Текст книги "Пепел твоего сердца (СИ)"

Автор книги: Эн Бакли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Глава 12. Портал в никуда

Глава 12. Портал в никуда

Нейтральные земли встретили нас серостью.

Небо было низким, тяжелым, без единого просвета. Трава хрустела под ногами, как сухая кора. Даже воздух был другим – пресным, пустым. Ни запаха гари, ни свежести леса. Ничего.

– Мне здесь не нравится, – сказал Кайан.

– Мне тоже.

– Я не чувствую магию. Как будто отрезали часть меня.

– Это пройдет.

– Откуда знаешь?

– Понятия не имею. Но надо же тебя подбодрить.

Он посмотрел на меня. Без улыбки, но тепло.

– Ты жестокая женщина, Эльза.

– Я курьер. Оптимизм не входит в должностные обязанности.

Тихон фыркнул из рюкзака. Кот тоже чувствовал это место – притих, не вылезал.

Мы шли молча. Кайан с каждым шагом бледнел.

– Остановись, – сказала я.

– Не могу.

– Ты упадешь.

– Поднимешь.

– Наглая твоя морда.

– Я бог. Бывший. Наглость – это профдеформация.

Я усмехнулась. Но на душе было паршиво.

Вдруг Тихон зашипел.

Я выхватила нож. Кайан напрягся.

Из кустов вышла Зоя. Грязная. Уставшая. С пустыми руками.

– Не стреляйте, – сказала она. – Я одна.

– Ты с Маркусом? – я не опустила нож.

– Была. Теперь нет.

– И почему я должна тебе верить?

– Потому что я здесь, идиотка. Одна. Без оружия. В нейтральных землях. Ты представляешь, как мне страшно?

Она дрожала.

Я опустила нож.

– Зачем ты здесь?

– Маркус знает про портал. Он вас там ждет.

– Откуда ты знаешь?

– Я была у него в лагере. Слышала разговор.

– Ты работаешь на него?

– Работала, – Зоя скривилась. – Он обещал вернуть мне мужа. Сказал, что держит его в темнице. А потом я узнала, что муж давно мертв.

Она замолчала.

– Как ты поняла? – спросил Кайан.

– Я почувствовала. Магия не врет.

– А теперь?

– А теперь я хочу, чтобы он заплатил. И чтобы вы остались живы.

Она посмотрела на нас.

– У меня никого нет. Ни мужа, ни дома, ни магии. Только вы.

– Жестокая логика, – сказал Кайан.

– Я торговка. Логика – это работа.

Тихон чихнул и прыгнул к Зое на руки. Кот одобрял.

– Ладно, – вздохнула я. – Пошли.

Портал выглядел как дыра в мире.

Он висел в воздухе, мерцая серебристым светом. Вокруг не росло ничего – даже трава обходила стороной.

– Красиво, – сказала я.

– И смертельно, – ответил Кайан.

– Не боишься?

– А есть смысл? Зоя уже сказала, что нас ждут. Это не секрет.

– А вдруг она врет?

– Зачем? Она здесь. Без магии. Без оружия. Если бы хотела нас убить, привела бы солдат.

Я промолчала. Он был прав.

Зоя остановилась в нескольких шагах от портала.

– Дальше я не пойду.

– Почему? – спросил Кайан.

– Моя магия сгорит. Я умру. А умереть я еще успею.

– Как же твой муж? – спросила я. – Ты же сказала, он мертв.

– Думаешь, меня это остановит? – усмехнулась Зоя. – Я хочу увидеть, как Маркус горит. Это не про мужа. Это про меня.

Она посмотрела на Кайана.

– Ты – бог. Ты сможешь его остановить. А я – верю.

– С чего вдруг?

– С того, что он тебя боится. А боги не боятся никого, кроме равных.

Кайан кивнул.

– Не подведу.

– Постарайся.

Она развернулась и ушла.

Мы остались одни перед порталом.

– Что будем делать? – спросил Кайан.

– Идти.

– А если это ловушка?

– Зоя сказала – ловушка. Маркус знает. Но выбора нет.

– Ты всегда так легкомысленно относишься к смерти?

– Я к ней привыкла.

Он взял меня за руку.

– А я нет.

– Привыкнешь.

– Не хочу.

– Тогда живи.

Он усмехнулся.

– Пошли.

Серебристый свет поглотил нас.

А когда рассеялся, мы стояли на другой стороне.

И напротив – Маркус.

– Привет, Эльза. Я же говорил, что найду.

За его спиной было синее, живое небо с облаками. Мы были там, где началось наше путешествие. У развилки.

– Портал замкнул круг, – сказал Маркус. – Вы никуда не уйдете.

Кайан шагнул вперед.

– Ты не сможешь меня удержать.

– Уже удержал.

Он махнул рукой. Из-за холмов вышли фантомы. Десятки. Сотни.

– Теперь вы – мои.

– Что будем делать? – тихо спросила я.

– Драться, – ответил Кайан.

– У тебя нет магии.

– Есть ты.

Он взял меня за руку.

– Ты – моя искра.

– Я – дрова.

– А без тебя огня нет.

– А без меня ты – просто пепел.

– Так давай.

Мы шагнули навстречу.

Глава 13. Пепел и пламя

Глава 13. Пепел и пламя

Фантомы надвигались молча. Это было страшнее криков. Тишина давила на уши, и в ней каждый шаг отзывался в груди.

– Ну что, курьер, – сказал Кайан. Голос ровный, но я чувствовала – он боится. Не за себя. За меня.

– Не называй меня так, – ответила я. – Я уже не при делах.

– А кто ты?

– Та, кто вытащит нас отсюда. Давай, бог. Работай.

– А если я ничего не могу?

– Тогда умрем. Но сначала попробуем пожить.

Он усмехнулся.

Первые фантомы бросились одновременно.

Я ушла в сторону, рубанула ножом по протянутой руке. Нож прошел сквозь призрачную плоть, как сквозь дым, но фантом взвыл – я задела его суть. Он рассыпался, но двое других уже заходили с боков.

– Кайан! – крикнула я, падая на землю и пропуская удар над головой.

Он ударил. Огонь вырвался из его рук – рваный, почти черный в основании, с багровыми сполохами на концах. Волна жара прокатилась по поляне, сшибла трех фантомов. Они загорелись, заметались, но не исчезли – горели, как сухие ветки.

– Бей точнее! – крикнула я, уходя от следующего удара.

– Я стараюсь!

– Мало!

Он зарычал. Огонь стал плотнее, ударил прицельно, испепелил еще двоих.

Но сам он пошатнулся. Схватился за грудь. Из носа потекла кровь.

– Амулеты, – прорычал он, кивнув на солдат за спиной Маркуса. – Они гасят магию. Я чувствую, как она уходит.

– А ты не чувствуй!

– Хороший совет.

– Я тактик.

– Я заметил.

– Тогда слушай, тактик.

Я рванула в сторону, поднырнула под руку фантома, всадила нож в его шею – он взорвался пеплом. Я вытерла лицо рукавом.

– Бей не по ним. Бей по амулетам. Лиши их защиты.

Кайан посмотрел на солдат. Те стояли плотной стеной, за ними – Маркус. Спокойный, как удав.

– Я не достану, – сказал Кайан. – Слишком далеко.

– Тогда сократим дистанцию.

Я рванула вперед.

Маркус не ожидал. Никто не ожидал, что курьер попрет на солдат с одним ножом.

– Эльза! – крикнул Кайан.

– Не отставай!

Первый солдат попытался меня остановить. Я ушла с линии удара, полоснула его по руке – он выронил оружие, отшатнулся. Второй замахнулся, но Кайан достал его огнем. С плеча. Аккуратно. Амулет на поясе у солдата треснул.

– Есть! – крикнула я.

– Один. Осталось двадцать.

– Много, но не страшно.

Третий солдат ударил меня прикладом. Я упала. В лицо пнули сапогом. Вкус крови, перезвон в ушах. Я не видела, что делает Кайан, но слышала его крик:

– Убери руки!

Вспышка. Жар. Солдата отбросило. Кайан помог мне встать.

– Жива?

– Бывало лучше.

– Будешь бежать вперед?

– Буду.

– Я понял.

– Ты все равно меня не остановишь.

– Я и не пытаюсь.

Он улыбнулся. Кровавой улыбкой.

Маркус аплодировал.

– Прекрасная сцена, – сказал он. – Жаль, что она ничем не кончится.

Он махнул рукой. Солдаты расступились. Из-за их спин вышли фантомы. Новые. Свежие. Злые. Их были десятки. Может, сотни.

– Ты не сможешь, – сказала я Кайану. – Если ударишь, убьешь себя. Если не ударишь, убьют меня.

– Выбираю первое.

– Не смей.

– Слишком поздно.

Он шагнул вперед.

Огонь вырвался из него не волной – взрывом. Я почувствовала, как воздух нагрелся, как земля ушла из-под ног. Меня отбросило спиной на дерево. Тихон заорал.

Кайан стоял в центре поляны, окруженный пеплом.

Он дрожал. Кровь текла из носа, ушей, глаз.

– Еще? – спросил он у Маркуса.

Маркус молчал.

– Я спросил, – голос Кайана сорвался. – Еще?

– Отступаем, – приказал Маркус.

Солдаты попятились. Фантомы исчезли.

– Мы еще встретимся, – сказал Маркус, глядя на меня. – Ты знаешь, где меня искать.

Я не ответила.

Кайан пошатнулся. Я подхватила его.

– Ты идиот.

– Я спас тебя.

– Ты чуть не умер.

– Но не умер же.

Он улыбнулся. Я не нашлась, что ответить. Мы пошли в лес. Тихон запрыгнул в рюкзак.

Вдалеке выли фантомы. Но они уже не догоняли.

Глава 14. Дом в лесу

Глава 14. Дом в лесу

Лес принял нас тишиной.

Не той, какая была в Пепловом городе – мертвой, давящей. Здесь было спокойно. Пахло хвоей, сырой землей и потом. Нашим потом. Кровью.

Кайан рухнул под деревом, прислонился к стволу и закрыл глаза. Я опустилась рядом. Спросить «ты жив» не было сил – слишком часто спрашивала за последние часы. И так видно.

– Не думал, что мы выберемся, – сказал он, не открывая глаз.

– А я думала.

– Ты всегда думаешь, что мы выберемся?

– Нет. Но сегодня верила.

Он открыл глаза, повернул голову.

– С чего вдруг?

– С того, что ты стоял и жег их, пока кровь текла из носа, – я не отвела взгляд. – Это был... хороший момент.

– Хороший момент, – повторил он. – Я чуть не убил нас обоих, а ты называешь это хорошим моментом.

– Ты не убил. Это главное.

– Мог.

– Но не убил.

– А если бы убил?

– Я бы тебя прокляла.

– Жестокая женщина.

– Я курьер, – отрезала я. – И сейчас не до шуток.

Он замолчал.

Тихон вылез из рюкзака, подошел к Кайану, обнюхал его, чихнул и лег рядом. Не на колени, не на грудь – просто рядом. Раненый бог и уставший кот. Хорошая пара.

– Кот меня жалеет, – удивился Кайан.

– Кот проверяет, живой ли ты.

– А если нет?

– Тогда мы тебя съедим. Голодные.

– Сначала ты говорила, что я пахну гарью.

– Это приправа.

Он хрипло засмеялся. Я не удержалась – улыбнулась. Кот чихнул.

– Что теперь? – спросила я.

– Отдохнуть. Залечить раны. Придумать, как убить Маркуса.

– Просто, как два пальца.

– Я бог. Бывший. У бывших больше мотивации.

– Обоснуй.

– Ему есть что терять.

Я хотела спросить – кому? Нам или ему? Но не стала. Устала.

Нужно было найти место для ночлега. Кайан не мог идти далеко, я тоже была почти на пределе. Мы побрели по лесу, хватаясь за ветки, за плечи друг друга – не потому что хотели. Потому что если бы отпустили, разошлись бы в разные стороны.

Лес вывел нас к старой сторожке. Крыша покосилась, окна заколочены, но внутри было сухо. И даже печь работала – кто-то оставил дрова.

– Роскошь, – сказал Кайан, оглядываясь.

– Консьержа нет, – ответила я.

– Хуже. Нет и завтрака.

Тихон выпрыгнул из рюкзака и запрыгнул на единственную кровать.

– Он нас выгнал, – заметил Кайан.

– Он нас принял. Это разные вещи.

Я разожгла печь.

Мы сидели у огня.

Кайан стянул рубашку – под ней оказались синяки, ссадины и шрамы. Новые и старые. Я смотрела. Не стесняясь.

– Тебе не больно? – спросил он.

– А тебе?

– Ты не отвечаешь на вопрос.

– А ты не отводишь взгляд, – я кивнула на его грудь. – Обычно люди отводят.

– Я не люди.

– Знаю.

Он не знал, что сказать. Я тоже.

Тишина.

– Дай тряпку, – сказала я наконец.

– Что?

– Лицо вытри. У тебя кровь.

Руки дрожали – у него от усталости, у меня от… не знаю. Не только от усталости.

Он взял тряпку, провел по лицу.

– Спасибо, – сказал он.

– За что?

– За сегодня. За то, что не бросила.

– Есть за что, – ответила я.

Он посмотрел на меня. Долго. Я выдержала.

Тихон чихнул. Кот сказал: «Хватит».

Ночью я проснулась от холода.

Печь прогорела. Кайан спал на полу, подложив под голову свернутую куртку. Он был бледным даже в темноте. Я накрыла его своим плащом.

– Ты чего? – прошептал он, не открывая глаз.

– Мерзнешь.

– Я бог. Я не мерзну.

– Врешь.

Он не ответил.

Я легла рядом. Не обнимая, не прижимаясь. Просто рядом. Тихон устроился между нами.

– Он нас мирит, – сказал Кайан.

– Он нас греет.

– Это одно и то же.

– Нет. Одно – про мир. Другое – про тепло.

– А чего нам больше не хватает?

Я подумала.

– Тепла, – ответила я.

Он взял меня за руку. Я не отняла.

Утром нас разбудил Тихон. Кот умывал нас обоих – шершавым языком, безжалостно.

– Он нас за людей не считает? – проворчал Кайан.

– Привыкай. Ты теперь часть стаи.

– А ты?

– Я вожак.

– А кот?

– Кот – тот, кто всех судит. А теперь вставай. Надо идти.

Он сел, потянулся, поморщился.

– Болит?

– Вся жизнь болит.

– Это пройдет.

– Не пройдет. Я бог. Я помню все.

Я посмотрела на него.

– Тогда я останусь с тобой. Чтобы было кому напомнить, что не все так плохо.

Он не ответил.

Я достала хлеб, сыр, мясо. Кайан посмотрел на еду.

– Выходи за меня.

– Ты серьезно?

– Нет.

– А чего тогда спрашиваешь?

– Чтобы ты улыбнулась.

Я улыбнулась. Он тоже.

Мы позавтракали. Кот выпросил полсыра.

Потом встали и вышли из сторожки.

Впереди был лес. За лесом – горы. За горами – Маркус.

Но мы больше не боялись.

Глава 15. Там, где кончается лес

Глава 15. Там, где кончается лес

Утром лес казался другим.

Свет пробивался сквозь кроны, пахло хвоей и сыростью. Птицы щебетали. Мир не знал, что мы вчера чуть не умерли. Миру было все равно.

– Надо идти, – сказал Кайан. Он стоял на пороге сторожки, щурясь на солнце.

– Знаю.

– Маркус...

– Я помню.

– Если мы не вернемся...

– Вернемся.

– Откуда такая уверенность? – спросил он, поворачиваясь ко мне.

Я вышла следом, закинула рюкзак на плечо.

– Потому что если я скажу «не знаю», ты начнешь паниковать. А мне лень тебя успокаивать.

Он усмехнулся.

– Твоя логика пугает.

– Моя логика спасает жизни.

Тихон вылез из рюкзака, уселся на землю и начал умываться. Кот не торопился.

– Мы идем, – сказала я ему.

Кот посмотрел на меня и продолжил умываться.

– Он нас не слушается, – заметил Кайан.

– Он нас не слышит. Это разные вещи.

Мы пошли через лес.

Кайан шагал увереннее, чем вчера. Цвет лица лучше, под глазами уже не таких темных кругов. Но я видела – он держится. Слишком прямо. Слишком ровно.

– Ты боишься его, – сказала я.

– Маркуса? – он сплюнул в сторону. – Смешно.

– А чего тогда?

– Что ты пожалеешь.

– О чем?

– Что связалась со мной.

Я не ответила. Шла молча, смотрела под ноги.

– Эльза.

– Что?

– Скажи что-нибудь.

– Ты сам выдумал, сам испугался. Не нравится.

– Я серьезно.

– А я – нет.

Он замолчал. Правильно сделал.

К середине дня мы вышли к тракту.

– Надо найти повозку, – сказала я.

– Или лошадь. Ты умеешь ездить верхом?

– Я умею нажимать на людей, – ответила я. – Лошади – это слишком сложно.

– Ты жестокая женщина, Эльза.

– Я курьер. Жестокость – это профдеформация.

Мы нашли возчика – старика с седой бородой и хитрыми глазами. Он вез пустые мешки.

– В Пепловый город? – спросил он, не здороваясь.

– Нет, – соврала я. – В Уртон. До развилки.

– Пять монет.

– Две.

– Четыре.

– Три. И мы заберем с собой кота.

Старик посмотрел на Тихона. Кот посмотрел на старика.

– Пять. За кота.

– Четыре. Кот нам не нужен.

– Тебе – нет. А ему – да.

Я бросила монеты. Тихон запрыгнул на мешки. Кот умел торговаться лучше меня.

– Ты только что потеряла золотой, – заметил Кайан.

– Кот того стоит.

– А я?

– Ты бесплатно.

Он вздохнул. Мы поехали.

Фургон громыхал по тракту.

Кайан сидел на мешках, смотрел на проплывающие поля.

– Эльза.

– М?

– Ты думала, что будет после?

– После чего?

– После того, как мы остановим Маркуса.

– Не знаю.

– Поверить не могу. Ты всегда все знаешь.

– Я знаю, как доставлять посылки, – ответила я. – Как выживать. Как ломать пальцы. Как не плакать. А как жить – не знаю.

– Я тоже.

Мы замолчали.

В фургоне пахло сеном, пылью и котом. Тихон спал, свернувшись на мешках.

– Может, научимся вместе? – спросил он тихо.

– Ты бог. Бывший. Ты должен меня учить.

– Я ничего не умею.

– Тогда помрем вместе. Это проще.

Он усмехнулся.

– Ты жестокая женщина, Эльза.

– Я слышала.

К вечеру возчик высадил нас у развилки.

Той самой, где мы были в начале. «Пепловый город – 40 миль».

– Круг замкнулся, – сказала я.

– Нет, – ответил Кайан. – Мы изменились.

– Мы?

– Я. Ты. Кот.

– Кот всегда был идеальным.

– Спорить не буду.

Тихон чихнул. Кот подтвердил.

Мы пошли по дороге. На запад. К Маркусу.

– Кайан.

– М?

– Если мы выживем...

– Что?

– Наймем меня. Официально.

– Зачем?

– Чтобы было за что платить.

– А если я не заплачу?

– Тогда я сломаю тебе палец.

– Ты не сможешь. Я бог.

– Бывший.

Он засмеялся. Я улыбнулась.

Впереди, на горизонте, уже виднелись тучи. И запах гари.

Мой запах.

Глава 16. Решение

Глава 16. Решение

Развилка встретила нас тишиной.

Та же дорога. Те же холмы. Тот же выбор: налево – к смерти, направо – к свободе. Но табличку я не читала. Я помнила.

– Помнишь? – спросил Кайан.

– Все.

– Что ты выбрала тогда?

– Тебя, – я не отвела взгляд. – Выбрала тебя, когда ты был камнем и даже не мог этого оценить.

– А сейчас?

– Сейчас выбираю, чтобы мы оба остались живы. Это сложнее.

Кайан сел на траву.

– Ты когда-нибудь устаешь быть сильной? – спросил он.

– Нет, – я села рядом. – Устаю притворяться.

Он взял мою руку. Я не отняла.

Небо темнело. Где-то далеко кричала птица. Или не птица. Может, фантом.

– Нам нужно идти, – сказала я.

– Знаю.

– Маркус ждет.

– Пусть ждет.

– Он убьет нас.

– Может быть.

– Ты готов?

– Нет, – ответил он. – Но мы и так слишком долго прятались.

– Это не мы прятались. Это я тащила тебя на себе.

– Я заметил. Ты тяжелая, – он улыбнулся.

– Иди ты в задницу.

– Это не ответ.

Я встала. Протянула руку. Он взял.

– Пошли, – сказала я.

– Пошли.

Дорога была тяжелой.

Не потому, что устали. Не потому, что боялись. А потому, что знали – обратного пути нет.

– Эльза.

– М?

– Если я не выживу...

– Ты выживешь.

– А если нет?

– Тогда я сама тебя убью, – я посмотрела на него. – Чтобы не достался Маркусу.

– Это мило.

– Я стараюсь.

– Ты жестокая женщина, Эльза.

– Я слышала.

Он хотел усмехнуться – не смог. Я тоже.

К вечеру мы вышли к холмам. За ними – лагерь Маркуса. Костры, палатки, люди. Много.

– Ты видишь? – спросила я.

– Да. Их слишком много.

– У нас нет армии.

– У нас есть ты.

– Я без оружия.

– Ты – как оружие, – сказал он. – Когда ты рядом, я не боюсь.

– Это глупо.

– Это так, как есть.

Я не нашлась, что ответить.

Мы разбили лагерь в лесу.

Кайан сидел у костра, смотрел на огонь. Я сидела рядом.

– Ты боишься? – спросила я.

– Да, – он не отводил взгляд. – Боюсь.

– Может, не пойдем?

– Куда?

– Спрячемся. Начнем новую жизнь.

– А Маркус?

– Маркус останется здесь.

– А совесть?

– Совесть – это привилегия живых.

Он помолчал. Костер трещал.

– Нет, – сказал он. – Мы пойдем.

– Почему?

– Потому что я хочу смотреть тебе в глаза. И сейчас, и завтра, и после.

– После чего?

– После всего.

Я легла на землю. Тихон устроился у меня на груди.

– Спи, – сказал он.

– Не усну.

– Постарайся.

– А ты?

– Я покараулю.

– Не надо. Если умрем – то вместе.

Он лег рядом.

Утром меня разбудил Тихон. Шершавый язык, мокрый нос.

– Вставай, – сказал он так, что я не поняла: то ли кот, то ли он.

– Я не сплю.

– Врешь.

Я села. Кайан уже стоял. Бледный, осунувшийся, но глаза горят.

– Что, даже не позавтракаем? – спросила я.

– Успеем, – он протянул руку. – Если выживем.

Я встала. Тихон запрыгнул в рюкзак.

– Готов? – спросила я.

– Нет.

– Я тоже.

Он усмехнулся. Я улыбнулась. Плохо получилось.

Мы вышли из леса.

Холмы. Костры. Люди в черном.

И Маркус.

Он стоял на пригорке, смотрел сверху вниз. Ветер трепал его плащ. На лице – ни тени сомнения.

– Эльза, – сказал он. – Я знал, что ты придешь.

– А я знала, что ты будешь ждать.

– Ты всегда была умной.

– Недостаточно умной, чтобы не выйти за тебя.

Он покачал головой.

– Это наша последняя встреча.

– Надеюсь, – ответила я.

Кайан шагнул вперед. Встал рядом со мной. Плечом к плечу.

– Ты не получишь меня, Маркус.

– Уже получил, – усмехнулся тот.

– Посмотрим.

Он выхватил меч. За его спиной зашевелились солдаты. Фантомы подняли головы.

Я сжала нож. Бесполезно. Но красиво.

– И долго вы будете стоять? – спросил Маркус.

– Столько, сколько понадобится, – ответила я.

– Тогда начнем.

Он взмахнул рукой.

Мы шагнули навстречу.

Глава 17. Ловушка

Глава 17. Ловушка

Маркус не бросился в атаку. Слишком умен.

– Ты думала, я буду драться с тобой? – спросил он, опуская меч. – Нет, Эльза. Ты не стоишь моего времени. Но он стоит.

Он кивнул на Кайана.

– Ты не получишь меня, – повторил Кайан.

– Уже получил.

Маркус щелкнул пальцами. Земля под ногами Кайана вспыхнула. Не огнем – кругом, светящимся, иссиня-белым. Ловушка. Магическая. Старая.

– Ты сделал это заранее, – сказала я.

– Конечно. Вы так предсказуемы.

Кайан рванулся вперед – и не смог сделать шаг. Круг держал его. Я бросилась на Маркуса – меня отбросило невидимой стеной.

– Это нечестно, – прошипела я.

– Я генерал. Мое дело – победа, а не честь.

Тихон заорал. Кот метался вокруг круга, но не мог пробиться.

– Что ты хочешь? – спросил Кайан. Голос спокойный. Слишком спокойный.

– Ты. Живой или мертвый. Разницы нет.

– А я?

– А ты, Эльза, получишь награду, – Маркус улыбнулся. – Двадцать золотых. Как и договаривались.

– Я не брала заказ на доставку тебе.

– Ты взяла заказ на доставку ему. А он теперь у меня.

Я сжала кулаки.

– Я не отдам.

– Ты уже отдала.

Он был прав. Кайан стоял внутри круга, бледный, скованный. Я смотрела на него и не знала, что делать.

– Эльза, – тихо сказал он. – Уходи.

– Что?

– Уходи. Я справлюсь.

– Ты в ловушке!

– Я бог. Бывший. Но кое-что еще умею.

Он закрыл глаза.

Круг замерцал.

– Не смей! – крикнула я.

– Прощай, Эльза.

Кайан взорвался.

Не телом – светом. Оранжевая вспышка ударила в небо, разнесла круг в щепки, разметала солдат. Меня отбросило к дереву.

Когда я открыла глаза, он стоял на коленях. Живой. Но бледный, как смерть.

– Ты идиот, – сказала я.

– Я в курсе.

– Ты мог убить себя.

– Не убил же.

Маркус аплодировал.

– Прекрасная сцена, – сказал он. – Но бесполезная.

Он щелкнул пальцами. Круг вспыхнул снова. Кайан пошатнулся.

– У него бесконечный запас таких? – спросил я.

– Не бесконечный, – ответил он. – Но на вас хватит.

Я рванулась к Кайану. Стена отбросила меня снова.

Тихон визжал. Кот бился лбом о барьер.

И тогда я увидела слабину.

Маленькую, почти незаметную. Где-то в основании круга свет был тусклее. Старый узор. Ошибка архитектора.

– Кайан, – сказала я, глядя на него.

– М?

– Бей вниз.

– Куда?

– В основание. Туда, где свет слабее.

Он посмотрел. Кивнул. Ударил.

Огонь ушел в землю, круг треснул, развалился. Кайан упал на спину. Я подбежала, схватила за руку, вытащила.

– Бежим, – сказала я.

– Не могу.

– Сможешь.

Я тащила его на себе. Тихон запрыгнул в рюкзак.

Маркус не гнался.

– Все равно никуда не денетесь, – крикнул он.

Я не ответила.

Лес принял нас снова.

Темный, густой, как в прошлый раз.

– Ненавижу этот лес, – выдохнул Кайан.

– А он тебя любит.

– С чего ты взяла?

– Приютил уже второй раз.

Он хрипло усмехнулся.

Мы рухнули под дерево.

– Что теперь? – спросил он.

– Думать.

– Нет сил.

– Тогда отдыхай.

– А ты?

– Я покараулю.

– Не уснешь?

– Не хочу.

Он закрыл глаза. Я смотрела на него и считала вдохи.

Главное – чтобы они не прекращались.