Текст книги "Остров Туманов (СИ)"
Автор книги: Евгения Болотова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)
В тумбочках ничего, похожего на дневник, не нашлось, поэтому следующей целью был шкаф. Полки с аккуратно сложенной одеждой, Дженса пропустила, сразу залезая на самый верх, чтобы проверить, что там.
– Так и знала! – воскликнула девушка, когда в одной из коробок обнаружились старые вещи Эстер: украшения, пара плюшевых зверей, которых сестра очень любила, а самое главное тетради и записные книжки, в которых Дженса узнала дневники сестры. Спустив с коробкой вниз, девушка уселась прямо на пол и принялась искать тот самый дневник, в котором Эстер могла записать тайну тумана.
– Что ты делаешь? – от неожиданности Дженса подпрыгнула. Она так увлеклась, перебирая тетради, что не заметила, как к ней подкралась Лили.
– Напугала, – выдохнула гитаристка "Детей Вёлунда". – И вообще, что ты тут делаешь?
– Могу задать тебе тот же вопрос, – скривилась Лили. – Электричество опять отключили, и мне скучно… И это что, чей-то дневник?
– Да, – не стала врать Дженса. – Маме только не говори.
– Почему? Эй, подожди, раз она их прятала, значить это не твои дневники, а Эстер. Дай почитать.
– Не дам. Это не прилично, надо же, чтобы хоть кто-то в нашей семье совесть имел.
– Вот всё Эстер расскажу, – насупилась Лили. – Вот почему тебе можно, а мне нельзя. Сама же говоришь, что не прилично.
– Лили, мне нужно узнать одну вещь, о которой знала Эстер, а позвонить ей я не могу. Сама же говоришь, электричества нет.
– Ну да. Вряд ли бы она обрадовалась, узнав, что ты звонишь, только когда тебе что-то понадобилось.
– Разница во времени, – Дженса принялась идти по заготовленному сценарию, который они с мамой сочинили в свое время. – Вряд ли тебе понравилось, если бы тебя разбудили посреди ночи с глупыми вопросами.
– Да ты и вне звонков о ней не вспоминаешь. Вот все расскажу, когда мы к ней поедем. И чего мама никак не может решиться, сама же говорила о переезде.
– Не все так просто. И её не отпускают военные.
– Но почему тогда мы не уехали раньше? Получается, что мама не хочет видеть папу.
– Нет, Лили, – Дженса принялась вступаться за мать. – Мы не можем так просто взять и переехать к нему. Он в другой стране, на другом конце света.
– Но мама не говорит о нем, и не даёт нам с ним общаться, значит, больше его не любит.
Гитаристка "Детей Вёлунда" была поражена, откуда у младшей сестры такие мысли, ведь до этого она ничего подобного не говорила и даже не спрашивала. Да уж. Когда это Лили успела вырасти и перестать верить сказкам о работе в другой стране?
– Значит, его не любишь ты, и мама не хотела тебя расстраивать.
– Что?! – Дженса аж задохнулась от возмещения. – Я люблю его! Ясно? И его, и Эстер. И мама их любит, просто мы сейчас никак не можем к ним уехать. И не рассказывай маме, что я заходила в её комнату, поняла?
– Если бы вы их любили, то звонили друг другу, а не копались в личных вещах.
– Если бы мы их не любили, то эти личные вещи просто выбросили! – воскликнула Дженса. – А мы все равно ждём их!
– Ждём? – Лили вдруг замолчала и задумалась. – Они нас бросили?
– Никто никого не бросал, они пропали в тумане три года назад, а не уехали. И Эстер знала, что не так с туманом, и все равно пропала. Ты хочешь тоже пропасть? Нет. Так и не лезь в её дневники. Мала ещё.
Дженса выпалила это на одном дыхании, сама не зная, что на нее нашло. Лили притихла, а затем убежала в свою комнату, оставив сестру одну. Та же, перебрав все дневники сестры, взяв лишь тот, который был датирован последними годами перед исчезновением, убрала все следы преступления, и тоже заперлась у себя.
