Текст книги "Измена. Чужой сын (СИ)"
Автор книги: Эмилия Росси
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 23 страниц)
Глава 3
– Агата, детка, где ты?! – Мои первые слова после пробуждения.
Я уснул около 8 вечера, а проснулся далеко за полночь. В ужасе я подумал, что она может натворить что-нибудь нехорошее, если за ней не приглядывать столько времени, сколько я проспал. Ведь одно дело, когда я вижу, как она засыпает около полуночи и я за ней вслед, а другое, когда она бодрствует во время моего сна!
– Детка! Ты слышишь меня? Отзовись! – Продолжил я звать Агату и искать её взглядом во всех комнатах, мимо которых я проходил голым.
Наконец, я услышал всплеск воды. Звуки явно шли из бассейна. Крошка была там. Я резко подбежал к двери.
– Агата, детка, что ты здесь делаешь? Я ищу тебя по всему дому. Почему ты не отзываешься? – Не успев распахнуть дверь спа-комнаты, вопил я.
– Извини, Уильям. Я не слышала. Я плавала под водой. – Начала оправдываться своим тонким нежным голоском Агата, знатно испугавшись моих криков.
Ангелок стоял по плечи в воде, на второй с конца ступеньке бассейна с мокренькой мордашкой и смотрел на меня своими невинными глазами. От прохладной воды сосочки стояли колом, и я не мог этого не заметить. Но сейчас было не до этого, я ведь просто перепугался в тот момент. Какие могут быть пошлости в такой ситуации? Я понял, что всё хорошо и ничего страшного не случилось. Пронесло.
– Солнце, а ты уверена, что тебе можно плавать сейчас? У тебя ведь температура была несколько часов назад. – Волнующим тоном произнёс я, изображая некую заботу.
– Да, я взрослая девочка! Я чувствую себя абсолютно нормально! И если уж я застряла здесь надолго, то я решила брать от жизни всё, даже если ты маньяк, который в конце концов меня убьёт, хоть покайфую напоследок! Хорошо, что ты богач. А то достался бы маньяк помоечный какой-нибудь. – Агата дала мне такой вот ответ с визгом в голосе и очень недовольным тоном.
– Ну прекрати, зайка моя. Никакой я не маньяк! Мы просто еще не решили, что будем с тобой делать. Тебе еще рано на волю. Тем более, приходили из полиции, искали тебя. Я ведь не уверен, что ты не пойдёшь в полицию после того, как я отпущу тебя. – Я решил рассказать ей правду.
– А вот не надо было трахать меня в рот, придурок! Может и не пошла бы! А так, еще как пойду, и расскажу всем, какой ты извращенец! – Нахмурив брови и лобик произнесла деваха.
– Заглохни, сучка!
Я хлопнул дверью и ушёл вглубь дома. Извинения явно не получились. Всё пошло совсем не по плану. Нужно будет что-то придумать с ней, иначе она реально заложит меня.
– Надо сбросить пар, – Подумал я про себя. – Скинуть стресс.
Времени было на тот момент часа три ночи. Но мне уже не спалось.
Как можно вообще столько заниматься сексом и мастурбировать за один день? Получается, нужно чтобы рядом был кто-то, кто дико возбуждает, и ты бы сгорал от походи целыми днями? Видимо Агата и была этим человеком для меня. Потому что раньше я никогда не мастурбировал и занимался сексом в один день. Хватало чего-то одного. Но не теперь.
Откуда у меня вообще столько сил на секс? Иногда, я сам этого не понимаю. Наверное, мне можно было бы начать карьеру в порно. «Неугомонный Джо» – такой мог бы быть псевдоним? Поржал сам у себя в голове над этим именем и пошёл искать планшет. Только там был интернет в доме. Вернее сказать, интернет то был во всём доме, но пароль от вайфая знал только я.
Глава 4
Так как же всё у нас началось? Конечно, копу я нагло наврал о том, что ничего не помню. Я всё помнил идеально, потому что не успел я немного выпить, как увидел входящую в бар Агату с какой-то её, по всей видимости, подругой. Она была настолько очаровательна, что я не мог позволить себе закончить вечер без неё в моей постели. Вот поэтому я решил не напиваться вусмерть, как обычно, а подкатить и увезти её с собой. А свидетелем, о котором говорил коп, являлась её эта подруга, очевидно.
