332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Энн Макалистер » Брак по завещанию » Текст книги (страница 5)
Брак по завещанию
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 17:46

Текст книги "Брак по завещанию"


Автор книги: Энн Макалистер






сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

Глава пятая

Почему все оказалось так сложно?

Сэм привык вести дела по телефону и по факсу. Он умел добиваться исполнения своих решений, используя лишь электронную почту и рассылая телексы. Конечно, ужасно жаль, что его деловые партнеры из Таиланда наотрез отказались приехать в Дюбук. Но дело не только в этом. У него ничего, буквально ничего, не получалось так, как надо.

Сообщения или терялись, или вдруг оказывались не на месте, или – что еще хуже – были неправильно записаны. Стоило ему отлучиться хоть на минуту, как, наряду с мусором, с его письменного стола исчезали и все нужные бумаги. Документы и проекты, над которыми он трудился долгие месяцы, словно испарялись.

Новая телефонная линия то и дело давала сбои. Мастер сказал, что не может понять, в чем дело, но все-таки пришел и снова ее проверил. Все выглядело совершенно исправным. Линия работала безотказно. Но телефон не отключался, только когда по нему говорил телефонный мастер.

Сэм не понимал, почему вдруг все неодушевленные, но столь необходимые предметы ни с того ни с сего ополчились на него.

Он спросил Жози, не возникали ли у нее проблемы с гостиничным коммутатором. Нет, не возникали. Пожалуй, это единственное, что она сказала ему за последнее время. Она то избегала его, то появлялась там, где ему нужно было срочно что-то сделать, и либо пылесосила, либо принималась стучать молотком, а то приводила постояльцев осмотреть комнату.

У него всегда было несколько романтическое, хотя и весьма смутное представление о том, что все беременные женщины делаются мягкими, спокойными и, пожалуй, похожими своей медлительностью на коров, жующих жвачку. Жози не была ни мягкой, ни спокойной. За последние три дня она буквально вымотала его, взявшись за исполнение около десятка различных проектов по реконструкции и перепланировке гостиницы.

Однажды днем он застал Жози за развешиванием картин, недавно приобретенных ею на одном аукционе. При этом ей самой приходилось и таскать их, и поднимать, и укреплять на нужной высоте. Потом она их поправляла, отходила назад и раздумывала, подходящее это для них место или нет. Затем снимала и перетаскивала в другую комнату. Причем ее привлекали главным образом те комнаты, где он уединялся, чтобы хоть немного спокойно поработать.

– Ты уже здесь была, – напомнил он, когда она, громыхая, втащила в библиотеку картину в здоровенной раме с изображением первых построенных в Дюбуке зданий.

Она пожала плечами.

– Лучшего места для нее не сыскалось.

Ее лицо раскраснелось от напряжения. Она начала было снова поднимать картину.

– О Боже! Дай я.

Он выхватил картину у нее из рук.

– Где ты хочешь ее повесить?

– Вон там.

Она указала на стену со старинными встроенными книжными шкафами из вишневого дерева. Он поднял громоздкую картину.

– Нет, лучше туда.

И она повернулась на сто восемьдесят градусов, указывая на место как раз над новехонькой встроенной ванной-джакузи для двоих.

– Будет на что посмотреть во время купания.

Сэм перенес картину в другой конец комнаты и повесил ее над ванной.

– Левый край ниже правого. Надо поправить, – сказала Жози.

Сэм поправил.

– Теперь правый край выше левого.

Сэм немного опустил его.

– Еще чуть-чуть.

Сэм снова поправил картину.

– Вот так. Теперь то, что надо.

Она помолчала, подумала, а потом предложила:

– Может, она будет лучше смотреться над книжными полками?

– Извини, дорогая. Картина останется здесь.

– Но…

Сэм повернулся к ней всем корпусом.

– Читай по губам. Картина здесь отлично смотрится.

– Тогда я сама ее перевешу.

И Жози сделала несколько шагов.

Сэм преградил ей дорогу, встав между ней и картиной, но тут пронзительно зазвонил телефон.

