Текст книги "Арахна (СИ)"

Автор книги: Евгения Потапова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 29 страниц)

Глава 87
Веселая ночь

После двух часов ночи разошлись все по своим палаткам и улеглись спать. Слава сразу вырубился, а ко мне сон не шел, было душно. Решила еще немного посидеть около затухающего костра, вдохнуть прохладный воздух летней ночи, послушать шум деревьев, ночных насекомых и птиц. Где-то завели свое хоровое пение лягушки. Все небо было усеяно звездами. На другой стороне берега кто-то рыбачил.

Уселась на поваленное дерево рядом с костром, подкинула немного веток, чтобы он снова разгорелся. Смотрела в огонь и ни о чем не думала. Рядом уселся Ренат.

– Ты чего не спишь? – спросила я.

– Так я вообще мало сплю, если ты этого не заметила, – подбросил он ветку в костер, – А ты чего тут торчишь?

– Не спится, душно в палатке, – пожала я плечами, – Ты так хорошо смотришься с Лялей.

– Она мне мою первую жену напоминает, такая же хрупкая, беспомощная. Ее все время спасать хочется, помогать, – он улыбнулся.

– Та, которая от радиации умерла?

– Та самая, – кивнул Ренат.

– Ну и оставайся с Лялей. Она вроде не против.

– Что я ей могу дать? – с горечью спросил он.

– А ей может ничего не надо. Денег заработать ты всегда сможешь, с голоду не помрете. Забота, ласка дорогого стоят для измученной души, – ответила я.

– Деньги не проблема, – махнул он, – Да и заботы и ласки у меня выше крыши. У меня не все в порядке с тем самым. Вернее после радиации меня женщины не волнуют в плане близости. А тут женщина молодая, ей наверно надо.

– Ренат, в наше время столько разных интересных штук, что можно об этом и не волноваться. Главное с дамой это все обговорить, чтобы сюрпризов для нее и тебя не было, – спокойно и серьезно сказала я.

– Как я ей это скажу? Прости Ляля, но я пасс, и дело не в тебе, а во мне? Я лучше уйду с радаров, и ничего не буду объяснять, – он отвернулся.

– И Лялька уйдет в запой долгосрочный, и совсем сопьется. Сейчас ее можно спасти еще, а потом начнется деградация и все, алес.

– Я даже не знаю, что можно здесь сделать, – ответил он.

– Это, конечно, твое решение. Но, я считаю, что нужно попробовать пожить нормальной жизнью. Не бегать, не скакать по полям и лесам, не бомжевать. И вообще, зачем сейчас загадывать о совместной жизни, можно же просто общаться, встречаться, ходить на свидания. Ты когда последний раз на свидание ходил?

– Не помню, – улыбнулся Ренат.

– Вот и вспомни, может оно само все развалится, или рассосется, и ничего не надо будет объяснять и додумывать. А может, так сроднитесь, что этот момент станет неважен, и вы сами найдете решение. Ты же взрослый мужик, пробуй. У тебя есть шанс попробовать начать все сначала, словно ты еще молод и только начинаешь жить.

Болтовню нашу прервал рев машин. На пляж приехали три внедорожника, которые громыхали музыкой на всю округу. Народ врубил прожекторы на крыше автомобилей и открыли все двери, чтобы музыку было слышно на всю округу. Из авто высыпалось около 15–18 человек, парни, девушки. Визг, шум, гамм.

– Где они там все поместились? – удивилась я, – Сейчас всех разбудят.

– Авто большие, место для всех хватит, – поморщился Ренат.

Они пили, кричали, танцевали, кто-то разделся догола и кинулся в воду, а кто-то там же на песке, не стесняясь, занялся непотребством.

Из палаток стали выглядывать наши. Слава с Вовой вышли на воздух.

– Это, что за шоу, которого мы не заказывали? – возмутился Вова, наблюдая за происходящим.

– Не знаю, – пожала я плечами, – Мы их не звали. Они сами приперлись.

– Я понимаю, конечно, дело молодое, но вот тут, же люди рядом, палатки наши сложно не заметить. Там вон рыбаки сидят, на той стороне реки тоже кто-то ночует, – почесал затылок Слава, – Мы специально приехали сюда, чтобы от городского шума отдохнуть.

