Текст книги "Победитель приходит первым (СИ)"

Автор книги: Геннадий Иевлев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 43 страниц) [доступный отрывок для чтения: 18 страниц]

– Здравствуйте! – Выдавил из себя Ромм на языке затров, первое, что пришло ему в голову.

Никто из находящихся в комнате не отреагировал на его приветствие.

Ромм шагнул к краю скамьи, на которой сидел мужчина и наклонившись, потрогал её, будто проверяя на прочность – скамья оказалась прочной и даже не пошевелилась. Тогда Ромм сел на неё и покрутил головой, более внимательно осматривая комнату.

Несомненно, его первая догадка оказалась верной – это был продуктовый склад, так как некоторые коробки на стеллажах были надорваны и из них торчали какие-то пакетики. Ромму тут же захотелось есть и ещё больше пить. Взглянув на сидящего юра, он поднялся и шагнув к стеллажу заглянул в надорванную коробку – в ней лежали какие-то блестящие пакетики. Взяв один из них, он подбросил его несколько раз на ладони, будто взвешивая, затем достал из коробки ещё один пакетик и пошёл вдоль стеллажа, заглядывая во все открытые коробки – прозрачные баночки с каким-то оранжевым напитком оказались в самой последней коробке. Взяв две баночки он вернулся к скамейке, перед которой стоял Рапп Рутт и протянул одну упаковку и одну баночку ему, но анхеот остался безучастным к продуктам. Тогда насильно сунув Рапп Рутту в руки продукты, Ромм вновь уселся на скамейку и разорвал пакетик: внутри оказалось что-то круглое, напоминающее печенье цивилизации затров. С баночкой пришлось повозиться и Ромм уже вознамерился просто – напросто прокусить её, так как она была пластиковая, как защёлка, вдруг, подпрыгнула и отлетела в сторону. Жидкость в баночке напоминала морковный сок, который обязаны были пить курсанты школы пилотов по вечерам и который настолько надоел Ромму за время учёбы, что он дал себе что-то вроде клятвы, никогда его больше не пить. Сейчас же ему было не до сантиментов и содержимое баночки и печенье исчезли в его чреве, буквально, в одно мгновение. В тот же миг перед ним появились ещё одна баночка и упаковка. Ромм поднял взгляд – продукты ему протягивал Рапп Рутт.

– Мне много нельзя есть, иначе длиннорукий выбьет всё на ринг первым же ударом. – Ромм покрутил головой и подняв свою руку, отвёл руку анхеота с продуктами в сторону и повернул голову, к продолжающему сидеть в неизменной позе, предполагаемому юру.

– Кто такой Айт и насколько он силён? – Произнёс Ромм на языке турутов.

– Когда приползёшь сюда на четвереньках, я уступлю тебе это ложе. – Вошла в мозг Ромма колючая мысль.

– А конкретнее? – Поинтересовался Ромм.

Прошло долгое время, но юр остался безмолвным. Ромм поднял взгляд на Рапп Рутта.

– Я разденусь, а ты постой в коридоре. Как только соперники появятся, дай знать. – Произнёс он.

Ничего не сказав, Рапп Рутт поставил продукты на скамью рядом с Роммом и вышел из комнаты. Ромм поднялся и начал раздеваться.

Оставшись в одних трусах, Ромм внимательно осмотрел себя: он был суховат в животе, но широк в плечах и заметно выделяющиеся бугры его мышц на груди и руках однозначно говорили о его достаточной силе, но его кожа была совершенно белого цвета и даже при наличии мускулатуры, он особенно не привлекал к себе пристального внимания красивых девушек Затры, что его нередко расстраивало.

Состроив удручающую гримасу, Ромм приподнял руки до уровня груди и принялся прыгать вперёд-назад, вправо-влево, одновременно махая руками.

– Идут! – Вдруг донёсся далёкий голос Рапп Рутта.

Ромм тут же перестал прыгать и опустив руки, тряхнул ими, и повернувшись, шагнул к выходу.

– Стой! – Донёсся негромкий голос.

Ромм замер и оглянулся.

Сидящий на скамье юр вытянул руку в его сторону. В ней что-то было.

