Текст книги "Операции германо-турецких сил. 1914—1918 гг."

Автор книги: Герман Лорей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 30 страниц)

Преувеличенное представление о боевой мощи «Гебена» и незнание сухопутного командования основ ведения войны на море были снова причиной ложного представления об использовании флота. Однако командующий флотом не давал сбить себя с однажды принятого им направления, даже рискуя вызвать нарекания. То обстоятельство, что UB-14 не нашла объектов для атаки, еще не было доказательством неправильности его мнения.

Насколько оживленна была деятельность русского флота, выяснилось несколько дней позднее. 9 марта в 10 ч 30 мин у болгарских берегов показалось соединение, состоявшее из 1 линейного корабля, нескольких транспортов и 5 эскадренных миноносцев. Севернее Варны, у мыса Калиакры, германские гидросамолеты успешно атаковали неприятельский эскадренный миноносец бомбами и наблюдали попадания. В тот же день перед Трапезондом появился другой линейный корабль и 2 эскадренных миноносца. 10 марта у Варны русский эскадренный миноносец «Лейтенант Пущин» подорвался на мине и затонул; 5 офицеров и 10 матросов были взяты в плен [81]81
  Эта операция имела целью бомбардирование Варны самолетами с авиатранспортов под прикрытием линейного корабля «Императрица Екатерина» и миноносцев. Для освещения обстановки вперед были высланы миноносцы «Лейтенант Пущин» и «Живой», из которых первый на обратном пути, уже отходя от берегов, подорвался на мине. Для спасения экипажа «Живой» спустил шлюпку, но затем, приняв какой-то предмет за перископ подводной лодки, бросил шлюпку и ушел к прикрытию, донеся о гибели «Лейтенанта Пущина» и наличии подводной лодки. Ввиду появления в воздухе неприятельских гидросамолетов и доклада о подводной лодке, которой была приписана гибель «Лейтенанта Пущина», операция была отменена. – Прим. ред.


[Закрыть].

Получив отказ от Сушона, Энвер-паша не успокоился. 10 марта он снова телеграфировал из Конии, что необходима немедленная поддержка лазистанской дивизии; если «Гебен» или «Бреслау» не могут погрузить целый батальон, то надо произвести переброску в два приема. Заместитель начальника штаба верховного командования не ожидал ничего хорошего от этой посылки: в Трапезонде почти не оставалось турецких войск, а русская армия стояла почти под самым городом [82]82
  Фронт в этот момент находился у Ризе в 60 км от Трапезонда. Занятие последнего произошло 18 апреля. – Прим. ред.


[Закрыть]. Командующий флотом пришел к убеждению, что требование Энвера имеет основанием внутриполитическую обстановку. В тот же день вечером Энвер-паша вернулся из своей поездки; Сушон имел с ним совещание по поводу переброски войск. Энвер считал крайне важным не оставлять лазистанскую дивизию без подкрепления. Действительно, по сообщениям германского военного атташе, положение было таково: состав дивизии, насчитывавшей 7000 штыков, сократился до 700; в Трапезонде имелся только один запасный батальон; однако ввиду того что бои велись теперь в узких дефиле, большое значение имело хотя бы и небольшое число хорошо обученных войск; свежий корпус находился в пути на коммуникациях Эрзинджан – Трапезонд, так что здесь русские, вероятно, будут задержаны; достаточно было бы высадить войска в Тиреболи, западнее Трапезонда. Сушон уступил, и 11 марта «Бреслау» получил приказание выйти в море.

Тем временем с прибытием большой подводной лодки U-33 общее положение значительно улучшилось. 7 марта она зашла в базу на малоазиатском берегу, 10 марта – на наблюдательный пост Херзингштанд и на следующий день встала на якорь в Золотом Роге. После небольшого отдыха и переборки мощная подводная лодка могла принимать участие в операциях. 11 марта «Бреслау» взял 3 офицеров, 208 человек пехоты, кроме того, 12 бочек солярового и смазочного масла для подводных лодок. Обмундирование солдат было плохое, некоторые даже не имели сапог. Возникало сомнение, будут ли эти войска иметь военное значение.

В 17 ч 30 мин «Бреслау» вышел в Черное море и, не встретив неприятеля, 13 марта в 5 ч 40 мин встал на якорь у Тиреболи (черт. 16, а). Местные власти сделали соответствующие приготовления, и высадка заняла всего полчаса. Затем «Бреслау» взял курс на «Самсун», где предполагалось принять продовольствие. Появление «Бреслау-Мидилли» вызвало большую радость, местное население приносило цветы, папиросы, орехи и подарило 92 барана. Приняв 30 т муки, 1 т маиса и 30 т угля, «Бреслау» снялся с якоря в 14 ч 40 мин. В 17 ч 40 мин он получил радиограмму, сообщавшую, что у реки Сакария потоплен русскими пароход-угольщик «Сегар». Командир надеялся отрезать эскадренные миноносцы, если бы они еще находились возле побережья угольного района. Это ему не удалось, и 14 марта в 17 ч «Бреслау» вошел в Босфор.

