Текст книги "Грани предательства (СИ)"

Автор книги: Елена Ткачева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 13 Первый поцелуй

После успешной презентации прошло три дня, но в компании всё ещё говорили только о «Rebirth».

Заказы продолжали поступать. Журналисты публиковали фотографии украшений. В социальных сетях обсуждали необычную форму оправ, тёмные камни и идею коллекции.

Аделина старалась не читать комментарии.

Она боялась, что вместе с похвалой снова увидит знакомые слова:

«Бывшая жена владельца “Velluto”.»

«Интересно, насколько коллекция принадлежит ей, а насколько – Рейнольду?»

«Новая муза главного конкурента Воронцова?»

Но на этот раз среди сотен сообщений было одно, которое она перечитывала снова и снова:

«Аделина Воронцова доказала, что её талант никогда не принадлежал “Velluto”.»

Эту публикацию она сохранила.

Не для Артёма.

Для себя.

Виктор после того вечера не упоминал о признании. Он не стал вести себя иначе, не начал требовать её внимания и не пытался приблизиться.

Наоборот, он словно намеренно увеличил расстояние между ними.

На совещаниях обращался к ней официально. В рабочей переписке писал коротко и по существу. Даже во время обеда редко садился рядом.

Сначала Аделина чувствовала облегчение.

Потом – раздражение.

К концу недели раздражение стало настолько заметным, что она сама не выдержала.

– Вы меня избегаете, – сказала она, войдя в его кабинет.

Виктор поднял глаза от документов.

– Добрый вечер.

– Не притворяйтесь, что не понимаете, о чём я.

– Я не притворяюсь.

– После презентации вы стали вести себя так, будто между нами ничего не произошло.

– Между нами ничего не произошло.

Аделина остановилась напротив его стола.

– Вы признались, что любите меня.

– Да.

– И после этого решили вести себя так, будто сказали, что предпочитаете кофе без сахара?

– Я не хотел ставить вас в неудобное положение.

– Поздно. Вы уже поставили.

Виктор отложил ручку.

– Я сказал то, что должен был сказать. Но это не означает, что вы обязаны отвечать.

– Я знаю.

– Тогда в чём проблема?

– В том, что вы исчезли.

– Я никуда не исчезал.

– Вы перестали разговаривать со мной.

– Мы разговариваем каждый день.

– О работе.

– Мы коллеги.

– До этого вы не считали необходимым напоминать мне об этом каждые пять минут.

Виктор внимательно посмотрел на неё.

– Вы хотите, чтобы я продолжал вести себя так, будто ничего не сказал?

– Я хочу, чтобы вы вели себя честно.

– Честно?

– Да.

Он поднялся из-за стола.

– Хорошо. Честно – я стараюсь не давить на вас.

– Вы давите именно тем, что отдаляетесь.

– А что я должен делать?

– Не знаю.

– Вы пришли обвинить меня в том, что я уважаю ваши границы?

– Я пришла понять, действительно ли вы что-то чувствуете или просто решили произнести красивую речь в подходящий момент.

Лицо Виктора изменилось.

– Вы сомневаетесь в моих словах?

– Я сомневаюсь во всём, что связано с мужчинами.

– Это разумно.

– Вы тоже?

– Особенно я.

Аделина замолчала.

Виктор отошёл к окну.

– Вы недавно ушли от человека, который десять лет был вашим мужем. Вы начинаете новую работу, новый проект и фактически новую жизнь. Я не хочу становиться очередной причиной, из-за которой вы будете сомневаться в себе.

– Вы думаете, я не способна сама принимать решения?

– Я думаю, что вам нужно время.

– А если я не хочу времени?

Виктор медленно повернулся к ней.

– Тогда скажите, чего хотите.

Аделина открыла рот, но не смогла ответить.

Она пришла в его кабинет с готовыми обвинениями, но не с готовым решением.

Ей хотелось, чтобы Виктор сделал первый шаг.

Хотелось, чтобы он снова приблизился.

Но ещё сильнее ей хотелось самой понять, что именно она чувствует.

– Я хочу, чтобы вы перестали решать за меня, – сказала она наконец.

– Я не решаю.