Пока был свет, Дженса активно читала, а когда солнце скрылось, взяла фонарик на батарейках. "Неужели я была такой же занозой, как сейчас Лили?" – подумала девушка, перелистывая очередную страницу. Пока ни слова о базе или тумане, зато много о сестрах, Кассандре, учебе и парнях. Когда же глаза заболели от постоянного напряжения, Дженса решила закончить читать и лечь спать. Дневник она спрятала в укромном месте между стеной и шкафом.
Утром Дженсу разбудила хлопнувшая входная дверь, мама вернулась с суток.
– Ну и дежурство, – вздохнула Фрида, посмотрев на вышедшую её встречать дочь. – Мало того, что постоянные перебои с электричеством, так и пациента с острым аппендицитном привезли. А вы тут как одни? И где Лили?
– В комнате, наверное, – пожала плечами Дженса, и этот жест не укрылся от матери.
– Вы что поссорились?
– Да так, поцапались немного, – старшая сестра отвела взгляд. Не говорить же, что она вчера выболтал всю правду о папе и Эстер. – Схожу, разбужу ее.
Но в комнате Лили не оказалось. Не было её ни в ванной, ни в маминой спальне, ни в кладовке и не на балконе. Вот тут-то мать с дочерью начали волноваться и стали заглядывать во все шкафы. Ну не могла Лили вот так испариться, тумана не было. И даже если он каким-то образом и проник в квартиру, почему Дженса ещё здесь? И тут гитаристка "Детей Вёлунда" заметила, что дневник Эстер, который она спрятала за шкафом, лежит совершенно не так, как она его положила.
Осознание пришло внезапно. Лили отправилась искать папу. Вопрос только, когда она ушла. Вряд ли ночью, там такая темень, что никакой фонарь не поможет. Значит, ушла с рассветом. Рассвет был не так давно, значит Дженса ещё успеет её догнать. Именно об этом она думала, натягивая сапоги и пуховик прямо поверх пижамы. Именно об этом она думала, выбегая на улицу под мамины окрики. Именно об этом она думала, когда тщетно пыталась звать сестру, как сумасшедшая бегая по всему городу. Но ответом на её крики было лишь молчание и пустота. Ни сестры, ни следов, ни даже тумана.
Глава 07. Прости, мама
После исчезновения Лили прошло около пяти дней. За эти дни ни Дженса, ни её мама не проронили ни слова. Фрида стала бледной тенью самой себя. Потеря ещё одной дочери стала для нее страшным ударом. Дженса же не притронулась к дневникам старшей сестры и целыми днями сидела в своей комнате, смотря в окно.
На пятый день привезли паёк. Фрида, что тоже была дома, проигнорировала этот факт, продолжив что-то механически делать на кухне. Пришлось её дочери брать документы и спускаться вниз, к машине, где проходила раздача.
– Давно тебя не видел, – неожиданно раздался голос Калеба, который уже получи паёк для своей семьи. – Все в порядке?
Дженса покачала головой. Почему-то говорить о Лили не хотелось. Не хотелось слушать слова утешения, или что надо сосредоточиться на тех, кто остался, чтобы выжить. Она это и так знала. Как знала, что не сорвись она на сестру, она бы не исчезла.
– Все хорошо, – вздохнула она, принимая пакеты с пайком. – Тревожно просто. Когда же нас, наконец, эвакуируют?
– Не скоро, – так же вздохнул Калеб. – Если до нас вообще очередь дойдет. Роуз же ещё здесь, хотя она живёт на утесе. Надеюсь, что ещё живёт.
– Что значит "надеюсь"?
– Она мне звонила полчаса назад, плакала и просила помочь. Я хотел спросить, что произошло, но у них отключилось электричество, я даже не успел спросить, что происходит…
Договорить Калеб не успел, Дженса вручила ему свои пакеты со словами: "отдай моей маме" и бросилась в сторону утеса. Она потеряла отца и обеих сестер, потеряла друга, и уж точно не выдержит, если исчезнет ещё и лучшая подруга. Если прошло только полчаса, то может, есть шанс спасти её, чтобы там не произошло.
Город вымер. Дороги были не чищены, одни лишь автомобильные колеи, оставленные военным транспортом, говорили о том, что здесь ещё остались люди. Кафе и магазины на нижних этажах домов были закрыты, а окна во многих квартирах плотно зашторены. Патрульных на улицах тоже было не видать, что с одной стороны не могло не радовать, встречаться с ними Дженса не хотела, но с другой стороны напрягало. А где же обещанная защита?