На моё счастье, она больше не лежала целыми днями в постели, а как она и сказала, решила прожить свои последние дни на всю катушку и принялась танцевать, включив музыкальный канал на телевизоре в гостином зале особняка.
Детка двигалась настолько сексуально! Она нашла серебристого цвета, шёлковую маечку, видимо оставшуюся от моих бывших пассий, и принялась трясти попкой под какой-то попсовый трек. Я в это время смотрел сквозь слегка приоткрытую дверь из коридора на это потрясающее зрелище.
Она меня не слышала и наслаждалась ритмом музыки. Зато я эти звуки слышал прекрасно. Я любовался на Агату, на красивое порно и конечно же, на свой огромный член. Да, я самовлюблённая скотина. Но как им не быть, имея бабки и огромный член?
Моя ладонь двигалась вдоль члена от головки до яиц, медленно ускоряясь. Я мог обхватить член двумя руками, друг за другом и всё равно, головка торчала бы, настолько он был огромен. И конечно же, я бы не сказал, что руки у меня были маленького размера. В общем, член был также прекрасен и огромен, как моё непомерно раздутое эго. Самое интересное, что я ведь сам это осознавал и отдавал себе отчёт о своём нарциссизме.
С этими мыслями я продолжил смотреть на прекраснейшие ножки и попку моей крохи во время её танцев и одновременно наяривать стоячий каменный член. Всё сексуальное было спрятано под маечкой, но её попка всё равно виднелась в некоторые моменты. Хотя мне было достаточно видеть её ножки, для достаточно сильного возбуждения. Надо в следующий раз подрочить член её ступнями. Такие мысли мне нравятся.
Кроме всего прочего, когда девушка в меру раздета, это бывает намного сексуальнее того, когда девушка полностью раздета. Нас мужиков не поймёшь. Запретный плод сладок, я бы так это назвал. Отсюда можно сделать вывод, почему мне нравится жёсткое порно и жёсткий секс в жизни. Я вроде бы и хочу трахаться как животное и вообще не думать о последствиях, но почему-то с ней не могу это сделать. Да, у нас жёсткий секс, но я могу намного жёстче. Сто килограмм необузданной похотливой мощи, против пятидесятикилограммовой Дюймовочки. Как только мой член помещается в её отверстия, вот что меня удивляет?
Самое интересное, что к кульминации я подошёл за пару минут и именно тогда, когда трек, под который плясала моя кроха, заканчивался. Держа одной рукой планшет, а другой мощно наяривая член, я остался беззащитен. Третьей руки у меня нет, чтобы захлопнуть дверь, например, если меня спалят. Я понимал, что оставались несколько секунд до момента, когда наступит тишина, между этим и следующим треком и меня спалят просто в тупейшем состоянии, но позволить обломать самому себе такой кайф я не мог. Поэтому продолжил мастурбировать до конца.
Всё произошло мгновенно. Обрывается трек, в комнату врываются звуки порно моего планшета из коридора, Агата поворачивается в мою сторону и видит в щели слегка приоткрытой двери меня, наяривающего свою одноглазую змею и бурно кончающего с сопутствующими вздохами. Кончил я, надо сказать, просто чудесно. Обкончал всю дверь за пять залпов. Брызги достали даже до планшета. Хорошо, что я держал его в руке, как перегородку между лицом и членом, а то, мало ли что могло произойти. Минутка юмора в моей голове.
Надо было видеть голубые глаза Агаты. Такого удивления я в своей жизни не встречал. Открыв рот, она просто замерла на месте на пару секунд, смотря прямо на меня с членом в руке и даже, я думаю увидела несколько моих последних залпов.
–Уильям, ты грёбаный извращенец! Что ты, мать твою, делаешь?! Ты дрочил на порно или на меня?! Или на то и на другое сразу?! – Закричала Агата и со злостью потопала в другую комнату. – Господи, что за неугомонный идиот!
А я что? Я довольный, но как-то мне не хотелось тратить силы, ведь завтра мне предстоял тяжёлый день. Хотя это могло бы меня завести с ещё большей силой, но было как-то лень уже. Подустал. Тем более она не в настроении. Хотя, разве раньше я спрашивал её о настроении? Конечно нет. В общем, не было сильного желания, которое бы затмило мой разум, и я бы собрался это сделать, поэтому я пошёл прямиком в душ.