– Так им на нас плевать, – усмехнулась я, – Устроили на песке групповушку, жесть. Как им песок ни в какие места не набился.

– Пойду, попрошу, чтобы убавили, ну и безобразия всякие не творили, у нас тут все же дети. Да и мы уже вышли из того возраста, когда подглядывать было интересно, – поморщился Вова, – Если захочу порно посмотреть, то по своему вкусу и без многочисленных свидетелей.

Из палатки выскочила бойкая Наталья, и принялась ругать их, на чем свет стоит. Правда, граждане отдыхающие, ее не слышали из-за громкой музыки. Она собралась идти разбираться, но муж ее остановил.

Слава с Вовой пошли разговаривать с парнями. Мы с Ренатом отправились следом, чисто из любопытства. Макс с Лехой тоже выбрались из палаток и стояли на стороже, вооружившись битами. Женщины не давали детям полюбопытствовать, нечего им на такое безобразие смотреть.

Вова стал говорить что-то какому-то парню, но тот кривлялся и показывал знаками, что ему не слышно. Слава не выдержал и подошел к одной из машин, залез в кабину и выключил магнитолу. Молодежь оторвалась от своего увлекательного занятия, прекратила безобразничать, и понеслось со всех сторон.

– Э, ты чё дядя, иди к своей тете и не мешай другим отдыхать. Ты чего грабли свои к чужой машине тянешь? Сломаешь, платить будешь.

Были и другие оскорбительные фразы.

– Ребяты, – начал Вова, – Предлагаю вам отъехать в другое место, чуть подальше от этого. У нас тут дети в палатках спят.

– Вам не нравится, вы и валите отсюдова, – заявил высокий парень с бородой.

– Нарожают личинок, а потом их суют всем, не мешайте моей дитачке, – взвизгнула какая-то девица.

– Дядя, не мешай отдыхать, а то пожалеешь, – усмехнулся коренастый крепыш.

– Тебя что ли? – Слава смотрел на него сверху.

– У вас вот тети красивые, не хотите поделиться? – поинтересовался он, – А то у нас девочек мало. Хотя мы не жадные можем их дать вам в аренду, на кратковременное пользование, так сказать. А дети ваши пусть просвещаются, как отцы развлекаются.

Он мерзко хихикнул и подмигнул мне.

– Ребята, давайте, не будем доводить до крайностей. Вы уедете чуть дальше. Там тоже пляж хороший, мешать никому не будете, и мы вам не будем. Всем будет хорошо.

– Дядя, а нам тут нравится. Понимаешь? И тетя такая ладная стоит, я люблю тетей постарше, они опытные, – потянул ко мне свои грабли крепыш.

– Не рекомендую, – преградил ему дорогу Ренат.

– Я сам разберусь без твоих рекомендаций, – попытался подвинуть Рената парень.

– Я бы и сама справилась, – рассмеялась я, обходя его.

– Дяди и тети, а также их детишечки скройтесь в своих палатках, а лучше свалите с пляжа. Мы приехали сюда отдыхать, а не слушать ваше бла-бла-бла. Не хотите по-хорошему, будет по-плохому, – заявил бородатый парень и вытащил из бардачка пистолет.

Он навел его на Славу.

– Бабуин врубай балайку, потанцуем, – сказал он.

– Эх, зря вы так, – покачала я головой, – Детишечки видно давно песок не жевали.

– А я тетю себе возьму, я нежно, не боись милая, – крепыш схватил меня за руку.

В тоже мгновение Ренат его закопал в песок. Все произошло мгновенно, я даже не успела зафиксировать момент, когда он его вырубил, и прошелся его мордой по песку. Вот стоит человек напротив тебя, а вот через несколько секунд уже лежит.

– Так не честно, я сама хотела, – обиделась я и надула губы.

Слава выбил у бородача из рук пушку, и положил его аккуратно лицом в песок. Молодежь загудела, зашевелилась. В прожекторных огнях замелькало оружие. Ребятки были не такими простыми, как казалось, но и нас родители делали не руками и не пальцами.

Через пару минут вся компания, оказалась лежащей на песочке. Только Наташа таскала какую-то голую девицу за волосы. Парням и девкам связали руки стяжками, у кого-то из наших они завалялись в рюкзаке.

– Да мы, да я, – орал бородач, выплевывая песок изо рта.