Вдали замаячила неясная фигура. Дженса тут же замерла и попыталась слиться со стеной. Неизвестно, кто это мог быть, а встречаться ни с дружиною, ни с мародёрами у неё не было никакого желания. Фигура приближалась, и Дженса с изумлением увидела знакомое пальто.
– Роуз! – не смогла сдержать удивления девушка, заметив подругу. – Ты жива!
Услышав свое имя, Роуз вздрогнула, а затем в изумлении посмотрела на подругу, прячущуюся между стеной и сугробом.
– Дженса! Ты что здесь делаешь?
– Ищу тебя, – ответила гитаристка "детей Вёлунда". – Калеб сказал, что ты звонила ему и просила помощи, а потом связь оборвалась. Я испугалась и побежала искать тебя.
– Да, – голос Роуз дрогнул. – Мы сидим без связи уже неделю, на утесе никого кроме нас не осталось. Но это не самое страшное. Крис… Он исчез…
С этими словами Роуз рухнула в объятия подруги и разрыдалась. Дженса сама поняла, что не может сдержать слез. До этого она держалась, но сейчас дала волю эмоциям.
– Лили тоже, – тихо прошептала она, гладя подругу по спине.
– Пять дней назад. А я даже ничего не могла сделать, родители с меня взгляд не сводили.
– Пять дней назад, и все из-за меня…
Пока подруги рыдали в обнимку, к ним незаметно подошли несколько дружинников, пытаясь выяснить, что вообще происходит. Роуз, увидев их, тут же высказала и все, что думает про их "охрану", ведь её семья буквально оказалась брошена на утесе без связи, и за эти дни к ним даже никто не заглянул. В конце её гневной тирады, она добавила, что у нее исчез брат, и она отправилась за помощью. Дружинники выслушали всю эту речь, а затем приняли решение разбираться с двумя девушками, ищущими детей, в штабе, а не на улице.
Штаб расположился в бывшем отделении полиции, которое и в более спокойное время был не тем местом, куда хотелось прийти по доброй воле. Сейчас же общая атмосфера участка стала ещё более гнетущей. Лица дружинников и военных были буквально серыми от усталости и тревог. Выслушали они, что Роуз, что Дженсу внимательно, но в их глазах явно читалось, что ничего поделать уже нельзя.
– Если наткнемся, вернём вам, – вздохнул дружинник, – но не рассчитывайте. А теперь ждите, когда освободиться патруль. В одиночестве по городу передвигаться теперь запрещено.
Ждать предложили в одном из кабинетов, что сейчас служил комнатой отдыха. На удивление там уже сидела грустная Вивьен, а за столом Ханнес заполнял какие-то бумаги.
– Дженса, Роуз! – воскликнула подруга Кассандры. – И вы здесь. Только не говорите, что и у вас тоже.
– Тоже что? – насторожились Дженса.
– Тоже пропали все родственники, – закончил за Вивьен Ханнес, отрываясь от письма. Сама же Вивьен лишь вздохнула и с грустью уставилась в пол.
– Я не знаю, как это случилось, – тихонько произнесла она. – Я была в душе. Радовалась, что появилась горячая вода, решила немного попариться, так как жутко замерзла. Когда же я вышла, увидела, что все окна и двери нараспашку, родителей нигде нет, а за окном клубится серебристый туман. Я испугалась, спряталась в душе, просидев там почти целый день, а когда вылезла, то все уже закончилось. Оставаться одной мне было страшно, и я попросила укрытия у военных.
Дженса и Роуз выслушали этот сбивчивый рассказ молча, мысленно пытаясь связать это с исчезновением Лили и Криса.
– Надеюсь с вашими семьями все в порядке, – с надеждой спросила она, отчего у Роуз опять навернулись слезы.
– Крис пропал, – она смахнула слезу тыльной стороной ладони, – и Лили тоже. Мы попытались их найти, но попались. И, судя по всему, искать их никто не будет.
– Люди пропадают каждый день, дружинники в особенности, – подал голос Ханнес. – Брат настаивает, чтобы я больше не ходил в патруль. Как бы мне не хотелось этого говорить, но все, что мы можем, это продержаться до эвакуации. Я не уверен, что пропавших можно вернуть.
