Текст книги "В плену их страсти (СИ)"

Автор книги: Элис Мэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Пройдя дальше по коридору, я заметила приоткрытую металлическую дверь и подошла ближе. Услышав голоса Марка и дедушки, я притихла и прислушалась.

– Я хочу забрать Алису домой.

– Это исключено. Степан Петрович, Алиса пока должна остаться здесь. Я хочу обследовать её как можно тщательнее. К сожалению, результаты анализов совсем не утешительные.

– Что ты имеешь ввиду?

– В её крови обнаружен ген оборотней.

– Что? Но, как это возможно?

– Я думаю всему виной эти метки на её шее. Скорее всего через укус, со слюной, в её кровь и попала ДНК оборотня.

– Господи, и что же теперь делать? – взволнованно выдохнул дед. – Она же… она же не будет обращаться в зверя?

Что? Я в зверя?

Близнецы мне о таком не рассказывали.

– Я не знаю, Степан Петрович. Раньше мы с подобным не сталкивались. Опыты с людьми под запретом. Доктор Салливан пока не получил на них разрешение от правительства. Вот поэтому, Алиса пока должна остаться здесь. За ней нужно понаблюдать и сделать ещё парочку тестов…

– Вы что, хотите сделать из меня лабораторную мышь? – не выдержав я вошла в комнату и, сложив руки на груди, вперила в Марка возмущённый взгляд. – Ты это серьёзно?

– Алиса, зачем ты встала? Тебе ведь ещё нужно лежать. – дедушка поднялся со стула и направился ко мне.

– Я уже хорошо себя чувствую, деда.

– И это тоже удивительно. Сами посудите, Степан Петрович, у Алисы было сильнейшее сотрясение мозга, глубокая рваная рана на голове. А сейчас что…, – Марк подошёл ко мне, аккуратным жестом отодвинул с лица волосы, а потом подцепил пальцем край повязки на лбу и осторожно её убрал. – Поразительно! Посмотрите сами, Степан Петрович, шрам почти затянулся. Хотя швы наложили только вчера. Ещё утром она ели шевелила губами, а сейчас уже бодро бегает по лаборатории. Эта ускоренная регенерация тканей – впечатляет.

Я отмахнулась от руки Марка, как от назойливой мухи.

– Что ты хочешь этим сказать? Что я превращусь в зверя? Это же полный бред!

– Ну, в зверя может ты и не превратишься, но твои физические возможности сейчас явно превышают человеческие, – со странной ухмылкой заявил Марк. – Поэтому я хочу, чтобы ты осталась здесь. Чтобы мы могли понаблюдать за тобой: как будет дальше вести себя твой организм, насколько ген оборотней на него повлиял и будут ли в результате всего этого какие-то последствия. Ты уникальный пациент, Алиса. Первый человек, в ДНК которого был внедрён чужеродный ген.

– Я не подопытная мышь! – воскликнула возмущённо. – Деда, что ты молчишь? Ты же не позволишь ставить на мне опыты.

– Алиса, никто не будет ставить на тебе опыты, – ответил он. – Марк же сказал, они за тобой просто понаблюдают. Возьмут ещё пару раз кровь на анализ и всё. Это обычная практика, ничего сверхъестественного.

Ладно, думаю, пусть наблюдают. Всё равно я не смогу уйти отсюда пока не найду Тео.

– Хорошо. Но прежде, я хочу увидеть Тео.

– Это исключено. Все оборотни содержатся на нижнем уровне в специальном изолированном помещении. Вход туда строго ограничен.

– И что, для меня нельзя сделать исключение?

– Нет, Алиса, извини.

Марк был непреклонен. И я перевела умоляющий взгляд на деда, но он только пожал плечами, мол, я тут бессилен.

Я зло поджала губы и выскочила из кабинета.

Ну и ладно, сама разберусь. Из любой, даже самой сложной ситуации, всегда можно найти выход. И я обязательно его найду.

Глава 46

В девять вечера лаборатория практически опустела. Сотрудники видимо разошлись по домам, на этаже остались только пара охранников и вездесущая Сара, которая как пчела трудилась в своей лаборатории уже несколько часов подряд. Даже дед с Марком куда-то свинтили, сказав, что вернутся только к утру.

