Текст книги "Измена. Развод. Новая жизнь (СИ)"

Автор книги: Эмбер Киин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

12

12

12

Собираясь на свидание вечером на следующий день, волнуюсь. Столько всего случилось в последнее время, что иногда задумываюсь: а со мной ли это все происходит?...

Новая работа, переезд в съемную квартиру, а теперь еще и вот: свидание с мужчиной. Еще месяц назад я и помыслить не могла, что пойду в ресторан без обручального кольца на безымянном пальце с другим мужчиной.

Смотрю на себя в зеркало, нанеся макияж, и обращаю внимание на серьги, купленные Вадимом. Они выполнены в виде восьмерки, с фианитом в нижнем круге.

Тогда мы еще только планировали пожениться, и, гуляя с ним по торговому центру, остановились у ювелирного островка. На тот момент эта покупка казалась верхом щедрости, хоть он и выбрал недорогие серьги. Сейчас же это едва ли не самый дорогой подарок, что Вадим подарил мне за все время, и уже можно сказать, что до свадьбы он был еще щедрый.

Хотя многие и после его жадным не назовут, тем более по меркам современных мужчин: он содержал нас обоих, и пусть уже не баловал украшениями, дорогой одеждой и даже такси, если и вызывал, то всегда эконом, но на 8 марта и день рождения все равно что-нибудь дарил.

На миг накрывает липким чувством вины. А я ведь даже еще не подала на развод. Но тут же здравый внутренний голос услужливо припоминает одну из ссор с Вадимом:

– А ничего, что я работаю? Работаю, Лиля. Тебе хоть знакомо это слово? – скривив лицо, он напирал на меня, когда я упрекнула его в том, что он снова поздно вернулся, даже не предупредив меня и просто выключив телефон, в то время как я не могла до него дозвониться и изводила себя переживаниями.

– Мне знакомо это слово. Я работала, Вадим. До того момента, как после замужества ты настоял на моем увольнении.

– Настоял, – передразнил он, еще больше скривив лицо, так как в противовес ничего возразить не мог, ведь именно после его уговоров о том, что ездить мне далеко, а жена ему нужна свежая и отдохнувшая, да еще и с идеальной чистотой дома, плюс ко всему прочему его денег вполне хватит, я и уволилась.

Хватило правда только на оплату ипотеки, еду и одежду брендов из масс маркета по скидкам, так как выпрашивать у Вадима сверх выделенной суммы оказалось проблематичным. И унизительным. Но зато денег ему хватило на дорогой немецкий автомобиль стоимостью в целый дом моих родителей, который находится в ближнем пригороде и стоит на данный момент немало.

И тут чувство вины отступает. У меня не было другого варианта, кроме как уйти. Я готова была терпеть и ссоры, и ужиматься в тратах на себя, и даже закрывать глаза на на вечное пропадание Вадима на, как думала тогда, работе, но его измена кардинальным образом внесла перевес, заострив и обнажив до предела и эти уже давно набившие оскомину темы.

Снимаю с себя его серьги, хотя других у меня здесь нет. Пусть лучше буду без сережек вообще, чем пойду на свидание с мужчиной, который мне очень нравится, в подарке Вадима. Как только не сняла их раньше?

Телефон оживает вибрацией и коротким звуковым сигналом. Смотрю на экран. Это Матвей. Тихая радость вспыхивает во мне огоньком даже без всяких на то ожиданий.

Еще вчера мы договорились, что он заедет за мной.

“Я внизу. Как будешь готова, спускайся”, – высвечивается сообщение от него.

Сердце в миг начинает биться чаще. И в этот момент меня накрывают уже новые переживания. Теперь по поводу Матвея. Он мне нравится. Понравился еще тогда, в такси. Но в тот момент я не позволяла себе даже думать в эту сторону, так как он мне показался слишком настойчивым, да и произошедшее с Вадимом накануне было слишком острым.

А сейчас в голове то и дело крутятся вопросы: можно ли ему верить?

