Текст книги "Внешняя проверка (СИ)"

Автор книги: Евгений Востриков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Арторист: «А что такое знак?»

Павел: «Событие в жизни, в котором что-то нужное происходит. Например, знак «кто ты». Был сделан так. Как-то в молодости товарищ по работе принес в общежитие китайское гадание, и-цзин называется. Сели гадать, по фигурам получилось, что я выдаю себя не за того, кто я есть на самом деле. Потом это используется для управления».

Арторист: «Каким образом?»

Павел: «Тычут... Сначала напоминание о событии или мысль, если результата нет, то появляется видение места, в котором происходило это событие, если и это не помогает, то уже впрямую диктуется – «ты не знаешь кто ты». Меня так к митрополиту направляли... чтобы объяснил».

Арторист: «Вообще-то внутренние изображения – часть процесса мышления... потом мысль конкретизируется словами ... насколько я понял... в идеале все должно происходить незаметно».

Павел: «На меня эти картинки не действуют... Оказалось, что у меня абстрактное мышление...»

Арторист: «А откуда вы это узнали?»

Павел: «Сами сказали... те, кто все эти передачи ведет... хотели, чтобы я поменял себе мышление, наверное...»

Белов: «Митрополит должен был объяснить кто вы? А он откуда это знает?»

Павел: «Это просто повод, а на самом деле я должен был выступить в своей главной роли... Вообще-то ролей несколько – антихрист или сын дьявола, или дьявол, потом революционер и еще есть какой-то контролер...»

Лена: «Сколько всего...»

Павел: «Насколько я понял, у митрополита я как представитель высших сил – сын дьявола, или антихрист должен был закатить скандал с обвинениями церкви и монахов в частности в колдовстве. Затем, как мне сказали авторы передач женским голосом, митрополита устранят другие люди. Устранение митрополита станет известным, скандалист тоже... далее это подхватывает зарубежная пресса, и начнется мировая кампания против страны и церкви».

Белов: «Вот как! А устранить это что? И нужны же доказательства колдовства...»

Павел: «Ну по поводу устранить – я думаю ящик, пресса мимо такого не пройдет... А доказательства – они тоже есть, и немало... правда, косвенные... но для западной прессы и этого хватит...»

Белов: «Доказательства колдовства... интересно, а это можно доказать?»

Павел: «Доказать не знаю, а истерию закатить можно... Вот, например – деятельность бога Митрофана в Москве... он часто выставлял свои лотки на мероприятиях, организованных РПЦ. Поддержка? Не знаю, но можно и так это истолковывать... Он еще и шарики какие-то напускал – колдовство... Есть и другие примеры, и их немало... Меня долго мучили длительные истерии, при этом в видениях мелькали люди, похожие на этих самых монахов. Истерии записаны частично ... В церкви есть такие отчитки... формально похоже на те истерии... Все в наличии, для «Нью-Йорк Лайф» достаточно».

Белов: «А вы что? К митрополиту не пошли?»

Павел: «Нет, конечно, пусть живет... Я не враг стране и самому себе... Было еще объяснение, с помощью иконы, что все это кино – обман, я так это понял… Такими людьми потом занимается ЦРУ, а у них там тайные тюрьмы, пытки... Даже руководство этим не брезгует».

Белов: «Почти как в НКВД – Ежов тоже этим не брезговал. А революционер зачем?»

Павел: «Революционер – это способ убрать человека, с помощью педофилии. Как-то пили пиво в компании, там мне сказали, что я Берия. Сработал знак «Кто ты». По легенде, Берия развлекался со школьницами. Потом картинки соответствующие пошли...»

Белов: «И как?»

Павел: «У меня жена, а картинки на меня вообще не действуют... Есть еще роль контролера... может, она и правильная... ходить никуда не надо, педофилия во спасение страны и мира тоже не нужна».

Арторист: «Высшие силы и революционеры это ведь, по идее, разные вещи».

Павел: «Вся сказка базировалась на цикле фантастических произведений, там это одно и то же...»

