Текст книги "Призрачная кровь 8 (СИ)"

Автор книги: Елена Шатилова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

– Да, не подумала…

– При сломе печати, клеймо вспыхнуло, взлетело и растаяло, – осуждение в глазах надзорника.

– Я не хотела фокусов, просто не о том подумала, когда запечатывала. Но красиво же получилось.

– Красиво, но насторожило нашего монарха, – Пётр Михайлович немного нервно засмеялся. – Но письмо быстро привело в чувство. Он не хотел в это верить, ведь Светлейший Князь Игорь Дмитриевич Бельский его друг и соратник. Последовала попытка обвинить нас в клевете. Дальше я предложил ему самому всё посмотреть. Передал зеркало, объяснил, как пользоваться. Чтобы показать свою лояльность, я дал ему структуру невидимости. Вот тут его и проняло. Понял, насколько он уязвим…

– Спасибо, я что-то не сообразила этого сделать, – а сама подумала, мелко я мыслю… Отдала Сотникову такое оружие. Ведь имея только одну невидимость, можно бескровно сменить власть в любой стране и следов не найдёшь.

– Император на всё согласился, – подытожил Пётр Михайлович. – Он сам рвался на заседание Совета, но я посоветовал этого не делать. Есть возможность проследить, чтобы не учудил чего? Почувствует себя бессмертным под покровом и пиши пропал.

– Не беспокойтесь, у меня мышь не проскачет, – я улыбнулась. – Да не пойдёт он. Расположится где-нибудь, под невидимостью, в зоне действия видеоструктуры и будет наслаждаться зрелищем. Надеюсь, я смогу раскрутить князя на откровенность.

– С вами по-другому не получается, даже у меня язык развязывается, – Сотников рассмеялся. – У вас как дела? Успеваете?

– Да, я уже оставила телепорты…

У Петра Михайловича глаза округлились.

– Может вам отдохнуть после таких перегрузок?

– Я не чувствую их, сами потом попробуете на максималках полетать, дух захватывает. Уж я-то знаю. Подсела на эту способность капитально, когда хожу, кажется, что камни ногами ворочаю, – рассмеялась. – Так что осталось только систему внедрения вируса продумать и можно запускать.

Глава 12

Сегодня мне предстоит очень сложный день. В два часа дня состоится заседание Императорского Совета, где я буду незваным гостем.

Сотников туда отправится один, прихватив телепортный камень. Я могла бы отправиться с ним, но у меня восемь диверсий по плану, а уж сам совет как вишенка на торте.

Подготовка была тяжёлая и прежде всего морально. Да, я уничтожила цитадель, но здесь совсем другая история. У меня не было чертежей вентиляции, и я отправлю вирусные модули наобум, просто закинув их, грубо говоря, в трубу.

Немного успокаивало то, что между бункером и самой территорией института около километра тоннеля, да и защита там нехилая. Но форс-мажор никто не отменял.

Новые модули отличались от предыдущих прежде всего плодовитостью. Если прошлые работали на детонацию по сигналу, то здесь действие начнёт походить после удара о поверхность. Модуль начнёт производить вирус как конвейер и закончит только по истощению заряда кристалла. Сам модуль уничтожить нельзя, а как его остановить знаю только я.

Всё оставшееся до вылазки время я делала эти модули, пришлось даже смотаться в Чёрные путы, которые сожрали целый час моего времени. Как же меня всё бесит!

Я стояла у первой вентиляционной шахты и выжидала время. Сейчас я особо не скрывалась, даже следы на снегу оставляла.

Раньше нельзя начинать, чтобы информация не успела просочиться наверх и тем более дойти до самого князя. Поэтому на всё про всё у меня час. Я должна на бешеной скорости пронестись по всем тридцати двум вентшахтам и явиться в здание Совета.

Время пришло! Вдохнув пару раз, я запустила первую партию. Камни беззвучно пробили защиту и понеслись по конструкции. Я начинила их структурой невидимости, поэтому их никто не заметит. Ещё они могут двигаться, стремительно перекатываясь в поиске жертвы. Натыкаясь на человека, структура прицепится как клещ и начнёт свою подрывную деятельность.

