Текст книги "Внешняя проверка (СИ)"

Автор книги: Евгений Востриков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Павел: «Кто-то похожий на Ленина ... Попал в бомжи ... голодает».

Охранник: «Ленин? Бомжом? Вождь революции на помойке?»

Павел: «Ну да ... Хотя кому он будет нужен после этого?»

Охранник: «Правильно. Вождь народа – бомж это абсурд. Есть у нас специалист по снам из охраны, но его сегодня нет ... Про инопланетян рассказывал, тарелки космические ... Может, ты тоже из них? Сходи к врачу – мой тебе совет».

Павел: «А других таких организаций в городе нет?»

Охранник: «Нету, город небольшой… Все у нас есть…»

Павел едет назад, ставит машину в гараж и идет домой. Дома встречает жена.

Лена: «Где был?»

Павел: «Ездил недалеко. Приснились бомжи, недоедают. Хотел подкормить».

Лена: «И как? Нашел?»

Павел: «Нашел, кормят нормально ... Там есть охранник, который тоже видел сны про инопланетян».

Лена: «И что ты хочешь сказать, что вас тут целая организация? На себя посмотри ... и тот такой же ... инопланетянин-охранник ... ничего это не значит. Садись ужинать, пока не остыло... свихнешься ты с этими снами».

Павел: «Наверное, этими снами и видениями меня кто-то дурит».

Лена: «Кому ты нужен? Там на тумбочке в коридоре лежат таблетки, купила тебе по дороге, попробуй, может, помогут».

После ужина, во время чая.

Лена: «Мне сказали, что в ДК завтра выставка открывается, сходи, развейся… мне расскажешь… а то сидишь дома, вот тебе и лезет в голову всякое».

Павел немного думает.

Павел: «Схожу, пожалуй... все равно в отпуске...»

На следующий день Павел идет на выставку, часть из нее религиозная. Последняя часть экспозиции, на выходе, представляет собой изображения Богородицы по обеим сторонам коридора. Павел немного смотрит на них и выходит на улицу. Через некоторое время над головой появляются изображения котов и бомжей.

Низкий женский голос: «Тебя загнали именем сына».

Павел идет дальше по улице, размышляет. Потом проговаривает самому себе.

Павел: «Загнали… То есть все это кино было для того, чтобы направить меня куда-то? В бомжи? Цивилизация такая? Использование добра в чьих-то целях… Даже и коты с собаками! А задача на самом деле состоит в другом?»

Павел выходит на бульвар, ищет скамейку и присаживается на нее.

Американские патриоты

Эльта-Сефотона, внутри машины. Дело происходит в баре в городке на Среднем Западе США. Время после обеда. Участвуют только белые американцы.

Билл уже находится в баре, выпивает. За стойкой Джонни. Вдалеке работает телевизор, идет трансляция новостей. Рассказывается о мировых проблемах, внешние угрозы и т.п.

Билл: «Джонни, выключи ты эту тарахтелку... Надоело уже».

Джонни: «Мне тоже... Трещат и трещат, а толку никакого... Может, еще налить?..»

Билл: «Да, давай... пожалуй, с содовой..»

Джонни наливает в стакан виски с содовой и подает.

Джонни: «Плохо с работой? Сейчас всем плохо...»

Билл: «Страна катится непонятно куда. Все наперекосяк. Делают вроде, а толку нет. Только деньги на ветер».

Джонни: «Да, деньги и деньги. Раньше страна была как страна, все работали и деньги были честными. Вот ткани... вот доллары, вот гвозди ... за них доллары. А теперь кругом какие-то бумажки в несколько слоев».

Билл: «Сейчас одни бумажки. В банке вот предлагают кредит... а в обеспечение рекомендуют другой долг, уже мне, хоть дяди Тома из Австралии. Только где мне его взять, дядю?»

Джонни садится на стул и протирает стакан.

Джонни: «Это все евреи. Это они испоганили нашу страну. До них и мафии у нас не было. Как только они появились, так и начались финансовые махинации. Скупили все подчистую. Им что, они ни с одной страной не связаны. Сегодня здесь, а завтра в той же Австралии. А на наши заводы им наплевать. Перетащили в Китай, в Индию, потом еще куда-нибудь потянут. Им все равно».