Это была Элинор. Она пыталась провести через таможню груз индийского текстиля, но для этого ей требовался ряд бумаг, которые она по факсу отправила Сэму на подпись.

– Мне надо подняться за ними наверх.

Бумаг там не оказалось. Письменный стол стерильно чист. В мусорной корзине ни клочка. А из холла до него донесся шум пылесоса, которым работала Жози.

Она пытается избавиться от него, выжить его отсюда. Не надо быть гением, чтобы это понять. Сэм перенес центр тяжести своего тела на пятки.

– Что, черт возьми, ты тут вытворяешь? – возмущенно обратился он к ней, когда на следующий день, вернувшись после завтрака в номер «Коулмэн», чтобы снова просмотреть ворох факсов по пропавшему грузу нефрита, ударился о стоявшую в дверях стремянку.

На верхней ступеньке стояла Жози. Она выгнула спину, чтобы живот не мешал ей смотреть на него сверху вниз.

– Обдираю обои. Получается?

Сэм негодующе посмотрел на нее.

– Получается, что ты хочешь убить себя. Немедленно слезай оттуда.

– И не подумаю.

Она повернулась к нему спиной и снова принялась сдирать обои.

– Так ты не слезешь? Нет?

– Ни за что.

Сэм вдруг почувствовал, что задыхается, как будто галстук душит его. Он потянулся было немного ослабить узел, но вспомнил, что на нем футболка. Он швырнул на пол пачку факсов, протянул руки и, обхватив Жози за бедра, стащил ее со стремянки.

– Да как ты смеешь? – набросилась она на него, едва ее ноги коснулись пола. Она вся пылала от гнева.

– А что мне, по-твоему, делать? Просто стоять и наблюдать, как ты вытворяешь подобные глупости?

– Это моя работа. «Управляющая гостиницей отвечает за состояние здания». Так написано в моей должностной инструкции. Можешь почитать на досуге.

– Я, пожалуй, поступлю по-другому. Просто изменю эту твою чертову инструкцию. А теперь отойди-ка подальше от стремянки и близко не смей к ней подходить!

– Но мне нужно все закончить. Это стоит у меня в плане. Мы с Хэтти в течение зимы составляли перечень неотложных дел: в каких номерах переклеить обои, какие покрасить. Испарения от краски вредны для ребенка, а обои как раз то, что надо. Я обдирала обои десятки раз, если не больше. Как ты думаешь, кто здесь все поклеил?

Тараторя без умолку, она все время пыталась вырваться из его рук, но он не отпускал. Правда, теперь он ее держал не за бедра, а за запястья, однако легче ему не стало. Эта часть ее тела едва ли была менее соблазнительной, и Сэму с огромным трудом удавалось сохранять рассудительность.

– Ты. Все обои поклеила ты. Но тогда ты не была беременна.

После короткой паузы он спросил:

– Или уже была?

Наконец-то Жози сумела вырваться из его цепких объятий.

– Ты прекрасно знаешь, что нет!

– То-то же, а сейчас ты носишь моего ребенка. Потому не смей лазить по стремянке.

Она отвела глаза в сторону и, слегка отступив назад, яростно накинулась на него:

– Это нужно доделать!

– В таком случае мы найдем кого-нибудь.

– Деньги могут все? Да, Сэм?

У него сжались челюсти. Он понимал, что она хочет задеть его побольнее. Жози знала, что деньги не имеют для него значения, но сейчас для нее главное – сохранить между ними состояние войны. Интересно, глупое упрямство свойственно всем беременным? Спрашивать, пожалуй, не стоит. Лучше не нарываться.

– Этот вопрос деньги смогут решить, – произнес он как можно спокойнее. – Позови кого-нибудь, и пусть он закончит обдирать здесь обои.

– Он? – презрительно бросила Жози.

Сэм стиснул зубы.

– Хорошо. Пригласи какую-нибудь женщину. Или целую ораву. Мне безразлично. А про стремянку забудь!

Жози гневно сверкнула на него глазами. Сэм ответил ей не менее красноречивым взглядом.