С утра нужно было идти в департамент полиции города на дачу показаний, а я всё еще не спал, в 4 утра. Нужно немного поспать. Может быть, красные глаза после недосыпа вызовут у копов подозрения? Почему я не спал? Много думал о содеянном? Или, наоборот, отведут подозрения, потому что они подумают, будто я, законопослушный гражданин, переживаю о судьбе девушки, которую именно я видел последний раз и пытаюсь вспомнить все детали того вечера всю прошлую ночь? Ох не знаю.
И смогу ли я вообще уснуть? Агата в тот вечер запала на меня сразу, стреляла глазками и после ухаживаний согласилась поехать ко мне. Видно было, что я привлекаю ее, как самец. В порыве страсти она прокричала, что хотела бы, чтобы я украл ее и не выпускал из постели, но откуда ж она знала, что я так быстро исполню ее желание. Вот только отпускать ее пока и правда не собирался. Как узнал, что у нее есть другой, с которым она поругалась и пошла в бар, а затем решила отомстить ему с помощью меня. Ну уж нет, к нему ты, Агата, больше не вернешься.
С этими мыслями я валялся в кровати и не мог уснуть еще часа три, после чего, это всё-таки получилось осуществить, хотя бы на пару часов. Хотя, я знал, что лучше совсем не спать, чем спать всего два часа перед важной встречей, но перебороть сон я уже был не в силах. Буду разбит и не собран на утро. Ничего с этим уже нельзя было поделать. Мне, как ни странно, не снилось абсолютно ничего. То ли сон был короткий, то ли что, понятия не имею, но снов я не помнил.
Будильник прозвенел ровно в 8 утра. Это был один из моих самых тяжёлых утренних подъёмов. Сраный будильник. Как же хочется спать. Как никогда в жизни. Это тупое состояние ватной головы. Зацикленные мысли таранят мозг. Всё большее ощущение волнения. Стягивает в груди. От стресса помогал секс и дрочка, чем я, собственно и занимался, можно сказать, всю ночь, после прихода полицейского. Но сейчас у меня не было на это времени. Нужно было собираться и ехать.
Умылся, но бриться не стал. Надел белую рубашку и серые брюки. Нужно выглядеть прилично и не вызывающе. Чёрные туфли, чёрный ремень, белая рубашка без галстука, выглаженные брюки. Выгляжу потрясно, как, впрочем, и всегда.
Глотнул чёрный кофе, взял ключи от винтажного Роллс Ройса 70-го года выпуска и пошёл напоследок проведать Агату. Моя детка спала как ребёнок в самой маленькой и уютной для неё комнатке возле большого зала. Тихое сопение её маленького носика еле-еле разносилось по комнате.
– Спи дорогая. – Подумал я про себя и прикрыв дверь, направился на выход из дома.
Утро было ужасным не только из-за бессонной ночи. Погода решила окончательно вогнать меня в депрессию. Шёл мелкий, до боли неприятный холодный дождь, а небо до горизонта было тёмно-серым.
– Что я делаю не так? – Снова подумал я, хотя ответ был очевиден.
Я вышел из дома, сел в машину и поехал на встречу своей судьбе. Скользкая дорога не помешала мне посмотреть в телефоне адрес городского департамента полиции. По загородной дороге мне нужно было ехать километров десять, прежде чем я веду в город и ещё минут двадцать, чтобы достигнуть своей точки назначения.
Въехав в город, я не обнаружил пробок, что очень странно для буднего дня. Ну хоть с этим подфартило. Наверное, рано для пробок ещё. Хотя, мне так думалось только сначала. Ведь подумав получше, я осознал, что реально боюсь туда идти, ещё и раньше назначенного времени. Наверняка, от меня не ждали опозданий. Но и приходить раньше, это тоже дурной тон. Придётся сидеть в машине и нервничать, пока не наступит минута, когда я смогу перейти порог этого здания, где меня ждут копы.