Во время разговора Билл понемногу отхлебывает виски.

Билл: «Да, страной не занимаются, используют, как девку, и все. Выкачивают последнее, потом бросят и укатят. Сколько уже с этим самолетом мучаются, все толку нет... А деньги все выделяются и выделяются. Может, и президенты уже не наши? Вроде такой же Джек из Арканзаса, а попал в Вашингтон и забыл о нас. А этот рыжий боров, он туда еще при Николсоне попал, да так там и сидит. Может, это он и руководит страной?»

Джонни: «У меня свояк бурильщиком работал в Персидском заливе. Этот деятель еще до нашего вторжения там войну организовал, до сих пор минные поля… Да и от нашей войны толку никакого, даже нефть досталась другим в основном. Только людей положили, и наших, и местных».

Дверь бара открывается, к стойке подходит Стив.

Джонни: «Привет, Стив! Как дела?»

Стив: «Потихоньку. А как ты?»

Джонни: «Я, как и все... помаленьку… налить?»

Стив: «Да... как обычно…»

Джонни: «Мы вот с Биллом разговорились, пришли к выводу, что нас всех евреи охмурили... А ты что думаешь?»

Стив: «То же и думаю. Они все газеты к рукам прибрали, все телеканалы. Везде одно и то же, как по команде, только что с небольшими вариациями. Сделаем Америку великой, а кругом вранье...»

Билл: «Да, видел как-то коробки в Овальном кабинете, а потом выяснилось, что китайские, даже и коробки уже...»

Стив: «Почти ничего уже и не делаем, но ВВП, тем не менее, не падал ни разу. Все время рост. А Китай? Что там? Шмотки в основном, да еще пара отраслей, а ВВП прет со страшной силой, уже должен быть больше нашего раза в два, не меньше ... И еще Россия, постоянно о ней трескотня. Вроде как появилось сносное сельское хозяйство, рост ВВП почти нулевой... Зазеркалье какое-то...»

Трое белых американцев продолжают разговаривать сидя за стойкой бара.

Заседание руководства России

Эльта-Сефотона, внутри машины. Совещание Совета Безопасности. Мероприятие уже идет.

Министр иностранных дел: «... не можем мы их понять. Вроде договорились по Ливии, заседание Совета Безопасности ООН, резолюция, потом, с готовой резолюцией, другие действия. Обменялись документами, начали работать, почти согласовали совместную позицию, но перед самым заседанием начались какие-то уточнения... Заседание в итоге сорвано... И еще есть такие примеры».

Президент: «Да, я тоже такое отмечаю в их действиях, чем-то напоминают марионеток, только кукловода не видно. Зашли в договор ... вышли из договора ... зачем они вообще нужны ... Время реакции, видимо, большое ... »

Министр иностранных дел: «Именно... Даже и внутри американские дела не решаются. Элита страны почему-то занята внутренней борьбой. Непонятно. Если посмотреть на это с другой стороны, то получается, что разваливают свою собственную страну...»

Президент: «Надеюсь, что не так... В таком случае и нам достанется, и в экономическом, и в других аспектах...»

Президент: «А что там в военном плане наши заокеанские друзья предпринимают?»

Начальник Генерального штаба: «По нашим данным, особое внимание уделяется теории массированного удара. Предполагается, что массированное применение беспилотных летающих объектов способно нейтрализовать наше ПВО».

Президент: «Да, вы говорили. Что нами предпринимается, доложите точнее…»

Начальник Генерального штаба: «На дальних подступах отличить беспилотник от самолета сложно. В принципе, масса беспилотников способна вывести на цель уже ударный самолет, но и сами они могут быть ударными, управляемыми, в том числе искусственным интеллектом. Можно, конечно, весь рой накрыть ядерными взрывами, но это на крайний случай... Пока активизировали разработки автоматических перехватчиков. Сможем и на большом расстоянии и большое количество перехватить. РЭБ еще подключили, тоже есть обнадеживающие результаты».

Президент: «Есть что показать? Хотя бы опытные образцы...»

Начальник Генерального штаба: «Опытный экземпляр самолета уже почти готов... Еще пара месяцев и начинаем испытания. С РЭБ сложнее, пока не всегда работает, да и в номинале годится только в качестве вспомогательного средства...»

