Текст книги "Преподобная Синклитикия Александрийская или малая аскетика"
Автор книги: епископ Варнава (Беляев)
Жанр:
Религия
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)
Да, несомненно, молитва и пост помогают в борьбе с помыслами и страстями, но нужно еще и трезвение. Поздно, хотя и не безнадежно, тушить пожар, когда дом пылает уже со всех сторон, надо следить за самым началом огня, а еще лучше, не допускать, чтобы он и являлся. Так и в духовной жизни. Мы должны следить за собою. Жалуемся на то, что нас одолевает блудная страсть, что избавиться от нее невозможно, и на природу свою (темперамент) ссылаемся, а сами продолжаем разжигать себя.
«В чувства наши, – говорит Синклитикия, – хотя бы мы и не хотели, влезают воры. Как может не зачерниться внутренность дома, когда окружен он дымом, а окна отворены? Не предосудительно ли смотреть на улице на обнаженных до непристойности и произносящих слова нескромные? От сего рождаются мысли тревожные и вредные»3939
Филарет (Гумилевский), архиеп. Жития святых… С. 73. – Прим. составителя.
[Закрыть].
Заботливая игумения предостерегает своих духовных дочерей от городских соблазнов. Монастырь ее был столичный. Моды и полторы тысячи лет тому назад были такие же, как и теперь (или теперь такие же, как тогда), женщины ходили полуголыми4040
«В одежде до того легкой и прозрачной, что Сенека († 65 г. по Р. X.) сравнивает ее “с хрустальной или с струей воды, просвечивающей все, что ни положат в нее”» (Классовский В. И. Помпея и открытые в ней древности. СПб., 1883. С. 145).
[Закрыть]. Непристойные слова и площадная брань процветали не меньше, чем в наши дни. Какое поучение для девственниц? Одно спасение – или сиди за стенами монастыря, или, если пошлют в город, закрой глаза и заткни уши4141
Может быть, кто – либо удивится и скажет, что здесь ничего нет особенного: ведь полунагие женщины – лица одного пола с монахинями. Но про лиц другого пола нечего и говорить. Целомудренному человеку и на свое собственное тело смотреть не полагается. Чтобы показать, как вели себя в этом случае святые, приведу два примера: случай с мужчиной, преподобным Аммуном (Житие преподобного отца нашего Антония, 27, 60 // Св. Афанасий Великий. Творения. Т. 3. Св. – Троицкая Сергиева Лавра, 1903. С. 226), и пример целомудренной женщины, преподобной Олимпиады, диакониссы при Златоусте (Жития святых…: Кн. 11. М., 1910. С. 600).
[Закрыть]. Но чтобы добровольно выходить в мир, смотреть по сторонам, слушать, что говорят прохожие, и наблюдать мирскую жизнь (особенно в городе) – это не может иметь никакого оправдания. Тогда никакой пост и молитва не помогут…
Преп. Исидор Пелусиот, почти современник преподобной, так писал к монахиням, которые часто ходят в город:
«Вы не заботитесь о чести пола и своем подвижничестве; не устрашились обольщений, какие представляет город и для взора и для слуха; не убоялись будущего наказания, ходя в город. Если опять будете посещать, то, и не желая, подвергнетесь искушению. Бегите брани мирского шума, которая страшными стрелами поражает подвижничество»4242
Этот перевод – дело архиеп. Филарета (Гумилевского: Жития святых… С. 330, Примечание 22); другой же перевод (прел. Исидор Пелусиот. Творения. Ч. 1. М., 1859. С. 210. № 367 // Творения святых отцов в русском переводе. Т. 34) темен и извращает смысл.
[Закрыть].
Грозное и сильное обличение!
Итак, нужно быть осторожным и внимательным. Надеяться на себя нельзя. «В этом веке нет для нас безопасности. «Посему кто думает, что он стоит, – говорит апостол, – берегись, чтобы не упасть» (1Кор. 10: 12). Плывем мы в неизвестной стороне».
