355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Элис Маккинли » Маски и чувства » Текст книги (страница 5)
Маски и чувства
  • Текст добавлен: 7 октября 2016, 15:41

Текст книги "Маски и чувства"


Автор книги: Элис Маккинли



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

5

– Подъем! Просыпайся! Мы у дома!

Эдмонд открыл глаза и увидел Патрика. Тот толкал его в плечо в надежде разбудить, что у него в итоге неплохо получилось.

– Я спал? – Эдмонд потер глаза. – Сколько времени?

– Семь тридцать утра, – сообщил Патрик, вытаскивая ключи. – Я не стал тебя будить. Иди, поспи час-другой и на работу.

Эдмонд поморщился.

– Патрик, только не сегодня!

Лицо Патрика стало твердым, решительным.

– Ты обязан там быть и будешь. – Голос его стал суровым. – Хватит. Мне это уже начинает надоедать. Последние месяцы ты занимаешься только своей подружкой. Прости за нескромность, но это хамство – взваливать на меня всю работу.

Вот он, прежний Патрик, подумал Эдмонд, в своем репертуаре! Ну как могут уживаться в одном человеке такие качества характера, как верность другу и стальная требовательность.

– Если не прекратишь бездельничать, – продолжил Патрик, – применю репрессивные меры.

– Это какие же? – попытался перевести разговор на шутливый тон Эдмонд. И тут же пожалел об этом, потому что его друг был абсолютно серьезен.

– Какие? – Патрик злобно прищурил один глаз. – Вот тогда и узнаешь.

– Я же должен знать, что мне угрожает, – улыбнулся Эдмонд.

– Перестань, – одернул его друг, – я не намерен шутить. Твой отец не знает и половины из твоих подвигов на служебном поприще, я прикрываю тебя почти все время, вру, что ты ходишь на все совещания и встречи с клиентами, подписываешь и изучаешь документы. Но скоро мое терпение лопнет. Если я не в состоянии привести тебя в чувства, то у него, думаю, это получится лучше. Я расскажу все, понятно?

Эдмонд кивнул. Отец. У них никогда не было нормальных отношений. Из-за практически полного отсутствия у сына деловых качеств отец относился к нему с сочувствием. А отсюда – извечное стремление помогать, оберегать, чрезмерная жесткость, требовательность по принципу: если не соображает сам – пусть беспрекословно подчиняется. Глядишь – что-то и запомнит.

Когда Эдмонд был помладше, отец руководил им во всем. Эта излишняя опека отравила Эдмонду юность. Теперь он уже был взрослым и отца давно не боялся, однако объясняться с ним в очередной раз не хотелось.

Со временем он стал неплохо разбираться в делах, но чем больше проникал вглубь, тем сильнее становилась неприязнь к делам и бизнесу в целом. Но с другой стороны, бизнес – источник доходов.

Как хорошо, что есть Патрик, иначе объясняться с отцом пришлось бы чуть ли не каждый день. Их отношения никогда не были хорошими, а сейчас, из-за Элен, и вовсе обострились. Эдмонд давно уже перерос все юношеские обиды. Он не желал отцу зла, любил его, понимая, что тот старается ради сына.

– Говори ему, что пожелаешь. Я уже не ребенок, прятаться не стану. Посижу, послушаю и дело с концом.

– Ты невыносим. – Патрик покачал головой. – Будь я твоим отцом, я бы…

– Договаривай, – усмехнулся Эдмонд, почувствовав, что напряжение спало.

– Я бы сек тебя розгами, – рассмеялся Патрик, – за каждый пропуск или опоздание.

– Запрещено законом, сам знаешь, – парировал Эдмонд с почти издевательской улыбкой.

– Я бы получил письменное разрешение и нашел способ узаконить эту процедуру. – Патрик тоже улыбнулся.

– Пойми, я просто другой, не такой, как вы, вот и все. Не нужно лошадь заставлять выполнять работу верблюда.

– Ты опять за свое. – Патрик взялся за дверцу машины, собираясь выйти. – У тебя есть бизнес, он тебя кормит. Жизнь не спросит, чем тебе нравится заниматься, и к тому же твой отец не вечен. Однажды его просто не станет, и все обязанности лягут на твои плечи.

– Не будем об этом. – Эдмонд грустно вздохнул. – Ему стало не по себе от подобных мыслей.

– Что значит «не будем»?! – Патрик так и сидел, держась за ручку. – Мне надоел твой инфантилизм. Ты не ребенок. Сколько можно бояться и прятаться.