Президент: «Хорошо. Проконтролируйте испытания лично... А что в плане компьютерной безопасности? В положении Ирана не очутимся?»

Зампред Правительства: «Не очутимся, новые отечественные компьютеры уже запущены в серию, идет плановая замена импортных. Аварийные службы уже перешли на нашу технику. Подтягиваем связь... Центробанк на очереди».

Президент: «Ускоряйтесь! Мы ни в чем критическом не должны от них зависеть! Ни в чем! Связь, банки, мосты ... то есть транспорт, как учили. Не забудьте поликлиники и больницы... Там еще полно всего. Нужно переводить системами. Сначала наземная связь, Центробанк и казначейство. Распыляться не надо. Нужны полностью рабочие организации, а не куски…»

Зампред Правительства: «Делаем, господин Президент. Опытные комплекты оборудования для станций скорой помощи уже отгружены. Займемся наземной связью, я понял».

Президент: «Давайте по стратегическим запасам. Кто будет докладывать?»

Заседание продолжается. Начинается очередной доклад.

Вид самолетного ангара. Завершается сборка автоматического беспилотного перехватчика. Инженер подвозит на тележке очередные блоки электроники.

Рабочий на самолете: «Резервированные привезли??»

Инженер внизу: «Да, с искусственным интеллектом ... Оба поставь в шасси. На неделе начинаем наземную отработку систем, и спутниковую связь подключи».

Рабочий: «Сделаем».

Инженер: «Не расхолаживайся, начальство торопит, важная машина. Если нужна помощь, сообщи, не сиди тут один».

Рабочий: «С компьютерами сам справлюсь, а на связь подошлите кого-нибудь, несколько блоков… и рассованы по всему борту…»

Инженер: «Распределенная система, через час два человека подойдут, нормально?»

Рабочий: «Пойдет».

Главная роль

Эльта-Сефотона, внутри машины. Изображение вышеупомянутого помещения на подводном объекте. Идет совещание сотрудников. Среди сотрудников появляется девушка. На стене висит рукописный календарь с отмеченной датой.

Транкогонт: «Что-то у нас это дело не идет. Роль уже давно должна была работать, а ее еще и в помине-то нет. По шее могут дать. Роль важная. Ограничат в питании».

Тикоресгон: «Это какая? Их тут у нас несколько».

Транкогонт: «Та самая, сын Божий – Антихрист. Нам нужна сакральная жертва среди церкви. Она добавит нашим людям возможностей и внимания к церкви в целом. Пророчества должны сбываться. У кого есть предложения?»

Эвенгерот: «Давно уже с ним возимся. Может, бросить пора? Перепробовали уже почти все, что могли. Может ведь совсем дурак образоваться».

Транкогонт: «За дурака с нас, конечно, спросят, но это возможные потери. А вот если не дурак и не делает что нужно, то это будет обозначать, что мы плохие работники».

Тикоресгон: «У нас в запасе еще и мать ведь есть. Я вот пригласил тут нашу девушку. Может, она поизображает? Мать он должен по-всякому слушаться».

Транкогонт: «Не знаю... В принципе, в начале активации роли мы давали мать... Давай попробуем».

Транкогонт девушке: «Ты работала уже у нас? Знаешь что надо?»

Девушка: «Работала. Ничего особенного... сиди да диктуй, и еще ручку можно покручивать, чтобы кукла бесилась... Делала уже».

Транкогонт Эвенгероту: «Накидай ей пару листов. Пусть транслирует, и возбуждение нервов поставьте, где нужно. Покажи ей, как переключать кадры…»

Эвенгерот: «Сделаем... Покажем...»

То же помещение через некоторое время. Девушка сидит возле микрофона и диктует текст. Под рукой у нее тумблер, кнопка и ручка регулировки уровня. Сначала она нажимает несколько раз кнопку, а затем начинает говорить. На небольшом мониторе при нажатиях кнопки меняются изображения женщины в позе просьбы. Ручка регулировки под конец сдвигается из середины вправо почти до упора.