«В море есть более опасные места, есть и спокойные, – продолжает поучать Синклитикия. – Мы (т. е. монахини. – Еп. Варнава) плывем в покойной стороне моря, а мирские – в местах опасных. Мы плывем при свете Солнца Правды, а они несутся в ночи неведения. Впрочем, бывает, что мирские, плывя в темноте и опасности, от страха крепко кричат пред Богом, бодрствуют и так спасают корабль; а мы, по нерадению, тонем, оставляя управление правды»4343
Там же. С. 74. – Прим. составителя.
[Закрыть].
Посему нам нужно постоянное неусыпное трезвение. «Смотрите, бодрствуйте, молитесь, – сказал Господь ученикам (Мк. 13:33) и прибавил (Мк. 13:37):
А что вам говорю, говорю всем: бодрствуйте!»
III. Поучения по случаю различных искушений (и врачевства против страстей)
Поучения преп. Синклитикии представляют собою, собственно, отдельные высказывания4444
Притом я имею дело только с теми из них, которые изданы на русском языке. В русских источниках приводится лишь краткое ее житие. Но в «Патрологии» Миня, между «Spuria» св. Афанасия Великого, и у Котельера (CotelierJ. В. Ecclesiae graecae monumenta. V. 1. Paris, 1677) ее житие и поучения занимают 76 столбцов.
[Закрыть] и, очевидно, ее ответы на вопросы разных лиц. Но их можно систематизировать, так что получается стройное аскетическое учение, краткий, но содержательный и законченный учебник аскетики. Выше было сказано, что в этом учении можно выделить три главных части. В первых двух излагается положительное учение о подвижничестве. Теперь перейдем к последней части. Как и в предыдущих разделах, содержанием ее являются ответы Синклитикии на вопросы сестер и, более чем вероятно, также приходивших к ней за советом мирян4545
Так же и я хотел бы, чтобы эта книжечка читалась не только лицами монашеского звания, но желал бы ей, как и всем моим сочинениям, распространения и в мирской среде. Поэтому многие положения преподобной Синклитикии толкуются мною применительно к мирским людям обоих полов и обстоятельствам их жизни и перебиваются вставками из постороннего материала. Хотя это и нарушает единство основной ткани рассказа, зато оживляет изложение, помогает не умеющим разобраться в окружающей жизни поглубже в нее вдуматься, делает поучения Синклитикии жизненными и для нашего времени, вводит много новых данных, небесполезных для желающих проходить духовную жизнь. В своих сочинениях я всегда наблюдаю пользу ближнего, а не то, что скажут обо мне ученые люди и насколько будут соответствовать мои работы всем правилам научных или (тем более) художественных методов. Лишь бы меня понимали люди, а поймут, хотя и неумелую, мою речь и заинтересуются – и слава Богу!
[Закрыть]. Но эти ответы по поводу различных искушений, встречающихся новоначальным, предлагают врачевства против душевных болезней и удобно раскладываются по известным страстям. Так что вместе с ответами, содержащимися в предыдущих частях, они дают методологически выдержанную картину как страстного, так и добродетельного устроения души, и научно (разумеется наукой, не противоречащей св. Евангелию) обоснованного ее врачевания.
