Текст книги "Прикосновение смерти"

Автор книги: Элис Вайлд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 32. Хейзел

Лукавая ухмылка расплывается по лицу Эроса, когда он скользит взглядом между нами, заставляя меня чувствовать себя беззащитной. Даже не видя, он будто чувствует, что́ между нами произошло.

– Так чем же вы двое занимались, пока меня не было? – спрашивает он.

– Не твоего ума дело, Эрос, – холодно отвечает Смерть.

– А вот тут ты ошибаешься, – фыркает он. – Это как раз-таки мое дело. Мне нужно знать, как лучше всего усилить ее притягательность и очарование; и то, что вы двое делали, похоже, как раз и сработало на это усиление.

– Мы целовались, – говорю я, когда Смерть замолкает, явно не желая делиться подробностями того, что между нами произошло. Не то чтобы я этого хотела, но разве у нас есть выбор?

– Вы целовались? – переспрашивает Эрос, удивленно моргая. – Как именно целовались?

Мои щеки пылают, пока я подыскиваю слова, чтобы объяснить, что произошло, но меня спасает от этого разговора Смерть. Он рассказывает Эросу достаточно подробностей, чтобы нарисовать простую картину того, как я упала в пруд и как в итоге мы обнаружили, что можем прикасаться друг к другу.

Эрос нахмуривает брови, слушая его, и рассеянно подходит к пруду. Остановившись совсем рядом с ним, он приседает и погружает пальцы в странную воду.

Покачав головой, он усмехается про себя.

– Я должен был догадаться, – говорит он, поднимаясь на ноги. – Мой братец решил устроить омут вожделения прямо посреди своего сада.

– Решил устроить что? – переспрашиваю я, наблюдая, как жидкость покрывает кончики его пальцев.

– Если прикоснуться к этой жидкости, она буквально прилипнет к тем, кто вожделеет друг друга. В целом это безвредная штука, но она может стать достаточно опасной и утопить вас, если ваше желание будет слишком велико… и вы случайно упадете в нее.

– Я не понимаю, какое отношение это имеет к тому, что мы со Смертью можем прикасаться друг к другу.

– Это может иметь отношение, а может и не иметь. Но вполне возможно, что падение в этот пруд создало достаточный барьер между вами двумя, чтобы вы могли соприкасаться.

Я киваю, как будто я действительно улавливаю смысл этих слов, хотя по факту это, конечно, не так.

– А что насчет вожделения?

Мой вопрос, видимо, не такой тонкий, как я думала, судя по тому, как Эрос улыбается в ответ. Он снова приседает и погружает руку в жидкость, слегка наклоняя голову и смотря в мою сторону.

– Эта жидкость не вызывает вожделение, а лишь только проявляет его. Выводя истинное вожделение наружу.

Я наблюдаю, как жидкость медленно поднимается по его руке, почти так же, как я видела, когда вены Смерти открашиваются в черный цвет от ярости. Золото струится по его коже, растекаясь по груди, шее и лицу, прежде чем он убирает руку.

Он смотрит вниз, на свое искрящееся от позолоты тело, а затем поднимает свои бледные глаза на меня. У меня перехватывает дыхание, когда я понимаю, о чем он говорит, а затем он поднимается и стряхивает с себя жидкость. Я не могу удержаться и наблюдаю, как она скользит по земле и потом снова утопает в зеркальном омуте, словно никогда его не покидала.

Эрос щелкает пальцами, отвлекая мое внимание от мерцающей жидкости и возвращая его к себе.

– Ладно, нельзя терять ни минуты. У нас осталось… три, может быть, четыре часа. Нам нужно успеть потренироваться до наступления сумерек.

– Почему до наступления сумерек?

– Потому что омуты вожделения, как известно, слишком сильны, чтобы находиться в них ночью, и плюс мы должны успеть подготовиться к маскараду. Ну что, ты готова вернуться в омут?

– Что? – хором мы спрашиваем со Смертью.

Мой взгляд возвращается к неподвижным водам. Даже сейчас они выглядят безобидно, но, полагаю, это должно послужить мне уроком относительно этого места.

Ничто не бывает таким невинным, каким кажется на первый взгляд.