Найдя здание и припарковавшись на ближайшей парковке, я обнаружил, что как и предполагал, приехал на десять минут раньше назначенного времени. Мандраж по всему телу. Я обернулся на заднее сидение, не зная даже зачем, но видимо, судьба решила мне немного помочь снять стресс, потому что я увидел там оставленную кем-то из знакомых пачку сигарет. Закурил не задумываясь. А я ведь не курю. Нервы на пределе. Отступать нельзя, да и некуда. Десять минут прошли так незаметно. Я успел выкурить две сигареты подряд. Нужно было уже идти. Я закурил третью, отходя от машины.
Клацанье начищенных до блеска туфель о плитку улицы задавали ритм моей походке. Серое здание приближалось и давило на мой мозг. Вход всё ближе и ближе. Кругом полицейские тачки и народ в форме. Входят и выходят. Снуют по огромной лестнице вверх-вниз. Я докуриваю последнюю сигарету перед самым входом и кидаю бычок в урну. И вот, я внутри.
Стойка регистрации. Чёрный, грузный полицейский сидел, уставившись в монитор и что-то печатал на своей клавиатуре. Килограммов под сто в весе, и я так предполагаю, метра под два ростом. Суперкороткая стрижка красовалась на его почти лысой голове, а на лице из растительности была только так называемая «эспаньолка».
– Я к офицеру Ковачу. У меня назначено. – Неуверенно протянул я копу, который будто совершенно не обращал внимания на окружающих и просто пялился в монитор компьютера.
Словно не обратив на меня внимания, коп продолжил клацать по клавишам, даже не подняв взгляд. Я уж было хотел повторить громче, потому что это было совсем уж невежливо с его стороны. Как я и говорил раньше, копы бывают абсолютно разные.
– Мистер Ньюмэн? – Внезапно спросил коп, наконец, даже не отводя взгляд от монитора.
Он даже не взглянул на меня. Видимо, он таким образом, не отвлекаясь от своих отчётов или что там у него, пробил встречу через компьютер, убедился и только потом ответил мне. Странное поведение, но тем не менее, что я мог сделать? Потерплю. Я не в том положении, чтобы скандалить о сервисе в полицейском участке.
– Да, это я. – Сухо ответил я, нахмурившись.
– Поднимайтесь на 3ий этаж, кабинет 312, вас ожидают. И оставьте мне ваши права или любой другой документ, мне нужно внести вас в базу. – Словно робот, который повторяет эту фразу тысячу раз в день, десять лет подряд, произнёс коп.
– Спасибо, Офицер. – Поблагодарил его я, сам не зная за что и положил документ ему на стол.
Глава 5
Пытаюсь быть неприметным и не вызывать подозрений. Нельзя нервничать. Хотя нервы и так на пределе. Я в логове противника. Да, обычно эти люди защищают законопослушных людей, но, к сожалению, сейчас я на другой стороне и для меня они очень опасны. Если они заподозрят хоть что-то, это будет фиаско.
– Соберись, Уильям! Не мямли и не отводи чёткого взгляда. Иначе вызовешь подозрения, которые нам совсем не нужны. – Подбадривал я сам себя произнося это в голове по пути в злосчастный кабинет.
Выбор лежал между лестницей и лифтом. Как переместить своё бренное, как тварь дрожащее тело наверх? Конечно лестница. Она оттянет этот момент, наступление которого я так сильно не хочу настигать.
Мрамор. Бездушный серый мрамор. Сраная безвкусица. Откуда у департамента вообще столько денег, чтобы полы и лестницы делать мраморными? Второстепенный вопрос. Но дерева нет нигде. Металлические поручни, чёрные. Они специально сделали это место ещё и унылым, чтобы те, кто здесь работает вскрыли вены от безвкусицы, вокруг не дождавшись выхода на пенсию? Риторический вопрос.
Под мысли об эстетике окружающего места я и сам не заметил, как словно по льду, проскользил до третьего этажа этого здания. Ведь лестница должна была этот момент оттянуть. А вот мысли в голове приблизили его донельзя быстро и компенсировали лестницу. Чёрт подери. В следующий раз нужно ни о чем не думать. Хотя, нет. Лучше, чтобы никакого следующего раза просто вовсе не было.
– Соберись уже. – Снова повторил я сам себе.
Вот он, 312-ый кабинет. Смелости нужно много, чтобы зайти туда. Смотрю по сторонам. За моей спиной по коридору бегают копы в форме с жетонами на груди и секретарши, на огромных каблуках. Чёрные юбка, колготки, туфли, пиджак. Лишь блузки белые. Сраный корпоративный стиль.
