Текст книги "Любовница (СИ)"

Автор книги: Глория Макова

Соавторы: Ира Орлова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Однако от его присутствия на суде не отказалась. Мне нужен был он, чтобы пережить этот день. Просто мысль, что Серёжа рядом, вселяла спокойствие и дарила веру, что я всё преодолею, со всем справлюсь.

Но стоило пройти контроль на входе, как к нам ринулся бывший, всем своим видом выказывая недовольство.

– Он здесь зачем? – с вызовом спросил Андрей, выразительно смотря на Сергея.

Я не собиралась отвечать на его вопросы, мечтая только об одном: чтобы всё как можно быстрее закончилось. Суды всегда на меня влияли как-то угнетающе.

– А ты Юлю не захватил с собой? – с сарказмом поинтересовался Сережа, театрально оглядываясь по сторонам.

– Даша, лучше заткни его, иначе...– угрожающе произнес Андрей, делая шаг ко мне.

– Ну, чего ты перед Дашей хвост пушишь? – хмыкнул Сережа. – Я тут. Говори мне напрямую, или ты только с женщинами борзый?

– Закрой свой рот, – прошипел бывший. – А ты пожалеешь о своей выходке. Я хотел по-хорошему, но ты меня вынуждаешь... – с угрозой выплюнул он.

Мне же было всё равно. Прошло то время, когда я его боялась и тряслась от его слов.

– Слушай сюда, Дюша, – Сергей вмиг оказался рядом с ним, загораживая меня своей спиной. – Или ты спокойно ждешь заседания, или я могу успокоить. И не высокопарными фразами, а так, что кашу будешь только есть, – заметив, что мы стали привлекать внимание, он наигранно поправил ворот пиджака моего бывшего мужа и подмигнул ему улыбаясь. Создавая впечатление, будто они приятели.

– Это мы еще посмотрим, – мстительно хмыкнул Андрей и отошёл к своему адвокату.

Слушая весь тот бред, что он нес на заседании, краснела и прятала глаза. И лишь рука Сергея, что сжимала мою, сдерживала меня от порыва встать и высказать этому козлу всё, что думаю.

– Ваша честь, – расслабленно вещал он. – Я любил свою супругу. Все финансы в дом, она с сыном ни в чем не нуждалась. А потом в ее жизни появился друг детства. Он даже сейчас сидит с ней рядом. Они крутили роман у меня за спиной, а после она не придумала ничего лучше, как сговориться со своей подружкой и оклеветать меня. Да, наши отношения изжили себя. Единственный за кого я переживаю – это сын. Мальчик брошен. Пока она бегает по ресторанам, он предоставлен сам себе. Могу я представить доказательства своим словам?

– Да, – засуетился его адвокат. – Вот ходатайство о предоставлении дополнительных материалов.

Пузатый мужик резво поднялся и, подключив телефон Андрея к монитору, запустил ряд видео, на которых Степа плакал и говорил о том, как хочет жить с папой, как скучает... Что меня постоянно нет дома, что я больше люблю дядю Сережу, чем его... И на финал был тот его звонок отцу, где он просится к нему.

Закрыла глаза, роняя беззвучные слезы, теряя интерес к происходящему. Сквозь пелену безразличия почувствовала, как меня тронула за локоть адвокат, вырывая из прострации. Поднявшись и стерев с лица влагу под пристальным взглядом всех присутствующих, тихо произнесла:

– Практически всё, что сказал сейчас Андрей ложь. В принципе, как и все его слова в нашем браке. Порой, мне кажется, что правды и не было... Он изменял мне всю нашу совместную жизнь. И, видимо, для остроты ощущений в итоге связался с моей лучшей подругой. Сколько длилась их связь, я не знаю. Но она ждала от него ребенка...

– Это неправда! – воскликнул с места бывший.

– Тишина в зале суда! – осадила его судья. – Мы вас уже выслушали, – он сразу же присмирел.