Белов: «А как из сказки получался дьявол?»

Павел: «В ходе жизни поступает соответствующая информация... Например, рассуждение о том, что Антихрист это то же самое, что и Христос, просто другой... потом счет-фактуру как-то получил на работе номер 666, прочитал книгу про Распутина... тот прямо называл себя дьяволом, потом еще фильм про него был по ТВ – по фильму почти что святой – образец для подражания. Ну и так далее – все это копится в памяти, верить в это необязательно, роль потом включается».

Белов: «Тумблером что ли? Такие есть?»

Павел: «Почти. Для включения роли нужен какой-то физический предмет. После его появления начинается многочасовая истерия, и все компоненты роли прокручиваются голосом и в памяти... Для Антихриста ключом было вино «Мадера» – его пил Распутин. Покупать его я не стал, хотя такие позывы и были».

Арторист: «И как вы это поняли?»

Павел: «С шестого раза понял. Они много чего этим делают, например системного администратора, хотя кроме пары прочитанных когда-то брошюр ничего нет... Купил роутер на свою голову...»

Лена: «Похоже на какую-то агонию с перерывами, страшно...»

Белов: «Значит, нам грозил скандал мирового масштаба... Механизм истории».

Арторист: «У нас на планете один посвященный вам помогал, вы как-то ощутили это?»

Павел: «Как-то покупал электронику в магазине. Зачем-то пошел туда с паспортом в кармане. Купил что хотел, вышел из магазина, а потом очнулся только на выходе из торгового центра... Может это ... для покупок паспорт вообще-то не нужен».

Белов: «А пророчества что-нибудь дают в реальности?»

Павел: «В общем, нет, но вот повредить человека могут. Лену замучил градусником...»

Лена: «В конце концов разбился... никакие меры не помогли. Лежал в безопасном месте на серванте, приболела, мерила температуру и положила подальше. Рядом оказался телефон, он зазвонил, я его взяла, у телефона был шнурок в виде петли для вытаскивания из чехла, он зацепился за градусник, и все... А на мозги капал несколько лет...»

Павел: «По мелочи ничего не сделать. Пытаться что-то предотвратить даже вредно. По работе было предсказание – сломается метчик... Ну и что? Резьбу-то нарезать нужно... Начинаются всякие меры по предотвращению, проверки и перепроверки, работа идет медленно, потом он все равно ломается ... »

Белов: «А предотвратить поломку метчика они не могут?»

Павел: «Нет. В основном могут ломать психику разными методами...»

Белов: «А не по мелочи?»

Павел: «Это уже другая жизнь ...»

Белов: «Ну да. Все это, конечно, интересно, и в другой обстановке можно было бы этим позаниматься, но сейчас нам нужна помощь и от вас в том числе».

Павел: «Староват я уже для войны, хотя отстреливаться смогу».

Белов: «Вы, наверное, знаете, что при жертвоприношениях появляются в том числе и подводные объекты, они вооружены, такой техники у нас нет. Арторист предлагает вызвать помощь с другой планеты. Ему нужно связаться со своими. Для этого вы нам и нужны. Небольшой гипноз, короткий, несколько предложений…»

Арторист: «На связи с вами у нас находится один из посвященных, я с ним недолго поговорю и все... это безопасно».

Павел: «Ну, давайте, раз нужно».

Белов: «Давайте на диван… так будет лучше…»

Павел садится рядом на диван. Арторист на стуле сидит перед ним. Затем он достает какой-то приборчик и включает его. Луч белого света падает Павлу на глаза и через некоторое время Павел выключается, глаза стекленеют. Луч света гаснет. Далее разговор на гортанном инопланетном языке, параллельно идет перевод субтитрами.

Арторист: «Здравствуйте, это Арторист. Мы на месте, подчинение уже идет, высылайте подготовленные звездолеты. Немного времени еще есть».

Павел: «Понял. Передам быстро, но в зоне перехода появилась нестабильность. Как наш подконтрольный?»

Арторист: «Сносно. Разум работает. Нестабильность это, конечно, нехорошо, постарайтесь все-таки...»

Павел: «Стойкий солдатик. Все передам, если будет нужно, выходите на связь так же. До свидания».

Арторист: «До свидания».

Арторист снова направляет приборчик Павлу на глаза, луч фиолетового света приводит Павла в себя. Павел вздыхает, взгляд осмысленный.

Арторист: «Как вы себя чувствуете? Я вам привез подавитель смыслов, он ослабляет постороннее ментальное поле».

Павел: «Нормально чувствую… Прибор? Не особенно он нужен вообще-то... Я уже приспособился... Если не повторять слова из передачи и отвлекаться, то мелькания картинок в памяти ничего не оставляют... это какая-то посторонняя пиратская радиопередача... сама по себе памяти она не формирует. Посидел, послушал, посмотрел».

Белов: «Вы нас извините, но нам пора…Нужно много чего еще сделать».

Павел: «Да, конечно».

Павел и Лена провожают гостей до калитки, стоят немного возле нее, ждут пока автомобиль отъедет.

Оборона России

Эльта-Сефотона, внутри машины . Заседание Совета Безопасности России. В торце стола сидит президент. По обеим сторонам стола располагаются остальные члены Совета.

Президент: «Ну давайте приступим. Сначала нужно уточнить текущее положение, в котором мы находимся. У кого есть соображения?»

Министр иностранных дел: «В мире хаос при одновременном параличе. Такое управление, видимо».

Президент: «Похоже. Нам нужно избежать этого или хотя бы минимизировать. Давайте по нашей стране. Зарубежье отложим на потом. Начнем по пунктам – связь».

Зампред правительства: «В соответствии с вашими указаниями наземная инфраструктура связи работает. Интернет с ограничениями, но тоже функционирует, за счет наземной связи. Не все маршрутизаторы удалось заменить. Выход на зарубежный интернет ограничен. Экономическая жизнедеятельность в целом обеспечена. Спутниковая группировка также в рабочем состоянии».

Президент: «Что с мобильной связью?»

Зампред правительства: «К сожалению, пришлось отключить. Пока разбираемся с компаниями, в каком объеме ее можно использовать. Дело в том, что команды на отключение компьютеров поступали по системе сотовой связи, она доступна практически везде. Правительственная сотовая связь работает в полном объеме. Промышленность просит подключения к ней хотя бы директоров предприятий».

Президент: «Подключите, если есть резерв... То есть компьютеры у нас не работают? А как оборона?»

Начальник Генерального штаба: «Оборона не пострадала. А проблема с сотовой связью была обнаружена у нас».

Президент: «Каким образом?».

Начальник Генерального Штаба: «В одном из наших институтов для проведения экспериментов использовался компьютер с нашей защищенной операционной системой и зарубежным процессором. Ни к каким внешним сетям он подключен не был. В ходе экспериментов приходится параллельно делать большой объем вычислений. С какого-то времени компьютер перестал успевать с вычислениями, хотя до этого все было нормально. Одновременно была замечена работа с диском, которой не должно было быть. В результате анализа выяснилось, что одно из ядер процессора периодически становится недоступным, хотя кроме нашей вычислительной программы в системе больше ничего не работало. Диск сняли и просканировали на другом, уже полностью нашем компьютере. Оказалось, что в резервную область диска записывается большая программа, которая при запуске уничтожает всю информацию на компьютере, также были обнаружены недокументированные команды процессора. При выполнении они выводят его из строя. Получается небольшой автономный модуль, управляемый извне».

Президент: «Вредители? Агентура? Не проверяли?»

Начальник Генерального штаба: «Это испытательный комплекс, в постоянном доступе только клавиатура и мышь, остальное на складе… Расследование провели, никаких посторонних программ или следов их нахождения не обнаружили… Ничего другого не придумали… Современные процессоры это миллиарды транзисторов. Схемы, что и зачем – коммерческая тайна… Проводим исследования….»