– Вы решили, что мне нужно расстояние.

– Потому что вы сказали, что не готовы.

– Я сказала, что не готова ответить на признание.

– Это не одно и то же?

– Нет.

Виктор смотрел на неё молча.

Аделина чувствовала, что сердце бьётся слишком быстро. Она могла уйти. Сказать, что разговор окончен. Вернуться в мастерскую, спрятаться за эскизами и рабочими задачами.

Но впервые за долгое время ей не хотелось убегать.

– Я не знаю, что будет дальше, – сказала она.

– Я тоже.

– Я могу испугаться.

– Знаю.

– Могу передумать.

– Знаю.

– Могу не суметь доверять вам.

– Это ваше право.

– И вы всё равно хотите быть рядом?

– Да.

Простой ответ оказался сильнее любых обещаний.

Аделина сделала шаг к нему.

– Даже если я не знаю, как это делать?

– Тогда будем разбираться медленно.

– Вы умеете медленно?

– С вами учусь.

Она улыбнулась.

– А если я не хочу медленно?

Виктор замер.

Несколько секунд он просто смотрел на неё, словно боялся неправильно понять.

– Аделина…

– Я не прошу вас обещать мне будущее.

– Я знаю.

– И не говорю, что готова забыть всё, что было.

– Я знаю.

– Но я не хочу, чтобы вы отступали каждый раз, когда я пугаюсь.

Виктор подошёл ближе.

Между ними осталось всего несколько шагов.

– Если я подойду сейчас, вы не пожалеете?

Аделина посмотрела ему в глаза.

– Возможно.

– Это не ответ.

– Тогда спросите иначе.

– Я могу вас поцеловать?

Вопрос прозвучал настолько прямо, что Аделина на мгновение растерялась.

В прошлом мужчины редко спрашивали её разрешения. Артём мог обнять её, когда она сердилась, поцеловать, когда она пыталась закончить спор, и воспринимал это как способ вернуть контроль над разговором.

Виктор не забирал контроль.

Он отдавал его ей.

– Да, – тихо сказала Аделина.

Он не коснулся её сразу.

Сначала поднял руку и осторожно убрал прядь волос с её лица. Его пальцы задержались у виска, едва касаясь кожи.

Аделина закрыла глаза.

Виктор наклонился и поцеловал её.

Сначала очень мягко, почти осторожно. Так, будто боялся разрушить хрупкое доверие, которое только начало между ними возникать.

Аделина почувствовала тепло его губ и на мгновение забыла обо всём: о бывшем муже, предательстве, страхе, новой компании и незаконченных тайнах.

Остался только этот поцелуй.

Первый.

Настоящий.

Не как обещание.

Не как попытка удержать.

Не как часть чужой игры.

Аделина сама положила ладонь ему на грудь и ответила.

Виктор резко вдохнул, но не отстранился. Его рука легла ей на талию, бережно, без давления.

Поцелуй стал глубже.

Аделина почувствовала, как напряжение, которое она носила в себе последние месяцы, постепенно отступает. Она позволила себе забыть, что нужно быть осторожной, сильной и всегда готовой к удару.

Позволила себе просто хотеть.

Когда Виктор отстранился, их лбы соприкоснулись.

Некоторое время они молчали.

– Это было медленно? – спросила Аделина.

– Я старался.

Она улыбнулась.

– Не слишком заметно.

– Могу попробовать ещё раз.

– Вы слишком самоуверенны.

– Я предупреждал.

Аделина снова посмотрела на него.

– Теперь вы не собираетесь исчезать?

– Нет.

– Не будете делать вид, что ничего не произошло?

– Нет.

– Не станете требовать от меня немедленных ответов?

– Нет.

– Вы слишком часто говорите «нет».

– Зато на другие вопросы я отвечаю положительно.

Она тихо рассмеялась.

Виктор провёл пальцами по её запястью, остановившись возле браслета.

– Вы всё ещё его носите.

Аделина посмотрела на серый бриллиант.

– Да.

– Почему?

– Он напоминает мне о коллекции.

– Только о коллекции?

Она подняла взгляд.

– Не только.

Виктор не стал просить объяснений.