Девушка диктует: «Маленький мой... Родненький... Ты ведь должен помочь нам... Ты должен стать тем, кем должен быть... Антихрист это просто другой, такой же, как Христос, но другой. Тебе что, еще и губки кровью помазать нужно? Собирайся ... иди ... яви себя миру ... уже пора...»

Изображение вышеупомянутой квартиры. Павел ходит по квартире и разговаривает сам с собой, повторяя речь, которую читает девушка. Иногда во время разговора он вскрикивает. Перед ним временами появляется изображение женщины в позе просьбы, но полупрозрачное.

Павел: «Родненький... Ты ведь должен помочь нам... Ты должен стать тем, кем должен быть... Антихрист это просто другой, такой же, как Христос, но другой. Тебе что, еще и губки кровью помазать нужно? Собирайся ... яви себя миру ... уже пора».

Павел сам себе спокойно: «Что нужно-то? Говорили, что нужно спасать мир, а тут кого-то явить? Антихриста? ... вроде не похож... и зачем?»

Изображение вышеупомянутого помещения в подводном объекте. Идет совещание сотрудников. На стене висит рукописный календарь с отмеченной датой, но дата и месяц уже другие.

Транкогонт: «Почему-то эта роль не получается. У кого есть соображения?»

Тикоресгон: «Может, он не может нас понять. Ведь в основном формировали роль спасателя мира, революционера».

Транкогонт: «Антихриста тоже формировали, и давно, да и сама жизнь должна была его подвести к нужному выводу».

Эвенгерот: «Ну, это если дурак, тогда да, он все будет воспринимать на веру. А если нет?»

Транкогонт: «Думаешь, какой-то феномен?»

Эвенгерот: «Не знаю. Может, надо покороче?»

Транкогонт: «А это мысль. Надо сделать главное дело с помощью роли или без. Собственно, ухайдакать высокопоставленного попа можно и без роли. Главное, чтобы персонаж появился в нужном месте. Там уже проще... Да, нужно короче и еще интенсивнее... Давай новую текстовку...»

Эвенгерот: «Снова она будет диктовать?»

Транкогонт: «Да. На женский голос люди реагируют живее ...»

Эвенгерот: «Сейчас... Накидаю по быстрому...»

То же помещение через некоторое время, девушка сидит возле микрофона и диктует текст. Кнопку она нажимает во время диктовки. Ручка регулировки сдвинута из середины вправо почти до упора.

Девушка, в микрофон: «Сына... нам мешают монахи... среди них есть сильные колдуны... что же нам мараться... ты же на месте... пойди и разберись... и всем будет понятно, чем они заняты...»

Изображение в вышеупомянутой квартире. Павел ходит по квартире и разговаривает сам с собой, повторяя речь, которую читает девушка. Иногда во время разговора он вскрикивает. Перед головой вспыхивают попеременно изображения человека в длинной темной одежде и женщины в позе просьбы.

Павел, напряженно: «нам мешают монахи... колдуны... пойди и разберись... и всем будет понятно, чем они заняты...»

Павел, уже спокойнее: «может быть, но все данные косвенные...»

Изображение подводного объекта. Девушка выкручивает ручку до упора вправо. Быстро жмет кнопку и диктует.

Девушка, в микрофон: «Убей... убей... Религий нет... Митрополитов нет...»

Изображение в вышеупомянутой квартире. Павел бегает по квартире, полусогнувшись. Перед головой полупрозрачное темное изображение высокопоставленного священнослужителя.

Павел кричит: «Убей... убей... Религий нет... Митрополитов нет...»

Больница, проверка окончена

Эльта-Сефотона, внутри машины. Истерика Павла. Очень сильная. Бегает из комнаты в комнату. Лена пытается его успокоить. Наливает пустырник и заставляет выпить. Он помогает, но ненадолго. Иногда над головой Павла вспыхивают полупрозрачные изображения девушки, в полусогнутом положении, правая рука прижата к груди, выражение лица страдальческое.

Павел: «Сына... мы заберем тебя оттуда... мы пошлем лучших врачей... мы будем класть людей под ноги... ты уедешь за границу и ни в чем не будешь нуждаться... роднюсечка... как же ты намучился... мы отомстим за тебя... они будут харкать кровью...»