– Чего делать то будем? – спросил Вова Славу, – не притопишь ведь, больно много народа.

– Неплохая идея их притопить, или закопать, – усмехнулась я.

– Вызывай полицию. Не думаю, что все это оружие законное. Да и в машине, скорее всего, полно всякой запрещенки, – ответил Слава, – Давай только через Петровича, чтобы ребятишки посидели в обезьяннике, а не их сразу отпустили.

– Через него и быстрей будет, а то до нас полиция будет ехать часа три, а потом скажут, что мы сами во всем виноваты, – усмехнулся Вован.

Он набрал знакомому власть держащему, назвал наше местоположение, сказал, что полицию мы встретим на развилке у дороги.

– Слушайте, дяди, давайте вы все оружие поскидываете в речку, а мы уедем, словно ничего и не было. Мы вам еще баблишка подкинем за причиненные неудобства, – попросил крепыш.

– Надо было раньше думать головой, а не причинный местом, – ответил ему Слава, – Да и что-то я тебе не верю, не надежный ты какой-то. У тебя на роже написано, что ты падла.

– Кто полицию поедете встречать? Кто у нас не пил? – спросил Вова.

– Марина, Ренат, Ляля и Леха не пили, – сообщила Наташа.

– Леха с Наташей встретите товарищей полиционеров, – сказал Вова.

– Так я выпимши, – ответила удивленно Наталья.

– Вот и протрезвеешь. Чайку крепкого попей. Они где-то через минут двадцать до поселковой дороги доедут. Так что у тебя есть десять минут, – ответил ей мужчина.

Наталья что-то пробурчала себе под нос и отправилась за термосом. Мы остались охранять молодежь и слушать рассказы, что и как нам сделают, и чем мы за это все поплатимся.

– Может, у кого носочки есть? – спросил Ренат, – Сейчас жарко, я не ношу.

– Зачем тебе чужие носки? – спросила я.

– Поганые рты этой золотой молодежи заткнуть, – ответил он.

– У меня только трусы и купальник мокрый, – сказала я.

– У ребятишек полно грязного барахла, – крикнула Наталья со своего места, – Ради такого дела могу пожертвовать.

Молодежь как-то притихла и ворчала только себе под нос, но все, же угрозы в наш адрес сыпались.

– Парень, ты не понял, мы же не простые отдыхающие, – сказал Вован самому борзому гражданину.

– Вот и посмотрим, как вы попляшите, когда отец приедет, – ответил тот.

Глава 88
Оформили нарушителей спокойствия

Полицейские приехали довольно быстро, с учетом нашего местоположения, через сорок минут. Женщины с детьми дремали в палатках, мы тихо переговаривались. Прибыл тот самый знакомый Славы и Вована. Он поздоровался с ними, немного поговорил, затем подошел к парням, лежащим на песке.

– Ооо, знакомые все лица. Радик, ты помнишь, что в прошлый раз сказал твой папочка, когда тебя за драку задержали? Это в последний раз, – сказал подполковник.

– Известная личность? – спросил его Слава.

– Ага, сыночек одного депутата. Его папаня сейчас на волоске на своем месте держится, а сынок чудит не по-детски. Вот у того, – ткнул он пальцем в коренастого парня, – Отец крупный бизнесмен. Но там такой мужик, что он фиг его отмажет, там маманька за него бегает. А все остальные так, шушера мелкая.

Объяснил товарищ полицейский.

– Сейчас отец приедет, и будешь ему ботинки облизывать, – крикнул Радик, елозя по песку.

– Ладно, давайте все оформлять. Досмотр авто, досмотр граждан. Перчатки натяни, оружие в авто кидай, – распоряжался начальник своими сотрудниками, – Девки пусть оденутся, нечего тут прелестями своими светить. Стяжки с рук срезать. Особо ретивым – наручники.

– Мой папа вам всем головы скрутит, и погоны снимет, – сообщил торжественно Радик.

– Дружочек, ты не с теми людьми связался, папе твоему теперь за свое место держаться нужно, – ответил ему подполковник.

Полицейские покидали оружие, которое валялось на песке в автомобили. Срезали стяжки. Только после всех манипуляций, включили видеорегистраторы в нагрудных карманах, и стали работать. Составляли протоколы, проводили дознавание. Подполковник сидел рядом на бревнышке и пил чай из кружки, заваренный в котелке.