– Я не боюсь. Уже все решено. После его смерти я избавлюсь от компании, а ты поможешь мне сделать это с наибольшей выгодой.

– Что? – Патрик подпрыгнул от возмущения. – О чем ты говоришь?

– Давай закончим этот разговор, я уже принял решение, – твердо сказал Эдмонд.

Он вышел из машины и направился к небольшому коттеджу. Все окна в доме были занавешены шторами. Нигде не горел свет. Эдмонд поднялся на высокое крыльцо и отпер дверь. Патрик поставил машину на сигнализацию и пошел за ним. Деревянная лестница с резными перилами вела из небольшого холла наверх. Патрик догнал Эдмонда, когда тот уже почти поднялся.

– Ты серьезно?

Эдмонд знал, что Патрику тяжело будет это услышать, и поэтому никогда не сообщал ему о своих планах. Правда, он утаил от друга одну существенную деталь: он собирался половину бизнеса оставить Патрику. Как награду за труды. Но говорить об этом сейчас было слишком рано. И Эдмонд промолчал.

– Да, вполне. Не говори только отцу. И вообще никому не говори. Пусть это останется между нами.

– Хорошо, до встречи.

Патрик круто развернулся и пошел вниз. За ним хлопнула входная дверь. Потом послышались шаги, взревел мотор «мерседеса». И все стихло.

Эдмонд уже пожалел о том, что сказал другу о своих планах. Тот болел за дело всей душой. Компания была для него чуть ли не главной частью его жизни, а Эдмонд одним своим словом собирался разрушить все это великолепие, которое отец возводил кирпичик за кирпичиком в течение долгих лет.

Эдмонд вошел в свою комнату и упал на кровать. Глаза слипались, думать о будущем казалось невыносимо тяжелым занятием. И он усилием воли запретил себе это, переключившись мысленно на другой объект. Манящий и куда более привлекательный – Элен. Он сгорал от желания броситься к ней, чтобы исполнить любую ее прихоть, видеть и слышать ее каждую минуту.

Как же хорошо им было! Они провели вместе только несколько месяцев, а казалось, прожили целую вечность и никогда не покидали друг друга. Тем тяжелее было переживать разлуку. Эдмонд никогда и ни в кого так не влюблялся. Это чувство, пришедшее внезапно в первый день их знакомства, захватило его окончательно.

Первый день.

Только любовь способна заставить человека совершать столь безрассудные поступки. После весьма неприятного разговора с Патриком по телефону Эдмонд еще долго бродил по улицам в поисках подарка для Элен. Ему вспомнился ее усталый вид. Как он раньше не догадался! Самый лучший подарок для нее – это отдых.

Эдмонд достал телефон и набрал номер туристической фирмы.

– Вас приветствует фирма «Золотой берег», здравствуйте, господин Уинслоу! Чем можем вам помочь?

– Здравствуйте! Какой отдых на несколько дней вы можете предложить? Начиная с завтрашнего дня. Меня интересуют все варианты.

– Минутку, – ответил приятный женский голос.

А дальше началось перечисление разных мест и способов туда добраться с указанием цен и времени пребывания. Эдмонд выслушал все и, поблагодарив, направился к Элен. В том, что она согласится, он не сомневался. Единственной причиной, способной ее остановить, была Ингрид. Если Элен захочет, то они возьмут ее с собой, а если нет, то найдут приличное место, где ее можно оставить под надежным попечением.

Неожиданно Эдмонду пришла в голову гениальная идея, и он уверенно зашагал к дому Элен. Вот и ее квартира. Он не стал нажимать на кнопку звонка, а легонько постучал косточками пальцев по деревянному косяку. Ответа не последовало. Эдмонд постучал еще раз.

– Там кто-то есть? – спросил детский голос. – Кто там?

– Это я, Эдмонд, открой, пожалуйста.

Щелкнул замок, и дверь открылась. Ингрид отошла назад, приглашая гостя войти.

– А Элен спит, – сказала она немного растерянно, словно извиняясь за свою сестру.

– Я пришел не к ней, а к тебе. – Зачем? – удивилась Ингрид.

– Поговорить надо, – шепотом сказал он.

– О чем? – Глаза у девочки округлились.

– Понимаешь, твоя сестра очень устает на работе. – Эдмонд закрыл за собой дверь и присел перед девочкой. – Я хочу увезти ее отдыхать. Хочешь, поедем с нами?

– Я не могу, мне нужно ходить в школу.

– Понимаю. Но я все устрою.

– Как?

