Текст книги "Грани предательства (СИ)"

Автор книги: Елена Ткачева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

Глава 15 Аделина понимает, что снова может доверять мужчине

Аделина проснулась от дождя.

Он всё ещё шёл за окном, но теперь звучал тише – ровно и спокойно, словно ночь забрала с собой его силу. В комнате было серо от раннего утра. Сквозь неплотно закрытые шторы пробивался холодный свет.

Несколько секунд Аделина не понимала, где находится.

Потом почувствовала тепло рядом.

Виктор спал на спине, положив одну руку под голову. Его лицо в утреннем свете казалось непривычно спокойным. Не было привычной сосредоточенности, строгих линий вокруг губ и настороженного взгляда, который он носил днём.

Аделина осторожно повернулась к нему.

Никогда раньше она не рассматривала его так близко.

Первые седые пряди у виска.

Едва заметный шрам возле брови.

Тень усталости на лице.

Виктор не был безупречным, и от этого казался настоящим.

Аделина протянула руку и едва коснулась его плеча.

Он проснулся почти сразу.

– Доброе утро, – хрипло сказал он.

– Я тебя разбудила?

– Нет. Я плохо сплю рядом с красивыми женщинами.

– Лжец.

– Да.

Он улыбнулся и притянул её ближе.

Аделина позволила себе устроиться у него на груди. Раньше подобная близость вызвала бы тревогу. Ей захотелось бы немедленно проверить телефон, найти повод встать, заняться делами и вернуть привычный контроль.

Но теперь она просто лежала рядом.

Не ждала обвинений.

Не боялась неловкого молчания.

Не пыталась угадать, о чём он думает.

– Ты жалеешь? – спросил Виктор.

– Ты уже спрашивал.

– Сейчас утро. Это новый вопрос.

Аделина провела пальцем по складке на его рубашке.

– Нет.

– Уверена?

– Да.

– Хорошо.

Он не стал спрашивать дальше.

Именно это удивило её больше всего.

Виктор не требовал подтверждений. Не заставлял её произносить слова снова и снова. Он просто принял её ответ.

Аделина закрыла глаза.

– Я думала, что утром всё будет иначе.

– Иначе?

– Неловко. Страшно. Я буду сожалеть.

– А сейчас?

– Сейчас спокойно.

– Это хорошо?

Она задумалась.

– Очень.

Виктор поцеловал её в волосы.

– Тогда пусть утро будет спокойным.

Они долго не вставали.

За окном шумел город, в соседнем доме открывались окна, где-то внизу проехал первый автобус. Обычная жизнь продолжалась, словно ночью ничего не произошло.

Но для Аделины всё изменилось.

Она впервые проснулась рядом с мужчиной и не почувствовала себя пленницей собственного решения.

У неё не было ощущения, что теперь она что-то должна. Не было страха, что близость станет аргументом в будущем споре или оружием, которое однажды направят против неё.

Виктор не забирал её свободу.

Он оставлял её рядом с ней.

– О чём ты думаешь? – спросил он.

– О доверии.

Он замолчал.

– Это опасная тема, – произнёс Виктор.

– Почему?

– Потому что доверие легко потерять.

– А трудно получить.

– Особенно после того, как тебя предали.

Аделина подняла голову.

– Ты понимаешь?

– Лучше, чем хотел бы.

Она внимательно посмотрела на него.

– Тебя тоже предавали?

Виктор отвёл взгляд.

– Да.

– Ева?

Его лицо стало серьёзным.

– Не только она.

Аделина не стала настаивать.

Раньше она бы потребовала ответа. Попыталась бы вытянуть из него каждую подробность, потому что считала: если человек молчит, значит, он что-то скрывает.

Теперь она понимала разницу между тайной и личной болью.

Виктор не отказывался говорить.

Он просто ещё не был готов.

И Аделина впервые смогла принять это.

– Ты расскажешь, когда сможешь? – спросила она.

– Да.

– Не потому что я потребую?

– Потому что буду хотеть, чтобы ты знала.

Она кивнула.

Это было простое обещание.