Начинает ли спасаться человек дома или в монастыре, он удержу не знает: молится за двоих, работает за троих, готов всем помогать за четверых. В церковь ли придет – уходить не хочется; за обед ли сядет – есть не хочется. Готов бы сейчас умереть, живым на небо переселиться… В этом еще нет ничего дурного. Это действие благодати Божией: она подслащивает жизнь человеку и многое делает за него сама, чтобы ему впоследствии, когда настанут искушения, было что вспомнить: как он подвизался, на какой высоте стоял, к чему должен возвратиться. Да потом, если бы человек, выйдя из мира и отказавшись от сластей его, встретил на спасительном пути одно горькое и терпкое, а не приятное, с избытком вознаграждающее его за эти слезы, он не выдержал бы. Но нельзя все время сахаром кормить, желудок испортишь. И благодать постепенно вводит человека в скорби. От этого дух закаляется и воля укрепляется. И от человека требуется показать верность Богу в искушениях. С <приходом испытаний> людской поток спасающихся разделяется на несколько ветвей: кто, вступив на битое стекло и черепки скорбей и напастей, отступает и возвращается назад, кто бросается в сторону, кто переступает на цыпочках, морщась и стеная от боли, однако же продвигается дальше; а кто – то продолжает идти как ни в чем не бывало, будто по зеленому лугу и мягкой траве. Некоторые из возвратившихся вспять начинают обвинять не себя, не свое малодушие, а самую дорогу и того, кто их послал по ней. Они забывают совершенно, что было время, когда они были довольны монастырем или спасительной жизнью и даже не понимали, как это можно жить иначе. И чтобы как – нибудь извинить свое падение, иногда говорят: «Молод, неразумен (даже глуп) был, теперь поумнел…» Потому – то Господь и сказал: «Претерпевший же до конца – εις τέλος – спасется» (Мф. 10:22). Многие хорошо начинают, да немногие хорошо кончают. (Бывает и наоборот.)
Ни чудеса, ни прозорливость не могут застраховать человека от падения и обеспечить хороший конец. Особенно если они не утверждены на смирении и божественной любви4646
Любовь я понимаю в святоотеческом смысле, а не в нашем, житейском, когда достаточно человеку быть обходительным, добрым, милосердным, отзывчивым, даже больше возьмем – ради общества не щадящим здоровья своего, и уже его считают любвеобильным. Любовь совершенная – это совсем иное; дело высокое и словами даже трудно выразимое.
[Закрыть]. Подвиги внешние еще менее могут ручательствовать за надежность пути. Постоянный страх должен быть и за себя, и за тех, кому мы дарим свое доверие. А еще лучше, по примеру Самого Христа (Ин. 2:24), не быть слишком доверчивым к людям, чтобы не впасть после в искушение. Иногда вся слава – то их дутая. Но, конечно, все надо делать с разумом, сообразно с обстоятельствами.
Итак, вступая на путь тесного жития, надо быть ко всему готовым. В дождик ожидать хорошей погоды, в ясный солнечный день – сильной бури. И не только не унывать в искушениях, но и считать их за великую честь от Бога (1Пет. 2:21; Евр. 12:6 – 15). Без них нельзя и преуспеть человеку. Они необходимы, но они же и временны. После испытаний, когда мы со ступени новоначалия поднимемся выше, встречает нас радость, предвестником коей было мирное, радостное устроение, временно дарованное нам Богом вначале. Эта радость заставляла преп. Серафима встречать всех пасхальным приветствием «Христос воскресе!», называть каждого «радость моя» и быть всегда веселым и приветливым.
Об этой – то радости, наступающей всегда после скорби, и предрекала преподобная Синклитикия. Вместе с тем предупреждала и о будущих искушениях и скорбях.
«Много трудов и подвигов предстоит приходящим к Богу, но потом ожидает их радость. Желающие развести огонь сперва задыхаются от дыма и плачут4747
Здесь разумеется добывание огня посредством трения двух деревянных брусков друг о друга. На Древнем Востоке это было распространено, как и теперь у диких племен встречается. Ср.: Maspero М. Histoire ancienne des peuples de 1’Orient classique. T. 1. Paris, 1895. P. 319.
[Закрыть], а потом достигают, чего ищут; так и мы должны воспламенять в себе божественный огонь со слезами и трудами. Наше звание есть не что иное, как отречение от жизни и помышление о смерти»4848
Там же. С. 72. – Прим. составителя.
[Закрыть].
Так утешала своих сестер преподобная. Но на этом не останавливалась. Она учила их ценить свое монашеское звание. Скорбно оно – да, но тем и прекрасно. Оно высоко и почетно. Выше мирского состояния.