Роуз опять поджала губы, пытаясь сдержать слезы, а Дженса заботливо обняла подругу, и в этот момент про портативному радио начали передавать экстренное сообщение.
"Внимание, внимание, паром, перевозящий первых эвакуированных, пропал с радаров. Повторяю. Паром, перевозящий первых эвакуированных, пропал с радаров".
– Как это? – испуганно прошептала Вивьен. – Получается, мы теперь отрезаны от материка.
– Быть не может, – так же испуганно добавила Дженса. Последний шанс на спасение был разрушен. Для Роуз это так и вовсе стало последней каплей.
– Будь проклят этот остров! – вскричала она, вырываясь из объятий Дженсы. – Будь проклят тот день, когда отец решил сюда переехать!
С этими словами она резко распахнула дверь, и помчалась к выходу. И как бы Дженса не старалась её догнать, гнев придал Роуз столько сил, что она увернулась и от подруги, и от дружинников, а затем выбежала на улицу и скрылась среди сугробов.
– Роуз! – в отчаянии крикнула Дженса. – Погоди! Я не хочу потерять ещё и тебя.
– Оставь, – Ханнес подкрался незаметно и положил руку на плечо подруги. – Ты же слышала сообщение. Нам не выбраться с этого острова, и нет смысла уже переживать за свою жизнь. Когда мы все исчезнем, лишь вопрос времени.
Дженса низко опустила голову. Как это ни печально, но её друг прав. Смысла прятаться уже не было, катастрофа неизбежна.
– Пойдем, – продолжил Ханнес, – провожу тебя до дома, чтобы у патрульных вопросов не возникло.
Дженса кивнула, и уже собиралась пойти да другом, как вдруг в голову пришла одна идея. Что толку прятаться. Завтра она дойдет до руин базы и либо узнает правду, либо исчезнет сама. Третьего не дано.
– Ханнес, – тихо, чтобы никто построений не услышал, произнесла Дженса, – могу я попросить тебя об одолжении. Мне нужна повязка дружинника, и, если есть возможность, то снегоход. Знаю, возможно, это будет слишком…
– Да нет, – пожал плечами басист "Детей Вёлунда". – Повязок сейчас хоть завались, да пара бесхозных снегоходов тоже. На Свартелунн, знаю, был один. Людей не хватает, чтобы его перегнать.
Тень улыбки пробежала по лицу Дженсы.
– Спасибо, Ханнес, – тихо прошептал она.
Перед домом Дженсы, Ханнес снял с себя повязку и отдал подруге. "Все равно мне новую выдадут", – пояснил он. Дженса благодарно кивнула и напоследок обняла друга, прежде чем подняться к себе. У двери стояли пакеты с пайком, видно Фрида так и не вышла за ними, хотя Калеб наверняка стучался.
– Мам? – спросила Дженса, прокрадываясь в квартиру. – Ты где?
Фрида была на кухне. Сейчас она уже не готовила, а сидела с чашкой чая, задумчиво глядя в окно.
– Мам, я вернулась, – начала Дженса. – Прости, что убежала. Я не хотела. Просто… Просто я испугалась, что что-то случилось с Роуз. Я… Я не выдержала. Сначала папа с Эстер, потом Рауль, потом Лили. Я испугалась, что потеряю ещё и её.
Фрида не шевелилась и даже не взглянула на дочь.
– И Лили… Это все моя вина. Мы тогда поссорились. Она начала обвинять нас, что мы не любим папу, не звоним и не едем к нему. И я вспылила… Выложила все, как есть, что они пропали в тумане. И мне кажется, Лили убежала искать папу…
– Мы обе виноваты, – Фрида медленно повернулась к дочери. – Если бы я не старалась утаить от Лили правду, и не потакала всем не желаниям, лишь бы её не тянуло в лес, как вас обеих, она бы сейчас была бы с нами. И это я должна просить у тебя прощения.
Дженса не выдержала, и кинулась в объятия матери, которая принялась гладить свою последнюю дочь по голове.
– Слышала новости? Получается, мы теперь умрем? – тихо спросила гитаристка "Детей Вёлунда".
– Не знаю, – вздохнула её мать. – Но я хочу побыть это время с тобой. Я отказалась от смен.