Светало. На пляж приехал внедорожник с государственными номерами. Оттуда вывалился толстый дяденька в дорогом костюме.

– Папа, – крикнул Радик, – скажи им.

– Пошел в жопу, – ответил мужик и размашистой походкой, периодически проваливаясь в песок, направился к подполковнику.

– Здравствуйте, Сергей Сергеевич, – поздоровался он с представителем закона, – Что там? – кивнул он на сына.

– Добрый день, Владимир Анатольевич. Незаконное хранение оружия, угроза его применения, драка, хранение запрещенных препаратов, превышающих единоразовую дозу употребления. Еще и несовершеннолетние с ним. Вон той девке вообще 15 лет, голая тут валялась, а тому пацану 17.

– Может, договоримся? – спросил депутат, заглядывая в лицо подполковнику.

– С потерпевшими договаривайся, и то никаких гарантий. Сам понимаешь вещества уже не ко мне, а в том отделе другие люди работают, они не миндальничают. Кстати, обещались сейчас подкатить. Там количество такое, что потянет на хранение и на распространение.

– Понятно, – побледнел депутат и пошел в сторону Вована.

Мужик что-то ему долго говорил, объяснял, просил, а может, угрожал.

– Понимаешь, мы сейчас заберем свои заявления, а в следующий раз он человека убьет. И не просто какого-то нарколыгу или опустившегося алкаша, а нормального обычного человека. Они вон Марину хотели в кусты уволочь. Это нормально вообще? У них свои девки, которые с удовольствием с ними зажигали, а они к взрослой женщине полезли. Это вообще что? Он у тебя наркоман, а ты его прикрываешь, вместо того, чтобы лечить. Нет, пусть отвечает. Они нам детей напугали.

– Я что сделаю? Вот он у меня такой уродился, – крикнул в лицо Вовану дядька.

– Ты, дядя, на меня не ори, я сейчас быстро твою неприкосновенность в песок зарою. Ты меня понял? – сжал кулаки Вова.

Приехала еще парочка автомобилей. Ребята были из наркоконтроля. Переговорили с подполковником. К ним кинулся депутат.

– Вам напомнить какая статья за дачу взятки? – спросил один из серьезных ребят у дяденьки.

– Я никаких взяток не даю, – поднял он руки примирительно.

– Вы отец, одного из несовершеннолетних? – спросил серьезный товарищ.

– Нет.

– Тогда покиньте территорию, – попросил гражданин из наркоконтроля.

С нами они не общались, а изъяли вещества, составили протоколы. Пригнали еще пару коробков. Нарушителей спокойствия погрузили в машины, и отправили в больничку на предмет медосвидетельствования. Депутат поехал за ними следом.

– Парни, вам нужно будет сегодня доехать до судмедэкспертизы или в травму и получить справочки о побоях. Если, конечно, есть у вас какие-то синяки и ссадины, – Сергей Сергеевич посмотрел на нас со скептицизмом, – В принципе оружия и веществ вполне достаточно. Сейчас я напишу направление, чтобы вы там денег не платили.

Он сказал своим ребятам, чтобы нам выдали нужные бумажки.

– Вова, держи руку на пульсе, чтобы ничего не затерялось, мне этот папенькин сыночек уже в кишках сидит. Может угомонится, или угомонят его. Каждый раз его отмазывают через мою голову.

Подполковник сел в свое авто и поехал дальше работать. На горизонте уже висело солнце.

– Хорошо отдохнули, выспались, – усмехнулась я, – Пошли рыбку, что ли половим.

– Марина, у тебя синяков никаких нет? – спросил у меня Слава.

На руке виднелся четкий след от мужской лапищи. Видно остался от коренастого парня. Показала синяк Славе.

– Синяк хорошо, а у меня плечо болит, – поморщился он и потер плечо.

Он дернул как-то за предплечье, и рука у Славки повисла плетью. Вова сделал тоже самое со своей рукой.

– Вы серьезно решили себя покалечить? – удивилась я.

– Мариночка, это просто вывих. Пара синяков – это не серьезно, а вот вывих уже интересней будет. Мы же не руки с ногами себе поломали. Сейчас мы не рыбку будем ловить, а доделывать начатое. А где Ренат? – ответил мне Вова.