Жуть, конечно, не хотелось, чтобы кто-то создал нечто подобное для других магов или вирус, заточенный, допустим, на обычные человеческие признаки, устроив тем самым геноцид.

Тяжёлые мысли не мешали действиям и, закончив здесь, быстро переместилась к следующей точке.

Пугало то, что по отношению к одержимым я совсем перестала испытывать угрызение совести. Не исключу, что потом меня настигнет вся тяжесть содеянного, а сейчас, я просто отгораживаюсь от всего этого, оправдывая себя необходимостью таких действий, ведь идёт война!

Последняя партия была заброшена, и у меня осталось ещё немного камней. Ладно, пусть будут, мне ещё на другом секторе подобную чистку проводить.

А теперь пора отправляться на знакомство с нашим владыкой.

В каком образе мне предстать? Что-то я упустила этот момент. Начала быстро перебирать варианты. Прошлую белобрысую Настю с ангельской внешностью я сразу отмела. Анна? Нет, она для меня отрицательный персонаж и ассоциируется с другим сектором.

Останусь собой. Собрала волосы в хвостик, чтобы добавить немного серьёзности. Одежда? Сама тренировочная броня не подходит, юбка тоже. Опять на помощь пришёл образ Екатерины Савельевны с её в меру строгим костюмом. Серый цвет, светлая водолазка вместо блузки.

Всё, поехали!

Я оказалась в углу большого фойе, судя по виду из окна на втором этаже. Недалеко стоял Пётр Михайлович. Он здесь был не один, у большой, высокой двери стояло пара офицеров в форме надзорных органов.

«– Я здесь!» – сообщила о своём присутствии.

Сотников ничего не ответил, этого не требовалось.

Подошла к бойцам – привратникам и просто обалдела!

«– Вот сейчас спокойно…» – я выдержала паузу. «– Охрана – одержимые!»

Я смотрела на Петра Михайловича. У него только челюсть чуть сильней сжалась.

«– Не удивлюсь, что и ещё есть. Я вам при переходе в зал передам несколько камушков с вирусом. Только не уроните, при ударе они активируются. При угрозе примените», – у меня уже не было сомнений, что придётся это сделать.

Ровно в два часа двери начали открываться, по мне так излишне медленно. Их открывали не люди, сами двери были артефактными, я видела рунный мерцающий рисунок на всей поверхности арки. Скорей всего есть и датчики на какие-то параметры, только на одержимых не реагировали.

Внутри тоже стояла пара охранников, меня уже не удивила Чёрная кровь. В голове уже поселилась догадка, которая очень вписывалась во всё происходящее.

«– Князь – носитель Чёрной крови, более чем уверена», – сообщила Сотникову, думаю, он тоже догадался. Вот отсюда и всё это стремление подмять под себя весь сектор.

Я включила трансляцию для императора, когда появилась в зале Совета, так что он слышал мои слова. Даже не представляю, как он сейчас себя чувствует и как борется с желанием всех разнести. Очень надеюсь, что он не полезет в бой, который может проиграть. Да, он получил всё, что я дала магическому сообществу и даже больше, но противник тоже много получил и обладает разрушительным оружием в виде проклятого дара.

Представили Петра Михайловича, как советника и докладчика, а я немного осмотрелась.

Зал напоминал амфитеатр, с пятью рядами кресел, расположенных через равные промежутки. На них восседали пятьдесят членов совета. По центру, на манер трона было ещё одно кресло, где сидел сам председатель, князь и владыка несостоявшейся империи – Светлейший Князь Игорь Дмитриевич Бельский.

«– Ну здрасти, владыка!» – не удержалась от сарказма. «– Вот честно, хочу прямо сейчас раздавить эту гниду!» – несмотря на момент, мне стало смешно, ведь я реально легко могу его прикончить, верней лишить силы, запустив вирус, убийство не входило в мои планы.

Сотников излишне медленно шёл к трибуне, давая мне время. Пусть нервничают члены совета, мне было всё равно.