– Возвращайся в омут, – повторяет Эрос. – Или, может, Смерть хочет испытать свое прикосновение на тебе вне его вод.

– Нет, – без колебаний отвечает Смерть.

Эрос, кажется, не удивлен его ответом, но у меня возникает такое ощущение, что я упустила что-то важное, когда я перевожу взгляд с одного на другого:

– Я не понимаю. Зачем нам вообще нужно возвращаться в омут?

– Это не обязательно делать, если ты позволишь мне потренироваться с тобой.

– Зачем вообще нужны физические прикосновения, Эрос? – вклинивается Смерть. – Она должна лишь очаровать их, чтобы получить то, что нам нужно – ей не нужно затаскивать их в постель.

– Во-первых, потому что это самый быстрый способ разжечь желание, если все сделать правильно. Во-вторых, потому что даже я не могу сказать, как далеко может завести соблазнение. Особенно с Аидом.

Эрос вздрагивает, когда Смерть издает низкий гортанный рык при этой последней фразе, а я содрогаюсь, когда понимаю, что он имеет в виду.

Они же не думают, что я зайду так далеко, чтобы… нет. Только не с Аидом.

– Я просто говорю, что есть такая вероятность, – быстро говорит Эрос. – На данный момент мы должны быть готовы ко всему. А потом, возможно, нам еще придется иметь дело с Цербером.

По мере того как он это говорит, я понимаю, что он прав. Я не думала о такой возможности раньше и не знаю, способна ли я пойти на такие меры даже ради того, чтобы выбраться из этого места. Стоит ли это того, чтобы вернуть мою прошлую жизнь и, возможно, получить шанс на будущее с мужчиной, которого я люблю?

– Ты действительно хочешь, чтобы я переспала с Аидом?

Взглянув на Смерть, я вижу, что он тоже не в восторге от этого.

– Только в случае крайней необходимости… – начинает Эрос.

– Нет, – рявкает Смерть. – Я не позволю этому случиться, крошечное создание.

– Нам все равно нужно, чтобы она была готова к сегодняшнему вечеру, что бы ни случилось, – говорит Эрос.

– Хорошо, но ты не будешь сильно давить на нее, доставляя ей дискомфорт.

– Тогда решено. Начнем?

– Прямо сейчас? – спрашиваю я.

– Да, но давай начнем с чего-нибудь простого. Ты умеешь танцевать, смертная?

* * *

– Заново. Опусти взгляд и медленно кружись вокруг него, – инструктирует Эрос.

Я разочарованно вздыхаю и делаю то, что он говорит. Мы потратили больше двух часов, отрабатывая несколько танцев, взглядов и легких прикосновений, которые я должна буду использовать на Аиде. Очевидно, возвращаться в омут не обязательно, если ты настолько ужасный танцор, что это напрягает даже Бога Желания.

Волнение, которое я испытывала раньше из-за возможности прикоснуться к Смерти, испаряется, когда Эрос витает вокруг нас, критикуя каждое наше движение.

Вернее, каждое мое движение.

– Попробуй еще раз, – говорит Эрос. – Вот так.

Я отхожу в сторону, а Эрос занимает мое место и показывает мне, что́ он пытается заставить меня сделать. Смерть застывает, когда бледный бог обходит его, изображая, как я должна проводить пальцами по телу своего партнера. Как я должна смотреть на него, прежде чем быстро отвести взгляд. Как я должна прижиматься к нему всем телом…

– Довольно, – рявкает Смерть, отталкивая Эроса от себя, когда тот подходит слишком близко. – Как это может помочь кому-то, кроме тебя самого?

– Ты бы понял, если бы смертная делала это все правильно, – отвечает Эрос, подавая сигнал, чтобы я попробовала еще раз.

Вздохнув, я делаю шаг к Смерти и медленно поднимаю взгляд на него. В тот момент, когда наши глаза встречаются, все остальное словно исчезает. Словно по взмаху волшебной палочки, мы делаем шаг вместе, и я переношусь из настоящего назад в прошлое, в бальный зал, где мы снова только вдвоем.