– Да, я стала меньше посвящать время сыну. Но это никак не связано с моей личной жизнью. Оставшись одна, я вынуждена больше работать, делать всё за себя и за папу, которого нет. За это время пока он снимал эти видео, расшатывая психику нашему сыну, Андрей ни разу не купил ему еды, одежды, не поинтересовался, нужно ли сыну что-то. Я прошу только об одном – развода. Я работаю, не веду разгульный образ жизни. У моего сына есть всё. Мне больше нечего сказать, – без сил опускаясь на стул, закончила свою речь.

Напряжение повисло в воздухе…

Около месяца спустя

– И как? Нашла подход к новой машинке? – весело поинтересовался Серёжа.

– Пришлось искать инструкцию в интернете, но бельё стирается, – похвалилась ему.

Второй день, как мы с сыном переехали на съемную квартиру. Жить дальше с родителями было неловко. Тем более после официального развода наша общая квартира с Андреем была выставлена на продажу. Так что впереди маячила надежда, что скоро я не только верну долги, но и смогу купить собственную жилплощадь. Конечно, небольшую и на окраине, зато только наша. А пока, продав машину и распланировав все свои траты, потихоньку привыкала к самостоятельности.

Степка продолжал периодически закатывать истерики и скандалы. Но я нашла хорошего психолога, и плоды его работы уже были видны. Сынишка, успокаиваясь, говорил о своих страхах и переживаниях, а иногда просил прощение за колкие слова.

Андрей оставил меня в покое. Во всяком случае, в наши редкие встречи, вел себя отрешенно. Финансово от него было мало помощи, так как, по его словам, рынок недвижимости "встал". Я же думаю, что бывший просто стал работать в черную. Каждый раз он вел себя так, будто это я его обидела и разрушила наш брак. Поразительно, но меня это не цепляло.

– Как Степка? – осторожно спросил Сергей.

– Нормально, – пожала плечами, как будто он мог меня видеть. – Остался у мамы. Там его планшет и большинство вещей. Завтра найму машину и перевезу остатки.

– Я могу помочь, – с готовностью предложил он. – В обеденный перерыв.

– Серёжка, – покачала головой. – Хватит обделять себя обедами. Ты и так постоянно помогаешь. Справлюсь сама.

– Не сомневаюсь, – хмыкнул он. – Ну, что, получается, ты теперь свободна. Какие планы?

– Не знаю, – честно созналась. – Пока решить с квартирой и школой. Осенью Степа пойдет в первый класс, надо определяться с районом и записаться.

– Да. Надо, – как-то грустно отозвался он. А я почувствовала, что он имел в виду что-то другое. – А меня повышают. С одной стороны, это то к чему я стремился, а с другой – придется переезжать.

– Куда? – растерялась, садясь на диван и не веря своим ушам.

– В соседний регион. У них должность уже год пустует, – как-то напряженно проговорил он.

– Здорово, – выдала на автомате.

Комната плыла, я же пыталась ухватиться хоть за какую-то соломинку, чтобы не скатиться в истерику. Вновь его теряла. Опять только смотрела, как он уходит из моей жизни...

– Ладно, – спустя несколько секунд угнетающего молчания подытожил Сергей. – Давай обживайся.

– Ага… Спасибо... – пролепетала, так и сидя с телефоном у уха. Он давно нажал отбой.

Я же прокручивала в голове свою жизнь. Каждый момент, связанный с этим невероятным мужчиной. Получалось, что все радостные и приятные дни связаны были с ним. Его тёплый взгляд и мягкая улыбка так и стояли перед глазами, а душу щемило от мысли, что больше не увижу его...

Боже, да что это я?! Поднялась на ноги и заметалась по комнате. Чего боюсь? Испортить наши отношения и потерять его? А разве сейчас не происходит именно это?! Я так и буду всю жизнь фантазировать, как бы могло быть и ни разу не рискнуть?! Да лучше пожалеть, чем изводить себя!

Стоя посреди комнаты, призналась самой себе: мне без него плохо. Так, что волком выть хочется только от мысли, про его отъезд.

Ринулась к телефону. Откинула его. Закусила губу и закрутилась на месте. Сердце бешено колотилось, ладошки вспотели. Сейчас я поняла и приняла самое важное для себя решение. Не отпущу!

– Успокойся! – рявкнула на себя, стараясь взять себя в руки.

Пусть он и не сегодня переедет, но тянуть больше нельзя. Я же ни разу не сказала ему о своих мыслях, чувствах, о том, как душа заходится от его прикосновения. В груди всё расцветает, когда он рядом и замерзает, замирает, если он оставляет меня. Столько лет упущено, столько ошибок совершено...

Я не преодолела бы и половины того, что пришлось, без него. Сколько он сделал для меня? И это не измерить деньгами или временем. Всё гораздо глубже и больше, чем я могла бы выразить словами.

Поглубже вдохнув и медленно выдохнув, подошла к сумкам и начала искать необходимое. Пальцы дрожали, у меня будто внутри натянулись канаты. Все нервные окончания оголились.

Хотела нарисовать стрелки на глазах, но на третьей попытке прицелиться бросила эту затею. И так хорошо.

Я никогда не была у Сергея, но адрес его знала назубок. Вызвав такси, полностью одетая высматривала машину одновременно и через окно, и через приложение, мысленно поторапливая неторопящегося водителя. Сережа ведь сидит дома и даже не знает ничего. Делает свои привычные дела, считая Дашку трусихой. А я, как заяц, тряслась, но для меня не было пути обратно.

Всю дорогу теребила край пальто, прокручивая в голове, что скажу. Как назло, ничего путного в нее не лезло. Там образовался какой-то вакуум. Расплатившись с водителем, вышла из авто, окидывая взглядом дом. Новенькая новостройка манила одним-единственным подъездом.

Подойдя к домофону, набрала нужную квартиру, и вся замерла в ожидании.

– Да, – голос его, такой привычный и родной, невольно вызвал улыбку на лице.

– Это я, – просто ответила.

Секундная заминка, и трель известила об открытии двери.

В лифте, поднимаясь на нужный этаж, посмотрела на себя в зеркало. Глаза горят, на щеках румянец, волосы немного растрепал ветер.

– Ты в гости? – немного растерянно спросил Серёжа, стоя в дверном проеме. В футболке и шортах он выглядел таким домашним, таким непривычным.

– Да, – кивнула проходя.

Снимая ботильоны, расстегнула пальто, отдавая его мужчине.

– Чай? Кофе? – он не знал как себя вести, собственно, как и я.

Мы будто не были знакомы много лет. Такая неловкость и смущение наполняли воздух. Я никак не могла посмотреть в его глаза, ища постоянно, за что зацепиться взглядом.

– Чай, – сказала, особо не подумав. – Серёж, – остановила его, пока не передумала, переставая искать для себя поводы отложить цель моего визита.

Остановился. Повернулся ко мне с немым вопросом на лице: "Что?". Отчего лоб его просекла морщина, взор сосредоточенный.

– Я давно хотела сказать... Точнее, должна была сказать... Спасибо тебе... Нет. Не то. Точнее, и это тоже...

Как же сложно было сложить тот рой из слов в голове в логичные фразы.

– Даш, – перебил меня, подходя ближе, забирая у меня весь воздух, выбивая его из легких. – Зачем ты приехала? – простой вопрос, но заданный таким хриплым тоном, что у меня всё оборвалось внутри.

– Я... – облизав пересохшие губы, сипло выдавила из себя. – Я... тоже тебя люблю.

Сказала и глаза закрыла. Меня оглушило. Казалось, время остановилось, а сердце замедлило свой бешеный ритм. Молчание затягивалось. Он не шевелился, ничего не говорил. И из-за этого страх начал брать верх. Мелькнула мысль бежать. Добавить: "Как друга..."

– Открой глаза, – так близко, опаляя мои губы своим дыханием, вызывая мурашки по позвоночнику, попросил он.

Подчинилась. Мы практически касались друг друга. Мир кружился, а Сергей наклонился ближе и осторожно, будто ожидая сопротивления, поцеловал меня. Как будто крылья бабочки дотронулись до моих уст.

– Еще можно сбежать, – с ухмылкой, прижимаясь к моему лбу своим, произнес негромко он.