Я взлетела. При новых обстоятельствах нужно было осмотреть всех присутствующих. Наличие одержимых среди членов совета меня не удивило. Подлетая к каждому, я акцентировала на этом внимание монарха. Очень надеялась, что я не с воздухом разговариваю, хотя и Пётр Михайлович меня слышит.

В итоге, кроме князя, насчитала восемь человек. Все довольно молодые, по сравнению с основной массой.

«– Начинайте!» – дала команду Сотникову и приземлилась на центр зала.

– Уважаемые члены Императорского Совета, господин председатель, – начал Пётр Михайлович.

И в следующий момент я приступила к воплощению своего плана. Практически все члены совета потеряли сознание, верней так казалось со стороны. Пятьдесят безвольных кукол лежало на креслах. Сзади упала охрана – их я тоже вырубила. Сотников сымитировал состояние, задача была просто скрыться за трибуну от взгляда князя и уйти в невидимость.

Члены совета не совсем потеряли сознание, верней пришли в себя через секунду. Мне нужно было это состояние для достоверности выражения лиц, чтобы владыка не усомнился. Сейчас же все пятьдесят человек, включая одержимых, видели и слышали всё происходящее. Кто-то развалился в кресле очень удачно, и зрачки застыли так, что видит меня или князя.

Всё-таки Анна победила, и в новых обстоятельствах, рядом с одержимым владыкой, она смотрелась органично.

– Ну здравствуйте, владыка! – по-кошачьи протянула я, проявившись посередине зала. – Наконец-то я увидела воочию столь значимую фигу, – немного лести не помешает, хотя сарказм скрыть не смогла.

– Кто вы? Они мертвы? – паники я не слышала. Властный, уверенный голос настоящего властелина. Да и внешность не подкачала: высокий, можно сказать, мощный, тяжёлое лицо с массивным подбородком и прожигающий взгляд. Я думаю, многие за ним пойдут, приди он к власти, он эталон правителя.

– Живы, мертвы – всё относительно в этом мире, правда, владыка? – ушла от ответа. – А кто я? На другом секторе меня знают под именем Анна. Интересное хочу сказать место, весёлое, – я даже рассмеялась. – Решила пообщаться в местной элитой, – я пренебрежительно помотала ладонью, но меня захотели убить. Представляете, прямо на маскараде! И никто иной, как одержимые. Пришлось их успокоить, верней упокоить. Пфф, – я показала ладонями, как распылила их.

Во время разговора я не стояла на месте, а медленно прохаживалась перед собравшимися.

– Представляете, оказывается, на том секторе одержимые ходят прямо по улице, – походила пальцами по воздуху. Анна из меня прямо пёрла, каждое слово сочилось желчью и сарказмом.

– Что вы хотите?

– Не перебивайте! – сказала вроде спокойно, но с ноткой превосходства. Это было сделано намерено, чтобы вывести из равновесия оппонента.

Подействовало, ведь вряд ли он слышал такое в свой адрес. Пока не стал кричать, но тело напряглось.

– Я пошла искать их домик, ну, одержимых. Они же не ходят поодиночке. Безвольные твари с промытыми мозгами не способны принимать самостоятельные решения, – я намерено унижала носителей Чёрной крови. – И живут кучкой…

Князь слушал, но не сидел безучастно. Я увидела, что на нём замерцала защита и чуть на расстоянии тоже появился щит. Он меня боится! А вот это замечательно!

– И я нашла этот домик, – я широко улыбнулась. – Большой такой, чёрный. Долго, наверное, строили? А народа, сколько погубили, там вокруг всё усеяно костями. Хрусь, хрусь. Вам снится этот хруст, владыка?

– Что вы хотите? – повторил князь.

Он бы мог обвинить меня в сумасшествии, ведь я играла именно эту роль. Но не делал этого. Я бы, если честно, тоже поостереглась кидать это в лицо. Мелкая девчонка уложила за секунду пятьдесят магов, ходит смеётся, явно не проявляя страха, как хозяйка положения.

