Текст книги "Девушка из сказки"

Автор книги: Элизабет Дьюк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Тарин сжала руки в кулаки. Она понимала, что он дразнит ее.

– Вы так говорите потому, что я избалованная наследница, или вам нравится издеваться над женщинами?

– Я всего лишь поздравил вас, – обиделся О'Мелли. – Вы намерены продолжать обучение? В наши дни не так уж много людей, свободных в выборе профессии.

– Пока что я не собираюсь учиться дальше. Учеба для меня была лишь способом тренировки ума. – Девушка запнулась. Проклятье! Ее слова дышали самодовольством. Неудивительно, что сосед видит в ней только капризную скучающую девицу, занятую поисками новых развлечений. Тарин осушила содержимое своей кружки, избегая смотреть в глаза случайному гостю. – Я занимаюсь конным спортом и выступаю на соревнованиях. Скачки с преодолением препятствий. Мне приходится много тренироваться и часто уезжать, – продолжала девушка, с усилием сохраняя спокойствие в голосе. Ее вовсе не должно было заботить мнение этого невыносимого О'Мелли, но оно ее волновало, и все тут! – Поэтому в университете я училась по личному плану. А если захочу работать, то мне придется искать место с гибким графиком.

– Вот как, – пробормотал мужчина. Он кивнул, как будто ничего другого не ожидал. – Все, что вам надо, – это гордо прошествовать по арене, собирая призы и аплодисменты. Вот предел ваших честолюбивых устремлений.

Сарказм в его голосе возмутил Тарин. Она резко отодвинула стул и вскочила на ноги.

– Предел моих устремлений, как вы изволили выразиться, – процедила девушка сквозь зубы, – выступление на Олимпийских играх в Сиднее. Мое честолюбие заходит так далеко, что я надеюсь выиграть золотую медаль для Австралии. – Тарин немного успокоилась. – Хотите еще кофе?

– Да, пожалуйста.

Она отошла к полкам с посудой. Дождь все еще барабанил по крыше, и у Тарин появилось предчувствие, что О'Мелли надолго застрял в ее доме. Девушка взяла кофейник и вернулась к столу.

– Олимпийские игры, – мягко произнес мужчина. – Здорово, да? Это уже настоящая цель. Защитить честь страны, добиться победы. Я покорен. – Если бы он замолчал, Тарин бы поверила ему. Но он продолжал подтрунивать: – Вы уверены, что получите медаль, или только мечтаете?

Конечно же, О'Мелли не принимал всерьез ее мечту об олимпийском золоте. Более того, он даже не верил, будто Тарин – спортсменка высокого класса. По его мнению, она всего лишь избалованная наследница богатого папочки, привыкшая без труда получать желаемое. А победа в Олимпийских играх требует напряженной работы, огромных жертв, нечеловеческого упорства.

«Хорошо, О'Мелли, ты еще меня узнаешь! – мысленно поклялась Тарин. – Через пару дней ты пожалеешь о своих словах!». Но мгновение спустя девушку позабавили собственные мысли. Униженный О'Мелли? Да разве такое возможно?

– Я представляю, как вы пересекаете финишную черту, – ворковал мужчина своим бархатистым голосом, – в обтягивающих брючках и приталенном жакете, в изящном цилиндре поверх прически…

Его пристальный взгляд скользил по Тарин, обжигал ее кожу чувственным теплом. Тарин вспыхнула. Круто развернувшись, она плеснула кофе в чашку О'Мелли. Только чудом девушка сдержалась, чтобы не облить его. Этот снисходительный тон просто невыносим! У нее не хватало слов, чтобы выразить свое возмущение.

– Спасибо, мисс Конвей. – О'Мелли взглянул на нее. – Чрезвычайно обязан.

– Тарин, – поправила девушка, ненавидя официально-презрительное «мисс Конвей».

– Простите?

– Тарин. Так меня зовут.