После долгого ожидания были, наконец, получены мины для подводного заградителя UC-15. 6 марта UC-15 вышел в море и затем отправился в Варну. Для определения направления входных фарватеров у Севастополя и разведки перед постановкой мин подводным заградителем UC-15 туда была предварительно послана UB-8, которая, находясь на позиции с 5 по 8 февраля, сделала ценные наблюдения; эти наблюдения показали, что для большой подводной лодки с хорошими активными качествами здесь имеются благоприятные возможности для атак. 9 марта, после обмена сведениями, UC-15 вышел из Варны, но из-за аварии во время сильного шторма 13 марта вернулся обратно для ремонта. 21 марта UC-15 вышел снова для постановки мин и 24 марта поставил непосредственно на подходах к Севастополю заграждение из 11 мин. 26 марта он вернулся в Евксиноград. Он намеревался тотчас же снова выйти в море, но этому помешал густой туман. 31 марта UC-15 поставил новое заграждение в 11 мин, также перед входом в Севастополь. После выполнения задачи подводный заградитель вернулся в Константинополь (черт. 24).

ГЛАВА XX
ОПЕРАЦИИ ГЕРМАНСКИХ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК НА ЧЕРНОМ МОРЕ

U-33 в восточной части Черного моря. Пароход «Портюгаль» получает попадание торпедой. Протест русского правительства отклоняется. «Бреслау» у Трапезонда. Встреча с русскими главными силами. Мелкие операции подводных лодок. U-33 снова в восточной части Черного моря. Воздушная атака англичан против Константинополя. Минные операции «Бреслау». Передача UB-8 болгарскому флоту. U-38 на пути к Константинополю. U-38 в Черном море. Полное закрытие входа в Дарданеллы. Меры противодействия. U-38 в критическом положении.

U-33 (капитан-лейтенант Гансер) вышла 2 марта из Каттаро, направляясь в Константинополь. 7 марта она зашла в базу Макри на малоазиатском берегу и затем, не встретив объектов для атаки, проследовала на пост Херзингштанд. Она вошла в Дарданеллы в подводном положении, в бухте Морто всплыла и продолжала путь к Константинополю, куда прибыла 11 марта. После 14-дневного приведения в боевую готовность U-33 вышла 25 марта для операций на Черном море (черт. 16, б). Оперативный приказ для нее гласил:

1) атаковать русские морские силы, оперирующие из Батума против турецкой армии, расположенной за рекой Калопотамос (к востоку от бухты Сурмене) и против Трапезонда;

2) вести операции против морской торговли вдоль кавказского побережья, у Керченского пролива и у южного побережья Крыма;

3) встать на позицию у Севастополя.

27 марта при походе на восток подводная лодка встретила линейный корабль «Императрица Мария», шедший контркурсом зигзагами, с охранением из 2 эскадренных миноносцев. Подойти на дистанцию выстрела не удалось. 30 марта в бухте Сурмене U-33 заметила пароход, шедший вплотную к берегу курсом W(черт. 16, б). Он был сильно нагружен, вел на буксире несколько больших лихтеров и имел на палубе много людей, ввиду чего командир принял его за транспорт. С дистанции около 1000 м (6 каб.) в 4 ч 10 мин в пароход, тем временем ставший на якорь, была выпущена торпеда из носового аппарата; вследствие неблагоприятного угла встречи торпеды с целью попадания достигнуто не было; торпеда, выпущенная вслед затем с дистанции в 500 м (3 каб.) из кормового аппарата, попала в пароход. Последний переломился посередине и вскоре затонул.

Исключительно громкий взрыв заставлял предполагать, что на погибшем пароходе имелось большое количество взрывчатых веществ. Непосредственно после выстрела один из находившихся при пароходе эскадренных миноносцев полным ходом направился к подводной лодке и сбросил 2 противолодочные бомбы, которые взорвались возле нее. Пароход оказался пароходом «Портюгаль» (вместимостью 5358 т), по русским утверждениям – госпитальное судно.

На основании донесения командира подводной лодки Сушон отправил по телеграфу Морскому генеральному штабу в Берлин подробный доклад:

«Командир подводной лодки, потопившей утром 30 марта судно у побережья Черного моря, сообщает: судно было замечено в ночь с 29 на 30 марта, когда оно шло вплотную к берегу к неприятельскому десантному пункту, имея погашенные огни и лишь один зажженный топовый огонь. С рассветом можно было различить, что это большой, сильно загруженный пароход, имевший на буксире загруженные боты с многочисленной командой. Он встал на якорь прямо у неприятельского десантного пункта. Один из плотов, полный людей, был взят к борту. Командир и офицеры подводной лодки приняли пароход за неприятельский транспорт, намеревавшийся высаживать войска и выгружать материалы. Подводная лодка пошла в атаку. При приближении было видно, что пароход выкрашен в серую краску с узкой красной полосой, что он имеет на корме русский торговый флаг, что на палубе – множество людей, что плоты и большая висящая за кормой шлюпка не имеют никаких отметок и выкрашены ровной серой краской. Нигде не было заметно красного креста или наименования судна. Все это укрепило командира в его мнении. Первая торпеда не попала в цель; вторая торпеда достигла попадания в пароход под капитанским мостиком. За взрывом торпеды немедленно последовал сильный раскатистый взрыв внутри парохода; пароход переломился пополам и затонул. Этот взрыв, несомненно, был вызван нахождением внутри парохода большого груза взрывчатых веществ. Тотчас же после выстрела подводную лодку атаковал эскадренный миноносец.

Отсюда следует, что пароход не имел всех установленных отличительных знаков; что он доставил в район военных действий нагруженные лихтера с многочисленными людьми, которые не были явно предназначены для санитарной службы, и что он сам имел груз взрывчатых веществ на борту.

Согласно статье 8 приложения 5 к заключительному постановлению II международной Гаагской конференции, этим самым потопленный пароход терял право на защиту Красного Креста, если даже действительно он являлся госпитальным судном. Заявление русского правительства, гласившее, что пароход получил два торпедных попадания, не соответствует истине; заявление, что на борту имелось множество раненых, идет вразрез с тем обстоятельством, что пароход только ночью подошел к неприятельскому пункту высадки и накануне тоже не подходил к нему. Турецкое правительство сожалеет, если в данном случае погибли лица, состоявшие исключительно на службе Красного Креста. Но ответственность за их смерть должно нести русское правительство, так как эти лица были отправлены на место военных действий на судне, которое в то же время использовалось для участия в нанесении ущерба Турции» [83]83
  «Портюгаль» имел все опознавательные знаки, положенные для госпитальных судов. Слышанный на подводной лодке взрыв объясняется взрывом котлов, так как торпеда попала в котельное отделение и переломила пароход, который мгновенно пошел ко дну с задранными кверху носом и кормой. Однако командир лодки имел данные для атаки судна, так как начальником Батумского отряда капитаном 1 ранга М. Римским-Корсаковым «Портюгалю» было приказано взять на буксир несколько десантных ботов, на которых были поставлены военные флаги. В момент атаки «Портюгаль» стоял с застопоренными машинами и отливал воду из одного бота, который при буксировке зачерпнул бортом. – Прим. ред.


[Закрыть].

После потопления парохода U-33 взяла курс на N, чтобы произвести впечатление ухода из данного района. 31 марта она потопила у Сухума, севернее Батума, небольшое русское парусное судно и уничтожила артиллерийским огнем русский пароход вместимостью в 1500 т, который после первого выстрела выбросился на берег. После этого артиллерийским огнем был уничтожен маяк. При попытке обстрелять стоявший неподалеку на якоре пароход подводная лодка была неожиданно обстреляна ружейным огнем с берега и получила 14 незначительных попаданий. Она тотчас же ответила обстрелом города из орудий и произвела около 30 выстрелов. В течение следующих дней U-33 держалась перед Трапезондом и бухтой Сурмене, но неприятеля не встретила. 1 апреля она получила приказание ждать у Трапезонда крейсер «Бреслау».

30 марта Энвер-паша вновь запросил Сушона о возможности посылки войск и военного имущества (главным образом, винтовок) для поддержки лазистанской дивизии. Командующий флотом согласился, считая, что появление подводной лодки U-33 заставило неприятеля ослабить свои операции в восточной части Черного моря. 1 апреля главное командование сообщило, что части 3-й турецкой армии в ближайшие дни перейдут в наступление на левый фланг русского расположения, и просило, чтобы U-33 оставалась поблизости для облегчения положения турецкого левого фланга. Морское командование пошло навстречу этому желанию и в свою очередь заявило о необходимости иметь в Трапезонде специального офицера, хорошо знакомого с тактической обстановкой, который мог бы давать указания относительно русских позиций крейсеру «Бреслау»; последний должен был, если позволит обстановка, обстрелять тыловые позиции и пути сообщения (черт. 16, б).

Черт. 16. Действия «Бреслау»: а) с 11 по 14 марта 1916 г.; б) с 1 по 5 апреля 1916 г. и действия U-33 c 25 марта по 7 апреля 1916 г.; в) с 25 по 28 апреля 1916 г.

