Текст книги "Незапланированная покупка (СИ)"
Автор книги: Евгения Кец
Соавторы: Екатерина Баженова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
– Я и сама могу, – улыбнулась девушка. – Спокойной ночи.
– Спокойной.
Алевтина вышла и закрыла за собой дверь. А Алёна нацепила наушники, включила музыку погромче и достала альбом. Ещё светло, и она хотела немного порисовать.
Закончив, направилась в душ. Попела в полный голос, пока тюремщик не вернулся. А то уже утром так не сделаешь…
А потом нацепила розовые трусики, засунула плеер за резинку и раскидала на кровати три пижамы. Танцевала и выбирала, какую из них надеть. Было весело. После душа она долго смотрела на себя в зеркало – от синяков не осталось и следа.
А ещё Алёна немного набрала в весе. Кожа приобрела здоровый цвет и стала мягче. А формы – более округлыми и женственными. Ей понравилось отражение, и она хотела побаловать себя примеркой пижамы.
В очередной раз, тряхнув мокрыми волосами, она вильнула бёдрами и приложила к груди пресловуто-малиновую пижаму. Скривилась и откинула её в сторону. Зелёная отправилась туда же. А вот чёрная маечка привлекла взгляд.
Она приложила её к груди.
– Определённо, – хохотнула Алёна, стянула наушники и бросила плеер на кровать. – А вы, – она сгребла разбросанные пижамы, – отправляйтесь обратно в шкаф. Сегодня я вас не выбрала, – она расхохоталась и повернулась, чтобы пойти к гардеробу.
Лицо побледнело, руки задрожали, а пижамы дружной толпой, полетели вниз. В дверях, не менее бледный, стоял Олег. Алёна схватила с пола первую попавшуюся тряпку и прикрылась. Сказать она ничего не смогла, только моргала, вытаращившись на мужчину.
Казалось, мозг опустел. Напрочь…
Олег ещё секунд десять-пятнадцать пребывал в таком же шоковом состоянии, а потом негромко выругался и закрыл дверь.
Алёна выронила пижаму. Руки повисли, как плети.
«Мне конец, – подумала девушка и вздрогнула, услышав мощный удар. – Он что, хочет стену сломать?»
Глава 18
«Что значат эти шрамы на коже, когда душа чистая?»
Она даже испугалась, что Олег сделает что-нибудь и ей.
Дверь снова открылась, но смелости пошевелиться у Алёны не нашлось. Даже моргать перестала.
Олег зашёл в спальню. Дышал тяжело, лицо красное, злое. Он захлопнул дверь с такой силой, что будто стены содрогнулись. А потом быстро преодолел расстояние между ними.
Девушка сжалась в комочек и вздрогнула, зажмурившись. За долю секунды она ощутила одну горячую руку на затылке, а вторую – на спине, на талии. А за этим последовал долгий, страстный и влажный поцелуй. Он впивался в её губы, вторгался языком в рот, посасывал и покусывал её язык.
Алёна почувствовала лёгкое головокружение и чуть не упала, но крепкие руки удержали её. Всё тело ныло от желания.
А потом Олег повалил девушку на кровать. Она не сопротивлялась. Её довольно часто посещали мысли, что она вновь хочет ощутить его ласки, но Олег не стремился затащить её в постель. Теперь Алёна думала, что это решение далось ему куда сложнее, чем могло показаться изначально.
Его руки устремились на её бёдра, что уже пустились в соблазнительный танец, навстречу его возбуждённому естеству. Крепко сжав их, мужчина притянул Алёну к себе, а потом впился губами в торчащие соски, попеременно уделяя внимание обоим.
Девушка извивалась и призывно стонала. А Олег на секунду оторвался от ласк и задумался, осматривая юное тело, которое теперь без всех этих синяков и царапин было прекрасно.
Их взгляды пересеклись. Взгляд Алёны был немного затуманен от сильного возбуждения. Она слегка улыбалась, а пальчики гуляли по шее Олега и прятались в его волосах.
Олег не успел решить, останавливаться ли ему или продолжать. Нахлынувшие на Алёну эмоции сделали это за него.
Девушка резко дёрнула мужчину на себя и с животным желанием вцепилась в его губы. А потом стянула с него футболку. Олег открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел, Алёна снова поцеловала, отрицательно промычав что-то на его попытку заговорить.