Зазвонил телефон. Он чуть не заскрежетал зубами, но не снял трубку.

– Я поговорю внизу, в библиотеке, – сказал он и, предвосхищая ее возражения, добавил: – Мне наплевать, если ты ее уже сдала на сегодняшний вечер. Хотят – пусть ждут, не хотят – не надо, могут отправляться ко всем чертям. У меня работа, и я намерен ее выполнять. Здесь. И тебе меня не спровадить отсюда. Имей это в виду. И чтоб больше никаких акробатических этюдов, ясно?

Его прервал еще один пронзительный телефонный звонок.

– Кто-нибудь подойдет к телефону? – крикнул Клитус.

Сэм схватил мобильный телефон и рявкнул:

– Флетчер. Подождите.

Нажав на нужную кнопку, снова повернулся к ней. Взгляд его был тверд и неподвижен.

– Тебе все ясно?

Целую минуту длилось молчание. Наконец Жози сказала:

– Я найму кого-нибудь для этой работы.

Гордо задрав голову, она, не оглядываясь на него, вышла из комнаты и начала спускаться по лестнице.

Если смотреть на нее сзади, никогда не догадаешься, что она беременна. Выглядит, как всегда: необыкновенно соблазнительная женщина с потрясающе красивыми длинными ногами. Только плавное покачивание из стороны в сторону при ходьбе выдавало происшедшие в ее теле изменения. Он сглотнул слюну. Все равно у нее самая сексуальная походка из всех, какие ему доводилось видеть.

У него вырвался вздох, похожий на стон.

Телефон продолжал выдавать световые сигналы, напоминая, что на том конце провода все еще ждут. Затрещал и факс.

– Да что это такое? Возьмет кто-нибудь трубку или нет? – снова раздался крик Клитуса.

Сэм, не обращая внимания на факс, нажал на кнопку своего мобильного телефона.

– В чем дело?

– Ну наконец-то, – вспылила Элинор. – С тобой хочет поговорить г-н Раджшакит. Он звонит по селекторной связи.

– А-а, – протянул Сэм и, вспомнив свои скудные познания в тайском, поприветствовал г-на Раджшакита на его родном языке.

У него больше не было времени думать о ножках Жози.

Эта неделя оказалась не самой продуктивной в его жизни. Что верно, то верно.

Потратив тысячу долларов на телефонные переговоры, он гаки умудрился разыскать пропавший груз нефрита. Ему удалось перенести встречу с группой бизнесменов из Гонконга со следующей недели на следующий месяц. Он даже сумел смягчить г-на Раджшакита, пообещав лично встретиться с ним в Нью-Йорке через две недели, хотя сомневался в возможности этой встречи. Все зависело от того, как скоро образумится Жози. Удастся ли ей выжить его отсюда? Ему не хотелось себе в этом признаваться, но она была очень близка к успеху.

Ясно как день, что она не хочет его здесь видеть и делает все возможное для его изгнания. Где бы он ни находился, там сразу возникал шум и начиналась невообразимая суматоха. Он неизменно оказывался по колено в обрезках обоев, в пыли, перепачканным в свежей краске, тогда как остальные, похоже, наслаждались тишиной и покоем. Уму непостижимо, как Жози ухитрялась создавать атмосферу райского блаженства для постояльцев и в то же время развивать бурную деятельность везде, где бы он ни пытался уединиться, чтобы хоть немного поработать. Но надо отдать ей должное: она мастерски справлялась с этой задачей.

Прошло пять дней, прежде чем он смог чуть-чуть передохнуть, тайком прокравшись в «Капитанские» апартаменты, чтобы заняться делами. Ему было известно, что номер забронирован на сутки, но он перехватил телефонный звонок от молодоженов, у которых был медовый месяц, и те сообщили, что приедут очень поздно. Радуясь удаче и ничего не сказав Жози, Сэм заперся в этом номере.

В полном одиночестве он провел там три часа, успев подчистить все бумажные дела, которые Элинор отправляла ему по факсу. Он даже сумел сделать несколько телефонных звонков, и его при этом ни разу не разъединили. К шести вечера он чувствовал себя так, будто покорил Эверест. Смахнул последний лист бумаги со своего стола, встал и сладко потянулся.