Эдмонд достал телефон и набрал номер.

Когда они вернулись, Элен уже проснулась и успела не на шутку испугаться. Едва они вошли, она бросилась к сестре.

– Слава Богу, что ты здесь! Где вы были?

– Мы едем отдыхать, – объяснил Эдмонд и улыбнулся самой невинной улыбкой, на которую только был способен.

– Что? – Элен уставилась на него, как будто видела впервые.

– Ничего. Я уже обо всем договорился.

Элен опустилась на стул.

– Так, стоп. Я ничего не понимаю.

Эдмонд достал из бумажника деньги и положил на стол перед ней.

– Это тебе на сборы. Купи все необходимое. Мы уезжаем на неделю. Я знаю, что ты согласна. Возьми отпуск на работе. За свой счет.

– А Ингрид?

– Побудет недельку без тебя. Я нанял женщину из службы услуг, она поживет с ней, пока тебя не будет.

– И Ингрид согласилась?

– Она понимает, что тебе тоже надо отдохнуть.

– Но…

Сказать, что Элен была удивлена, значило не сказать ничего. Но больше всего ей не понравилось то, что кто-то принимает решения, не заручившись ее согласием.

– Скажи на милость, – начала она тихим вкрадчивым голосом, всем видом показывая, что обиделась, – кто позволил тебе определять, что мне надо?

– Но ты ведь согласна? – Эдмонд сделал вид, что не заметил ее наигранной обиды.

– Не уходи от вопроса, – поправила его Элен, поднимаясь со стула.

Эдмонд засмеялся, разгадав ее игру.

– Перестань, тебе не идет притворяться. Разве тебе не хочется побывать в Греции?

– Я остаюсь дома, с Ингрид.

Элен нахмурилась. Однако ее так и подмывало рассмеяться. Она и не думала обижаться. Но вот устроить ему небольшую сцену – другое дело. Мужчина должен знать, что ему не все позволено.

Он подошел к ней сзади, и Элен почувствовала, как его пальцы коснулись ее плеч, как два горячих поцелуя обожгли кожу и золотые локоны его волос словно случайно коснулись шеи.

– Прости, – сказал он, улыбаясь, – но вопрос уже решен. К тому же на выходные они поедут в Лондон.

Элен посмотрела на Ингрид.

– Ну пожалуйста, – протянула девочка жалобным голосом. – Элен, тебе надо отдохнуть, а я прекрасно обойдусь. И я ни разу не была в Лондоне.

Он почувствовал, как Элен вздрогнула. Женщины… Эдмонд всегда любил детей. Часто его посещали самые сентиментальные мечты, в которых он сидел в кругу семьи. Ингрид сразу понравилась Эдмонду. Очаровательная малышка. Она заслужила поездку, и сестра не сможет ей отказать.

– Хорошо, – согласилась Элен, – но только я сама должна увидеться с этой женщиной. И вообще у меня много дел, так что давай встретимся завтра.

Женщина из Бюро услуг понравилась сестрам с первого взгляда, так что через час Ингрид уже называла ее «тетей Дженни» и ходила за ней как привязанная.

– Хитрец, – сказала Элен, когда они, простившись, сели в машину.

– Я никогда не научусь понимать женщин, – ответил Эдмонд. – Что за манера: отказываться от того, чего тебе самой хочется едва ли не больше, чем мне?

– Неправда, – насупилась Элен.

– Нет, правда, и не спорь. – Эдмонд был уверен в своих словах. – Правильно говорят, послушай женщину и сделай наоборот.

Элен демонстративно отвернулась к окну, и Эдмонд решил, что перебрал с упорством.

– Если не хочешь ехать, можешь остаться дома, – сказал он виноватым голосом, выражая покорность всем видом.

– Зачем же ты тогда пригласил «тетю Дженни»? Зря, получается, потратил деньги? Кстати, я могла отправить ее к маме совершенно бесплатно.

– Ну, не сердись. – Машина подъехала к дому и остановилась. – Я просто выбрал оптимальный, устраивающий всех вариант. К тому же твоей сестре будет полезно немного расширить круг общения.

Он потянулся к ней и поцеловал в затылок.

– Прости, если обидел. Готов нести любое наказание. Так мы не едем?

Элен повернулась к нему.

– Ты, похоже, не оставил мне выбора. А что с твоей работой? Все в порядке?

– Не волнуйся. – Ему не хотелось думать о том, чем обернется его авантюрное решение.

В полдень следующего дня они были в Лондоне, а вечером самолет «Бритиш эйруэйс» уже нес их в Грецию.