Легкая улыбка появляется на моем лице, когда я подхожу ближе, обхожу его кругом, проводя рукой по его груди, а затем опять возвращаюсь на место. Я снова встречаюсь с ним взглядом, прежде чем застенчиво отвести взгляд и отвернуться.

– Повернись к нему спиной, когда подойдешь ближе, – отстраненно приказывает Эрос, и на этот раз я не колеблюсь.

Я поворачиваюсь, Смерть обнимает мою талию руками и притягивает меня к своему телу. Я сразу же чувствую, как между нами разгорается жар, когда одна из его рук поднимается вверх по моему телу, обхватывает мою голову и осторожно отводит ее в сторону, когда он прижимает свое лицо в маске к обнаженной коже на шее.

– Наконец-то, – восклицает Эрос, прерывая нас громким хлопком. – Вот оно. Вот что ты должна принести на бал. Тогда у Аида не будет ни единого шанса.

Напоминания о том, что Эрос наблюдает за нами, достаточно, чтобы я отстранилась, когда Смерть бросает в его сторону убийственный взгляд. Эрос сидит у омута на расстоянии вытянутой руки от нас и хмурится, глядя в воду:

– Мне просто нужно, чтобы ты поддерживала этот уровень желания.

– Может, я и смогла бы, если бы ты не мешал, – отвечаю я.

– Или, может, тебе нужно побольше практики, – говорит Эрос, наклоняясь вперед, чтобы окунуть пальцы в омут.

И этого достаточно, чтобы его выражение изменилось. С его лица исчезает разочарование, а на смену ему приходит желание, которое разгорается в его взгляде. Он встает и тянется ко мне, прежде чем я успеваю понять, что происходит.

– Эрос, – предупреждает его Смерть, но хозяин дворца не слышит его и намеревается прильнуть своими губами к моим. Однако прежде чем он успевает это сделать и поцеловать меня, вмешивается Смерть.

Я прижимаюсь спиной к Смерти как раз в тот момент, когда он пинает Эроса прямо в грудь. Я вскрикиваю от удивления, наблюдая, как Эрос исчезает под искрящимся блеском вод омута.

Я жду, когда он вынырнет, готовая к тому, что они со Смертью бросятся друг на друга.

Но он не выплывает.

– Смерть, – говорю я, глядя на него, и во мне нарастает паника. – Спаси его!

Я даже не могу разглядеть очертания Эроса в омуте, но мне и не нужно этого делать, чтобы понять, что происходит. Он пойман в ловушку собственного вожделения, которое медленно топит его. Смерть глубоко вздыхает, затем отпускает меня и прыгает в омут.

Пробираясь сквозь его воды, он дотягивается до Эроса и вытаскивает его на поверхность, а затем кладет на край омута. Эрос кашляет и задыхается, а на землю брызжет густая золотистая жидкость.

– Эрос, ты в порядке? – спрашиваю я, неуверенно протягивая руку к его плечу, но отдергиваю ее, когда он вздрагивает от моего прикосновения.

Его глаза словно проясняются на мгновение, когда он смотрит на землю. Золотые полосы окрашивают его бледную кожу и волосы. Затем он поднимается на ноги, жидкость стекает с него и попадает назад в омут:

– На сегодня хватит.

– Но сегодня же последний день, у нас больше нет времени.

– Она готова, – огрызается Эрос. Затем, едва взглянув на нас, бледный бог удаляется.

Я наблюдаю, как он исчезает в садах, а затем обращаюсь к Смерти.

– Что это было? – спрашиваю я.

– А что было?

Во мне вспыхивает раздражение, когда я смотрю на него. Я бы предпочла не тратить те крупицы времени, что у нас остались до маскарада, на споры, но мне не нравится, как сверкают его глаза, когда он смотрит на меня.

– Ты бы правда позволил ему утонуть, если бы я не попросила тебя спасти его?

Смерть колеблется, прежде чем ответить:

– Да.

– Почему?

– Его поглотило его собственное вожделение к тебе…

– И что, если Эрос вожделеет меня? Это разве веская причина для того, чтобы позволить ему умереть?

– Конечно, нет. Но….

– Но ничего. Ты не должен причинять вред Эросу только потому, что он желает меня, это понятно? Если уж на то пошло, ты должен быть ему благодарен.

