Текст книги "Истинная для отшельника (СИ)"

Автор книги: Элис Мэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

Глава 8

Прошло всего два дня, но мне почему-то кажется, что целая вечность. А мне здесь ещё два месяца и двадцать восемь дней куковать.

Да-да, я уже начала отсчитывать дни.

Вчера весь день бесцельно провалялась на кровати, а сегодня – наматываю по комнате круги, как загнанный в клетку зверь.

Ну это нормально, нет?

Да я здесь сдохну от скуки!

Маньяк этот, бородатый, весь день шляется где-то по лесу и возвращается только к вечеру. Что он там делает – один чёрт знает!

Я так точно с ума сойду! Одичаю за три месяца!

Вот и сегодня, до сих пор его нет. А я уже все ногти себе сгрызла от одиночества и ничегонеделанья. Здесь такая одуряющая тишина, пипец просто! Даже часов нет, чтобы тикали.

Когда хлопнула входная дверь я тут же подорвалась с кровати, быстренько натянула свои джинсы, которые вчера нашла под кроватью и выглянула из комнаты.

Явился – не запылился!

Как всегда весь в снегу. Длинные волосы растрёпаны и разметались по могучим плечам. Чудище лесное!

Сижу как мышка в своей норе, выглядываю в дверную щель и думаю:

«А какого фига я должна здесь сидеть? Как затворница какая-то. Я два дня-то кое как продержалась, а уж три месяца… Нет, нет и нет. Так я точно сойду с ума. И потом меня отсюда только в дурку вывозить».

Придётся тебе меня терпеть, Рэй, подумала я и, решительно толкнув дверь, вышла из комнаты.

– Привет.

Мужчина вскинул на меня свой коронный хмурый взгляд. Ощупал им с ног до головы и ничего не ответив принялся греметь сковородками. Потом налил воды в чайник и поставил его на небольшую газовую плитку.

Меня упорно игнорирует. Но я не я, если заторможу на полпути.

– Слушай, Рэй, может я могу чем-то помочь? По дому или вообще… А то я уже измаялась от безделья, если честно. Я могла бы что-то приготовить днём пока тебя нет. Ты только скажи. Я умею готовить, – улыбнулась я.

Рэйнан окинул меня скептическим взглядом, хмыкнул и, развернувшись, направился к двери. Вышел на улицу, но через минуту уже вернулся обратно, держа в руке что мохнатое. А когда он положил ЭТО на стол, от неожиданности я громко взвизгнула и отскочила в сторону.

– Ч-что это?

– Заяц, – ответил он.

– Я уже поняла. Но это… это же мёртвый заяц. Зачем он здесь?

Я никогда раньше не видела мёртвых животных. И сейчас, это зрелище казалось настолько диким, вопиющим, что меня буквально скручивало пополам от подступающей к горлу тошноты.

– Это не мёртвый заяц, а убитый мною.

А разве в этом есть какая-то разница?! Чёртов маньяк!

– И зачем… зачем ты его сюда притащил?

– Чтобы есть, – со зловещим блеском в глазах ответил Рэй. – Ты, кажется, хотела помочь? Зайца нужно освежевать: снять шкуру и выпотрошить внутренности. Потом можешь его пожарить.

На слове «освежевать» меня конкретно замутило. Живот скрутило болезненным спазмом и по спине побежал неприятный озноб. Прикрыв рот ладошкой, я чуть не задохнулась от приступа тошноты. Даже в глазах побелело на мгновение.

– Я… я не… я не могу, – только и смогла выдавить я, пятясь в сторону своей комнаты.

Этот маньячина оскалился довольно, и хмыкнул, хватая зайца со стола:

– Так и знал, что ты белоручка.

Рэйнан

– Почему ничего не ешь?

– Не хочется что-то. Аппетит пропал, – пищит задушено и, морща нос, тихонечко отодвигает тарелку.

Твою ж… медвежью мать!

Чувствую, как внутри начинаю звереть. Мой медведь вторит моим мыслям утробным рыком. Конечно же ему не по нраву, что его самочка ничего не ест. Она должна хорошо питаться. Этот пунктик заложен в природе оборотней, так же, как и у обычных медведей. Чтобы выжить зимой – медведь должен много есть. А эта пигалица мелкая сидит и выпендривается уже минут десять. Ещё и нос воротит от моей стряпни.