Тёплые ладони девушки очутились на длинном шраме на позвоночнике Олега. Он вздрогнул и хотел отстраниться, но Алёна не позволила.
Её совсем не смущали ни ожоги, ни шрамы от операций. Она смело прикасалась к ним и гладила. Олег скинул с неё трусики, притянул к себе и оторвался от поцелуя.
Внимательно глянул в тёмные глаза и, коротко улыбнувшись, юркнул вниз. В самый низ. Алёна ахнула, а уже через секунду издала громкий стон.
Тело само стремилось к Олегу, его рукам, губам. Она задрожала и вцепилась в тонкие простыни, когда его напряжённый язык скользнул в ложбинку между половых губ и погрузился внутрь, совсем чуть-чуть, но этого хватило, чтобы Алёна укусила себя за губу до крови.
Такого сильного возбуждения девушка не испытывала никогда. Ей даже сравнить не с чем. Ещё ничего она не жаждала так сильно, как быть сейчас с Олегом, таять в его руках, ощущать внутри, смотреть в его голубые глаза. Через пару минут таких ласк Алёна отчаянно желала почувствовать его всем своим телом.
Она взяла его руку и потянула на себя. Олег как-то нехотя оторвался и переместился вверх. Она расстегнула его джинсы. На этот раз он не сопротивлялся и снял их.
На мгновение девушка замерла, внимательно осмотрела Олега, а потом её губы прижались к его плечу, прямо к широкому рубцу. Кожа оказалась грубой и плотной. Но её мягкие губы будто не замечали этого и продолжили гулять по кривым изгибам.
Олег стиснул челюсти и громко выдохнул, коротко рыкнув. Алёна не отреагировала и продолжила ласкать изуродованное тело.
Он закрыл глаза и опустился ниже, прижимаясь уже возбуждённой до предела плотью к ней. Не отрываясь ни на секунду, Алёна скользнула навстречу.
Он мягко погрузился внутрь. Оба вздрогнули. И она прижалась к Олегу плотнее, а потом крепко обняла и посмотрела в его голубые глаза. Олег двигался медленно, наблюдая за Алёной, взгляд которой стал блуждающим. С каждым его толчком она краснела, шея и грудь покрывались потом, а дыхание становилось частым и громким.
В какой-то момент зарычала уже Алёна. Она изогнулась, и Олегу пришлось отстраниться, давая ей свободу, а потом и вовсе он перевернулся на спину, крепко прижав её к себе. Она упёрлась рукой в изголовье кровати и стала двигаться, ведомая своими эмоциями и руками Олега.
Он позволял ей управлять процессом, но потом снова взял верх. Сел, прижал её к себе и не позволил отстраниться, продолжая коротко двигаться глубоко внутри.
Алёна уже совсем не сдерживала стоны, которые стали куда громче. Да и Олег перестал обращать внимание на свои шрамы и вздрагивать каждый раз, когда она касается их.
Алёна же всем видом показывала, что её ни капли не смущает его тело. Она была искренна. Что значат эти шрамы на коже, когда душа чистая?
Абсолютно ничего…
Олег снова уронил её на спину и держался на вытянутых руках, он хотел видеть её, её тело, эмоции, видеть, как ей хорошо в его руках. А это было именно так. Алёна то и дело покусывала губы, закрывала глаза и улыбалась.
Она погрузилась в процесс, как в бурный водопад, падая в его объятия; разбиваясь сотнями мелких эмоций и вздрагиваний, становясь частью огромного озера, раскинутого у подножия стекающей со скал воды. Она будто становилась частью Олега. А он – её.
От этого вида Олег быстро кончил, издав громкий стон, но двигаться, не перестал. Алёна ощутила некую наполненность. А потом её тело будто сковало цепью, следом электрический разряд, вздрагивание, она приподнялась и вцепилась пальцами в плечи Олега так сильно, что подушечки побелели.
Секундой позже её будто отпустило, и она расслабленно упала на кровать, ощущая тепло и желание спать. Олег коротко поцеловал её в губы и лёг рядом. Молча, обнял и уткнулся взглядом куда-то вдаль.
Алёна положила свою руку на его и просто отключилась. Сон завладел ею. Перед глазами побежали цветные картинки, а потом яркий свет и странный шум.