1 апреля «Бреслау» принял 2 офицеров, 105 солдат, 794 ящика патронов, 5000 винтовок, 4 пулемета и 56 седел. В 17 ч 45 мин он вышел в море (черт. 16, б). Командир предполагал выйти раньше, но в 9 ч 45 мин у мыса Галата-Бурну, близ входа в Босфор, неприятельская подводная лодка потопила торпедою пароход «Дубровник» («Dubrownik»), шедший с грузом угля [84]84
  Подводная лодка «Тюлень». – Прим. ред.


[Закрыть]; пароход затонул на мелководье. Опасаясь присутствия неприятеля, командир отложил выход в море. 3 апреля в 5 ч 30 мин «Бреслау» прибыл в Трапезонд, не встретив неприятеля по пути. Высадка и выгрузка привезенных войск и материалов заняла час времени. Говоривший по-немецки турецкий сухопутный офицер был принят на борт для дачи сведений относительно русских позиций. Было условлено с командиром U-33, что во время обстрела крейсером побережья подводная лодка, держась в 4–6 милях от «Бреслау», будет прикрывать его с моря. «Бреслау» направился к бухте Сурмене (квадрат 1117) и с 8 ч 45 мин до 9 ч обстрелял следующие русские позиции: 1) с дистанции 4800 м (26 каб.) – лагерь из 200 палаток, расположенный на берегу; 2) с дистанции 5800 м (32 каб.) – лагерь из палаток (с лошадьми), расположенный на половине высоты горы; 3) с дистанции 6000 м (33 каб.) – два больших сарая, служивших в качестве складов; 4) вооруженный нефтеналивной пароход (700–800 т). Несколько попаданий в ватерлинию парохода зажгли нефть; позднее взорвался груз боевого запаса. С 9 ч 20 мин до 9 ч 47 мин «Бреслау» обстреливал загон с лошадьми и русские окопы на половине горы с дистанции 5,9 км (32 каб.). U-33 окончательно уничтожила артиллерийским огнем горевший пароход. Подводную лодку безрезультатно обстреливали с берега пулеметным огнем. По окончании обстрела U-33 встала на якорь в Трапезонде. «Бреслау» направился на Nи в 19 ч 30 мин потопил русский парусник (108 т) с грузом сена и соли. Командир имел намерение крейсировать западнее Новороссийска [85]85
  Появление «Бреслау» у Новороссийска, где в это время было сосредоточено 26 транспортов и шла посадка двух пластунских бригад для перевозки на побережье Лазистана к Ризе, можно объяснить лишь тем, что десантные приготовления и прибытие из Одессы столь значительного числа транспортов не были секретом для германского командования, и «Бреслау» было дано задание произвести нападение на транспорты. Однако последние были проведены в Новороссийск под охраной флота за 5 дней до прихода «Бреслау». – Прим. ред.


[Закрыть], но из-за сноса корабля на Nвследствие сильного течения должен был отвернуть на W, чтобы не быть замеченным с высокорасположенных наблюдательных пунктов. На рассвете 4 апреля, в 4 ч 49 мин, он заметил на левой скуле (2 румба влево от курса) 2 больших корабля, шедших в кильватерной колонне контркурсом в расстоянии около 12 км (66 каб.). По-видимому, это были крейсер «Кагул» и линейный корабль «Императрица Мария» [86]86
  В действительности – линейный корабль «Императрица Екатерина». – Прим. пер.


[Закрыть], за ними 3 эскадренных миноносца. «Бреслау» не был сразу замечен неприятелем (хотя и развивал сильный дым из-за чистки топок), вероятно потому, что находился в темной стороне горизонта. Он находился в угле обстрела всех орудий линейного корабля и решил скрыться полным ходом, взяв N-йкурс. Но неблагоприятное в данный момент состояние топок заставляло опасаться, что искры и дым обнаружат присутствие корабля раньше, чем он выйдет из дальности обстрела артиллерии противника. Существовала еще опасность, что «Бреслау» будет оттеснен к берегам Крыма и по выходе новых морских сил из Севастополя уничтожен. Поэтому командир решил как можно незаметнее пройти мимо русских кораблей и только в случае необходимости, приведя противника на кормовые курсовые углы, уйти от него любым курсом. В машину было передано приказание приготовиться для развития полного хода. Первоначально маневр «Бреслау» удался, но в 4 ч 36 мин на дистанции около 10 км (55 каб.), когда противник уже находился на кормовом курсовом угле крейсера, один из эскадренных миноносцев заметил «Бреслау» и, сблизившись с линейным кораблем «Императрица Мария», донес ему об этом. «Бреслау» тотчас же развил самый полный ход. Неприятельский отряд повернул сначала на контркурс, затем отвернул несколько влево и снова лег на параллельный курс. Очевидно, линейный корабль «Императрица Мария» сомневался, не имеет ли он перед собой русский крейсер.