– От вас ничего. Просто прибыла доложить! Цитадель уничтожена! – я встала по стойке смирно, а потом рассмеялась. – Хорошо вы её защитили, тарелочки, вертолётики. А я пришла и пустила всё по ветру, – опять показала руками.

Я широко улыбалась, хотя воспоминания были тягостными.

Заметила, что князь что-то прошептал. Пытается передать кому-то сообщение.

– Не утруждайте себя, вас никто не услышит, – это было правдой, работал только мой передатчик, остальное блокировалось. Ничего и никто не может войти и выйти сюда. – Операция по захвату сектора провалилась, не начавшись. Восемь баз сейчас погружены в хаос.

Я понимала, что для него это просто слова, которые могли быть блефом, поэтому думала, как накалить обстановку.

– Я вот единственное не пойму, зачем нужно заражать императорскую семью Чёрной кровью? Сделать из них марионетки? Бред же! Создали целую научную структуру по изучению дара Чёрной крови… А, поняла! – играла озарение. – У вас болезненная тяга к этому дару, и вы желали приобщать к нему всех достойных, потому что сами являетесь его носителем.

Я расхохоталась.

– Ну это легко проверить, – я довольно бодро направилась к владыке. – Сейчас проверю! – я взлетела, чтобы оказаться на его уровне.

Когда зверь в ловушке, он не будет сидеть спокойно и это не стал. Почуяла жирная крыса, что пришёл час расплаты.

Глаза князя налились чёрным, и в меня устремились чёрные щупальцы. Сколько удовольствия было в этих потусторонних глазах, словно он ждал этого момента всю жизнь, вот так, открыто продемонстрировать свою сущность.

– Я думаю, больше не нужно доказательств, Ваше Величество! – по залу буквально прогремел мой голос, усиленный многократно, что послужило холодным душем для князя. Зверское выражение лица на секунду превратилось в испуганное, а дальше всё прекратилось, я просто запаковала владыку в капсулу.

Сняла защиту с зала и начала приводить в чувства членов совета, кроме носителей Чёрной крови. Предупреждать, чтобы не рыпались, даже не стала. Нужно быть идиотом, чтобы на меня кинуться.

А вот то, что произошло потом, удивило. Дверь начала открываться и на пороге появился одинокий невысокий мужчина.

– Ваше Императорское Величество! – я сделала реверанс, как подобает особе моего положения.

Все пришедшие в сознание члены Совета встали.

Одет он был просто, строго, без регалий, но даже мощная фигура сверженного владыки казалась бы тускло рядом с этим человекам. Спокойный, но одновременно жёсткий взгляд и уверенность в каждом движении.

– Не могу сказать, что зрелище было приятным, но спасибо, сударыня, за возможность увидеть всё своими глазами!

Глядя на этого человека, я даже не знала, как он будет всё разруливать. Предстоит столько работы, что врагу не пожелаешь. Но надеюсь, у него достаточно лояльных людей, которым он сможет доверять, и первый из них появился за спиной – Сотников Пётр Михайлович.

Он не знает, но уже предполагает, что его ждёт молниеносный взлёт по карьерной лестнице. Бывший уже надзорник говорил, что не сможет воевать, но придётся, как и мне. Начнутся беспорядки, которые нужно пресекать. Потеряв голову змея, будет метаться ещё какое-то время.

Но я всё равно вздохнула с облегчением.

Ушла в сторону, пропуская на центр зала императора, который тут же начал свою речь…

А меня ждут дела, верней сон.

Голос императора обрезало, как только я переместилась в квартиру Петра Михайловича.

– Как же я устала… – буквально на ходу стала скидывать одежду, чтобы встать под струйки воды. Душ – это лучшее изобретение человечества, чтобы снять стресс и собрать мысли.

Не знаю, сколько я так простояла, но, когда начало шатать, отправилась в спальню.

* * *

Проснувшись, я потянулась. Не было раздвоенности сознания, я прекрасно помнила, что произошло накануне. Вряд ли хозяин квартиры возвращался, пока я спала, он весь в делах на неопределённое количество времени.

Меня трогать не должны, верней привлекать к разборкам. Мои дела глобального масштаба.