– Вот те на! – голос Алевтины Вениаминовны заставил Алёну подскочить и осмотреться. – Ты чего голышом спишь?
Олега в комнате не было. Девушка натянула одеяло повыше и неловко улыбнулась.
– Одевайся быстрее, – покачала головой домработница. – Я хотела вчера зайти, предупредить, что Олег Николаевич вернулся раньше, но он сказал, утром сам зайдёт. Вот бы конфуз получился, если бы это он сюда зашёл и увидел тебя голой, – женщина негромко расхохоталась.
А вот Алёна прикусила нижнюю губу и предалась воспоминаниям о вчерашней ночи.
«О да, он заходил. И видел. Видел всё. Трогал, целовал, ласкал… Он унёс меня на небо. И теперь я совсем не знаю, как оттуда спуститься…» – подумала Алёна.
– Не лови ворон, – домработница кинула пижаму в сторону девушки, – одевайся.
Она взяла предложенную одежду, пригладила растрепавшиеся волосы, но не успела одеться – дверь открылась. Алевтина молниеносно захлопнула её.
– Олег Николаевич! – грозно сказала женщина. – Это может, и ваша бывшая спальня, но теперь здесь живёт юная барышня, извольте стучаться перед входом. Она может быть не одета! – Алевтина закончила отчитывать начальника и глянула на Алёну. – Ты чего застыла, одевайся давай!
За дверью послышался сдавленный смешок.
– Простите великодушно. Я предполагал, что юная барышня предпочитает спать в пресловуто-розовых пижамах, которые ты ей накупила.
– Ты ж смотри, – Алевтина глянула на девушку, – у кого-то отличное настроение. Давай спросим.
– Не-ет, – протянула Алёна. – Не хочу его портить.
– Да брось, – подмигнула, – думаю, он разрешит.
– Вы же в курсе, что двери здесь не особо толстые, и я вас прекрасно слышу? – раздался приглушённый голос Олега. – Спрашивайте что хотели.
Алёна замотала головой, но было поздно, женщина уже открыла рот.
– А можно, Алёна сегодня позавтракает в общей кухне?
Глава 19
«…не со мной»
Воцарилась тишина, а потом из-за двери раздался приглушённый смешок:
– Можно, только пусть наденет нормальную одежду, а не одну из этих устрашающих пижам с котятами.
– Я же говорила, – только губами сказала Алевтина и улыбнулась. – Спасибо, – кинула, отходя от двери. – Не тормози, умывайся и надевай что поприличнее. Хозяин у нас вредный, любит, чтобы всё вокруг было идеально, чисто и красиво. На последнем у него прямо пунктик уже несколько лет.
– Почему? – шёпотом спросила Алёна.
А про себя подумала, что это немного объясняет его отношение к ней.
– Так по нему и не скажешь, руки и лицо не пострадали. Но, – женщина глянула на любопытное лицо девушки, – я тебе ничего не говорила, не вздумай проболтаться, – пригрозила пальцем. – У него почти всё тело покрыто шрамами после взрыва, в котором погибли его родители. Он чудом жив остался. Врачи собирали его по кусочкам, в прямом смысле этого слова.
– Вот как…
«Так, он поэтому так хотел, чтобы я свела все синяки. Чтобы моё тело было красивым. И, наверное, именно поэтому вчера не устоял…» – подумала Алёна и пошла в ванную.
Алевтина ушла. Девушка надела джинсы и футболку, расчесалась и услышала стук в дверь.
– Открыто, – хохотнула она.
Дверь и правда оказалась открытой, что изрядно удивило.
– Ты готова? – в комнате показался нос Олега.
– Да, – улыбнулась Алёна, и он вошёл в спальню весь.
– Всё хорошо?
– Да, – удивилась она.
– Пойдём, покажу, где у нас кухня.
Говорить, что уже там бывала, Алёна не стала. Вместо этого отправилась следом за Олегом и села за стол, который уже был накрыт. Правда, только на две персоны.
– А ты с нами не останешься? – уточнил Олег у домработницы.
– Нет, мне надо в магазин, – улыбнулась Алевтина Вениаминовна. – У Алёны строгая диета по наказу врача, нужно купить продукты.
– Я могу после завтрака съездить сам.
– Нет, – отрезала женщина, – надо ещё кое-что купить…
– Это что? – брови Олега скрылись под отросшей за время командировки чёлкой, обычно волосы у него зачёсаны назад, а тут, видать, после душа не убрал.