«Как мирские вельможи поручают слугам различные должности: иных посылают в деревни для возделывания земли, и те там плодятся, а детей, если найдут хорошими, берут в дома свои для услуг; так и Господь лучших детей поставляет на служение Себе. Они свободны от всех мирских занятий и питаются от стола Господня. Если мирские жены, сочетаясь с мужем, много заботятся о умовениях, о благовонных мазях и различном убранстве, чтобы быть прелестными, то тем более мы, обрученные Небесному Жениху, должны превосходить их в старании, должны омыть скверны грехов подвижничеством»4949
Филарет (Гумилевский), архиеп. Жития святых… С. 72.
[Закрыть].
Вообще, вступая на спасительный путь, нужно ожидать скорбей, как чего – то законного и необходимого. Если их нет, надо скорее удивляться этому и огорчаться, а не радоваться.
Беды, гонения, несчастья – необходимые спутники всякого, кто хочет получить благодать от Бога. Крепкие души не стараются их избежать, а даже ищут сами, обрекая себя на злострадания всякого рода.
Приведу, в виде заключения, еще следующую цитату из поучений преп. Синклитикии:
«Преступники в этом мире и против своей воли ввергаются в темницу. Так и мы за свои грехи сами ввержем себя в заключение, чтобы добровольным приговором избавиться от будущего наказания. Если ты постишься, то не отказывайся от поста под предлогом болезни; ибо и непостящиеся часто подвергались таким же болезням. Начал ты доброе дело? Не отступай же назад. Пусть враг силится воспрепятствовать тебе; но он падет пред терпением твоим. Предпринимающие плавание сперва пользуются попутным ветром; а потом, распустив паруса, встречают и противный ветер. Но несмотря на противный ветер, плаватели не разгружают корабля, но или останавливаются на короткое время, или вступают в борьбу с бурею и продолжают плавание. Так и мы, когда враждебный дух станет нападать на нас, распрострем крест вместо паруса и будем безопасно совершать наше плавание»5050
Древний Патерик. М., 1899. С. 117. Гл. 7, 25(18). – Прим. составителя.
[Закрыть].
Один из выдающихся по уму мирских людей сказал: «Желудок является исходным местом всей культуры»5151
Цит. по: Платен М. Новый способ лечения. С. 9.
[Закрыть]. Это рече некто от них, свой им пророк (Тит. 1:12). Действительно, у людей вся жизнь проходит в борьбе за смачный кусок Бедные завидуют богатым, богачи не хотят поделиться с нищими. Даже в монастырях их насельники вспоминают о том времени, когда они ели мяса в земли египетстей (см.: Исх., гл. 16), то есть в миру. Скудная трапеза в обители Синклитикии рядом с роскошными кушаньями столицы, продававшимися открыто в гастрономических магазинах и приготовлявшимися, по восточному обычаю, почти прямо на улице5252
Было время, когда ради тщеславия богачи задавали пиры даже посреди улицы, перед своими домами или при открытых окнах и дверях, чтобы все их видели (Классовский В. И. Помпея и открытые в ней древности. С. 188).
[Закрыть], смущала даже иных и из ее сестер – подвижниц. Некоторые монахини, возможно, происходили из богатого сословия и сами когда – то сладко ели.
«Не обольщайся роскошною жизнью мирских богачей, как будто бы она, при суетных удовольствиях, имеет что – либо полезное, – усовещивала таких преподобная. – Роскошные высоко ценят поварское искусство; но твой пост и простая пища превосходнее обильных яств их. Писание говорит: душа в сытости сущи сотам ругается (Притч. 27:7). Не пресыщайся хлебом – не пожелаешь и вина»5353
Достопамятные сказания. С. 383. О матери Синклитикии,4. – Прим. составителя.
[Закрыть].