– Возьми! Останешься без рук. – Заговорил юр классическим способом, не глядя на Ромма и Ромм, вдруг, осознал, почему юр Айта назвал его классиком. – У него слабые колени. Доберёшься – будет шанс. Запомни. И держись подальше от его копыт. – Эти слова вошли в мозг Ромма уже напрямую, минуя уши, заставив его лицо исказиться недовольной гримасой.

Юр разжал руку и на пол упала пара чёрных перчаток с обрезанными кончиками пальцев. Рука юра опустилась и он вновь замер изваянием.

Ромм поднял перчатки и покрутив их, натянул на руки и несколько раз сжал и разжал кулаки – перчатки были чуть тесноваты, но держались на руках хорошо. Опустив руки, Ромм вышел в коридор.

– Они прошли. – Раздался, явно, недовольный голос Рапп Рутта, едва Ромм оказался в коридоре.

Сорвавшись с места, Ромм побежал по коридору в сторону зала…

* * *

Зал ревел. Стоя посреди ринга, Айт периодически вскидывал руки и по залу вновь и вновь прокатывался рёв. Видимо Айт пользовался большой популярностью, так как, продираясь к рингу, Ромм то и дело слышал восторженные возгласы: «Айт сегодня дерётся», «Айт дерётся».

Запрыгнув на ринг, Ромм несколько раз подпрыгнул, тоже вздымая руки над головой, но кроме унылого «у-у-у», никаких других возгласов в свой адрес он не услышал. Ему ничего не осталось, как прекратить своё представление и стать напротив противника.

Пытаясь понять слова юра из раздевалки, Ромм внимательно осматривал ноги стоящего перед ним молодого турута, скользя взглядом от колен к стопам и не видел в них ничего необычного и лишь когда опустил взгляд к самому полу, его брови взметнулись вверх – на стопах Айта не было пальцев и потому его стопы, действительно, представляли собой некое подобие копыт животного, этакие тумбы с узкой роговицей впереди.

Ходить на таких не совсем удобно. Всплыла у Ромма грустная мысль. Но если такой врезать, то сопернику мало не покажется.

Будто желая подтвердить его заключение, в воздухе что-то мелькнуло и Ромм увидел, что ему в живот упирается эта самая странная нога-копыто.

Всё же Ромм оказался предусмотрительным, становясь подальше от Айта и нога того лишь уперлась ему в живот и как такового, удара не получилось, но хватило на то, чтобы Ромм отпрыгнул назад и не удержавшись, опустился на колени.

Проклятье!

Ромм мгновенно вскочил и тут же отпрыгнул ещё дальше, так как ему в живот уже летела вторая нога Айта.

Громкий рёв зала ворвался в уши Ромма, заставив его состроить гримасу досады и сделав ещё один шаг назад, он махнул кулаком, но промахнулся и его кулак пролетел мимо метившей ему в живот ноги соперника, который, однако, тоже промахнулся. Зал разразился очередным рёвом.

Ромм ещё раз отпрыгнул назад и оказался достаточно далеко от соперника, и попытался оценить ситуацию.

Айт стоял слегка покачиваясь и неторопливо водя перед собой своими длинными руками, с надетыми на них, как и у Ромма, обрезанными перчатками.

Это хорошо, что я не согласился на колени. Всплыла у Ромма довольная мысль и в тот же миг его груди коснулся кулак соперника.

Но удар оказался несильным и Ромм лишь чуть дёрнулся, но эта атака вызвала у него очередное удивление, теперь длиной рук соперника, так как ему казалось, что расстояние между ними было не менее трёх шагов, но скорее всего он пропустил выпад Айта.

Зал взорвался очередным воплем.

Что ж придётся побегать. Решил Ромм и сделал несколько быстрых шагов в сторону. Посмотрим, как ты прыгаешь на своих копытах.

Айт шагнул в туже сторону. Ромм метнулся в другую сторону, но Айт оказался достаточно проворным и успел переместиться вслед за Роммом и вновь кулак Айта несильно ткнулся Ромму в грудь, вызвав у него лишь усмешку.

Ромм прыгал по рингу будто заводной. Айт тоже оказался проворен и уверенно отслеживал перемещения соперника, периодически доставая его не только кулаками, но и своими ногами-копытами. Удары кулаками были хотя и ощутимы, но лишь заставляли Ромма отпрыгивать назад, удары же ног Айта были болезненны, рассекали кожу и вокруг ран тут же выступали яркие капли крови, однако вниз они не скатывались, а будто сразу же подсыхали. Особенно неприятны раны были на животе, так как выступивший пот попадал в них, причиняя ещё большую боль, нежели удары соперника.