– Благодарен, – насмехается Смерть. – За что, черт возьми, я должен быть ему благодарен?

– Потому что без него мы, возможно, никогда не встретились бы здесь.

Смерть долго молчит, а затем глубоко вздыхает. На мгновение он отводит взгляд, а затем медленно кивает головой и снова смотрит на меня.

– Ты права, крошечное создание, – говорит он, и его глаза горят желанием, когда он тянется к моей руке с края омута. – Мои чувства к тебе очень сильны, и я еще не научился полностью их контролировать. Я хочу тебя. Я не желаю никого – лишь только тебя, и я убью любого, кого увижу с тобой рядом, пока я сам не познаю тебя в полной мере.

С этими словами Смерть осторожно увлекает меня за собой в омут, неся на руках, и погружает нас в его воды. Поставив меня на ноги, он снимает маску и мы оба опускаемся под воду.

Вынырнув на поверхность, Смерть обхватывает мое лицо ладонями, запрокидывает мою голову назад и прижимается своими губами к моим. Я тут же растворяюсь в его поцелуе. Но мне этого мало – я хочу большего.

Я тянусь к нему, прижимаясь всем своим телом к его телу, пока мои руки пытаются расстегнуть его рубашку.

Он издает низкий смешок, который эхом отдается во мне, усиливая наш поцелуй, как раз в тот момент, когда мне удается задрать край рубашки. Моя рука скользит вниз, ощущая силу его холодного тела, а затем опускается еще ниже.

– Хейзел, – глухо молвит он, когда моя рука опускается к его поясу.

– Пожалуйста, – шепчу я, даже когда он тянется, чтобы убрать мою руку.

– Не сейчас, крошечное создание. Есть вещи, которые потом нельзя будет исправить, не получится повернуть все вспять. В первую очередь я хочу, чтобы ты была в полной безопасности.

Он начинает отступать назад как раз в тот момент, когда я тянусь вверх, чтобы оттянуть одну из бретелек платья. Мое сердце бешено стучит в груди, а он замирает. Мои пальцы проводят по глубокому вырезу, опускаясь все ниже и намереваясь позволить ему увидеть еще больше меня и моего тела. Я хочу, чтобы он это увидел.

– Хейзел, – его голос становится жестче, когда он быстро тянется, чтобы остановить мою руку. – Пожалуйста. Я не могу даже сказать, что бы я с тобой сделал.

Его взгляд задерживается на моей груди, все еще едва прикрытой тонкими слоями ткани, и он поднимает глаза, встречаясь с моими.

– Тогда не говори, – молвлю я, но его рука крепко сжимает мое запястье, не позволяя мне показать ему больше.

– Ты познаешь меня, но не сейчас. После маскарада. Как только все закончится, я обещаю завершить начатое.

Мурашки предвкушения пробегают по моей коже, и я, наконец, оставляю свои попытки заставить овладеть мною прямо здесь и сейчас. Я отпускаю бретельку платья, а Смерть ловит ее и мягко накидывает мне ее назад на плечо.

– Пойдем, нам пора готовиться к балу, – говорит он, одаривая меня последним нежным поцелуем, а затем снова надевает маску.

Глава 33. Хейзел

Очень скоро мы возвращаемся в спальню Эроса, чтобы подготовиться к предстоящей ночи.

Я ужасно нервничаю, когда нас встречают две прежние служанки.

– Идемте, – говорит та, что помогала мне, – вас нужно искупать.

Я следую за ней в ванную, не желая покидать Смерть, даже когда вижу, как другая женщина вручает ему старую одежду и ведет за ширму.

– Как вас зовут? – спрашиваю я, когда служанка закрывает за нами дверь и начинает готовить для меня ванну.

– Как меня зовут? – повторяет она, явно обескураженная моим вопросом. – Я… Я не помню, чтобы у меня когда-нибудь было имя.

Я долго смотрю на нее, ожидая продолжения, но она молчит, опустив глаза. Я не могу не испытывать к ней сочувствия. Я слишком хорошо знаю, каково это – пожертвовать своей личностью ради тех, кому ты служишь, когда ты не живешь, а просто существуешь без какой-либо цели.

