Текст книги "От подчиненных до подчиняемых (СИ)"
Автор книги: Элин Ре
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)
Глава 21
– А чем тут так вкусно пахнет? – мгновенно переключился рыжик и стал принюхиваться словно зверек. – М-м-м, – простонал он протяжно, осматривая кухонный уголок в поисках еды. – Я готов съесть целого буйвола.
– Опять забыл про еду? Я же предлагал тебе ставить будильник, – с легким недовольством отозвался Ярослав, вернувшийся следом из коридора. – Твоя любимая карбонара, – пояснил друг.
– О! Ленивые пельмени! – обрадовался Макс. – Уже готово? Можно есть? – не дожидаясь ответа, рыжик достал из настенного шкафчика тарелку и принялся быстро накладывать в нее пасту. Во всяком случае, пытаться, потому что непослушные макаронины постоянно выскальзывали и норовили упасть за “борт”. Глядя на это Ярослав недовольно закатил глаза.
– Дай сюда. Держи нормально. Вот так, – мужчина выхватил вилку из рук друга, взял из выдвижного шкафчика еще одну, ловко подхватил ими небольшую порцию и аккуратно положил ее в вовремя подставленную тарелку.
– Спасибо. В этом искусстве я пас, – Макс благодарно улыбнулся.
Они так забавно управлялись с блюдом, что я невольно хихикнула. Видеть их снова рядом друг с другом было для меня огромной радостью. Не хочу, чтобы они снова ссорились.
– Ну как? – поинтересовалась я, наблюдая за тем, как рыжик жадно уплетает спагетти.
– Объедение, – довольно отозвался он. – А вы, Алевтина Викторовна, будете? Вам положить?
– Не отвлекайся, подавишься, – по-родительски запричитал Ярослав, а сам уже раскладывал по тарелкам еду для меня и себя. Отец и непослушный сын, ей-богу.
Что душой кривить, хозяин квартиры умел готовить. Не знаю, было ли его умение необходимостью или ему просто нравился процесс, но с такой вкуснятиной только и следи, чтобы язык случайно не проглотить.
В итоге, сытые и довольные мы сидели за общим столом и обсуждали прошедшие приключения в игре. Наша спонтанная встреча шла на удивление хорошо, даже прекрасно. Я поймала себя на том, что слежу за лицами друзей, за их эмоциями, голосами, что пытаюсь уловить их взгляды, считать настроение, поймать обрывки мыслей, возникающих в их головах. Сама не заметила, как стала откровенно пялиться то на одного, то на другого. Я давно потеряла суть разговора, кивала и поддакивала, мечтая лишь оставаться за этим столом с ними как можно дольше. Однако мое внимание не осталось незамеченным. Когда Ярослав отошел мыть посуду, я не успела вовремя отвернуться, и Макс спалил меня с поличным. Мы посмотрели друг другу прямо глаза в глаза, и мои щеки мгновенно залила краска. Рыжик тоже смутился, занервничал, прочистил горло. Я ему все еще не безразлична? Он все еще… хочет меня? В воздухе зависла неловкая тишина, практически ощущаемая на коже. Я потупила взгляд и поправила прядь волос, заерзала на стуле. Как мне узнать? Не спросить же прямо? Но юлить тоже нельзя – он поймет…
– Ну что? – громко поинтересовался Ярослав, быстро справившись с тарелками. Мы вдвоем вздрогнули и сразу обернулись к мужчине. – Матч реванш? Ты же за ним приехал, а не чтобы соблазнять Алевтину Викторовну своим невинным личиком? – беспардонно поинтересовался программист, вгоняя нас в краску куда сильнее.
– Иди ты, Ярый! Я тебя уделаю в два счета, понял? – горячо возразил Макс.
– Ладно. Победителю в качестве награды поцелуй от Алевтины, – опять подбросил дров Ярослав. Я бы стала возмущаться, но быстро осознала, что он просто дает мне шанс.
– Может, и в качестве награды, а, может, и в качестве утешительного приза, – своевольно заметила я.
Макс открыл было рот, чтобы возразить, но по торжествующей улыбке его друга, я сразу поняла, что рыжик согласится. Так и случилось. Продолжая смущаться Макс коротко кивнул.
– Ну и хорошо, – смиренно добавил он.