Элен впервые покинула «старую добрую Англию» и радовалась как ребенок, рассматривая проплывающие далеко внизу прямоугольники полей, узкие голубые ленты рек, пестрые пятнышки крыш. А потом она увидела море. Конечно, море Элен видела чуть ли не каждый день, но это море было совсем другое: оно искрилось на солнце, оно, словно по волшебству, меняло оттенки от темно-синего до светло-зеленого. Из моря вырастали глыбы островов, обвитые зеленью и увенчанные белыми «лысинами» скал.

– Что это? – спросила Элен, сжимая руку Эдмонда. – Что это за чудо?

– Никаких чудес, – рассмеялся он. – Это и есть Греция.

Эдмонд поставил будильник на десять часов и повернулся на бок. Нужно поспать, а потом обязательно пойти на работу. Иначе проблем с Патриком не оберешься. Он и так уже расстроен.

Утро выдалось солнечное. Элен открыла глаза и зажмурилась. Сквозь жалюзи сочились тоненькие лучики солнечного света. Голова совсем не болела. Она потянулась и села на кровати. Пожалуй, можно возвращаться домой. В палате, казалось, ничего не изменилось, однако, присмотревшись и вспомнив детали, Элен заметила, что в вазе поменяли цветы. Впервые отношения с мужчиной закончились для нее больницей. Ей стало смешно, когда она вспомнила, что и начались они тоже с больницы. Произошло это в той самой Греции.

Все началось еще на пристани в Пирее, откуда они должны были отправиться на острова. Их уже ожидал человек, в обязанности которого входило показать им каюту. Но в последний момент Элен все-таки удалось настоять на том, чтобы Эдмонд пошел в аптеку и купил кое-что из лекарств, на всякий случай. Несмотря на все его уверения, она была непреклонна. Встретивший их служащий теплохода сказал, что отнесет вещи в каюту, взял их и пошел. Эдмонд все еще не возвращался. Время шло, и Элен решила пройти немного вперед, чтобы рассмотреть теплоход. Его заслоняли другие суда. То, что она увидела, заставило ее вскрикнуть. Их вещи аккуратно укладывали в багажник какой-то машины.

– Задержите их! Стойте! – закричала Элен, но было поздно.

Услышав крик, двое мужчин быстро покидали чемоданы, захлопнули крышку багажника и уехали. Первое, что пришло в голову Элен, – бежать к Эдмонду. Именно это она и сделала. Но в аптеке сказали, что молодой человек, внешность которого она описала, уже вышел. Они разминулись. Элен бросилась на прежнее место, где должна была его ждать, – никого. На пристани тоже пусто. От досады и неожиданности она чуть не расплакалась. Все получилось как-то глупо. Вещи утрачены безвозвратно, ее спутник, видимо, ищет ее, но неизвестно где, сама она стоит посреди пристани и понятия не имеет, что делать.

– Элен, вас ожидают у пятого причала, – прозвучал вдруг незнакомый женский голос, доносившийся, похоже, из громкоговорителя на столбе.

Голос стих, и она изо всех сил устремилась к пятому причалу. Эдмонд действительно уже ждал ее там. Элен бросилась к нему на шею и зарыдала.

– Ну что ты, – принялся утешать ее Эдмонд, прижимая к себе сильными руками.

Впервые за долгие годы Элен ощутила, как это приятно – прикосновение мужчины. Какое оно притягательное. В его объятиях она чувствовала себя как за каменной стеной.

– Перестань. – Эдмонд улыбнулся. – Я же с тобой. Что случилось?

Элен смахнула последнюю слезу.

– Наши вещи украли, – без предисловий выпалила она, – все вещи. А я даже не запомнила номер машины. Это я во всем виновата. Такая растяпа.

Слезы вновь побежали по ее щекам, но теперь вытер их Эдмонд.

– Успокойся. Бумажник, документы у меня с собой, а тряпки – черт с ними. Мы купим новые. Будет повод походить по магазинам.

Его ладонь снова скользнула по щеке Элен – сильная, властная, способная защитить от любых невзгод в мире. И она почувствовала себя спокойно.

– Все хорошо, мы едем отдыхать. Билеты тоже со мной. И еще лекарства. Теперь-то они уж точно тебе пригодятся. Особенно успокоительное.

Он рассмеялся, показывая запечатанные в фирменный пакет препараты.

– У меня не осталось никаких вещей. Все было там.

– Я же сказал, мы все купим.