Это нравилось ей.

Он не требовал, чтобы каждое её чувство было немедленно названо и подтверждено.

– Вы так и не рассказали, кому принадлежал браслет, – напомнила Аделина.

– Я обещал рассказать.

– Сегодня?

– Сегодня.

Он отошёл к шкафу и открыл нижний ящик. Достал оттуда тонкую папку, но не открыл её.

– Этот браслет был создан моей матерью.

Аделина внимательно посмотрела на него.

– Для вас?

– Для женщины, которую она любила.

– Она не ваша мать?

– Моя мать умерла, когда я был подростком. До этого она несколько лет работала у вашей бабушки.

Аделина нахмурилась.

– У моей бабушки?

– В её мастерской.

– Я ничего об этом не знала.

– Ваша бабушка не любила говорить о прошлом.

Аделина вспомнила письмо.

«В этой квартире есть вещи, о которых я не успела тебе рассказать».

– Как звали вашу мать?

– Ева Рейнольд.

Имя показалось знакомым.

Аделина медленно произнесла:

– Ева… Я видела это имя в старых записях бабушки.

– Вы нашли письмо?

– Да.

– Она оставила вам подсказку?

– Написала: «Ищи ответ там, где начинается свет».

Виктор внимательно посмотрел на неё.

– Вы нашли ответ?

– Нет.

– Тогда нам есть что искать.

Аделина заметила, что он намеренно произнёс «нам».

– Вы знали, что бабушка оставила мне письмо?

– Нет.

– Но знали, что она хотела что-то рассказать.

– Она говорила, что однажды объяснит вам всё.

– О чём?

Виктор открыл папку.

Внутри лежала старая фотография. На ней молодая бабушка Аделины стояла рядом с женщиной с тёмными волосами. Обе улыбались, а между ними находился небольшой ювелирный станок.

На руке женщины был браслет с серым бриллиантом.

Тот самый.

Аделина взяла фотографию.

– Почему вы подарили его мне?

– Потому что он должен был вернуться к вам.

– Он принадлежал моей бабушке?

– Нет. Моей матери.

– Тогда почему он должен был вернуться ко мне?

Виктор долго молчал.

– Потому что Ева оставила его вашей бабушке перед смертью. Она попросила отдать браслет вам, когда вы станете достаточно сильной, чтобы узнать правду.

Аделина посмотрела на украшение.

Её пальцы дрогнули.

– Какую правду?

– Я пока не знаю всего.

– Но знаете больше, чем говорите.

– Да.

– Вы снова хотите оставить меня в неведении?

– Нет. Но есть вещи, которые я должен подтвердить, прежде чем рассказывать.

– Это связано с моим отцом?

Виктор поднял взгляд.

Аделина заметила, как он напрягся.

– Почему вы так решили?

– Потому что бабушка никогда не говорила о нём. В письме написано, что в квартире есть вещи, о которых я не знаю. Вы знали мою бабушку, вашу мать и моё прошлое. Значит, всё связано.

Виктор не ответил.

Аделина отступила.

– Вы знаете, кто мой отец?

– Возможно.

– Виктор.

– Я не хочу дать вам ложный ответ.

– А я не хочу, чтобы люди снова решали, какую правду мне можно узнать.

Он подошёл к ней.

– Я понимаю.

– Нет, не понимаете. Всю жизнь мне говорили, что молчание – это забота. Бабушка скрывала правду. Артём скрывал измену. Все якобы хотели защитить меня, а в итоге просто лишали выбора.

Виктор осторожно взял её за руку.

– Я не хочу быть похожим на них.

– Тогда скажите всё.

– Я скажу.

– Когда?

– Когда проверю документы.

– У вас есть документы?

– Часть.

– Где?

– В архиве моей матери.

Аделина высвободила руку.

– Значит, мы поедем туда.

– Сейчас?

– Да.

Виктор посмотрел на часы.

– Уже почти десять.

– Вы боитесь?

– Нет.

– Тогда почему медлите?

Он несколько секунд смотрел на неё, затем взял со стола ключи.

– Хорошо.

Они вышли из кабинета вместе.