– Хотите, я дам вам имя?

Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, наливая в ванну розовую жидкость из бутылочки:

– Вы сделаете это ради меня?

– Если вы этого хотите.

– Я очень хочу, – говорит она, почти не в силах сдержать своего радостного волнения.

Я прикусываю губу, пытаясь придумать ей имя, но перед глазами буквально стоит белый лист, словно холст. Я уже начинаю переживать, что не смогу ничего придумать, как вдруг одно из имен всплывает в моей голове:

– Как насчет Флоренс?

– Флоренс, – повторяет она, пробуя имя на себе. – Да. Да, думаю, оно подойдет.

Я улыбаюсь ей, когда она поднимается и помогает мне снять платье.

– Спасибо, Флоренс, – молвлю я, погружаясь в горячую ванну, и она улыбается мне.

Флоренс приступает к мытью моего тела и волос, уделяя особое внимание голове и плечам. Убедившись, что я настолько чистая и расслабленная, насколько это возможно, она помогает мне выбраться из ванны.

Обернув в полотенце, она подводит меня к креслу у камина. Мне едва удается усидеть на месте, пока служанка втирает в мою кожу сладко пахнущие масла и заплетает мои волосы в замысловатую косу, которая ниспадает мне на спину.

Только когда она заканчивает, я понимаю, что не вижу приготовленного для меня платья.

– Я же не пойду голой, правда? – испуганно шепчу я ей.

– Нет, – усмехается она, – Эрос настоял на том, чтобы лично вручить вам платье, как только вы будете готовы.

С этими словами она поворачивается и идет открывать дверь. Эрос стоит за дверью, а в руках держит то самое сверкающее белое платье, которое я хотела надеть раньше.

– Ты наденешь его сегодня вечером, – говорит он, – и затмишь всех остальных.

Мои глаза расширяются, пока я рассматриваю его подарок. Встав, я прижимаю полотенце к себе и нерешительно протягиваю руку, едва касаясь пальцами ткани. Она такая мягкая и прохладная на ощупь, но я чувствую ее вес в своих руках. Это платье – настоящее произведение искусства, оно переливается, словно звездный свет.

– Спасибо, – тихо говорю я, когда Флоренс принимает платье.

– Лучше в качестве благодарности надень его и будь уверена в своей безопасности.

Я киваю, не зная, что сказать, а он кивает мне в ответ и выходит из комнаты.

Флоренс помогает мне облачиться в платье. Ощущение, словно его сшили специально для меня. Мельком окидывая взглядом свое отражение, с трудом верю, что это действительно я стою здесь такая красивая перед зеркалом.

Сверкающая белая ткань облегает мои изгибы во всех нужных местах, приталенный лиф и глубокое декольте подчеркивают мою грудь так, что это выглядит соблазнительно, но при этом не вульгарно.

Флоренс ставит на пол пару ярких туфель на каблуках и заботливо помогает мне надеть их, тем самым завершая образ.

Я чувствую себя принцессой, хоть и понимаю, что это далеко не сказка.

Тем не менее я улыбаюсь, когда Флоренс открывает дверь, и я выхожу в главную комнату, где меня ждут Смерть и Эрос. Юбка ложится нежными складками вокруг моих ног, изящно стелясь по полу при каждом моем движении.

– Идеально, – тихо говорит Эрос. – Твой образ – это… у меня просто нет слов.

Я краснею от его похвалы, разглядывая замысловатый дизайн его собственных ярко-белых одеяний и витиеватой, богато украшенной маски. Кажется, что они словно парят вокруг него и в то же время сидят на нем как влитые. Мой взгляд перемещается за его спину, когда Смерть делает шаг вперед, выходя из своей тени.

Теперь на нем собственная одежда и, очевидно, ему в ней гораздо удобнее. Он стоит, высокий и внушительный, а глаза медленно скользят по мне, заставляя жар, который я испытываю к нему, разгораться все сильнее.

– Сногсшибательно, – вздыхая, молвит Смерть и подходит ближе. Протянув руку, он убирает с моего лица выбившуюся прядь волос, а затем надевает изящную маску на верхнюю половину моего лица и закрепляет ее, завязав ленты на затылке. – Ты смогла бы затмить даже самую яркую звезду в самую темную ночь… но здесь ты просто ослепишь их. Ты уверена, что хочешь это сделать?