Тарин мрачно смотрела на залитый водой двор. Холмы вдалеке скрывались за туманной пеленой дождя. Неужели проклятый ливень никогда не закончится? Вполне вероятно, что он будет продолжаться до самых сумерек. Девушка едва сдержала стон. Страшная, пугающая перспектива. Пора разобраться, что делать с этим О'Мелли.

– Тарин, – тихо повторил мужчина. – Тарин Конвей. Я должен был догадаться, что вы не Джейн или Мэри. Наследница семьи Конвей не может носить банальное имя.

Тарин натянуто улыбнулась. Обычно люди реагировали на ее имя замечаниями типа: «Как мило!» или «У вас очень редкое имя». Но О'Мелли совсем другой человек. Даже имя может вызвать у него приступ ненависти к семейству Конвей. Хотя, насколько Тарин знала, ее мать просто открыла наугад книгу, и первое попавшееся имя ей понравилось. Вот и все.

– А как зовут вас? – сухо поинтересовалась Тарин.

– Меня? О, для вас я просто Майк.

Тарин поморщилась. Да уж, просто и незамысловато. Майкл О'Мелли. Но, подумав секунду, Тарин пришла к выводу, что имя подходит ему. Очень жесткое, мужское. И к тому же ирландское. Нельзя сказать, чтобы Майкл выглядел как типичный ирландец, но ведь он носит фамилию О'Мелли. Кроме того, по слухам, уже несколько поколений О'Мелли живут в Австралии.

– Ваш отец, наверно, забеспокоится… – Тарин перевела разговор на волнующую ее тему, – когда увидит, что лошадь вернулась одна? Может, позвоните и сообщите, что вы в безопасности?

– Вам делает честь беспокойство за моего отца, мисс Конвей… простите, Тарин. – Майкл поднял на нее глаза. – Да, имя вам подходит, – заметил он, не объясняя, почему. – Хорошо, я сообщу отцу, что я здесь, и попрошу прислать Паки Смаджа. Но сначала проверю, высохла ли моя одежда. – Майк медленно, со вздохом поднялся из-за стола, как будто жалел, что приходится покидать кухню.

Или ему не хотелось сообщать отцу, что он находится у Конвеев?

Да, скорее всего, причина именно в этом. Патрик О'Мелли сразу дал им понять, что не желает иметь ничего общего с новыми соседями. И совсем не потому, что, по его представлению, они богачи и ничего не смыслят в сельском хозяйстве. Причина крылась в земле, которая раньше принадлежала семье О'Мелли и которую они не смогли вернуть себе из-за Конвеев.

Через минуту Майк вернулся полностью одетым. Джинсы и рубашка были мятые, зато сухие. Тарин вздохнула с облегчением. Но тут же она почувствовала тоску по широкой загорелой груди и тугим мускулам под золотистой кожей.

– Телефон на стене. – Девушка махнула рукой в сторону аппарата. Ее сердце зашлось в тягостном предчувствии.

Майк снял трубку и постучал по ней пальцем. Как отреагирует Патрик О'Мелли на звонок сына от Конвеев, из Фернли?

– Проклятье! – Майк нахмурился и вернул трубку на место. – Телефон не работает. Наверно, дождем смыло кабель. Или рухнувшее дерево порвало провода…

– Вы думаете? – недоверчиво спросила Тарин.

Он, скорее всего, просто хитрит, чтобы не говорить с отцом. Или чтобы остаться здесь подольше, может быть, на всю ночь… Только через мой труп! – подумала Тарин, и холодок пробежал по спине.

Тарин поднесла трубку к уху. Тишина. Мертвая тишина. Девушка задохнулась. Она ударяла ладонью по трубке, лихорадочно нажимала на все кнопки и даже потрясла аппарат.

– Вряд ли это поможет, – спокойно заметил мужчина.

– Мы отрезаны от мира, – жалобно возразила Тарин.

Она слишком хорошо знала, что это значит. Теперь Майкл не сможет сообщить отцу, что он в безопасности. Не сможет сказать, что он в Фернли. Не сможет попросить прислать работника на машине. Не сможет уехать. Тарин уставилась на гостя.