Прибил бы на фиг!

Хотя нет, эту бы не прибил. Любого другого человека на её месте уже давно бы прибил, а её – не могу. Лапа не поднимается, вашу мать!

Вернее, на неё у меня много чего поднимается. Только ниже пояса. Колом стоит. Да так, что яйца трещат по швам и в грудине словно калёным железом жжёт – непривычно и больно.

Эти чувства совершенно новы для меня. Неожиданны. Опасны… Они бьют хлыстом по старым едва затянувшимся ранам, причиняют невыносимую боль. И вызывают не просто злость – они вызываю ярость!

– Ешь я сказал! – рявкнул чересчур грозно, и кулаком по столу, так, что тарелки подпрыгнули разом вверх.

Алекс вздрогнула от неожиданности округлив испуганные глаза, губёшки затряслись – того и гляди сейчас прорвёт плотину.

Бля… только этого не хватало.

Опять перегнул палку. И сам же себя за это ненавижу.

Пока я боролся с собственной совестью девчонка на удивление быстро взяла себя в руки и оскалила зубки.

– Не надо на меня орать! – сверкает гневно глазами, и шипит как кошка: – И приказывать мне тоже не надо. Кто ты такой вообще, чтобы мне приказывать?! Убил бедного зайчика и хочешь, чтобы я его ела? Да это… это же… Ни за что не буду! Это же ужасно! Бедный маленький зайчик… Ты… ты безжалостный зверь!

Да-а, девочка, вот так. Лучше скалься, царапайся и кусайся. Такая ты мне нравишься намного больше. Дерзкая колючка. А мой зверь так вообще урчит в предвкушении.

– Таков закон выживания, девочка, – цежу сквозь зубы в ответ. – Я не браконьер, и не убиваю животных ради наживы или развлечения. Я беру у природы ровно столько, сколько мне нужно для того, чтобы жить. А ты видимо предпочитаешь умереть от голода? – прищурился, глядя на неё. – Только не говори мне, что там, в своём городе ты никогда его не ела мясо. Думаешь живность из магазина сделано из другого теста? Эта тоже была живая тварь. И ты так же ешь её, чтобы выжить. Или может ты из этих… травоядных?

Алекс хотела было что-то сказать, уже и рот раскрыла с намерением выплеснуть на меня очередную тираду, но потом вдруг нахмурилась и, опустив взгляд, замолчала.

Так-то, девочка. Все мы не без греха.

– Ешь, – пододвинул к ней тарелку и произнёс чуть мягче: – А то худая как щепка. На одних орехах и овощах зимой долго не протянешь.

Хотя вру, на щепку она совсем не тянет. Худая, конечно, но всё что надо – всё при ней: охрененная грудь, тонкая талия и соблазнительно-округлая попка.

Да, я всё помню. Всё, до мельчайших подробностей. Каждый изгиб, каждую родинку на белоснежной коже. Её запах – одуряющий, нежный… Когда раздевал её в тот вечер, душил в себе зверя и дикое желание овладеть девчонкой, заклеймить её меткой. Как только не трахнул – сам себе удивляюсь. Зверь до сих пор бунтует по этому поводу. Но для себя я решил: ещё не время…

Глава 9

Жаркое из зайчатины пахло просто крышесносно. Румяные ароматные кусочки на тарелке с жареным лучком и картошечкой выглядели очень аппетитно. И я сидела и давилась слюной от этого умопомрачительного запаха, но отказывалась есть только на чистом упрямстве.

Есть мне конечно же очень хотелось, но сдавать свои позиции я не собиралась. Не зря же я тут орала в защиту популяции зайцев.

Выбрав всю картошку с луком, отодвинула тарелку. На что Рэйнан скривился и начал читать мне лекцию о грехах человеческих. Если подумать, он, конечно, прав – все мы не без греха. И если признаться честно, мясо я очень даже люблю. Покупая его в магазине, я мало задумывалась откуда оно там берётся, но увидев мёртвого зайца – меня прорвало. К такому зрелищу я оказалась совсем не готова.