– Олег Николаевич, – женщина как-то грозно глянула на начальника, – у девочек есть свои секреты, вам в них нос совать не обязательно.
– А-а… – ехидно прищурившись, он глянул на Алёну.
А та сделала вид, что не заметила. На самом деле у неё кончился очередной альбом, и Алевтина обещала купить. Хотя и средства личной гигиены лишними не будут.
Женщина ушла, оставив молодёжь наедине.
– Здесь красиво, – улыбнулась Алёна, оглядывая кухню, будто в первый раз. – Сам придумал?
– Не, – хмыкнул Олег. – Здесь, наверное, с моего рождения ничего не менялось. Мама обустраивала. А я не стал переделывать, когда…
Настроение Олега резко ухудшилось. Алёна уже узнала, что его родители погибли, но выдавать секрет не собиралась.
– Когда переехал? – невинно спросила она.
– Ага, когда переехал, – он тяжело вздохнул и улыбнулся. – У тебя всё хорошо после вчерашнего? – вдруг спросил Олег и внимательно посмотрел прямо в её глаза.
– Д-да, – она выдавила подобие улыбки. А потом вдруг изменилась в лице. – Твою мать! – выпалила Алёна.
– Э-э! Попрошу не выражаться, – строго заметил Олег. – Нос не дорос, – он хохотнул, но эмоции на лице Алёны не изменились. – Прости, неудачная шутка.
– Она тут ни при чём, – прошептала она.
– А что тогда?
– Мы… мы не предохранялись, – в её глазах можно было увидеть чистый ужас.
– А… это… ну да, – он помрачнел и пожал плечами. – Это не особо важно. Никто из нас ничем не болен.
– Это, конечно, здорово, но я жутко боюсь абортов. Да и тебе, думаю, не нужен ребёнок от такой… – она осеклась, – от…
– Не волнуйся. Делать аборт от меня тебе не светит.
– Как это? – Алёна вытаращила глаза.
– Ну, после происшествия, оставившего на моём теле все эти шрамы, организм решил, что репродуктивную функцию можно выключить. Я вроде как здоров, но почти бесплоден.
– Ого… – выдохнула девушка.
Эмоции стали какими-то непонятными. Она не то чтобы жалела Олега, но стало обидно, что такой красивый, добрый и наверняка умный мужчина не сможет продолжить свой род.
– Да и ты не особо плодовита, – пожал плечами Олег, а глаза Алёны стали огромными. – После всех побоев, что ты перенесла, и переохлаждений, пока на улице жила, к твоему воспалению и гормональному сбою добавилось почти полное отсутствие созревающих яйцеклеток.
– А почему мне врач не сказала? – постаралась сделать безразличный вид Алёна.
– Я попросил не расстраивать тебя. Тем более у тебя ещё есть шанс, если лечение, которое назначили, поможет. Но не со мной. Нужен кто-то, у кого всё работает как надо… – Олег совсем расстроился, даже разозлился, он тыкал вилкой в несчастный кусок курицы и смотрел в пустоту.
Алёна же пыталась осознать услышанное. Она может, и не хотела детей прямо сейчас, но с детства мечтала, что у неё будет двое малышей – мальчик и девочка.
Маленькие такие, хорошенькие карапузы. Которых она будет любить, холить и лелеять. А теперь? А теперь их не будет.
Горькие слёзы навернулись на глаза, а к горлу подкатил твёрдый комок. Она соскочила с места и рванула в свою комнату, громко захлопнув дверь.
Олег не остановил. Он и сам бы сейчас с удовольствием закрылся в спальне в гордом одиночестве, переживая все невзгоды, что на него навалились.
Глава 20
«И как же ты хочешь станцевать?»
Пару минут пыталась осознать, что сказал Олег. А потом залилась горючими слезами. Алёна упала на кровать и обняла подушку. Минут через двадцать в комнату вошла Алевтина и замерла в проёме:
– Что случилось, моя хорошая? – поспешила сесть рядом с девушкой. – Олег Николаевич снова нагрубил?
– Н-не-т, – всхлипывала Алёна.
– А что тогда ревёшь?