«Вы все равно не останетесь здесь, Майкл О'Мелли, – говорил ее решительный взгляд. – Вы уберетесь отсюда. Любым способом!»

Глава третья

Тарин глянула на окно.

– По-моему, дождь слабеет, – торопливо заговорила она. – Я сама отвезу вас домой. Мы должны выехать немедленно, чтобы я успела вернуться засветло. Подождите, только возьму ключи.

Тарин бросилась в холл, где оставила ключи. Она ожидала, что Майкл будет возражать, но он молчал. Когда девушка, слегка запыхавшись, вернулась на кухню, Майкл только вежливо поблагодарил ее:

– Большое спасибо, Тарин.

Она оставила включенным свет на веранде, поскольку неприятно будет возвращаться в темный дом. Скоро опустятся сумерки. Если не поспешить, обратно придется ехать в полном мраке. Тарин вышла вслед за О'Мелли и прикрыла дверь кухни.

– Вы не будете запирать дом? – удивился Майкл.

Тарин помотала головой и спустилась во двор. О'Мелли шел за ней следом. Она слышала его дыхание за спиной и ускоряла шаги, чтобы сохранить дистанцию.

Тарин остановилась возле гаража и достала ключи от «лендкрузера».

– Давайте я поведу машину, – предложил Майкл, склоняясь над плечом девушки.

– Не доверяете мне? – Тарин холодно взглянула на него, хотя сердце выпрыгивало из груди от его внезапной близости. Девушка вдыхала исходящий от него слабый аромат мыла и сухой одежды.

– Ладно, рулите. Надеюсь, что на машине вы ездите осторожно, – сухо заметил мужчина. – По крайней мере, не как на лошади.

Так вот в чем дело! Майк вовсе не из вежливости предложил вести автомобиль. Он просто боится, что она перевернет машину и они окажутся в кювете.

– Придется вам рискнуть, – бросила Тарин и села на место водителя, хлопнув дверцей.

К счастью, Майкл не возражал. Он обошел вокруг машины и занял пассажирское сиденье без лишних комментариев.

Тарин стартовала быстрее обычного, чтобы позлить спутника. Она выехала со двора на дорогу, которую недавно заасфальтировали и продлили до того самого злополучного старого моста и выезда на шоссе. Отъехав от дома, Тарин тут же сбросила скорость и сосредоточила внимание на ухабах и поворотах. Дождь все еще шел. Правда, не такой сильный, как пару часов назад, но обочины успело размыть, они превратились в настоящее болото. Приходилось тщательно следить, чтобы не угодить в кювет, не застрять на подъеме, не потерять управление на скользком повороте.

Майкл не пытался завязать беседу, видимо, чтобы не отвлекать Тарин. Но, даже не глядя на него, девушка чувствовала напряженный взор ястребиных глаз, устремленных на дорогу. Кроме грязи и слякоти, существовали другие опасности: звери здесь водились в изобилии и вполне могли выпрыгнуть из кустарника на проезжую часть.

Единственное, чего не ожидала увидеть Тарин, это автомобиль. Он вынырнул из-за поворота и ехал навстречу. Девушка изумилась. Интересно, кто решил навестить Конвеев в такую погоду, да еще на исходе дня? Родители вернутся завтра утром или даже в пятницу. Сегодня вечером они приглашены на званый ужин.

– Осторожно, впереди машина, – предупредил Майк.

– Я вижу, – буркнула Тарин, притормаживая, поскольку расстояние между автомобилями неумолимо сокращалось. Девушка включила фары, чтобы водитель случайно не врезался в их джип. Почти сразу в ответ вспыхнули огни встречного автомобиля.

– Кто это? Ваш отец? – подал голос Майкл. – Очевидно, водитель вас знает, раз направляется в Фернли. Если только он не заблудился. В наших краях такое случается часто.

– Сейчас выясним. – Тарин остановила «лендкрузер» на обочине, удостоверившись, что под колесами твердая земля. Затем открыла окно.