У него затекла спина от долгого сидения в полусогнутой позе.

– А ты, братец, совсем потерял форму, – пожурил он самого себя. Затем собрал бумаги, осмотрел комнату. Убедившись, что все готово для приема гостей, отпер дверь и вышел в коридор.

Повсюду стояла тишина. Из номера мистера и миссис Шилдс доносились негромкие голоса. Гости уже успели удобно расположиться. Одна супружеская пара сидела в Розовой гостиной, потягивая херес и просматривая газеты. Сэм ожидал, что Жози тоже здесь. Указывает на высокие шпили церквей и взахлеб рассказывает истории здешних мест. Но ее не было. Эррол Флинн свернулся калачиком около кадушки с папоротником. На подоконнике разлегся Уоллес Бири, выглядывая из резного окна, откуда открывался вид на парадный вход и – дальше – на весь город. Когда Сэм вошел, кот повернул голову в его сторону.

– Где Жози? – обратился к нему Сэм.

Уоллес только широко зевнул в ответ.

В дверь позвонили. Сэм не пошел открывать.

Ему было ясно велено не вмешиваться не в свое дело. Поэтому он стал чесать Уоллеса за ушами и в ответ услышал благодарное мяуканье.

В дверь позвонили во второй раз.

Сэм подождал, рассчитывая услышать шаги Жози, спешащей из кухни навстречу гостям. Чета, сидевшая в Розовой гостиной, вопросительно посмотрела на него. Нахмурившись, он пошел в буфетную и, просунув голову в дверь, позвал:

– Жози?

Затем через буфетную проследовал в кухню. Там тоже никого не оказалось. Ему было видно, как Клитус на заднем дворе поливает клумбы. Жози с ним не было.

Сэм собрался уже идти открывать дверь, но его опередил Бенджамин.

– Стар стал, уже не так быстро бегаю, – извинялся он перед двумя вошедшими дамами. – Нужно было мне вас встретить. Живу-то я здесь поблизости.

И он кивком головы указал на маленький домик около обрыва.

– Позвольте, я возьму ваши чемоданы. Этот вот Сэм, а тот – Уоллес Бири, – снова кивнул он головой, на сей раз в сторону Сэма с котом, проходивших мимо.

Сэм улыбнулся. Уоллес замурлыкал. Бенджамин повел новых постояльцев наверх.

Это уже прогресс, подумал Сэм. Бенджамин представил его раньше, чем кота.

– Где Жози?

– Она попросила меня присмотреть за постояльцами, – бросил через плечо Бенджамин. – Сюда, пожалуйста.

Весь остаток дня Бенджамин исполнял обязанности хозяина. Жози не вышла даже к ужину. Со времени приезда Сэма она ни разу не брала выходной. Конечно, у нее есть полное право на свободный день, но она могла бы поставить его об этом в известность. Он чувствовал себя уязвленным.

Он на скорую руку приготовил поесть себе и Бенджамину, надеясь, что словоохотливый старик проболтается, куда подевалась Жози.

Но Бенджамин ни словом о ней не обмолвился.

Он рассказывал о временах, когда они с Уолтером ходили вверх-вниз по Миссисипи. Их жизнь и вправду была не лишена романтических приключений в духе Тома Сойера и Гекльберри Финна. Сэму она казалась весьма заманчивой.

Однажды, когда Уолтер был еще жив, они уплыли в небольшой лодке на один из островов, где готовили себе еду на костре и до утра развлекали друг друга разными историями. В ту ночь с ними была Жози. Глаза ее блестели, она улыбалась и сгорала от нетерпения услышать еще одну небывальщину. Он тогда наблюдал за ней, забавляясь ее детской доверчивостью. Жози захотелось самой попробовать спуститься вниз по реке, и на следующее утро она принялась сколачивать плот. Сэм думал, что пройдет пара часов и она бросит эту затею. Но он ошибся.

У нее ушло три дня на то, чтобы спилить деревья и скрепить стволы. Девчонка трудилась не разгибая спины. Он помнил, как она впервые спустила плот на воду. Стояла вся перепачканная, искусанная комарами, почерневшая от солнца, но еще тогда он подумал, что ни у кого не видел такой сияющей белозубой улыбки. Ему смутно помнилось, что точно такой же озарялось ее лицо и в ту ночь, когда они занимались любовью.

Бенджамин ушел, и Сэм остался в гостиной один. Сидел и смотрел в окно на город, на реку и думал о былом, о той ночи, о Жози.

Избегая лишних волнений, он редко когда позволял себе думать о ней с той самой ночи, когда они были близки. Однако эта женщина скоро станет матерью его ребенка. А что он о ней знает? Упряма, отзывчива и умеет улыбаться, как никто другой на всем белом свете…

Кстати, он не имеет ни малейшего представления о том, где она сейчас может быть. И с кем. Сэм взъерошил волосы, встал и принялся ходить взад-вперед по гостиной. Черт бы ее побрал!

Часы пробили девять. Потом десять. Одиннадцать. А Жози все не возвращалась. Может, она пошла куда-то с кем-то из своих друзей? Может, с Куртом?

От этой мысли у него закипела кровь. Он остановился возле телефона, несколько минут пристально смотрел на него, затем схватил телефонный справочник и стал лихорадочно искать номер Курта. Набрал его, неотступно думая о том, что скажет, если к телефону подойдет она. Но никто не отозвался. Сэм бросил телефонную трубку.

В дверь позвонили.

Он впустил припозднившихся гостей. Это были молодожены, для которых приготовили «Капитанские» апартаменты.

– Надеюсь, вы засиделись так поздно не из-за нас? – улыбаясь, спросила новобрачная.

– Нет.

Несмотря на свое беспокойство, при виде этой пары он не мог сдержать улыбки. Она – все еще в подвенечном платье, с куском свадебного торта в руках; он – в твидовом костюме и с коробкой пиццы.

– Нам не удалось поесть на свадьбе, – объяснила она.

Сэм проводил их в номер, поздравил и пожелал всего наилучшего, а также выразил надежду, что традиционная бутылка шампанского хорошо пойдет с их пиццей. Шампанское Жози всегда оставляла охлаждаться в ведерке со льдом. И тут он заметил, что шампанского на столе нет.

Он нахмурился. Это на нее совсем не похоже. Жози никогда не забывает о подобного рода вещах.

– Я сейчас вернусь. Молодоженам полагается бутылка шампанского.

Новобрачная, которая уже уселась по-турецки посреди кровати и жевала кусок пиццы, одарила его лучезарной улыбкой.

Новобрачный же попросил:

– Нельзя ли вместо шампанского принести пару банок пива?

– Конечно, – с готовностью отозвался Сэм.

Перепрыгивая сразу через две ступеньки, Сэм помчался вниз по лестнице к холодильнику, схватил всю упаковку с шестью банками пива и понесся обратно.

– Вот, пожалуйста. Дайте знать, если вам понадобится что-то еще.

– Нам больше ничего не понадобится, – заверила его новобрачная и улыбнулась мужу.

– Ну разумеется, – сказал Сэм, выходя и плотно прикрывая за собой дверь.

Где же, черт побери, Жози?

Он постучался к ней и не получил ответа. Но заметил маленькую полоску света под дверью. Может, все это время она провела здесь?

– Жози? – позвал он.

Никакого отклика. Он подождал и снова повторил:

– Жози!

На этот раз он добавил металла в голос.

Наконец послышались тихие шаги. Щелкнул замок. Дверь открылась.

Сэм оторопел.

– Что с тобой? Что случилось?

– Ничего.

Лжет. Прежде он никогда не видел, чтобы она так ужасно выглядела. Лицо пепельно-серого оттенка, губы как темное пятно на мертвенно-бледном фоне, глаза словно выжженные впадины.

Он резко толкнул дверь и решительно прошел в комнату.

– Что произошло?