В холле было пусто, только охранник поднял голову, увидев их. За окнами города уже почти не осталось дневного света. На мокром асфальте отражались вывески и фары машин.

У выхода Виктор остановился.

– Аделина.

– Что?

– Прежде чем мы поедем, я хочу кое-что уточнить.

– Слушаю.

– То, что произошло между нами, не зависит от того, что мы узнаем сегодня.

Она посмотрела на него.

– Вы боитесь, что я изменю к вам отношение после разговора о прошлом?

– Я допускаю такую возможность.

– А если изменю?

– Я всё равно расскажу правду.

– Даже если потеряете меня?

– Даже тогда.

Аделина долго молчала.

Затем встала на носки и сама поцеловала его.

На этот раз коротко, но уверенно.

Когда она отстранилась, Виктор смотрел на неё с удивлением.

– Это что означает?

– Что я не знаю, что будет завтра.

– А сегодня?

– Сегодня я хочу поехать с вами.

Он кивнул.

– Тогда поехали.

В машине они почти не разговаривали. Виктор вёл осторожно, не нарушая тишины. Аделина смотрела в окно, а пальцы время от времени касались серого бриллианта на браслете.

Она ещё не знала, какую правду скрывала её бабушка.

Не знала, кем была Ева Рейнольд.

Не знала, почему Виктор столько лет хранил этот браслет.

Но теперь между ними появился не только первый поцелуй.

Появилась тайна, которую им предстояло раскрыть вместе.

И впервые Аделина не боялась неизвестности.

Потому что рядом был человек, который не обещал избавить её от боли.

Он обещал не лгать.

Глава 14 Первая интимная ночь

До архива они так и не доехали.

Дождь начался внезапно – сначала лёгкий, почти невесомый, а потом превратился в плотную стену воды. Стекло автомобиля быстро покрылось каплями, и город за ним расплылся в разноцветных пятнах.

Виктор заглушил двигатель.

– Архив закрыт, – сказал он после короткого звонка. – Охранник уже уехал.

Аделина смотрела на улицу, но видела перед собой не мокрые фонари и проезжающие машины. Перед глазами снова возникали события последних часов: его признание, первый поцелуй, фотография Евы Рейнольд, браслет на её запястье и десятки вопросов, на которые пока не было ответов.

– Значит, правда подождёт до завтра, – сказала она.

– Ты уверена?

Аделина повернулась к нему.

– Нет.

Виктор внимательно посмотрел на неё.

– Тогда я отвезу тебя домой.

Он не пытался воспользоваться её растерянностью. Не убеждал, не настаивал, не задавал лишних вопросов. Просто собирался сделать то, что считал правильным.

И именно это решение заставило Аделину понять, чего она хочет.

– Поднимись со мной.

Виктор замер.

– Аделина…

– Я хочу, чтобы ты был рядом.

– Ты уверена?

– Я боюсь, – призналась она. – Но страх не означает, что я не хочу этого.

Он долго смотрел на неё, будто пытался услышать не только слова, но и всё, что стояло за ними.

– Я не хочу, чтобы ты делала это из-за одиночества, – тихо сказал он.

– Я тоже.

– Или чтобы забыть о прошлом.

– Я не хочу ничего забывать.

Аделина накрыла его руку своей.

– Я хочу чувствовать настоящее.

Виктор переплёл пальцы с её пальцами.

– Тогда я останусь. Но только если ты сама этого хочешь.

– Хочу.

В квартире было тихо и тепло. Аделина включила свет в прихожей, сняла пальто и повесила его на крючок. Виктор остался у двери в мокром плаще, не делая ни шага дальше.

– Что ты делаешь? – спросила она.

– Жду, когда ты передумаешь.

– Я уже пригласила тебя.

– Мне нужно услышать это ещё раз.

Аделина подошла ближе.

– Останься, Виктор.

Только после этого он снял плащ.

Она забрала его и повесила рядом со своим. Их пальцы случайно соприкоснулись, и от этого простого прикосновения по её коже прошла волна тепла.

Виктор заметил, как она напряглась.

– Всё хорошо?

– Да.

– Ты дрожишь.

– Я знаю.

Он коснулся её щеки.

– Мы можем просто посидеть рядом. Поговорить. Или молчать. Тебе не нужно ничего доказывать.

Аделина закрыла глаза, чувствуя тепло его ладони.

– Рядом с тобой я ничего не доказываю.

– Тогда почему ты так напряжена?

Она открыла глаза.

– Потому что давно никому не доверяла настолько, чтобы позволить себе быть слабой.

Виктор не ответил. Только провёл большим пальцем по её скуле, а затем осторожно наклонился.

Их губы встретились.

Поцелуй был мягким и медленным. В нём не было нетерпения, только вопрос – и её ответ. Аделина сама подняла руки к его плечам, притянула его ближе и почувствовала, как его сдержанность постепенно уступает место желанию.

Он целовал её бережно, но не робко. Одна его рука легла ей на талию, другая скользнула к затылку, поддерживая, будто он хотел защитить её даже в этом мгновении.

Аделина давно не чувствовала себя настолько желанной.

Не как жена.

Не как обладательница известной фамилии.

Не как талантливый дизайнер, чьё имя могло принести компании прибыль.

Просто как женщина.

Его женщина – пусть пока только на несколько часов, без обещаний и определений.

Она отстранилась первой, тяжело дыша.

– Ты всё ещё можешь уйти, – сказал Виктор.

– Не напоминай мне об этом.

– Я хочу, чтобы ты знала.

– Я знаю.

Аделина провела пальцами по его воротнику, медленно расстёгивая верхнюю пуговицу рубашки.

Виктор перехватил её руку.

– Аделина.

– Что?

– Я хочу убедиться, что ты не делаешь это из благодарности.

Она посмотрела ему в глаза.

– Я не благодарю тебя.

– Тогда почему?

– Потому что хочу тебя.

Ответ прозвучал тише, чем она ожидала, но Виктор услышал.

В его взгляде появилось что-то глубокое и тёмное. Он снова поцеловал её – на этот раз дольше, сильнее, с едва сдерживаемой страстью.

Аделина отступила на шаг, пока не почувствовала спиной край стола. Виктор остановился, оставляя ей пространство для выбора.

Она сама обвила руками его шею.

– Не останавливайся.

Он коснулся лбом её лба.

– Если что-то будет не так, скажи.

– Скажу.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Его губы коснулись её шеи. От этого прикосновения Аделина закрыла глаза и сильнее сжала пальцы на его плечах. Она ощущала каждое движение, каждую паузу, каждое мгновение, когда он словно спрашивал разрешения продолжить.

Это отличалось от всего, что было у неё раньше.

С Артёмом близость постепенно превратилась в привычку. В часть семейной жизни, которую не обсуждают. В ещё одну обязанность, растворённую между деловыми встречами, ужинами и бесконечными компромиссами.

С Виктором она не чувствовала обязанности.

Она чувствовала выбор.

Аделина сама потянула его в сторону спальни. На полпути они остановились, потому что снова начали целоваться – уже не в силах сохранять прежнюю осторожность.

Виктор осторожно снял с неё серьги и положил их на комод. Затем коснулся застёжки браслета.

– Его снять?

Аделина посмотрела на серый бриллиант.

– Нет.

– Почему?

– Он должен остаться.

Виктор не стал спрашивать, что она имеет в виду. Он только поцеловал её запястье рядом с камнем.

От этого жеста её сердце сжалось.

В браслете было слишком много прошлого: Ева, бабушка, тайны, обещания. Но теперь он связывал не только их семьи.

Он стал частью этой ночи.

В спальне горел только мягкий свет настольной лампы. За окном шумел дождь, и капли стекали по стеклу, будто отрезая комнату от всего внешнего мира.

Аделина остановилась посреди комнаты.

– Я не знаю, как это делать, – призналась она.

Виктор подошёл к ней.

– Что именно?

– Быть рядом с человеком и не ждать, что он причинит боль.

Он осторожно взял её лицо в ладони.

– Я не могу обещать, что никогда не причиню тебе боли.

Аделина подняла на него взгляд.

– Почему ты говоришь это сейчас?

– Потому что не хочу давать красивые обещания только ради этой ночи.

– А что ты можешь обещать?

– Что не буду лгать. Что не стану использовать твою уязвимость против тебя. И что остановлюсь, если ты попросишь.

Аделина почувствовала, как ком в груди постепенно исчезает.

– Мне достаточно.

Она сама поцеловала его.

Виктор ответил сразу, но всё ещё бережно. Между ними больше не оставалось прежней неловкости. Аделина позволила себе забыть о том, как должна выглядеть, что нужно сказать и насколько правильно каждый её шаг.

Она смеялась, когда Виктор слишком серьёзно пытался поправить сбившуюся прядь её волос.

Он улыбался, когда она раздражённо отталкивала его руки, а потом сама возвращалась ближе.

Иногда они говорили.

Иногда просто смотрели друг на друга.

Между поцелуями Аделина признавалась в том, о чём раньше молчала: что боялась остаться одна, что до сих пор иногда ждала сообщения от Артёма, что ей трудно поверить в собственную свободу.

Виктор слушал.

Не перебивал.

Не пытался исправить её прошлое.

А когда она замолкала, он просто целовал её снова, словно давая понять: ей не нужно быть идеальной, чтобы её хотели и любили.

Ночь проходила медленно, в доверии и взаимной нежности. Их близость становилась всё глубже, но не требовала подробных объяснений. Она складывалась из взглядов, прикосновений, тихих слов и пауз, в которых оба понимали друг друга без слов.

Аделина впервые за много месяцев перестала защищаться.

Не потому, что забыла о боли.

А потому, что рядом с Виктором ей не приходилось притворяться, будто боли не существует.

Позже они лежали рядом в полумраке.

Аделина устроилась у него на груди, слушая размеренный стук его сердца. Виктор одной рукой обнимал её за плечи, другой медленно проводил по её спине.

Дождь почти закончился.

В квартире стало тихо.

– Ты жалеешь? – спросил он.

– Нет.

– Точно?

Аделина подняла голову.

– Ты собираешься спрашивать об этом всю ночь?

– Возможно.

– Тогда я отвечу столько раз, сколько потребуется.

– Почему?

– Потому что не жалею.

Виктор коснулся губами её виска.

– Я боялся, что утром ты решишь, будто я воспользовался твоим доверием.

– Ты не воспользовался.

– Я хотел тебя.

– Я знаю.

– Очень сильно.

Аделина улыбнулась.

– Я тоже тебя хотела.

Он посмотрел на неё, словно эти слова значили для него больше, чем она могла предположить.

– Скажи ещё раз.

– Не привыкай.

– Поздно.

Она положила ладонь ему на грудь.

– Я хочу, чтобы завтра всё осталось прежним.

– Не останется.

Аделина напряглась.

– Почему?

– Потому что теперь между нами есть нечто, чего раньше не было.

Она задумалась.

– Это тебя пугает?

– Да.

– Меня тоже.

– Тогда мы в равном положении.

Аделина снова положила голову ему на плечо.

– Завтра мы найдём архив.

– Да.

– Узнаем правду о твоей матери.

– Да.

– Возможно, выяснится что-то неприятное.

– Возможно.

– И ты не станешь отдаляться?

– Нет.

– Даже если я испугаюсь?

– Особенно тогда.

Она закрыла глаза.

– Хорошо.

Виктор крепче обнял её.

Аделина ещё долго не могла уснуть. Она думала о том, как быстро изменилась её жизнь. Ещё недавно ей казалось, что она потеряла всё. Теперь у неё была новая работа, собственная коллекция, тайна, которую предстояло раскрыть, и мужчина, рядом с которым она впервые за долгое время чувствовала себя не обязанной, а свободной.

Виктор не обещал, что не причинит ей боли.

Но обещал не лгать.

И почему-то именно это казалось самым важным.

Под утро Аделина всё же заснула, не выпуская его руку.

А Виктор ещё долго смотрел на неё, словно боялся, что это мгновение исчезнет вместе с рассветом.

На её запястье мерцал серый бриллиант.

Камень, который хранил тайну прошлого.

И теперь стал свидетелем их первого настоящего шага навстречу друг другу.