Несколько раз Айт ловил Ромма на противоходе. Такая атака была достаточно эффективной и Ромм неизменно оказывался на коленях, вызывая бешеный рёв зала, но он тут же, будто подброшенный пружинами, вскакивал и отпрыгивал в сторону и следующий выпад Айта оказывался пустым.

Проклятье! Ты допрыгаешься. Периодически всплывала у Ромма одна и та же мысль. Я тебя поймаю, в конце-концов. Думал он при каждом отскоке…

Очередная атака Айта не заставила себя ждать и получив ощутимый удар в бедро копытом, Ромм оказался на коленях, вызвав рёв зала. Следующее произошло стремительно: видимо свою тактику решил поменять не только Ромм, но и Айт.

Молодой турут после удара, сделал шаг не в туже сторону, как он это делал до сих пор, куда шла его атака, пытаясь достать отпрыгивающего Ромма, а в противоположную, пытаясь предугадать отскок соперника, что обычно и делал Ромм и открыл свой корпус.

Ромм, увидев движение соперника, отпрыгнул не назад и в сторону, а стремительно прыгнул вперёд и его голова воткнулась в живот Айта. Надо сказать, что живот у турута оказался будто деревянный и Ромм почувствовал, как хрустнули его шейные позвонки. Но всё же инерция удара оказалась достаточно сильна и взмахнув руками, Айт сел и начал заваливаться на спину – в зале мгновенно наступила, буквально, мёртвая тишина. Руки Айта пошли назад и его локти громко ткнулись в помост, останавливая его падение. В следующее мгновение его ноги поднялись и с силой ткнулись Ромму в грудь. Удар получился настолько сильным, что раздался какой-то нехороший хруст и Ромм пулей полетел назад. Спасла его от падения натянутая по периметру ринга сеть. Повиснув на ней, Ромм опустил взгляд – на его груди стремительно набухали два зловещих сене-чёрных круга.

– Ты не лёг! Вставай! Убей его! – Услышал он над собой голос юра соперника – видимо Айт был не только классиком, но и не совсем понимал мысленный диалог, а может его юр в пылу боя и забыл о таком способе общения.

Айт мгновенно оказался на ногах. Он резко шагнул к Ромму и в следующее мгновение его кулак упёрся Ромму в плечо, вызвав бешеный рёв зала…

Ромм потерял чувство времени. Он, казалось, уже вечность катился по сетке, стоя на коленях и едва успевая перебирать по ней руками. Айт шёл за ним, периодически нанося ему ощутимые удары в грудь, плечи, спину, не давая подняться.

Колени Ромма горели. Измерив ими не менее половины периметра ринга, Ромм, вдруг, метнулся в другую сторону. Это стоило ему огромного напряжения его мышц и гася инерцию, он остановился.

Но Айт, видимо, не ожидал подобного подарка от соперника и его кулак просвистел мимо. Вложенная им в удар сила была велика и сила инерции бросила его на сетку.

Колено соперника, было перед Роммом на расстоянии вытянутой руки. Практически без замаха, он ткнул в него кулаком Удар получился отменным и…

Горячая спина Ромма, мгновенно покрылась инеем – колено Айта, вдруг, выгнулось в другую сторону и он сел на пол. Его изуродованная нога задёргалась, будто к ней подключили вибратор.

– Двадцать процентов. Ложись, гад! – Услышал Ромм над собой голос юра соперника, как ему показалось, прозвучавший в тишине зала, будто раскат грома, хотя юр, скорее всего, говорил шепотом.

Механически мотнув головой, Ромм рывком поднялся и отпрыгнул от Айта.

Молодой турут, видимо знал, как восстанавливать свои колени. Стукнув себя куда-то по ноге, он резко дёрнулся и оказался уже стоящим на ногах, но он не шагнул к Ромму, а отпрыгнул назад, вызвав взрыв рёва у зрителей.

– Двадцать пять. – Едва расслышал Ромм в рёве зала очередное предложение юра соперника, но мотнув головой, отверг его.

Вот, оказывается, в чём проблема. Всплыла у Ромма снисходительная мысль. Интересно, у тебя оба колена такие слабые или лишь одно. Ничего, мне и одного хватит.

Ромм, вдруг, сделал широкий шаг к своему сопернику и взмахнул ногой, пытаясь ударить его в колено, но Айт оказался проворным и отпрыгнул назад и нога Ромма ткнулась Айту в ногу-копыто, вызвав у Ромма на лице гримасу боли. Но боль не остановила Ромма – схватившись обеими руками за сетку, он вдруг подпрыгнул и выбросив ноги вперёд, метнулся в сторону соперника и его ступни точно вошли в тоже колено Айта, куда он уже наносил удар. Колено турута тут же выгнулось назад и Айт оказался сидящим на помосте.

Видимо произошедшее привело Айта в бешенство. Мгновенно восстановив колено и вскочив, он бросился на Ромма, но Ромм проворно отскочил в сторону, что однако не остановило турута. Махая кулаками, будто мельница, вдруг поймавшая своими лопастями сильный порыв ветра, приведший её в неистовое вращение, Айт развернулся бросился на Ромма.

Ромм вертелся волчком, но всё же стремительные удары соперника достигали своей цели и тело Ромма горело всё сильнее и сильнее, будто его палили огнём, поднося факел всё ближе и ближе.

Уворачиваясь, Ромм старался держаться недалеко от сетки, хотя она и ограничивала его маневренность, но в тоже время не давала ему упасть на помост при пропущенном сильной ударе – в худшем случае, он оказывался лишь на коленях.

Непонятно, почему они не захотели бить в голову. Шевелились у Ромма вялые мысли. С такими километровыми руками, мои мозги уже давно висели бы на этой сетке. Может и голова у него такая же гуттаперчевая, как колени? Только как к ней подберёшься? Да и нельзя.

В то же время, Айт, безостановочно махая кулаками, видимо, утратил свою бдительность и выбрав один из моментов, Ромм, при очередном пропущенном ударе, не отпрыгнул назад, а, вдруг, сам опустился на колено и с силой ткнул турута кулаком в ближнее к себе его колено, которое мгновенно выгнулось в другую сторону. Айт сел на помост, что однако не остановило его пыл и мгновенно приведя свое колено в порядок, вскочив, он вновь бросился на Ромма.

– Тридцать процентов! – Донёсся голос юра соперника.

Оставив предложение юра без внимания, Ромм, вдруг, пригнулся и выбросив ногу, ткнул ею в другое колено Айта – соперник в очередной раз сел на пол, но тут же вскочив, вдруг, не бросился стремглав на Ромма, а просто ткнул в него кулаком.

Удар скользнул Ромму по плечу, вызвав у него лишь усмешку. Ромм отпрыгнул и оказался около сетки. В тот же миг его локоть, упирающийся в сетку, крепко схватили чьи-то твёрдые пальцы, прижимая его к верёвке.

– Пятьдесят процентов. – Донёсся шипящий голос юра соперника. – Не ляжешь, живым отсюда не выйдешь. Клянусь!

Ромм повернул голову в его сторону.

– Согласен! – Губы Ромма вытянулись в широкой усмешке. – Но мы ещё встретимся.

Он отвернулся и в тот же миг увидел, как в сторону его живота несётся нога-копыто молодого турута. Он дёрнулся, чтобы отпрыгнуть, но крепло прижатый чужими руками локоть, позволил ему лишь подпрыгнуть вверх.

Удар ноги-копыта Айта пришёлся точно в живот. Из груди Ромма вырвался громкий протяжный выдох. В тот же момент, его локоть оказался на свободе и получив лёгкий тычок в спину, он полетел вперёд и ткнулся лицом в помост, стараясь сделать это естественно. Лицо вспыхнуло, будто он сунул его в костёр.

Нос разбил. Всплыла у Ромма мысль досады. Но за него вы мне заплатите отдельно.

Рёв зала был неописуем.

Полежав несколько мгновений, Ромм заворочался и медленно поднявшись, покрутил головой: Подняв руку своего подопечного и периодически выкрикивая: «победитель», юр, буквально таскал Айта по рингу, так как Ромм прекрасно видел, что одно из колен молодого турута неестественно выгибается, заставляя его подпрыгивать, хотя он и пытался скрыть это. Зал ревел. Ромм приподнял руки и увидел, что одна печатка лопнула. Сняв их, он покрутил головой и бросив их в угол ринга, медленно переставляя ноги, подошёл к юру и ткнул кулаком ему в спину. Мгновенно остановившись, юр обернулся.

– Довольно комедии. – Заговорил Ромм грубым голосом. – Деньги!

Опустив руку своего подопечного, юр направился к тому месту сетки, где ячейки были крупнее остальных. Ромм направился за ним.

Оказавшись около столика с рефери, юр молча взял протянутый ему пакет и направился в сторону выхода из зала. Ромм не отставал. Зрители продолжали неистово вопить, однако расступились в стороны, образовав довольно широкий коридор и Ромм шёл без проблем, так как пик воплей был у него за спиной, но толпа, видимо отдавала дать победителю, а отнюдь не побеждённому.

Как только они оказались в коридоре, юр тут же остановился и повернулся к Ромму – пакет был у него в руке. Молниеносным движением, Ромм выдернул пакет из руки юра и сделал шаг назад. Пальцы юра успели схватить лишь воздух.

– Ты… – Вошла Ромму в мозг крайне неприятная мысль.

– Я честный человек! – Громко заговорил Ромм на языке турутов, стараясь подавить гримасу боли. – Своими колючими мыслями ты доставляешь мне неприятности. Говори нормально.

Одним движением открыв пакет, Ромм выхватил довольно толстую пачку банкнот и ткнув пустой пакет в руки юру, принялся считать деньги. Банкнот оказалось ровно сто. Насколько он видел при счёте, на всех на них стояла цифра сто. Он принялся вновь считать банкноты, но досчитав до пятидесяти, развёл руки в стороны – в каждой было по пятьдесят банкнот. Банкноты были очень жёсткими, будто из тонкого металла, но в тоже время, очень гибкими. Затем Ромм отсчитал ещё пять банкнот и сорок пять из них протянул юру. Взяв деньги, юр не поленился их пересчитать и затем поднял взгляд на Ромма. Определённо, взгляд его глаз не излучал радости.

– Пять, за разбитый нос. – Ромм провёл тыльной стороной свободной руки под своим носом, вытирая остатки уже подсохшей крови и вытянул, практически, чистую руку к лицу юра, заставив того отшатнуться. – Мы договаривались не бить по лицу.

– Ты же сам… – Юр сделал шаг вперёд, его глаза сверкнули.

– Не нужно было толкать. – Ромм сделал два шага назад и во что-то упёрся.

Он обернулся: за ним стоял Рапп Рутт; возвышаясь горой, Айт стоял за анхеотом. В пылу боя, Ромм даже не видел, поднимался ли Рапп Рутт на помост.

– Ты как? – Ромм взмахнул подбородком, уставившись в Рапп Рутта.

– В порядке. – Ответил анхеот на универсальном языке, дёргая плечами.

– Тогда, уходим.

Ромм отвернулся и направился в сторону второй двери коридора, по пути задев своим плечом предплечье юра, заставив того сделать шаг в сторону.

– Мы ещё встретимся. – Прошипел юр, толи спрашивая, толи угрожая.

– Обязательно. – Громко произнёс Ромм, не оглядываясь.

Едва Ромм вошёл внутрь раздевался, как сидящий на скамье юр, будто подброшенный пружинами вскочил и уставился в Ромма выпученными глазами. Его глаза были настолько огромны, что по спине Ромма, вдруг, пробежал неприятный холодок.

Как бы не вывалились. Всплыла у Ромма тревожная мысль.

– Что-то не так? – Ромм покрутил головой.

– Ты-ы-ы? – Протянул юр.

– Ты ждал кого-то другого? – Губы Ромма вытянулись в усмешке.

– Айт непобедим. – Прошелестели губы юра. – Сегодня никто не захотел с ним драться.

– Он и победил. – Ромм поднял плечи.

– А… – Юр вытянул подбородок в сторону пачки банкнот в руке Ромма.

– Мой гонорар. – Ромм дёрнул плечами. – Да. – Он отсчитал пять банкнот и протянул их юру. – Это твои. Спасибо за подсказку. Она была очень полезна.