Майкл просигналил пару раз, и автомобиль, обтекаемый красный «порше», замер в нескольких метрах от них. Видимо, водитель опасался, что незнакомый джип поцарапает или забрызгает грязью его красивую машину.

– Не иначе как ваш дружок, – пробормотал Майкл. – «Порше» не появлялись здесь, пока Конвеи не переехали в Фернли.

«Порше»? У Тарин засосало под ложечкой. Она знала только одного человека, раскатывающего на красном «порше», – это Рори Сильвермен, игрок в поло, столичный плейбой, сын Рекса Сильвермена, горнопромышленного магната. Сильвермены владели огромным поместьем в десяти километрах отсюда. Рори время от времени звонил ей, приглашая на свидание. Тарин не нравились самодовольные холеные снобы, поэтому она всякий раз находила убедительные поводы для отказа, но Рори, кажется, плохо понимал намеки.

Последний раз, когда они разговаривали, Рори выразил желание приехать к ней в Фернли.

– Мы должны поближе узнать друг друга, Тарин, – промурлыкал Рори, – прежде чем я снова уеду за границу.

Тарин надеялась, что он забыл о ней, что у него появились другие дела, что он уже за границей… Но он здесь. Какая досада!

– Это мой знакомый. Я выйду и поговорю с ним. – Тарин прихватила зонтик с заднего сиденья, выбралась из машины и зашагала к «порше». Окно возле водителя медленно поползло вниз.

– Тарин? Ты?.. Не может быть!

Золотисто-русые волосы, красивое лицо, учтивый голос… Рори Сильвермен собственной персоной.

– Рори, надеюсь, ты приехал сюда не ради меня?

Большие серые глаза в обрамлении длинных ресниц ласково смотрели на девушку.

– Я позвонил перед тем, как ехать, – произнес Рори своим хорошо поставленным голосом. – Но, кажется, с вашим телефоном что-то стряслось. Я сегодня увижу твоих родителей на званом ужине. Они наверняка тревожатся за тебя. Так что я решил заехать и убедиться, что все в порядке.

Тарин не поверила его мнимому беспокойству. Она могла заключить пари на что угодно, что Рори преследовал совсем иные цели. Он имел репутацию охотника за женщинами и деньгами. И, очевидно, считал ее легкой добычей. Наследница Конвеев, одна-одинешенька в своем огромном старом особняке…

– Да, телефон молчит, – призналась Тарин. – Очень рада, что ты меня просветил, но я уже в курсе.

– Ты необычно выглядишь. – Рори скользил но девушке опытным взглядом. Его ничуть не волновало, что он заставляет собеседницу стоять в луже, под дождевыми каплями, стекающими с зонтика на плечи. Пристальный взгляд задержался на плавных изгибах белой футболки и вернулся к лицу. Рори нахмурил брови. – Ты как будто стана моложе. Не пойму, в чем дело.

– Наверное, в том, что ты впервые видишь меня без дорогих тряпок и боевой раскраски, – ответила девушка.

Он изумленно уставился на Тарин, будто понятия не имел, что она красится.

– Ты великолепна даже без косметики, – заверил Рори девушку с прежним апломбом. – Твои прекрасные глаза и роскошные черные волосы не нуждаются…

Тут Рори всмотрелся в тонированное ветровое стекло. От его пристальных глаз не укрылась мужская фигура на пассажирском месте. Он сощурился, пытаясь получше рассмотреть, кто увел его сегодняшнюю добычу.

– Ты не одна?

– Я… – Тарин вовремя прикусила язычок. Она чуть было не сказала Рори, что просто-напросто отвозит домой почти незнакомого соседа. В этом случае Рори, безусловно, не упустит случая и станет дожидаться в Фернли молоденькую хозяйку. – Да, с другом – Тарин дернула плечом. – Ты напрасно спешил сюда под проливным дождем. Твой замечательный автомобиль весь в грязи.

– О, не беспокойся, – ответил Рори. – Я его помою, и все дела.

Однако на его лице ясно читалось желание поскорее убраться отсюда. Пока на ужасной дороге не пострадал драгоценный автомобиль, его любимая игрушка и символ положения в обществе.

– Знаешь… – Тарин осмотрелась, желая убедиться, что Майк не выбрался из машины и не идет к ним: его появление могло разрушить только что созданный вымысел об их близости, – мне кажется, тебе лучше доехать до Фернли и развернуться около дома. Здесь слишком мало места, ты рискуешь застрять.

– Конечно, спасибо, – бодро поблагодарил Рори.

Вот так. Теперь Майк увидит, как Рори направляется в Фернли, и подумает, что Тарин пригласила его. Ну и пусть себе думает! Пусть считает, что Рори останется на ночь!

Тарин подождала, пока красавчик-водитель включит зажигание. Когда автомобиль проползал мимо джипа, Рори чуть не свернул шею, рассматривая пассажира в «лендкрузере».

Хлюпая водой, натекшей в ботинки, Тарин направилась к своему автомобилю. Она сложила мокрый зонтик, небрежно бросила его на заднее сиденье, опустилась на место водителя и почему-то почувствовала облегчение.

– Простите, Майк, что заставила ждать, – Тарин вдруг поняла, что впервые назвала соседа Майком. Его имя удивительно легко сорвалось с губ и прозвучало так естественно… – Нам надо поторапливаться.

Она завела автомобиль. На болтовню с Рори ушли драгоценные минуты. Скоро начнет темнеть.

– Я понимаю ваше беспокойство, – шутливо заметил Майк. – Красный «порше» таит удивительные соблазны. Вы уверены, что хотите довезти меня до самого дома?

Значит, Майк решил, что Рори будет ждать её в Фернли. Отлично! Впрочем, что еще он мог подумать? Тарин поджала губы. С каждой минутой она падала в глазах О'Мелли все ниже и ниже.

– По-вашему, у меня есть выбор? – проворчала Тарин.

Пусть Майк О'Мелли думает все что угодно.

– Вы можете высадить меня в любой момент.

– Я учту ваше пожелание! – зло бросила Тарин, склоняясь к рулю. – А пока позвольте мне сосредоточиться на дороге, ладно?

Оба замолчали. Тарин без приключений достигла безопасного участка пути, подъехала к мосту и повернула влево. Девушка знала, что теперь от владений О'Мелли их отделяют несколько соседских ферм. Придется миновать их.

Дождь наконец ослаб и еле-еле накрапывал. Дорога стала шире и суше, что позволило автомобилю двигаться значительно быстрее и легче.

– Жаль, что вы не успели построить новый мост между Фернли и Долиной Платанов, – заговорил наконец Майк. В его голосе опять зазвучала сталь, ведь речь шла о собственности Конвеев. – Мы могли бы не пускаться в утомительный объезд, а поехать через старую ферму Хендерсона.

– Я не устала, – оборвала его Тарин ломким голосом. Она думала о другом: ее волновало, какой прием ей окажет О'Мелли-старший. – Вам не грозят неприятности, если ваш отец случайно увидит, на чьей машине вы приехали?

Она хотела было высадить Майка у ворот, но когда достигла их, все еще моросило. К тому же до дома оставалось еще несколько километров по грязной дороге. Тарин не хотелось быть мелочной.

– Подбросьте меня домой, – попросил О'Мелли, – я проверю, работает ли наш телефон. Если он в порядке, я смогу сообщить на телефонную станцию о ваших проблемах.

Тарин моргнула от удивления. Странно! Посторонний человек, с которым она спорит и ругается на протяжении всего дня, помнит о ее сломанном телефоне.

– Спасибо. А вдруг телефон молчит и у вас?

– Ну… Тогда, может быть, ваш друг в «порше» сообщит о нашей общей беде? Если, конечно, он не останется ночевать в Фернли.

Та-ак… Она поняла, что от ее ответа абсолютно ничего не зависит. В любом случае Майк повернет ее слова против нее самой, учитывая ее воспитание и образ жизни. Опять посыплются циничные насмешки в адрес Конвеев. Ладно, пусть удит свою рыбу. Тарин успокоилась.

– Давайте сначала выясним, в порядке ли ваш телефон, – сказала она. – Линию уже могли починить.

– Все возможно, – произнес он холодно. На мгновение девушка пожалела, что не сказала Майку правду о Рори. О том, что она не просила его ехать к ней домой и уж тем более оставаться на ночь.

Впрочем, с какой стати ей оправдываться перед Майком О'Мелли? Конвей заслужили его неуважение только потому, что имели деньги и говорили с городским акцентом. Да еще из-за истории с покупкой земли. Но ведь это несправедливо, в конце концов!

– Притормозите здесь, – приказал Майк, когда они доехали до коровников. – Я заскочу предупредить отца и тут же вернусь.

Тарин напряглась. Отца? Патрика О'Мелли. Человека, который люто ненавидит Конвеев. Очень мило!

– Я не хотела бы застревать здесь. Уже темнеет, – холодно произнесла она.

– Именно поэтому я прошу о небольшой задержке. Я сообщу отцу, что у меня все в порядке, и провожу вас обратно на своей машине. Хочу лично удостовериться, что с вами ничего не случится по дороге.

– Не глупите. Это лишнее. – Тарин остановилась и, прищурившись, взглянула на соседа. – Если, конечно, вы не желаете проверить, насколько интересно провести со мной вечер. Или ночь.

Этот человек намерен собрать как можно больше камней, чтобы швырять их в огород Конвеев, подумала она.

Майк разразился смехом. Скорее ироничным чем веселым.

– Что ж, мисс Конвей, коль вы предпочитаете ночные развлечения, будьте моей гостьей. – В его голосе было столько льда, что хватило бы на всю Антарктиду. – У вас вошло в привычку соблазнять всех подряд? Тогда вперед, удачной охоты!

Майк выбрался наружу, предоставив Тарин злиться на собственную глупость. Ей хотелось закричать ему вслед. Не стоит. Все равно Майк уже составил о ней окончательное мнение.

– Майкл! – Тишину нарушил незнакомый голос.

Со стороны двора шел к ним высокий мужчина, широкоплечий, с узкими бедрами, с копной соломенных волос. Жесткое лицо хранило следы тяжелых переживаний. Тарин подозревала, что у Патрика О'Мелли такие же яркие аквамариновые глаза, как и у Майка, но в сгустившихся сумерках ей не удалось рассмотреть их.

– Ты вернулся? А где же Цезарь?

– Привет, папа. Боюсь, Цезарь бросил меня на произвол судьбы во время грозы.

– Нет! Не может быть! – Голос Патрика плетью хлестнул по сыну. – Только не она!

Патрик смотрел в сторону «лендкрузера». Его взгляд уперся в Тарин. Мужчина подошел еще на несколько шагов ближе. Лицо его выражало ярость и недоверие. Тарин заерзала на месте, сердце колотилось в диком ритме.

Неужели старший О'Мелли ненавидит Конвеев до такой степени? Она облизнула пересохшие губы. Но как отец Майка узнал ее? Они же никогда не встречались! Патрик О'Мелли наотрез отказался знакомиться с семейством Конвеев.

– Кристалл! – крикнул, словно выплюнул старший О'Мелли. Его глаза вспыхнули на коричневом загорелом лице. – Проклятье! Ты, исчадие ада, как ты посмела… – Он вдруг резко замолчал и прикрыл рот ладонью, видно, поняв, что совершил чудовищную ошибку. И обернулся к сыну: – Прости, Майк. На мгновенье мне показалось… – Патрик О'Мелли пожал плечами. – Я ошибся. Сумерки сыграли со мной злую шутку. Мне жаль, правда. Я знаю, Кристалл больше не появится в нашем доме.

Тарин перевела дух. Кто такая Кристалл?