Да, с той женщиной, как до меня дошло уже вчера, у него был и правда деловой обед, но разве это гарантирует моногамность – когда мужчина выбирает одну и хранит ей верность?

Да и не таксист он наверно, судя по всему. А может и правда это работа для души. Уже ничего не понимаю. Но может он специально и выбирает такси как хобби? Чтобы клеить понравившихся девушек?

И почему не задала эти вопросы вчера?

Блин, после Вадима и с самым идеальным мужчиной наверно будут подозрения. Я ведь не замуж за него собралась. Это всего лишь свидание. К тому же первое, – напоминаю себе.

Спускаюсь. Машина стоит возле подъезда, и Матвей, увидев меня, сразу выходит.

– Привет, – улыбка на его лице и взгляд, которым меня он одаривает, заставляют бабочки в животе трепетно порхать крылышками.

Мои щеки заливает румянцем.

– Привет, – отвечаю я.

– Я забронировал нам столик в потрясном ресторане. Думаю тебе понравится. Любишь стейки? – спрашивает он.

– Люблю, – коротко и честно отвечаю я.

– Тогда поехали!

Он помогает мне сесть в машину, проводив и открыв дверь, садится сам, и мы едем.

В машине пахнет амброй и морским бризом – еще в прошлый раз я запомнила это сочетание. Но сквозь этот сугубо мужской аромат еле заметно пробивается запах цветов. Интересное сочетание. В прошлый раз аромат был другим. Точно без цветочных нот.

– Как прошел день? – выехав на главную дорогу, спрашивает Матвей.

– Не без трудностей, – я вздыхаю. – Я недавно устроилась на эту работу, и сегодня столкнулась с претензиями от заказчика. Но к вечеру все разрешилось – он признал, что именно исполненное мной и прописывал в ТЗ, – делюсь я.

– Хорошо, что все разрешилось, – комментирует он мою ситуацию. – Заказчики часто сами забывают, что хотели, и потом крутят мозги. Сам бывает сталкиваюсь с этим, правда уже в более глобальных масштабах.

– Да… – соглашаюсь я. – А как твой день прошел?

Теперь вздыхает Матвей.

– Мой нормально, но я наоборот толком не работал. Не мог, – в этот момент он поворачивается и смотрит на меня, снисходительно улыбаясь, но я его не понимаю.

– Почему? – любопытствую я.

– Думал о тебе, – коротко, словно забивая точку, отвечает Матвей и снова поворачивается в мою сторону все с той же улыбкой. – Как соседка? Не донимала сегодня? – становясь более серьезным, тут же переключается он, за что я ему благодарна, потому что таких слов в свой адрес я не ожидала. Думал обо мне? Вот это да.

– Стучалась. Но я не открыла, – смотрю прямо перед собой, чувствуя некоторую гордость.

– Правильно. Мой юрист уже побеседовал с ней. Женщина начала говорить, что согласна и на двести тысяч, но поезд ушел.

Все же неприятная ситуация. И больше всего гнетет, конечно, сумма.

– Мне неудобно, – поворачиваюсь к Матвею даже немного корпусом. – Может я все же возмещу?

– Давай поговорим об этом позже, хотя бы когда будет известна точная сумма, – сдается Матвей. Ну или делает вид, что сдается. – Договорились?

– Хорошо, – сдаюсь и я.

К этому моменту мы подъезжаем к ресторану. И я немного поражаюсь. Это один из самых дорогих ресторанов города, и я в нем ни разу не была.

– Тут готовят самые лучшие стейки. Шеф-повар здесь из Аргентины. Его пытались переманить другие рестораторы, в том числе из других стран, но он остался непреклонен и верен “Жемчужине”. Ты была здесь?

Я отрицательно качаю головой.

– Тогда сейчас ты и сама поймёшь, почему я выбрал это место.

Мы заходим в просторный зал. Скандинавский стиль сочетается с природными мотивами. Красиво. И достаточно уютно. Хостесс провожает нас к нашему столику, и подходит официант.