Зампред правительства: «Вы позволите, господин президент?»

Президент кивает.

Зампред правительства: «Таких фактов много. В станках процессоры выгорают… Сотовые компании оповестили – действительно, периодически проходит посторонняя информация… Источники выясняются…Поэтому.»

Президент: «Во избежание дальнейших потерь… Правильно в общем. Отсутствие сотовой связи какое-то время пережить можно. А антивирусы? Они могут помочь?»

Начальник Генерального штаба: «Антивирус это просто программа. Она знает в основном то, что знает и операционная система или немного больше. Предотвратить автономную работу процессора она не в состоянии».

Президент: «Много техники под замену?»

Начальник Генерального Штаба: «По нашему ведомству нет, а вообще видимо немало».

Зампред правительства: «Операционные системы Виндоус, особенно современные, требуют обновления и работать отказываются. Связи с серверами нет. Документации по системам у нас нет. Для всех офисных программ есть аналоги на отечественной базе, но работы много. Можно ли доверять иностранным процессорам, пока неизвестно. Антивирусы обновлены в соответствии с последними данными».

Президент: «Как у нас оперативные службы?»

Министр внутренних дел: «Работают. Связь в целом есть. Патрулирование усилили. Часть средств переданы МЧС и скорой».

Президент: «Так. Проблемы есть, но все не рухнуло. Следующий вопрос – банковская система».

Председатель Центрального банка: «Банковская система в целом устояла. Основные банки работают. Некоторое количество периферийной техники придется заменить. Платежи осуществляются. Массовых потерь денежных средств, по последним данным не произошло. Связь с зарубежными контрагентами плохая, внутри страны приемлемо. Как быть с активами в иностранной валюте не знаем. Федеральный резерв ничего определенного не говорит».

Президент: «А вообще, как там у них обстановка, какие перспективы?»

Министр иностранных дел: «Начну с главного – США. Я уже говорил вам, впечатление такое, что ими кто-то руководит и ведет к нужной цели, а они как овцы. Повстанцы организуют свою армию, переговоры то идут, то не идут, свирепствуют банды. Страна погружается в хаос. В перспективе возможно переформатирование государства на новой основе, но пока дело идет к распаду и, возможно, гражданской войне».

Президент: «А ядерное оружие?»

Начальник Генерального штаба: «Пока под контролем. Из восставших штатов они его вывели, что дальше не знаем».

Президент министру внутренних дел: «Мне доложили, что у нас в стране есть какое-то количество паникеров. Как с этим?»

Министр внутренних дел: «Задерживаем, в массовом порядке такого нет. Пока ограничиваемся беседами. Нужно как-то церковь к этому привлечь. В процессе агитации идет опора на религиозные представления ...»

Президент: «Хорошо, я поговорю с Патриархом».

Президент председателю Государственной Думы: «Проработайте вопрос о введении чрезвычайного положения, полностью или частично. О результатах доложите завтра. Теперь транспорт».

Осень. Ольга идет на работу. Навстречу попадаются озабоченные, хмурые люди. Недалеко от офисного здания стоит патруль полиции. Рядом стоят двое гражданских, у них проверяют документы. Ольга заходит в здание и поднимается к себе на этаж. Снимает пальто и проходит на рабочее место. За столом уже возится человек в синем халате – системный администратор. На столе стоит старый компьютер, он включен, работает бухгалтерия. Также на столе стоит старый факс, бумага заправлена.

Администратор: «Вот, что смог. Комп хоть и пожилой, но еще работает. Бухгалтерия тоже не новая, но рабочая, пока работай на этом. Найдем лучше, перенесем базу туда. Интернет нам пока не дали, пользуйся факсом, телефон работает нормально».

Ольга: «Есть перспективы на получше? И есть ли в этом смысл?»

Администратор: «Не ной с утра. Перспективы есть, соседи с третьего этажа обещают два полностью наших компа почти новые, Запад пока помочь не может, будем патриотами. А по поводу смысла – горевать рано, глядишь и прорвемся. Лучше забей пока данные в программу и вчерашний день на всякий случай. Твоя база первая, остальные чужие, компом придется делиться».

Через некоторое время, ближе к обеду. Ольга работает за компьютером, на столе разложены бумаги, в том числе и факсы. В комнату заходит Лидия, тоже с бумагами.

Лидия: «Трудишься? Ну и правильно, может, еще и не конец света, хотя на улице какой-то сумасшедший орал, что все... Директор интересуется, как там наши дела с Екатеринбургом?»

Ольга: «С Екатеринбургом? Платеж дошел, продукции процентов 60 отгрузят, остальное потом, половина станков не рабочие, ремонтируют».

Лидия: «Ну что же, для конца света и неплохо – 60 процентов. А как там твой на границе? Моему тоже повестка пришла, тоже на сборы».

Ольга: «Пока сотовый работал, звонила. Тишина, все так же сидят...»

Лидия: «А смысл? НАТО вряд ли уже будет воевать, не до этого им, а с морскими делами танки не помогут... люди на побережьях просто цепенеют, и все... Если что, у меня проводной дома есть, можно от меня звонить…»

Ольга: «Спасибо, буду иметь в виду... Тогда на суше нужно воевать, от нас до моря далеко...»

Лидия: «Пока надолбы строить не приглашают... Ладно, пойду, доложу... Ты там закругляйся, этот компьютер у нас на двоих…»

Ольга: «Я знаю. Минут через десять подходи…»

Полковник Белов и Арторист на военном заводе. Стоят возле беспилотника. Рядом на столе лежит поглотитель биополя, небольшой продолговатый блестящий предмет.

Белов показывая рукой: «Вот этот. Последняя разработка. Буквально накануне латвийского инцидента закончили испытания. Сверхзвуковой, минимальная высота полета 25 метров. Вооружение ракеты типа воздух-воздух с тепловым и радиолокационным наведением».

Арторист: «У них роговые пластинки по коже, наружная температура может быть почти как у окружающей среды. Наводить лучше по детектору биополя, оно у них специфическое. Пока можно попробовать телевизионное наведение, на фоне моря они хорошо видны, радиолокация тоже пойдет, в принципе. Вы от поглотителя отодвиньтесь, это небезопасно».

Белов, отодвигаясь: «Я помню. Телевизионное наведение, в принципе, есть, только настроить. С детектором пока работают, только недавно узнали, что такое вообще есть, сопрягают, и еще ракета-торпеда готовится. Доложили, уже скоро можно будет пробовать».

Арторист: «Ракета-торпеда правильно. А пока давайте что-нибудь противопехотное, по поверхности. Нужно показать, что они не всемогущие. Вы говорили, специалисты...»

Белов: «Да вот идут...»

Невдалеке по проходу между самолетами идут два человека. Один в белом халате, а другой в синем комбинезоне. В руках у последнего небольшая рамка – крепление для поглотителя. Подходят ближе.

Инженер: «Мы готовы в принципе, место освободили, как раз между двумя вычислителями встанет».

Белов: «Давайте, ставьте».

Арторист: «Я посмотрю, где он будет стоять».

Инженер показывает рукой на стапель.

Инженер: «Прошу за мной».

Инженер и Арторист поднимаются на стапель. Инженер показывает внутрь самолета. На шасси между двух продолговатых блоков есть немного места, как раз для поглотителя. Инженер и Артортус спускаются.

Инженер рабочему: «Давай, закрепи в обойме и ставь на место и быстрей, он почти радиоактивный».

Рабочий вставляет поглотитель в обойму и поднимается с ним на стапель.

Инженер Артористу: «Управление дублированное... Это все-таки компьютер, а не биологический объект...»

Арторист: «Биополе в телах генерирует слабые токи, для компьютера достаточно. А дублирование что из себя представляет?»

Инженер: «Один работает, а другой в горячем резерве. Программа работает синхронно на обоих, управление периферией переключается автоматически. Еще искусственный интеллект есть. Пару раз показать, что надо, а потом он сам будет воевать».