– Врач сказала, что я… я не смогу иметь детей…
– Ой, – покачала головой женщина и погладила девушку по спине. – Не теряй надежду. Ничто в этом мире неточно. Да и чудеса никто не отменял, – по-доброму улыбнулась та. – Вот помяни моё слово, встретишь хорошего человека, влюбишься, и обязательно всё получится. И детки будут.
– Не б-бу-дут, – всхлипнула Алёна.
– Возьмёшь из детдома малютку, – предложила ещё вариант Алевтина.
– Я хочу своего, – шмыгнула носом Алёна и спрятала лицо в подушке.
– Ты ещё юна, да и вон молодой начальник взялся за твоё здоровье. Смотри, как привёл тебя в порядок, ни синячка на теле, здорова, глядишь, и тут врача найдёт, который поможет. Он так тебя оберегает, – улыбнулась Алевтина. – Наверное, дочку в тебе видит.
– У нас не такая большая разница, – ошеломлённо выдала Алёна.
– Ему тридцать два в этом году, а жены и деток нет.
– Он мужчина, – вытерла слёзы Алёна, – может, он и не хочет детей.
– Да хочет, моя хорошая, хочет, – грустно улыбнулась женщина. – Но ему тоже чудо нужно и большая любовь. Себя починить он не может, вот и занялся тобой. Наверное, пустоту заполняет от отсутствия семьи. Глядишь, удочерит тебя и будет у вас семья.
Заботливое подсознание Алёны тут же выдало потрясающее воспоминание о вчерашнем оргазме, и Алёна поперхнулась:
– Не надо меня удочерять, у меня мама есть… – отстранённо сказала она.
– А ты знаешь, где она?
– Нет, – соврала Алёна, но, скажи она правду, женщина полюбопытствует, почему она ещё не дома.
– Ты, главное, не расстраивайся, – снова по-доброму улыбнулась Алевтина. – Верь, и всё получится, обязательно.
Алёна весь день провела в спальне, то плача, то рисуя. Вечером Олег вернулся с целой кучей пакетов. Постучался и открыл дверь в комнату. Алёна лежала на кровати и спала.
Утомилась плакать. На столике стоял нетронутый обед. Он тихо поставил пакеты и сел на край кровати. Посмотрел на неё и, грустно улыбнувшись, вышел.
Утром она проснулась подавленная, без единой эмоции и желания что-либо делать.
Окинула взглядом кипу пакетов на столе и побрела в душ. Сейчас ей всё равно, что в них. Алёна чувствовала себя бесполезной, никчёмной, ничего не стоящей. И зачем только Олег её выкупил…
Холодный душ не принёс желанного результата. Никакой бодрости ни в одной клеточке организма не наблюдалось. Закутавшись в большое полотенце, Алёна вышла в спальню. В пакетах копался Олег, услышав шаги, он обернулся, улыбка быстро сползла с его губ.
– Ты чего? – приподнял он брови.
– Что? – даже не взглянула на него Алёна.
– Что-то случилось?
– Ага… я оказалась сломанной куклой. Прав был босс-ублюдок, мне место на помойке… – села на край кровати и уткнулась взглядом в пол.
– Что это за разговоры? – опешил Олег. – Никуда тебе не надо. Ты из-за диагноза, что ли? Не волнуйся, вылечим, – приободрил он и сел перед Алёной на корточки, заглядывая в её карие глаза.
– Зачем тебе сломанная игрушка? – глянула на него, но словно не заметила. – У тебя какой-то спортивный интерес: починишь, не починишь? Чего ты от меня хочешь? – Олег пытался что-то сказать, но Алёна продолжила монотонно перечислять вопросы. – Ты же понимаешь, что сколько бы ты ни заплатил за меня, я не смогу вернуть долг?.. У меня нет образования, никаких способностей и умений, разве что, – хмыкнула, – ноги раздвигать по принуждению. Работы тоже нет, мне только и светит, что полы мыть, как матери-алкашке.
– Алёна, – серьёзно сказал Олег. – Перестань, пожалуйста. Это все эмоции, не думай так.
– Да какие уж тут эмоции. У меня их больше нет. Я ж даже не женщина, по сути. Единственное, что мне за отсутствием образования и способностей оставалось, теперь тоже отсутствует. Даже детей рожать не могу, – угрюмо усмехнувшись, глянула на Олега.
Он сидел напротив, опираясь на кровать по бокам от неё, и смотрел, молча и внимательно. Алёна же никак не реагировала, а просто продолжила задавать свои вопросы.
