Текст книги "Измена. Слишком больно, чтобы простить (СИ)"

Автор книги: Элль Ива

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

37

37

Я смотрела на сестру и не узнавала свою прежнюю скромную Дашку.

Что заставило ее перевернуть все свои представления с ног на голову? Только лишь деньги? Или что-то ещё?

Она опустила взгляд.

– Ты ведь не поверишь, что у меня остались к нему чувства? – спросила еле слышно.

Чувства к этому моральному уроду?

– Может и поверю, Даш, но не пойму. Как бы он ни раскаивался, нужно чуть больше, чем раскаяние, чтобы простить подобное. Он преступник. Он нанял Вероничку, чтобы расправиться с нашей семьёй… и она поняла задачу буквально, едва не угробив меня физически.

Не знаю, насколько правдоподобно звучало всё это для Дашки. Она ведь и сама пострадала от Игоря, причем едва ли меньше.

И такие заявления… я начинала чувствовать горькое разочарование.

Это ж насколько нужно отчаяться в своей жизни, чтобы решить продаться такому человеку?

Дашка не спешила идти в душ. Так и стояла у комода, глядя себе под ноги.

Я поднялась с дивана и шагнула к ней. Мне хотелось сделать хоть что-то, чтобы как-то повлиять на опасное решение сестры.

Снова связаться с Игорем – это путь в никуда. Неужели она этого не понимает?

Такие люди не меняются, и любить они тоже не умеют. Он причинит ей еще больше боли, сломает и вываляет в грязи.

Дашка скривилась и сжала пальцами переносицу. Судорожно выдохнула, будто от резкого спазма.

– Я не дура, – всхлипнула она беззвучно, – и всё понимаю. Вполне возможно, я выбрала не ту цель, но другой пока не вижу.

– Даша…– мысли судорожно метались в голове.

Я просто должна была придумать что-нибудь годное, предложить ей приемлемый вариант, чтобы она отказалась от своей дикой затеи.

Потому что иначе последствия будут катастрофическими. Не нужно быть провидцем, чтобы это понимать.

Но сестра уперлась рогом. И, что самое обидное, именно я стала для нее примером этой цели.

– Может, тебе просто поменять работу? – предложила я мягко. – Бросить эту… тем более гнобить тебя там могут именно по приказу Игоря. Он на многое способен. Ты сама видела, что он вытворяет.

Сестра посмотрела на меня задумчивым взглядом.

– Я разместила резюме на семи сайтах. И знакомых всех обзвонила. Никто не хочет брать меня и на половину той зарплаты, которую я получаю сейчас.

Меня пронзило догадкой.

– А Влад? – выдохнула я с энтузиазмом.

– Что Влад?

– Пойдешь работать к нему?

Сестра нахмурилась.

– Ему что, требуется помощник бухгалтера?

Я закатила глаза и едва не рассмеялась от облегчения.

– Даша! У него огромная корпорация, там этих бухгалтеров нужен вагон!

Она недоверчиво улыбнулась.

– Думаешь?

Я кивнула и обняла ее за плечи. На горизонте забрезжила робкая надежда на благополучный исход.

– Уверена! Надо было сразу обратиться ко мне, я всё устрою. Даш, ну ты чего?

Закусив губу, сестра вытерла повлажневшие глаза.

– От меня одни проблемы, – прошептала хриплым голосом, – будто я непутевая какая-то или невезучая. Сама не знаю, что со мной не так. За что бы ни взялась – всё идет не как нужно.

Я погладила ее по спутанным волосам.

– Не выдумывай. Ты просто не оклемалась от предательства этого рыжего гада. Потрясение было слишком сильным. Настолько сильным, что пошатнуло твою самооценку, и теперь ты думаешь, что никому не нужна, кроме него, такого красивого. Оставь эти мысли, Дашка. Ничего хорошего они тебе не принесут.

Сестра согласно кивнула.

– Да… наверное. Надо бы на терапию записаться, да времени нет. Ты права, это все только в голове. Спасибо, Сонь.

Она обняла меня в ответ, и какое-то время мы просто стояли, обнявшись, как в детстве.