Я поднимаю на него взгляд, пока он неуверенно всматривается мне в лицо.

Я могу понять его нерешительность, он колеблется. У нас почти не было времени на подготовку… но мы уже зашли слишком далеко – отступать некуда.

Осталось всего несколько часов и мы поймем, удастся ли мне привлечь внимание Аида. Надеюсь, все, что мне нужно сделать, – это лишь заинтриговать его настолько, чтобы он отложил свой уход из Подземного Царства на время, достаточное для возвращения Цербера… или для получения ключей от врат.

Конечно, я смогу это сделать.

– Готова настолько, насколько это возможно.

Смерть, похоже, уже собирается отказаться от всего этого, но Эрос быстро вмешивается и подхватывает меня под руку. Тогда Смерть буквально сию же секунду отталкивает его в сторону и сам подхватывает меня под руку. Я обхватываю руку Смерти и благодарно улыбаюсь Эросу, когда мы проходим мимо него.

Всю дорогу до дворца Аида мои нервы находятся на пределе, в голове крутится миллион вариантов развития событий.

Через некоторое время мы останавливаемся в темном переулке, и я наблюдаю, как мимо нас к возвышающемуся сапфировому дворцу проходят одетые в экстравагантные наряды существа.

– Пойдемте, присоединимся к ним, пока не опоздали, – говорит Эрос, смешиваясь с толпой. Мы со Смертью следуем за ним, и я густо краснею, слыша их вздохи и вопросительный шепот. Похоже, даже среди толпы существ в масках Смерть все равно выделяется.

– Это ты, крошечное создание, – молвит Смерть, словно читая мои мысли. – Это о тебе они шепчутся, а не обо мне.

– Полдела уже сделано, – шепчет Эрос, поворачиваясь и протискиваясь между нами. Поднявшись по лестнице, мы входим в сверкающий дворец, на этот раз не охраняемый каменной стражей. Только когда мы приближаемся к главному бальному залу, я чувствую, что моя рука соскальзывает, и понимаю, что ни Эроса, ни Смерти нигде не видно. Вокруг меня лишь снует и толкается толпа существ.

В панике я делаю шаг в сторону бального зала и понимаю, что остальные гости уже собрались и смотрят на меня, или же… они смотрят на кого-то еще.

– Ну, здравствуй, – раздается низкий голос позади меня. – Это ты, то самое симпатичное крошечное создание, не так ли?

Я медленно поворачиваюсь и смотрю на скрытое маской лицо Аида. Вокруг него пылает синее пламя. На мгновение абсолютно все советы и наставления Эроса вылетают у меня из головы, пока Аид стоит передо мной..

За его спиной я замечаю Персефону. Она наклоняет голову, разглядывая меня. Нервно сглотнув, я быстро беру себя в руки и делаю низкий реверанс.

– Спасибо, что пригласили меня, – мягко говорю я, а затем быстро добавляю: – Мой повелитель.

Я чувствую, как его взгляд задерживается на мне, и я осторожно поднимаю глаза, чтобы посмотреть на него сквозь ресницы, нервно улыбаясь, прежде чем снова опустить их в пол.

Он делает шаг ко мне, слегка склонив голову набок, и я заставляю себя притвориться, что не замечаю этого.

– Простите, мой повелитель, – говорю я, поднимаясь и задевая его подолом своего платья. И прежде чем он успевает сказать мне хоть слово, я вхожу в переполненный бальный зал, чувствуя, как он прожигает меня взглядом.

Остановившись позади особенно высокой пары, я вздыхаю. Каким-то образом мне уже удалось привлечь его внимание. Остается только надеяться, что этого будет достаточно.

Найдя место рядом с танцполом, я наблюдаю за тем, как пары кружатся в объятиях друг друга. Внезапно в другом конце зала среди движущихся пар появляется Аид. Его глаза встречаются с моими, я чувствую, как мои щеки окрашиваются багрянцем, и осторожно отвожу от него взгляд.

Когда я снова поднимаю глаза, понимая, что он уже ушел, смесь страха и разочарования скручивает все внутри меня. Стараясь не обращать на это внимания, я снова обращаю свой взор на танцующие пары. Я так увлеченно разглядываю их мелькающие разноцветные платья, что только лишь в последний момент замечаю, что позади меня кто-то стоит.

Повернувшись, я снова вижу стоящего передо мной Аида. Его взгляд устремлен на танцоров, но я чувствую, как его рука скользит по моей спине. Когда этот танец заканчивается, он смотрит на меня сверху вниз.

– Потанцуй со мной, – приказывает он.

Я киваю, и он берет меня за руку, чтобы вывести на танцпол. Как только моя кожа касается его, я чувствую, что его внимание полностью переключается на меня. Понимаю, что он, наверное, меня не узнает, поскольку бросает вопросительный взгляд.

Остальные гости расступаются, освобождая место и наблюдая за нами краем глаза. Я стараюсь не отводить взгляда от него, хоть и отчаянно пытаюсь отыскать в толпе Смерть или Эроса.

– Сегодня ты действительно привлекла мое внимание, – говорит Аид, когда начинается танец. – А это задача не из легких, честно тебе признаюсь.

Я внутренне съеживаюсь, уверенная в том, что все его слова – это ложь, пока он кружит меня по залу. Я внезапно понимаю, что благодарна за уроки Эроса, так как мне удается прижаться к нему, касаясь ровно настолько, что я начинаю чувствовать его растущее желание. На мгновение, пока мы танцуем, в моей груди расцветает гордость.

Но тут я замечаю Персефону, которая стоит на вершине лестницы и, прищурившись, смотрит, как ее муж танцует со мной.

Теперь всем ясно, что Аид выбрал меня на эту ночь. Что он преследует меня. Чувство вины прожигает меня изнутри, пока она наблюдает за происходящим. Я могу только представить, что она испытывает, глядя на эту сцену, зная, что не в силах остановить его, когда он в конце вечера решит взять с собой в постель другую.

– Я бы хотел провести с тобой время, – шепчет Аид мне на ухо. Его горячее дыхание обжигает мою шею, когда он снова привлекает мое внимание к себе. – Я найду тебя снова, как только все остальные уйдут.

С этими словами он убирает руки и уходит с танцпола, оставляя меня в недоумении и раздумьях о том, что же делать дальше.

Меньше всего мне хочется идти к нему, но разве у меня есть выбор? Я завоевала его расположение, но надолго ли? У меня даже не было возможности задать ему ни одного вопроса, не говоря уже о том, чтобы узнать, где он может хранить ключ от Подземного Царства.

Люди и существа теснятся, когда я пытаюсь пройти сквозь них, внезапно чувствуя себя еще более загнанной в угол, чем когда-либо. Ошеломленная, я выскальзываю из бального зала.

В коридоре тихо, я прижимаюсь спиной к холодной хрустальной стене и вздыхаю. Я даю себе несколько секунд, прежде чем попытаться собраться с мыслями.

«Это то, чего я хочу, – напоминаю я себе. – Это то, что мы должны сделать». И все же я не могу побороть настороженность и сожаление, которые одолевают меня при мысли о том, чего может Аид захотеть от меня.

Отстранившись от стены, я делаю глубокий вдох и снова направляюсь в бальный зал. Едва я успеваю сделать несколько шагов, как вокруг меня сгущается непроглядная тьма.

Повернувшись, я наблюдаю, как из тени выходит Смерть. Его глаза горят и, не отрываясь, смотрят на меня. Не говоря ни слова, он притягивает меня к себе и снова прижимает спиной к стене. Он накрывает мое тело своим, окутывая нас обоих тенями, и подносит руку в перчатке к моему лицу, нежно проводя большим пальцем по щеке.

– Давай покончим с этим, – вздыхает он. – Пойдем со мной, Хейзел. Давай растворимся друг в друге в водах омута и забудем, что мы вообще здесь были. Позволь мне разрушить это Царство ради тебя.

– У нас есть план, Сидиан, – шепчу я, с трудом сглатывая и пытаясь заставить себя не отвлекаться на то, как сильно я хочу сделать то, что он говорит.