– Сколько ты заплатил за это? – указала на себя.
– Не имеет значения, – рявкнул Олег и отвёл взгляд.
– Зря потратился. Я ничего тебе не могу дать. Бесплодная малолетняя бестолочь, которую ты даже не хочешь, ну разве что, когда совсем выбора нет, – в голосе девушки чувствовалась боль.
– Алёна! – Олег снова перешёл на повышенный тон.
– Да Алёна я, а толку-то что? Может, ты меня отпустишь? Я к маме уеду, буду потихоньку возвращать долг. Ну, или верни меня обратно, может, они отдадут тебе хоть часть суммы…
– Твою мать! – подорвался он, отшатнувшись на пару шагов, Алёна не отреагировала. – Что за чушь ты несёшь⁈ Совсем крыша поехала⁈
– Я просто реалистка. Вот ответь, зачем ты купил меня?
Стало тихо. Алёна растянула и поджала губы, наблюдая за ногами Олега, которые выписывали круги по комнате.
– Понятия не имею, – вдруг честно признался он. – Но это не значит, что я жалею об этом. Ясно⁈
– То есть ты просто не договорился с собой, – она посмотрела ему в глаза исподлобья, – позволяет ли тебе совесть трахать малолетку? Больше-то я ни на что не способна.
Алёна смотрела прямо, без эмоций, хотя одна читалась – безысходность.
Она помедлила, а потом встала и скинула с себя полотенце. Олег застыл на месте. Он невольно осмотрел её тело, и его передёрнуло.
– Ты заплатил, так пользуйся. Не надо строить из себя правильного или доброго. Это даёт ненужную надежду. Если не планируешь отпускать, так хоть не ври сам себе.
– Оденься, – выдохнул он.
– Зачем? Запрети домработнице сюда входить, и никто меня не увидит. Не придётся заморачиваться и раздеваться каждый раз.
– Прекрати, – совсем не по-доброму рявкнул Олег.
– А то что? Ударишь? Изнасилуешь? Выкинешь на улицу? Вернёшь в подвал? Я уже всё это пережила. Да и кому какое дело? Даже матери родной было плевать, что её хахаль руки распускал. Или ты думаешь, я от хорошей жизни бежала?
В голосе Алёны слышалась боль, давящая и всепоглощающая.
– Что с тобой случилось? – Олег явно пытался успокоиться, но крепко сжатые в кулак пальцы так и кричали, что ещё слово, и он сорвётся.
– Жизнь… Ну так и как ты хочешь? – она села и раздвинула ноги.
Олег взревел. Достал телефон из кармана и запульнул его в стену за кроватью. Послышался треск разбитого стекла и глухой звук, когда тот приземлился на постель.
– Никак я не хочу! Если бы я знал ответы на твои вопросы, уже сказал бы! – заорал он и отвернулся от Алёны.
Она хмыкнула.
– Ты просто боишься признаться себе, что хочешь меня просто трахнуть.
– Вот, значит, как⁈ – Олег повернулся и подошёл к Алёне вплотную, скидывая пиджак. – Хочешь, чтобы я тебя трахнул? Может, ещё хочешь жёстко? Или тебя надо ударить⁈ – он навис над девушкой, в его глазах кипела злость.
– Кто платит, тот и заказывает музыку, – прошипела она, не отводя взгляда.
– О, как, – он передёрнул плечами.
В следующее мгновение схватил её за горло и, повалив, прижал к кровати:
– И как же ты хочешь станцевать? – прошептал он, крепче сжимая её шею в своей ладони.
Алёна ощутила недостаток воздуха и попыталась вдохнуть. Открыла рот, но ничего не вышло. На секунду в глазах промелькнул страх. Но потом…
«Пусть лучше так, чем он прикидывается хорошеньким. Так я хотя бы знаю, для чего здесь – просто игрушка для секса, живая, но игрушка», – в голове проскочила горькая мысль.
А потом хватка ослабла.
– Оденься, – бросил Олег и встал с неё. – Я больше не хочу слышать от тебя ничего подобного.
– Слушаюсь, – выпалила Алёна и накинула на себя полотенце.
Олег сверкнул глазами, будто молнию в неё запустил.
– С сегодняшнего дня ты будешь помогать по дому Алевтине, есть на кухне и заниматься уроками, – он ткнул пальцем в гору пакетов. – После завтрака разбери всё.
Он вышел из спальни, громко хлопнув дверью и оставив Алёну один на один со своими страхами.
Глава 21
«Не стоит в это лезть»
Алёна фыркнула, оделась и вышла на кухню. Алевтина Вениаминовна расплылась в улыбке, увидев девушку, и тут же поставила ещё одну тарелку на стол.
– С сегодняшнего дня Алёна будет помогать по дому. Я привёз учебники, пусть начнёт заниматься, – бросил Олег, допивая кофе. – Проследи, чтобы всё выполнила.
А потом он поставил пустую кружку, недовольно глянул на девушку и встал из-за стола.
– А завтрак? – кинула вслед домработница.
– Спасибо, уже сыт…
Женщина точно не поняла, о чём речь, пожала плечами и продолжила накрывать на стол для Алёны. Олег уехал.
Алевтина провела экскурсию по дому, рассказала, чем она может помочь по хозяйству. А потом они вместе распаковали пакеты, которые привёз начальник.
Учебники, тетради, ручки и ноутбук. Последнему Алёна очень удивилась. Такого у неё никогда не было. Дома стоял древний компьютер с огромным системным блоком и безумно тормозной. Его хватало разве что залезть в интернет – мультики посмотреть, в социальных сетях позависать, да по урокам информацию найти.
Алёна открыла коробку и ахнула. Тоненький, красивый, приятный на ощупь металлический агрегат. Она включила его. Загрузился махом, никаких ожиданий по пятнадцать минут, пара мгновений и появилась заставка. На рабочем столе уже лежали какие-то файлы и видеозаписи.
Она открыла текстовый документ – это оказались правила русского языка. Ткнула на программу с красивой иконкой – целая библиотека, даже аудиокниги, художественные и учебники, ничего искать не надо, всё уже скачано. Жмёшь на кнопку и читаешь или слушаешь.
– Смотри, – улыбнулась домработница, – а Олег Николаевич даже спортивную форму тебе привёз и пособие по физкультуре.
– А вот это уже странно, – она недоверчиво глянула и увидела на компьютере папку с названием «физра». – Надеюсь, тут нет технологии или домоводс…
Не успела она договорить, как с ужасом обнаружила что есть.
«Это прикол такой?» – вспыхнуло в голове.
– Школьная программа за девятый класс. Так сколько тебе лет? – женщина вцепилась взглядом прямо в Алёну.
– Я убежала из дома после девятого класса, – тихо сказала девушка. – Потом не училась нигде…
– Значит, молодой начальник хочет, чтобы ты за лето повторила программу. Наверное, надеется, что сможешь в десятый класс поступить, чтобы продолжить обучение.
– А вязание мне как в этом поможет? – Алёна повернула ноут к домработнице и ткнула в видеоурок по домоводству. – Кто вообще в современном мире вяжет носки?
– Я, – улыбнулась женщина.
– Не обижайтесь, пожалуйста, а носит-то их кто?
Алевтина Вениаминовна рассмеялась, а потом глянула на Алёну:
– Олег Николаевич с детства любит мои шарфы и носки за город брать.
– За какой город? Мы и так далеко от цивилизации… – потупила взгляд девушка.
– У него есть домик, ну как домик, особняк на озере в лесочке. Молодой начальник туда с друзьями раньше ездил. Там и речка недалеко. Порыбачат, шашлычки, уха, на гидроциклах летом, да на снегоходах зимой катались часто. А потом… – она вздохнула, – всё изменилось после трагедии. Он до сих пор в себя не пришёл.
– А что случилось?
– Не стоит в это лезть, – отрезала Алевтина. – Давай-ка, лучше уроками займёмся.
– Домоводством? – нервно хохотнула Алёна.
– Нет, русским.
«Лучше домоводством…» – подумала она и подтянула к себе учебник по русскому языку.
В голове от школьной программы только шиш с маслом остался, и то масло уже протухло.
Благо на ноутбуке была какая-то программа. Алёна запустила её. Это оказался дистанционный курс. Вполне живые люди объясняли правила и давали задания. Под чутким руководством Алевтины девушка просидела за уроками до самого обеда.
А потом женщина решила всё-таки ввести курс домоводства, но на свой лад. Она пожелала сама учить девочку готовить еду, наводить порядок, стирать вещи, шить, вязать и вести семейный бюджет.
– А вы где-то учились, чтобы вот так работать по дому? – спросила Алёна, слушая и записывая информацию о том, как правильно размораживать мясо.
– Ну, прямо образования по работе по дому нет, я всю жизнь проработала у родителей Олега Николаевича и по настоянию Николая Романовича и Лидии Михайловны постоянно училась.
– На кого? – с интересом спросила девушка.
– На повара, швею, даже курсы кондитера прошла, а вообще изначально я воспитатель. Меня и наняли-то за маленьким карапузом следить, а потом как-то всё переросло в работу по дому и постоянное развитие.
– Вот как… И много хлопот было с маленьким злобным начальником?
Алевтина рассмеялась:
– Да не был он никогда злобным, пока не взвалил на себя бизнес отца. Да ещё и бизнес-партнёры эти постоянно подначивают и проблемы создают.
– А что они не так делают?
– Ну, скажем так, я бы их в детстве отшлёпала, хотя категорически против такого воспитания. Выросли они в не самых приятных людей. Кстати, как ты в доме появилась, Олег Николаевич запретил им здесь ошиваться… – задумалась женщина.
– Почему?
– Я откуда знаю. Ты давай, не отвлекай меня. А то ишь придумала! Зубы мне заговаривает и ничего не делает. Вставай, пошли свинину резать.
– А что готовить будем?
– Для начала приготовим боул с киноа и брокколи со свининой, – сказала Алевтина и протянула Алёне нож и разделочную доску.
– А что такое киноа и боул? – девушка ощутила себя ещё глупее, чем раньше.
– Киноа – это зерновая культура, вот она, – домработница пододвинула мерный стакан, где уже была насыпана желтоватая мелкая крупа. – Не волнуйся, всему научишься и запомнишь. А боул – это что-то вроде салата. На горячее – рататуй, ну и, пожалуй, супчик сварим. Давно я борщ не готовила, – похоже, уже не Алёне, а самой себе говорила Алевтина, – ну и зря, Олег очень его любит… Так, о чём это я? – она снова вернулась к разговору с девушкой. – Сделаем борщ! И котлетки.
– Это к рату… рата… ну к этому, который вы уже называли?
– Нет, вместо! Сделаем любимые блюда Олега Николаевича, которые он в детстве обожал. Такие щёки себе наел, уплетая сало с борщом, ух…
– А богатые такое едят, да? – обалдела Алёна.
– Не знаю, – пожала плечами Алевтина Вениаминовна. – Я только здесь работала, и все очень любили мою стряпню, особенно сладкие пирожки с щавелём в духовочке…
У Алёны сползло лицо. Ей и в голову не приходило, что такой, как Олег, ест борщ с салом и пирожки со щавелём.
Она помнила, какие блюда он тогда в ресторане заказал. Да и Алевтина готовит каждый день всякие странные кушанья, типа этого самого боула с какими-то непонятными крупами, брокколи и цветными капустами. Даже супы и те, выглядят, как из ресторана.
Они, конечно, вкусные, но Алёна к таким не привыкла. Дома-то максимум какой-нибудь гороховый, тот же борщ, иногда на косточке, гречка, да картошка в разных вариантах. А в подвале так вообще несъедобные каши давали. Иногда, правда, суп на курином бульоне был.
А здесь Алевтина Вениаминовна кормит, как на убой.
На кухне провозились до самого вечера. Алёна научилась резать картофель кубиками, хотя на вид они всё равно были какие-то некубические.
А пока тёрла морковь, стёрла и пару пальцев, пришлось заклеивать пластырем. Лук оказался самым злым врагом. Глаза стали красные, будто она весь день ревела. Хотя за готовкой настроение улучшилось, Алёна много смеялась, пока изучала основы приготовления пищи.
Олег вернулся домой, как по расписанию. Прошёл мимо кухни и остановился на лестнице, услышав смех, а может, учуяв аромат горячей еды. Он подошёл к огромной арке и заглянул внутрь.
Алёна, высунув язык, кромсала хлеб на некое подобие кубиков. А Алевтина Вениаминовна рассказывала ей, как правильно делать сухарики в духовке.
– Это вы так уроками занимаетесь? – спросил Олег, заходя на кухню.
– Ой! – воскликнула Алёна и быстро приложила палец к губам.