Малодушные и сластолюбивые, очевидно, были недовольны трапезой, в частности отсутствием вина. На Востоке вино – это то же, что у нас чай: подкрепляющее средство5454
О роли вина на Востоке и, в частности, в монастырях см.:
[Закрыть]
Посему нам потребны воздержание и самоукорение. Это предохранит от излишних пожеланий.
О демонском подвижничестве и неумеренном воздержанииПриходили на откровение помыслов к матери Синклитикии люди и с противоположным искушением. Этих увлекало желание совершенного поста – чтобы неделями не есть. Обычно намерение слишком строго поститься кончается неудачей: наступает болезнь, портится желудок, и постник начинает требовать то, чего и непостники себе не позволяют. Наживши катар, начинают есть и в пост молоко, скоромное масло. Иногда это искушение принимает другую форму. То человек сухой хлеб ест, воду пьет, постится до вечера, а то вдруг делает себе поблажки: вместо сахара конфет и варенья ищет, вместо капусты – рыбы. Сегодня одно – завтра другое. Сегодня наедается так, что дышать трудно, на завтра назначает себе неядение до вечера. Никак не хочет завести ровный порядок. И это, разумеется, не по необходимости, а по собственному произволению. Отсюда происходит и тщеславие. Можно слышать, как некоторые говорят: «Я один раз в день ем». Но как ест? Оказывается, «плотно», действительно на целый день, так что «больше не хочется». А на следующий день с утра опять голодают. Как магометане в Рамазан5555
Рамазан – девятый месяц мусульманского года, посвященный строгому посту, при котором дозволяется есть только по захождении солнца.
[Закрыть].
В общежительных монастырях эти метания туда – сюда более или менее регулируются и выравниваются обязанностью довольствоваться общей трапезой. Но кто живет по своей воле и без руководства начинает спасаться в миру, тот очень часто впадает в это искушение.
Преп. Синклитикия называет такое подвижничество бесовским.
«И враг установил свое подвижничество; и его ученики подвизаются, – говорит она. – Чем же различить нам божественное и царское подвижничество от демонского и мучительного? Ясно, умеренностью. Во всю жизнь твою да будет тебе одно правило поста. Не постись четыре или пять дней с тем, чтобы потом разрешить на множество яств, – это радует врага, потому что неумеренность всегда бывает гибельна. Не трать вдруг всего оружия, чтобы не остаться тебе безоружным и не попасть в плен во время войны. Старайся о том и другом на случай нужды. Пока ты молод и силен, постись, ибо придет старость, а с нею и немощь. Пока ты в силах, собирай сокровище от пищи, чтобы, когда ослабеешь, найти себе покой»5656
Достопамятные сказания. С. 388; Древний Патерик. С. 184. Гл. 10,101.
[Закрыть].
В этих словах заключено очень важное святоотеческое учение о так называемом «царском пути»5757
Подробности см.: <Варнава (Беляев), еп. Основы искусства святости. Т. 3. Нижний Новгород, 1996. Отдел III. Гл. 6. § 4. Размеры подвигов. – Царский путь…>
[Закрыть]. Оно требует от подвижника чувства меры и умеренности во всем (не только в посте). В данном случае преподобная советует назначать себе определенную, по силам, меру еды (с точки зрения ее качества, количества и времени принятия), не слишком малую и не слишком большую, и не отступать от нее во всю жизнь. Это дает устойчивость воле и узду желудку. Безвременные и лишние желания не будут докучать нам и тревожить душу, а соки желудка, приученные приступать к работе в известный час и для переваривания известного рода (а именно постного)5858
«Как доказали физиологи, в человеческом желудке переваривается только чисто растительная пища, тогда как при употреблении мяса только продолжается процесс разложения трупа животного». (Платен М. Новый способ лечения. С. 16. См. там же примеры и доказательства.) «Потому – то гастрономы предпочитают мясо дичи с haut gout, “с душком” [немного протухшее], т. е. в таком состоянии, когда процесс разложения подвинулся уже довольно далеко, так как при этих условиях мясо становится легче переваримым и желудку сберегается часть работы» (там же).