В 4 ч 55 мин линейный корабль сделал прожектором опознавательные, на которые «Бреслау» отвечал такими же сочетаниями. Дистанция увеличилась до 19 км (104 каб.), и скорость «Бреслау» все возрастала. Считая, что опасность миновала, командир «Бреслау» на новые опознавательные с линейного корабля приказал ответить прожектором по международному своду «Счастливого пути». Линейный корабль немедленно (было 5 ч) открыл огонь, причем стрельба продолжалась до 5 ч 15 мин и была прекращена на дистанции около 26 км (142 каб.). Однако неприятель продолжал преследование полным ходом, следуя в строе пеленга. Линейный корабль «Императрица Мария» вновь показал свою замечательную стрельбу – третьим залпом он накрыл крейсер: один всплеск поднялся под носом слева, другой – за кормой справа. Сотрясение, испытанное крейсером, было не меньше, чем при минном взрыве. Осколки снаряда, разорвавшегося под носом корабля, пробили борт и нанесли легкие повреждения в нескольких помещениях, пустых во время боя. После этого залпа «Бреслау» пошел зигзагообразным курсом и избежал дальнейших попаданий. Поддерживая полный ход, «Бреслау» в 10 ч потерял неприятеля из виду. Из-за большого расхода угля и аварий турбовентиляторов командир решил вернуться еще вечером 4 апреля и продолжал идти полным ходом. 5 апреля в 2 ч 20 мин «Бреслау» прошел минные заграждения перед Босфором.

Рано утром 4 апреля U-33 вошла в бухту Сурмене (черт. 16, б). В 7 ч 30 мин она увидела два транспорта, шедшие с востока под охраной нескольких эскадренных миноносцев. Командир приготовился к атаке; но перед самым выстрелом эскадренный миноносец прошел полным ходом над подводной лодкой и погнул ей кормовой перископ. U-33 тотчас же погрузилась на 40 м (131 фут); поблизости были слышны взрывы. Только в 11 ч лодка смогла снова всплыть. Перископ оказался согнутым под углом в 45° в сторону кормы, верхняя часть – сбитой с винтовой нарезки и потерявшей водонепроницаемость [87]87
  Атаку произвел бывший здесь миноносец «Строгий», который повредил лодку, причем ее перископ прочертил у него по правому борту, а ударом о надстройку лодки у винта был вырван кусок лопасти. На миноносце только что были приняты противолодочные бомбы, но ненатренированные люди, растерявшись, не успели сбросить их в момент прохождения миноносца над лодкой. Этот случай очистил район от подводной опасности как раз к моменту высадки пластунских бригад 7 апреля у Ризе. – Прим. ред.


[Закрыть]. Пришлось прервать операцию. U-33 7 апреля в 9 ч 45 мин вернулась в Босфор.

Прибытие мин в Константинополь позволяло закрыть не только подход к военно-морской базе – Севастополю, но и ставить их в Одесской бухте. Неточные сведения о движении судов в Одесской бухте обусловливали необходимость предварительной разведки. UB-7 получила приказание тотчас же по прибытии сменявшей ее UB-14 выйти в море для разведки курсов русских кораблей между Севастополем, Одессой и Николаевом. 1 апреля UB-14 прибыла в Евксиноград, у Варны UB-7 вышла в море. Она определила, что в указанном районе никакого пароходного движения нет и сообщение поддерживается только отдельными парусниками. Два небольших парусных судна были потоплены, а команды их отправлены на берег. Перед Севастополем, наоборот, было очень оживленное движение военных кораблей; кроме линейного корабля «Императрица Мария», UB-7 заметила еще один дредноут, вероятно, «Екатерину II». Командир установил, что для подводных лодок с небольшими активными качествами наилучшей позицией являлся район у мыса Херсонес.

11 апреля подводная лодка вернулась в Евксиноград (черт. 18).

Как сказано, 1 апреля близ входа в Босфор попадание торпедой получил угольный пароход «Дубровник». Торпеда попала в корму парохода, ввиду чего он смог выброситься на берег. Корма лежала на каменистом грунте, погруженная в воду до верхней палубы. По-видимому, существовала возможность поднять пароход, поэтому были начаты соответственные работы. Но неприятельская подводная лодка, наблюдавшая за судоподъемными работами, выпустила 16 апреля еще одну торпеду, результатом взрыва которой явились большая пробоина под мостиком и ранение 8 человек [88]88
  Подводная лодка «Морж», дежурившая в районе Босфора. – Прим. ред.