Пока я собирала грязные тарелки со стола Рэй сидел у камина и, подбрасывая в него поленья, задумчиво смотрел на огонь. А потом, совершенно неожиданно, вдруг оказался рядом и прогремел над ухом:

– Тебе надо обработать рану на руке.

Я чуть не подпрыгнула от страха.

Нет, ну зачем так пугать, а? Так и до инфаркта можно довести бедную девушку.

И только я хотела возмутиться по этому поводу, как меня тряхнуло ещё с большей силой. Словно током прошило от его горячего прикосновения.

Мужчина обхватил мою талию руками и решительно развернул к себе лицом, отчего я чуть не столкнулась носом с его твёрдой грудью.

Блин, какой же он всё-таки огромный! Я по сравнению с ним мелочь совсем. Чтобы посмотреть ему в глаза приходится высоко задирать голову.

От такой вопиющей близости у меня вдруг резко перехватило дыхание и сердце отчего-то запрыгало в груди, как теннисный мячик.

Фух! Что-то меня даже в жар кинуло. И мурашки-предатели по коже так и бегают, так и бегают…

Пока я боролась с собственными эмоциями Рэй бесцеремонно задрал рукав футболки и со знанием дела начал осматривать рану.

– Садись, – скомандовал он чересчур резко, пододвигая ко мне стул. – Нитки уберём и повязку сменим, – открыл кухонный шкаф и заворчал себе под нос: – Ещё не хватало чтобы ты тут с заражением слегла. Мне и так с тобой проблем хватает.

Чёрт, какой же от всё-таки вредный!

Ну раз уж речь зашла о гигиене я решилась всё-таки спросить:

– Рэй, а помыться у тебя здесь где-нибудь можно?

Он как-то странно на меня посмотрел, окинул мою замершую у стола фигурку тёмным взглядом и хрипло ответил:

– Можно.

Я тут же воспряла духом и затараторила:

– Ух ты, было бы просто здорово! А у тебя тут баня есть, да? Блин, топить, наверное, долго придётся. Я уже вся изнемогаю, как помыться хочется. Но как-то всё стеснялась у тебя спросить. – Рэй смотрит на меня с сарказмом и слегка выгнув бровь, мол, ты, да стеснялась – не верю! Но я не обращаю на него внимание и продолжаю приседать на уши. Я это дело люблю, что уж греха таить, особенно, когда сильно волнуюсь: – А воду ты где берёшь? Тайга ведь, да и снег повсюду… Если честно, я вообще не понимаю, как ты здесь живёшь. Глушь же дремучая!

– Мне нравится, – нахмурился Рэйнан. – А тебя если что-то не устраивает… – он делает долгую паузу, кивает на дверь и бросает резко: – Дверь там.

Я оторопело уставилась на мужчину.

– Да нет, меня всё устраивает, – нервно улыбнулась, мысленно ругая себя за болтливый язык. – И мне всё нравится. Правда-правда…

Рэй хмыкнул и кивнул мне:

– Идём.

Он подошёл к деревянной двери находившейся в дальнем конце комнаты. Я туда ещё не заглядывала, но почему-то думала, что там скорее всего какая-нибудь кладовка. Но когда Рэй открыл её я удивлённо распахнула глаза.

За дверью было очень темно и почти ничего не видно, но у самого края, туда, где падал свет из комнаты, можно было отчётливо разглядеть очертания скальной породы.

Что это? Каменные стены? В комнате? Но зачем?

Из глубины этой чернеющей тьмы повеяло прохладным сквознячком и сыростью.

Смутные предположения начали рисовать в голове жуткие картинки. И то, что я представляла – мне совсем не нравилось.

А что ели у него там подвал, куда этот маньяк-отшельник заманивает своих жертв и там издевается над ними?

Мамочки, зачем я об этом думаю?!

Если бы Рэй был маньяком он бы уже давно порезал меня на лоскуты – возможностей у него для этого было полно. Но раз я до сих пор жива, значит – убивать меня он явно не собирается. Тогда что он задумал?

– Это что такое? – бросая на него настороженный взгляд спросила я. – Что у тебя там?

– Это что такое? – настороженно спросила я. – Что у тебя там?

– Скоро узнаешь, – загадочно ответил Рэйнан. Потом он снял с вешалки свою куртку и сунул мне её в руки. – На вот, надень. Там может быть прохладно.

Я смотрю на него ошарашенно и вообще не понимаю, что происходит.

Куда он собрался меня вести? В эту нору? Или что там вообще такое?

– Эм… Рэй…, – вместо слов у меня вырвался нервный смешок. Растерянно хлопаю глазами. – Скажи мне, что там?

В ответ он только усмехнулся, но так ничего и не ответил. Молча снял со стены керосиновый фонарь, достал из кухонного шкафа спички и разжёг ими лампу. Так же молча подхватил корзинку, стоящую возле окна, и пригнув голову (ибо вход в «нору» был слишком низкий, а чувак слишком высокий), деловито направился внутрь.

А я, естественно, осталась стоять на месте. Что я, дура что ли лезть неизвестно куда!

Проходит примерно минута, прежде чем я слышу из глубин этой Чёрной дыры отборный мат. А потом оттуда выныривает злющая бородатая морда отшельника и, грозно сверкая глазищами, рычит:

– Ты вроде хотела помыться? Тогда одевай куртку и тащи свою тощую задницу за мной. Вход в пещеру слишком узкий – я не могу каждый раз разворачиваться за тобой. И, на вот…, – сунул мне в руки маленький фонарик на батарейках. – … свети себе под ноги. Там скользко, не упади.

Раздал команды и вновь скрылся в проёме. И только слышно, как бурчит где-то там в темноте: «Глупая самка… Глупая!».

Почему этот вечно ворчащий мужик так странно действует на меня? Стоит ему порычать, как у меня вся кожа покрывается мурашками и внутри всё дрожит… Вот только понять пока не могу отчего: то ли от страха, то ли… от возбуждения?

Второе отметаю сразу: чтобы я и это чудище лесное?.. Да ни за что!

Нет, нет и нет! Бородатые мужики точно не в моём вкусе, а уж волосатые – тем более. Да и вообще, внутренние инстинкты подсказывают, что лучше держаться подальше от таких вот экземпляров альфа-самцов.

Он же зверь настоящий! Дикий, грубый и к тому же совершенно бестактный.

В смысле у меня тощая задница?

Он что, совсем охренел?!

И вовсе она не тощая! А очень даже нормальная. По крайней мере парни в универе всегда засматривались на меня.

Индюк он невоспитанный! Вот кто он!

Из темноты снова слышится утробный рык – он гулких эхом отдаётся от каменных стен и заставляет меня в панике подчиниться.

С большим сомнением натягиваю на себя мужскую куртку. Она просто огромная, отчего я буквально тону в ней. Меня тут же обволакивает мужской запах: густой, терпкий, будоражащий. Он волнует и пугает одновременно.

Блин, на что я опять подписываюсь?!

Щелкаю фонарик и с задушенным писком: «Я уже иду», ныряю в темноту.

Глава 10

Здесь действительно холодно и сыро. А ещё очень страшно. Узкое пространство из каменных стен – оно давит с такой ужасающей силой, что хочется в панике развернуться назад. Но развернуться, как и говорил Рэй не так-то и просто.

Я никогда не страдала клаустрофобией, но сейчас чувствовала себя очень жутко. И когда на меня сверху что-то капнуло – паника тотчас достигла своего апогея. Я начала хватать ртом воздух и пятиться назад. Но тут из темноты появился Рэйнан и схватил меня за руку.

– Ты чего так медленно? Закоченеешь. Холодно здесь. Иди за мной.

И он потащил меня дальше по узкому проходу, который постепенно начал расширяться, перерастая в небольшую, но просторную пещеру. Или грот? Блин, я не знаю, как это называется, но это просто потрясающе. По крайней мере то, что мне удалось разглядеть в освещении керосиновой лампы. Сводчатый каменный потолок, стены с поблёскивающими в них вкраплениями каких-то минералов. Но самое удивительное – это настоящее подземное озеро, с поверхности которого поднимался белёсый пар.

– Ух ты! – выдохнула я восхищённо. – Это что, пещера? Офигеть!

Рэйнан хмыкнул, подошёл к камню, на котором стояла лампа и прибавил огонёк. Освещение стало немного ярче.

С поверхности воды действительно поднимался пар, значит мне не показалось. Стало быть, и вода в озере должна быть тёплая.

– Это грот с горячим подземным источником, – пояснил Рэйнан. – Вода в озере тёплая, так что можешь помыться здесь.

Я подошла ближе, присела и пощупала водичку пальцами.

Действительно тёплая. Я бы даже сказала горяченькая, но терпимая.

– Это просто удивительно! Откуда здесь это чудо? Посреди зимы… холода и снега?

– Горячие источники не редкость в наших краях. Что тебя удивляет? – пожал он плечами и сунул мне в руки корзинку, в которой лежала баночка с шампунем и кусочек мыла. – На вот, здесь всё, что тебе нужно.

Я благодарно улыбнулась в ответ.

– А здесь глубоко? – снимая куртку спросила я. – Блин, надеюсь здесь никто не водится?

– Не волнуйся… в этой пещере только мы вдвоём.

Хрипло ответил Рэйнан и, вдруг, начал раздеваться.

– Не волнуйся… в этой пещере только мы вдвоём.

Хрипло ответил Рэйнан и, вдруг, начал раздеваться.

А я в этот момент чуть воздухом не поперхнулась от неожиданности.

Он что, серьёзно?!

Таращусь на него во все глаза, как заворожённая и не могу произнести ни слова. Это же надо: меня будто замкнуло. Переклинило, блин!

А посмотреть, поверьте, было на что.

Это же настоящий альфа-самец! Я такие экземпляры только на картинках в журналах видела. А чтобы в натуре – никогда. Мощная широкая спина, грудь с выступающими на ней литыми мускулами, сильные руки. А пресс у него какой, м-м… Там же все кубики на месте! Один к одному! Ровно шесть!

Да, стыдно признаться, но я уже все их пересчитала. Не смогла удержаться.

Чёрт, такое нельзя показывать впечатлительным девушкам. Особенно, когда у них уже очень давно не было секса. Стою и пялюсь на него как дура. Слюни пускаю. Как голодная самка, ей богу. Позорище, блин! Докатилась.

Густо краснею и машинально отворачиваюсь в сторону, когда Рэйнан стягивает с себя штаны прямо вместе с боксерами.

Бли-и-и-н! Пипец!

– Эм… Рэй… что ты делаешь?

– Собираюсь искупаться, – невозмутимо отвечает он. – Разве мы сюда не за этим пришли?

– Ну… как бы да, но…, – мямлю, пытаясь подобрать слова и совладать с собственными эмоциями. – Может… ты хоть трусы наденешь?

– Тебя что-то смущает? – слышу в его голосе веселые нотки.

– Ну… вообще-то, да! – выдыхаю возмущённо, но звучит, как мышиный писк. – Ты голый и… Как я, по-твоему, должна мыться? Я не могу раздеться при тебе!

Чувствую, как за спиной вырастает мужское тело. От него исходит такой жар, что у меня мурашки волнами прокатываются по коже и дыхание сбивается, когда я слышу над ухом его хриплый голос.

– Не волнуйся, кнопка, ты не в моём вкусе. Так что, можешь смело раздеваться – я не буду на тебя смотреть.

Ах ты… орангутанг волосатый!!!

Это я-то не в его вкусе? Да это ОН не в моём вкусе!

Вот же, гад!

У меня внутри словно вулкан проснулся: закипел, забурлил… Того и гляди сейчас сорвёт крышку!

Резко разворачиваюсь, чтобы высказать этому чудищу всё что я о нём думаю, но тут же давлюсь словами, потому что опять застываю и пялюсь, пялюсь, как дура на его погружающуюся в воду мощную фигуру. На его плечи, спину и упругую задницу.

Задница у него, кстати, зачётная!

Злюсь на себя за то, что смотрю на него не отрываясь, за предательскую реакцию тела и за мысли пошлые. И на козла на этого злюсь, за то, что козёл!

Это же надо: я не в его вкусе!

Остервенело срываю с себя рубашку, которую мне вчера выдали взамен старой футболки. Психую, когда не получается сделать это быстро одной рукой. Но, когда наконец справляюсь с пуговицами принимаюсь за джинсы – стаскиваю их вниз. За ними летят трусики.

Чёрт, сама офигевая от своей смелости! Но внутри словно замкнуло что-то – по венам течёт сплошной адреналин.

Последним сбрасываю с плеч рубашку и, пока не передумала, захожу в тёплую воду.

Рэйнан

Чем я думал вообще, когда повёлся на поводу у зверя? Зачем притащил девчонку домой? Надо было лучше прислушаться к голосу разума. Сейчас жил бы спокойно и горя не знал. А так проблемы нарастают, как снежный ком. Покой потерян… напрочь! Ни о чём не могу думать кроме как о ней. Прислушиваюсь к каждому шороху в соседней комнате, ловлю каждый звук. Даже аппетит пропал на хрен, чего раньше вообще никогда не случалось. Про стояк в штанах я уже молчу. Потому что стоит мне подумать, что она лежит в соседней комнате практически голая – член становится каменным. А думаю я о ней постоянно. Чёртова человечка!

Вот и сейчас, кажется, это была плохая идея привести её в грот. Я почему-то думал, что она испугается, не полезет в воду пока я здесь. А она оголилась полностью.

Твою ж, медвежью мать!

Я чуть воды не нахлебался, когда увидел обнажённую фигурку у самой кромки воды. Красивая, засранка, что уж скрывать. Я это ещё тогда заметил, когда раздевал её бесчувственное и продрогшее от холода тело. Тонкая талия, округлые бёдра и охрененно красивая грудь с маленькими розовыми сосками. Она идеально бы вписалась в мою лапу. Я бы её и так, и эдак, и языком…

Бля-а-а… Кажется у меня опять мозги закоротило, и звериная сущность рвётся наружу. Только не хватало ещё обернуться тут при ней и выпустить свои когти. Девчонка вряд ли оценит.

Забавная она всё-таки. И носик свой вечно морщит так, что хочется сцапать в объятия, притиснуть к стене и…

Чёрт, не туда меня несёт… не туда. Хреновы инстинкты!

Десять лет жил спокойно, вдали от людей и надо же было этой мелочи свалиться с неба. Всю психику мне уже возбудила за эти несколько дней. И не только психику кстати.

Ныряю под воду и подплываю ближе, подбираюсь как хищник к застывшей жертве. Алекс сидит под водой по самую шею. Она меня не видит, но я отлично улавливаю её сжавшееся тело под толщей горячей воды. Она смелая, но не настолько, когда чувствует, что предстоит столкнуться с хищником лицом к лицу. Правильно, пусть лучше боится. Пусть держится от меня как можно дальше. Маленькая глупая человечка, она даже не подозревает насколько близко сейчас ходит по краю. Насколько тонка грань между моими принципами и желаниями зверя. Мне проще оттолкнуть её сейчас, чем отпустить потом.

Вынырнул прямо за её спиной, как долбаный маньяк в предвкушении охоты на жертву. Но девчонка уловила моё присутствие и, взвизгнув от неожиданности, забарахталась в воде теряя равновесие. Подхватил её за руку, чтобы не нахлебалась воды и рывком вытащил на поверхность. Она отплёвывается и таращится на меня безумными глазами.

– Осторожнее, здесь много острых камней, не поранься, – произношу хрипло, притягивая к себе дрожащее тело. – Тебе помочь?

– С-сама справлюсь.

Сквозь зубы огрызается эта мелочь и смотрит на меня злобным взглядом.

Самочка с коготками? Мне охренеть, как нравится!

Втягиваю ноздрями её запах, такой нежный, сладкий, манящий. И меня ведёт, будто в кровь впрыскивают запредельную дозу адреналина. Хочу отпустить зверя с цепи, дать ему волю сделать с ней всё, что он так страстно желает, но, когда девчонка начинает отталкивать меня и пищать надрывно: «Отпусти!», я прихожу в себя и беру чувства под контроль.

– Подожду у входа в пещеру, – произношу с тихим рыком и быстро выхожу из воды.

Уже на берегу натягиваю штаны пряча каменный стояк и глухо матерюсь. Такими темпами моей выдержки надолго не хватит.