Но для неё оно значило больше, чем громкие признания.

Через час они сидели на кухне. Аделина готовила кофе, а Виктор пытался найти в шкафах что-нибудь съедобное.

– У тебя есть только кофе, вода и три лимона, – сообщил он.

– Ещё есть печенье.

– Где?

– В верхнем шкафу.

Виктор открыл дверцу, достал коробку и посмотрел на неё.

– Срок годности закончился месяц назад.

– Значит, оно выдержанное.

– Это печенье, а не вино.

– Ты слишком придирчив.

– Я спасаю тебя от пищевого отравления.

– Как благородно.

Он поставил коробку на стол и взял телефон.

– Я закажу завтрак.

– Не нужно.

– Нужно.

– Я могу сама.

– Я знаю.

– Тогда почему ты всё время пытаешься что-то для меня сделать?

Виктор положил телефон экраном вниз.

– Потому что хочу.

Аделина замолчала.

Раньше забота всегда имела цену.

Артём мог заказать ей завтрак, подарить украшение или забрать её после работы, но потом напоминал об этом в споре. Не напрямую – иногда одной фразой, иногда взглядом, иногда молчанием.

«После всего, что я для тебя сделал…»

Эта фраза постепенно превратила любую помощь в долг.

Теперь Виктор просто хотел накормить её.

И не ждал благодарности.

– Ты злишься? – спросил он.

– Нет.

– Тогда почему так смотришь?

– Я пытаюсь привыкнуть.

– К чему?

– К тому, что помощь может быть бескорыстной.

Виктор ничего не сказал.

Он подошёл к ней и положил руки на край стола, по обе стороны от её ладоней.

– Аделина, я не хочу, чтобы ты привыкала к помощи как к обязанности. Если я что-то делаю, ты можешь принять это. Можешь отказаться. Можешь предложить сделать что-то самой.

– И ты не обидишься?

– Нет.

– Даже если я не попрошу?

– Даже тогда.

– Даже если однажды решу, что мне лучше без тебя?

Виктор посмотрел ей прямо в глаза.

– Мне будет больно. Но я не стану удерживать тебя.

Аделина почувствовала, как внутри что-то болезненно дрогнуло.

Именно в этот момент она поняла: она верит ему.

Не полностью.

Не безоговорочно.

Но достаточно, чтобы не искать подвоха в каждом слове.

Достаточно, чтобы рассказать о страхе и не ожидать насмешки.

Достаточно, чтобы позволить ему остаться.

– Ты понимаешь, что говоришь вещи, которые человек может запомнить навсегда? – спросила она.

– Надеюсь.

– А если потом нарушишь их?

– Тогда ты имеешь право уйти.

– Ты так легко отпускаешь людей?

– Нет. Я просто не считаю любовь поводом запирать кого-то рядом с собой.

Это слово прозвучало между ними тихо.

Любовь.

Аделина не была готова произнести его в ответ. Но уже не испугалась, услышав.

Она взяла его руку.

– Я пока не могу сказать, что люблю тебя.

– Я знаю.

– Но я хочу учиться доверять.

– Мне?

– Тебе.

Виктор сжал её пальцы.

– Это больше, чем я рассчитывал получить сегодня утром.

Аделина улыбнулась.

– Не привыкай.

– Я уже привык.

После завтрака они поехали в архив.

Дождь прекратился, но дороги блестели от воды. Виктор вёл машину спокойно, одной рукой удерживая руль, а другой время от времени касаясь её пальцев на подлокотнике.

Этот жест был почти незаметным.

Он не удерживал её.

Просто напоминал, что находится рядом.

Архив располагался в старом здании на окраине города. Внутри пахло пылью, бумагой и древесиной. За толстой металлической дверью находились десятки шкафов с документами, образцами и эскизами.

– Моя мать хранила здесь всё, что считала важным, – сказал Виктор.

– И ты никогда не просматривал архив?

– Не полностью.

– Почему?

– После её смерти я не смог.

Аделина посмотрела на него.

Виктор произнёс это спокойно, но она заметила, как напряглись его пальцы.

Она не стала спрашивать дальше.

Вместо этого подошла к одному из шкафов.

На ящике была прикреплена маленькая карточка:

Е. Рейнольд. Личные материалы.

Виктор вставил ключ.

Замок щёлкнул.

Внутри лежали папки, конверты и несколько коробок с эскизами.

Аделина медленно достала первую папку.

На обложке было написано:

Проект «Свет внутри».

Её дыхание перехватило.

– Это та самая фраза, – сказала она.

Виктор посмотрел на папку.

– «Ищи ответ там, где начинается свет».

Аделина открыла её.

Внутри находились старые рисунки украшений, письма и фотографии. На большинстве эскизов стояли подписи Евы Рейнольд и её бабушки.

Они работали вместе.

Создавали одну коллекцию.

Но в документах не было ни слова о том, почему проект так и не вышел.

На дне папки лежал конверт.

На нём было написано:

Для Аделины. Открыть после двадцати пяти лет.

Она застыла.

– Ты знала о письме? – спросил Виктор.

– Нет.

– Открой.

Аделина не двигалась.

– А если там всё изменится?

– Тогда мы узнаем вместе.

Она посмотрела на него.

Именно это «мы» помогло ей сделать выбор.

Аделина вскрыла конверт.

Внутри лежало письмо на нескольких страницах. Почерк бабушки она узнала сразу.

«Аделина, если ты читаешь это письмо, значит, я не успела рассказать тебе правду сама. Прости меня. Я хотела защитить тебя, но теперь понимаю, что молчание тоже может быть предательством…»

Аделина остановилась.

Виктор не пытался заглянуть в письмо.

Он стоял рядом, но оставлял ей право читать первой.

Она продолжила.

«Твой отец не бросал нас. Он не умер и не исчез по собственной воле. Его заставили уехать, потому что люди, которым он доверял, боялись потерять всё…»

Аделина почувствовала, как пальцы задрожали.

– Твой отец? – тихо спросил Виктор.

Она кивнула, не в силах говорить.

В письме не было полного имени. Только инициалы и несколько намёков на давний конфликт между семьями.

Но в конце стояла фраза:

«Если когда-нибудь встретишь Виктора Рейнольда, не бойся его. Он единственный, кто знает, где искать твоего отца».

Аделина закрыла глаза.

Виктор молчал.

Она медленно повернулась к нему.

– Ты знал?

– Я знал, что твой отец мог быть жив.

– Но не говорил мне.

– У меня не было доказательств.

– И ты всё это время искал?

– Да.

– Почему?

– Потому что твоя бабушка попросила.

Аделина сжала письмо.

Раньше она бы почувствовала ярость. Обвинение. Желание немедленно уйти.

Но сейчас вместе с болью она ощущала другое.

Виктор не использовал тайну, чтобы привязать её к себе. Не скрывал правду ради контроля. Он ждал, пока сможет подтвердить свои слова.

– Ты должен был рассказать, – сказала она.

– Да.

– Даже если не был уверен.

– Да.

– Я злюсь.

– Ты имеешь право.

– Мне больно.

– Я знаю.

– И я не знаю, смогу ли простить тебе это сразу.

– Я не жду, что ты простишь сразу.

Аделина смотрела на него, пытаясь найти в его лице хоть малейший след оправдания.

Но Виктор не оправдывался.

Он принимал её гнев.

Не спорил с её чувствами.

Не говорил, что сделал всё ради неё.

И именно поэтому Аделина не смогла оттолкнуть его.

Она подошла ближе и прижалась лбом к его плечу.

Виктор осторожно обнял её.

– Я не согласна с тем, что ты молчал, – сказала она.

– Знаю.

– Но я верю, что ты не хотел причинить мне вред.

– Я не хотел.

– И я верю, что ты действительно искал его.

– Да.

Она закрыла глаза.

– Значит, я всё ещё могу тебе доверять.

Виктор крепче прижал её к себе.

– Ты уверена?

– Нет, – прошептала Аделина. – Но я выбираю доверять.

Он коснулся губами её волос.

– Этого достаточно.

За окном архива снова начал накрапывать дождь.

Аделина держала в руках письмо, которое изменило её прошлое. Но теперь она не была одна перед этой правдой.

И впервые поняла: доверие – это не отсутствие страха.

Это возможность сказать: «Мне страшно» – и всё равно остаться рядом.

Она подняла голову и посмотрела на Виктора.

– Мы найдём моего отца?

– Да.

– Даже если он не захочет меня видеть?

– Тогда ты сама решишь, что делать дальше.

– А ты будешь рядом?

– Пока ты будешь хотеть этого.

Аделина сжала его руку.

– Я хочу.

Виктор наклонился и поцеловал её в лоб.

И в этом поцелуе не было страсти, обещаний или попытки отвлечь её от боли.

Только спокойная уверенность.

Та, которой Аделина так долго ждала от другого человека.

Теперь она знала: снова доверять мужчине возможно.

Не потому, что он никогда не ошибётся.

А потому, что даже после ошибки не станет лгать, давить или удерживать её силой.

И потому, что рядом с ним она по-прежнему оставалась собой.

Глава 16 «Velluto» выпускает коллекцию, созданную по идеям Аделины

Новость появилась утром.

Аделина увидела её случайно, открыв рабочий чат.

Сначала ей пришло сообщение от Софьи:

«Вы уже видели?»

Следом Максим отправил ссылку на публикацию.

Аделина нажала на неё – и почувствовала, как внутри всё похолодело.

На экране была фотография рекламного стенда «Velluto». Под знакомым логотипом располагалась новая коллекция.

Название звучало почти вызывающе:

«Afterlight» – «После света».

На снимке были изображены украшения из платины с тёмными камнями, тонкими линиями оправ и намеренно заметными следами ручной обработки.

Аделина не могла пошевелиться.

Она знала эти формы.

Знала композицию.

Знала даже то, как свет должен ложиться на центральный камень.

Это были её идеи.

Не похожие.

Не вдохновлённые.

Её.

– Аделина? – раздался голос Максима.

Она не ответила.

На следующем снимке была представлена главная модель коллекции – кольцо с серым бриллиантом, окружённым асимметричными золотыми линиями.

Почти точная копия её первого эскиза для «Rebirth».

Только вместо тонкой защитной дуги использовалась широкая оправа.

Внизу статьи стояла подпись:

«Новая коллекция “Velluto” создана под руководством Артёма Воронцова и отражает современное видение бренда».

Ни слова о ней.

Ни строчки о том, откуда появились идеи.

Аделина медленно опустила телефон на стол.

– Они украли коллекцию, – сказала Софья.

В мастерской повисла тишина.

– Не коллекцию, – поправил Максим. – Концепцию.

– Разница небольшая, если они используют те же конструкции, те же камни и ту же идею.

Аделина смотрела на экран.

Внизу уже появлялись комментарии:

«Невероятное возвращение “Velluto”.»

*«Артём Воронцов снова доказал, что умеет чувствовать рынок». *

*«Новая коллекция напоминает стиль бывшей жены владельца, но теперь выглядит более коммерчески». *

Она прочитала последнюю фразу несколько раз.

Напоминает стиль бывшей жены.

Словно её имя было слишком незначительным, чтобы произнести его.

– Когда состоится запуск? – спросила она.

– Через неделю, – ответил Максим. – Но предварительная рекламная кампания уже началась.

– А презентация?

– Через три дня.

Аделина встала из-за стола.

– Нам нужно проверить, какие материалы были доступны «Velluto».

– Вы думаете, они получили наши документы? – спросила Софья.

– Я думаю, что кто-то передал им информацию.

– В компании есть утечка?

– Или они использовали старые разработки.

Максим нахмурился.

– Но часть эскизов существовала только в вашей папке.

Аделина почувствовала, как неприятный холод распространяется по спине.

Её папка.

Та самая, которую она забрала из кабинета в «Velluto» перед уходом.

Почти все материалы находились теперь у неё дома или в защищённом архиве Reynold Jewelry.

Почти.

Она вспомнила день, когда впервые узнала об измене Артёма. Тогда она вернулась в офис за документами и увидела на столе несколько распечатанных эскизов.

Артём сказал, что это рабочие материалы для новой рекламной кампании.

Аделина не придала значения.

Теперь вспомнила.

– У них могли остаться копии, – сказала она.

– Но эти идеи не были утверждены, – возразила Софья.

– Им не нужно было утверждение. Им нужен был доступ.

Дверь мастерской открылась.

Виктор вошёл быстро, без привычной паузы у входа.

В руках он держал планшет и папку.

По его лицу было видно: он уже всё знает.

– Вы видели публикацию? – спросил он.

– Да.

– Что будете делать? – спросил Максим.

Виктор посмотрел на Аделину.

– Сначала установим, что именно было украдено. Потом решим, как отвечать.

– Они украли мои идеи, – сказала Аделина.

– Я знаю.

– И выпустили их от имени Артёма.

– Я знаю.

– Они использовали мои эскизы, пока я ещё работала в «Velluto».

– Это нужно доказать.

Аделина резко повернулась к нему.

– Вы сейчас говорите как юрист.

– Потому что эмоции не помогут вернуть права.

– А молчание поможет?

– Я не сказал молчать.

– Тогда что вы предлагаете? Спокойно наблюдать, как они получают прибыль от моей работы?

Виктор подошёл ближе.

– Я предлагаю не дать им возможности представить тебя истеричной бывшей женой, которая пытается разрушить успех бывшего мужа.

Эти слова остановили её.

Он был прав.

И от этого становилось ещё больнее.

«Velluto» наверняка рассчитывала именно на её реакцию. Они могли выпустить коллекцию, дождаться публичного обвинения, а затем заявить, что Аделина пытается присвоить идеи компании после ухода.

Артём знал, как работает пресса.

Вивьен знала, как манипулировать общественным мнением.

– У них есть юридические основания? – спросила Софья.

– Пока неизвестно, – ответил Виктор. – Если разработки были созданы в период работы Аделины в «Velluto», компания может заявить, что все права принадлежат ей.

– Но это мои идеи, – сказала Аделина.

– Авторство и право использования – не всегда одно и то же.

Она сжала кулаки.

– Значит, они могут украсть мою работу просто потому, что я когда-то работала на них?

– Если в договоре есть соответствующий пункт.

– Вы читали мой договор?

– Да.

Аделина посмотрела на него.

– Когда?

– Ночью.

– Вы изучали мой старый контракт?

– Да.

– Без моего разрешения?

– Ты оставила копию в папке с документами по «Rebirth».

– Я не просила вас…

– Я знаю.

Он говорил спокойно, но Аделина видела, как он сдерживает раздражение.

Не на неё.

На ситуацию.

– Я не хотел вмешиваться, – продолжил Виктор. – Но после публикации должен был понять, с чем мы имеем дело.

– И что вы выяснили?

Виктор положил папку на стол.

– В твоём договоре есть пункт о служебных разработках. Но он распространяется только на проекты, официально переданные компании и оплаченные в рамках рабочего задания.

– «Rebirth» не была передана «Velluto».

– Нет.

– Значит, у них нет прав?

– Не всё так просто.

Он открыл папку и достал копии документов.

– В старой переписке есть упоминание о подготовке коллекции с похожей концепцией. Если они докажут, что идея была частью внутренней разработки «Velluto», они попытаются заявить права на неё.

– Но я никогда не передавала им эту коллекцию.

– Зато обсуждала её с Артёмом.

Аделина резко посмотрела на него.

– Я обсуждала с ним свои идеи как с мужем и партнёром.

– Для суда важны не отношения, а документы.

– Я ненавижу этот мир.

– Я тоже.

Виктор достал ещё одну папку.

– Но у нас есть преимущество.

– Какое?

– Ты сохранила ранние эскизы с датами.

Аделина вспомнила планшет, который лежал в сейфе в квартире бабушки. Старые рисунки, фотографии, первые записи о коллекции.

– Они у меня.

– Нужно получить доступ к файлам и подтвердить даты создания.

– Это можно сделать.

– Кроме того, у нас есть сотрудники, которые видели, как ты работала над этой концепцией ещё до ухода из «Velluto».

– Максим не работал со мной тогда.

– Но я работал в ювелирной сфере и видел твои разработки.

Аделина замерла.

– Ты?

Виктор кивнул.

– Я видел первые эскизы несколько лет назад.

– Где?

– На закрытой выставке молодых дизайнеров.

Она внимательно всмотрелась в его лицо.

– Я там была?

– Да.

– А ты?

– Среди гостей.

– Почему ничего не сказал?

– Ты не знала меня.

– Но ты уже видел мои работы.

– И запомнил их.

Аделина отвернулась.

Всё вокруг постепенно складывалось в одну картину: Виктор знал о ней гораздо раньше, чем признавался. Видел её талант, следил за её разработками, хранил браслет Евы и теперь защищал её от компании, которая пыталась присвоить то, что она создала.

– У вас есть свидетели? – спросил Максим.

– Есть, – ответил Виктор. – Но сначала мы должны собрать доказательства и не дать «Velluto» уничтожить исходные данные.

– Они способны на такое? – спросила Софья.

Виктор посмотрел на неё.

– Они уже выпустили чужую работу под чужим именем.

Никто не ответил.

Аделина снова взглянула на фотографию коллекции.

Самым страшным было не сходство.

Самым страшным было то, что «Velluto» превратила её боль в товар.

Они взяли идею о разрушении и возрождении, убрали из неё личный смысл, сделали гладкую рекламную картинку и поставили рядом имя Артёма.

Он забрал не просто эскизы.

Он забрал историю.

– Я хочу увидеть их презентацию, – сказала Аделина.

– Нет, – сразу ответил Виктор.

– Почему?

– Потому что Артём может использовать твоё присутствие.

– Я не собираюсь выходить на сцену.

– Ты можешь не контролировать, что произойдёт внутри.

– Я хочу увидеть, как он будет рассказывать о моей работе.

– Это причинит тебе боль.

– Она уже причиняет.

Виктор подошёл к ней.

– Тебе не нужно снова входить в его мир, чтобы доказать, что ты больше ему не принадлежишь.

– Я не хочу доказывать ему ничего.

– Тогда зачем тебе идти?

Аделина посмотрела на него.

– Чтобы самой услышать, как он присвоит мою жизнь.

Виктор долго молчал.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Я пойду с тобой.

– Нет.

– Это не просьба.

– Вы не можете решать за меня.

– Тогда считай это предложением.

– А если я скажу, что хочу пойти одна?

– Я всё равно буду рядом. В другом зале, у другого входа, где угодно. Но рядом.

Аделина почувствовала, как напряжение в груди немного ослабло.

Раньше она бы восприняла это как контроль.

Теперь понимала разницу.

Виктор не собирался закрывать её в безопасном месте.

Он собирался дать ей возможность войти в опасное место, не оставляя её там без поддержки.

– Хорошо, – сказала она. – Но я сама решу, когда уйти.

– Конечно.

– И сама буду говорить, если потребуется.

– Я знаю.

– Не перебивайте меня.

– Постараюсь.

– Виктор.

– Обещаю.

Аделина снова посмотрела на экран.

Статья уже разлетелась по отраслевым изданиям. Акции «Velluto» начали расти. Под фотографиями коллекции появлялись восторженные отзывы.

А затем пришло новое сообщение.

Не в рабочий чат.

На её личный телефон.

От Артёма.

*«Надеюсь, ты понимаешь, что прошлое нельзя присвоить себе. Некоторые идеи были созданы внутри “Velluto” и принадлежат компании. Не устраивай публичный скандал. Это плохо скажется на твоей репутации». *

Аделина перечитала сообщение.

Затем показала его Виктору.

Он взял телефон, но не стал сразу отвечать.

– Ты хочешь, чтобы я отреагировал? – спросил он.

– Нет.

– Тогда что?

– Я хочу, чтобы ты увидел, как он формулирует угрозы.

– Я вижу.

– Он уверен, что я испугаюсь.

– Ты испугалась?

Аделина задумалась.

– Да.

Виктор вернул ей телефон.

– Бояться – не значит отступить.

Она подняла глаза.

– А если он прав?

– В чём?

– Если документы действительно на их стороне?

– Тогда мы будем бороться законными способами.

– Ты говоришь так, будто уже решил идти до конца.

– Я решил.

– Почему?

– Потому что это не только твой конфликт.

– Это мой конфликт.

– Теперь он затрагивает мою компанию, мою команду и моё имя.

– Ты можешь потерять деньги.

– Могу.

– Репутацию.

– Уже рисковал ею ради тебя.

Аделина замерла.

Виктор подошёл ближе и понизил голос:

– Но я делаю это не только потому, что люблю тебя.

Она вздрогнула от прямоты.

– Не только?

– Я делаю это потому, что не позволю людям украсть работу талантливого человека, а потом заставить её молчать.

Аделина почувствовала, как напряжение в глазах сменилось слезами.

Она не хотела плакать перед командой, но уже не могла сдержаться.

Виктор осторожно взял её за руку.

– Ты не обязана быть сильной каждую минуту.

– Я знаю.

– Нет. Ты всё ещё пытаешься это делать.

Аделина сжала его пальцы.

– Они украли всё, что было моим.

– Не всё.

– Что осталось?

Виктор посмотрел на неё.

– Твоё имя. Твой талант. И право рассказать правду.

Эти слова помогли ей выпрямиться.

Аделина посмотрела на экран и сделала снимок сообщения Артёма.

Затем переслала его Виктору и адвокату компании.

– Что ты делаешь? – спросил Максим.

– Начинаю собирать доказательства.

Виктор едва заметно улыбнулся.

– Именно это я и хотел услышать.

– И ещё кое-что.

– Что?

Аделина открыла ноутбук.

– Мы не будем менять «Rebirth».

– Я и не предлагал.

– «Velluto» уже пытается представить мою идею как свою. Если мы начнём отступать, они победят ещё до суда.

– Согласен.

– Мы проведём следующую презентацию раньше.

Софья удивлённо посмотрела на неё.

– Раньше? Но рекламная кампания уже запланирована.

– Тогда перенесём её.

– Это невозможно за несколько дней.

– Значит, подготовим за несколько дней.

Максим улыбнулся.

– Вы хотите ответить им новой презентацией?

– Нет, – сказала Аделина. – Я хочу показать настоящую коллекцию. Не копию. Не оправдание. Не месть.

Она подняла взгляд на Виктора.

– Я хочу, чтобы «Rebirth» заговорила сама.

– Тогда мы дадим ей голос.

Виктор взял телефон и начал отдавать распоряжения маркетинговому отделу.

В мастерской зашумела работа.

Сотрудники открыли ноутбуки, начали составлять списки гостей, проверять образцы, связываться с журналистами и партнёрами.

Аделина снова посмотрела на фотографию «Afterlight».

Когда-то она бы почувствовала себя уничтоженной.

Сейчас чувствовала только ярость.

Холодную, ясную и почти спокойную.

«Velluto» думала, что может забрать у неё прошлое.

Но прошлое больше не определяло её.

Оно лишь показало, с кем ей теперь предстоит воевать.

А вечером, когда рабочий день закончился, Виктор задержал Аделину у выхода.

– Ты уверена, что хочешь пройти через это?

– Нет.

– Это честный ответ.

– Но я всё равно пройду.

– Почему?

Аделина посмотрела на него.

– Потому что раньше я думала, что доверие означает отдать человеку право решать за тебя. Теперь понимаю, что это не так.

– Что же это?

– Знать, что рядом кто-то есть. И всё равно сделать шаг самой.

Виктор коснулся её руки.

– Тогда сделаем его вместе.

За стеклянными дверями уже темнел город.

Где-то в другом конце города Артём Воронцов готовился представить публике коллекцию, созданную из её идей.

Аделина не знала, чем закончится эта война.

Но впервые не чувствовала себя жертвой.

Она была автором.

И теперь собиралась вернуть себе не только свои эскизы.

Своё имя.