Пётр Михайлович должен был передать второе письмо императору, где я пишу о себе: кто я, какие мои цели. Очень надеюсь, что мешать не будут, и наш дорогой монарх понимает, что я выполню задуманное, несмотря ни на что.

Сотников не приходил, еда в холодильнике не тронута. Приготовила завтрак, по времени уже обед и стала поглощать, обдумывая дальнейшие действия. Мой путь лежит на соседний сектор. Да, по площади тот сектор больше, но имея координаты, я быстро найду базы и обезврежу их. Ещё мне хотелось посмотреть, как идут дела в концлагере.

Но в первую очередь я переместилась в бункер-полигон надзорного управления. Перед операцией я своевольничала и запаковала адъютанта в капсулу, снимать я её не собиралась, хотела оставить артефакт для её снятия в кабинете.

В квартире оставила записку, с примерным временем возвращения, может, нужно будет скоординировать действия.

Опять тягостный переход с потерянным временем, и снова я на ненавистном секторе. Взлетев, сразу взяла нужное направление.

Первую базу я увидела издали, как и сказал Савелий Дмитриевич, они прятались за крупными усадьбами, и сами одержимые здесь вольготно жили. Под каждым домом был бункер, не такой глубокий и защищённый, как на нашем секторе, но я не обольщалась, легче не будет.

Приземлившись недалеко, я опять принялась переделывать вирусный модуль. Здесь он должен начать действовать быстро, но «размножаться» медленно, чтобы уж наверняка охватить всех. Надежда была на то, что когда начнёт корёжить первых одержимых, находящихся наверху, то остальные не будут отсиживаться внутри.

Список баз был длинным, и я запаслась огромным количеством чёрных кристаллов, как робот пошла выполнять заложенную программу.

Когда количество «отработанных» точек подошло к десятку, меня начало подташнивать. Нет, не в истощении дело, я это чувствовало, просто всё настолько осточертело, что хотелось лечь где-нибудь и забыться. Что я и сделала, прыгнув к церкви.

Помолившись у креста, зашла внутрь. Несмотря на вечернее время, я там оказалась не одна.

– Анастасия Павловна! – это была Соня, жена нашего старосты, наводила порядок в церкви.

Внутри и правда всё преобразилось и пахло очень вкусно, воском и ладаном.

– Добрый вечер! – поприветствовала я.

– Я сейчас Ивана позову, – женщина положила метёлку и собралась выйти.

– Не нужно Ивана, я одна хочу побыть, – сделала жест, чтобы оставила меня. Соня поклонилась и ушла.

Уже через минуту стояния перед иконами, которых прибавилось, стало лучше. Я уже не строила планов, мне бы начатое закончить, просто несколько минут покоя.

Вышла из церкви, чтобы обозначить уход, и телепортировалась в покинутую точку.

Глава 13

Вернулась я, как и планировала, через трое суток. Нет, я не летала все эти дни без остановки, от такого режима работы сдохнуть можно. Пришлось пару раз спать по нескольку часов, где придётся и даже наведаться в Темногорск, чтобы перекусить. Внешне там всё было спокойно, но напряжение чувствовалось. Местное население казалось зашуганным, и мало его было на улице, несмотря на разгар дня.

Скорей всего из-за исчезновения Богдана Романовича начался передел территории, и второсортные боссы решили занять место главаря. То, что он может вернуться, никого не волновало. А сейчас дом его разрушен, куча трупов, а самого хозяина и машины нет. Значит, что? Конечно, сбежал и бросил своих людей. Ладно, не моё дело, сам разберётся.

Хотя причина может быть и в другом, слухи просочились с территории работного лагеря. Ведь если учесть использование транспорта, то первые беженцы могли добраться до населённых территорий. А дальше слухи будут расходиться во все стороны, обрастая подробностями и по большей части страшными.

Когда я наведалась в концлагерь, то увидела разрушения, как признак бывших сражений. Но сейчас там была тишина.

Порадовали группы людей, которых я видела внутри работных посёлков, они не походили на узников, жгли костры, готовили какую-то еду. Я думала, что они уйдут, но, похоже, некоторые решили обживаться или готовиться к походу.

Ладно, здесь я не буду вмешиваться. Сейчас мне нужен полноценный отдых и сводки от Петра Михайловича.

Хозяина не было, как и засады в квартире. Хотя это глупо, без лишней скромности, убить меня практически нереально.

Холодильник порадовал свежей едой, видно было, хозяин к моему появлению готовился. Почему я так решила, да потому что стояли две коробки с пирожными, разными, по паре штук, словно не мог выбрать. Хотя был ещё вариант – передали из дворца.

Кто говорил, что нельзя есть сладкое перед едой, аппетит испортишь? Я съела четыре нереально вкусных пирожных и осталось настолько голодной, что в меня влез ещё большой кусок мяса и салат.

Поглаживая живот, баюкая свою сытость, я понимала, что засыпаю.

Нужно было вначале в душ сходить, – подумала я, направляясь в спальню. Но силы остались только раздеться и залезть под одеяло.

Проснулась я от тихого щёлканья в голове, это защита сообщала, что кто-то проник внутрь, санкционировано. Проспала я всего часа четыре, но сразу встала.

Пётр Михайлович был на кухне и уже готовил кофе.

– Доброе утро, Настенька! Кофе?

Я кивнула.

Сотников был уставший, но общее настроение показывало удовлетворение происходящим. Значит, моё вмешательство больше не требуется.

– Мне нужно в Чёрные путы, здесь я уже всё закончила, – сообщила я то, что он и так подозревал, ведь не закончив дела, я бы не вернулась.

– Есть предположение, что там может быть? – продолжая наводить напиток, Пётр Михайлович с интересом на меня посматривал. На эту тему мы с ним мало говорили.

– Пока не знаю, но есть гипотеза, Чёрные путы, что-то изолируют от нас и вовсе не полчища тварей. Твари это производное. Постоянные перезагрузки не дают распространяться чёрным зонам, возвращая всё в исходное состояние, которое было, когда чернота опустилась и стабилизировалась. Но это домыслы, которые мне нужно проверять. Уйду я надолго, для вас. Вернусь только перед финальным этапом, чтобы рассказать, что обнаружила и есть ли возможность уничтожить. Возвращаться в промежутках не хочу, я здесь слишком расслабляюсь.

– Что-то от меня требуется?

– Да, галет несколько пачек, – я улыбнулась, а Сотников рассмеялся. – И ещё, давайте вернём вашу жену.

Пётр Михайлович замер и тяжело задышал, он явно боялся, что Мария не будет прежней.

– Вы правы, тянуть нельзя.

– Может, поспите вначале? – ведь он пришёл домой для отдыха.

– Уже не смогу уснуть… – ну это он, конечно, зря сказал, усыпить могу за секунду, но я понимала о чём он.

Мы не поехали, это слишком долго. Выпили кофе и вышли на балкон.

«– Готовы?» – в невидимости я не видела реакции Сотникова, но этого и не нужно было.

Мы выбрали направление, с ориентирами тоже было всё предельно понятно. После моей практики полётов, я могу найти что угодно просто по примерному описанию, а здесь и речка, и озеро, а главное, большой дом, в котором я уже была.

Точка приземления тоже была выбрана. Я уверена, что прибуду туда быстрей, ведь у Петра Михайловича мало практики и он сто процентов будет осторожничать.

«– Поехали!» – скомандовала я и взлетела.

Разговаривать в дороге мы не будем, полёта по прикидкам на час.

Я на месте была через сорок минут. Опустившись на опушку леса, недалеко от поместья рода Сотниковых. Мы не просто так сюда прилетели, нужно было соблюсти осторожность. Пётр Михайлович был так занят, что не имел возможности наведаться в родовое гнездо и проведать родителей.

Надзорник подлетел спустя полчаса.

«– Я здесь!» – сообщил он, но я и так слышала, приземление было довольно шумным. Ему ещё учиться и учиться. «– Это фантастика!» – несмотря на предстоящее событие он поделился восторгом от полёта.

«– Говорите, куда двигаться», – мы оставались в невидимости, так что мне нужны были ориентиры.

Обозначив их, мы поднялись в воздух.

В поместье было спокойно, по крайней мере со стороны хозяйственного строения, к которому мы направились. Обычное каменное строение в саду, где хранился инвентарь. Я их видела несколько.

«– Мария любила возиться в саду, я продолжаю следить за её цветами», – поделился Сотников.

Дверь была с противной от особняка стороне, но я всё равно повесила структуру иллюзии, чтобы скрыть наш вход, расслабляться нельзя, не время.

В небольшом помещении был всевозможный инвентарь, а ещё у стены стояла большая тележка. Пётр Михайлович аккуратно её отодвинул и, коснувшись стены, снял иллюзию.

Дверь, массивная, артефактная.

«– Сюда могу зайти только я», – сказал и посмотрел на меня, я не смогла скрыть сарказма и криво улыбнулась. Меня саму иногда пугают мои возможности.

Дверь тихо открылась, вниз вела тёмная лестница. Как только дверь закрылась, вспыхнул тусклый свет, и мы начали спуск.

– Здесь планировался винный погреб, но я нашёл причину, чтобы его якобы заложить. Артефакты покупал незаконно и собирал сам, пришлось очень быстро и многому учиться. В то время я как раз и познакомился с Богданом, – рассказывал хозяин. Мы сняли невидимость, и разговаривать можно было спокойно.

Внизу была большая комната. Медицинский бокс я сразу увидела. Он казался маленьким по сравнению с массивным артефактом, стоящим рядом. Даже не представляю, сколько он жрал чёрных кристаллов, ведь он именно на них работал, уверена, что Сотников покупал их легально, скорей всего тот же Богдан Романович поставлял.

Я подошла, чтобы увидеть будущую пациентку. Излишне худая, жировой ткани словно не было, через истончённую кожу просвечивали чёрные вены и даже мельчайшие сосуды. От той пышущей здоровьем женщины с портрета ничего не осталось. Надеялась, что мозг выжил.

– Откройте, – показала жестом.

Пётр Михайлович замешкался буквально на секунду, потом подошёл к капсуле и нажал кнопку. Крышка стала медленно подниматься, открывая Марию. Подсознательно всплыло воспоминание из госпиталя, где я лечила заражённых чёрными эманациями. В носу появился запах, но я понимала, что это просто психосоматика и от женщины ничем не пахнет. Верней был запах, но он ничего общего не имел с тем зловонием.

Я не стала касаться пациентки, диагностику и так проведу. Сразу почувствовала чёрные эманации и посмотрела на Сотникова.

– Она постоянно в активном состоянии, – пояснил он.

Я присмотрелась. Да, это были не вены, а каналы Чёрной крови, только тусклые, теперь я явно это видела.

– Артефакт собирает выбросы и преобразует в чистую энергию и её же использует, требуется небольшая подпитка кристаллами. Браслеты блокирую основной поток, но она очень сильная, – сказано было с гордостью. – Браслетов хватает на неполный месяц, потом приходится менять иначе выгорают.

Я его слушала, а сама изучала тело. Очень сильно истощена и физически, и энергетически. Сеть, несмотря на использование поддерживающего артефакта, износилась, я видела, что местами она близка к выгоранию. Ещё год-два и начнёт отмирать, это я прикинула по степени износа распределённую на десять лет, но она же может прогрессировать. Возможно, тогда дар Чёрной крови сам себя сожрёт, но боюсь, и хозяйку в могилу сведёт, ведь в данном случае замкнутый круг: она живёт, пока есть энергия, которая её и убивает.

Мозг. Фатальных изменений в физическом плане я не видела, но на ментальном чувствовалось нагнетание. Нет, эмоций не было, просто ментальный дар постоянно работал, защищая.

– Ей повезло, что она менталист, – я посмотрела на Петра Михайловича, давая немного надежды. – Одно скажу, Чёрную кровь я сейчас не смогу убрать, даже очень деликатно, вначале Марию нужно восстановить. Просто есть подозрение, что дары сплелись между собой, как было у меня с целителем. Я вам не сказала одну вещь и сейчас сообщу для понимания. Чёрная кровь – это не просто дар. Как его ни назови, проклятый, хаос, время – этот дар первородный, он вместилище всего. Дикий, необузданный, всепожирающий, но способный взаимодействовать со всем, – Сотников кивнул. – Хотя вы и так это знаете, используя кровь носителей. И, может статься, так, что, убирая одно, я убью пациента.

– Главное, чтобы она выдержала установку ключа, – Пётр Михайлович потёр место, где у него стоит ключ.

– Я буду всё контролировать. В теории капсула должна блокировать прямое воздействие на тело, но рисковать не буду. Мне бы стул, чтобы сесть, неудобно будет несколько часов в согнутом состоянии стоять, – я осмотрелась.

Сотников чуть ли не побежал за стулом, который обнаружился в углу. Другой мебели не было.

– А вы отправляйтесь отдыхать, – приказывать я не могла, но тон выбрала твёрдый. – Я серьёзно! Вы меня будете отвлекать. Вернётесь часа через четыре, раньше я не закончу.

Пётр Михайлович кивнул, постоял минуту, глядя на жену, и исчез.

Так, что мы имеем? – я села у бокса. – Самого сложного пациента в моей практике. Настя – студентка, точно не справилась, но я сейчас другая.

Помня, как Виктор, да и Сотников реагировали на установку ключа, начинать было страшно. Но выбора у меня нет, я дала слово.

Просчитывать последствия внедрения новой магической формулы смысла не было, но имелась надежда, что капсула блокирует негативные последствия, хотя я даже не понимала, как это можно сделать, ведь в любом случае сеть придётся выжигать.

Ладно, нет смысла тянуть. В последнюю секунду я поняла, что Марию нужно покрыть ещё одной общей капсулой. Ну да, что-то не сообразила, всё же логично, хотя нифига не логично, но сомневаться нельзя…

Накинула капсулу на женщину, потом только создала ключ и поднесла к груди. А вот дальше пошли непонятки, он не исчез, как это обычно было, а замер на поверхности и остался в видимости, постепенно втягиваясь внутрь тела, которое стало полупрозрачным. Понимание пришло не сразу, а когда дошло, то я улыбнулась. Мне показывали процесс, верней он проходил в настолько щадящем режиме, что замедлилось само время.

Я вздохнула с облегчением, опять мои переживания были напрасны.

Ключ встал, и верхняя капсула неожиданно исчезла. Я в шоке не знала, что делать, ведь думала, что процесс восстановления сети пойдёт без меня в энергетическом боксе.

Но удивительное дело, дальше ничего не происходило, и я выдохнула. Ключ так и находился в изоляции.

Так, что дальше? – я задумалась. – От меня ждут следующей команды или нужно просто задать параметры?

По сути, это одно и то же, с небольшим нюансом. В итоге решила восстановить сеть при помощи ключа. Если в академическом госпитале я восстанавливала выгоревшую сеть буквально ручками, то здесь уже другой уровень.

Если я правильно понимаю механику капсулы, то мне достаточно распределить её по сети носителя дара и дать команду на восстановления. Этот способ не затронет само тело пациента. Да, я как-то рассуждала на эту тему, в фантазиях, как создать сеть для обывателей, и теперь понимала, что теперь это может быть реальностью. Магическая сеть для обывателей – мой следующий шаг в этом направлении, только уже в мирной жизни.

Не стала отдаваться на волю ключа, дело не в доверии, а в том, что это эксперимент и мне нужно прочувствовать и увидеть, как всё будет происходить.

Я запустила процесс, медленный, щадящий. Хоть и не видела признаков боли у Марии, но рисковать не имею права. Насколько бы лояльно Пётр Михайлович ко мне не относился, но, если я убью его жену, он мне этого не простит. Он мне верит и ждёт чуда. Сомневаюсь, что чудо произойдёт в полной мере, мне бы мозги восстановить, желательно с памятью. Да фатальных изменений нет, но десять лет в активном ментальном состоянии могли свести её с ума.