– Выбирай стейк, – обращается Матвей ко мне.

– Положусь на твой вкус, – мягко избавляю себя от мук выбора, так как от названий разбегаются глаза.

Также выбираем салат и два вида чая – я долго не могла выбрать какой-то один, и Матвей, уловив мои метания, заказал два. Ничего алкогольного мы не стали заказывать, потому что Матвею его нельзя, так как он за рулем, а я никогда его не любила.

Ждём заказ, который приносят довольно быстро и по частям. Сначала приносят салаты с чаем, а потом и обалденные на вид и вкус стейки. Мы едим, попутно разговаривая и узнавая что-то друг о друге .

В один момент ловлю на себе задумчивый взгляд Матвея:

– А теперь позволь задать вопрос, который больше всего меня мучает на протяжении последних дней, – он делает выразительные паузу. – Что ты тогда имела в виду, называя меня таксистом?

13

13

13

Вот и ответ. Нет у него хобби в виде такси. Но как тогда он принял вызов Вадима? Что это было вообще? Боже, как же неловко…

Опускаю голову, улыбаясь, и закрываю глаза рукой.

– А можно не отвечать? – по-прежнему улыбаясь, поднимаю взгляд на Матвея.

– Нет, – медленно машет головой в сторону он, также улыбаясь.

– Тогда встречный вопрос: если ты не работаешь в такси, то… как тогда ты меня забрал в тот день?

Матвей слегка хмурит брови, словно не понимая мой вопрос, но все же отвечает максимально серьезно:

– Просто захотел подвезти и познакомиться с тобой. Ты мне очень понравилась. Наверно будет нелепо говорить про любовь с первого взгляда, но в тот момент мне казалось именно так.

Вот как. Мне в голову не могло прийти такое. Что мужчина вроде Матвея – а сейчас, узнав его лучше, я недоумеваю тем более, мог пойти на такое ради понравившейся девушки. Ради меня.

Но сейчас волнует не это. Волнует то, что он только что сказал. Любовь с первого взгляда.

– А сейчас уже не кажется, – улыбаюсь я. Не спрашиваю, а утверждаю, но внутри все неприятно сжимается от мысли, что он отшутится, переведет тему или ещё что-то, что будет означать подтверждение моих слов.

– А сейчас я все больше убеждаюсь, что не ошибся.

Он произносит это, проницательно глядя в мои глаза своими, и я тону в них.

Нельзя так говорить. Нельзя так смотреть. Нельзя.

Потом он рассказывает про свои неудавшиеся отношения и делает это в полушуточной мере, хотя все же боль немного просачивается даже сквозь его шутки и улыбку.

Очередь доходит до меня. Увы, также с юмором преподнести свою историю я не могу. Стараюсь обходить острые углы, рассказывая про причину моего ухода от мужа, но все равно выходит грустно.

Матвей задумчив. Слушает внимательно, иногда задает вопросы, но весьма тактичные. Предлагает своего юриста, но я отказываюсь – я должна все сделать сама, в том числе и найти юриста.

Потом тема меняется, и я снова улыбаюсь шуткам Матвея.

Время пролетает быстро. Матвей закрывает заказ, расплачивается, и мы снова оказываемся в его машине, а потом и возле моего дома. В машине по-прежнему пахнет морскими нотами, но цветочный запах становится намного сильнее и почти перебивает амбровый.

Разгадка находится, когда Матвей, после того как открыл для меня дверь и помог мне выйти, открывает заднюю пассажирскую дверь и достает огромный букет цветов.

Эустомы и лилии. Оригинально.

Вадим, если и дарил цветы, то всегда розы. Красные. И мне они никогда не нравились, пусть мое мнение и не волновало его. Здесь же огромный нежный бело-розовый букет вызывает лишь восторг.

– Не смог отказаться от лилий. Они прочно ассоциируются теперь с тобой. Как и эустомы.

Принимаю букет и зарываюсь в него, чтобы надышаться. Да, это именно тот запах, который пропитал весь салон машины.