– Я там, где должна быть, – высказала свои мысли.

И сама подалась вперёд, углубляя поцелуй. Меня окутало таким счастьем, что наполняло каждую клеточку организма.

Сергей перенял инициативу и, обнимая меня за талию, приподнял над полом. Больше не сдерживаясь, он клеймил мои губы, страстно и жадно целуя, поднимая во мне ранее не испытываемую волну желания, возбуждая не только тело, но и будя во мне женщину. Пробуждая мое либидо, показывая, что значит по-настоящему хотеть мужчину...

Вещи полетели на пол, что-то трещало. Возможно, мое платье... Меня кружило в каком-то необузданном водовороте из чувств и эмоций. Каждое его прикосновение обжигало, распаляло только больше... Такой я никогда не была, как в ту ночь, подобное я еще никогда не испытывала при близости... Задыхаясь, тонула в его поцелуях и ласковых словах, которые он шептал, унося меня за грань...

Эпилог

Почти четыре года спустя...

Даша

– А я говорил, что она упадет, – рассмеялся Сергей.

– Возьми пирожок с полочки, – проворчала, смотря на многострадальную штору, что так и не хотела висеть на беседке.

– Даша, давай я помогу, а то советчиков много, а помощи мало, – вступилась за меня тётя Лариса, вооружаясь молотком.

Я же показала язык мужу. Пусть сильно не зазнается, у меня есть мощная артиллерия в лице свекрови.

– Уделали, – покивал Серёжа. – Мам, дай молоток, а то еще поранишься.

– Па, давай вместе, – предложил Степа, стоя на крыльце и наблюдая за нами.

Мы не принуждали его, просто в очередной наш отпуск сын оговорился, а поправлять его никто не стал. И теперь всё чаще это слово вылетало из его уст в обращении к Сергею.

С родным отцом отношения у сына не ладились. Я видела, как он переживает, но старалась сильно не вмешиваться, боясь навредить. Андрей вечно искал отговорки, чтобы не приезжать. И в итоге их встречи свелись к дням рождения Степана. Помогал горе-отец тоже неохотно. Первое время я ещё как-то пыталась бороться за алименты, а потом махнула рукой. Мы прекрасно живем и без его подачек.

– Неси гвозди, – кивнул муж, одобряя его идею.

Три года назад тётя Лариса "разбила" свою копилку. Подарила нам на свадьбу накопленные деньги и весь вечер плакала, как говорила, от счастья за нас. Пышных торжеств мы не устраивали, собрали семью в ресторане и провели вечер в кругу близких и родных людей.

Самое поразительное, что эта свадьба для меня была лучше первой. Я купалась в любви и заботе. Первая попытка казалась блеклой и искусственной по сравнению со второй. Именно с этим мужчиной я хотела прожить всю жизнь и встретить старость.

– Мам, так? – примеряясь, спросил Степа.

– Ага, – присмотревшись, дала добро.

Наблюдая за своими мужчинами, улыбалась. Такие серьезные и сосредоточенные.

– Дашенька, ты иди в тенек, – запереживала тётя Лариса.

– И правда, доченька, не стой на солнце, – согласилась с ней моя мама. Сидя на качелях, она читала книгу, но это не мешало ей всё контролировать. – Серёжа, скажи ей. Она только тебя слушает, – сразу пошла она с козырей.

– Не надо Серёжу, – вздохнула, направляясь к качелям. – Я не буду спорить.

В нашей семье и правда получалось так, что муж умел находить правильные слова. Или же я просто всегда была с ним согласна и ставила его мнение выше своего. Нет, это не было повторением прежних ошибок. Теперь я понимала разницу. Все поступки Серёжи были направлены во благо мне. Он всегда учитывал мое мнение, а если нет, то я знала, как его переубедить...

– Как ты себя чувствуешь? – настороженно поинтересовалась мама. – Бледненькая стала. Вот уедете опять, мы же с Ларисой здесь с ума сходить будем...