– К черту план. К черту их всех, – рявкает Смерть. – Я не могу видеть тебя с ним и не хочу даже думать о том, чтобы ты отдалась ему. Пожалуйста, мы найдем другой способ.

Не в силах сдержаться, я киваю. Это все, что ему нужно. Он хватает меня за руку и тянет прочь от стены вдаль по коридору. Мы молча бежим по дворцу. Стук моих каблуков гулко отражается эхом от хрусталя. Мы уже почти подбегаем к выходу из дворца, как я едва не подворачиваю лодыжку.

– Мои туфли! – восклицаю я.

– К черту их! – рявкает Смерть, перекидывая меня через плечо, а затем снимает с моих ног туфли, отбрасывает их в сторону и подхватывает меня на руки. – Я все равно хотел понести тебя на руках.

Держась в тени, мы движемся по улицам города, пока наконец не находим дорогу к дворцу Эроса. Смерть несет меня по золотым залам, пока мы возвращаемся к омуту.

Остановившись возле него, Смерть опускает меня на землю, и тут я замечаю знакомый красный блеск в его кармане. Не знаю, что на меня находит, но я тянусь и вытаскиваю источник блеска из его кармана.

Сердце колотится в груди, когда я смотрю на пакетик, перевязанный красной ленточкой.

– Где ты это взял? – спрашиваю я, глядя на замершего мужчину.

– Хейзел, я…

– Где ты его нашел?

– В лесу, где я встретил тебя.

– Когда?

Смерть колеблется, прежде чем ответить:

– В тот день, когда встретил тебя.

– И ты не отдал его мне?

– Я хотел, но…

– Но ты солгал. Ты сказал мне, что не нашел его. Зачем?

– Я… Я не смог отдать тебе что-то, что напоминало бы о любви другого мужчины.

Я качаю головой и отступаю на шаг от него. Мое сердце разрывается на части, пока я пытаюсь осмыслить то, что он только что сказал.

– Пожалуйста, Хейзел, я не хотел делать тебе больно.

– И все же ты сделал, тебе удалось. Неужели ты хочешь разлучить меня со всеми, кто меня любит? – говорю я сдавленным голосом, а затем разворачиваюсь и выбегаю из сада.

– Хейзел, подожди!

Я не останавливаюсь. Не оглядываясь, я проношусь через дворец и вырываюсь на улицы незнакомого города. Я бегу босиком по камням, но несмотря на боль, все равно не останавливаюсь.

Добравшись до городских ворот, выскальзываю наружу, не обращая внимания на то, что за спиной меня окликают по имени, и мчусь в сторону возвышающегося леса.

Добежав до линии высоких деревьев, я наконец останавливаюсь и начинаю настороженно вглядываться в темноту за ними.

– Хейзел, пожалуйста, позволь мне все объяснить.

Я поворачиваюсь и вижу, что Смерть медленно приближается, разведя руки в стороны.

Мое сердце сжимается от боли, и я понимаю, как же глупо поступила… и как глупо будет не позволить ему хотя бы попытаться объяснитьcя. Только лишь я открываю рот, чтобы согласиться, как из-за его спины вдруг внезапно выпрыгивает огромное белое чудище.

Из моего горла вырывается крик, когда я замечаю его огромные когти и клыки, и я, спотыкаясь, отступаю к деревьям как раз в тот момент, когда Смерть оглядывается через плечо.

И в следующую же секунду я оказываюсь в растерянности.

Одна, вокруг меня нет ничего и никого, кроме деревьев.

Ни белого чудища.

Ни Смерти.

Моргая, я делаю еще один шаг вперед, а потом кричу, зовя Смерть.

Но в ответ лишь тишина.

Паника подкатывает к горлу, когда я поворачиваюсь и вглядываюсь в бескрайние просторы леса вокруг. Я снова кричу, окликая Смерть.

Ничего.

Развернувшись, я бросаюсь бежать через деревья. Конечно, он же был позади меня, он шел прямо за мной. Я смогу найти его снова.

Только услышав ужасающее рычание, я бросаюсь бежать в противоположном направлении. Я не позволю этому месту или этим существам завладеть мной.

Я буду бороться до конца.