Мама любила наказывать нас обеих, даже если нашкодничала только одна. Мол вы, сестрички, два сапога пара. И мирились мы всегда очень быстро, прося прощения друг у друга и обнимаясь, стоя коленями в углу на рассыпанном горохе.

Потому и ценим друг друга с самого детства, что через многое прошли вместе.

Потом Дашка отправилась в душ, а я вымыла посуду, закрыла ноутбук и улеглась на диван.

Чувство тревоги так никуда и не делось. Следовало принять какое-то решение, придумать верный ход, который избавил бы нас с сестрой от всех нависших над головой проблем.

Только где его взять? И ведь никто мудрый и опытный не подскажет. В интригах и дипломатии я не сильна.

Оставалось надеяться, что жизнь разрулит все сама. Ну, или наставит на верный путь.

В конце концов мы с Дашкой никогда и никому не делали плохо. В отличие от Игоря и его преступной подружки.

Я сама не заметила, как задремала, открыв глаза только утром следующего дня. Дашка уже ушла на работу, а на телефоне высвечивалось новое сообщение с незнакомого номера.

Сначала я опасалась его открывать, но потом все же решилась.

Что мне терять, кроме собственных нервов? А они в последнее время закалились не хуже стальных тросов

«Мне очень жаль, что я доставила множество неприятных минут тебе и твоей семье. Приношу свои глубочайшие извинения. Вероника.»

Я недоверчиво моргнула, перечитав сообщение еще раз.

Хм… а вот это уже интересно. Только где же признания во лжи, где оправдания? Где обвинения Игоря?

Просто краткое – извините. И не факт, что подобного больше не повторится.

Передернув плечами, я отправилась готовить завтрак.

Покой мне только снится...

Когда по дому распространился аромат поджаренных тостов с ветчиной, в дверь позвонили.

Я шагнула в коридор и опасливо выглянула в глазок. Это был Влад.

От удивления даже забыла, что не выключила кофейник.

– Ты? – выдохнула, открыв дверь.

Но ведь еще вчера он еле передвигался! А уже сегодня явился сюда.

Мужчина кивнул, улыбаясь мне знакомой теплой улыбкой.

– Пришел за тобой, Соняш. Поехали домой?

38

38

Недоуменно моргнув, я шагнула назад. Очень хотелось захлопнуть с перепугу дверь, но я переборола этот порыв.

Худой мир всегда лучше доброй ссоры. Пусть даже если я с мужем не ссорилась.

Влад воспринял мое молчание как руководство к действию. Шагнул в прихожую, глядя на меня с улыбкой.

И мне бы очень хотелось улыбнуться в ответ, но что-то не давало этого сделать.

– Ты не рано ли из больницы? – смерила его хмурым взглядом.

Мужчина пожал плечами.

– Обезболивающие – великая вещь, Соня.

Да, и правда. Жаль, для души такого пока не придумали.

– Рада за тебя, – отозвалась осторожно, – но с чего ты взял, что я захочу к тебе вернуться?

Улыбка плавно сползла с его лица.

Да, возможно, я перестаралась с жалостью тогда в больнице. Да и приезжать к нему, наверное, не стоило. А теперь он считает, что я сделала это от любви, и теперь явился взять своё.

От меня не укрылось, что Влад слегка прихрамывает.

– Что не так, Соня? – спросил он с подозрением, глядя в мое лицо. – Мы разве не выяснили с тобой всё?

Я снова моргнула. Нет, он действительно не понимает. Что ни говори – мужчины существа иного порядка, и наши женские переживания им непонятны, даже если ткнуть мужчин в них лицом и хорошенько повозить.

А объяснить как следует слишком сложно. Да и глупым выглядит сам факт того, что вообще нужно объяснять человеку, с которым прожила столько лет.

Будто он не знал меня никогда и не чувствовал моих переживаний.

Хотя, наверно, так оно и было. Иначе не повел бы себя так на мой чертов день рождения.

И почему все это случилось с нами именно в этот день? Ни раньше, ни позже…

– Выяснить-выяснили, – я прислонилась к стене, сложив руки на груди, – только того, как ты вел себя со мной впоследствии, это никак не отменяет.

Он хотел что-то ответить, но передумал. Поджал губы, глядя на меня странно безэмоциональным взглядом.

От прежней улыбки не осталось и следа.

– Я понял, – сказал он наконец, переводя взгляд куда-то мне за спину, – вернее, догадался давно, только верить никак не хотел.

– Во что? – вздохнула сокрушенно, предвкушая очередную бредовую теорию.

Казалось, этот мужчина может выдумать все, что угодно, только не прийти к очевидным вводам.

А я устала от его фантазий.

– Нашла себе уже кого-то? – протянул Влад.

Я обернулась, чтобы понять, куда он смотрит. Из прихожей хорошо просматривалась кухня, на подоконнике которой стояла ваза со свежими цветами. Теми, которые принес вчера Игорь.

– Нет. Но в любом случае это ничего не меняет между нами.

– Уверена?

Я закатила глаза. Ну что за глупый вопрос…

– Тогда зачем ты в больницу ко мне поперлась, Соняш? Совесть замучила? А потом увидела, что не всмятку муженек, так и отпустило сразу, да?

Я хмуро смотрела на него исподлобья.

– Ты такой дурак, Влад… Тебе проще выдумать любую хрень, лишь бы не замечать очевидного. Хотя вы, мужчины, все такие. Ведете себя, как животные, а потом – здравствуй, дорогая, давай все заново, поехали домой. Это так не работает, Влад.

– Дурак? – переспросил он с усмешкой. – Да, наверное. Ну что поделать, какой достался. Не понимаю я намеков, и в чужих чувствах тоже не разбираюсь. Но ведь ты меня не за это любишь, так ведь, Соняш? Если, конечно, вообще любишь.

Его взгляд стал вопросительным, и я отвела глаза.

– Наверное, нам все это было необходимо, чтобы понять…– начала, но он меня перебил:

– Кто он?

Я моргнула.

– Ты о ком вообще?

Влад сверлил меня напряженным взглядом.

– Кто принес тебе цветы?

– Ты серьезно? Помимо всего прочего еще и ревность? Это Дашкины цветы, ей Игорь их подарил вчера.

Мужские брови дернулись вверх.

– Игорь?

Я вздохнула. Этот разговор начинал порядком надоедать.

– Только не говори, что забыл, чего он хочет от Дашки.

Муж не унимался:

– Так она теперь и цветы от него принимает? Или ты все-таки врёшь и уже завела себе хахаля?

Меня безумно злили эти необоснованные претензии.

– Даже если и завела, то что?! – воскликнула раздраженно. – Что, Влад? Что ты будешь делать? Тебе останется только сожалеть, не так ли? Что профукал семью. И больше винить будет некого, кроме себя самого! Хватит ходить сюда, хватит искать того, чего больше нет!

– Нет, значит? Видимо, и правда, нашла себе уже… – хмуро констатировал муж.

Я едва не застонала.

– Уходи. Не о чем с тобой разговаривать. Не только ребрами тогда приложился, но и башкой. А может всегда был таким деревянным, только я не замечала. Все, давай, пока!

Шагнув к двери, я попыталась ее открыть, чтобы выпроводить Влада. Но тот не сдвинулся с места, мешая мне пройти к выходу.

Я подняла на него сердитый взгляд:

– Может хватит уже, а? Ну чего ты мучаешь меня?

Он мрачно смотрел в ответ, глядя на мои безуспешные попытки попасть к двери.

– Ты моя жена, Соня. Я женился по любви. Да и ты, думаю, выходила замуж не из-за безысходности, – проговорил он тихо, – а теперь что не так? Мне в ногах у тебя валяться, прощения вымаливать? Тебе этого не нужно, как и я не нужен. Ну хорошо, любимая, как знаешь. Делай, как тебе лучше.

Он резко развернулся и открыл дверь. Вышел в подъезд и, не оборачиваясь, начал неспешно спускаться вниз.

Закусив губу, я закрыла дверь.

Как мы вообще понимали друг друга раньше? Или были слишком влюблены, чтобы обсуждать чувства?

Мы же совершенно, полярно разные… все произошедшее только лишний раз это показало.

Я опустила руки на свой едва обозначившийся живот.

Кажется, я сделала свой окончательный выбор.

39

39

Выбор я сделала, и мне в нем очень помог Влад.

Я смотрела на мужа из окна. Как тот хромает к машине и садится на место рядом с водительским. Очевидно, водить сам он теперь не сможет.

Неизвестно, как надолго. Хорошо, что есть охранники…

Влад оставил их и мне. Машина Василия так и стояла на парковке, а сам он сидел в ней, внимательно наблюдая за всеми, кто входит в подъезд.

Муж даже не обернулся, не посмотрел в наши окна.

Видимо, и правда решил все окончательно. Ну что ж, разве не этого я хотела?

Все, теперь свободна, как ветер в поле. Можно расслабиться и подавать на развод.

Развод?

Усевшись на пуфик, я задумчиво уставилась в пространство.

И правда, получила, что хотела. Так где же радость? Может, она придет позже? Но пока что не было даже намека.

День прошел в привычной рутине.

Я работала за ноутбуком, готовила обед и прибиралась в квартире, пытаясь отвлечься от собственных невеселых мыслей.

Выходило не очень.

Вечером явилась хмурая Дашка. И только за ужином я вспомнила, что забыла позвонить по ее вакансии.

Но сестра мне и не напомнила… хотя это ведь именно в ее интересах. Она вообще странно молчала весь вечер, стараясь лишний раз на меня не смотреть.

И я невольно задумалась о своей здесь нужности.

– Все хорошо? – уточнила на всякий случай, чтобы не спускать ситуацию на тормозах.

Дашка кивнула. Не доев ужин, она отправилась в душ.

Вернулась оттуда только когда я уже прибралась на кухне, закрыла ноутбук и улеглась спать.

Тяжко вздохнув, сестра прилегла рядом на диван и посмотрела на меня

– Мне нужно уехать завтра, – огорошила, – посмотришь за квартирой?

– Конечно, – отозвалась я удивленно, – расскажешь, куда?

Она мотнула головой.

– Нет, потом. Если все удастся, как задумала…. Если удачно сложится, то обязательно расскажу, договорились?

С таким раскладом я огласиться не смогла, но на этот раз не стала спорить.

Кто я такая, чтобы лезть в чужую жизнь?

А Дашка уж взрослый состоявшийся человек, ей впору самой решать, что делась со свое жизнью.

Я уже посоветовала раз. Видимо, совет не подошел.

– Ты больше не хочешь менять работу? – уточнила я вкрадчиво.

Сон ушел и возвращаться не желал.

Дашка ответила не сразу, будто раздумывая над таким простым вопросом.

– Посмотрим. Когда вернусь, скажу точно. Это дней на пять максимум, хорошо?

И что я могла ей сказать? Запретить?

Поэтому только кивнула и отвернулась.

– Обижаешься? – долетел до меня ее шепот минуту спустя.

– А есть смысл? Это твоя жизнь, Даша.

Она промолчала, и через минуту я услышала ее мерное дыхание.

Сама я заснула далеко не сразу. Дашка, получается, свой выбор тоже сделала.

И что-то подсказывало, что у обеих у нас он не тот, каким должен быть.

Я заснула только под утро, вся измучившись тревожными мыслями что о своем будущем, что о будущем Дашки.

А проснулась уже где-то к обеду в пустой квартире. Сестра, видимо, уехала.

Комод стоял нараспашку, как и шкаф. Одежды там почти не осталось.

Она оставила мне записку, черкнув пару строк о том, чтобы я не скучала. Обещала звонить.

Только что мне теперь с ее звонков?

Кажется, пожелав для себя свободы и самостоятельности, я чересчур перестаралась.

Ближайшие несколько дней меня никто не беспокоил. Даже Дашка, хоть и обещала.

Все будто вымерли. Что Влад, что незабываемая Вероничка, что Игорь тоже не спешил показываться.

Да и зачем ему? Он скорее всего сейчас с Дашкой, обхаживает мою сестру где-нибудь на морях.

Я с головой ушла в работу, постаравшись сосредоточиться на рутине. Съездила в клинику пройти очередное обследование, чтобы знать, что с малышом все в порядке.

Съездила и на работу. Девчонки очень удивились моему появлению. Да я и не любила особо мозолить им глаза. Они и без меня прекрасно справлялись со своими обязанностями.

Охрана оставалась на месте. Тот же Василий служил мне и водителем.

Я как-то пригласила его на чай, но он отказался, сославшись на инструкцию.

Кажется, моя жизнь наконец-то вошла в ту самую колею, о которой я мечтала.

Правда, никакого удовлетворения от этого я не испытывала. Сама не знаю, почему.

Проснувшись на четвертый день, я почувствовала себя странно больной. В горле першило, а голова будто опухла. В ушах неприятно звенело.

Неужели простыла?

Пока заваривала себе горячего морса, включила маленький кухонный телевизор и увидела Влада.

Он засветился в новостном репортаже, рассказывая об открытии нового филиала своей строительной корпорации. Выглядел мужчина прекрасно. И не скажешь, что совсем недавно едва ходил…

Молоденькая журналистка только что не в рот ему заглядывала. Снисходительно усмехнувшись, я выключила телевизор.

Видимо, Влад тоже принял свою новую жизнь. И она ему нравилась куда больше, чем мне моя.

А потом меня накрыло.

Возможно, вид довольного и успешного Влада стал катализатором. А может, иммунитет не выстоял перед встречей с каким-то опасным вирусом, о которым нынче кричали из каждого угла…

К вечеру я лежала пластом. Мне было так плохо, что впору было завыть, но у меня не нашлось сил даже на это.

Я прилегла сразу после утреннего морса и встать больше не смогла. Глаза слезились, дышать было трудно, и голова гудела, как не своя.

Как же не вовремя уехала Дашка… или наоборот, вовремя? Иначе лежали бы с ней тут вместе.

К полуночи я поняла, что мне нужна помощь, иначе до утра могу просто не дотянуть. Но даже дотянуться до телефона оказалось непосильной задачей.

Рука медленно ползла по покрывалу в сторону тумбы, на которой лежал заветный гаджет.

Когда пальцы наконец коснулись холодного металла, я не смогла его поднять.

Нажала на экран. Не глядя, пролистала список контактов и вызвала первый попавшийся.

А через секунду сознание меня оставило.

40

40

– Соня, Сонечка, открой глаза…– чей-то обеспокоенный голос прорывался сквозь моё ускользающее сознание.

Мне хотелось снова погрузиться в спокойную темноту, но голос мешал.

А еще меня тормошили, трогали лицо холодными руками, вливали в горло что-то противное и горькое.

Я кашляла, давилась, но глотала. Другого выхода не было. Жесткие пальцы держали голову, заставляя пить.

Дашка вернулась? Или я смогла кому-то дозвониться? Скорее первое, потому что только у Дашки есть ключи от квартиры.

Спустя время гудение в голове стало чуть тише. Я даже смогла приоткрыть глаза и увидела над собой мужское лицо.

Правда, не сразу поверила в то, что мне не привиделось. Рядом со мной был Влад.

Я чувствовала запах его духов и касание холодных рук. Хотя, может, холодными они вовсе не были, это я горела.

Спустя время лекарство подействовало, и я снова уснула, даже во сне чувствуя аромат его духов.

А может, он мне только приснился?

Я открыла глаза снова, и вокруг было слишком светло. Едва ощутимо пахло антисептиками и спиртом. Над головой что-то едва слышно капало.

Опять больница… да сколько ж можно?

Слишком много больниц в последнее время.

Но чувствовала я себя вполне неплохо, только слабость разливалась по всему телу, да в горле першила неприятная сухость.

Я повернула голову, с трудом сглатывая. Получится ли подняться?

Рядом с кроватью в кресле спал мой муж.

– Влад? – спросила удивленно.

Значит, не приснилось?

Он медленно поднял голову, моргнул, а затем резко встал и шагнул ко мне.

Присел на краешек кровати, глядя в мое лицо.

– Как ты, Соняш?

Я пожала плечами, прислушиваясь к себе.

– Сносно, а ты?

Судя по лицу, муж не спал неделю: щеки осунулись, под глазами залегли глубокие тени.

– Теперь хорошо, – отозвался он хрипло, глядя на меня больным взглядом.

– Можно мне воды? – голос звучал так, будто я его сорвала.

Собственный хриплый шепот даже немного пугал.

Влад тут же налил мне стакан из стоящего на тумбе графина, бережно приподнял меня с подушек и поднес емкость к губам.

После пары глотков стало значительно легче.

– Давно я тут?

– Три дня.

Я недоверчиво округлила глаза. Ну ничего себе… а по ощущениям, как одна ночь.

– Как ты узнал? Кто тебе сказал? – спросила удивленно.

– Ты мне позвонила, Сонь. Не помнишь?

Моргнув, я искренне попыталась вспомнить, но ничего не получалось.

Муж пояснил:

– Ты ничего не сказала, просто набрала мой номер. Я сразу подумал, что что-то стряслось. Твоя сестра трубку не взяла, на работе сказали, что ты дома, и я поехал к тебе.

– А потом? У тебя же нет ключей?

Он улыбнулся одним уголком губ.

– Не переживай, я поставил в дверь новый замок.

Закрыв глаза, я медленно выдохнула. Ну конечно, он сломал дверь… а потом увез меня в больницу и сидел рядом три дня.

– Спасибо тебе, – прошептала ошарашенно.

Он коротко кивнул, поджав губы.

– И что это было? С ребенком все в порядке? – забеспокоилась я.

Снова кивнув, Влад успокоил:

– Все хорошо, у тебя брали анализы. Еще пару дней, и выпишут. Кризис позади…

У него зазвонил телефон.

– Мне пора, – улыбнулся он сдержанно, – на работе меня сосем потеряли.

– Да, иди.

Внутри как-то всё сразу упало.

Мужчина поднялся с кровати, шагнул на выход и обернулся от двери.

– Хочешь, приеду за тобой на выписку?

Я промолчала, закусив губу. Я вообще не хотела, чтобы он уходил.

Дверь закрылась, и я осталась одна. Через минуту в палату вошла немолодая медсестра.

– Как вы, получше? Какой молодец ваш муж, – улыбнулась она, – буквально с того света вас вытащил! Отвратительный вирус, столько народа покосил, говорят, откуда-то из Африки привезли вместе с какими-то экзотическими фруктами…

– С того света? – переспросила я недоуменно.

Кивнув, медсестра поправила на мне покрывало.

– Принес вас в больницу в первый же день, – объяснила она, – на второй день заболевания людей уже обычно не удается спасти. А у вас даже ребеночек в порядке.

Да уж, повезло так повезло…

Медсестра включила мне телевизор и ушла, пообещав принести еду.

По ТВ как раз шли новости, и я снова увидела Влада. Нарочно не придумаешь. Очевидно, репортаж был в записи, и на видео муж выглядел совсем не таким, каким я видела его недавно.

Сдержанно улыбаясь в камеру, он расписывал преимущества открытия нового филиала. Такие, как создание новых рабочих мест и возведение новых жилых кварталов и инфраструктуры.

Я смотрела в его лицо, и мне отчего-то хотелось улыбаться.

А Дашка так и не позвонила.

На следующий день я почувствовала себя еще лучше, а через день, как и предсказывал Влад, меня выписали.

Мне принесли одежду и… всё. Из вещей имелась только она, да еще телефон на последнем издыхании. Зарядки у меня тоже не было.

Одевшись, я забрала свою выписку, поблагодарила услужливую медсестру и отправилась восвояси.

Ощущения были довольно странные. В теле еще чувствовалась неприятная слабость, и потому я шла медленно, крепко сжимая в руке телефон.

Вышла на крыльцо больницы, вдохнула свежий осенний воздух и поёжилась от прохладного ветра.

Погода испортилась, над головой собирались неприятно-темные тучи.

Наверное, стоило заранее заказать такси… Я опустила взгляд и обомлела.

У лестницы меня ждал Влад.

Я встретилась с ним глазами и сглотнула застрявший в горле ком. В его руках была моя куртка. А еще цветы. Небольшой букетик ландышей.

И где он их только раздобыл осенью?

– С выздоровлением, – улыбнулся Влад, поднимаясь навстречу.

Он помог мне надеть куртку и протянул букетик, который я приняла.

– Думал, что большой тебе будет трудно унести, – пояснил, – идем, отвезу тебя к твоей сестре.

– Нет, – выдохнула я, проследив за сорвавшимся с губ полупрозрачным облачком пара, – вези меня домой. К нам домой.