эмма, ну почему мы не можем…

Из-за живой изгороди донеслись голоса. Рой чертыхнулся и отпрянул от Эммы. В проеме показались старый граф с женой и Джульетта в коротенькой шелковой тунике, открывающей ее стройные ноги. Увидев выражение лица внука, графиня Баккарди помедлила, по-видимому, сомневаясь, не пройти ли мимо. Но Джульетту сомнения не посещали. Походкой манекенщицы она направилась к бассейну.

Одно движение плеч – и туника упала к ее ногам. Джульетта осталась в крошечном бикини, Эмме еще не доводилось видеть столь смелого купальника. Он не могла не отметить, что фигура у Джульетты великолепная. Не замечая Эмму, словно ее тут и нет, Джульетта кокетливо помахала Рою и нырнула в бассейн.

Старый граф с озабоченным видом поспешил к Эмме.

– Дорогая, не стоит оставаться на солнце с непокрытой головой. Пойдемте в дом, я найду для вас шляпу.

Не дав Рою времени возразить, он подхватил Эмму под руку и увел.

– Может быть, хотите заодно и осмотреть дом?

Эмма искренне поблагодарила Лео и согласилась. Дед Роя провел ее по парадным комнатам, показал галерею портретов предков, с добрым юмором комментируя особенности характера каждого из них.

– Вот это Альфредо, большой был мошенник. Долгое время жил во Франции, потом в Америке. Однажды он ухитрился продать одному богатому американцу Тюильри. Когда ничего не подозревающий покупатель приехал в Париж, чтобы вступить во владение покупкой, Альфредо пришлось срочно бежать в Италию. – Лео покачал головой. – Да, в нашем роду бывали и пройдохи, но, – вдруг серьезно добавил он, – Рой не из таких.

Эмма вдруг поняла, что дед Роя не случайно предложи ей эту экскурсию. Лео вздохнул.

– К сожалению, старший брат Роя, Доминик, унаследовал некоторые черты Альфредо. Мы, конечно, все его любили, но иногда он бывал не слишком щепетилен, особенно когда дело касалось женщин. Рой – совсем другой.

Эмма почувствовала себя неловко.

– Граф…

– Прошу вас, дорогая, зовите меня Лео. В этом доме слишком много графов, можно и запутаться.

– Лео, мне кажется, нам не стоит обсуждать Роя.

Старик похлопал ее по руке.

– Не волнуйтесь, дорогая, я не говорю вам ничего, что не мог бы повторить в его присутствии. Рой и его брат были очень близки, но по характеру совсем разные люди. Доминик – настоящий итальянец, а Рой больше походил на свою мать, англичанку. После смерти Доминика Рой бросил свои дела и взял на себя обязанности покойного брата. Должен сказать, при нем дела пошли намного лучше и порядка в поместье прибавилось. Рой работает как часы, но близко никого к себе не подпускает. Такое впечатление, будто он закрыл свои чувства под замок и никому не позволяет его отпирать. – Видя, что Эмма хочет что-то возразить, Лео быстро добавил: – Дорогая, я не утверждаю, что он святой, у него были женщины, и я не сомневаюсь, что некоторым из них он причинил боль, он такой же человек из плоти и крови, как все Баккарди. Но Рой никогда не лжет и не дает невыполнимых обещаний.

– Но он все планирует! – выпалила Эмма.

– Неужели? – переспросил Лео, как ей показалось, почему-то с радостью.

– Да-да. А еще он наблюдает за мной, как за животным, которое ему нужно изучить. Только что без бинокля!

Лео закашлялся. У Эммы возникло подозрение, что он пытался скрыть смешок.

– Да, понимаю, это может быть… гм, не очень приятно. – Встретив воинственный взгляд Эммы, старик решил, что сказал достаточно. – Но пойдемте же искать шляпу.

Позже Лео присоединился к своей жене и Аманде в розарии.

– Либо Рой сошел с ума, либо он впервые в жизни влюблен, – доложил граф результаты своих умозаключений. – Не знаю, что чувствует к нему Эмма, но мы не должны вмешиваться.

Его жена хотела возразить, но Лео строго сказал:

– Тут мы ничего не можем сделать. Софи, ты обещаешь?

– Но Эмма такая милая…

– Мне она тоже понравилась, – согласился Лео, – однако Рой должен сам все для себя решить. И, насколько я могу судить, ему предстоит работа не из легких.

Остаток дня Эмма избегала Роя – а может, он ее избегал, как бы то ни было, они не встречались. Однако Эмма вздрагивала и напрягалась всякий раз, когда открывалась дверь или на дорожке слышались шаги. Напряжение сказалось: вечером она легла в кровать с головной болью и снова не могла заснуть. Стоило ей закрыть глаза, как она видела перед собой Роя, чувствовала на себе его взгляд, даже ощущала кожей тепло его дыхания. Но, открыв глаза, она видела, что одна в комнате.

– Кажется, я схожу с ума! – простонала Эмма.

С первыми лучами солнца, чувствуя, что заснуть уже не удастся, она встала с постели, оделась и выскользнула из дома. Западная сторона парка упиралась в подножье холма, в том направлении Эмма и пошла. По мере того, как солнце поднималось все выше, утренняя прохлада сменялась влажным теплом. Вскоре Эмме стало жарко. Она сняла свитер и завязала рукава на талии, подставив обжигающим лучам солнца обнаженные плечи. Склон постепенно становился круче. Эмме показалось, что она слышит шум реки. Ей захотелось пить, но она не знала, откуда именно доносится шум, какая-то сила гнала ее вперед, вверх по склону.

Наконец Эмма достигла вершины холма, посмотрела вниз и невольно ахнула от восторга. Далеко внизу, сверкая в лучах солнца, петляла в долине между холмами река. На противоположном берегу высился настоящий средневековый замок с множеством башенок и красными черепичными кровлями. Эмма видела такие только на картинках в детских книжках. Она забыла и об усталости, и о жажде. Сев на землю, Эмма залюбовалась пейзажем. Ей вдруг захотелось, чтобы Рой был рядом, чтобы она могла полюбоваться сказочным замком вместе с ним. Ей хотелось этого так сильно, что Рой, где бы он ни находился, наверное, услышал ее мысли.

– Ерунда, – громко сказала себе Эмма. – Так не бывает. Мне просто голову напекло.

Но, когда за ее спиной зацокали копыта, она не очень удивилась. Из-за деревьев выехал Рой. Он спрыгнул на землю, привязал коня и подошел к Эмме. Она смотрела в пространство и мечтательно улыбалась. Рой присел перед ней на корточки и с тревогой заглянул в глаза.

– Ты в порядке?

– Я хотела, чтобы ты это увидел, – сказала Эмма таким тоном, словно извинялась за слишком ранний телефонный звонок.

Рой небрежно взглянул на расстилающуюся внизу долину.

– Да, красиво, я куплю тебе открытку с видом. Пейзаж пейзажем, но ты скажи, зачем ушла одна так далеко? Я думал, с тобой что-то случилось.

Эмма наклонила голову, посмотрела Рою в глаза и улыбнулась.

– Пожалуй, так и есть.

– Что-о? – Рой придвинулся ближе, вглядываясь в ее лицо, нетерпеливо отвел мешавшую ему прядь волос. – Я говорю серьезно, с тобой, правда, все в порядке?

Эмма довольно улыбнулась.

– Конечно, все в порядке. Я сидела здесь и ждала тебя, и вот ты появился.

Рой покачал головой.

– Эмма, не говори так, если не имеешь этого в виду, – предупредил он полушутя-полусерьезно. Обняв ее за талию, он попытался помочь Эмме встать. – Стоять можешь?

Она громко рассмеялась.

– А ты меня заставь!

– Эмма! Ты что-нибудь ела перед прогулкой?

Она замотала головой.

– Хотя бы пила?

– С прошлого вечера – нет.

– Ясно. Первым делом тебе нужно выпить несколько стаканов воды. – Он встал и потянул Эмму за собой, поднимая ее на ноги, потом задумчиво посмотрел на своего коня, словно что-то прикидывая в уме. – Ты умеешь ездить верхом?

– Разумеется, граф. На карусельных лошадках. Эмме показалось, что она сказала нечто очень забавное, и она снова рассмеялась. Взгляд Роя стал каким-то затравленным. Одной рукой прижимая к себе Эмму, другой он отвязал уздечку, сказал что-то коню и повел Эмму вниз по склону. Лошадь послушно пошла за хозяином. Эмме вдруг захотелось, чтобы Рой немедленно остановился и поцеловал ее, – она тут же сказала об этом.

– Не сейчас, – процедил Рой сквозь зубы, продолжая целеустремленно двигаться вперед.

Вскоре впереди показалось небольшое озерцо, питаемое сбегающим с холма ручейком. Подойдя к берегу, Рой довольно бесцеремонно бросил Эмму на траву, потом встал на колени и набрал в ладони воды.

– Пей! – приказал он Эмме.

Она подчинилась – и только тогда поняла, как ей хотелось пить. Встав на колени, Эмма стала пить прямо из ручья. Ледяная вода, от которой ломило зубы, показалась Эмме божественным нектаром. Наконец Эмма выпрямилась и подняла голову. Казалось, она проснулась от долгого сна – или точнее от кошмара, в котором она выставила себя полной идиоткой.

– Ох… – только и смогла она вымолвить.

– Твой организм был обезвожен, – объяснил Рой, – а это действует на людей очень странно. Не волнуйся, ты не отвечаешь за то, что наговорила.

– Но… – Стыд парализовал Эмму, она едва могла говорить. – Черт!

Озеро находилось на опушке, но кое-где деревья подходили к самой воде. Она тихо плескалась о берег, но окружающий пейзаж был неподвижен, как и две молчаливые фигуры, застывшие на берегу.

Не могу же я просто так стоять, не сказав Рою, что он мне нужен, что я его хочу, думала Эмма. Но смущение сковало ее язык, она чувствовала себя, как школьница на первом свидании. Эмма презирала себя за эту скованность, но ничего не могла с собой поделать, а Рой ничего не предпринимал, чтобы ей помочь. В конце концов он сказал неестественно напряженным голосом:

– Ты переутомилась, я должен отвезти тебя обратно.

Я ему не нужна! – с отчаянием подумала Эмма. Но ведь он должен знать, чего я хочу! Пока мы спускались с холма, я недвусмысленно сказала ему все, и не раз! Но Лео уверял, что Рой не дает обещаний, которые не в состоянии выполнить… Может, в этом все дело? Он не позволяет влюбленной в него женщине сжечь за собой мосты – если сам ее не любит?

Эмма улыбнулась – как она надеялась, безмятежно.

– Оказывается, ты не только цивилизованный, ты еще и человек чести.

Рой закрыл глаза, словно от боли.

– Эмма…

Но она не стала слушать.

– Думаю, ты прав. Я так странно себя чувствую… отвези меня домой.

Рой усадил ее на лошадь впереди себя и без дальнейших споров отвез на виллу. Там заботливые хозяева сразу же уложили Эмму в постель. Она проспала самую жаркую часть дня и, когда отдохнула, позволила уговорить себя присоединиться к общей вечеринке.

Спустившись во внутренний дворик к бассейну, Эмма сразу заметила отсутствие Роя.

– Если вы ищите нашего сердцееда, то он уехал повидаться с каким-то ученым, – сообщила ей Джульетта. – Этот англичанин проводит в здешних краях отпуск. – Она даже не пыталась скрыть раздражение. – Неужели нельзя было подождать до завтра, ведь сегодня вечером мы с Микеле возвращаемся в Милан?! Так нет, Рою приспичило встретиться с этим англичанином именно сегодня!

– Англичанин сам ему позвонил, – терпеливо пояснила Софи. – Он сказал, что нашел ответ на какой-то вопрос Роя. – Графиня похлопала Эмму по руке. – Дорогая, вам лучше?

– Да, я прекрасно себя чувствую, – солгала Эмма.

Она сомневалась, что эти слова когда-нибудь станут правдой. Эмма чувствовала себя даже хуже, чем когда ее бросил Эндрю. Потому что Эндрю я не любила, внезапно осознала она, а Роя люблю. От этой мысли ее пробрал озноб. Эмма с благодарностью приняла из рук Лео бокал с коктейлем и сделала глоток, прислушиваясь к разговору. Странное дело: хотя все из уважения к ней говорили по-английски, она не могла ничего понять.

Я люблю Роя Баккарди. Эта мысль заполонила все сознание Эммы.

Ее любовь безответна, у нее нет надежды, но Эмма знала, что будет любить его всю жизнь.

К Эмме подошел муж Джульетты, и она усилием воли заставила себя вернуться к действительности.

– Не имел удовольствия видеть вас раньше. Микеле Форсини.

Они пожали друг другу руки. Муж Джульетты оказался очень приятным человеком. Стараясь развлечь Эмму, он расспросил ее о работе, затем вовлек в общий разговор, и вскоре она уже шутила и смеялась вместе со всеми.

– Мне кажется, у вас тяжелая работа, – заметил Лео. – Надо уметь угодить клиенту и в то же время добиться своего.

Эмма беспечно пожала плечами.

– Главное, уметь расслабиться после работы. Некоторые пьют, другие употребляют наркотики…

– И вы тоже? – ужаснулась Джульетта.

– Джульетта! – укоризненно воскликнул Лео.

Эмма не успела ответить. Вместо нее из темноты ответил мужской голос:

– Она танцует.

Сердце Эммы подпрыгнуло и ухнуло куда-то вниз. Рой вышел на свет. На нем были темные брюки и бежевая рубашка спортивного покроя. Несколько верхних пуговиц расстегнуты, открывая загорелую шею и часть груди. У Эммы пересохло в горле. Рой улыбнулся, но глаза казались незнакомыми.

– Она танцует как языческая жрица. И дерется как фурия. Правда, о последнем она меня предупреждала, да, Эмма?

– Да, – серьезно подтвердила она.

Ее сердце как ушло в пятки, так там и оставалось. Но никто этого не замечал. Появление Роя прибавило вечеринке живости, голоса стали громче. Вскоре совсем стемнело. Зажгли свечи, слуги накрыли на стол, подали вино, кто-то включил музыку.

Джульетта подошла к Эмме.

– Нам пора уезжать. Было приятно с вами познакомиться. Вы приедете на праздник сбора урожая?

Эмма с сомнением покачала головой.

– Вряд ли.

– Жаль, бывает очень весело.

Эмма принужденно улыбнулась.

– Правда? Это местная традиция?

Джульетта негромко засмеялась хрипловатым чувственным смехом.

– Самая интересная традиция – это когда Рой снимает рубашку и присоединяется к рабочим. Женщины приходят за несколько миль, чтобы полюбоваться этим восхитительным зрелищем.

Эмма поморщилась, безошибочно уловив подтекст. Кузина Роя явно намекала, что Эмма – лишь одна из бесчисленных воздыхательниц этого красавца. К сожалению, Джульетта была недалека от истины, хотя Рой слишком хорошо воспитан, чтобы сказать об этом вслух. Эмма отыскала глазами Роя. Колеблющееся пламя свечи отбрасывало на его лицо отблески, придавая облику Роя нечто загадочное и даже демоническое.

– Я приехала сюда только ради Аманды, – сказала Эмма чуть громче, чем было необходимо. – Я больше не вернусь.

Рой отвернулся.

10

Зная, что Рой ночует в своем доме, Эмма нарочно уехала до того, как он пришел на виллу утром. Она рассудила, что тем самым избавила их обоих от неловкости.

После случая на озере она почти не сомневалась, что Рой знает о ее любви. При его-то опыте он наверняка догадался о чувствах Эммы даже раньше нее самой. Однако он дал понять, что не собирается развивать их отношения. Эмма хорошо его понимала, даже восхищалась им, только ее восхищение было изрядно приправлено страданием. Пытаясь встать на место Роя, она рассуждала так: одно дело – провести ночь с женщиной, которая знает правила игры, и совсем другое – целовать несчастное, беззащитное создание, страдающее от неразделенной любви к нему. Да, Рой Баккарди – определенно человек чести… на свой лад.

– Что ж, для разнообразия твое сердце разбил порядочный человек, – горько сказала Эмма своему отражению в старинном зеркале. – Тебе остается только склеить его заново и жить дальше.

На протяжении нескольких следующих недель она старалась забыть Роя. К счастью, работа ей очень в этом помогала. Сначала Эмму послали на конференцию в Бельгию, затем пришлось срочно лететь на Багамы, где закончилось строительство нового туристического комплекса. Эмма с радостью согласилась на обе поездки.

Рой работал, как одержимый, поставив себе целью перед отъездом на Мадагаскар привести все дела в безупречный порядок. Все время, свободное от работы в поместье, он посвящал подготовке к экспедиции. Наконец он объявил родным, что летит в Лондон для встречи с остальными участниками экспедиции.

– Вот как? – проронил Лео.

Он давно ждал этого момента, хотя не делился своими догадками ни с кем, даже с женой. Рой прищурился.

– Все остальные члены команды уже работали вместе, а я хорошо знаком только с одним из них. Нам нужно немного притереться друг к другу.

– Конечно, нужно, – невинно согласился дед.

– Старый лис! – в сердцах воскликнул Рой. – Ладно, ты меня раскусил, я хотел встретиться с Эммой. Она не отвечает на мои письма, не подходит к телефону. В ее офисе мне сказали, что она в командировке, но на этой неделе должна вернуться. Одному Богу известно, как она меня примет. Может быть, не пожелает со мной разговаривать.

– И как же ты в таком случае поступишь? – поинтересовался Лео. Он впервые видел внука в таком состоянии.

На загорелом лице Роя сверкнули белые зубы.

– Буду охотиться, как никогда еще не охотился.

Прилетев из Нассау, Эмма прямо из аэропорта поехала к матери. Накануне Селин в панике позвонила ей в отель, и Эмма, конечно, не могла остаться равнодушной к тревогам матери.

Селин не открыла на звонок, и Эмме пришлось прибегнуть к помощи запасного ключа, спрятанного под цветочным горшком. Мать даже не встала при ее появлении. Она сидела за столом, на котором еще стояли остатки вчерашнего ужина.

– Тори исчезла, – сообщила Селин трагическим голосом.

Эмма не выдержала.

– Спасибо, полет прошел нормально. Нет, я совсем не устала.

Но мать даже не поняла ее иронии.

– Что?

Эмма смягчилась.

– Мама, Тори уже не ребенок. Куда она ушла?

– Этот человек… – Селин расплакалась.

Эмма вздохнула и отправилась в кухню приготовить чай. Налив себе и матери по чашке, она расчистила место за столом и села рядом с Селин.

– Мама, расскажи все по порядку. Какой человек? Все тот же приятель Тори по колледжу?

Селин подняла голову и сердито посмотрела на дочь.

– Да нет же! Мужчина, который появился у нас из-за тебя! Рой Баккарди, так, кажется он себя называет.

– Рой? – У Эммы закружилась голова. – Откуда ты знаешь Роя Баккарди?

– Он приехал к нам, представился твоим другом и сказал, что у него есть знакомый, который может помочь Тори. Не зря я не хотела с ним говорить, я чувствовала, что это опасно! Но в группе взаимопомощи сказали, что они его знают, что он вполне респектабельный, не замешан ни в чем подозрительном… А он все время пытался забрать Тори из семьи…

Эмма побледнела.

– Кто, Рой?

– Да нет же! – нетерпеливо воскликнула Селин. – Его друг, профессор… не помню его фамилию. Он сказал, что Тори нужно больше независимости.

Селин снова разрыдалась. Эмма погладила мать по голове.

– Мама, успокойся и объясни толком. Тори сбежала с этим профессором?

– Нет, она поступила на работу. – Селин снова всхлипнула. – Она оставила мне записку.

Порывшись в карманах, Селин достала смятый листок бумаги. Эмма пробежала ее глазами.

– Мама, по-моему, ничего страшного не произошло. Тори нашла работу и временно поселилась у подруги. Когда она найдет постоянное жилье, она нам позвонит. – Эмма посмотрела на дату в конце записки. – Мама, но она ушла всего три дня назад. Она звонила?

– Да, но…

– Тогда ты напрасно волнуешься, – твердо сказала Эмма. – Все в порядке.

Но Селин обезумела от беспокойства.

– Ты за ней присмотришь?! Эмма, найди ее и уговори вернуться домой!

Эмма смотрела на мать, и вдруг ее осенило: Тори много лет жила под удушающим давлением материнской любви. Неудивительно, что она замкнулась в себе. И как только она раньше этого не понимала?

– Сначала я должна поехать домой и прийти в себя после перелета. – Эмма помогла матери встать и мягко подтолкнула к лестнице. – Мама, прими ванну, а я пока наведу здесь порядок.

Селин послушно поплелась в ванную.

К тому времени, когда гостиная и кухня обрели более или менее приличный вид, у Эммы совсем не осталось сил. Она даже заснула в такси по дороге домой и не заметила незнакомый автомобиль, стоящий перед домом Аманды.

Рой сам чуть не уснул. Он ждал в машине уже давно. К счастью, он умел расслаблять мышцы так, чтобы они не затекли от неподвижности, многолетний опыт наблюдения за животными в джунглях не прошел даром. Иногда Рою приходилось несколько часов ждать в засаде, пока появится объект его наблюдений, при этом приходилось быть максимально осторожным, чтобы не спугнуть животное.

Увидев, что Эмма поднимается по лестнице, волоча тяжелый чемодан, Рой не шелохнулся. Только когда Эмма остановилась и стала возиться с ключом, он вышел из машины и тенью метнулся к дому.

Эмма все-таки что-то услышала и оглянулась. Но усталость после долгого перелета и уборки в доме матери сделали свое дело, ее реакция замедлилась, Рой успел проскользнуть в дом вместе с ней и закрыть дверь.

– Нам нужно поговорить, – заявил он решительно.

Эмма и так находилась на грани срыва, ее нервы не выдержали.

– Ты просто маньяк! – закричала она. – Убирайся из моего дома!

– Я пришел в дом своей тетки, – напомнил Рой невозмутимо, – у меня теперь есть запасные ключи.

Эмма чуть не плакала от бессильной ярости.

– И не смей разговаривать со мной в снисходительном тоне! Терпеть не могу мужчин, которые меня опекают!

Рой покачал головой и терпеливо спросил:

– Разве я тебя опекаю?

– Ну вот, опять! – От возбуждения Эмме было трудно облечь мысли в слова. – Наверное, это культурный шок. Я настолько далека от твоего мира, что дальше некуда.

Рой прищурился.

– Ты хочешь сказать, что тебе было проще, если бы я унижал тебя, как тот тип, которого мы встретили в Глайндборне? Или как твой босс? Он донимает тебя своей ревностью, а ты буквально ешь у него из рук. Тебе нравятся мужчины, которые вытирают об тебя ноги?

Эмма дрожала от ярости.

– Так отвратительно, как ты, со мной еще никто не обращался! – Слезы все-таки брызнули из глаз Эммы, но она этого даже не заметила. – Ты с самого начала мной манипулировал! Шпионил за мной, обманом заставил меня надеть это чертово платье… и все ради того, чтобы в конце концов затащить меня в постель! Ты все это подстроил!

– Подстроил? – опешил Рой. – Что ты имеешь в виду?

– Ты сам признался! – Голос Эммы сорвался на визг. – Мерзавец, ты сказал, что еще несколько недель назад пообещал себе, что сделаешь это!

– Господи, так вот из-за чего весь шум! Эмма, я имел в виду только…

Но она не желала ничего слышать.

– Убирайся! Ты обманщик, я не хочу тебя видеть! Никогда!

Теперь Рой был так же зол, как она.

– Не волнуйся, я уйду. Если твои мужчины терпели подобные истерики, неудивительно, что ты их не уважаешь.

Рой ушел, хлопнув дверью. Эмма осела по стене и заплакала. Она не знала, сколько времени просидела на полу, но в конце концов слез больше не осталось. Эмма встала и только тут обратила внимание на гору писем, скопившихся за время ее отсутствия. Большая часть из них была от Роя, их Эмма отмела в сторону, не читая, вместе со всякой рекламной чепухой. Но была и записка от Тори: «Сестренка, у меня все отлично. Загляну в воскресенье, когда ты вернешься. Жди меня часов в двенадцать. Тори».

Даже лаконичный тон записки и четкий, энергичный почерк не вязались с привычным образом Тори. Эмма посмотрела на часы и ужаснулась: начало первого, Тори явится с минуты на минуту, а она даже не умылась с дороги! И, конечно же, в это самое время в дверь позвонили.

Увидев на лице старшей сестры несчастное выражение, Тори обняла ее и спросила с тревогой:

– Что случилось?

Эмма рассказала ей все, не видя особого смысла делать тайну из своих отношений с Роем. Однако Тори почему-то не спешила ее поддержать.

– А мне Рой показался довольно милым, – сказала она.

Эмма бросила на сестру негодующий взгляд, но сил бороться уже не осталось. Она шмыгнула носом и прошептала:

– Да, он необыкновенный.

– Ну так встреться с ним, поговори, объясни… Рой разумный человек, он все поймет.

– Да, разумный. – Эмма снова шмыгнула носом и высморкалась. – Но дело не в этом. Он меня не любит. Понимаешь, Тори, он – богач, аристократ, потомок древнего рода, я ему не ровня, и с этим ничего не поделаешь.

Против этих аргументов Тори возразить было нечего. Обеспокоенная состоянием сестры, она попросила у Эммы разрешения остаться переночевать.

Эмма заснула, едва положила голову на подушку, и спала так крепко, что даже не слышала звонка в дверь и последовавшего за этим разговора.

Тори терзали сомнения. С одной стороны, она была глубоко предана сестре, но, с другой, Рой вовсе не показался ей самоуверенным манипулятором, как охарактеризовала его Эмма. Кроме того, Тори не покидала неприятная мысль, что именно забота о ней и о матери поставила Эмму в тяжелое финансовое положение, вызвавшее у Роя подозрение. В конце концов она решила пойти на компромисс. Тори не стала будить Эмму и не впустила Роя в квартиру, но пошла с ним в сад и согласилась выслушать.

Когда Рой закончил свой рассказ, Тори покачала головой.

– Эмма не верит, что нравится вам, вот в чем беда.

– Как она может в это не верить?! – воскликнул Рой.

– Понимаете, Эмма встречалась с одним мужчиной… – Тори поколебалась, но решила, что Рою лучше знать правду. – Он считал, что она для него недостаточно хороша.

Рой пробормотал под нос какое-то ругательство и посмотрел на Тори с отчаянием и мольбой.

– Тори, помогите мне.

Эмма не понимала, почему Тори вдруг так загорелось пойти на карнавал. Это было совсем не в духе ее сестры.

– Мне хочется посмотреть шествие, – заявила Тори.

И вот в последнюю субботу августа они вышли из дому, чтобы присоединиться к праздной толпе на Ноттинг-хилл. Эмма надела короткую юбку и серебристую трикотажную блузку с вырезом на спине – ту самую, что произвела фурор на церемонии награждения. Тори оделась скромнее, но старалась держаться так же непринужденно, как Эмма.