Его нигде не было.

– Он был, когда сюда полицейские приехали? – спросил Слава.

Никто толком ответить не смог, даже Ляля развела руками, но, то, что Ренат пропал, не оставалось сомнений.

Глава 89
Все закончилось благополучно

Женщины с детьми, Макс и Леха остались на пляже. Народ устал, и не хотел собираться и ехать домой. Мы с Вовой и Славой отправились снимать побои в отдел судмедэкспертизы. Добрались по безлюдным улицам за пятнадцать минут. Город еще спал.

Нас встретил старенький доктор в чумазом халате. Хором с ним поздоровались.

– Вам повезло, что мне утром не спалось, – хитро посмотрел на нас старикан, – В такое время у нас никого нет, дежурный на вызове обычно.

Он осмотрел ребят, лихо вправил плечо одному и другому. Написал им справки. Посмотрел на меня.

– Девичью честь защищали? – поинтересовался он.

– Практически, – улыбнулась я.

– Больше нигде, ничего нет? На спине, на животе, в других местах? – он посмотрел на меня внимательно.

– Нет, – помотала я головой.

– Ну, Слава тебе Господи, а то не люблю я эти всякие осмотры, – стащил он с рук перчатки и принялся записывать все в журнал, – Вот ведь бюрократия, запиши в журнал, потом внеси в компьютер, потом справки для всех выпиши. Эх, – вздохнул он, – Вы, милочка, с парнями в коридорчике посидите, я вам бумажечки вынесу.

Я устроилась на Славином плече и тихо дремала. Через пять минут доктор вынес последнюю справку, пожелал нам удачи и удалился в свои владения. Мы с ребятами загрузились в автомобиль и отправились назад на пляж. Я дремала на заднем сиденье машины, свернувшись клубком.

На пляже было тихо, народ после ночных бдений еще спал. Около кострища сидел Ренат и пил чай. Рядом стояла баночка с какой-то ягодой.

– Привет, а мы думали, что ты совсем пропал, – сказал Вова, подозрительно на него поглядывая.

– Да вот, пошел в кустики и заблудился, – спокойно ответил парень ему, – Пока бродил, наткнулся на ежевичник, набрал полную банку ягоды. Угощайтесь.

Вытащила пару ароматных ягод и закинула в рот. Сладкая, терпкая, такая вкусная ежевика. Мы со Славой ушли к себе в палатку, Вова к себе. Решили хоть немного поспать.

– Ренат этот какой-то странный – тихо сказал Слава.

– Ну не любит человек полицию, что теперь сделаешь, – пожала я плечами, натягивая на себя тонкий плед.

Было уже жарко, но вот хотелось все равно накрыться, для уюта. Провалилась в сон мгновенно. Разбудили дети, кричали, бесились. Выползла из палатки. Ренат наделал рогаток и учил детей стрелять из них по баночкам. Им было весело. В палатках еще спали взрослые. Развлечение детей свалилось на Рената.

– Ты чего проснулась? Иди, спи дальше, – сказал он мне.

– Да, вот решила узнать, что за шум, что за гам, – ответила я.

– Чай я вскипятил, еще осталась колбаска и сыр, и быстрая лапша в кастрюльке. Я ее завернул в полотенце. Если кто захочет.

– Вот ты затейник, – усмехнулась я.

Зажевала бутерброд с сыром, угостилась горячим чаем из термоса. Сидела, наблюдала, как ребятня визжит от восторга, когда удается попасть по банке. Позавидовала детской игре, решила, что потом присоединюсь к ним, а пока ополоснусь в реке.

Вода уже была теплой, около берега даже горячей. Немного поплавала и даже окунулась пару раз. Услышала какую-то возню с берега. Обернулась, там двое здоровых парней отобрали рогатки у ребятни. То ли сами хотели поиграть, то ли еще чего. Ренат с ними спорил. Я вышла на берег.

– Слышь ты шибздик, не лезь не в свое дело. Бери свою мартышку, и дуйте в палатку дальше детей делать, – бугай кивнул на меня.

– Что происходит? – спросила я.

– Тебя, мартышка, никто не спрашивает. У меня вон там ребенок бегает, а если твои троглодиты моему глаз выбьют? Я вас вон на том дереве всех по очереди повешу, – выдал громила.