[Закрыть]. Работы пришлось прекратить, и не оставалось ничего другого, как снять с парохода все годное к употреблению. Таким образом, наличное число пароходов сократилось до 4 с общей грузоподъемностью в 22 800 т. В январе 1916 г. из Зунгулдака было доставлено 20 100 т угля в феврале – 20 100, в марте – 30 300. Насколько затруднительно было сообщение с угольным побережьем даже для мелких судов из-за постоянной неприятельской блокады, настолько оживленным становилось движение парусников у берегов Румынии. В течение апреля бывали дни, когда из Констанцы прибывало до 40 небольших парусников с мукой и растительным маслом; небольшие пароходы также участвовали в этом судоходстве.

Командир UB-7 просил у командования флотом разрешения произвести операцию перед Севастополем, на что получил согласие. 23 апреля UB-7 вышла из Варны и с 26 апреля по 2 мая находилась на позиции (черт. 18). 2 мая UB-7 заметила парусно-моторную шхуну. После длительного преследования шхуне было предложено выстрелом и сигналом остановиться. Когда при дальнейшем преследовании дистанция начала уменьшаться, UB-7 открыла огонь. Шхуна спустила паруса, но мотор ее продолжал работать, ввиду чего UB-7 продолжала стрелять. С дистанции в 2000 м (11 каб.) парусник внезапно открыл орудийный и ружейный огонь, так что UB-7 была вынуждена быстро погрузиться [89]89
  В качестве «ловушек» были использованы 2 парусно-моторные шхуны. Вследствие новизны этого дела при оборудовании был допущен ряд «наивных» промахов: шхуны были окрашены в шаровый (боевой) цвет, снабжены новыми парусами, рангоут вытянут, словом, им был придан «воинский» вид. Это была единственная боевая встреча, после которой лодки, как видно из дальнейшего описания, легко разгадывали противника. – Прим. ред.


[Закрыть]. Противолодочное судно-ловушка, здесь впервые наблюдавшееся, работало чрезвычайно искусно.

He достигнув успехов, UB-7 вернулась 4 мая в Евксиноград. 21 апреля вышла на постановку мин и UC-25; 25 апреля лодка поставила заграждение из 12 мин на протраленном и обставленном тральными вехами входном фарватере в Севастополь [90]90
  На этих минах с надписью «Воскресенье христово» взорвался и погиб эскадренный миноносец «Живучий», возвращавшийся совместно с крейсером «Кагул» из Батума. Здесь было вытралено 8 мин, поставленных на фарватере и наискось. – Прим. ред.


[Закрыть](черт. 24). Оживленная деятельность самолетов и движение тральщиков неоднократно вынуждали подводную лодку погружаться на большие глубины. Между прочим, лодка заметила крейсер «Кагул» и линейный корабль «Императрица Мария» с эскадренными миноносцами, выходившие из Севастополя за тральщиками и сопровождавшиеся низколетящими самолетами в качестве противолодочного охранения. Отряд, по-видимому, прошел вплотную к только что поставленному заграждению. После полудня показалась трехмачтовая гафельная шхуна; восемью выстрелами подводная лодка заставила ее привести к ветру. Шхуна с грузом зерна была потоплена подрывными патронами, а личный состав доставлен на берег. 27 апреля UC-15 вернулась в Евксиноград.

Обстановка у Трапезонда становилась для турецкой армии все серьезнее. U-33 получила приказание спешно отправиться в восточную часть Черного моря и по возможности мешать русским операциям у Трапезонда. Она вышла 18 апреля в 19 ч 30 мин (черт. 18). В 23 часа подводная лодка приняла открытую русскую радиограмму о падении Трапезонда. В течение нескольких дней U-33 держалась в районе Керасунды, Трапезонда и восточное последнего, где видела дважды линейный корабль «Императрица Мария» и трижды – крейсер «Кагул». Ее попытки занять позицию для атаки были безуспешны. 28 мая U-33 направилась к северо-восточному побережью и здесь у Адлера потопила артиллерийским огнем 300-тонную русскую трехмачтовую шхуну, а затем – небольшой 50-тонный парусник, груженый солью и картофелем. В полдень того же дня U-33 преследовала большой пароход вместимостью в 2500 т, который затем выбросился у Адлера на берег и был уничтожен артиллерийским огнем. Некоторые дома, из которых стреляли по подводной лодке из ружей, были также обстреляны артиллерией. Затем U-33 потопила у мыса Сочи груженый парусник. При попытке обстрелять 2 небольших парохода, стоявших у берега, U-33 была обстреляна из двух 75-мм орудий очень метким огнем, вследствие чего должна была отойти полным ходом. Подводная лодка ответила обстрелом города и артиллерийской позиции, причем сделала 45 выстрелов. Уже в начале операции на лодке замечалась утечка нефти; теперь выяснилось, что течь нефтяных цистерн настолько увеличилась, что потеря нефти уже представляла опасность для подводной лодки. Пришлось прервать операцию и 4 мая вернуться в Константинополь, где был произведен основательный ремонт U-33, покрывшей с начала операций 30 000 миль.

«Бреслау» получил приказание доставить 200 солдат и военное имущество для поддержки гарнизона «Самсуна». Он вышел 25 апреля в 19 ч 45 мин (черт. 16, в) и прибыл в «Самсун» 27 апреля в 4 ч. После выгрузки и высадки он принял 35 т пшеницы и 46 т табаку. С этим грузом, не встретив неприятеля, он достиг 28 апреля Босфора.

Для производства ремонта дейдвудных подшипников на «Гебене» были построены кессоны, рассчитанные таким образом, что можно было проверить линию валов и отремонтировать подшипники. Кессон находился у внешнего левого вала с 26 марта по 25 апреля и у внешнего правого вала – с 26 апреля по 22 мая.

Во время жесточайших боев за Галлиполи неприятельские самолеты никогда не тревожили столицы и не разрушали жизненно важных предприятий. 14 апреля 1916 г. в 22 ч 40 мин английские самолеты впервые произвели воздушную атаку по Сан-Стефано и пороховому заводу Сейтин-Бурну, расположенному невдалеке от столицы. Бомбы, сброшенные с большой высоты, не причинили повреждений. Ради экономии угля «Гебен» и «Бреслау» стояли в Стении вплотную друг к другу, без паров. Освещение подавалось с городской станции. Воздушная атака показала, что оба корабля представляют собою весьма удобную цель для воздушных атак, по которой можно было производить бомбометание без промаха; к тому же на противовоздушную оборону при отсутствии прожекторного освещения рассчитывать не приходилось. Необходимость заставила рассредоточить корабли и мириться со связанным с этим расходом угля. В ближайшие дни неоднократно получались донесения о появлении неприятельских самолетов. Однако сведения эти почти всегда оказывались ложными. Самолеты не сбрасывали бомб. В Стении руководство противовоздушной обороной было возложено на командира «Гебена», в Золотом Роге – на младшего флагмана Арифа, державшего свой брейд-вымпел на линейном корабле «Торгут».

Наряду с минами для подводных лодок из Германии прибыли мины для активных постановок с крейсеров. Из агентурных сведений выяснилось, что русские корабли пользуются Очаковским и Стамбульским гирлами Дуная, причем русские эскадренные миноносцы и подводные лодки были несколько раз замечены у Рени. Ввиду этого «Бреслау» получил приказание поставить мины у устья Дуная с целью прервать коммуникации с Одессой. 3 мая, приняв 60 мин, крейсер вышел в 24 часа из Босфора (черт. 17, а). Он шел курсом вне видимости с берега и избегая обычных путей пароходов. 4 мая вечером «Бреслау» пришел в назначенный район и с 21 ч 40 мин до 23 ч 12 мин поставил три заграждения в 24, 10 и 25 мин. 5 мая после полудня крейсер снова стоял на якоре в Босфоре, принял там уголь, 60 мин и только что прибывшую аппаратуру для дымовых завес. Согласно новому приказу, «Бреслау» надлежало поставить мины у мыса Тарханкут, на путях Севастополь – Николаев; затем в соответствии с обстоятельствами командиру предоставлялось право обстрелять базу эскадренных миноносцев и подводных лодок в Евпатории. 5 мая в 22 часа «Бреслау» вышел из Босфора. 6 мая в 22 ч 45 мин, по счислению, корабль находился в начальной точке постановки мин, к западу от мыса Тарханкут; однако выяснилось, что место крейсера находится на 6 миль восточное и южнее счислимого; поэтому первое заграждение было поставлено не вполне удачно; ввиду этого второе заграждение пришлось поставить южнее с целью достижения большей его действительности. Всего было выставлено два заграждения, по 22 мины в каждом, у мыса Тарханкут и третье (в 16 мин) на путях Севастополь – Евпатория (черт. 17, б). Затем «Бреслау» направился к Евпатории. Город и порт оказались затемненными, огни совершенно отсутствовали. С первыми лучами рассвета с 3 ч 58 мин до 4 ч 15 мин «Бреслау» успешно обстрелял в порту большой 6000-тонный пароход, трехмачтовый парусник и еще несколько парусников. На огонь крейсера с берега не отвечали, поэтому по городу «Бреслау» не стрелял [91]91
  «Бреслау» подошел к Евпатории под русским флагом и обстрелял транспорт Леванцо. Заграждения не были обнаружены, так как в этих районах в военное время почти не было судоходства. – Прим. ред.