Дженса промолчала. Было ясно, что мама готовилась к худшему. Да и сама дочь Фриды была полностью согласна с матерью. Не хотелось, чтобы катастрофа наступила, а вы раскиданы по разным частям города, а последние минуты жизни потратить, пытаясь в панике добраться друг до друга.
– Держи, – Фрида неожиданно отстранилась от дочери и протянула ей дневник. Тот самый, который Дженса прятала за шкафом. – Я сразу поняла, что ты не остановишься на полпути. Только умоляю, чтобы ты там не прочитала, не делай глупостей.
Дженса послушно кивнула и, поблагодарив маму, ушла в свою комнату в надежде, что вскоре она докопается до правды.
В комнате девушка забралась под одеяло и принялась читать. В прошлый раз она дошла только до середины, и ничего важного не обнаружила (только то, что Эстер бесили её сестры, и нравился старшеклассник, что сейчас работает на почте). "Неужели я ошиблась, и она не доверила это даже дневнику", – подумала Дженса. До конца блокнота оставалось не так много страниц. И тут, наконец-то Дженса увидела заветные строки.
"Сегодня на экскурсии в НИИ разговорилась с одним из старых сотрудников. Оказывается, раньше наш институт был больше, у них целый полигон для исследований в лесу был, но закрылся из-за недостаточного финансирования. Интересно, от него что-то осталось?
Попыталась копнуть в эту сторону. Забавно, оказывается, куда-то делись протоколы испытаний, проходивших на этой исследовательской базе. Я попросила Эмиля посмотреть, не осталось ли чего, но он только развел руками. Но вот старые сотрудники говорят, что до того, как объект в лесу законсервировали, на нем было совершено какое-то открытие века.
И все же мне кажется, что Эмиль что-то не договаривает. Сначала он говорит, что ничего не знает о том, что исследовали на базе, а потом вдруг уверенно говорит про открытие века. Интересно, он просто мне поддакивает, или на самом деле знает куда больше?
Да! Я выяснила, как добраться до базы. Так и знала, что она за обрывом. Сверила старые карты острова, и от института до леса есть прямая дорога. Ну конечно, будут учёные пёхом через весь остров шлёпать. Эта улица, как я думала, упирается в забор, но на деле она продолжается в лесу. Надо просто идти прямо, никуда не сворачивая. Завтра мы с папой сходим к руинам базы. Я уже предвкушаю, как разгадаю тайну "открытия века".
На этом записи в дневнике обрывались. Дженса некоторое время сидела, тупо глядя в потолок, пытаясь переварить то, что она узнала. Ни слова о тумане, лишь рассуждения об открытиях века. "А если туман и есть открытие века? – подумала гитаристка "Детей Вёлунда", поднимая глаза к потолку. – Интересно, что они разрабатывали такое? И может ли кто-то охранять эту тайну, убивая всех, кто подойдёт к базе слишком близко? И причем здесь Эмиль?"
Все эти вопросы не давали Дженсе покоя всю ночь. Как связаны туман и открытие? Почему пропадают люди? Что знает Эмиль, раз так боится, чтобы Дженса ходила к руинам? Почему эту базу вообще законсервировали? Иногда девушка проваливалась в сон, но и тогда облегчения не наступало, и мозг снова и снова подкидывал ей пугающие образы: то туман, пожирающий город, то мертвых сестер, то Эмиля, заключающего сделку с демоном. Проснувшись после очередного кошмара, Дженса решительно встала с постели и принялась собираться. Сегодня она дойдет до базы. Сейчас ей уже нечего терять, все равно их скоро поглотит туман, так какая разница, исчезнет она сейчас, или же будет сидеть дома, трясясь от страха в ожидании неизбежного.
– Прости, мама, – тихонько прошептала она, и выскользнула на улицу.
Глава 08. Проблеск солнца
Солнце едва начало подниматься над горизонтом, а Дженса уже шла по пустым, заметенным снегом улицам. Нет, гулять по утрам ей было привычно, но одно дело знать, что город просто спит, а совсем другое, что медленно умирает. Особенный ужас у неё вызывали пустые кофейни, магазины и лавочки, многие из которых так и стояли открытыми, словно хозяева просто ненадолго отлучились и вот-вот должны были вернуться. «Все хорошо, все хорошо», – как мантру повторяла себе девушка, хотя идея добраться до руин базы теперь не казалась такой уж блестящей. Дженса нервно потеребила повязку дружинника, хотя вряд ли кусок тряпки смог бы её сейчас защитить, разве что снять возможные вопросы, столкнись она сейчас с кем-нибудь живым. Но ни одного человека в поле зрения видно не было, лишь сугробы да голые деревья.