На ней был халат, под ним – ночная рубашка, те же, что и в ту ночь, когда он привел ее к себе в номер. Сейчас они едва прикрывали ее живот.

– Просто у меня… Ну, это просто схватки.

– Схватки? Сейчас? Ты уже рожаешь?

– Конечно, нет. – Она дернула плечами. – То есть… надеюсь, что нет.

Последние три слова она скорее не произнесла, а выдохнула. Ее начало трясти. Сэм выругался про себя, затем, обняв ее, тихонько, но настойчиво повел в спальню.

– Тебе надо лежать в кровати и не вставать.

– Я и лежала в кровати.

– Извини. Почему же ты мне не сказала?

Она ничего не ответила, просто попыталась смахнуть с себя его руку. Но не вышло. Он довел ее до кровати и откинул пуховое одеяло.

– Ты звонила врачу?

– В этот раз нет.

– Что значит «в этот раз»? Какого черта? Это что, часто у тебя случается?

– Не ругайся, – устало сказала она. – Тебя может услышать ребенок.

– Младенцы реагируют на интонацию, а не на слова.

Сэм не знал, так ли это на самом деле, но по крайней мере объяснение звучало правдоподобно.

– Позвони врачу.

– Зачем? Он просто скажет, чтобы я легла. А это я и сама знаю.

Жози побелела как полотно, став одного цвета с простыней, на которой лежала.

– Когда начались схватки?

– Вскоре после обеда.

– После обеда!

– Но они же прекращаются, – поспешно прибавила она. – То есть не то чтобы идут подряд…

Она отвернулась от него. Ее пальцы судорожно теребили простыню.

– Мне просто надо отдохнуть.

Но в ее голосе не было уверенности. Более того, он был пронзительно тонким. Сэм видел, как она сглотнула слюну. Жози явно избегала его взгляда.

– Я звоню врачу.

Она начала приподниматься.

– Тебе не следует…

– Следует. Я даже не знаю, кто твой врач! Я его ни разу не видел. Его или ее?

– Его, – ворчливо призналась Жози.

– Как его зовут?

На какое-то мгновение ему показалось, что она откажется отвечать.

– Доктор Бастроп, – неохотно сообщила Жози. – Но ей-Богу, ты не должен его беспокоить. Сегодня же суббота.

– А что, все дети рождаются строго с девяти до пяти и исключительно по будням?

Сэм нашел номер телефона врача в телефонной книге и, разговаривая с Жози, набирал его.

– Какой смысл? Он просто скажет, чтобы я легла в постель и отдохнула.

– Поживем – увидим, – ответил Сэм.

Он дозвонился.

– Это Сэм Флетчер. Мне нужен доктор Бастроп. Срочно.

Уже через пять минут, переговорив с дежурным, а затем и с лечащим врачом, они были на пути в больницу.

Теперь Жози понимала, почему Сэм так преуспевает в делах. Ни разу не повысив голос, он сумел настоять на своем. Если бы она сама оставила сообщение на автоответчике доктора Бастропа, то он бы ей, конечно, перезвонил, чтобы убедить в беспочвенности ее страхов. На этом бы все и закончилось.

Сэм же сразу всех привел в движение. Повесив трубку, он обратился к ней:

– Вставай. Мы едем в больницу. – И начал стаскивать с нее одеяло.

Жози даже не шевельнулась. Лежала вся сжавшись и скрестив на груди руки.

– Не глупи. Доктор уже едет. Он будет ждать нас в больнице.

Но Жози по-прежнему не двигалась с места. Она прерывисто дышала, делая неглубокие вдохи, пытаясь усилием воли прекратить схватки. Смысл ее неподвижности внезапно дошел до Сэма. Чертыхнувшись, он присел на корточки рядом с ней.

– Опять схватка. – Это был не вопрос, а утверждение. – Тебе плохо?

Жози быстро качнула головой и шмыгнула носом.

– Да нет. Почти не больно. Просто… просто…

Она старалась говорить спокойно. Но ей это не удалось. Последние несколько слов она произнесла, сорвавшись на плач:

– Не знаю. Вдруг уже начинается? Но ведь срок еще не подошел.

– Поэтому тебя и надо отвезти в больницу.

Сэм был так близко, что она чувствовала его дыхание на своей руке.

– Отступило? Можешь привстать?

Она слабо кивнула.

– Ну, тогда давай, пойдем потихоньку.

Не успела она опомниться, как он обнял ее рукой за талию и помог сесть. Затем просунул другую руку и взял ее под коленки.

– Я тебя отнесу.

Жози резко выпрямилась.

– Никуда ты меня не понесешь.

Она крепко запахнула халат.

– Убирайся отсюда.

– Тебе обязательно надо в больницу, Жози.

– Я поеду в больницу. Но войду туда на своих ногах. А для начала мне нужно одеться, так что будь любезен, выйди отсюда!

Сэм стоял в нерешительности. Она подумала, что сейчас он бросит ей в лицо что-нибудь насчет того, что уже видел ее в наряде Евы. Но он в конце концов кивнул.

– Я подожду в коридоре.

Он вышел и закрыл за собой дверь. Никакого звука шагов. Значит, сдержал слово и стоит под дверью.

Жози, пошатываясь, встала и начала одеваться. Когда она натягивала на себя свитер, ее прихватило сильнее прежнего. Она согнулась пополам от боли, напуганная до полусмерти. Она боялась потерять ребенка. Вся сжавшись, она не решалась разогнуться, пока не пройдет схватка.

– Жози?

Сэм позвал ее тихо, но настойчиво.

– Подожди.

Она наконец натянула свитер.

– Готова?

Она как раз присела на кровать, чтобы обуть сандалии. Не дожидаясь ответа, Сэм открыл дверь и вошел.

– Постой, я помогу.

И прежде чем она успела возразить, он опустился перед ней на колени и стал обувать ее.

Когда он нагнулся, его короткие, выгоревшие на солнце волосы коснулись ее колен. Она чувствовала прикосновение его пальцев, пока он возился с пряжками.

– Какое баловство, – не удержалась она. – Мне надевают туфли!

Сэм поднял на нее глаза, скользнул взглядом по ее огромному животу. Они посмотрели друг на друга. Она несмело улыбнулась. Он тоже ответил ей улыбкой. Пожалуй, впервые с тех пор, как он появился здесь неделю назад, они улыбались друг другу. Глупо. Так глупо, что хочется заплакать. Жози отчаянно пыталась сдержать слезы.

– Ну, пошли.

Сэм обнял ее и поставил на ноги.

– Пора.

– Мне надо позвонить Бенджамину. Кто-то же должен следить за хозяйством и отвечать на телефонные звонки.

– Я ему уже позвонил.

У двери они столкнулись с запыхавшимся Бенджамином. Он выглядел так, словно только что встал с постели, – непричесанный, с незаправленной рубашкой.

– С тобой все в порядке? – Не дожидаясь ответа, он вперил взгляд в Сэма. – Смотри проследи, чтобы с ней ничего не случилось. Ясно?

Сэм кивнул:

– Яснее не бывает.

Доктор уже ждал их в приемном отделении «Скорой помощи». Крупный мужчина, с волосами, слегка тронутыми сединой, и большущими, как у моржа, усами. Манеры мягкие и вкрадчивые. Он знал, как успокоить Жози.

– Решили скрасить мой субботний вечер?

– Простите, доктор, – пролепетала Жози. – Уверена, у меня ничего серьезного. Просто он, вот он, – и она взглянула на Сэма, который все еще держал ее за локоть, – хотел убедиться, что все в порядке.

Доктор Бастроп встретился с Сэмом взглядом. Ему было известно, как не хотела Жози, чтобы отец ребенка узнал о ее беременности, а уж тем более вмешивался в ее жизнь. Он этого не одобрял, но молчал и не затрагивал щекотливой темы. Сейчас он оценивающе смотрел на Сэма, пытаясь понять, что тот за человек. Наконец, после довольно продолжительного молчания, доктор кивнул, сказав:

– Ну, что ж. Пора нам заняться делом.