[Закрыть]. Русские тотчас же по радио известили Севастополь о происходившем. Радиостанция «Бреслау» могла установить, что различным кораблям отдаются приказания. Обстреляв артиллерийским огнем двухмачтовую шхуну в открытом море, командир 21-узловым ходом возможно скорее покинул побережье. Радиостанция отмечала оживленную работу трех станций, по-видимому, на крейсерах или эскадренных миноносцах; отсюда командир сделал вывод, что неприятельские корабли вышли из Севастополя, чтобы перехватить его перед Босфором. Дальнейшие наблюдения над радиопереговорами укрепили командира в этом предположении. Однако 8 мая «Бреслау» удалось благополучно войти в Босфор, причем эскадренные миноносцы и самолеты служили ему в качестве противолодочного охранения. Обе минные операции были выполнены «Бреслау» с большой осмотрительностью; прежде всего нельзя не отметить морального воздействия утреннего обстрела Евпатории: это был достойный ответ на многократные обстрелы турецких населенных пунктов. Каковы были результаты постановки мин, конечно, узнать не удалось. Имелось известие от 21 мая, что между Севастополем и Рени затонул русский пароход с боевыми припасами; можно предполагать, что причиною его гибели была мина, поставленная «Бреслау». 22 июля русское официальное сообщение говорило о том, что пароход «Неркург» подорвался на турецкой мине; ввиду того что точных данных о месте аварии не приводилось, невозможно установить, на каком заграждении подорвался пароход: на поставленном «Бреслау» или UC-15. С 30 мая по 2 июня 1916 г. «Бреслау» находился в море, доставляя снаряжение и боевые припасы в Синоп и «Самсун». Неприятеля он не встречал.

а) 4–5 мая 1916 г.

б) 5–8 мая 1916 г.

Черт. 17. Постановки мин «Бреслау»

7 мая UB-8 выполнила свою последнюю операцию под германским флагом (черт. 18). С 9 по 13 мая, находясь на позиции у Севастополя, UB-8 неоднократно усматривала эскадренные миноносцы, но случая для торпедного выстрела не представилось. 15 мая подводная лодка вернулась в Евксиноград. За это время болгарский личный состав, обучавшийся на подводных лодках во время их базирования в Варне – Евксинограде, был уже в состоянии самостоятельно управиться на маленькой подводной лодке. По приходе UB-8 в Варну она произвела несколько выходов, связанных с ее передачей, и, наконец, 25 мая была торжественно передана Болгарии. Освободившийся германский личный состав отправился в Германию для укомплектования новой подводной лодки.

Между тем настоятельные требования командующего флотом о посылке дополнительных подводных лодок в Черное море увенчались успехом. 9 мая был получен благоприятный ответ Морского генерального штаба. 12 мая из Каттаро в Константинополь вышла подводная лодка U-38 (командир Макс Валентинер) [92]92
  Один из наиболее опытных германских подводников. – Прим. пер.


[Закрыть]. Эта подводная лодка выполнила успешную операцию в декабре 1915 г. в восточной части Средиземного моря, посетив Яффу и Бейрут, а 1 января 1916 г. заходила в базу подводных лодок на западном берегу Малой Азии, чтобы принять военное снаряжение, предназначенное для выгрузки на побережье Триполи для арабского племени Сенусси. В оперативном приказе, отданном на поход в Константинополь, указывалось, что подводная лодка должна показаться в Средиземном море, с тем чтобы ее присутствие в восточной части Средиземного моря стало известным, 16 мая U-38 заметила к югу от острова Крита пароход, который после предупредительного выстрела подводной лодки попытался уйти; когда же лодка открыла огонь, он начал отвечать из небольшого орудия; после первого попадания в пароход последний был покинут экипажем. Сняв с парохода 47-мм орудие, U-38 потопила его артиллерийским огнем. Это был английский пароход «Клиффорд» («Clifford») вместимостью в 487 т. 17 мая подводная лодка вступила в бой с другим пароходом на дистанции около 9 км (49 каб.). Пароход стрелял из орудий того же калибра, что и подводная лодка, ввиду чего U-38 пришлось прервать бой. В последующие дни она наблюдала движение пароходов севернее пролива Доро; 21 мая в 20 ч 20 мин она прибыла на пост Херзингштанд. 22 мая, не будучи замеченной неприятелем, U-38 под проводкой лоцмана вошла в Дарданеллы. На следующий день она встала на якорь в Золотом Роге. Взамен U-33, находившейся в ремонте и надолго выбывшей из строя, на Черном море появилась теперь равноценная ей по своим боевым качествам подводная лодка. Для очередного ремонта последней достаточен был недельный срок.