С точки зрения спасающихся, эти гастрономические изыски являются верхом извращения. На что лучше постная пища, которую благословляет нам в еду св. Мать – Церковь!
[Закрыть] пищи, приобретут необходимую пищеварительную силу.
Если же истратить все оружие, то есть истощить все силы постом, то душа, при истомленном, расслабленном теле, не сможет уже как должно возводить свой ум горе, к Богу. Она, «по всей необходимости бывает занята ощущением боли и ослабевает, подавляемая злостраданием тела»5959
Св. Василий Великий. Творения. Ч. 5. С. Посад, 1892. С. 66. Слово о подвижничестве второе.
[Закрыть]. С другой стороны, упустим время воздержания, надеясь на старость, – сделаем большую ошибку. Ибо если в молодости мы себя начинаем щадить и нежить, то под старость и подавно. Ведь тогда душу нам никто не заменит на более крепкую. Если она сейчас слаба и боится подвига, то под конец жизни уже на полном основании потребует от нас снисхождения к своему телу. И действительно, тогда настанет время собирания плодов и жатвы, а не время сеяния. Время немощей и, следовательно, пользования запасенным в молодости капиталом, а не время для его наживания6060
Прекрасные страницы на эту тему см.: преп. авва Дорофей. Душеполезные поучения и послания. Св. – Троицкая Сергиева Лавра, 1904. С. 173. Поучение 15. О Святой Четыредесятнице.
[Закрыть]. Допустить мысль противоположную (что можно отложить стяжание добродетели до старости) и, еще того хуже, следовать ей на деле – значит совершить чистое безумие. Только лишенный разума и благодати может рассуждать и поступать таким образом.
После этого мне кажется уже излишним прибавлять что – нибудь о прямом вреде от пресыщения плоти, когда она от избытка здоровья и сил бесчинствует и предается неистовству страстей.
О гневе и его исчадиях – памятозлобии и злословииСпасающемуся надлежит сперва выдержать брань с плотскими страстями, победить бесов, нападающих на тело. Далее наступают искушения более тонкие, ополчающиеся на душу. Это бесы более сильные, пронырливые, злые. Без победы над телесными страстями или, по крайней мере, над одной из них6161
Окончательная победа над плотскими страстями нескоро дается спасающемуся. Например, блудный бес может не оставить человека до конца жизни. См.: преп. Иоанн Кассиан Римлянин. Писания. М., 1892. С. 73.0 постановлениях киновитян. Кн. VI. Гл. 1.
[Закрыть] нельзя одержать верха над страстями духовными. О первых говорилось до сих пор, теперь перейдем к описанию вторых6262
Страсти у меня, по примеру отцов, отождествляются с бесами, потому что последние заправляют первыми.
[Закрыть].
Слово по порядку6363
Хотя сами демоны часто приносят порядок в жертву тактическим соображениям, но все же систематизировать страсти по некоторым внутренним их признакам и свойствам можно. Здесь не место говорить об этом подробно, да и нет нужды. Я имею в виду, главным образом, новоначальных, а для них «тонкоразборчивость помыслов» нежелательна и неполезна (см. об этом: преп. Иоанн Лествичник. Лествица. Сергиев Посад, 1908. С. 269. Слово особенное к пастырю. Гл. 14, 7).
[Закрыть] принадлежит гневу, то есть речь пойдет о гневе.
Поучает мать Синклитикия:
«Хорошо не гневаться. Но если случится предаться гневу, то знай, что не к послаблению страсти твоей назначил меру дня сказавший: солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4:26). А ты ожидаешь, пока пройдет все это время! Зачем ты ненавидишь оскорбившего тебя человека? Не он оскорбил тебя, а диавол; питай ненависть к болезни, а не к больному»6464
Цит. по кн.: Филарет (Гумилевский), архиеп. Жития святых… С. 74. См. также: Достопамятные сказания. С. 387.