– Нет, нет! – Юр замахал перед собой руками. – Я! Нет! – Он потряс головой.

– Что за бред. – Ромм шагнул к юру и резким движением сунул банкноты ему в нагрудный карман курточки. – Ты подсказал и я воспользовался. Это честно заработанные тобой деньги. К тому же, я испортил твои перчатки и их пришлось выбросить. – Он отвернулся от юра и шагнув к Рапп Рутту, протянул ему пачку банкнот. – Это наши. Половина твоя. Убей любого, кто попытается протянуть к ним руку. Я переоденусь. – Подождав, когда Рапп Рутт возьмёт деньги, Ромм отвернулся от него и обвёл раздевалку долгим взглядом. – Здесь есть вода? – Не глядя ни на кого, поинтересовался он.

– Там. В углу. – Юр махнул рукой в сторону одного из стеллажей и шагнув к скамье, на которой продолжал лежать окровавленный его подопечный, стукнул по ней ногой. – Вставай! Убираемся! – Затем он повернулся к Ромму. – Если будет нужен опытный юр, я к твоим услугам. Юр Мигот. – Вошла в мозг Ромма колючая мысль.

Юр кивнул головой и повернувшись, шагнул к выходу – банкноты так и остались торчать у него из нагрудного кармана курточки.

Лежащий на скамье молодой человек поднялся, наклонился, поднял с пола окровавленную одежду и пошатываясь, покинул раздевалку, даже не взглянув на Ромма.

Проводив их долгим взглядом, Ромм дёрнул плечами и отправился в угол, где должна была быть вода.

* * *

На удивление, в углу склада был душ. Вода была холодной, но горящему телу Ромма она оказалась впору. Только сейчас он, в полной мере, осознал своё состояние: ссадин и рассечений было столь много, что казалось на теле не осталось ни единого кусочка нормальной кожи, но полос крови, которыми изобиловало тело лежащего на скамье молодого турута, практически не было, да и раны уже большей частью были подсохшими, что даже взбодрило Ромма. Единственную тревогу вызывал пропущенный в грудь удар двух ног Айта: при каждом вздохе в груди отдавало ощутимой болью и внутри грудной клетки что-то клокотало.

Как бы рёбра не переломал. Всплыла у Ромма тревожная мысль.

Но ещё более тревожными были его следующие мысли.

Неужели клетки лиспы, после всех перипетий, продолжают размножаться? С одной стороны это, видимо, хорошо, иначе Айт превратил бы меня в однородное месиво из костей и мяса, но с другой – сколько их расплодилось во мне и сколько мне осталось? Интересно, когда они заживляют раны, то гибнут или нет? Рапп Рутт это должен знать. Но как его разговорить? Проклятье! Что у него на уме? Уж слишком он пассивен. Он намеревается выбраться отсюда или ему всё равно? Может на него давит, что он не знает языка турутов, а может их биосенсорные способности, которые он не может преодолеть? Что нужно сделать, чтобы уверенность вернулась к нему и он стал прежним? А если прямо спросить его об этом? Проклятая неопределённость.

Ромм настолько долго стоял под холодными струями воды, что его начал бить озноб. Стуча зубами, он закрыл воду и осмотрелся, в поиске полотенца, но ничего подобного не наблюдалось. Состроив гримасу досады, он вернулся к Рапп Рутту.

Баночка с соком и упаковка с печеньем лежали на скамье. Взяв и открыв их, Ромм принялся медленно есть, так как глоталось с трудом и пока выпил сок, успел обсохнуть. Еда его немножко взбодрила.

Вернув пустые упаковки на скамью, он оделся и шагнул к Рапп Рутту, который продолжать стоять на прежнем месте держа в полусогнутой руке пачку банкнот.

– Очнись же, наконец. – Заговорил Ромм на универсальном языке, беря у него деньги и отсчитав двадцать пять банкнот, сунул их себе в карман курточки, остальные вернул анхеоту. – Мы честно заработали эти деньги. Не знаю, на сколько они большие, но не думаю, что Айт дерётся за спасибо.

– Я не могу взять это. – Рапп Рутт вытянул руку с банкнотами в сторону Ромма. – Я не знаю, что это такое и не умеют этим пользоваться.