Недалеко от нашего места действительно носился карапуз лет двух. Рядом две молодые бабенки развалились на покрывалах. Между ними красовался импровизированный стол с баклажками пива и какой-то снедью.

– Ты что мне угрожаешь? – спросила я удивленно.

От ребят пахло спиртным, видно недавно приехали, и сразу приняли на грудь. Алкоголь ударил в голову, и захотелось кого-то научить жизни. Так как Ренат был один с ребятней, они решили, что мы просто многодетная семья. На первый взгляд угрозы мы не представляли, оба невысокого роста, худые, можно сказать тщедушные.

– Марина, не надо. Я еще рогаток сделаю, и лук со стрелами, – успокоил меня Ренат.

– Я тебе, босота, сейчас сделаю и рогатки и лук со стрелами, – погрозил он кулаком.

– Я вот не пойму, это вот, что за фигня. Как мы едем отдыхать, так какое-нибудь тьмо нарисовывается и начинает весь отдых портить, – возмутилась я.

– Я не понял, ты кого чмом назвала? – навис второй бугай.

– А ты принял это на свой счет? – зло спросила я.

– Марина, но ребята спят, не стоит сейчас затевать драку, – пытался успокоить меня Ренат.

– Я на тебя сейчас, сука, собаку спущу, – заорал здоровяк, – Джокер, фас.

В нашу сторону летела огромная псина, разбрасывая во все стороны слюни. Он немного притормозил около хозяина, уточнить цель. Мужчина ткнул в меня, и сам залился смехом. Снова все замедлилось, как в кино. Собачья туша прыгнула на меня, но не долетела, а рухнула в середине полета, словно ее кто-то подбил.

Все вернулось на свои места. Ренат сидел над собакой, которая жалобно скулила, и что-то ей тихо говорил.

– Джокер, фас, гадкая псина, – заорал бугай.

Но пес даже не пошевелился, а продолжил лежать на боку и слушать Рената.

– Ты, че б, совсем нюх потеряла, – ринулся к собаке ее хозяин.

Он хотел ее пнуть, но Ренат преградил ему дорогу.

– Не смей бить животное.

– Да я тебя, сейчас одним пальцем, – зарычал на него здоровяк.

– А я тебя двумя, – ответил Ренат, и резко ударил в две точки на его теле двумя пальцами.

Бугай согнулся и упал, стал хрипеть и кататься по песку. Вдалеке завизжала женщина. Она ринулась в нашу сторону, что-то вереща, в руках у нее был нож.

– Ну, ё-моё, я так не играю, – сказала я, – Дети, быстро в палатки. Ну и ты собака тоже.

Пес поднялся и потрусил в сторону наших палаток. Ренат выхватил рогатку из рук второго бугая, прицелился и выбил нож из рук тетки.

– Зашибись, – произнесла я, – В яблочко.

– Что такое? – наши повыскакивали из палаток.

– Ааа, а мы пойдем, – второй поднял своего друга с песка, когда увидел, сколько на самом деле нас человек, – Вот ваши рогатки, прошу прощение за беспокойство.

– Собаку верни, гипнотизер, – прошептал бывший хозяин пса.

– Иди, забери, – пожал плечами Ренат.

– Джокер, ко мне, – прохрипел мужчина, но пес даже не пошевелился.

Он пошкандылял сам в сторону песеля, но тот осклабился и зарычал.

– Я за него двадцать тысяч отдал, – хрипел бугай.

– Напиши мне номер карты, я тебе в ближайшее время переведу, – ответил Ренат.

Мужчина кивнул головой, и они с другом ушли в сторону своего привала.

– И куда ты денешь собаку? – спросила я Рената.

– Заберу себе. Снимем с Лялькой дом, будем жить все вместе, – улыбнулся он.

– Ляля согласится? – спросила я.

– Ляля согласится, – услышала я эхо позади себя.

Там стояла Славина сестра и теребила край шляпки.

– Я согласна, – улыбнулась она.

– Какое счастье, – рассмеялась я, – Совет вам, да любовь.

Остальной день мы провели просто замечательно, и больше к нам никто не приставал. Дети играли с Джокером и Ренатом, а взрослые просто отдыхали и общались.