[Закрыть].
Здесь две главных мысли. Прежде всего, надо тотчас же, как пришлось согрешить гневом (например накричать на кого – либо), попросить у обиженного нами прощения. Нельзя дожидаться, когда тот сам придет к нам кланяться. Свойство страстей таково, что со временем они укрепляются. Пропустил первый момент – через час очень трудно будет исправить дело. Пословица «куй железо, пока горячо» очень хорошо учитывает это обстоятельство. Действительно, после того, как ревность первого раскаяния прошла, демоны употребят все средства, чтобы не дать нам совершить добродетель. И стыд будут внушать, и мысль, что соблазним своим поступком окружающих и что, может быть, еще более рассердим того самого, кто нами оскорблен. Но, конечно, их слушать не надобно. Как согрешил, так тут же и поклон в землю: «Прости меня, брат, Христа ради…»
Вторая мысль преподобной состоит в том, что нам, собственно, и гневаться – то на людей нет никаких оснований. Странно было бы преследовать бранью и бешеным криком отравившегося и забывать совершенно об отравителе. Конечно, человек виноват, что он нажил страсть, но гневаться на него за то, что эта страсть в его сердце приведена в движение диаволом, по меньшей мере, странно. Наоборот, оскорбивший нас человек, как больной – ибо всякая страсть есть болезнь души, достоин всякого сострадания и любовного с ним обращения. Даже если он не сознает худости своих поступков, то и это не может служить извинением для нашего ответного гнева. Часто и физически больные просят себе во вред чего – либо, иногда и делают недозволенное, а иногда совершают проступки против совести и спокойствия ближних, но это не вызывает обиды со стороны последних. У гневающихся же при вспышке гнева ум весь ослепляется страстью. Иногда даже сознание потухает6565
В первом случае представлена у меня субъективная причина гнева: мы накричали на других за что – либо без предварительного с их стороны на нас воздействия; во втором – объективная: на нас накричали и тем задели наше самолюбие. Однако поклон и здесь нужен (ср. в молитвах ко св. причащению: «…примирися тя опечалившим»).
[Закрыть].
Таким образом, когда гневаемся на ближнего, мы повинны в тяжком грехе. Ведь он такой же член тела Христова, как и мы (1Кор. 12:27).
Но, поучает дальше преп. Синклитикия, «гнев еще меньшее зло; самое тяжелое зло – злостное памятование о зле». Зло, так сказать, в квадрате. «Гнев, на короткое время встревожив душу, проходит, а злопомнение делает ее лютее зверя»6666
Филарет (Гумилевский), архиеп. Жития святых… С. 74.
[Закрыть].
Злопамятность, прямое порождение гнева, есть червоточина души. Скрытая на самом дне ее, она часто делает человека, по виду кроткого, со скромно опущенными глазами, на самом деле, то есть внутри, – лютее зверя. И точит памятозлобие эту свою лютость на других иногда годами. Кто может проникнуть взором в эти глубины сатанинские? Кто поймет, каким образом в одно и то же время в душе человека уживаются противоположные чувства: горечь и наслаждение – горечь от нанесенной обиды, услаждение от представляемой за нее мести, хотя бы только в виде тайного презрения?
Беды от злопомнения неисчислимы. Молитва пропадает и уже недейственна, ибо злопамятный не может даже Оше наш до конца прочитать не в осуждение себе. В сердце таятся всякие преступные возможности, сам человек не может заранее поручиться, в какую форму выльется его отмщение. И что всего удивительнее, при этом человек иногда увещевает других прощать и забывать обиды. И опять новое бесовское кознодейство, едва ли понятнее прежних: любовь духовную, ради Христа, злопамятный не в силах оказать оскорбившему его, а плотскую, блудную, с удобством может с ним поддерживать.