Ловлю затылком их снующие взгляды. Они словно коршуны, ждущие моей смерти, чтобы полакомиться свежей плотью. Слышу краем уха разговоры проходящих мимо, всё тех же блюстителей закона. Всё о работе. Расследования, расследования, расследования. Да как они живут вообще? Это ведь разгадывание загадок длинной в 20 лет, каждый божий день! Свихнуться можно. Вот поэтому они выходят на пенсию в 40 лет.
Хватит рассусоливания левых тем и соплежуйства. Последний раз набрал воздух полной грудью, выдохнул и постучал. Тук-тук-тук.
– Войдите. – Прозвучал голос за дверью.
Захожу в кабинет, вижу офицера Ковача с ещё одним, неизвестным мне копом. Я явно прервал их утреннюю беседу за питьём горячего кофе.
Эти копы все как на подбор. Вот бывает такое ощущение, что видишь человека, вы даже не знакомы, а он тебе уже не нравится. Именно такое ощущение и охватило меня, когда я посмотрел в лицо коллеге Гордона.
– О, Мистер Ньюмэн, доброе утро, спасибо, что вы нас, всё-таки посетили. – С ноткой сарказма произнёс Ковач.
– А у меня был выбор? Вы, верно, шутите? – Произнёс в ответ я непринуждённым тоном.
Оба копа на секунду засмеялись. Второй даже чуть кофе на себя не пролил.
– Давайте ближе к делу. Меня зовут мистер Ковальский. Офицер Милош Ковальский, если быть точнее. – Вдруг резко отрезал, перестав смеяться второй коп.
Стилем своей речи он скорее напоминал мне политиков высокого ранга. Речь поставленная, он явно знает, чего хочет. По взгляду видно, что он презирает всех вокруг с кем не дружит и считает себя лучше других. Ярый карьерист. Весь выглаженный. Тело подтянутое. По сравнению с Ковачем – небо и земля. Именно такое впечатление он на меня произвёл в тот момент.
Это даже странно, что у них один кабинет на двоих. А может
кто-то к кому-то просто зашёл на смоллтолк перед рабочим днём и нифига они не работают в одном кабинете? Кто их знает, так и не угадаешь.
– Очень приятно. – Сказал я, даже не пытаясь представляться, ведь он уже и сам прекрасно знает кто я такой.
– Не пугайтесь, мистер Ньюмэн, но нам нужно пройти в комнату для дачи показаний. – Ковач перехватил диалог.
Мы прошли в следующую комнату в этом кабинете, которая ничем не отличалась в плане расцветки от предыдущей, только вот в этой комнате было 3 стула и маленький столик ровно посередине комнаты, надёжно прибитые к полу. Их никак нельзя было сдвинуть или переставить. Это всё явно походило на комнаты допроса из Голливудских боевиков. Никогда не был в таких ситуациях и даже не мог предположить, что в Голливуде снимают кино так достоверно.
Да какого хрена я вообще об этом думаю? Лучше продумывай сценарии о том, что ты делал в тот день и все предыдущие дни до приезда копа, а не вот это всё! Я пытался панически собраться с мыслями.
– Присаживайтесь, сэр. – Протянул Милош.
В этой комнате я смог рассмотреть его получше. Свет прожектора освещал его лицо и давал мне рассмотреть картину маслом, в мельчайших деталях, вплоть до морщин. Кареглазый шатен, чуть выше ростом чем его напарник. Лет тридцати, но с глубокими морщинами из-за стрессовой работы, которые давали ему плюс пять-шесть лет к возрасту. Густые брови, необычно модельные впалые скулы. Он их не скрывал и был выбрит идеально гладко. Ему с такой внешностью нужно было изначально идти в модели. Кто знает, чем он руководствовался, выбирая работу? Ничем неприкрытый огонь в его глазах словно говорил мне «я хочу раскрыть ещё одно дело, дай поймать себя». Я будто читал это в его взгляде. Было даже не по себе. Почему в его глазах читалась невозмутимая уверенность в моей виновности? Профессиональный нюх? Чутьё выработалось с годами на преступников? С первого взгляда знает кто есть, кто? Или он просто хочет расшатать меня на эмоции?
Офицеры сели напротив меня. Милош явно был настроен на разговор, а Гордон принялся записывать всё на диктофон и параллельно делать пометки в своём блокноте.
– Итак, поведайте нам вашу историю, мистер Ньюмэн. Что вы делали 23го января этого года? Желательно начать с самого утра и в мельчайших подробностях описать ваш день до самого глубокого вечера. – С неким пристрастием и предвкушением начал Ковальский.
Искусный приём у копов, выбивать всю информацию, запутав подозреваемого, пока он не успел вспомнить про адвоката. Конечно, я так разнервничался, что напрочь забыл о своих правах и всяких там адвокатах. С моими то возможностями, я мог нанять самого крутого адвоката в стране, но эти мысли пока ко мне не пришли. Каша в голове из-за стресса перекрывала любые здравые идеи и мысли в тот момент. Но деваться было некуда, и я начал рассказывать.
– Это был мой день рождения. Я проснулся около 9 утра от бесконечно приходящих на телефон смс с поздравлениями, от людей, которых я знал хорошо и от тех, кого не знал совершенно. Этот день я планировал провести с парочкой друзей в баре, да и только. В общем, думаю вам не нужны подробности того, что я делал дома. – Продолжал я. – Вышел из дома около трёх часов дня, хотел быть вовремя, поэтому вышел из дома за три часа до встречи, ведь до места был путь не близкий. Я живу за городом, как вы знаете.
– Да, подробнее на этом месте, пожалуйста. Как вы добирались до места встречи и где было это самое место? – Перебив меня, задал вопрос Милош.
Как будто бы он сам не знал, где было это место? Можно подумать. Смешно. Если ведётся расследование, наверняка у них уже есть записи камер из бара.
– Я вызвал такси. Так и добрался до бара в центре, под названием «Водолей». Адрес точный не помню. Прибыл часам к пяти, раньше, чем планировал. Сел за барную стойку, ждал друзей. – Сухо отвечал я.
– Ну хорошо, сколько друзей было на этом вашем вечере, и кто они? Хотелось бы знать их имена. – Непромедляя ни секунды задавал вопрос Милош.
– Было всего двое. В общем со мной трое. Это Джон Скалетти и Ник Рэд. Не сказать, что мои закадычные друзья, но более или менее хорошие ребята. Я пригласил только их. Они не опоздали и пришли в шесть часов, насколько я помню. Мы сели за столик в углу и просто пили виски весь вечер. – Я пытался плавно подвести к тому, что мы мирно накидались и поехали по домам. – После первого десятка шотов, я, честно говоря, ничего не помнил. На автономном режиме был. Тело работало, а мозг отключен.
– Вы хотите сказать, что совершенно ничего не помните из этого вечера? И это вы называете алиби? – Давил Милош.
– Ну что ты, Милош. – Перебил его Гордон. – Дай человеку высказаться до конца, он ведь не подозреваемый у нас, а только свидетель.
Гордон подмигнул мне в конце фразы. Они явно начали играть в плохого и доброго полицейского. Хороший ход против растерянных людей, дающих показания.
– Извините, офицеры, но да, я это и хочу сказать. Я был в усмерть пьян. Честно говоря, нажраться в тот вечер и было моей главной целью на день. Поэтому, спустя часа два, мой мозг отключился до самого утра. – Невинным взглядом я пытался наиграть абсолютную правдивость своих слов.
– Да ты издеваешься. – Выдохнул Ковальский.
– Продолжайте, Уильям. – Перехватил Ковач.
– Ну, в общем, я проснулся утром в своей кровати, абсолютно не понимая, как я добрался домой прошлой ночью. Вот в общем то и всё. С 8 вечера до 12 дня я был в полной отключке, можно сказать. – Я продолжал гнуть свою линию.
– Прекрасно, допрос окончен. – Заявил Милош и резко вышел из комнаты, хлопнув за собой дверью.
Гордон, медленно потянулся до диктофона, выключил его и томно выдохнул, не вставая со стула. Я в этот момент не знал, что сказать. Струхнул я от этого жёстко. Подумал, что очень разозлил Милоша и теперь он с большей яростью будет копать истину в этом деле. Если это и был его план, то он удался.
– Извините манеры моего коллеги. – Тихим спокойным голосом протянул Ковач. – Он просто человек с огромными амбициями, который хочет всё и сразу, поэтому не терпит промедлений.
«Добрый коп» в лице Ковача всё ещё хотел показать мне, что он на моей стороне. Эта игра ему вполне удавалась, особенно на фоне его «кипящего друга».
– Понимаю. – сухо ответил я.
– Итак, давайте продолжим. – Снова включил диктофон Ковач. – Значит вы утверждаете, что не знаете никакую Агату Стюарт и не видели её в тот вечер?
– Я не утверждаю, что не видел её, офицер, я утверждаю, что был пьян и ничего не помню. – Всё ещё пытаясь прогнуть свою тупейшую линию защиты, утверждал я.
Да, возможно моя стратегия была люто тупой. Но придумать что-нибудь более правдоподобное, в таком стрессе, я совершенно не мог.
– А ваши друзья смогут подтвердить то, что вы уехали один в тот вечер и не знакомились ни с какими девушками? – Гордон кинул на меня пронзительный взгляд в тот момент.
Тут то я и не мог ничего сказать внятного, ведь ни хрена они мне не были настоящими друзьями. Они, как и все другие, водились со мной только из-за денег и связей, которые им были так полезны. Просто они были со мной дольше других. Но подставлять свою жопу и врать на допросе они никогда не будут ради меня. Остаётся один вариант, топить до последнего на свою невменяемость в тот вечер, ну и попробовать их подкупить, на крайняк.
– Эм… Конечно, офицер. Я уверен, что мои друзья смогут подтвердить мои слова, если что-либо помнят вообще. Пили мы, честно говоря, все вместе одинаковое количество алкоголя. – Мялся я, в моём голосе явно была нотка неуверенности.
– Хорошо, Уильям. А что если я вам скажу, что мы нашли свидетелей, утверждающих то, что вы мало того, что видели мисс Стюарт в тот вечер, но и уехали вместе с ней на одном такси из этого бара? – Гордон словно поставил мне шах в шахматной партии этими словами.
– Что? Не может этого быть! Я ничего не помню, офицер, абсолютно ничего подобного. – Попытался сказать это максимально удивлённым тоном.
Сердце бешено колотилось в груди. Бросало в пот, руки начинали дрожать. Но нельзя было показывать это. Я собрал все силы, что у меня оставались в тот момент. И физические, и моральные. И сделал максимально непринуждённый вид, какой только смог.
Мы начали сосаться с Агатой уже в такси на пути ко мне домой. Моя рука уже блуждала в её трусиках на заднем сидении машины, а её рука уже обхватывала и теребила мой стоячий член через брюки.
– Значит, когда вы проснулись у себя дома, вы не заметили никаких следов присутствия женщины прошлой ночью? – Уже с пристрастием начал допрос Гордон. – Тогда куда же она исчезла из такси?
– Слушайте, офицер, я реально ничего не заметил дома. Девушек я привожу часто, не буду скрывать, поэтому у меня дома обычно всё вверх дном и трудно понять, кто-то был здесь предыдущей ночью или моя спальня не видела уборки всю прошедшую неделю. – Продолжал я, не заметив, как мой голос стал дрожать. – Возможно, какая-то дама и была со мной, но как я понимаю, если и была, то покинула меня ещё до моего пробуждения. Но по косвенным признакам, таким как использованные презервативы под моей кроватью, утверждать ничего невозможно. Потому что их там всегда предостаточно. Не могу утверждать, прибавилось ли парочку за эту ночь или количество их осталось неизменным, понимаете?
– Хорошо, Уильям. Вы сказали достаточно, ваша линия ясна. – Каким-то разочарованным голосом произнёс Гордон. – На сегодня всё. Мы проведём допрос ещё нескольких свидетелей, в лице ваших друзей, возможно найдём таксиста, подвозившего вас в тот вечер, и повторно встретимся с вами позже. Настоятельно не рекомендую уезжать из города.
Меня уж очень рассорила его последняя фраза. Он, конечно, это не сказал, но я понял совершенно ясно, что я скоро буду переквалифицирован из свидетеля в подозреваемого. Как такая мысль может не бросать в пот? Я не успел одуплиться, как осознал, что нахожусь в комнате совершенно один. Как я мог не заметить, что Гордон вышел из кабинета? Видимо состояние шока сделало своё дело.