До улицы, на которой, по слова Ханнеса, должен был стоять снегоход, оставался один квартал. Ещё чуть-чуть и можно будет не ломать ноги в сугробах, всего-то один перекрёсток. И тут Дженса в ужасе остановилась. Прямо мимо неё, на перекрестке проплывал серебристый туман. Лишь чудом девушка сумела заставить себя укрыться в ближайшем сугробе, а не стоять на месте. «О, Боже, вот и смерть», – девушка затаилась дыхание.
В тишине удары сердца, казалось, были слышны на всю улицу. Секунды казались часами, но ничего не происходило. Туман даже не простирался в сторону девушки, а уходил куда-то к центру города, хотя ветра вроде не было.
Спустя минут десять, Дженса все же решила вылезти из своего укрытия. Тумана уже не было, а на том месте, где он был, на снегу осталось множество следов. Гитаристка «Детей Вëлунда» внимательно осмотрела их, с удивлением заметив, что почти все они человеческие. Часть из них была явно оставлена зимней обувью, но попадались и следы летних балеток, и каблуков. Но главное, ни один из следов не выходил за границу тумана.
«Странно все это», – подумала Дженса, и бросилась бежать, в надежде, что Ханнес не соврал и снегоход на месте. Так у неё хоть какая-то фора перед туманом будет.
Да, басист «Детей Вëлунда» не подвел. Снегоход был ровно там, где он и сказал, и даже с ключами и полным баком. «Мне повезло», – ухмыльнулась Дженса, запуская двигатель и трогаясь с места. На такой штуке она ни разу не каталась, но если уж она справляется с машиной Эмиля, то со снегоходом тоже должна управиться. Главное не свалиться по дороге.
План изначально был такой, добраться до института, а там выйти на дорогу, о которой писала Эстер, но раз уж в город пошёл туман, то придется вспомнить навыки ориентирования в лесу и прикинуть, как эта дорога может идти. Оказалось, что это сложнее, чем Дженса думала вначале. Лес, что до этого был ей другом и домом, сейчас выглядел враждебно. Голые ветви больно хлестали по лицу, а особо сильный порыв ветра грозился обрушить на голову Дженсы толщу снега с верхушки дерева. Несмотря, на это, девушка продолжала упорно двигаться вперед, и вскоре её труды были вознаграждены. Среди густых деревьев показался просвет и небо. Она выехала к обрыву. Спрыгнув со снегохода, Дженса почти сразу провалилась в снег, но это было не главное. За обрывом, среди голых деревьев показалось заброшенное здание. Дженса чуть было не расхохоталась от радости. А правда была так близка, просто летом старую базу скрывали листья деревьев, а зимой Дженса так далеко не ходила.
Когда эйфория прошла, возникла другая задача, как спуститься. И вроде склон в этом месте был не отвесный, но выглядел он все равно опасным. Дженса взглянула на снегоход, но тут же отмела эту идею. Разобьет ещё, на чем домой возвращаться (да, Дженса была ещё той оптимисткой). Да и кто его мог здесь угнать? Не зайцы же. В итоге она попыталась аккуратно, бочком, спуститься, но все же не удержалась и кубарем полетела вниз, набив себе кучу шишек.
Перед глазами были лишь небо и верхушки деревьев. Облака мирно плыли по своим делам, а легкий снег плавно опускался на лицо, вызывая, приятную щекотку. До Дженсы не сразу дошло, что она лежит у подножья обрыва, распластавшись на снегу. «Я, жива!» – прошептала она, пытаясь подняться. Все тело болело, но она до сих пор была жива. И вот оно, то самое место, где исчезли папа и Эстер. Интересно, увидели ли они старый полигон, перед тем, как навсегда сгинуть, или же Дженса первая из их семьи, удостоенная этой чести.
Здание, которое служило местом проведения всяких испытаний, было ничем не примечательным – просто кирпичный трёхэтажный дом. Стекла практически везде были заколочены, хотя кое-где доски уже обветшали, и Дженса нашла удобное место, чтобы пролезть внутрь. «Странно, – подумала она, – от кого они заколотились. Не ходит никто за обрыв».
Внутри оказалось темно и сыро. Дженса на мгновение даже пожалела, что сюда забралась, вдруг тут чудище обитает, но потом, рассудив, что какая разница, когда она с этим чудищем встретится, пошла методично исследовать каждый кабинет.
Удивительно, но брошенной эта исследовательская база не выглядела. Ничего не было раскинуто, а скорее убрано, до лучших времен. Видно права была Эстер, это место просто законсервировали. Судя по мебели, пробиркам и плакатам, здесь проводили опыты с микробиологией, что как раз соответствовало изначальной спецификации института, где она работала. И впрямь, филиал, или полигон для тех испытаний, что в городе не проведёшь.
Пару раз Дженса наткнулась на несколько весьма неплохо оснащенных лабораторий, с поправкой на оборудование прошлого века, конечно.
– И почему тебя забросили? – прошептала она, прикасаясь к старой кирпичной стене, словно та могла дать ей ответы на все вопросы. Но ответ вряд ли крылся в плакатах или пробирках, надо было взглянуть на их документацию, если ее, конечно, не забрали или её не сгубило время.
И поиск начался сначала. Дженса заглядывала во все столы, шкафы и тумбочки, до которых могла дотянуться. Пока ничего важного. Было много накладных и чеков, пара журналов дежурств и один, где сотрудники расписывались за технику безопасности. В другой раз девушка обнаружила дневник проведения эксперимента о разработке какого-то антибиотика. Дженса пролистала журнал и, подумав немного, забрала с собой. Дома изучит подробнее. Но это не то, что она ищет. А вот другой журнал, что сохранился чуть хуже, уже выглядел многообещающе. По крайней мере «бактерии, что очищают воздух» тянули на «открытие века».
Колония бактерий поглощает CO2, производя на выходе O2. Не прочесть. Учитывая, мировую тенденцию к накоплению парниковых газов и углеродному следу… Не прочесть. Колония показала себя жизнеспособной. Проведение контрольный эксперимент. Результат… страница изъедена насекомыми. Следующие несколько страниц – различные контрольные замеры при разных условиях. Половину строчек было не прочесть, но затем взгляд Дженсы зацепился за следующие строки.
Не рентабельно. Гибнут при… не прочесть. Опасно. Попадание в организм млекопитающего вызывает поражение мозга сравнимое с бешенством. Колонию уничтожить. Снова не прочесть. Колония покинула изолированную зону. Требуется эвакуация и консервация объекта.
На этом записи обрывались. Дженса ещё раз перечитала последние строки, а затем сунула лабораторный журнал к себе в сумку. Надо было срочно уходить, пока туман, а точнее колония бактерий, не вернулась. Вопросов стали больше. Как они летают по городу? Почему похищают людей? Почему так долго ничего не происходило, а теперь вдруг начались массовые исчезновения? Но с этим она разберется позже, а сейчас надо добраться до дома.
Выйдя из здания, Дженса огляделась, прикидывая, как будет подниматься. Снегоход так и стоял на обрыве, но вот лезть к нему там же, где она кубарем скатилась, не хотелось. "Здесь же была дорога, – подумала девушка, оглядываясь. – Значит и спуск должен быть пологий". Прикинув, где был центральный вход в лабораторный комплекс, гитаристка "Детей Вёлунда" принялась искать ту самую дорогу. И наконец, ей повезло. Она заметила весьма пологий склон, да ещё и хорошо утоптанный. И тут ей стало жутко. Получается, сюда постоянно ходит толпа людей. А если колония бактерий вызывает у них нечто сравнимое с бешенством.
Дженса огляделась, словно загнанный зверь. Впервые она увидела, что раньше не замечала, а именно берлоги и шалаши из валежника, лежбища, и обглоданные кости, наполовину съеденные туши, возможно даже человеческие и прочие следы того, что здесь обитают хищники. Девушка нервно сглотнула. Сейчас-то лежбище пусто, но что будет, когда туман вернётся. Станет ли она одной из этих дикарей или же превратиться в обед. Выяснять не хотелось, поэтому Дженса бросилась бежать.
По утоптанному снегу идти было гораздо легче, так что половина пути до вершины была преодолена достаточно быстро. А там спасительный снегоход и гнать до дома на полной скорости. Но, увы, удача решила, что Дженсе и так сегодня везло, и из-за ближайшего куста выскочило два зайца. Тех самых, башенных. Хорошо, что в этот раз Дженса, подгоняемая страхом, оказалась проворнее, и забралась на ближайшее дерево.
– Да, попала ты Дженса, – прошептала девушка, с тревогой смотря вниз. Сердце бешено колотилось. Оставаться на месте было нельзя, туман, а вместе с ним толпа башенных зомби, могут вернуться в любую минуту. Слезать тоже чревато. Сожрут ведь эти зайцы и не подавляться. И на хищника Дженса не тянула, и внушительной палки с собой не взяла. Даже нож грибника сдуру дома оставила.
Время тянулось медленно. Зайцы и не думали уходить, лишь скакали туда-сюда, видно учуяли добычу. А затем произошло странное. Зайцы замерли. Несколько секунд простояли, словно в глубоком трансе, а потом оба бросились врассыпную, как самые обычные зайцы. Дженса наблюдала это с неподдельным интересом, а когда поняла, что зайцы исчезли с концами, рискнула слезть, но, на всякий случай, вооружившись подвернувшейся под рукой большой веткой.
– Получается, это "зомби-бешенство" обратимо, – рассуждала она, ковыляя вверх. Идти, опираясь на палку, было гораздо легче. Вот уже и привычный лес показался. Осталось совсем чуть-чуть, и она вновь будет в безопасности. И тут, среди деревьев, гитаристка "Детей Вёлунда" заметила какое-то шевеление. В ужасе, она опять юркнула в ближайший сугроб.
Непонятое шевеление среди деревьев и не думало прекращаться, и хоть вначале Дженса решила, что ей что-то померещилось, то теперь была уверена, там что-то есть. Вот только что? Дженса решила выглянуть из укрытия и подойти поближе. Сперва она разглядела оливковый пуховик. Кто-то из похищенных туманом потерял? Но тогда почему он шевелится, если ветра нет. А затем Дженса разглядела рыжие пряди. Неужели?..
– Рауль! – воскликнула девушка, забыв о всякой осторожности. Её друг. Неужели он жив.
Удивительно, но Рауль повернулся на голос подруги. Глаза его при этом были ясные, не такие, как у башенных зайцев, но в остальном выглядел он плохо. Кожа была бледной, под глазами синяки, в уголках рта следы крови. Дженса старалась не думать, чья это может быть кровь. Пуховик порван в нескольких местах, и висит на их барабанщике, как на вешалке.
– Дженса! – воскликнул он, и девушка заметила, что он все время дергает левую ногу, которая находилась аккурат между двумя стволами дерева. – Что ты здесь делаешь? Уходи! Сейчас же!
– Успокойся, – девушка рискнула подойти поближе. – Рауль… Как я рада, что ты нашелся. Мы с конца декабря места себе не находили.
– С конца декабря? А сейчас что? – брови Рауля изумлённо поползли вверх.
– Середина января…
– О нет…
– Рауль, – попыталась успокоить друга Дженса. – Все хорошо. Расскажи, что произошло. Как ты тут оказался?
– Это всё туман, – вздохнул барабанщик "Детей Вёлунда". – Мои родители. Я знал, что они хотят уехать, но не знал, что это будет прямо сейчас. Буквально после школы я увидел чемоданы, и мама сказала, что паром через час. Я вспылил, сказал, что никуда не поеду, и вообще, у меня сегодня свидание, а после чего убежал. Хотел через лес добраться до Роуз. Все равно предки бы за мной через лес не пошли. И тогда я попал в туман. Это было странно. Я видел лица людей, они кидались на меня, но я продолжал бежать. А потом все исчезло. Я не помню, что происходило в эти дни, но очнулся я здесь, пару дней назад. Моя нога намертво застряла, я не могу выбраться. А ведь если туман вернётся, снова наступит этот кошмар. Дженса, прошу, беги. Ты ещё сможешь избежать этого ужаса.