Лена: «Паша, не надо, уже поздно, всех соседей перебудишь... Вот возьми, я приготовила. Выпей... поможет. Это пустырник...»

Павел выпивает пустырник, присаживается на вышеописанный диван.

Через некоторое время истерика начинается снова. Павел вскакивает с дивана и снова бегает по квартире.

Павел: «Родной наш... не надо лечения... ты же для дела... как ты можешь... психушка же все разрушит... неужели ты нам не веришь... этой страны больше нет... мы боимся... это же люди...»

Лена заставляет Павла сесть и успокоиться.

Лена: «Паша, успокойся. Сядь и подыши... выпей воды...»

Павел садится на диван, начинает глубоко дышать и берет стакан с водой. Немного отхлебнув, он излагает свое состояние Лене. Лена сидит рядом.

Павел: «И что делать? Это ведь давно уже. На работе еле могу удержаться, а дома прорывает. Еще немного и начнутся концерты на людях. Хоть в психбольницу ложись...»

Лена: «Не знаю. С этим всегда успеется. Мне коллега на работе говорила, что в области есть хорошая клиника, для не совсем психов...»

Павел: «Предлагаешь туда?... Она же, наверное, платная...»

Лена: «Думаю, да, но немного денег у нас есть, а после можно будет занять. Может, тебе на работе помогут, рассчитаемся...»

Павел: «Да, наверное, такое у нас есть... мужики обычно скидываются... Давай попробуем ...»

Лена: «Я завтра отпрошусь с утра, узнаю адрес и поедем, тут недалеко. Сейчас ложись, успокойся и спи...»

Супруги ложатся спать.

На следующий день Павел и Лена едут на автобусе в областной центр. В клинике их принимают, но брать на лечение поначалу не хотят. Семья сидит в кабинете врача возле стола.

Врач: «В общем, диагноз ясен... Я тут вам его написал. Здесь вот рекомендуемое лечение. К сожалению, взять вас к себе мы не можем...»

Лена: «Но почему? Что же, ему так и мучиться дальше?»

Врач: «Случай неординарный, в общем. Условий для тяжелых больных у нас нет, к сожалению».

Лена: «Что же нам делать?»

Врач: «Попробуйте обратиться к профессору. Он может принять такое решение. Кабинет дальше по коридору».

Павел и Лена выходят в коридор и присаживаются на диван. Павел совсем грустный. На лице у Лены появляется решительное выражение, она встает с дивана и заходит к профессору. Минут через десять она выходит из кабинета.

Лена Павлу: «Зайди, поговори, только аккуратно... я договорилась, тебя должны принять».

Павел заходит к профессору. Профессор знаком приглашает садиться возле стола.

Профессор: «Ну-с, рассказывайте, что у вас...»

Павел: «Были видения, что я представитель инопланетной цивилизации, посланный к людям для организации спасения. Назревает Апокалипсис...»

Профессор: «Ну да, ну да...»

Павел: «Для спасения людей во время Апокалипсиса нужна жесткая власть. Все уже подготовлены, в том числе и вожди. Я один из них...»

Профессор: «Это вы о Ленине, что ли? Боже упаси...»

Павел: «И он в том числе. Есть также и ряд других товарищей...»

Профессор: «Хорошо. Все понятно. Посидите тут немного».

Профессор что-то пишет в тетради, а потом звонит по внутреннему телефону.

Профессор: «Зайди ко мне...»

В кабинет заходит доктор.

Профессор Павлу: «Скажите, а видения все время остаются на одном месте или перемещаются вместе с поворотом головы?»

Павел: «Перемещаются...»

Профессор врачу: «Возьми его себе. Ничего опасного, ты же видишь...»

Врач: «Ну да, теперь это очевидно...»

Профессор врачу: «Программу лечения потом мне покажешь...»

Профессор Павлу: «Мы вас берем к себе на лечение. Извините, что потребовались уточнения. Дальнейшие действия вам объяснит доктор. С ним все и обговорите…»

Изображение палаты. Павел лежит на кровати. Ему поставили капельницу. В палату заходит Лена, присаживается на стул возле кровати.

Лена: «Привет! Как тебе торт, который мы привозили тебе на день рождения?»

Павел: «Какой торт?»

Лена: «Ну, ты еще поставил его в холодильник, сказал, что потом с чаем поешь…»

Павел: «Ничего не помню...»

Лена вздыхает: «Ну а лечение как? Что-нибудь дает?»

Павел: «Дает... Внутренний голос, который был почти всю жизнь, стал слабее. Уже не так отвлекает…»

Лена: «Вот видишь... Так и вылечишься… постепенно... Шаг за шагом, как говорится…»

В палату заходит врач.

Врач: «А вот и вы… Мы Павла Александровича выписываем через два дня. Курс лечения заканчивается. Первичного результата мы добились, но долечиваться нужно будет дома. Подробнее я объясню при выписке... Готовьтесь понемногу ... Уже осень ...»

Павел дома. После совместного завтрака Лена уходит на работу.

Лена: «Не забывай таблетки...»

Павел: «Не забываю… Одну уже выпил, а другая после обеда ...»

Лена: «Я ухожу. Ты тут поотдыхай и принимайся за уборку потихоньку. На выходных будет некогда, нас пригласили в гости».

Павел после отдыха, включающего в себя глубокое дыхание, принимается за уборку. Сначала вытирает пыль. Снимает небольшую икону, стоящую на полке, с подставки – толстого куска оргстекла. Снимает и стекло. В толще оргстекла виден таракан. Павел садится рядом за стол, смотрит на таракана.

Павел: «Видимо, нашли, то, что хотели...»

Павел вечером сидит за ноутбуком и что-то печатает. Вдалеке слышны звуки телепередачи. Лена заходит к Павлу.

Лена: «Паша, что делаешь? Пойдем, там кино интересное по телевизору...»

Павел: «Пишу, что помню, все, что мне показывали. Потом можно будет разобраться во всей этой шумихе... Сейчас подойду...»

Лена стоит возле стола, не хочет, чтобы Павел лишний раз напрягался. Павел отвлекается от монитора и показывает пальцами – осталось чуть-чуть.

США – подготовка хаоса

Эльта-Сефотона, внутри машины. США, легковой автомобиль высокого класса стоит на пустынной улице, недалеко от парка. Периодически озираясь, через парк к машине подходит темнокожий американец, одет неброско. Еще раз оглянувшись, он открывает заднюю дверь и садится в машину. Далее разговор происходит в машине, однако видны только темные силуэты. Второй собеседник белый, сидит на переднем сиденье справа, одет в темный костюм.

Флеминг: «Мистер Фримен? Я не ошибся? Здравствуйте».

Фримен: «Не ошиблись, мистер Флеминг. Здравствуйте. Нам пришлось вас дожидаться. Нам еще предстоит работать вместе. Хотел бы вас попросить впредь быть более пунктуальным».

Флеминг: «Прошу прощения. Мне сказали только утром, немного задержался. Впредь такого не повторится…»

Фримен: «Очень надеюсь. Однако к делу. Проводимые мероприятия по организации беспорядков нужно интенсифицировать, они должны стать более массовыми…»

Флеминг: «Я предполагал... в разумных пределах...»

Фримен: «Не нужно... Собственно говоря, нам нужно организовать хаос, а для этого нужна массовость... вы поняли?»

Флеминг: «Полиция будет противодействовать...»

Фримен: «Естественно, но вас это не должно останавливать... Какое-то количество жертв даже необходимо, это только усилит ощущение анархии ... Дополнительно подключите уголовников... Жизнь в городе должна становиться невыносимой... Увеличьте количество агитаторов, пусть усилят напор на века рабства, на проблемы с работой, неравенство... плохое жилье, опять же, жестокость полиции. Все, в общем, как обычно, но нужно активнее, больше людей... попробуйте подключить проповедников, поработайте с латиносами. Это создаст единый фронт борьбы за справедливость... Понятно?»

Флеминг: «Понятно. Потребуется больше денег».

Фримен: «Финансирование увеличится, не бойтесь. Еще один момент. Нужно белых подраскачать... В городе есть памятники времен гражданской войны, устройте там митинг, облейте краской памятник конфедерату... Какое-то количество активистов запишите в стрелковый клуб, оружие и обучение мы оплатим... Потом пригодится...»

Флеминг: «А конечная цель какая? Не останемся без штанов?»

Фримен: «Нет. Нужно переустроить страну по-другому. Мы контролируем ситуацию... Пока все. Я дам знать, когда будете нужны».

Флеминг: «Тогда до следующей встречи».

Фримен: «До свидания, держите в курсе, не забывайте».

Флеминг выходит из машины и идет через парк.

Бар на Среднем Западе США. В баре пусто. Джонни за стойкой, протирает стаканы. Грустный Билл пьет пиво. В бар заходит Стив и подсаживается к Биллу. Работает телевизор.

Джонни: «Привет, как дела? Что налить?»

Стив: «Дела не очень, с работой туговато, но на пиво хватит».

Джонни наливает бокал пива и ставит его перед Стивом.

Билл: «У тебя тоже дела не очень, а говорят, что айтишники везде нужны».

Стив: «Но и выпускают их много и все хотят в айтишники, со всеми одинаково. Если в стране в целом обстановка плохая, то она для всех работающих плохая».

Билл: «Наверное, так. Сейчас только евреям да ниггерам хорошо. Одни занимаются финансовыми спекуляциями, а другие живут себе на пособия и довольны. Ничего им больше не надо. Вон смотри, по ТВ опять их показывают. Очередной митинг, требуют больше пособий, на рабство напирают. Зачем им вообще работать?»

Стив: «Как будто мы виноваты в том рабстве. Да и давно его уже нет, и пособия уже давно, приспособились. Помитинговали, поорали, глядишь, и еще подкинут. От белых американцев уже ничего в стране не зависит. Паши и плати налоги...»

Билл: «Да уж, сели на шею и ноги свесили. Одни спекулируют, другие просто паразитируют. И попробуй что-нибудь скажи, сразу же начнут жертвами прикидываться и в нос тыкать. У одних был давно холокост в Германии, и мы им оказывается, тоже чего-то должны, у других рабство 200 лет назад и опять те же претензии. Везде мы должны».

Джонни: «Вчера по телику показывали, ниггеры на кладбище митинг устроили и памятник ветеранам гражданской войны краской облили. Полиция хоть бы хны ... жертвы аборта ... видите ли, все им теперь можно ...»

Стив: «Ну воевали, каждый за свои убеждения. Война закончилась, поставили памятники, помирились... Нет ... нужно это еще раз расковырять и плюнуть нам в лицо ... тем, кто эту страну и сделал такой своими руками...»

Джонни: «В Вашингтоне в основном о величии Америки трещат, постоянно рассказывают о своих успехах в мировых делах, лезут то в Ливию, то в Сирию, сейчас вот за Иран взялись...»

Билл: «С урожаями в последнее время не очень... ваши проблемы. Заводы перевезли в Китай – Ржавый пояс, отсталые, неудачники...»

Стив: «Я как-то читал, что вообще-то США это чисто добровольное объединение и существует только до тех пор, пока мы этого сами хотим...»

Джонни: «Ты это к чему клонишь? Думаешь, отдельно будет лучше?»

Стив: «Один отдельный штат ничего не сможет, а вот если весь Средний Запад, то это уже совсем другое дело... Получается большое государство, со своей валютой, полицией, армией, таможней. Сельское хозяйство у нас есть, промышленность можно восстановить, тратиться на непонятные войны ради величия не придется...»

Билл: «А Нью-Йорк с Вашингтоном пусть катятся куда хотят, решают мировые проблемы, если будет на что...»

Джонни: «Были тут уже такие люди... Сидели вот за тем столиком... Тоже об этом говорили. Нужно подниматься, сплачивать людей... а то сопьемся и вымрем ... и ничего от Америки не останется...»

Билл: «Останется... флаг... а нас загонят в резервации, как индейцев и будут по телевизору показывать и экскурсии привозить. Вот это белые американцы, рабовладельцы, они когда-то основали эту страну... Сейчас во искупление рабовладения и еще холокоста сидят тут, перевоспитываются...»

Джонни: «Если надумаете, я вас с теми людьми свести могу. Пора этим заниматься, на политиков уже надежды нет...»

Билл: «Стив... ты как?»

Стив: «Давай, Джонни, сведи ... послушаем. Темнокожие-то вот организованные, а мы в своей стране каждый в своем углу ...»

Провокация на границе

Эльта-Сефотона, внутри машины. По лесу идут два латвийских пограничника, подвыпившие. Приближаются к российской границе.

Валдис: «Такая огромная страна, а все не хватает земли. Держатся мертвой хваткой за каждый кусок, как будто последний. Все им мало...»

Янис: «Да, в этой стране как говорят, никогда не заходит солнце. В Калининграде ужинают, а на Востоке уже позавтракали… Империя... и ее боятся. НАТО наше вообще больше похоже на свору детишек, сбились в кучу и думают, что если их будет много, то империя их испугается. Действий никаких ведь нет. Шумят только очень сильно, а русские посмеиваются да укрепляются… и плевали они на наши интересы и права...»

Валдис: «Так и есть. Делают что хотят... Крым оттяпали, никто и не дернулся... санкции какие-то детские... Гвалт периодически, учения организуют, как будто собираются с русскими на самом деле воевать...»

Некоторое время идут молча. Оба пару раз отхлебывают из фляжки, которую один из них держит за пазухой.

Валдис: «Вот и подошли. Вот их колючая проволока и столбы на нашей земле. А вот тут можно пролезть под проволокой, я в прошлый раз подкопал и прикрыл ветками».

Янис: «Стой... ты куда, там же русские... задержат, арестуют... скандал будет».

Валдис: «Ну и хрен с ним... устал уже от бесконечной трепотни... нужно показать, что это тоже наша земля, и мы имеем право проверить, как там дела... Ты со мной?»

Янис: «Русских вроде не видно... Давай пройдемся, только недалеко».

Российская погранзастава. К КПП подходит пограничный наряд с латышами. Латыши в наручниках.

Сержант дежурному по КПП в окошко: «Доложи начальнику, что задержали двоих на границе, латвийские пограничники ... пьяные... нажрались и поперли... натовцы ... б».

Помещение в МИД Латвии.

Представитель МИД: «Мы настоятельно требуем незамедлительно освободить наших пограничников и вернуть их домой в целости и сохранности. Для выполнения наших требований у вашей стороны есть 24 часа. В случае невыполнения наших требований мы оставляем за собой право принять и другие меры для освобождения наших граждан».

Российский посол: «Наша страна согласна их освободить, но они оказались на нашей территории незаконно. Мы рассчитываем на извинения с вашей стороны за инцидент».

Представитель МИД: «Мы считаем извинения неуместными. Это наша земля, незаконно вами удерживаемая. Я вас больше не задерживаю, и помните о 24 часах».

Раннее утро. Штаб латвийской мотопехотной бригады. Помещение дежурного. За пультом сидит капитан, рядом на столе стоит кружка кофе. Заходит полковник с кейсом. Капитан встает, делает шаг навстречу.

Полковник: «Капитан. Поднимайте бригаду по тревоге, полная боевая готовность. Технику заправить по-полной, бригада выдвигается к российской границе. Вот пакет».

Капитан вскрывает пакет и читает документ. После этого нажимает кнопки на пульте. Загораются транспаранты “Тревога” и “Полная”

Полковник: «Звонить командованию не обязательно, они уже едут».

Капитан, тем не менее, звонит по телефону.

Капитан: «У меня представитель штаба. Поступило указание... Понял, действую, жду вас через 15 минут».

Рижский морской порт. С судна, стоящего возле стенки, на причал выезжают американские танки характерной пустынной окраски. Недалеко от причала уже стоит целая колонна.

Железнодорожная станция в России. По дороге быстро едет длинный поезд с танками, стоящими на платформах, в конце несколько пассажирских вагонов. Через некоторое время вслед за ним еще один состав – пассажирские вагоны вперемежку с платформами, на которых стоят БМП.

Германия. Семейная пара ужинает за столом. Срочные новости по телевидению.

Диктор: «Россия нагло провела спецоперацию на латвийской территории. Захватила и удерживает нескольких латвийских пограничников, возвращать которых и извиняться за свои действия не собирается. Руководство НАТО приняло решение поддержать наших латвийских союзников и направляет в страну войска, боеприпасы и прочие материальные ресурсы».