Сэм собрался было пройти вместе с ними в комнату для осмотра, но доктор Бастроп, оглянувшись, остановил его.

– Здесь вы ничем не сможете помочь. Погуляйте пока по коридору. Я приглашу вас, как только буду знать, в чем дело.

В какой-то момент Жози показалось, что Сэм начнет спорить и возражать. Но он только кивнул, глубоко засунув руки в карманы.

Когда врач закончил осмотр, она оделась и, свесив ноги, села на краешек стола, наблюдая за доктором Бастропом и пытаясь понять выражение его лица. Однако по нему мало что можно было угадать.

– Как часто возобновляются схватки?

Жози облизнула губы.

– Иногда всего через минуту. Иногда через пять.

– С сегодняшнего дня?

Он забарабанил пальцами по столу, посмотрел сначала на нее, потом на свои руки.

– Уже начинается? – спросила она, не в силах больше ждать.

– Полагаю, что нет. Пригласите-ка отца, – обратился он к медсестре.

Через секунду Сэм уже был в кабинете.

– С ней все в порядке?

– Да.

– А как ребенок? Она сейчас родит?

– Пока не знаю.

– А нельзя ли поточнее? – настойчиво переспросил Сэм.

– Всему свое время.

– Но…

– Мы должны подождать.

Доктор ободряюще улыбнулся им. По крайней мере, Жози именно так истолковала его улыбку.

– Надеюсь, если вы будете избегать перенапряжения, эти схватки прекратятся сами собой. Преждевременные ложные схватки более характерны для уже рожавших женщин. Но при первой беременности… Хотя, даже если вы родите сейчас, у ребенка хорошие шансы выжить. Но природу все же больше устраивает, если мать носит ребенка девять месяцев. Меньше проблем.

Он посмотрел сначала на Жози, потом на Сэма, затем снова на Жози.

Та сразу же затараторила:

– Хорошо, хорошо. Я буду больше отдыхать. Я же обещала.

– Больше отдыхать – недостаточно, – возразил доктор Бастроп. – Вам придется вообще перестать работать.

– Совсем?

– Совсем, – твердо произнес Бастроп. – Не знаю, перегружали вы себя работой последнее время или нет, но одно знаю наверняка: что-то явно провоцирует эти схватки.

Жози почувствовала, как при словах «перегружали вы себя работой» Сэм устремил на нее возмущенный взгляд. Щеки у нее стали пунцовыми.

– У меня были неотложные дела! Я не думала… – Голос ее оборвался. – Я не…

Она отвела взгляд в сторону, пытаясь справиться с подступившими слезами.

– Жози, теперь вы должны беречь себя, – решительно сказал доктор. – А это значит никакой беготни, никакой спешки. Тяжести не поднимать. По лестницам не ходить!

– Но я живу на третьем этаже!

– Мы переселим ее на первый, – перебил Сэм. – И конечно, она больше не будет работать и проведет в постели весь оставшийся срок беременности, если вы настаиваете на этом.

Глаза Жози метали громы и молнии. Какое самомнение! Какая бесцеремонность!

Но доктор был очень доволен.

– Отлично. Давно пора, чтобы кто-то о вас позаботился, – сказал он Жози.

– Я сама могу о себе позаботиться! – запротестовала она, но тут же вся скривилась от боли. Доктор Бастроп положил ей на живот руку и не отнимал ее до тех пор, пока схватка не стала затихать.

– Я знаю, Жози, что вы можете о себе позаботиться, – сказал он. – До сих пор благоразумие вам не изменяло и вы старались не навредить будущему ребенку. Уверен, что именно так вы станете поступать и в дальнейшем, тем более что ваш муж готов вам помочь.

Жози хотелось закричать что есть мочи: он мне не муж! И никогда им не был. Но она только терла кулаками глаза, раскачиваясь всем телом взад-вперед.

– Отвезите ее домой и уложите в кровать, – обратился доктор Бастроп к Сэму. – Берегите ее. – И после секундной паузы добавил: – Молитесь, чтобы все обошлось благополучно.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю