Текст книги "Сердце Алмазного дракона (СИ)"

Автор книги: Эва Кертис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Глава 4

Мне жизненно необходимо было сбросить скопившиеся тяжелые мысли. Поэтому я приняла решение сегодня прогулять пары. И вместо них отправилась на военный полигон к стенам академии, чтобы немного потренироваться в магической обороне и защите. Благо преподаватели осознавали, в какое непростое время мы живем, и не препятствовали студентам в свободное от учебы время.

Конечно, я рисковала тем, что любой мог меня здесь заметить. Время было учебное, и я откровенно нарушала правила. Но… Я ведьма. А мы любительницы играть далеко не так, как от нас ожидают. «Главное маме потом, в случае чего, напомнить это негласное правило», – хмыкнула я. Надин Винтр строго следила за моей учебой. Не сказать, чтобы мама меня как-то сильно гоняла или ругала. Но и нотации на пару с отцом прочитать могла, если я где-то проваливалась.

Сделав быструю разминку, я решила начать с пробежки. Нагрузка хорошо разогревала мышцы, настраивая на дальнейшие упражнения. Глубокий вдох. Медленный выдох. Снова вдох. И я легко сорвалась с места. Темп взяла неспешный, помня наставления преподавателя, что сразу быстрый бег может скоро износить как дыхательную систему, так и остальной организм. Лучше ускоряться уже к концу тренировки.

За различными мыслями, я совершенно не заметила, как пробежала уже десять кругов. Можно было переходить к более серьезным нагрузкам. В руке материализовался тяжелый изогнутый меч.

– Returyt!

И вот напротив меня высится здоровенная фигура паркаста(шестикопытный монстр с тремя головами, у каждой из которых отсутствуют глаза, но есть пасть с тремя рядами острых зубов. Чует добычу по степени ее магической силы – прим. авт.). То, что надо, чтобы сбросить напряжение. Наш смертельный танец начался со стремительной атаки чудовища. С диким ревом паркаст ринулся на меня, обнажая клыки.

– Fadrei! – бросила в него пульсирующим магическим шаром, быстро уходя из-под атаки. Но это только раззадорило монстра, о чем он не преминул мне сообщить очередной атакой. На этот раз я пустила в ход меч, стараясь достать до одной из голов. Сила этого животного была заключена в их единстве. Отсекая одну, маг увеличивал свои шансы на жизнь. Сколько я и иллюзорный паркаст сражались – трудно сказать. Я начинала ощущать усталость. Пусть разумом понимала, что в любую минуту могу остановить сражение и передохнуть, злилась на свою слабость. В реальном бою никто мне не даст отдохнуть. А если говорить о тех душах, что крали жизни у магов, то и подавно. Они пойдут до конца, пока не высушат жертву.

– Gerautyh! – смертельное заклинание, пускающее яд по венам, должно было впитаться в кожу монстра, парализуя того на месте. Однако этого не произошло. Скорее наоборот. На морде у страшного животного вдруг проскользнуло вполне осознанное предвкушение смерти своей жертвы. Встав на дыбы, он громко заржал и стрелой помчался на меня.

– Что, черт подери, происходит? – прошептала я себе под нос, собирая остатки сил. С тренировочным фантомом что-то случилось. Но на то, чтобы разобраться, времени совершенно не было. Я вскинула меч, пуская по нему огонь, и приготовилась защищаться. Однако в следующую минуту передо мной опустилась чья-то темная мощная фигура и меня магией отнесло на край полигона. За защитный барьер.

* * *

И теперь на моем месте был никто иной, как мой новый преподаватель. Господин Ондо собственной персоной. Правда, не совсем в своем обличии. И такого я прежде никогда не встречала. Его опасная красота завораживала. Огромные черные с зеленым отливом крылья распахнулись, являя настоящую мощь и красоту. Витые рога на голове служили будто короной царственному существу. Мощная грудь была перетянута множеством плотных ремней, на бедрах низко сидели темно-коричневые кожаные брюки, а на ногах высокие черные берцы на тугой шнуровке.

То, как он сражался с вышедшим из-под контроля паркастом, еще долгое время не выйдет у меня из головы. Владислак будто играюче уходил от очередной атаки и сам наносил смертоносные удары. Я оглянулась на стену академии. Неужели никто не видит, что происходит? А когда мое внимание вернулось к преподавателю, я испуганно вскрикнула. Мужчина лежал на земле, а чудище низко склонило свои головы, готовясь, кажется, убить свою жертву.

– Нет! – крикнула я, не понимая, что сейчас готова в полную меру продемонстрировать то, что могу.

Знакомая дымка заполонила глаза. Я легко перепрыгнула через ограду и понеслась над землей к тому, кого должна была убить.

– Отошел, – безразлично приказала я монстру. Три головы повернулись в мою сторону и оскалили пасть. – Отошел, – еще один приказ.

Паркаст не мог противостоять зову божественного существа. Я подняла руку, вызывая благословенный огонь.

– В стенах академии нельзя нападать на студентов и преподавателей. Тебя позвали не для этого. Ты нарушил правила. Прощай, – мой голос звучал, как стройный хор. За всем этим я наблюдала будто со стороны, краем сознания, отмечая, как застыл Владислак. Я видела удивление на его лице, но ни страха, ни неприязни там не было.

Вызванный мною монстр огласил округу академии громоподобным ревом. Теперь-то уж наверняка все знали, что произошло нечто странное. Спустя пару минут паркаста не стало.

– Кто ты такой? И что хочешь от меня? – повернулась к Владислаку.

– Я пришел с миром, – он поднял руки.

– Я спросила не это. Какую цель ты преследуешь, чужак? – подошла ближе к мужчине и присела перед ним на корточки. Думая, что он испугается такой мощной магии, я совершенно не ожидала, что мужской палец бережно пройдется по моей щеке, залечивая не замеченную мной царапину.

– Я не хочу, чтобы тебе было больно, Илария, – еле слышно прошептал он.

И я, и Богиня внутри меня удивленно ахнули. В этом жесте было столько невысказанной нежности, доброты и тепла, что это обескураживало.

– Скажи ей, – непонятно к кому обратился маг, – я пришел, чтобы сберечь ее. Ведь само ее существование дает мне повод, чтобы жить, – мягкие губы вдруг ласково, но очень коротко прикоснулись к моим.

Я в шоке отлетела от нового преподаватель на несколько шагов назад. Как он понял⁈ Никто ведь не знал о моем «маленьком» секрете! Мужчина понимающе, спокойно смотрел на меня. В его глазах не было ни страха, ни осуждения. Всем своим видом он как будто давал понять: «Твоя тайна в надежных руках. Просто доверься мне».

Но Владислак Ондо был последним магом на всей планете, которому я бы стала доверять. Для меня он был опасным незнакомцем, в руках которого сосредоточилось опасное оружение. Оружие против меня.

Глава 5

Мне крайне не нравилось, когда мое второе «я» несанкционированно всплывало на поверхности разума и завладевало телом. Когда это произошло в первый раз, пришлось много времени провести напротив зеркала, заглядывая себе в глаза и пытаясь выйти на контакт. Рассчитывать на это было наивно. Королева появлялась лишь тогда, когда хотела. Ей было совершенно наплевать, что время она чаще всего выбирала, мягко говоря, неудачное. Но и уходила она так же внезапно. Что тоже невероятно выводило из себя.

Так произошло и сейчас. Она просто нырнула обратно в мое подсознание, предоставляя мне «уникальную» возможность разбираться с поцеловавшим меня преподавателем. Я, как подкошенная, снова рухнула в его руки, тяжело дыша.

– Илария, – тихо прошептал господин Ондо мне на ухо.

Силы вернулись мгновенно. Я резко отстранилась от него, пытаясь встать на трясущиеся ноги. Мысленно пообещала внутренней трусихе, что в скором времени найду на нее жесткую управу.