Но нужно всеми силами бороться с этой страстью. Насильно смирять себя перед ненавидимым нами. Пусть это смирение будет только сперва на словах, следовательно, лицемерием, но чрез это появится у нас надежда достигнуть истинной любви: долговременное лицемерие более или менее чувствительную совесть приводит в стыд и жжет ее как огнем. А отсюда уже недалеко и до примирения и совершенного освобождения себя от памятозлобия. Впрочем, «не тогда узнаешь, что ты совершенно избавился от этой гнилости, когда помолишься об оскорбившем, или за зло воздашь ему дарами, или пригласишь его на трапезу: но когда, услышав, что он впал в некое злоключение, душевное или телесное, восскорбишь о нем, как о себе, и прослезишься»6767
Преп. Иоанн Лествичник. Лествица. С. 95. Слово 9. О памятозлобии, 12 (ср. с пунктами 2, 10, 11, 17).
[Закрыть].
Памятозлобие, в свою очередь, рождает новую страсть – злословие. Все равно как цепочка: потянул за одно кольцо – поднимутся за ним другие. Страсть эта – поистине бич всего человечества. Люди, кажется, только и делают, что злословят и осуждают друг друга: в научных трудах, литературе, театре, кино, в гостях, на базаре, на службе, дома, в бане. Не изъяты из общего правила – если можно здесь употребить это слово – даже монастыри.
Преп. Синклитикия обличала этот порок в своих сестрах:
«Подражай мытарю, чтобы не подвергнуться осуждению с фарисеем».
«Не слушай речей злословия, – говорила она, – чтобы не быть вместилищем чужих пороков. Если примешь в себя нечистые речи, положишь пятно на твою молитву. Наслушавшись худых отзывов, на всех будешь смотреть косо и ненавидеть без всякой причины. Люби врагов, не презирай беспечных и нерадивых. Истинно добродетельные, подражая Господу, евшему с мытарями и грешниками, заботятся о спасении грешников и употребляют все средства наставлять их на путь спасения. Впрочем, тому, кто сам не испытал деятельной жизни, опасно приниматься за научение»6868
Филарет (Гумилевский), архиеп. Жития святых… С. 74. – Прим. составителя.
[Закрыть].
И слушать дурное о ближнем нехорошо, а распускать самому дурные сплетни еще хуже. Нечего и говорить о том, что в обоих случаях это недуг души, неспособной к любви. Я хочу здесь указать на практическую невыгоду этого порока. Доводы о пользе или вреде чего – либо всегда производят на нас большее впечатление, чем идейные соображения.
Слушать сплетни невыгодно в том отношении, что они незаметно оседают в душе в виде ржавчины и разъедают наше доброе устроение. Редкая душа – и едва ли существует такая, если она не очистилась от страстей, – может не изменить своего отношения даже к другу или любимому близкому человеку, после того как выслушает о нем нечто худое. Ведь ко злу мы восприимчивы с младых лет (Быт. 8:21), все нехорошее (пусть даже незначительное) сейчас же находит в душе нашей отклик, потому что мы сами страстны. Ты – то не хочешь верить дурному о ближнем и, может быть, долго не веришь, но нажитые навыки в конце концов возьмут над тобой верх. Нельзя около огня не обжечься, стоя в воде – не замочиться. Так расстраивались и великая дружба, и страстная любовь.
Самому же осуждать иных – значит предвосхищать суд Божий и рыть себе яму погибели (Мф. 7:1). Об этом нечего распространяться, это понятно. Противоположная осуждению добродетель требует, наоборот, снисхождения к грешнику в его немощах, покрытия его грехов, прямого, наконец, наставления в добродетели. И такого устроения преп. Синклитикия желала своим сестрам (а также и нам). Но не все готовы к подобному деланию. Мешает наша немощь духовная. Учить иных может только тот, кто сам прошел добродетель на опыте. В противном случае, сбывается слово Господа:…еда может слепец слепца водити? не оба ли в яму впадетася? (Лк. 6:39) Впрочем, об этом нам еще придется говорить. И тогда скажем подробнее.