Белов: «На испытаниях проверяли, работает. Есть связь через спутник, можно дистанционно наблюдать или управлять».

Арторист: «На интеллект посмотрим в деле, в принципе, это правильно, а сейчас защитите поглотителями всю чувствительную электронику, особенно компьютеры. Рабочее расстояние до 10 сантиметров».

Белов Артористу: «Пойдемте, они справятся. Нас руководство ждет, нужно с тактикой определиться».

Помещение в здании Генерального штаба. Присутствуют Полевский, Белов, Ромашов, Арторист. На стене недалеко от стола висит карта Восточной Африки и Ближнего Востока. На столе минеральная вода в открытых бутылках, стаканы. Все сидят за столом.

Полевский: «Ну давайте думать, как воевать. Есть предложения?»

Арторист: «Конечно, есть. Судя по тому, что мы имеем сейчас в готовом состоянии, нужно атаковать во время жертвоприношения, это самое правильное. Сейчас они высовываются из воды в это время, к тому же в разгар мероприятия у них начинается что-то типа экстаза, их легче захватить врасплох».

Ромашов: «А по поводу будущего?»

Арторист: «Отказаться от этого они не могут. Если ничего особенно опасного для них не случится, то на умеренный риск они пойдут. На карте подчинение всей планеты, они же это готовили столетиями».

Полевский: «Что у нас с ракетами?»

Белов: «Ракеты есть противопехотные, наведение ставят, послезавтра испытания и можно в бой».

Арторист: «Нужно поражение осколками и автоматический подрыв, на расстоянии поражения. Они могут уклониться от прямого попадания, а так пара кусков железа поставят их на место».

Белов: «Заряд усилен, осколки, автоматика, все есть – обычное дело. Распознавание настроили».

Полевский: «По нашим данным они сейчас переместились в район Сомали, окучивают их, но там анархия и договориться не с кем. Можно действовать из Эфиопии, район Огаден. Радиус действия перехватчиков позволяет работать по всему побережью Сомали. На это и нужно ориентироваться. Базу надо делать там».

Полевский показывает лазерной указкой на нужный район Эфиопии.

Ромашов: «Хорошо. Давайте. Мы дадим поручение согласовать это с эфиопскими властями. А как мы определим момент жертвоприношения? Посылать разведгруппу? Территория большая».

Полевский: «В принципе, можно набрать агентуру из местных, но это не быстро. Скорее всего, будем опираться на технику».

Арторист: «Агентуру нельзя использовать ни в коем случае. Цетокроны могут это почувствовать и уйти. В ближнем поле мозги людей им доступны, могут проследить всю цепочку контрагентов, вплоть до нас с вами. Чем меньше мы дадим им информации, тем лучше».

Ромашов: «Как в компьютерной сети – от одного к другому. Спутники или самолет-разведчик?»

Полевский: «Спутники. В самолете люди, их они парализуют, те и сделать ничего не смогут. Есть низколетящие аппараты, камеры там хорошие, толпу на берегу будет видно, к тому же они еще и костры разводят сильные, можно и по теплу дополнительно определяться. Район пустынный, облаков мало. Только вот целый день держать их там непросто, придется перенацеливать борта. А когда это обычно происходит? Может ко времени можно привязаться?»

Арторист: «Обычно с утра, потом они отправляются подкрепиться...»

Ромашов: «Да, так и есть. По имеющимся данным обычно утром все и происходит».

Полевский: «Ну да, несколько часов перекрыть проще... Скажем с утра и до обеда. Хорошо. С этим понятно. А вообще, информацию оттуда можно получить или они всеведущие?»

Арторист: «Не боги... Можно... Только нужно передавать документ так, чтобы источник не знал получателя... Информация считывается из мозгов. Вся система им недоступна. Но это мероприятие со многими сложностями. Связи не должно быть ни прямой, ни косвенной. В крайнем случае, большая цепь простых людей, ни полиции, ни армии…»

Ромашов: «Всю страну, конечно, перебирать не будут, их там суммарно под 130 миллионов… Хорошо, товарищи военные, давайте к делу. Я доложу, и будем договариваться на Огаден».

Белов: «Нужно еще иметь в виду, что радиус действия самолетов около 2500 километров и еще нужно оставить топлива на собственно боевые действия...»

Полевский: «В общем, где-нибудь в юго-восточном углу, так чтобы перекрыть все побережье Сомали, но и не возле границы, нам еще и секретность нужно, оказывается, соблюдать».

Ромашов: «Понятно. Действуйте, готовьтесь, держите в курсе…»

Полевский Белову: «Боевая нагрузка будет полная, там еще и подводники какие-то... Нужны также и противокорабельные ракеты, и то же телевизионное наведение... Материал корпуса ведь неизвестен... Металл? Пластик? Может, вообще живая плоть…»

Белов: «2500 километров это с полной боевой нагрузкой, но сверхзвук по необходимости...»

Полевский: «Я думаю, он не понадобится... ну если только уйти после атаки... Посмотрим по обстановке...»

Все выходят из помещения. Белов и Арторист о чем-то говорят.

Эфиопия – Огаден. Утро. На взлетной полосе аэродрома стоят два беспилотника – перехватчики. Рядом находится металлический ангар. Ворота ангара закрыты. Внутри на бетонном полу стоят стойки с аппаратурой и развернуто несколько компьютеров. Недалеко от компьютеров стоит стол с напитками и несколько стульев. В ангаре находятся полковник Белов, генерал Полевский, Арторист и несколько военных. Некоторые возятся со стойками аппаратуры, другие сидят за компьютерами. Костин сидит за компьютером, на который поступают разведданные со спутников. Семенов и Николаев управляют самолетами. В ангар через дверь входит Ромашов, с ним еще эфиопский военный. Ромашов подходит с ним к генералу Полевскому.

Ромашов: «Сергей Константинович – это майор Бекеле, он служит здесь в разведке, хорошо знает Сомали и владеет языком. Может быть полезен. Он тут побудет с нами».

Полевский здоровается с майором и знаком подзывает Белова. Тот подходит ближе.

Полевский: «Господин Бекеле, здравствуйте – это мой помощник полковник Белов. Будете работать с ним».

Белов берет Бекеле под руку, и они отходят в сторону. На одном из мониторов крупная карта Сомали. Через некоторое время один из участков побережья, недалеко от столицы увеличивается на карте, ближе и ближе. Еще через некоторое время фокус устанавливается и видно, что на берегу скапливается народ.

Костин: «Товарищ генерал, собираются... пока только в одном месте».

Полевский, Ромашов и Арторист подходят ближе к компьютеру со спутниковыми данными. Белов и Бекеле стоят чуть позади.

Полевский: «Похоже на то, а это что чуть в стороне темноватое».

Костин: «Сейчас увеличу … Вот ... Похоже, статуя, видимо, тот самый Молох из темного металла... Он, наверное, там и стоял с вечера…»

Изображение на экране монитора в отдельном окне увеличивается, и становятся видны расплывчатые очертания характерной статуи.

Ромашов: «Наверное, его возят по побережью. Видимо, уже сами сделали … А как они узнают, куда его везти?.. Мне сказали, что информация идет довольно расплывчатая…»

Арторист: «Это они так таинственности напускают в основном... Хотя речь цетокронов может быть и не очень понятной... Я думаю, что этим занимаются люди на подводных лодках, они, в принципе, могут и точно сказать, куда это везти, своим помощникам...»

Полевский: «Николаев, Семенов, на старт, проверяйте еще раз технику, двигатели на прогрев…»

Ромашов: «Еще около часа, статую нужно накалить…»

Полевский: «Нам лететь минут сорок, еще пока двигатели прогреются, проверки пройдут...»

Через некоторое время вокруг статуи появляется красный кружок.

Костин: «Товарищ генерал, статую топят, прогрев уже виден, пока градусов сорок ... А вот темные продолговатые фигуры – это, видимо они, а вот и подводная лодка, чуть в стороне…»

На экране монитора в отдельном окне появляются небольшие продолговатые темные фигурки, немного перемещаются. Также видна рубка подводной лодки, стоит на месте.

Ромашов: «Процесс пошел... На берегу сейчас тихий ужас…»

Полевский: «Так, полетели. Сначала Николаев, потом Семенов... Взлетайте, держитесь парой... Высота двести – двести-пятьдесят метров...»

На экранах двух других мониторов видна бегущая навстречу взлетная полоса.

На экранах мониторов управления беспилотниками, идет африканский пейзаж с высоты птичьего полета. Через некоторое время перехватчики подлетают к цели.

Николаев: «Цель вижу».

Семенов: «Я тоже».

Полевский: «Николаев – цетокроны, Семенов – подводники. Огонь по готовности. Не тяните. После пуска посмотрим результат, и уходите на форсаже».

Николаев: «Есть захват, пошли».

Ромашов: «Не уйдут?»

Полевский: «Гиперзвук, быстрее ничего нет».

На экране монитора виден след стартовавших ракет. Цетокроны крутят головами и начинают погружаться, но не успевают. Обе ракеты взрываются у них над головами. Цетокроны погружаются, вздрагивая, осколки попадают в цель.

Николаев: «Есть поражение. Первый вычислитель отключился, переход на второй. Ухожу от цели и разворачиваюсь на лодку».

Семенов: «Есть захват, пуск».

Снова следы от пущенных ракет, но они взрываются, не долетая до цели. На экране монитора появляется красная надпись – «Тепловое поражение. Внутренняя температура выше критической».

Семенов: «Я горю, какое-то тепловое поражение. Попали на гиперболоид».

Полевский: «Тарань ее, пока не ушла, может, перископы посшибаем».

Семенов: «Есть. Не уйдет».

На экране монитора быстро увеличиваются перископы подводной лодки, затем вода, и изображение гаснет.

Полевский: «Молодец, Гастелло. Николаев, дай вид сверху на малой скорости».

Николаев: «Сейчас даю. Вычислители и связь постоянно переключаются. Бушуют, гады…»

На экране монитора возникает изображение моря, берег вдали. На поверхности плавают какие-то трубы и куски, видны большие пятна. Далее наплывает берег. Толпа расходится, мужчина вырывает сына из рук жреца. Далее прибрежные пальмы.

Полевский: «Ну что, будем считать, что шоковая терапия удалась. Белов, бери своего эфиопского друга, прыгайте в вертушки и летите туда, может, что-нибудь прибьет к берегу».

Арторист: «Будет лучше, если вас никто не увидит».

Белов: «Я отделение спецназа возьму».

Полевский: «Бери сколько нужно, боевую вертушку в помощь, контейнеры. Соберите все, что сможете».

Ромашов: «А если увидят, то что?»

Арторист: «Все мы будем под контролем. Трансляция снов может начаться, видений. Кстати, об этом. Сейчас за нашу страну возьмутся. Нужно, чтобы кто-нибудь из руководства выступил перед народом. Они могут транслировать сны религиозного толка, в том числе и с применением имеющихся религиозных представлений. К примеру, снится окровавленное божество и говорит, что недостойные подняли руку, покусились, могут еще и дети быть, если они есть в религии».

Ромашов: «Ангелы? Есть такие. Но нас вроде не трогают. А окровавленные, это тоже возможно?»

Арторист: «Стран, способных на такое сопротивление, немного, и они это знают. А изображения используют любые, главное, добиться результата, они еще и психов в массовом порядке делать могут».

Ромашов: «Нам говорили. В прибрежных районах население оповещено, приборчики мы раздаем. Хорошо, я позвоню президенту, может и церковь поможет».

Арторист: «В машине расстояние не играет большой роли, просто вдали это сложнее и требует времени. Поднять волну паники можно и без подготовки».

Полевский: «Все только начинается. Враг бесстыж, коварен и жесток».