«Сейчас самое время», – подумала я и, убедившись, что в коридоре никого нет, вышла из палаты.

Сегодня, во время ужина, мне удалось выведать у одной из сотрудниц лаборатории информацию о том, где именно содержат «зверей». Пришлось, конечно, хорошенько извернуться и схитрить, чтобы разговорить её. Но, как только я намекнула, что после выздоровления собираюсь принять участие в работе лаборатории по протекции Марка, у девицы сразу же развязался язык. Она охотно поделилась со мной всей интересующей меня информацией: где именно содержат оборотней и как туда попасть. Вот только одна загвоздка: без ключ-карты со специальным доступом туда не проникнуть. А доступ такой есть лишь у ограниченного числа людей, в том числе и у Сары, девушки Марка.

К ней-то я сейчас и направляюсь. Ещё не знаю, как буду добывать у неё эту карту, но настрой у меня решительный. Я обязательно должна найти Тео.

Сару я нашла в лаборатории в той же позе, в которой видела пару часов назад: склонившись над электронным микроскопом. Постучав по стеклянной стене, попросила её открыть мне доступ в лабораторию.

– Алиса? У тебя что-то случилось? – опустив очки на нос озадаченно спросила она.

Я состроила страдальческое выражение лица и присела на стул.

– Да, никак не могу уснуть. Голова что-то разболелась. Можно мне какую-нибудь таблетку?

– Да-да, конечно, – сразу же засуетилась девушка. – Сейчас сделаю тебе укол обезболивающего и немного снотворного добавлю, чтобы уснула. Посиди тут немного, я схожу за ампулами.

Сара вышла из лаборатории и поцокала каблучками вниз по коридору. А я тут же бросилась искать ключ-карту. Обшарила всё на столе, заглянула в каждый ящик стола, посмотрела на полках сверху, но заветного кусочка пластика нигде не было.

Чёрт! Где же он может быть?

Застонав от отчаяния, я села обратно на стул, как раз тогда, когда вернулась Сара с небольшим металлическим подносом в руках, на котором лежали шприц и две ампулы с лекарством.

«Если она сейчас вколет мне снотворное, то всё пропало: у меня ничего не получится сегодня сделать», – уныло подумала я. А потом заметила в кармане халата девушки синий квадратик похожий на пластиковую карту и тут же воспряла духом.

Я подошла к столу, на котором Сара оставила металлический поднос с лекарством и, пока девушка мыла руки, как бы невзначай опрокинула его. Ампулы с лекарством упали на пол и конечно же разбились.

– О, Боже! – притворно охнула я и, склонившись вниз, начала собирать в ладошку осколки, при этом виновато тараторя: – Прости, прости, я случайно. Я только хотела посмотреть, а… а он упал. Прости пожалуйста…

– Да ничего страшного, – напряжённо ответила Сара. – Не поднимай стекло, оставь, а то порежешься ещё. Я сама уберу.

Она присела на корточки и с помощью двух листов белой бумаги начала собирать осколки. А я, выпрямившись, решительно посмотрела на кружку с кофе, стоящую на краю стола.

Надеюсь, что кофе не горячий…

– Давай я всё же помогу тебе.

Я обошла девушку справа вплотную приблизившись к столу. Неловкое движение рукой и кружка с ароматным напитком летит прямо на Сару, окрасив некрасивым коричневым пятном её руку и часть спины.

Девушка взвизгнула и, подскочив на ноги, устремила на меня сердитый взгляд. Ну а я… А что, я? Я прикинулась дурочкой и виновато заохала.

– Ох, Сара, прости. Я такая неловкая. Прости пожалуйста. Ты не обожглась? Кофе был не горячий? Давай я тебе помогу. Снимай скорее халат – он весь промок, – и начинаю стягивать с неё белый халат. Сама при этом выражаю полное беспокойство, тороплюсь, паникую, будто это я обожглась, а не она. И, кажется, она поддаётся моему настроению, тоже впадает в паническое состояние и довольно резво сбрасывает халат.

Осмотрев свою испорченную блузку, Сара вскидывает на меня злой взгляд.

– Извини, – невинно пожимаю плечами.

– Возвращайся в свою палату. Я к тебе позже зайду, поставлю укол, – велела она и, недовольно поджав губы, выскочила из кабинета.

Как только стук её каблуков стих в конце коридора я достала из халата заветную ключ-карту, на которой было написано: «Уровень доступа 10. Высший».

Бинго!

Обрадовавшись своему улову, я вернулась в палату и легла в постель спрятав карту под подушкой. А когда чуть позже Сара заглянула в палату сразу же притворилась спящей.

Потоптавшись на пороге, девушка почти сразу ушла решив, что я уже сплю. А я, полежав ещё для верности полчасика, подскочила с кровати и, осторожно приоткрыв дверь, высунулась из палаты.

В коридоре никого было. Тихонько, стараясь не шуметь, я прошла к лифту и спустилась на нём на самый последний этаж. Как и рассказывала болтливая лаборантка здесь, на нижнем уровне, была массивная железная дверь, открыть которую можно только ключ-картой со специальным доступом.

Я приложила карту к электронной панели. Индикатор на ней из красного переключился в зелёный и дверь с глухим шипением открылась.

От волнения сердце в груди начинает биться с такой силой, что кажется вот-вот выпрыгнет наружу. Но, собравшись с духом, я всё же вхожу внутрь.

Глава 47

В помещении практически темно, горит лишь пара тусклых ламп на стене. Здесь очень плохо пахнет: удушающе-затхлый запах подвального помещения, сырости и ещё чего-то очень неприятного ударило в нос.

Вдоль стены я увидела целый ряд отгороженных решётками помещений. Наверное, это и есть клетки.

Господи, неужели это правда? Они действительно держат здесь оборотней?

Но как?... Как можно держать людей в таких условиях: без света и доступа свежего воздуха. Хуже зверей.

Это же бесчеловечно!

К горлу подступил колючий ком негодования, а на глаза навернулись слёзы.

Это всё… не может быть правдой.

Осторожно ступая по каменному полу, я прошла в глубь помещения. В клетках было темно и ничего не видно, поэтому я включила фонарик на телефоне, чтобы подсветить. Направила его на одну из клеток и в глубине помещения смогла разглядеть мужской силуэт сидящий полубоком на кровати.

– Тео, – сорвался с губ радостный вздох.

Мужской силуэт был так похож на моего льва, что я ни минуты не сомневаясь бросилась к клетке.

– Тео, – снова позвала я, схватившись пальцами за толстые железные прутья.

Мужчина обернулся. Свет от телефонного фонарика осветил его лицо, и я сразу же поняла, что ошиблась. Это был не Тео, а совершенно незнакомый темноволосый мужчина. Его глаза – тёмные как угли сверкнули в темноте зловещим блеском. Он медленно поднялся, склонил голову на бок и с интересом посмотрел на меня.

Ух, у этого незнакомца такой взгляд… Зловеще-тёмный, тяжёлый, подавляющий. Я замерла возле клетки загипнотизированная этим взглядом. Оцепенела будто кролик перед удавом.

Мужчина ещё какое-то время рассматривал меня, а потом вдруг подался вперёд и молниеносным движением оказался возле решётки. Я инстинктивно отпрянула от неё, но мужская рука быстрым рывком схватила меня за шею и притянула обратно к клетке.

Я затрепыхалась в сильных тисках и закричала отчаянно:

– Отпусти! – вместо звука из горла вырвался сиплый хрип. Этот сумасшедший псих так сильно сдавил мне шею, что я едва могу дышать.

Мамочки! Он же меня сейчас придушит!

От испуга я округлила глаза и ещё сильнее забилась в стальном захвате, отчаянно пиная психа руками и ногами.

Из соседней боковой клетки вдруг раздался знакомый рык. Мне кажется, я даже в темноте узнаю его. Это мой Тео!

– Отпусти её, Марио! – грозно зарычал он, оказавшись у решётки. – Отпусти!

Псих подозрительно покосился на Тео, а потом вдруг притянул меня ближе, буквально впечатывая лицом в решётку, и начал обнюхивать. Как зверь добычу – с жадным предвкушением.

– Твоя самка? – спросил он хрипло.

Боже мой, это не человек, а настоящий демон. У меня от его голоса каждый волосок на теле дыбом встал.

– Она моя истинная.

Псих обнюхал меня ещё раз и презрительно скривился.

– Человечка… Я бы на твоём месте не произносил вслух о вашей связи. Здесь повсюду камеры.

А потом он разжал ладонь, и я плюхнулась на каменный пол больно ударившись о него копчиком. Быстро отползла в сторону и, подскочив на ноги, бросилась к Тео.

– Тео! – просунув руки через решётку я попыталась его обнять, прижавшись всем телом к металлическим прутьям. – Как ты?

– Со мной всё нормально. Как ты, Алиса? – он коснулся ладонью моей щеки, нежно провёл по ней большим пальцем.

– Где же нормально? У тебя губа разбита и синяки…, – окидываю взглядом моего льва и от ужаса цепенею. По всему телу у него крупные ссадины и синяки. Глядя на них у меня перехватывает дыхание, а на глаза наворачиваются жгучие слёзы. – О, господи! Они тебя били? Боже мой, Тео…

Громко всхлипнув, прижимаюсь губами к его губам. Целую горячо, отчаянно, будто в последний раз и всё никак не могу успокоиться. Меня трясёт и изнутри раздирает такой жуткий гнев.

Как они могли так поступить? Как Марк мог запереть этих людей в клетках, как диких зверей? Как можно быть настолько жестоким и безжалостным? У меня всё это просто в голове не укладывается.

Как я вообще могла любить это чудовище, которое мучает и избивает людей?

Я ведь до конца не верила, что всё это правда.

Так отчаянно не хотела верить. А сейчас, с меня будто розовые очки слетели.

Сейчас мне уже кажется, что я сама выдумала всю эту любовь, нарисовала в своих девичьих мечтах идеального принца. А принц оказался не таким уж и идеальным. Он оказался монстром.

– Они тебя не тронули? Не причинили вреда? – обеспокоенно спрашивает Тео. Я отрицательно мотнула головой. – Ты должна уходить отсюда, Алиса. Постарайся выбраться из этого места и найди Лео. Он и весь прайд смогут защитить тебя.

– Я ни за что не брошу тебя, Тео. Я найду способ вытащить тебя из этой клетки. Я обязательно его найду, – шепчу, глотая слёзы.

Внезапный звук тревожной сирены заставляет меня вздрогнуть. А в следующую секунду включается яркий свет и в подвал врываются люди в камуфляжный костюмах. Военные. А за ними маячит Марк и ещё какой-то незнакомый мужик.

– Алиса, отойди от клетки, сейчас же! – кричит мне Марк, а потом смотрит на Тео и шипит зло: – А ты, тварь, отойди в дальний угол и не смей приближаться.

Тео взял меня за руку, притянул ближе и прошептал на ухо:

– Постарайся выбраться отсюда, Алиса. Ты ведь умная девочка, ты сможешь, я знаю. Притворись, обмани, обхитри, но выберись отсюда. Обещай мне.

Я смотрю в его золотистые глаза, такие родные и любимые, и мысленно молю только об одном, чтобы Господь дал мне силы выдержать всё, не сорваться в пропасть паники и отчаяния.

Я понимаю, что Тео прав: я должна выбраться отсюда и сообщить Лео и его семье о том, где именно держат оборотней. У них больше сил и возможностей противостоять этим людям. Они смогут помочь Тео, смогут вытащить его отсюда. Но сердце так отчаянно ноет и болит. Я не хочу уходить и оставлять Тео здесь одного. Вдруг они его убьют?

– Отпусти её! Сам отойди от решётки к стене, – кричит Марк, выглядывая из-за военных.

Тео на его окрик реагирует слишком остро – он скалится и рычит утробно.

– Иди на хрен, ублюдок!

Зло поджав губы Либерман отдаёт приказ одному из военных:

– Приложи зверёныша.

Мужик в форме поднимает ружьё и стреляет. Дротик со снотворным впивается Тео в ногу и он, пошатнувшись, вскидывает на Марка по-настоящему звериный взгляд. Он начинает трансформироваться и в следующую минуту в клетке уже стоит огромный лев.

Красивый, прекрасный, мой лев!

Он бросается на решётку и так жутко рычит, что у меня каждый волосок на теле дыбом встал. Я ещё никогда не видела его таким – по-настоящему опасным хищником.

– Стреляйте в него! Уложите эту тварь! – орёт Марк.

А дальше начинается настоящий ужас: военные выстреливают в него из всех ружей, дротики один за одним впиваются в могучее тело моего льва. Он рычит, отчаянно пытается устоять на ногах, но сила снотворного лекарства берёт своё – лев заваливается на бок и падает на пол.

От собственного крика я не слышу, как ко мне подбегает Марк, что-то говорит и пытается оттащить меня от клетки, за которую я вцепилась онемевшими пальцами.

Моё сердце болит и рвётся на части глядя на неподвижное тело льва на полу.

Сволочи! Как они могут быть настолько жестокими!

Ненавижу!

– Пойдём отсюда, Алиса. Пойдём, мы должны уходить.

– Отпусти…, – сквозь слёзы стону я. Но, когда он не унимается, вспыхиваю и зло шиплю сквозь зубы: – Отстань от меня! Ты – чудовище! Я тебя ненавижу.

К нам подошёл незнакомый мужчина с аккуратной седовласой бородкой и с интересом посмотрел на меня.

– Уведи её отсюда, Марк, – произнёс он сухо.

Либерман сразу же подхватил меня под мышки и потащил к выходу из подвала.

Глава 48

– Ты совсем дура?! Зачем ты пошла туда? – закричал на меня Марк, втолкнув в распахнутые двери лифта.

– Ты настоящий монстр, Марк Либерман, – смотрю на него испепеляя ненавистным взглядом. – Как вы можете держать этих людей в клетках? Это не законно!

– Они не люди, Алиса, они – звери.

– Сам ты зверь! Чудовище! – выплёвываю презрительно. – Они намного лучше тебя. Намного человечнее. Они не издеваются и не мучают людей. Не держат их в клетках. Они не такие как мы, да, но разве из-за этого они не имеют права на жизнь? Скажи мне? Что за варварские понятия!

– Ты сама не понимаешь о чём говоришь. Этих зверей нельзя равнять с людьми. Мы – высшие существа. А они – просто ошибка природы.

Я смотрю на Марка и совсем не узнаю его. Откуда столько спеси и возвышенного величия. Того и гляди скоро на голове корона засияет.

– Я вот только одного понять не могу – почему ты так его защищаешь?

– Тебе этого не понять.

Когда двери лифта открылись, я отпихнула Марка плечом и по коридору направилась в свою палату. Он пошёл за мной.

Войдя внутрь, я сразу же распахнула шкаф в поисках своих вещей, которые оказались аккуратно сложены на одной из полок. Достала одежду и, бросив её на кровать, повернулась к Либерману.

– Где дедушка? Он здесь, в лаборатории?

– Нет, он поехал к нам домой, отдохнуть. Приедет только утром.

– Мне нужно ему позвонить. Ты дашь мне телефон?

– Зачем? – Марк прищурился. – Куда ты собралась, Алиса?

– Я хочу уехать отсюда. И не говори, что за мной надо наблюдать. Со мной всё в порядке. Я абсолютно здорова.

– Алиса, я не думаю, что это правильное решение. У тебя была серьёзная травма головы. Тебе ещё как минимум неделю показан постельный режим.

– Я же сказала: со мной всё хорошо. Я отлично себя чувствую, – сложив руки на груди сверлю мужчину хмурым взглядом. – Я хочу домой, Марк. В Россию. Я не хочу участвовать в этом… беспределе. И не хочу, чтобы дедушка в этом участвовал. Это слишком жестоко, низко… не по-человечески.

Выдохнув, отвела взгляд в сторону.

Надеюсь, что он мне поверил. Я сегодня же должна отсюда выбраться. Как можно скорее. Пока они совсем не замучили Тео и всех остальных. Я уверена, что Сэмюэль Макларен, самый главный лев из всех львов, обязательно сможет им помочь. Если не он, то кто?

У Либермана зазвонил телефон. Он вынул его из кармана брюк и приложил к уху.

– Да, слушаю. Уверены? – Марк нахмурил брови и бросил на меня странный взгляд. – Хорошо, я понял, – Он убрал телефон обратно в карман и произнёс сухо: – Прости, Алиса, но пока тебе всё же придётся остаться здесь. Я предупрежу об этом Степана Петровича.

С этими словами он вышел из палаты, а потом послышался щелчок и сигнальный писк электронного замка.

Он что, запер меня? Серьёзно?

Бросившись к двери, я дёрнула за ручку, но та не поддалась.

Вот, гад!

Дёрнула ещё раз и ещё, а потом вовсе – со всей силы начала долбить по ней ногой.

– Марк, открой дверь. Выпусти меня! Марк! Вы не имеете права удерживать меня здесь силой. Слышишь? Это противозаконно!

Дверь так и осталась заперта.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Что же мне теперь делать?

***

– Проходите, Степан Петрович. Сейчас я всё расскажу, и мы сможем всё обсудить, – сквозь сон раздался голос Марка.

Я вздрогнула, быстро приподнялась на кровати и потёрла сонные глаза. Почти до утра не могла толком уснуть одолеваемая роем мыслей в голове. Даже не знаю, когда уснула.

Увидев дедушку, я тут же соскочила с кровати и бросилась к нему в объятия.

– Деда, Марк не выпускает меня отсюда. Запер в палате, как какую-то преступницу, – уткнувшись носом ему в грудь начала жаловаться я. – Что это вообще за беспредел! Дедуля, я хочу домой.

Дед бросил на Марка вопросительный взгляд, мол, что здесь происходит.

– Сейчас я всё объясню, – деловито сообщил Либерман. – Степан Петрович, оказывается, Алиса нам вчера соврала. Она сказала, что у неё не было интимной связи с оборотнем, но…, – Марк сложил руки на груди и посмотрел мне прямо в глаза. – Вчера вечером пришли дополнительные результаты анализов. Уровень ХГЧ в твоей крови значительно превышен. Это может говорить только об одном – ты беременна. Алиса, ты знала об этом?

Я напряжённо закусила губу.

Неужели это действительно правда? Я беременна?

Эта мысль буквально оглушила меня. И теперь я не знаю, что мне делать: радоваться или… Боже, что же мне делать?!

На самом деле я просто в полной растерянности. Но, какой бы диссонанс это знание не внесло в мою жизнь, одно я знаю точно – этот ребёнок плод нашей с близнецами страсти и любви. А значит – он заведомо любимый и желанный. Я просто не смогу его не любить. Нет, мне кажется, я уже его люблю.

Эта внезапная мысль, словно солнечный лучик пронизывает меня насквозь и согревает изнутри благостным теплом.

– Нет, – честно ответила я.

– Тогда почему ты солгала?

– Потому что моя личная жизнь никого не касается. Я не обязана перед тобой отчитываться.

Либерман прищурился.

– Отец ребёнка, это тот оборотень, который сейчас в подвале?

Я молчу, но мне кажется, Марк и так уже всё понял – слишком уж довольное у него выражение лица. Он сейчас похож на ликующую обезьяну, заполучившую наконец желанный фрукт.

А вот дедушка отреагировал крайне резко и эмоционально.

– Убью зверёныша! – вспылил он. – Как он вообще посмел к тебе прикоснуться? Он тебя принудил?

– Деда, перестань. Меня никто ни к чему не принуждал.

Но дедушка меня будто не слышит, начинает нести какую-то чушь.

– Марк, что нам теперь делать? Этот плод может как-то навредить Алисе? Он ведь не человек, так? Скрещенная ДНК, смешение генов, возможные мутации… Нет, это неприемлемо. От плода нужно избавиться.

Что?!

Я чуть воздухом не поперхнулась от такого заявления.

– Деда, что ты такое говоришь? Это же ребёнок. Мой ребёнок!

– Ты сама не понимаешь, Алиса. Существо внутри тебя – не человек. Мы даже понятия не имеем, как оно будет развиваться в тебе. А вдруг ОНО убьёт тебя!

– Что за чушь! – воскликнула я. – Почему он должен меня убить? Это ребёнок. Совсем крошечный, маленький ребёнок.

– Мы пока ничего не знаем, как развиваются в утробе эти существа. А вдруг он родится зверем и…

– Степан Петрович, подождите. Давайте не будем спешить с выводами, – перебил дедушку Марк. – Для начала подумайте: у нас сейчас есть прекрасная возможность наблюдать эту уникальную беременность. А после – получить живого младенца оборотня. Только представьте, сколько пробелов в наших исследованиях мы сможем заполнить, сколько узнать нового. Как он развивается, как проходит его оборот в зверя, или наоборот – в человека, если он вдруг родится зверем. Возможно, с помощью него нам наконец удастся найти их уязвимые места.

Марк с таким воодушевлением и азартом расписывает свои планы деду, будто речь идёт не о живом ребёнке, а о какой-то редкой игрушке, которую ему не терпится поскорее разобрать и посмотреть, что там внутри.

Сказать, что я в шоке? Не-е-ет, я просто в ужасе.

– А если он навредит Алисе? Если она не сможет его выносить? – у деда от волнения даже руки затряслись. – Нет, я не могу так рисковать своей внучкой.

– Степан Петрович, мы будем наблюдать за Алисой двадцать четыре часа в сутки. Контроль по УЗИ, лучшие специалисты – всё это будет обязательно предоставлено. Если вдруг что-то пойдёт не так, будет хоть малейшая опасность или угроза её жизни – мы сразу же прервём эту беременность.

– Вы что тут, совсем с ума посходили?! – не выдержав воскликнула я. – А меня хоть кто-то спросил: хочу я, чтобы надо мной и над моим ребёнком проводили эксперименты или нет? Это мой ребёнок, и я не хочу, чтобы он стал лабораторной мышью!

– Этот ребёнок – собственность лаборатории, – раздался неприятный мужской голос.

Мы все обернулись.

В проёме двери стоял тот самый седовласый мужчина, которого я вчера видела в подвале.

Кто он вообще такой? И почему командует здесь?

– Господин Салливан, вы уже в курсе всего, да? Это потрясающее событие. Мы ведь даже не предполагали, что скрещивание между оборотнями и людьми возможно, – залебезил перед ним Марк. – Но тут такая ситуация… Алиса ведь внучка Степана Петровича, и мы конечно же опасаемся за её здоровье…

– Можете не переживать за это, Степан Петрович, – снисходительно ответил Салливан. – Девушке будет предоставлено всё самое лучшее. Единственная её задача – выносить это существо. А когда придёт время, мы извлечём плод с помощью кесарева сечения. Это будет самый безопасный способ, с причинением минимального вреда для её организма. Девушке конечно же будет выплачена хорошая компенсация за неудобства и моральный ущерб. Пойдёмте, Степан Петрович, обсудим детали в моём кабинете.

Я ушам своим поверить не могу. Что вообще происходит?

Мир сошёл с ума? Или я всё же сплю, и это просто кошмарный сон?

Глава 49

«…это существо».

Вспоминая слова старикашки меня каждый раз передёргивает от ужаса.

Как он может так говорить? Ведь это ребёнок. Ещё крошечный и совсем беззащитный малыш.

Если он попадёт в лапы к этим монстрам, даже представить боюсь, что с ним будет. Они же замучают крошку своими опытами и исследованиями. А его даже защитить будет некому. Потому что меня они точно к нему не подпустят – я в этом уверена почти на сто процентов. Да и смогу ли я что-то сделать одна против всех?

Господи, что же мне делать? Как выбраться из этого ада? Как спасти моего малыша?

Единственная надежда сейчас на Лео и его отца.

Они же ищут нас?

Я уверена, что ищут.

В палату вошёл дедушка и остановился на пороге в нерешительности.

Боится входить?

Правильно – я сейчас очень злая. И обиженная.

– Ну что, продал меня? – впилась в него полным горечи взглядом. – За какую сумму ты продал собственную внучку, дедушка? Сдал меня на опыты, как лабораторную мышь! Предатель!

Дед тяжело вздохнул и, сунув руки в карманы брюк, подошёл к кровати.

– Алиса, не будь слишком категоричной. Ты не права…

– В чём я не права? – ещё сильнее вспылила я. – В том, что меня удерживают здесь против моей воли? Или в том, что моего ребёнка хотят отнять после его рождения? И для чего? Чтобы посадить его в клетку, как дикого зверя? Лишить его свободы и права выбора? В этом я не права?!

– Алиса…, – дедушка присел на край кровати. – Ты сама не понимаешь о чём говоришь. Эти существа… они не люди, они…

– Это ты ничего не понимаешь, дедушка. Я люблю их! – выпалила горячо и тут же в ужасе прикусила язык, поняв, что сболтнула лишнего. Но, слава Богу, дед, не сразу просёк о чём я, поэтому, чтобы не шокировать его ещё хлеще, сразу же начала уточнять: – Я люблю, Тео. Он… очень любящий, нежный, заботливый. Он никогда бы не причинил мне вреда. Почему ты не хочешь поверить в это, деда? Они нам не враги. Оборотни хотят жить в мире с людьми. Просто спокойно жить, вместе с нами, на одной земле, потому что их мир оказался больше не пригоден для жизни.

Дед вопросительно вздёрнул бровь с интересом глядя на меня.

Чёрт, опять я сболтнула лишнего.

Но, теперь похоже не отвертеться.

А может… так оно даже к лучшему. Может, если дедушка узнает всю правду об оборотнях – он изменит своё мнение о них?

– Тео рассказал мне, что оборотни пришли на нашу землю много тысяч лет назад из другого мира, через межмировой портал. Да, деда, они не ошибка природы, как говорит Марк. И они не мутанты. Они просто другие. С другого мира, с другой планеты. А возможно, что даже из другой галактики.

Дед нахмурился.

– Что ты такое говоришь, Алиса? Ты уверена в этом?

– Ну, конечно. Тео и Лео сами мне об этом рассказали. Вот почему их генетический код так сильно отличается от нашего. Вот почему они так не похожи на нас. Потому что их мир, их цивилизация развивались по своему собственному уникальному сценарию.

– Это многое бы объяснило, – задумчиво произнёс дед. – Их ДНК, так разительно отличающаяся от нашей… может быть только внеземного происхождения. У меня закрадывались подобные мысли, но я отметал их. Слишком уж они были фантастичными.

– Дедушка, их нельзя держать в клетках. Теперь ты это понимаешь? – с надеждой смотрю ему в глаза. – Они не хотят никому из нас причинить вред. Никому из людей. Они просто хотят жить. Тебе не кажется, что гораздо правильнее было бы просто поговорить с ними и договориться о мирном сосуществовании. Разве на нашей планете мало места? Разве мы не можем все вместе на ней жить? Мирно! Без войны, злобы и ненависти. Ты же сам мне говорил, что все живые существа на планете имеют права на жизнь. Даже самые маленькие букашки для чего-то нужны и важны. Без них наш мир потеряет своё великолепие и свою уникальность.

– Ты гораздо мудрее меня, моя милая…

Дедушка погладил меня по щеке, но договорить так и не успел, в палату вошёл Мрак в сопровождении Сары и ещё какого-то мужика в белом халате.

– Алиса, мы за тобой, – Марк растянул губы в довольной улыбке. А я сразу же напряглась, вжавшись в подушку. – Поедем сейчас на УЗИ, посмотрим, кто у тебя там внутри.

Я перевела на деда панический взгляд, мысленно умоляя его помочь мне. Дедушка лишь кивнул слегка, мол, не волнуйся, всё будет хорошо.

Пришлось довериться. Другого выбора у меня сейчас всё равно нет. Сопротивляться – не вижу смысла. Они всё равно скрутят меня и заставят это сделать.

Надо спокойно всё обдумать. Без паники и стресса, на холодную голову. А для этого нужно время.

Меня, как королеву повезли на специальном кресле до кабинета, в котором делают УЗИ. А там уже собралась целая толпа бесплатных зрителей.

Несколько сотрудников лаборатории, примерно человек десять, ожидали в кабинете. Все в белых халатах, с умными серьёзными лицами.

Как только меня «торжественно» вкатили внутрь, они сразу же устремили на меня любопытные взгляды и тихонько зашептались.

– Это она?

– Она!

От всех этих назойливых въедливый взглядов и тихих шепотков мне стало вдруг совсем не по себе. Чувствую себя сейчас, как заморская зверушка, на которую собралась посмотреть толпа любопытных зевак. Неприятное и мерзкое чувство.

Я в панике заозиралась по сторонам ища глазами дедушку, инстинктивно надеясь на его защиту и поддержку. Но его здесь не было. Единственный родной человек предал меня! Он просто взял и отдал меня на растерзание этим монстрам-стервятникам.

– Алиса, не пугайся, это сотрудники нашей лаборатории. Все они пришли сюда, чтобы посмотреть на тебя и засвидетельствовать этот уникальный в истории науки момент, – поспешил успокоить меня Марк, при этом широко и довольно улыбаясь.

Я повернула голову и одарила его таким взглядом, полным ненависти и призрения, что улыбка тотчас же исчезла с его лица.