– Не трогайте меня, – сказала я и, не дожидаясь ответа, рванула в сторону Академии. Черт, ну надо же было так попасть.

– Мисс Винтр, стойте! – мой побег был остановлен одним рывком. – Вы все не так поняли. – Он дернул меня за руку, чтобы развернуть к себе. По инерции я влетела прямо в него, на мгновение помедлила, против воли отмечая насколько крепкие у него мышцы. Тренируется он, что ли?

– Думаете, ощущение ваших губ на моих стоит расценивать как-то иначе? – вздернула я подбородок и скрестила руки на груди.

Не без удовольствия я отметила, как окрасились в легкий румянец высокие скулы преподавателя.

– Для того чтобы та, что находится у вас внутри, не нанесла вреда в первую очередь вам, я должен был как-то ее отвлечь, остановить. – я чувствовала, за этой помощью кроется что-то еще. Но господин Ондо явно не раскрыл бы мне всех своих карт. Но и я не готова была просто так начать доверять незнакомцу.

– Поцеловав меня? – чуть не взвизгнула я в ответ.

– Я импровизировал, – хитро подмигнул он мне.

– Впредь, господин Ондо, импровизируйте, пожалуйста, с кем-то другим. А я со своими проблемами справлюсь как-нибудь сама.

– Неужели? – мужчина выпрямился во весь свой немаленький рост, закрывая мне обзор на остальную часть площадки, где мы стояли. – В вашем сражении с паркастом мне так не показалось. Схватка выходила из-под контроля. Будете настолько упрямы, чтобы это отрицать? – в его голосе сквозило неприкрытое осуждение.

– Кстати об этом, – я сузила глаза, – как вы вообще здесь оказались?

– Я должен отчитываться перед собственной студенткой? – ответил вопросом на вопрос господин Ондо. И тут же сам пошел в наступление. – Мне также хотелось бы узнать, что вы делали на полигоне во время лекций? Насколько я знаю, все положенные занятия у боевого факультета проводятся в конце недели. Если память мне не изменяет, сегодня только вторник. – И он так многозначительно замолчал, что не осталось сомнений: преподаватель явно ждал моих объяснений.

Я открывала и закрывала рот, пытаясь подобрать более-менее веские аргументы. Но не знала, что сказать. Не могла же признаться в том, что мне очень нужно было сбросить скопившееся напряжение. Владислак Ондо ни в коем случае не должен был узнать о том, что каким-то образом задевал границу моих мыслей. Остальные очарованные им девицы могли при виде него хоть падать в обморок. Но для меня он был очень странным, чужим, настораживающим. Привлекательная мужская красота таила в себе опасные глубины, погружаться в которые мне хотелось меньше всего. В жизни было достаточно проблем и без этого.

– Мне нужно тренироваться, – только и сказала я.

– Зачем? – снова не уступил он.

Ну что прицепился, в самом деле⁈ Даже зарычать хотелось от бессильной злости.

* * *

– Собираюсь подавать прошение о переводе на факультет боевиков, – ответила сквозь зубы.

– Зачем вам это? Чем не устраивает факультет ведьмачества? Насколько я знаю, у вас довольно обширный обучающий курс. В том числе и самозащита, – его глаза переливались всеми оттенками зеленого. И что было самым удивительным, я могла точно сказать, что теперь знаю три их состояния: когда ему любопытно, когда он злится и когда пытается кого-то защитить. Всякий раз оттенок менялся от самого темного к самому светлому. Мне тяжело было признавать, но против собственной воли, против всех доводов разума, я испытывала тягу к этому магу.

– Самозащита и защита других– разные вещи. – ответила я.

– Разумно, – неожиданно согласился он. Как⁈ Он не стал меня переубеждать? Согласился? Мне показалось, или он одобрял мое решение? – Но тренироваться одной – идея не самая лучшая. Вы не видите ошибок. Не понимаете в чем ваши слабые и сильные стороны. Ну что же мне с вами делать, студентка? – он притворно тяжело вздохнул, а у меня засосало под ложечкой от нехорошего предчувствия. Он явно что-то задумал, судя по хитрому прищуру сверкающих зеленых глаз. – Придется мне взять над вам шефство.

Звук, с которым моя челюсть ударилась о землю, должен был переполошить всю академию. Я с опаской посмотрела в сторону величественных стен. Нет. Ничего не подозревающие студенты продолжали обучение в то время, как меня тут пытались хитро обвести вокруг пальца. Я чуяла подвох.

– Очень вам благодарна, господин Ондо, но…

– В академию скоро приезжает Комиссия по межпространственным проникновениям. Как вы думаете, мисс Винтр, станет ли им интересно наличие второй сущности в одной из адепток? Причем такой, которую она контролировать не в силах. Мне кажется, не совсем правильным скрывать такой страшный секрет. А если маги из Комиссии поймут, что господин ректор был в курсе происходящего, то не факт, что и он не подвергнется проверке. А там, возможно, и заключение под стражу за сокрытие важной и опасной для Королевства тайны. Ах да. Есть же еще друзья этой адептки, которые тоже наверняка в курсе этой маленькой тайны.

– Не боитесь? – презрительно бросила я. В моих глазах он упал уже ниже некуда. И я еще переживала, что чувствую к нему влечение? – Та самая сущность может появиться в любой момент. А еще она все слышит.

– Не боюсь. В отличие от вас, она достаточно умная девочка и не полезет на рожон перед сильнейшим.

– Господин Ондо, вы уже дважды за сегодня успели раскалить мой предел терпения до бела, – я постаралась вложить в свой голос максимум презрения, – и вы считаете, что я с радостью побегу с вами тренироваться после таких угроз и оскорблений?

– Побежите, мисс Винтр, – совершенно не обращая внимания на мою ярость ответил мужчина, – потому что, во-первых, сами понимаете: я могу многому вас научить. А во-вторых, в вас слишком силен дух самопожертвования. Не самое плохое качество, но и не самое положительное. Порой именно оно приводит к беде и неотвратимым последствиям.

Я горела от возмущения, ярости, желая вцепиться этому негодяю в лицо.

– Зачем вам это? Зачем прицепились ко мне? Что, тянет на недоступное? – и вот этим вопросом, я очевидно перегнула палку.

– Не забывайтесь, мисс Винтр. – Нужно было отдать должное господину Ондо, свои эмоции он держал под стальным контролем. – Я предпочитаю общество взрослых, уравновешенных леди, а не дикарок, которые гордятся своей неспособностью брать эмоции под контроль. Время наших занятий я сообщу.

И больше, не говоря ни слова, он развернулся, обошел меня по широкой дуге, как будто ему было противно ко мне прикасаться, и исчез. Я же стояла и совершенно не понимала горького привкуса поражения, который ощущала на языке.

Глава 6

Возвращение в комнату далось с трудом. Ноги от усталости еле сгибались при подъеме по ступеням лестницы. Единственным положительным во всей ситуации было то, что сейчас я была в состоянии думать только о спасительной тишине своей комнаты и мягкой постели после душа. Однако, как говорится, о покое можно было лишь мечтать.

Едва я зашла в комнату, мой взгляд наткнулся на сидящего в кресле Марикуса. Сердце пропустило удар. Дракон явно был не в самом приятном расположении духа. Поза вроде и расслабленная, но на лице написаны предвестники грозы. Его глаза медленно осмотрели меня с головы до ног. И так пару раз.

– Где ты была? – его голос разбил повисшую между нами тишину.

– На парах? – попробовала увильнуть от ответа. Но куда там. Марикус уже знал правду.

– Давай еще раз. Я задам вопрос, а ты честно мне ответишь, – от злости его глаза сузились в щелочки. – Итак, Илария. Где ты была вместо проходящей у вашей группы пары?

Впервые в жизни я хотела что-то утаить от своего… кого? Кем был для меня Марикус? Другом? Да. Однозначно. Братом? С огромным трудом, но его вполне можно было так назвать. Но сердце замирало при виде него совсем не так, как положено близким родственникам или даже друзьям. Я уже давно привыкла к мысли, что этот мужчина знает, о каждом сделанном мной шаге. Что бы не происходило со мной, одно правило было для меня незыблемым: я стремглав летела к Марикусу, чтобы обо всем рассказать, посоветоваться, поплакаться. Но сейчас… Сейчас казалось, что не рассказать всей правды будет более правильно. Мужчина все понял бы неправильно. Не так. Итогом была бы наша ссора. А я этого не хотела. По крайней мере только не с этим драконом.

Когда я поняла, что беззаветно влюблена в него? Сложно выделить какой-то определенный момент. Единственное, что сразу приходило на ум – день зачисления в академию. На первом занятии нас собрали на главном стадионе для приветственной речи педагогического состава во главе с ректором. Когда из динамика послышался голос Марикуса, по моей коже мелкой забавной щекоткой пробежали мурашки. Я помню, как то и дело вытирала прохладный пот с ладоней. Дракон был в темно-синем костюме, отделанном по краю белоснежной нитью. Брюки ладно обтягивали длинные мускулистые ноги, а под тканью пиджака играли мощные мышцы.

Но не только его привлекательная внешность заставила меня по-новому взглянуть на него, а вскоре и влюбиться. Внутри дракона было что-то магнетическое. Пока он произносил речь, казалось, что даже ветер не смел шевелить пожелтевшие на деревьях листья. На стадионе стояла абсолютная тишина. То, как он рассказывал об академии, то, как говорил о магии, вселяло небывалую гордость, что нам посчастливилось попасть именно сюда. Выражение его лица было уверенным и вдохновенным одновременно. Многие считали Марикуса слишком молодым и неопытным, чтобы управлять таким учреждением, всем учебным процессом, преподавателями и студентами. Но к тому моменту дракон был ректором уже пять лет. Злопыхателям оставалось лишь разводить руками, предсказывая его провал, а затем и скорый уход, вновь и вновь ошибаясь.

– Илария? – окликнул он меня, вставая с кресла и надвигаясь, словно хищник на слабую жертву.

* * *

– А? – пискнула я в ответ, делая несколько шагов назад. Далеко уйти не удалось. Спиной уперлась в дверь. Руки дракона словно поймали меня в ловушку, оперевшись по обе стороны от моей головы. Он неожиданно наклонился к моему лицу и сделал глубокий вдох.

У меня закололо кончики пальцев от желания прикоснуться к нему. Сейчас, когда он был так близко, я чувствовала как приятно пахнет его кожа. Холодная свежесть, смешанная с нотками чего-то острого, сладкого. Мой личный аромат греха. До безумия хотелось обхватить его за шею, прижаться и просто дышать им. Я пыталась удержаться за волшебство мгновения, словно это было последнее, что оставалось в жизни. Будто совсем скоро я умру.

– Лари… – полурыкнул он. Его выдох прошил тело насквозь сотнями наэлектризованных частиц. – Когда же ты прекратишь играть с огнем? – его губы едва коснулись моей щеки. Он будто поставил клеймо, которое обожгло чувствительную кожу.

– Марикус, – выдохнула я в ответ, поднимая к нему лицо и задыхаясь от волнения.

– Я готов послать к черту все обещания, которые давал Надин, и…

А затем он с шипением отпрыгнул от меня, заставляя мои брови практически взлететь ко лбу.

– Почему от тебя несет другим мужчиной⁈ – этот вопрос ошарашил на мгновение. Он был произнесен с такой яростью и злостью, что это не сходилось в моей голове с представлением о Марикусе. Однако, если он думал, что подобные заскоки пещерного человека заставят меня трепетать от восторга и страха, то сильно просчитался.

Тем более я… Да я вообще не виновата в этом поцелуе!

Когда по комнате прошелся вихрь силы, заставляя мебель сдвинуться со своих мест, а люстру на потолке опасно закачаться, я осознала, что последнюю фразу произнесла вслух. Ох-хо-хо.

– Не думал, что на последнем курсе ты начнешь вести себя как вертихвостка, – едва ли не с презрением фыркнул он мне.

– Прошу прощения? – возмущенно задохнулась я. – Давай-ка мы с тобой кое-что проясним, Марик, – специально назвала его прозвищем, которое он ненавидел еще со времен моего детства. – Я была на полигоне! Тренировалась перед экзаменами на боевой факультет! А все то, в чем ты меня только что так лихо обвинил, лишь плод твоей фантазии! Да как ты вообще мог так про меня подумать⁈ – злость и обида на него застилала глаза подступившими слезами. Сам придумал, сам обиделся!

* * *

– Илария, от тебя за версту разит другим мужчиной! Тебя целовали! Прости, – скривился он, – но драконий нюх обмануть весьма сложно.

– Это случайность, – буркнула я. – Новый преподаватель… – закончить мне не дали.

Марикус налетел на меня ураганом, прижимая крепко к своему телу. Я чувствовала, как в нем вибрировала каждая мышца. Зрачок вытянулся, становясь ближе к звериному. На лице мужчины местами начали проявляться крохотные чешуйки. И это было очень странно. Насколько я помнила, Марикус пока что не соединился со своим драконом. Почему? Этого я так и не выяснила. Мне казалось не совсем правильным копаться в настолько интимных вопросах дракона. Знала только, что это как-то связано с его Истинной.

– Владислак поцеловал тебя? – проорал он мне в лицо. – Мало того, что ты была не на паре, так еще и решила закрутить с новым преподавателем?

Звонкая пощечина отразилась эхом от стен моей комнаты. Ладонь жгло. Как и глаза.

– Уходи, – глядя ему в глаза, четко произнесла я.

Дракон будто очнулся.

– Лари, я… – попытался он начать оправдываться.

– Уходи, Марикус! – повысила свой голос. Моя выдержка держалась на честном слове. Хотелось остаться одной и наконец прореветься в полную силу.

Они будто сговорились с Владислаком. Один сначала целует, потом угрожает, второй – орет, даже не выслушав. К черту их обоих!

– Прости. Лари, я… Не знаю, что на меня нашло, – Марикус протянул руку к моему лицу и хотел провести по щеке, по которой уже успела сбежать первая слезинка.

– Ты не понимаешь нормальных слов? – я махнула рукой и широко открыла дверь. – Вам пора, господин ректор. Негоже оставаться наедине со своей студенткой. Про нас с вами могут что-то не то подумать. А я же на последнем курсе. К чему мне эти приключения? – холодно отчеканила я.

– Мы оба остынем и еще поговорим. – он широким шагом вышел за дверь.

А я от всей души хлопнула ею о косяк, плотно закрыв с помощью магии и отрезая себя от остального студенческого мира. После рухнула на мягкий ковер и согнулась пополам от сотрясавших меня рыданий.

Могла ли я подумать, что дракон, ставший моим центром вселенной, сможет едва ли не приравнять меня к шлюхе? За что? За то, что не зависело от моей воли? Да! Может и не стоило идти на полигон! Может не стоило давать таким образом выход всему, что копилось внутри! Но и Владислака Ондо я не звала. Я не хотела, не просила его поцелуя! Почему опрометчивый поступок одного мужчины, поставил мои отношения с другим? И как теперь исправлять все произошедшее между мной и Марикусом? А самый главный вопрос: хотела ли я этого? Потому что как говорила моя мудрая мама: «Детка, мужчин на свете много. Кто-то приласкает, кто-то обидит, кто-то „погладит“ словом, а кто-то оскорбит. Помни одно: не теряй собственного достоинства. Какой бы ни была любовь к мужчине, а себя нужно любить чуточку больше».

И сейчас, я как никогда была согласна со словами мамы. Но грудь по-прежнему раздирала боль, заставляя слезы горячими потоками литься по лицу.

Марикус еще никогда не делал мне так больно, никогда так сильно не обижал. Никогда еще между нами не лежало столько ненависти, сколько сегодня я увидела на лице любимого дракона.