– Если честно – я про них забыл, а потом, когда вспомнил, не хотел оставлять тебя одну. Точнее не хотел отходить от тебя ни на одну лишнюю минуту. Вдруг ты больше не накосячишь в моей квартире, и я не смогу потребовать от тебя ужин со мной, – шутит он.

– Ради такого вкусного ужина, могу что-нибудь придумать. Что меньше всего жалко? – шучу в ответ я.

– Обойдемся без жертв, – усмехается Матвей. – Завтра у меня деловая встреча – заключаем долгожданный контракт. Что насчет послезавтра? Увидимся?

– Да, – соглашаюсь я, немного ликуя внутри и испытывая небывалый трепет. – Все было замечательно, спасибо. И большое спасибо за цветы – они прекрасны.

– Я рад, что тебе понравилось, – мягко отвечает Матвей.

Пора прощаться. Сто лет не была на свиданиях, и забыла как это делается правильно. Поцелуй в щеку за прекрасный вечер не будет слишком вульгарным с моей стороны? В принципе, не должен. Мне давно не было так хорошо. С мужчиной так наверно вообще никогда. Даже в самые конфетно-букетные времена с Вадимом.

Я впервые за несколько часов не думаю о нем. О его предательстве. О несбывшихся надеждах. И впервые за долгое время я счастлива.

– Пока? – спрашиваю я, еще раз нюхая букет. Его запах через верх грудной клетки разноситься по венам, и я словно вся наполняюсь этим сладким, насыщенным ароматом.

– Пока, – подтверждает Матвей.

Осмеливаюсь и делаю шаг к нему, попутно убирая цветы за спину. Привстаю на цыпочки и касаюсь щеки с еле заметной щетиной.

И в этот момент руки вокруг меня смыкаются и притягивают, запирая в капкан, а в следующее мгновение на губы обрушивается уже совсем не невинный поцелуй. В нём нет спешки или грубости – только горячее, трепетное касание наших губ, словно весь мир сузился до этой точки, где они соприкасаются.

Мир вокруг стирается: нет ни шума машин с главной дороги, ни прохожих, ни даже стеснения или угрызения совести. Остаются только эти руки, удерживающие меня, и этот поцелуй, от которого подгибаются колени.

Матвей целует умело, страстно, при этом не распуская руки, а все равно внизу живота разгорается огонь, который ноюще требует утолить возникший и разрастающийся голод.

Даже проскальзывает мысль пригласить его к себе домой. Или правильнее сказать “к нему домой”, так как собственник он? Неважно. Важно, что от этого поцелуя хочется продолжения. С Вадимом я не испытывала такого очень давно, если вообще когда-то испытывала.

Это пугает. Приличная женщина не должна хотеть продолжения на первом свидании. Но отчаяние от невозможности выбрать правильный вариант из двух не успевает меня захлестнуть с головой – Матвей первым разрывает наш поцелуй.

– У меня завтра тяжелый день. Как бы я не хотел тебя отпускать – придется, – грустно говорит он. – Да и ты наверно устала?

– Да, – день был трудный, – соглашаюсь я и добавляю: – Не считая вечера.

И правда, на работе сегодня были первые серьёзные проблемы. Соседка приходила и тарабанила в дверь, но я ей не открыла, зная, что компенсацию она получит, но справедливую, а не взбредшую ей в голову. Ну и приятное время с Матвеем – свидание с ним, наоборот, расслабило, в отличие от первых двух моментов, но время берет свое и легкая усталость, стертая на время поцелуя, возвращается.

Кажется сегодня мне удастся сохранить себя в приличных женщинах.

А жаль…

14

14

14

Утром на следующий день просыпаюсь в хорошем настроении, а потом и весь день проходит под этой же эгидой, что только усиливается после сообщений от Матвея. В груди порхают бабочки, а на губах то и дело сама собой расцветает улыбка. В голове снова и снова прокручивается вчерашний вечер. Меня переполняет лёгкая, как перышко птенчика, радость.

Даже Саша отмечает мое состояние, когда пересекаемся с ней на мини-кухне нашей компании, и попадает в точку:

– Ты сияешь прямо. Мужик новый?

Округляю глаза от такой прямоты и даже теряюсь на пару секунд. Хочу возразить, но понимаю, что возразить нечего. Мужик. Новый. Все так.

– У меня на лице это написано? – смеюсь я.

– Ага-ага. И как он в… – играет бровями Саша, – этом самом деле?

– Мы только познакомились, Саш, и у нас было всего лишь первое свидание, – говорю и тут же вспоминаю, как горела вчера, забыв о всех таймингах свиданий и правиле “первое свидание – никакой близости”.

Хотя близость между нами как раз возникла, только была она эмоциональной, душевной.

– Эх, так не интересно, – теряет запал в распросах коллега и уходит со своим кофе в руках к своему рабочему месту.

Отработав, в таком же приподнятом настроении иду домой, и оно не падает, несмотря на неприятное ощущение между лопатками, хотя и временами пробирается сквозь кожу тревога.

Меня не покидает чувство, что за мной следят. Даже оборачиваюсь несколько раз в автобусе и после того, как из него выхожу, но людей на улице достаточно много и никого заприметить я не могу, пока наконец дойдя до дома, уже собираясь зайти в подъезд, меня не окликает знакомый голос:

– Лиля!

Голос Вадима. Невольно останавливаюсь, не желая верить, что мне не послышалось, но не оборачиваюсь. И в последний момент, когда слышу приближающиеся шаги, спешу скорее зайти в подъезд и закрыть дверь.

Я не хочу его видеть. Не хочу с ним разговаривать. Не после его угроз и оскорблений во время нашего последнего разговора. Я заблокировала Вадима везде, где только можно, но он видимо нашел способ меня найти. Как только выследил?

Ответ складываю в уме довольно быстро – на сайте компании. Меня недавно фотографировали возле стенда с логотипом и разместили среди работников, а там есть и адрес, и время работы. Получается Вадим следил за мной от самого бизнес-центра, пока я ехала на автобусе, а потом шла пешком.

Вмиг из сказки, в которой летала весь день, окунаюсь в реальность. Хорошее настроение резко сменяется плохим – Вадим наверно почувствовал, что я про него забыла, и решил это исправить.

Меня трясет. Я думала он никогда меня не найдет, но как же я ошиблась, когда думала, что отделаться от него будет так просто. Нажимаю кнопку лифта и мысленно тороплю его приехать быстрее, чтобы скорее запереться в своей квартире, которая сейчас кажется единственным убежищем. Как назло лифт застревает на пятом этаже и спускаться не планирует, показывая значком, что двери открыты.

Что они там делают на этом пятом этаже?! – внутри разрастается раздражение.

В любой момент кто-то из соседей может войти или выйти, а с ними в подъезд попадет и Вадим.

Понимая, что лифт решил поселиться на пятом, иду к лестнице. Восьмой этаж, но ничего не поделать – хорошо что, не восемнадцатый.

Когда поднимаюсь между шестым и седьмым этажом, слышу, как заработал лифт. Вовремя, однако, – хмыкаю про себя. Но поднявшись, наконец, до своего восьмого, понимаю еще и кто этот лифт успел вызвать и подняться.

– Сюрпри-из, – прямо напротив двери моей квартиры, засунув руки в карманы и улыбаясь как сумасшедший клоун из ужастиков, ждет Вадим. Однако даже эта поддельная улыбка быстро исчезает с его лица, уступая место злобному выражению. – Ну, здравствуй, женушка.

Я будто даже вздрагиваю. Холод пробирает от макушки до кончиков пальцев. Вжимаюсь в стену, в нескольких шагах от спасительной двери, за которой теперь не спрятаться. Как он узнал этаж, как узнал номер квартиры? Еще и за такое короткое время. Он ведь даже не знал адрес дома, что подтверждают его следующие слова:

– Так вот где ты живешь… – говорит он, осматриваясь по сторонам и возвращая взгляд на меня.

Нахожу в себе силы встретиться с ним глазами. Прищурившись, он смотрит на меня и продолжает:

– Думал одумаешься, перебесишься, а ты уже и хату сняла, – он делает короткий кивок в сторону двери. – Конечно, на мои-то деньги. Чтобы мужиков было куда приводить? Вырвалась на свободу, наконец?

– Не путай меня с собой, – стараюсь говорить спокойно, но голос дрожит не только от страха, но еще и от злости. Как он вообще смеет мне что-то говорить, учитывая, что рыльце в пушку у него.

– Мне уже рассказали, что ты с мужиком каким-то ходишь по соседям. Удивились, что муж есть. Конечно, кольцо сняла, как будто и не было ничего. А мы еще муж и жена вообще-то, Лилечка.

Месть пришла откуда не ждали. После этого его выпада в голове живо рисуется картина, как соседка снизу, вымещая всю злость после того, как ей не удалось меня и Матвея облапошить, рассказывает Вадиму гадости. И успела, получается, за эти три минуты, что я поднималась по лестнице.

Представляю, как она это все говорила, а потом потирала ручки, предвкушая конфликт, что Вадим тут устраивает.

– Это хозяин квартиры.

– Хочешь сказать, не дала ему?

Хотела, – прорывается внутри смешок, но отвечаю холодно:

– Это не твое дело.

– Как это не мое? А чье? Жена загуляла. Заблокировала меня везде. Пытался с других номеров звонить, так не брала.

– Да, я догадывалась, что это звонил ты, – прямо говорю я.

– Почему не отвечала? – сдвинув брови спрашивает Вадим, будто самому догадаться трудно.

– Чтобы не слышать твоих оскорблений? – делаю “предположение” я.

– Ну ты же знаешь, почему я так говорил, – Вадим говорит это таким обманчиво-ласковым тоном, словно объясняет что-то нерадивому ребенку. И думает, что я на это поведусь?

– Почему же? – интересуюсь я.

– Хотел до тебя достучаться. Хотел, чтобы осознала все, поняла.

Интересный способ… – думаю про себя, но вслух это говорить не хочу, потому что в этот момент четко вижу, насколько мы с Вадимом разные. Он ведь и правда не считает себя виноватым ни в измене, ни в своих оскорблениях и угрозах.

– Мы ведь муж и жена, Лиль. Семья, – продолжает втирать он так, будто мы поссорились из-за какой-то ерунды, а не из-за того, что он полгода мне изменял.

В этот момент жалею, что до сих пор не подала на развод – собиралась ведь не затягивать, но почему-то так и не сделала этого.

А еще я до сих пор не забрала оставшиеся вещи – настолько мне не хотелось контактировать с этим предателем.

– Семья? Вадим, ты сейчас серьёзно? Ты изменял мне полгода! – пытаюсь донести до него, как абсурдно звучат его слова.

Он снова в миг становится злым, даже скорее разъяренным. Такие резкие перемены в нем не просто обескураживают – пугают, хотя я и без этого потеряла чувство безопасности, едва услышала его голос на улице.

– Я мужик, – цедит он сквозь зубы. – И не приживалец, как некоторые. Должна была на меня молиться, облизывать, а не хвостом вертеть. Ну, есть молодая любовница, и что?! – почти переходит на крик он.

Не хватало мне потопа, устроенного мной позавчера, так еще и скандал в подъезде с моим участием – с соседями подружиться у меня уже явно не получится.

– Она немногим моложе меня, так что не в возрасте дело.

– А в чем тогда по-твоему? – хмыкает “муж”.

– В том что ты, Вадим, оказался, козлом.

Говорю это и чувствую, как становится легче. Словно внутри щёлкнула невидимая защёлка, и напряжение, копившееся все это время, уходит.

– Что ты сказала?

Вадиму не нравится то, что я сказала. Он начинает идти в мою сторону, надвигаясь на меня как скала.

Но страх уже не сковывает меня. Словно после брошенных мной слов, я обрела силу, которая питает решимость. Безопасности я по-прежнему не чувствую, но и в бездну липкого ужаса не срываюсь, хотя выглядит Вадим опасно.

– Повтори, – едва ли не рычит он, похожий сейчас на дикого взбешенного зверя.

Он подходит ко мне, упираясь рукой о стену позади меня, но глаз я не опускаю – смотрю прямо в его налившиеся яростью. На миг кажется, что он сейчас меня ударит. Или придушит. Но внутри все равно сохраняется желание дать отпор, хотя есть понимание, что я намного слабее него.

– Я могу, – раздается голос сбоку, который я узнаю не сразу. – Что повторить?

Матвей? Я не верю своим ушам, но когда поворачиваюсь, вижу и правда его. Только в отличие от вчерашней версии себя, его глаза полны огня, и я не знаю, кто сейчас выглядит опаснее: Вадим или Матвей.

– Отойди от нее, – резко говорит он.

– А ты кто? – выпрямляется Вадим, стараясь всем своим видом показать пренебрежение. Но даже я чувствую, как он тушуется. Как будто даже сжимается от опасения.

Мне же, наоборот, становится легче дышать. Я не одна.

– Это твой новый хахаль? Быстро ты из койки в койку скачешь, ничего не сказать, – обращается Вадим ко мне, в попытке уколоть побольнее, когда понимает, что Матвей игнорирует его вопрос и не собирается с ним объясняться.

– Хм, – прочищает горло Матвей, и я понимаю, что он сейчас что-то ответит на эту провокацию от Вадима.

Чтобы не нагнетать и без того накаленную обстановку, решаю опередить Матвея.

– Да, – отвечаю я и вижу, что Вадим не ожидал такого моего простого согласия.

Наверняка он думал, что меня покоробят его слова, и теперь выглядит обескураженным.

– Тебе лучше уйти, – добиваю его я, внутри благодаря Матвея, что он дает мне возможность самой поставить Вадима на место.

Желваки играют на скулах бывшего, но уйти он не торопится, явно ища в голове варианты попытаться унизить меня еще чем-то.

– Ты еще пожалеешь, – не придумав ничего лучше, он выплевывает эту слабую угрозу и уходит, постаравшись показать Матвею, что не испугался его, сверля того взглядом напоследок.

Облегченно выдыхаю. Напряжение от присутствия Вадима растворяется, становится легче дышать, да и сам воздух словно очищается.

Матвей подходит ко мне.

– Ты как? – участливо спрашивает он, чуть наклоняясь ко мне, чтобы заглянуть в глаза.

– Нормально, – слабо улыбаюсь я. Внутри все равно отголосками звучит произошедшее только что.

– Я так переживал, что не успею.

Точно. Он ведь вчера говорил про важный день, про контракт.

– Как прошло подписание? Я думала, ты закончишь поздно.

Он сам об этом упомянул вчера. Только сказав, понимаю, что звучит как упрек. На самом же деле верю, просто переживаю. Матвей говорил, что это важный контракт для его фирмы.

Но он правильно понимает мой вопрос.

– Я все бросил, когда пришло фото с камеры, и я увидел выражение лица какого-то мужика возле твоей двери. Почему-то сразу догадался, что это твой бывший – он мне сразу не понравился. Хорошо, пробок не было, и доехал быстро.

Матвей и правда приехал быстро – наверняка он превышал скорость и словил штрафы, но не лезу в это. Главное, что он приехал вовремя. Не знаю, до чего мог опуститься Вадим, и чем могла закончиться наша встреча, если бы не Матвей.

– Все бросил? – переспрашиваю я, так как только сейчас доходит смысл его слов.

– Да, Денис доведет до конца. Надеюсь. “Фьюжн Электрик”, безусловно, не любят, когда что-то идет не по правилам, но предложение выгодное и для них. Надеюсь Денис все сделает правильно. Хотя, конечно. он новичок, в этом деле, но не сорваться к тебе я не мог.