Друзья поднялись из-за стола и направились к кровати, где удобно расположились у спинки каждый с джойстиком в руках. Ярослав включил телек, игровую приставку, поманил меня рукой, похлопал по кровати ровно между ним и Максом. Там как раз хватило бы мне места. От перспективы сидеть зажатой между двух друзей меня охватил легкий жар. Чертов Ярослав… Он же отлично знает, что я чувствую! Издевается, сволочь. Смакует. Нагло ухмыляется, наблюдая как я на дрожащих ногах подхожу и залезаю на кровать. Именно ту кровать, где мы всего четыре дня назад занимались сексом втроем. Если я и умею мастерски делать вид, будто ничего не произошло, то сейчас у нас целое театральное представление! И именно сейчас я совершенно не хочу в нем участвовать. Не могу отвлечь себя, переключиться. Перед глазами картины, как я наконец обнимаю Макса, как жмусь к нему, как слышу его короткие невероятно сладкие вздохи, как он нежно обращается ко мне, ведет рукой по волосам, лучезарно улыбается. Как говорит, что прощает меня, а я радостно говорю в ответ, что не надо никого делить, что я люблю обоих, что большего всего на свете мечтаю видеть их счастливыми. Его и Ярослава. Вместе. Втроем. Я до боли укусила губу, пытаясь вырвать себя из плена несбыточных фантазий. Вот же идиотка.
И если б только Ярослав осадил меня, охладил мой пыл, но он ведь сам чокнутый! Он сам мне предлагал в пятницу рай с Андреем! Поселил идею, а она разрослась, укоренилась в моем мозгу, что не вырвешь, не выдерешь – у нее, как у корня одуванчика, так или иначе остается маленький отросток раз за разом вырастающий в полноценный цветок. А сейчас, когда они так близко, когда можно ощутить тепло их тел, шум их дыхания, едва заметно прикоснуться к одному, прикоснуться ко второму, разве я могу сдержаться? Разве мое тело может не ныть от настойчивого возбуждения, не желать ласк, поцелуев, большего? Замотаться бы с головой в одеяло, спрятаться под кроватью, запереть себя в тулате. Что угодно сделать, лишь бы избавиться от этого навязчивого невыносимого чувства!
– Играем лучший из пяти, – вырвал меня из транса громкий голос Ярослава.
– А чего не из ста? Думаешь, увеличишь свои шансы? – подколол Макс.
Ребята выбирали на большом экране двух противоборствующих персонажей. Программист взял обещанного “Хладнокровного” – человекоподобную ящерицу в кожаных доспехах, а рыжик – полуобнаженную, я бы даже сказала, символически одетую в обрывки ткани, едва прикрывающие женские прелести, блондиночку с короной на голове по имени “Сюсанна”. Ну и размерчик у нее… Это десятый? Она убивает грудью?.. Мой третий и рядом не стоял. Я бы в ее мире сошла за мужика.
– Сила сисек, вперед! – радостно воскликнул Макс, и началась ожесточенная битва между друзьями.
Ящерица крутилась как юла, периодически поигрывая обнаженными мышцами торса, а Сюсанна эротично выгибалась и стонала чуть ли не при каждом шаге. Персонажи на экране мутузили друг друга похлеще, чем в рестлинге: кидались предметами, прыгали на противника с высоты, хватали за разные места и швыряли на десяток метров прочь. Первый раунд выиграл Ярослав.
– Ха! – довольно хмыкнул программист.
– Я просто не разогрелся, – отмахнулся Макс. – Давай! Лучший из пяти.
Начался раунд второй. Обилие эффектов и сменяющихся ракурсов в игре на некоторое время увлекли меня, что я даже позабыла о собственном сексуальном возбуждении. Пару раз я недоумевающе схватилась за лоб, мысленно отмечая с какой любовью и усердием крупным планом показывают надутые “шары” Сюсанны, пока она вытворяет очередной супер-замудренный удар. По сравнению с теми, кто делал эту игру, я вообще даже ни разу не озабоченная!
Второй раунд остался за Ярославом.
– Ладно, ладно, ты и правда хорош, – со вздохом признал рыжик и улыбнулся. – Я сейчас. Меня просто отвлекает один фактор, – признался он и поднялся с кровати. – Вернусь и покажу тебе кузькину мать.
Я на мгновение испугалась, что в качестве отвлекающего фактора Макс имеет в виду меня, но причина оказалась куда прозаичнее. Он отправился в туалетную комнату.
– Ну как? Ты довольна? – дождавшись, когда друг скроется в коридоре, тихо спросил Ярослав и повернулся в мою сторону.
– Я довольна так, что хочу тебя убить, – пробурчала я.
– Ничего нового. Я привык, – отшутился мужчина. – Но не советую тебе сомневаться. Ты по-прежнему ему нужна.
– С чего ты взял? – слова программиста заставили мое сердце тревожно екнуть.
Ярослав отложил джойстик и демонстративно показал мне пять пальцев.
– Он свежевыбрит и причесан, – начал он и загнул большой палец. – На нем любимая голубая рубашка, – загнул указательный. – На нем чистые новые носки, – следом загнул средний. – Он постоянно отводит от тебя взгляд, – пришла очередь безымянного. – И он точно мечтает о поцелуе с тобой, – мужчина издевательски пошевелил оставшимся не загнутым мизинцем. – Рискни, и поймешь, что я прав. Или ты думаешь, что он наряжался, пока зависал днями и ночами в Эверенде? Ему до меня ехать на такси двадцать минут максимум. Он попросил час. Вот и сопоставь факты.
А ведь он прав… Я ничего не заметила, не обратила даже внимания, а ведь так и есть! Важные мелочи, небольшие детали. Не любимая рубашка Макса, а моя любимая. Я ему сказала тогда на деловой встрече полгода назад, что ему очень идет небесно-голубой цвет. Я ему говорила не приходить в офис растрепанным и один раз пристыдила на счет дырявого носка. Так смешно было, так глупо и забавно, а он все запомнил, прошелся словно по чеклисту прежде, чем прийти сюда.
– Лови птицу удачи, иначе она улетит, – подытожил Ярослав окончательно сбив меня с толку и растревожив. Как мне теперь поступить?
Углубившись в непростые рассуждения, я даже не сразу заметила, что вернулся Макс. Тайком взглянула на него, пока он был занят третьим раундом битвы: глаза немного красноватые, сосредоточенные, но по-прежнему ясные и с озорным блеском, нежно-розовые губы в полуулыбке до одури манящие, на вид чертовски приятные, прическа уже успела чуть растрепаться, на лоб упала прядь из косой челки, под воротом рубашки видно грудь с редкими светлыми волосками и ключицы, рукава загнуты до локтей, можно проследить как напрягаются мышцы предплечья, выполняя на джойстике очередную сложную комбинацию из кнопок, на узких бедрах кожаный ремень в петлях темно-коричневых хлопковых брюк. Рыжик издавал забавные звуки, увлекшись игрой, то мычал, то вздыхал, иногда даже разочарованно постанывал, когда его Сюсанне доставалось по полной. Какой же он притягательный…
Тем не менее, на последнем издыхании сексапильной блондинке удалось перехватить инициативу и совершить решающий удар. Макс мгновенно обрадовался, преобразился, засиял улыбкой и торжествующе воскликнул:
– Сила сисе-е-ек!
Ярослав с досадой покачал головой, а я невольно хихикнула. Мой взгляд встретился со взглядом рыжика, и, кажется, мы опять оба смутились. Во всяком случае, я четко ощутила на ушах жар, а Макс быстро отвернулся в сторону экрана. Что же мне делать? Я потратила столько усилий и времени, чтобы вытащить его из дома, а сейчас не могу решиться. Тело стало словно чужим, неуправляемым, деревянным.
– Два-один, мне достаточно единственной победы, – заметил Ярослав, и их противостояние продолжилось.
Судя по времени на один матч, у меня осталось всего шесть минут. И не важно, кто победит или проиграет. Важно, смогу ли я преодолеть оцепенение. Предпоследний раунд выиграл Макс, пошел решающий, а мне уже и воздуха стало не хватать, на лбу выступили маленькие капли пота, в груди дрожь, в крови адреналин, низ живота заполнила сладостная тяжесть. Может, подождать? Перенести на другой день? Нет, так рисковать нельзя. Начать со слов? Попытаться рассказать о своих чувствах? Тоже не пойдет, от волнения все мои формулировки превратятся в тыкву.
Борьба между друзьями приобретала нешуточный оборот, схватка разворачивалась с каждой секундой ожесточеннее. Заранее никак нельзя было определить, кто одержит победу. Ребята щелкали джойстиками словно полоумные. Нет уж, такие игры явно не по мне! Последний удар, перехват и…
– Да-а-а! – восторженно крикнул Макс чуть подскочив на месте.
– Да как-то?! – с другой стороны не менее громко возмутился Ярослав, в недоумении указывая повернутой вверх ладонью на экран. – Я был так близок!
– Ты сражался как лев, мой друг! Твои тренировки не прошли даром! – уважительно поддержал проигравшего рыжик. Они пожали друг другу руки и оба засмеялись. Теплота в отношениях между ними окутала меня, опьянила, вызвала щемящее желание раствориться в ней и стать ее частью.
– Ладно, приз твой. Я готов признать – сила сисек сильнее силы ящериц, – произнес программист, напоминая об уговоре перед игрой. – Алевтина Викторовна, наградите победителя.
Макс, будучи на волне позитивных эмоций, не придал серьезного значения “награде”, подставил мне для поцелуя щеку, еле сдерживая улыбку, а вот я почти сдрейфила, с трудом подавила панический импульс, требующий немедленного побега. “И он точно мечтает о поцелуе с тобой” – всплыла в голове фраза Ярослава. А как же я? Я ведь сойду с ума от прикосновения. Я слишком хочу Макса, я слишком соскучилась по нему. Импульс мне придал толчок программиста, жесткий, практически хамский, он буквально опрокинул меня на друга. Рыжик сразу же заботливо подхватил меня, предотвратил падение, удержал за талию, чем окончтельно сорвал все замки. Ничего больше не осознавая, я приникла губами к губам Макса, прижалась к нему, что было сил, словно к самому дорогому в жизни. Мужчина коротко выдохнул, его пальцы крепко обхватили меня. Потеряв контроль, он страстно ответил и глухо простонал, но лишь на секунду, до боли короткую, невесомую, скоротечную. Рыжик вскочил, отпрянул от меня ошпаренный, вырвался из моих объятий, оставив на коже лишь отголоски спонтанной близости. Меня сразу парализовал страх. Неужели, спугнула? Неужели все испортила? Неужели я снова его потеряю?
– Алевтина Викторовна, вы…, – растерянно пролепетал Макс, стоя рядом с кроватью, так близко и так далеко одновременно. Он не знал, как реагировать, не знал, как должен себя вести. – Вы же вместе я Ярославом… Зачем вы…
– Я пытался ее уговорить, но она думает только о тебе, – вмешался программист. – Она сделала все, чтобы ты пришел. Я бессилен.
– В каком смысле?.. Что это значит? – ошарашенно переспросил Макс. Брови на его лице удивленно взметнулись, взгляд широко раскрытых глаз бегал между мной и другом.
Ярослав устало вздохнул, а я у меня наоборот грудь сперло, ни вдохнуть – ни выдохнуть. Сейчас не время для паники, Алевтина!
– Это правда. Макс, выслушай, пожалуйста. Ты нужен мне. Ты и Ярослав. Вы оба! – выпалила и зажмурилась. Страшно смотреть, страшно увидеть последствия.
– Не слушай этот бред. Она немного перенервничала сегодня, – услышала позади голос программиста. – Короче, я вас оставлю. Макс, дай ключи от своей квартиры, я переночую там. Судя по шороху Ярослав поднялся с кровати. Предатель! Что он несет? Он должен был помочь!
– Я ничего не понимаю. Я только смог хоть немного смириться, хоть немного в себя прийти, а вы… Вы издеваетесь надо мной, да? – тон рыжика наполнился разочарованием. – Я понимаю, Ярый, что тебе весело наблюдать за моей беспомощностью, но вы, Алевтина Викторовна? За что вы так со мной? За то, что влюбился в вас? За то, что посмел? За то, что допустил ту ночь? Теперь вы мучаете меня. Смеетесь надо мной. Неужели я настолько обидел вас, что заслужил подобное?
– Что? Нет! – тут же вскочила я и запротестовала. – Нет! Как ты мог подумать такое? Я знаю, что прошу слишком много, знаю, что у меня нет такого права и ты можешь ненавидеть меня, но… Та ночь была самой лучшей в моей жизни! И я не… я не про секс, то есть не совсем про секс, – мысли смешались, речь посыпалась. Со стороны я бы сама подумала, что говорю полную несуразицу, что совсем тронулась умом. И я точно тронулась, раз пытаюсь уговорить двух мужчин быть со мной одновременно. Макс обреченно ждал продолжения, бледный, расстроенный, убитый. Ярослав как ни в чем не бывало убирал ноутбук в чехол, готовился на выход. Я так не могу!
– Ярослав, мать твою, Берг! Сядь немедленно на кровать или я заставлю тебя это сделать силой! – взорвалась я. – Ты тоже, Макс! И пусть никто из вас даже не шелохнется, пока я не договорю! – перешла почти на рык, окатила обоих волной неконтролируемой злости, подкрепила слова делом: схватила программиста за руку, потащила за собой, толкнула рыжика в ту же сторону. Усадила их рядом словно непослушных детей. Мужчины нехотя поддались. – Вы оба! Знаете кто вы? Нет ни одного цензурного слова, чтобы передать, что я о вас думаю! Вы – эгоисты! Один делает вид несчастной жертвы, другой – в своих влажных мечтах, представляет себя вселенским злодеем! А в итоге, я вижу перед собой двух трусов, не способных нормально решить проблему! Я не вещь, чтобы меня делить как вам вздумается! Или что, вы решили будто можете окружать меня заботой, проявлять внимание, дарить крышесносный секс и потом просто взять и свалить под звуки фанфар? Да черта с два! Я с вас две шкуры сниму за ваши выходки! И если уж кто и над кем издевается, так это вы надо мной! Я тут стараюсь изо всех сил, пытаюсь не унывать, пытаюсь помирить вас! Или вы думаете, мне круто быть в роли камня преткновения? Классно смотреть, как вы определяетесь, кому жертву приносить? С меня хватит! Давайте решим все просто: либо я буду с вами обоими, либо не буду ни с кем. Как вам такой ультиматум? Алевтина Викторовна ку-ку. Вы довели меня, доигрались! Поняли? – едва успевая переводить дыхание, вывалила на двух друзей, сказанула, так сказанула, поддалась действию момента.
В квартире воцарилось тягостное молчание. Мужчины поникли, опустили взгляды в пол. Ну и дура. Теперь точно все. Зе энд, ауфидерзейн, сайонара. Нафантазировала сама себе, подсыпала зерен в и так густо заваренную кашу. Теперь точно мосты сожжены и слова обратно не заберешь. Поплетусь домой одна-одинешенька, через полгода, может, оклемаюсь, через годик смогу сходить на свидание. Но забыть произошедшее уже не смогу. Никогда.
Не поднимая головы, рыжик наконец негромко спросил:
– Ярый, ты знал?
– Что именно? – не понял друг.
– Что мы оба… нужны ей? – с трудом подбирая формулировку произнес Макс.
– Да, – коротко ответил программист.
– И что… что ты думаешь об этом?
– Звучит как дерьмовый план, на который ты никогда не согласишься, – честно заметил Ярослав.
Рыжик кивнул.
– Мне нужно прогуляться, – твердо заявил он и поднялся с кровати. – Ярый, ты пойдешь со мной.
– Нахера? Хочешь морду мне набить? – устало поинтересовался друг.
– Я подумаю.
– Ладно. Пошли, – Ярослав тяжело выдохнул и двинулся вслед за Максом. Без единого слова они оделись и вышли за порог квартиры, оставили меня наедине с едкими сожалениями и упадническим настроением.
Пожалуй, мне тоже пора собирать вещи. Даже если они вернутся, то у меня нет никакого желания слышать их отказ. И так все ясно. Сейчас они обсуждают мою протекшую крышу, удивляются, как им попалась настолько долбанутая начальница и в какой форме подавать заявление. Конец моим приключениям. Больше никакого тепла и никаких влюбленных взглядов. Больше не почувствую их прикосновений, не посижу рядом, не услышу их голосов. Мы больше никогда не сыграем вместе в онлайн-игру и не позавтракаем приготовленной Ярославом едой. Лучше синица в руке, чем журавль в небе – гласит пословица, а у меня в руках останется только тяжелый ком из колючих воспоминаний.
В горле пересохло. Я набрала в стакан воды и залпом выпила. Ноут собрала, крем в сумку положила. Зубную щетку тоже заберу, выброшу по дороге.
Внезапно проснувшаяся во мне деловитость заполнила душевное пространство, перекрыла доступ к бурлящему котлу из боли и невыплаканных слез. Если начну, то не остановлюсь. Прилягу здесь на пол, и мужчинам выносить меня придется, чтобы освободить место. Нет, я и так уже довольно себя скомпрометировала. Как-нибудь перетерплю до дома, а там хоть трава не расти. Я помыла стакан, в очередной раз оглядела комнату в поисках забытых вещей, ни одной не заметив, накинула на себя плащ, одела ботинки, повесила на плечо сумку с ноутом, проверила лежит ли в кармане телефон. Пора.
Потянулась уже провернуть замок на двери, как тот крутанулся прямо под пальцами. Дверь резко распахнулась, повеяло холодом, на меня налетел Ярослав, не сразу заметив перед собой. Я пошатнулась, потеряла равновесие, невольно схватилась за него, повисла на шее. Программист удивленно воскликнул, принимая меня в объятья.
– Ого! Не думал, что за пять минут ты успеешь так соскучиться, – усмехнулся он, подхватывая меня под колени и беря на руки. – Куда ты собралась на ночь глядя? Думала сбежать под покровом тьмы?
Я пискнула и попыталась вырваться, но в итоге лишь чуть не обронила ноут, а его мне ломать совсем не хотелось.
Ярослав быстро понес меня вглубь квартиры и кинул на кровать, точнее, позволил мне мягко упасть, потому что я стала брыкаться и пихать его локтем.
– Да тише ты! – шикнул на меня мужчина и не снимая верхней одежды сел рядом на корточки. Поправил съехавшие у носа очки.
– Алевтина Викторовна, – рядом на кровать запрыгнул Макс, тоже прямо в пальто, подобрал под себя ноги. На лицах друзей больше не читалось раздражение или расстройство, скорее требовательное внимание. С таким выражением обычно приходят на переговоры. – Нам нужно кое-что уточнить.
Настрой ребят испугал меня. Еще пару секунд назад в моей голове исход событий был понятен. Да, он был неутешительный, но хотя бы предсказуемый, а куда теперь пойдет наш разговор? Не хочу, чтобы они ненароком дали мне ложную надежду.
– Правда, что вам нравится, когда вас…, – рыжик замялся, но быстро взял себя в руки. – Когда с вами жестко?
Щеки вмиг загорелись от постыдной краски. Это Ярослав меня сдал?! Вот же засранец! Я же с ними обоими попрощалась только что мысленно, и тут такой интимный вопрос, прямо от рыжика! Уставились на меня и ждут, пока я от смущения помру! Да что тут вообще происходит?!
– Алевтина Викторовна, пожалуйста. Это важно, – поторопил Макс, чем совершенно меня обескуражил.
– Правда, – выпалила я и закрыла лицо руками. В окружении мужчин мне неловко, мне неуютно. Они оба затаились хищниками, разглядывают меня, думают, с какой бы сторон откусить, а я жмусь, кутаюсь в плащ, как могу, будто только он и способен меня от них защитить.
– Кто вам нравится больше? Я или Ярослав? – продолжал допрос с пристрастием рыжик.
– Вы оба. Оба одинаково – пряча эмоции за ладонями пробубнила я, желая каждой клеткой тела провалиться сквозь землю.
– Правда, что ты доставала меня два дня подряд, чтобы я помог тебе выцепить Макса? – перехватил эстафету программист.
– Правда, – вынужденно подтвердила я, переставая вообще понимать, куда они ведут.
– Алевтина Викторовна, вы хотите быть с нами… только из-за секса?
– Чего-о-о? – возмущение перебороло стыд. Я открыла лицо и осуждающе посмотрела рыжику в глаза. – Ты за кого меня принимаешь? Головоуй ударился? – в жилах закипел праведный гнев – Да я…
Закончить мысль и рассыпаться в оправданиях мне не дали. Ярослав подскочил со спины и крепко обнял меня.
– Последний вопрос. Кто лучше целуется? – ехидно поинтересовался он.
В ответ я пихнула наглеца в бок.
– Ну ты и дурак! – огрызнулась я, но сама обрадовалась до мурашек прикосновениям мужчины пусть и через толстый слой верхней одежды.
– Алевтина Викторовна, – вернул на себя внимание рыжик и осторожно взял меня за руку. – Сама мысль делить вас заставляет меня злиться. Как представлю что вы с кем-то еще… и хочу всех бандитов в Эверенде перебить. Но Ярый… Он самый близкий мне человек. У меня нет больше никого, Алевтина Викторовна. Отец в детстве ушел, а мама… Она умерла пять лет назад. Поэтому я так боялся. Я боялся, что понадеюсь зря. Я знаю, что вы злитесь на меня. Я струсил, вы правы. Мне не стоило связывать с вами столько надежд, это было очень наивно с моей стороны. Но я не мог иначе. Прокручивал раз за разом сцену, как вы смеетесь надо мной, как отказываете, как… – мужчина замолчал, потупил взгляд.
– Макс…, – невольно произнесла я. У сердца разлилась волна щемящей нежности к мужчине, неконтролируемое желание обнять его и крепко к себе прижать. Я и не знала, что у него никого нет! – Прости меня, Макс. Ты не виноват, это я слепая… Я должна была спросить! Как же так…
– Я не ради жалости вашей рассказал. Просто хотел, чтобы вы узнали причину. Если честно… меня до сих пор от страха колотит. Когда вы сказали, что хотите быть со мной, с нами обоими, у меня внутри что-то щелкнуло. Наверное, это большая ошибка, но если только так я смогу вас заполучить, то я готов попробовать. Наверное, вы ведьма, раз смогли нас охмурить, – рыжик неловко рассмеялся. – А, может, все дело в порно-комиксах, которыми мы с Ярым слишком сильно в свое время увлеклись…, – коллега улыбнулся шире и пожал плечами.
– О, они точно оказали влияние, – весело протянул второй из-за моей спины. – А Алевтина у нас просто адепт гермного жанра. Любит концовки, когда все мужчины достаются ей.
– Эй! – в шутку возмутилась я, уже на пути к седьмому небу от счастья.
– В любом случае… Один я бы никогда не решился. Пусть я был и очень обижен на Ярослава, но он показал мне, каково вас потерять. Поэтому я хотел бы извиниться. Я не должен был зарывать голову в песок. Как выяснилось, другая часть тела все равно остается снаружи, – продолжил рыжик и грустно усмехнулся. – Прости, Ярый, простите меня, Алевтина Викторовна. Вы мне… стали второй семьей, – Макс говорил ровно, очень мягко и проникал своими словами прямо в душу. Ярослав коротко выдохнул и сжал меня крепче.
Невольно я вспомнила, что програмист был влюблен в друга. Любит ли сейчас? Тяжело ли ему услышать столь приятные с одной стороны фразы, но с другой… возможно, они мучительны? От груза свалившейся на плечи ответственности в первый момент я немного испугалась. Добилась своего. Получила согласие, получила признание, даже больше – получила и то, на что не рассчитывала. Смогу ли я оправдать ожидания, не наделать глупостей, не поранить? Не прощу себе, если все испорчу. Моя растерянность длилась недолго, её сменила пронзительная, запредельная радость, когда рыжик пододвинулся ближе, и я оказалась в крепких объятьях двух самых прекрасных мужчин. Не могу поверить, что они будут теперь со мной…
– Алевтина Вик…, – собирался что-то ещё добавить Макс, не выпуская из объятий, но я перебила его.
– Просто Алевтина, Макс. Пожалуйста.
– Ей нравится “Лёва”, – подсказал программист.
– Не тигрица? – игриво уточнил рыжик.
– Я тебе покажу тигрицу! – недовольно буркнула я. – В леопардовых лосинах, блин!
– Звучит заманчиво. А они будут облегать? Я бы на тебе их порвал, – шепнул Ярослав и тихо рассмеялся.
Лицо вновь вспыхнуло от стыда. Только сейчас до меня понемногу стало доходить, что я буквально окружена и взята коллегами в плен. Макс отстранился и ласково погладил меня по щеке, тепло улыбнулся. Он выглядел счастливым.
– Можно я поцелую тебя? – от робкого вопроса рыжика я вся замлела, зарделась перед ним. Обессилела.
– Конечно…
И почему у меня так сердце стучит, будто внутри меня паровоз? Это всего лишь поцелуй. Я ведь уже спала с Максом! И пусть я мало что помню, кроме невероятного удовольствия, я не должна так сильно волноваться. Не должна…
Мужчина прильнул к моим губам. Провел по ним языком, и я приоткрыла рот, углубляя поцелуй, заводясь от медленных вкрадчивых прикосновений. Нам больше некуда спешить.
Ярослав принялся стягивать с меня плащ, хотя жарко мне было не только от него, снял куртку и с себя, стал покрывать шею нежными поцелуями. Острый приступ возбуждения прошелся электрическими разрядами по телу. В отличии от прошлого раза, сейчас мой разум не был затуманен алкоголем и чутко воспринимал ласки мужчин, отзываясь сладкой истомой между ног и мурашками по коже. Я скинула пальто с рыжика, приобняла за плечи, невольно простонала, когда его руки скользнули под свитер. Ярослав не стал церемониться и попросту снял его с меня, крепко обхватил пальцами за подбородок и заставил выгнуться, подставить рыжику грудь. Громко и часто дыша от возбуждения тот охотно принял подарок, впился в выпирающие из бюстгальтера груди губами, скользнул языком под чашечки, задел набухшие и ставшие чувствительными соски. Я уже готова была наброситься на мужчин и изнасиловать их, сгорая от всепоглощающей волны страсти и желания, попыталась вырваться и перехватить инициативу, но не тут то было.
– Даже не думай, Лёва. Помнишь, что ты мне сегодня обещала? – лишь усиливая хватку спросил Ярослав и не дожидаясь ответа продолжил. – Ты обещала стать самой послушной девочкой на одну ночь. Будь послушной – дай нам сполна насладиться тобой.
Не может быть! В момент, когда я уже не могу себя сдержать, я должна бездействовать и подчиняться его воле! Только и остается изнывать и молить о большей близости, надеяться, что они не заставят меня долго страдать от тянущей пустоты внутри. Как назло Ярослав запустил похотливые пальцы мне под джинсы, бесцеремонно вторгся к самому сокровенному местечку, провел по влажным складкам, остановился на клиторе, настойчиво поглаживая его. Макс расстегнул бюстгальтер, сжал руками грудь и снова поцеловал меня. Глубоко и нежно. Я была готова вот-вот кончить и громко простонала в губы рыжику. Его друг совершил еще пару размашистых движений, подводя меня к пику, и резко прервался. Мне не хватило совсем немного! Я недовольно зарычала, заерзала между мужчин. Ярослав только тихо рассмеялся, довольный своей выходкой. Ненавижу!
– Тебе придется попросить, Лёва. Просить у Макса, чтобы он заставил тебя кончить. Этим вечером он – спонсор твоего удовольствия, а я буду спонсором мук, – лукаво произнес он.
– Что ты собираешься делать? – опасливо спросила я, уже чуя подвох. Они точно не дадут мне забыть эту ночь!
– Макс, нужна командная работа, – программист усмехнулся, отвлекая рыжика от моих плеч.
– К выполнению готов, – шутливо отозвался друг и стал ожидать дальнейших указаний.
– Ты должен ласкать там, где я сделаю больно.
– Что? Но ведь…, – по лицу Макса пробежала тень испуга, я тоже дернулась, не веря своим ушам.
– Не волнуйся. Больно будет совсем чуть-чуть, – хитрым тоном проворковал Ярослав, заводя руки мне за спину и зажимая между нашими телами. – Сними с нее все лишнее.
И вот я перед ними в чем мать родила! Оба мужчины одеты, даже торса не обнажили, а я в таком постыдном положении, заключена в железную хватку! Почему Макс потакает ему? Разве он не должен был пресечь садистские порывы друга и спасти меня? Нечестно! Я ведь и в ответ ничего сделать не могу, ни потрогать, ни погладить, ни полизать… Неужели им хорошо просто от того, что они делают это со мной?..
Ярослав коротко замахнулся и обжег меня пощечиной. Боль вспыхнула в мозгу яркой искрой, заставила меня вздрогнуть, прошлась во всем теле кратковременным напряжением, прыснула в кровь адреналин. Не сильная, щадящая, унизительная. Макс на мгновение оцепенел, поборол первый порыв защитить меня.