Да, мы переехали в соседний регион. Я легко нашла там себе работу, а Сергей поднимался всё выше по карьерной лестнице, но для наших родителей это оказалось испытанием. К нам переезжать они не хотели, поэтому каждый отпуск или большие выходные мы приезжали к ним. Скоро, конечно, всё изменится и ездить придется им.

– Всё хорошо, мам, – успокоила ее. – Я беременна, а не больна. Может, наконец-то, к нам переберетесь?

Погладила свой большой живот и улыбнулась ей. Скоро у Степы появится сестренка. Я так переживала за то, как он отреагирует. Но сын обрадовался, придумывал ей имя и ворчал на наши варианты. Стоит ли говорить, насколько был рад будущий папочка? Впервые видела его таким счастливым.

– Да, видимо, придется, – сдавленно проговорила мама, обнимая меня. – Я так рада за тебя, доченька. Смотрю на вас, и душа поет.

– Мам, – смахивая слезы и греясь в ее объятиях, призналась. – Мне так хорошо с ним, что даже страшно. Я так счастлива, что боюсь сглазить.

– Ничего не бойся, моя девочка, – подбодрила она. – Вы к этому так долго шли, столько преодолели. Всё будет хорошо, поверь мне. Я сердцем чувствую...

– И я, – окончательно разревевшись, уткнулась в ее плечо.

И успокоилась, едва только ощутила на своих плечах надежные любящие руки лучшего мужчины на свете.

Андрей

– Поздравляю вас, – проговорил, убирая документы в папку. – Вы стали обладателем двухкомнатной квартиры.

– Спасибо, – улыбнулась кокетливо симпатичная брюнетка.

– Может, поужинаем и отпразднуем? – усмехнулся, расплываясь в обаятельной улыбке.

– Боюсь, это не понравится моему парню, – развела она руки в стороны, забирая документы и покидая кабинет.

– Не очень-то и хотелось, – хмыкнул сам себе, откидываясь на спинку кресла и смотря в потолок.

– Закончили? – не прошло и нескольких секунд, как вошел Артур, директор нашего агентства.

– Да, – выпрямляясь, подтвердил.

– Андрей, нам нужно серьезно поговорить, – предупредил он, садясь напротив.

– Слушаю тебя, – кивнул с готовностью, мысленно усмехнувшись.

Кажется, он понабрался у своей новой пассии всяких клишированных словечек. Эх, помнится мне, были времена… Сауна, дружный мужской коллектив, девчонки… А потом Артур взял да женился, неизбежно отдалившись.

Не понимал я его тогда, даже находясь в браке и имея ребенка, как можно взять и отказаться от личной свободы?

– Мы сейчас прозванивали наших клиентов, и выяснился интересный момент… Оказывается, большинство из них не отказывались от сделки, а заключали ее. И знаешь, кто у них у всех был риелтор? – холодно проговорил Артур. А у меня внутри всё похолодело. – Я знаю, что ты скрываешься от приставов. Но в моем агентстве я не позволю работать в черную. Это не считая того, что некоторые сделки вообще вызывают большие вопросы.

– Артур... – попытался оправдаться.

– Не нужно, – остановил он меня жестом. – Факты говорят за себя. Забери в отделе кадров свою трудовую, и чтобы я больше тебя не видел. Недостачу посчитаем позже.

– Какую недостачу? – опешил, понимая, что сумма будет внушительная.

– Обычную, – повысил он голос. – Или ты думал, будешь мимо кассы носить и тебе за это ничего не будет. Вернёшь всё. Скажи спасибо, что без процентов. И то, только по старой дружбе. Но имей в виду, не отдашь по-хорошему, я обращусь в полицию. Свидетелей предостаточно.

– Я... – в отчаянии не знал, что сказать или сделать, не ожидая подобной резкости от приятеля.

– Пошел вон! – рявкнул Артур.

Уже позже, сидя на кухне и рассматривая почти пустую бутылку, хотел запустить ее в стену. Где я найду такие деньги?.. Продать квартиру? Вернуться жить к маме? Молодец, ничего не скажешь... В моем-то возрасте жить с родителями.

Закрыл глаза, пытаясь унять страх и накрывающую тоску в душе. А всё могло быть иначе... Сейчас бы сидел в нашем с Дашкой доме, ел бы вкусный ужин, а не пельмени, и помогал сыну с уроками.

Сын... Надо позвонить Степке! Съездить к нему или пригласить к себе. Только захочет ли? Он так тянулся ко мне, ждал. А у меня то бабы, то друзья... Казалось, я держал в руках что-то важное и дорогое, но всё утекло сквозь пальцы. Стоило всё этого? Теперь я ясно понимал, что нет. Не стоило.

– А-а-а, – заорал во все горло, всё же кидая бутылку в стену и от отчаяния закрывая голову руками,

Зажмурился, чувствуя, как грудную клетку разрывает от боли.

Юля

– Ирландский кофе, пожалуйста, – попросила молодого паренька за барной стойкой в кофейне. – И если можно, двойную порцию.

Я снова здесь. В этом городе, разделившим мою жизнь на "до" и "после". Четыре года после отъезда пролетели, как по щелчку пальцев. Казалось, что вот ещё вчера я волочила своё жалкое существование, перебиваясь скудными крохами, что кто-то в шутку, не иначе, додумался назвать заработной платой. Дом – работа… и редкие крохи хоть какого-то разнообразия в выходные дни. Как много людей живут в таком ритме не один год?

Такая жизнь точно была не для меня. Тогда, в прошлом. И, наверное, будь у меня шанс, я бы всё сделала иначе, изменилась, стала лучше, но сейчас понимала, что время уже упущено. Слишком поздно давать заднюю.

А вернулась я только ради того, чтобы разобраться с наследством, доставшимся мне от семьи. Отец, скончавшийся несколько лет назад от рака поджелудочной, с чего-то решил переписать квартиру на меня, видимо, не поделив что-то с матерью в очередном пьяном споре. И после его ухода, мама, не имея возможности со мной связаться, ведь у неё даже номера телефона моего не было, ещё некоторое время вела разгульный образ жизни, водя домой невесть кого и невесть зачем. Это, конечно же, возымело свои последствия.

Полтора месяца назад до меня всё-таки смогли дозвониться госслужащие, видимо, вычислив мой номер через собственную базу. Возможно, у них остался мой зарегистрированный телефон после того, как лежала в больнице с выкидышем, мне не известно. Но факт остаётся фактом: я вернулась в этот город вынужденно и временно. Ведь квартиру, что оставили мне в наследство, собирались тут же забрать из-за долгов. Просто без моей подписи это не представлялось возможным. Бюрократия.

Я не стала бороться за дом, в котором жила всё своё детство. Его и домом-то назвать язык не поворачивался. Сарай с кишащей антисанитарией – лучшая характеристика. Загадкой было для меня то, как соседи ещё не пожаловались за подобное отношение к жилплощади к уполномоченным органам и то, чем родители всё-таки питались. Неужели, на одной пенсии можно было много прожить?

Как бы оно-то ни было, но стоя у могилы своих почивших родителей, я не чувствовала ничего. Ни сожаления, ни скорби – будто бы умерли совершенно чужие люди, не имеющие никакого отношения к моей жизни. Внутри меня царила пустота. Тихая и, я бы даже сказала, зловещая. И это продолжалось уже очень давно.

Спустя четыре года после своего отъезда, когда произошло то, что в целом должно было случиться, я много переосмыслила и кое-что поняла. Стоило извиниться перед Дашей за предательство нашей дружбы. Да, это бы ничего не изменило и, возможно, лишь распалило бы бывшую подругу на негативные эмоции, но… Она хотя бы понимала, что я действительно испытывала вину. Сожаление…

Сейчас только эти отголоски воспоминаний делали меня живой. Я жила подобно кукле. Богатый жених, идеальная внешность, которую не обошли хирургические и косметические вмешательства – мне приходилось много над собой работать, чтобы удержать возле себя достойного мужчину. Терпеть измены, капризы его стервозной дочери от первого брака, иногда и рукоприкладство. Всё, чтобы просто иметь возможность жить дальше.

Наверное, поэтому я и начала пить.

– Кофе? – задал уточняющий вопрос бариста.

– Ликёра. Я заплачу, – уверила его, тут же достав кредитную карту из кошелька.

Всё начиналось невинно, с одного бокальчика красного сухого на ужин. Но чем дальше я заходила в своём грехопадении, чем сильнее позволяла своему мужчине помыкать, чем больше пыталась соответствовать его идеалу, тем… Меньше оставалось от меня самой. Прежней Юли, глупой и влюблённой, трясущейся перед выбором рассказать подруге о том, что спит с её мужем или сохранить дружбу – больше нет.

Осталась лишь оболочка. Красивая снаружи, но такая пустая внутри.

– Спасибо, – поблагодарила бариста и села за свободный столик, коих в заведении было навалом.

Я всегда жалела о том, что не сделала. Каждую чертову минуту своей жизни мне бы хотелось переиначить, изменить, но понимала, что этого недостаточно. И сейчас, сидя в одиночестве, в пустующем кафе, за тем же столиком, где когда-то мы с Дашей заново знакомились после моего приезда из Питера, я тоже чувствовала лишь пустоту.

С каждой минутой моего нахождения здесь на душе становилось всё более гадко, кофе – остывшим, а гематома под глазом, которую я благополучно скрывала под тёмными солнцезащитными очками в абсолютно пасмурную погоду – будто бы заметнее.

Больно не было, ведь мой жених, с которым я была в отношениях уже полтора года, с заведомой регулярностью приучал меня к этому чувству, взамен заваливая "извинительными" подарками. И мне бы уйти от него, сбежать, проявив хоть капельку гордости, но я уже не смогу. Без его денег. Без тех благ, что дарило его положение в обществе. Скачусь по социальной лестнице, как мои родители, в которых я так сильно боялась превратиться. И умру в безызвестности.

Мимо окна проскользнул взрослый мужчина с короткой стрижкой и смутно знакомым лицом, держа под руку недовольного подобной перспективой парнишку лет десяти. Им навстречу вышла светловолосая девушка, с ярчайшей улыбкой на земле, казалось, разгоняющей серые тучи в небе. До боли знакомым жестом раскрыв руки для объятий, она подошла к своей семье и поприветствовала каждого. Лоб мальчишки тут же разгладился, а мужчина использовал свою вторую руку, чтобы в ответ приобнять свою женщина. После чего они удалились куда-то по своим делам. Счастливые и беззаботные.

Была ли это Даша с сыном и новым мужчиной? Мне неизвестно. Но пойти и проверить я так и не решилась…

Казалось, будто ещё вчера, находясь рядом с ней, я чувствовала то же тепло и уют. Купалась в лучах доброты подруги, забывая обо всём на свете. Но я оступилась. Предала…

Будь у меня возможность обратиться ко всем женщинам, имеющим подобных подруг, сказала бы вот что: никогда не берите чужое, никогда не думайте, что цель оправдывает средства. Это так не работает. Карт-бланш в такой ситуации не выдаётся, увы.

Сейчас, спустя время, я точно знала, что совершила ужасную ошибку. Нельзя оправдать любовью подлость. Невозможно построить своё счастье на чужих слезах. Я обидела единственного любящего меня человека, разве стоило это того? Сдался ли был мне вообще этот Андрей?

Сотню раз нет!

Мы так часто оправдываем себя, ищем аргументы в свою пользу, забывая, что нужно порой просто признать, что ты неправ. Остановиться и попытаться всё исправить. Или хотя бы не гадить еще больше...

Многие скажут, что поделом мне. И будут правы! Только совесть – лучший судья. Она съедает изнутри, ломает и как не старайся, не улыбайся и не строй из себя невозмутимую и сильную, боль не пройдёт. Никогда.

Выпивая, я часто представляю, что нашла своего человека, родила ему дочку… А по выходным мы вместе с Дашкой и ее мужем проводим время дружной компанией. Шутим, отмечаем праздники, жарим шашлыки. Там параллельная, другая жизнь, но попасть в нее можно только одним способом...

Конец.