– Не выпендривайся. – Ромм отступил от Рапп Рутта. – Если мы начнём ссориться, то никогда не выберемся отсюда. – Он покрутил головой. – И то, что деньги будут у каждого из нас, больше вероятность, что мы не окажемся без них оба сразу. Ты не находишь, что мы попали в довольно странный мир? Я – нахожу.

Повернувшись, Ромм подошёл к стеллажу, на котором стоял ящик с соком и достав несколько баночек, рассовал их по карманам курточки и направился к выходу.

– Пошли отсюда. – Заговорил он, проходя мимо анхеота. – А то ещё подумают, что мы грабители.

В коридоре было пусто. Ромм повернул голову в ту сторону коридора, куда уходили его соперники.

– Они уже прошли. – Раздался у него за спиной голос Рапп Рутта. – Я слышал их шаги и затем крики зрителей.

– Будет лучше, если мы избежим таких почестей. – Произнёс Ромм не оглядываясь и застегнув свою курточку на все застёжки, поднял её воротник и втянув в него голову, направился к выходу в зал.

Внимания посетителей мужского клуба им, действительно, удалось избежать, так как они прошли к выходу из клуба у самой стены, где, практически, никого не было, если не считать нескольких молодых пар, стоящих прижавшись друг к другу и которым навряд ли было до них дело.

Зал уже претерпел значительные метаморфозы: странным образом, ринг был уже убран, что освободило значительное место и посетители теперь чувствовали себя вполне комфортно, не мешая друг другу и не толкаясь. В зале был полумрак, что было на руку Ромму. В его дальнем конце просматривался бар, где наблюдалась некоторая скученность и откуда периодически доносились громкие возгласы – Ромм заподозрил, что там его соперники отмечают свою победу. Отвернувшись и ещё больше втянув голову в воротник, он заспешил к выходу.

На дверях стоял всё тот же молодой человек, который, однако, их беспрепятственно выпустил и Ромм с Рапп Руттом оказались на улице.

Какое сейчас было время местных суток, понять было невозможно, так как улица, практически, осталась прежней – пустынной и тихой. Клумба напротив мужского клуба странным образом уже не была столь развороченной и поднявшие цветы уже большей частью скрыли её неряшливый вид. Но следующее зрелище заставило Ромма остановиться – неподалёку от флайбота стоял большой чёрный авто, рядом с которым стоял человек в тёмной одежде, ещё один в чёрном стоял перед флайботом. Авто ничем не отличался от авто затров, за исключением того, что имел колёса непривычно большого диаметра, скорее, больше, предназначенные для езды по бездорожью, нежели по перемещению по городским улицам. Ромм повернул голову в сторону остановившегося рядом с ним Рапп Рутта.

– Влипли! – Заговорил он негромким голосом. – Определённо – это местные стражи порядка. Нас ждут.

– Возможно. – Рапп Рутт дёрнул плечами.

– Я не хочу возвращаться в тюрьму. – Ромм покрутил головой.

Рапп Рутт вновь дёрнул плечами, но уже молча.

– Скажи им, чтобы убрались. – В голосе Ромма скользнули резкие нотки.

– Не могу. – Рапп Рутт покрутил головой. – Я не знаю языка.

– Ты же бион. – Буквально, прошипел Ромм.

– Я не использую своё чувство во вред людям.

– Но ты же заставил стража у дверей мужского клуба пропустить нас.

– Он это сделал осознанно.

– Я не верю в это. Иди и разбирайся. – Ромм повёл подбородком в сторону флайбота.

Ничего больше не сказав, Рапп Рутт направился в указанную сторону. Ромм пошёл следом, стараясь не топать.

Стражи, видимо, были чем-то заняты и потому не услышали тихо подошедших представителей другой цивилизации. Лишь дойдя до чёрного авто, Ромму удалось понять, чем заняты стражи: один из них, держа перед собой местный спейс, что-то объяснял полнолицему мужчине в голограмме; второй стоял, повернувшись к поднятой двери флайбота и периодически повторял – «Выходите! Вы нарушили правила движения. Выходите!». На что Хаор отвечал из салона с той же периодичностью: «Пошёл, блевотина!». Каждый из них говорил на своём языке и потому, навряд ли, они понимали друг друга.

Выйдя из-за чёрного авто, Ромм увидел на мостовой прозрачные осколки и заподозрил, что Хаор запустил пустой или нет ёмкостью или в самих стражей или в их авто, чем, видимо и вызвал их повышенное внимание. Рапп Рутт остановился перед чёрным авто и дальне не шёл. Скорее всего, он не понимал диалога Хаора и стража. Ромм опустил воротник курточки и состроив на лице мину решительности, шагнул к стражу со спейсом.

– В чём проблема, офицер? – Насколько мог, надменным голосом произнёс Ромм.

Он никогда не имел серьёзных дел со службой безопасности Федерации Сетранской системы, но не раз видел, как с ними выясняли отношения киногерои, показывая свою надменность и значимость. Иногда проблемы со службой безопасности были у Качура, когда он с трудом двигался домой, после изрядной попойки, даже не в состоянии вызвать себе авто, но служба безопасности была почему-то благосклонна к Качуру и всегда доставляла его или в гостиницу или на космический грузовик. Утром Качур пытался безуспешно вспомнить, как он оказался в месте своего ночлега и никак не верил тому, что его туда доставили стражи порядка.

Страж погасил голограмму и подняв голову, уставился в Ромма.

Это был, достаточно, молодой человек, с вполне приятными чертами лица затра, примерно одного роста с Роммом и примерно такой же комплектности. Одет он был в одежду, практически, чёрного цвета, с большим белым овалом в переплетении нескольких зигзагов, на рукаве. Ромм ждал, что сейчас ему в голову ворвётся сноп игл, но ничего не происходило.

– Я жду объяснений, офицер? – Произнёс Ромм следующую фразу в том же тоне.

– Этот мутант бросил в наш мобиль пустую ёмкость из под напитка. Это оскорбление чести и достоинства стражей порядка. Он будет арестован. – Произнёс страж обычным голосом.

Ромм шумно выдохнул, снимая с себя напряжение. Иметь дело с разговаривающими людьми для него было гораздо привычнее.

– Офицер!..

– Я страж порядка! – Явно повышенным голосом перебил Ромма молодой страж порядка.

– Уважаемый, страж порядка! – Лёгкая усмешка тронула губы Ромма. – Вы только что оскорбили человека, назвав его мутантом. Это недостойно стража порядка и я буду вынужден написать рапорт вашему командиру.

– Ч-ч-ч… – Страж на несколько мгновений запнулся. – Он не может быть человеком. – Наконец заговорил он более спокойным и даже почти вежливым голосом. – Человек имеет две руки и две ноги. Человек разговаривает, а он скрипит, будто ржавый мобиль.

– Я могу перевести его слова. – Усмешка Ромма сделалась чуть шире. – Но не думаю, что они вам понравятся.

– И всё же? – Страж поднял брови.

– Он говорит: пошёл прочь. Всего лишь. – Ромм дёрнул плечами, не решившись пересказать последнее, произносимое Хаором, оскорбительное, слово.

– Всё же, он оскорбил стражей порядка и должен быть наказан. – С твёрдостью в голосе заговорил страж. – К тому же, движение над городом летательных аппаратов производится в строго регламентированном пространстве, не мешающем движению наземного транспорта. Он не может предъявить разрешения, что является нарушением.

– Я готов заплатить штраф. – Произнёс Ромм.

– Назовите себя и какое вы имеете к нему отношение? – Поинтересовался страж.

– Ромм Вегов. Пилот космического грузовика. – Назвал Ромм свои настоящие имя и профессию. – Мы с ним члены одного экипажа. У нас отдых после тяжёлого рейса. Мы следуем в отель и опустились, чтобы… Извините страж. – Ромм широко улыбнулся. – Нам понадобилось сходить в санационную.

– Отель через триста метров. – Страж повернул голову в ту сторону улицы, куда до посадки на клумбу шёл флайбот.

– Извините, не вытерпели. – Улыбка Ромма сменилась усмешкой.

– И всё же…

– Размер штрафа, страж? – Произнёс Ромм, вернув своему голосу надменность.

Страж уставился в Ромма немым взглядом.

Ничего больше не говоря, Ромм достал из кармана одну банкноту и протянул её стражу.

Рука стража потянулась к деньгам, затем опустилась. Ромм молча сунул банкноту стражу под застёжку курточки и повернулся в сторону Рапп Рутта.