Эдмонд взял ее за руку и повел на теплоход. В каюте Элен легла на кровать и уснула. После нервного потрясения сон казался лучшим лекарством. Эдмонд укрыл ее, и, засыпая, она чувствовала, что он гладит ее по голове, перебирая длинные черные волосы. Его прикосновения нельзя было ни с чем сравнить. Мягкие, легкие, почти неощутимые и в то же время такие волнующие. И еще один момент удивил Элен, возвысив Эдмонда в ее глазах. Все это время, находясь рядом, он ни разу даже не намекнул на секс. Он позволял себе только ничего не значащие поцелуи, мимолетные прикосновения. И ничего больше.

Когда она проснулась, теплоход уже подходил к острову Кеа.

Море, солнце, золотой песок. Элен не хотелось осматривать достопримечательности. Они оба просто валялись на пляже, просто отдыхали, ни в чем себе не отказывая. На фоне этой идиллии произошедшие события показались страшным сном.

Грозы в этой местности начинались очень быстро. В один миг небо потемнело, поднялся ветер.

– Собираемся! – крикнул Эдмонд и принялся сворачивать полотенце.

Крем от загара, одежда – в считанные секунды все было сложено в сумку.

– Куда мы так торопимся? – Элен расслабилась под палящими лучами и никуда не хотела уходить.

– Сейчас будет гроза, – коротко ответил Эдмонд.

– И что? Мы ведь и так мокрые, только из воды.

– Потом объясню. Пойдем быстрее.

Пляж находился у подножия высокого песчаного холма. Люди вокруг стали быстро собираться, многие уже уходили. Ветер усилился, волны становились все выше и выше. Солнца уже не было видно за тучами. Внезапно ветер подхватил песок и швырнул в идущих людей. Многие не успели закрыть глаза, в том числе и Элен. Резкая боль пронзила зрачки, из глаз полились слезы. Эдмонд вел ее за руку. Ветер закрутил песок в воздухе, и тот впивался в кожу подобно мелким стекляшкам. От боли девушка плохо ориентировалась и полагалась только на своего спутника. Море бушевало, волны с грохотом обрушивались на берег. Потом все закончилось так же внезапно, как и началось.

– Где мы? – спросила она. Слезы по-прежнему градом текли из глаз.

– Что с тобой? Песок попал в глаза? Дай я посмотрю.

Элен убрала руки от глаз.

– О Боже! – только и сказал Эдмонд.

Она по-прежнему не открывала глаза. Боль усилилась – режущая, сухая, как будто кто-то водил по зрачкам наждачной бумагой.

– Нам нужна срочная помощь, – услышала она голос Эдмонда и догадалась, что он звонит по сотовому.

Элен боялась открыть глаза. Любые, даже совсем незаметные движения век сопровождались жуткой резью.

– Тихо, без паники, машина уже в пути. Нам очень повезло, что я дозвонился в такую погоду, – как можно бодрее сказал Эдмонд.

И правда, через пару минут послышался шум мотора. Потом она почувствовала, как ее подхватили под обе руки. В машине уже сидели люди с подобными травмами. Это сразу стало понятно из разговоров.

– Ничего, – успокаивал врач, довольно прилично говоривший на английском. – Сейчас обработаем глаза, и в течение суток все пройдет.

Эдмонд прижал Элен к себе. Она ощущала его сильные объятия и приятное прикосновение волос, мягких и шелковистых.

Врачи оказали ей помощь. Обработали глаза, наложили повязку, и на ночь пришлось остаться в больнице. Эдмонду разрешили побыть с ней только полчаса.

– Ну и отдохнули, – смеялась Элен. – Уж лучше бы мы сидели дома.

– Будем надеяться, что Ингрид повезло больше.

Врачи заверили Эдмонда, что к утру капли и мазь сделают свое дело и можно будет уехать из больницы.

– Я звонил твоей сестре, пока тебе накладывали повязку, – сообщил он. – У нее все отлично.

Ингрид… Элен снова лежала в больнице, а сестра была далеко. Как хорошо! Иначе малышка не на шутку перепугалась бы. Путевка в горный санаторий для детей во Франции – последний подарок Эдмонда. Она расстроится, узнав о том, что больше его никогда не увидит. Ведь этот человек в какой-то степени заменил ей отца. Правда, ненадолго. Сейчас Элен с улыбкой вспомнила, как они гонялись друг за другом, как собирали роботов из конструктора.

Что же случилось?

Элен перебирала свои воспоминания вновь и вновь и не могла найти в этом человеке ни одного изъяна, ни одной отрицательной черты. Даже как партнер в постели он устраивал ее полностью. Элен хорошо помнила их первую ночь. Никогда еще прикосновения мужчины не доставляли ей такого удовольствия.

В последний вечер перед отъездом, когда они уже обошли все ночные клубы и потанцевали на ежегодном карнавале, Элен сама сделала первый шаг.

Прекрасная ночь. Окна в номере были открыты, внизу, полный огней и музыки, гудел городок, вино лилось рекой, люди танцевали на улицах – привычная жизнь курорта. А небо, огромное и черное, было усыпано сотнями звезд. Ей хотелось остановить эти мгновения, чтобы они могли насладиться друг другом и не думать о времени. Эдмонд подошел к ней, заглянул в глаза, и время действительно замедлило свой бег. Это была их ночь, их мир – и страсть захлестнула обоих. Элен вдруг охватила странная робость, как если бы он был ее первым мужчиной, и Эдмонд инстинктивно почувствовал это. Он стал нежно покрывать ее поцелуями, легкими и приятными, и она почувствовала, как волна желания и удовольствия охватывает ее. Все, что происходило дальше, напоминало ей страстный танец двух тел. Его ласки становились все более и более настойчивыми, а ее тело страстно отвечало на его нежность и желание. Ей хотелось кричать от наслаждения, ей хотелось, чтобы он овладел ею немедленно, казалось, что если этого не произойдет сейчас, то она просто умрет. Элен застонала и откинулась на кровати.

– Возьми меня, – прошептала она, – я изнемогаю от твоих ласк, я хочу почувствовать тебя внутри, знать, что тебе так же хорошо, как и мне.

Она изогнулась, ощутив, как он вошел в нее, и застонала от усиливающегося возбуждения. Его ритмичные движения то убыстрялись, то замедлялись, сводя ее с ума, она испытывала необыкновенное наслаждение. Его сильные руки ласкали ее упругую грудь, ей хотелось кричать и плакать одновременно. Никакая сила не могла разлучить их друг с другом, Она чувствовала это, знала это, как будто Эдмонд был предназначен ей свыше.

– Я люблю тебя, – простонал он и взорвался внутри нее. Момент их наслаждения был так высок, что слегка оглушил мощью и напором.

– Мне очень хорошо с тобой, – прошептала Элен, чувствуя, как слезы текут по ее лицу. Они уснули, убаюканные страстью, не разжимая объятий даже во сне.

Утро было великолепно. Элен не хотелось вставать. Завтрак принесли в номер. Первая ночь с ним, божественная, потрясающая. В это утро они собрали вещи и вернулись в Англию, теперь уже точно зная, что созданы друг для друга.

Какие дни, какие ночи, сколько еще их было…

Элен снова вернулась к своей мысли. В голове не укладывалось, что он мог так поступить. Из глаз потекли слезы. Она отвернулась от окна. Зачем светит солнце, зачем по небу плывут облака, если он не с ней? Как найти в себе силы жить дальше? Элен не знала, чем отвлечься от всего произошедшего. Впервые в жизни познала она то, что люди называют любовью. Ей казалось, что это чувство не повторится никогда, что в любом мужчине она будет находить недостатки, сравнивая его с Эдмондом. Забыть? Уехать? Оставить все? Да, наверное. Иначе она умрет здесь от тоски и безысходности. Элен не знала, не представляла, где взять силы жить дальше. Не думать ни о чем. Отвлечься.

Дверь тихо скрипнула, вошла медсестра.

– Вы проснулись? – Она улыбнулась. – Сейчас принесут завтрак. Вы, наверное, очень голодны.

Только после этих слов Элен ощутила, что и вправду умирает с голоду. Подумать только, ведь вчера она вообще ничего не ела.

– Вы вполне здоровы, – продолжала сестра. – Позже зайдет врач.

Она вышла.

Завтрак был шикарным, и это заставило Элен снова вспомнить о своем спасителе. Итак, кто же он? Явно, не Эдмонд. Незнакомец? Поклонник? Просто прохожий? Слишком много вопросов, ответы на которые дать было некому.

Позже пришла врач. Выписка не заняла много времени – Элен дали несколько советов и отправили домой.

День пролетел незаметно. Вечером она позвонила в бар и отпросилась с работы еще на два дня. У нее было ощущение, что жизнь кончилась, что впереди ее ждет только серый унылый сумрак.

– Надо быть сильной, – твердила Элен засыпая. Она точно знала, что одиночество ей больше не под силу.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю