Текст книги "Призрачная кровь 8 (СИ)"

Автор книги: Елена Шатилова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

– На других участках есть такие, как ты? – «Да».

– Просто позвать? – «Да».

Глядя на него и его головы, закралась одна догадка.

– Там будешь ты? – вместо ответа он странно покачал головой, словно затрудняется ответить.

– У вас общее сознание? – «Да».

– Я пойду? – посмотрела вдаль, там предположительно была граница и в следующий момент охнула и зажмурила глаза. Меня чуть не ослепило солнце.

Я громко засмеялась – меня просто выпнули!

Сзади была граница, всё так же разделяя наши миры чёрной стеной, но сейчас, даже при свете солнца я могла различить камни на той стороне. Сейчас заходить туда и выяснять степень опасности для людей я не намерена, поэтому без лишних рассуждений вернулась в квартиру Сотникова.

«Папочка, я дома!» – мне никто не ответил. Скорей всего Пётр Михайлович на посту у императора.

На часах было одиннадцать сорок три, но это ничего не говорило, но давало надежду.

Выглянула в окно. Никаких пожаров, беспорядков – всё цело. Участок улицы, что был виден из моего окна, был пустынным.

Чтобы не волноваться понапрасну, просто вышла из комнаты.

Мария Андреевна сидела в гостиной, смотрела телевизор. Напряжённая поза, шок на лице. На моё появление повернулась и вздрогнула.

Я выругалась и поторопилась убрать боевую броню, которая закрывала и лицо, сменила на простое платье.

– Настя, напугала! – она подскочила и подойдя, неожиданно обняла. – Было так страшно… – даже не представляю, что могло напугать урождённую Рокотову.

Мысли сразу поскакали к Михаилу, захотелось сорваться и бежать в академию, ведь он там. Но нужно дождаться Сотникова и переговорить о моём возвращении.

– Рассказывайте, – я предложила присесть и выключила телевизор. Ничего интересного там не было, просто репортаж с улицы.

– Пётр сказал, чтобы я не покидала квартиру и, если что бежала в убежище, а сам ушёл. Всё началось где-то в половине одиннадцатого. Появился гул, который продолжался около часа, – я слушала и удивлялась.

Я так понимала, гул стоял, когда собирался осколок. Но час? Или здесь время сыграло со мной очередную шутку, или я просто не заметила, сколько всё длилось.

– Потом всё прекратилось. И вот буквально минут двадцать назад раздался, трубный вой, словно тысячи тварей разом заорали. Казалось, начался Апокалипсис. Следом прошла вибрация, и всё стихло. Настя, всё закончилось?

– Да, – можно было и так понять, я же вернулась.

Но меня здесь не было, поэтому не могу судить. Возможно, прокатилась ментальная волна и ультразвуковая. Паническая атака она такая, мозгов лишает. Дотронулась до Марии, успокаивая.

– Фух, спасибо. Реально соображать не могла.

Глава 21

Посмотрев на Марию Андреевну, я взяла её за руку, нужно было проверить, есть ли изменения. Женщина замерла, в глазах опять появился испуг. Возможно, подумала, что я прямо сейчас хочу начать выжигание Чёрной крови. Я не настолько отмороженная, хотя иногда боюсь своей натуры, вдруг что-нибудь выкину.

Вначале решила, что у меня проблемы с внутренним зрением, просто я не увидела знакомой дублирующей сети. Уже подспудно начала радоваться, вдруг Чёрная кровь исчезла, но всё-таки включила мозги и рассмотрела поподробней.

Коснувшись груди Марии и обнаружила искомый дар. Интересно.

– Браслеты снимите, – приказала я. Женщина замотала головой, в глазах читалась паника. – Мария Андреевна, не глупите, вы не превратитесь одержимую.

У моей будущей родственницы затряслись руки, но она всё же сняла артефакты. Я видела, как она глубоко вздохнула. Ну да, возвращение магии реально воспринимается как глоток свежего воздуха, надышаться не получается, особенно после долгой блокировки.

Я повторно взяла её за руку и стала рассматривать сеть.

– Надевайте, – после моих слов Мария быстро вернула браслеты.

– Что там?

– Сеть ослабла.

– Вся? А чем это грозит? Я не смогу восстановиться? – будущая родственница расстроилась.

– Чёрная кровь ослабла, ушла из боевого режима, она теперь обычный дар. Когда придёт Пётр Михайлович, хочу кое-что попробовать.

Мария Андреевна закивала. На лице было нетерпение. Но боюсь, она будет не рада моему предложению.

Сотников пришёл через час, очень взволнованный. Увидев меня, выдохнул с облегчением.

– Настя, как же вы нас напугали… – упрёка не было, скорей беспокойство.

– Всё хорошо. Задачу выполнила, теперь рутина осталась. Пойдёмте поговорим, – не дожидаясь ответа, направилась в кабинет.

Пётр Михайлович отправился за мной.

– Рассказывайте, – хозяин кабинета, не скрывая довольной улыбки, сел в своё кресло.

– На нашем отрезке не будет больше перезагрузок, я уничтожила все порталы, – сообщила я.

Сотников почему-то побледнел, но цвет лица быстро вернулся в норму. Я даже не знаю, как сама бы реагировала на подобное известие, верней на подобную силу.

– Теперь я знаю механизм уничтожения и смогу быстро чистить участки. Оказалось, что моя функция незначительная, грубо говоря, ничтожна. Справится любой носитель Чёрной крови с ещё одним даром…

Да, у меня было желание научить Марию уничтожать осколки, ведь работы предстоит много. Но подумав, отказалась от этой идеи.

– Решила продолжить в одиночку, не могу я передавать опасные знания.

Пётр Михайлович кивнул. Скорей всего, когда я начала говорить, у нас мысли пошли в одном русле, он боялся, что я предложу присоединить её жену. Сделаю её ещё одним спасителем, тем самым реабилитирую. Нет, я лишу её дара и пусть живёт как хочет. Тем более, есть подозрение, что теперь она не потеряет другие дары.

– Чёрная кровь ослабла. Подозреваю, что если бы операция с диверсиями прошла сейчас, то мы получили бы в противники армию полноценных магов, а не пустышки, – поделилась соображениями.

– Вы уверены?

– У меня нет чистых даров, поэтому хочу предложить у Марии активировать Чёрную кровь, если вы не против, – я хитро улыбнулась.

– Может, не стоит?

– Чего вы боитесь? Забудьте уже тот день! – голос сам повысился. – Я не стану отговаривать вас от выжигания дара, даже если Чёрная кровь стала безобидной, это сугубо ваше решение. Мне нужно узнать изменение в состоянии носителей. Или вы предлагаете отправиться на поиски одержимого? Хотя могу наведаться в институт и попросить ребёнка для опытов? – понимаю, что давлю. Сотников аж ноздри раздул от злости.

– Хорошо. Где вам будет удобно?

– Без разницы, хоть в гостиной.

Я думала, что встречу сопротивление от Марии Андреевны, но мужа она послушалась беспрекословно, только опять немного боялась. Как крепко им вдалбливали страх перед этим даром. Вроде сильная женщина не может справиться с паникой. Хотя, возможно, я зря сравниваю её с братом, она всё же женщина.

Сняв браслеты, Мария вытянула руку и посмотрела на меня, как я и просила, потом только пустила выбранный дар.

Когда я увидела активацию, не смогла сдержать улыбки. Не было чёрных глаз, просто потемнели зрачки. Да и на руках каналы были похоже просто на выступившие вены.

– Спасибо, надевайте браслеты. Вернёмся в кабинет, Пётр Михайлович, – я не спрашивала, поэтому сразу пошла.

– Простите, Анастасия Павловна, – когда мы сели в кабинете, Сотников неожиданно попросил прощения. Хотя, по сути, и не за что. – Я сейчас очень чувствительно отношусь ко всему, что касается жены. Мне не стоило на вас злиться, это всего лишь ваша работа, – я кивнула, типа принимаю извинение. А я уже боялась, что после моей выходки зародится вражда. – Чем нам это грозит? Другие дары тоже ослабли?

– Вряд ли. Я предполагала, что так будет, ведь сами Чёрные путы ослабли. Сильная защита не нужна, значит, и боевиков можно вывести из активного режима. Я вам уже говорила кто такие одержимые…

– Да, помню. И это отлично, что остатки носителей уже не представляют серьёзной опасности.

– Скорей всего можно исключить безумство во время активации даже без ключа. И выброса эманаций не будет. Теперь это просто дар времени. Но нужны проверки, это уже ваша работа. Давайте поговорим обо мне. Я готова вернуться у жизни с документами или без. И первого кого я посещу это Михаил, соскучилась, – я постаралась улыбнуться поспокойней.

– Хорошо. Документы восстановим в течение нескольких дней.

– И звонить Юрию Андреевичу не нужно, хочу, чтобы он был шоке, – я коварно улыбнулась. Да, после того как намилуюсь с Мишей, мы пойдём к нему домой. Нужно, конечно, к моим родственникам наведаться, но что ни говори, а Рокотовы мне стали ближе, ведь я скоро стану одной из них. А к своим чуть позже и с Сотниковым, пусть придумывает легенду для моего возвращения.

– Хулиганка, – Пётр Михайлович рассмеялся, вернув меня из задумчивости.

– Имею право. Заслужила…

* * *

Быстро поела с императорской кухни, хотя такую пищу хотелось смаковать, у императора работает мастер своего дела, он умудряется даже картофель запечь по-особому.

Переместилась в лесок, ближе портальных точек не было. Не выходя на дорогу, сразу взлетела и набрала высоту.

Дальше продолжу путь в полёте. Боюсь, мне сложно будет возвращаться к обычному транспорту, медленному, неудобному.

Не стала торопиться, нужно обдумать, где может находиться мой ненаглядный в это время дня.

Вряд ли он на занятиях, после сегодняшнего происшествия. Скорей всего студенты занимаются своими делами, пока профессора готовятся неизвестно к чему, возможно, проводят какие-нибудь мобилизационные мероприятия.

Так, чем может заниматься Михаил? Надеюсь, он не сидит в своей комнате. В этом случае поиск может затянуться, я просто не знаю, где он живёт на территории академии и живёт ли.

Возможно, он дома, но тогда мне придётся пробираться к нему в комнату. Почему-то эта мысль казалось неприличной, хотя после нашей разлуки это глупо. Я и на людях готова повиснуть у него на шее, если бы можно было. Но пока я ещё не легализовалась, поэтому сохраняю конспирацию.

Ладно, буду действовать по обстоятельствам.

В поле зрения появились шпили зданий академии, сердце забилось чаще от нетерпения, и я прибавила скорость.

Вся территория утопала в буйной зелени, что затрудняло поиск на улице. Да и не хочу я бегать по академии, лучше где-нибудь подожду.

Меня привлёк светящийся объект, который затмевал солнечные лучи. От увиденного слёзы навернулись. У администрации виднелся большой мерцающий цветок. Было очень приятно его увидеть. Меня ждут или, по крайней мере, помнят.

На территории академии было оживлённо, студенты общались сидя на лавочках или просто прогуливаясь. Судя по весёлым голосам, да и звонкому смеху, разносящемуся отовсюду, молодёжь плевать хотела на грозящий Апокалипсис, они продолжали свою жизнь.

Вначале возникла мысль приземлиться где-нибудь в укромном уголке и превратиться в безликую студентку. Но я посчитала это неправильным, когда я увижу Михаила, то не смогу скрыть своих эмоций. А зачем смущать парня, да ещё толкать на ненужные мысли? Так что пока побуду невидимкой.

А что я буду делать, когда его увижу? Не бросаться же на шею, типа, я вернулась милый, но пока невидимая.

Нужно найти место, где можно спокойно поговорить. Может квартиру снять или номер в гостинице? – подумала я. – Ага, только решила, что неприлично в комнату к парню проникать, а сама… Да к лешему всё это приличие, я спать с ним до свадьбы не собираюсь, а вот поцеловаться хочу.

Сладкие мысли заставили шарить глазами по округе, хотелось поторопить события. Можно было, конечно, позвать, ведь на нём висит прослушка, если её специально не сняли. Радиус довольно большой, явно сократит поиски. Но мне хотелось вначале его увидеть.

Сразу направилась к библиотеке, наверное, воспоминание о нашем знакомстве сыграло роль. А потом отругала себя: Какая библиотека, он в тренажёрном зале, сто процентов! Где ещё парню тратить энергию.

Подлетев к тренажёрному залу, я приземлилась. Шторы были закрыты. Ну да, нечего девчонкам пялиться на разгорячённых парней. А я, хулиганка, немного подсмотрю. Вспомнила тот день, когда мы с девчонками пришли в спортзал, и я улыбнулась. Картинки из прошлого заплясали перед глазами.

Мозг вообще странный, вернувшись сюда, я словно вычеркнула прошедший год, будто это был страшный сон и не более. Понимаю, что мне ещё не раз придётся окунуться в Чёрные путы для чистки от осколков, но не будет уже всего этого ужаса с кучами трупов и, главное, не будет одиночества.

Зайдя в открытую дверь, я опять воспарила под потолок, слишком много народа было у двери. Я заглянула в открытую дверь зала, там было битком, казалось, пол-академии здесь собралось. Кто-то отдыхал на диванах и кушетках, кто-то терзал тренажёры. А ещё стоял галдёж, вперемешку с лязгом металла.

Меня совершенно не интересовала чужая болтовня и тем более потные тела чужих парней, я искала своего. И, естественно, быстро нашла. Как не заметить атлетического красавца. Или он изменился, или я стала воспринимать его по-другому, но сейчас у меня от возбуждения по телу даже приятные мурашки пробежали. Настя повзрослела, от этого уже никуда не денусь, да и не хочу. Буду жить полной жизнью, свидания, объятия, поцелуи…

Миша боксировал с каким-то парнем, довольно жёстко, но никто не жаловался, наоборот, вокруг только провоцировали, комментируя каждый удар. Соперник тоже не отставал, создавалось впечатление, что он кайфует от процесса, хотя по лицу уже схлопотал, судя по разбитой губе.

Я засмотрелась, как перекатываются мышцы на голом торсе моего парня, захотелось дотронуться. Поторопилась отогнать ненужные сейчас мысли, ещё нафантазируюсь.

Ой, как некрасиво подсматривать! – поругала я себя, едва сдерживая улыбку.

Бой быстро закончился, ведь он не подразумевал нокаут соперника, просто тренировка. Парни стукнулись перчатками и разошлись.

– Рок, давай со мной раунд, – попросил парнишка небольшого роста, шуточно и очень быстро побоксировал в направлении Миши.

– Не сейчас, ты меня завалишь. Отдохнуть нужно, – рассмеялся мой парень.

А я заслушалась голосом. Он стал чуть грубей, приобрёл бархатные нотки, как у отца. Да, он изменился за этот год. Я залюбовалась повзрослевшим лицом парня.

– Да ну, завалишь тебя, – оппонент рассмеялся. – Но завтра жду, не отвертишься.

– Добро.

Михаил не пошёл в душ, как мне хотелось. Нет, там подсматривать я не собиралась, просто хотелось, чтобы он побыстрей вышел на улицу.

Обтерпевшись полотенцем, он перешёл на свободный тренажёр. Я не знала, сколько он будет здесь качаться, а терпение уже на пределе. Дождавшись, когда он закончил подход, всё же сказала шёпотом:

«– Не реагируй. Я здесь».

Парень слегка дёрнулся и широко улыбнулся.

«– Не улыбайся как дурачок…» – я сама чуть не рассмеялась, наблюдая, как Миша подавляет улыбку. «Жду тебя за территорией академии. Есть возможность выйти?»

Парень кивнул. Да я могла бы нацепить на него маску с иллюзией молчания, и поговорить нормально, но упустила время. Сейчас он пытался подавить улыбку, и будет очень странно, если такое выражение застынет на лице.

Михаил якобы спокойно встал и пошёл, я видела, что он готов бежать в раздевалку.

Я покинула тренажёрный зал и спокойно направилась к воротам из академии, думая, что у меня есть время. Сейчас пока душ примет, пока оденется… Но он буквально выбежал вслед за мной и побежал к воротам.

Ух, какой прыткий! – рассмеялась и взлетев последовала вслед за ним.

Перед выходом с территории Миша зашёл в пропускной пункт, видно сделать отметку.

Покинув академию, он отошёл чуть в сторону, в тень здания и тяжело дыша, но уже не скрывая улыбку, стал робко осматриваться.

Была бы ночь, то вопрос, где нам уединиться, не стоял бы, а так остаётся только гостиница.

Я подошла и взяла его за руку, он крепко стиснул пальцы горячей ладонью.

«– Сможешь снять номер в гостинице?» – очень надеюсь, что он правильно меня понимает…

Парень кивнул и отпустив меня быстро пошёл в направлении ближайшей гостиницы. Взяв апартаменты на верхнем этаже, он направился к лестнице, постоянно крутя головой.

«– Да здесь я!» – догнала его и взяла за руку. Он остановился и крепко её сжал, взгляд стал блуждать примерно в том месте, где было моё лицо. «– Пойдём, пора меня к жизни возвращать», – я сглотнула комок, вставший в горле.

Михаил потащил меня за собой. Даже боялась представить, как это смотрится со стороны, благо мы встретили всего одного мужчину, который даже не глянул на парня.

Миша открыл дверь в номер и прошёл внутрь. Я закрыла дверь и появилась. Вздох облегчения вырвался из груди.

Хотела сделать шаг к парню, но он меня опередил. Мгновение и я уже стиснута в объятиях.

– Настёна, девочка моя, как же я скучал! – прошептал он, стиснув ещё сильней, хотя, казалось, уже некуда.

А я, уткнувшись в разгорячённую грудь своего парня, наслаждалась моментом.

– Я тоже очень соскучилась, – немного отстранилась и подняла лицо.

– Ты рыженькая, – Миша с улыбкой провёл рукой по волосам. Потом всмотрелся в лицо, и улыбка сошла. – Ты такая взрослая! – казалось, он в шоке от увиденного.

Секундную панику прервали губы парня, которые буквально впились в мои. Вначале поцелуй был нежным, потом стал настойчивым. У меня поплыло сознание, я упивалась Мишиными чувствами, которые обволакивали меня ментальным капканом. Тело отказывало сопротивляться, я буквально повисла у него в объятиях.

Губы Михаила переместились на шею, у меня вырвался тихий стон, который спровоцировал парня к более смелым действиям, одна рука поползла ниже спины.

Я понимала, что не в силах сопротивляться, что бы он ни сделал. А защита молчала, потому что мне было хорошо, как никогда раньше.

– Миша… остановись… – нашла силы прошептать.

Подействовало. Ментальная хватка отпустила. Он убрал руку с моего бедра. Выдох напомнил рык. Я понимала, что он не намерено на меня воздействовал, поэтому и не думала злиться.

– Прости, Настёна, голову потерял. Прости… – он нежно прижал меня к груди и поцеловал в волосы. – Я буду терпелив, – отстранив меня, посмотрел в лицо. – Люблю тебя. Давно хотел это сказать, да всё времени не находилось.

От нахлынувших чувств слёзы потекли по щекам.

– Что ты, девочка моя! Аль не мил я тебе? – Михаил широко улыбнулся и стал аккуратно вытирать мне слёзы.

– Ещё как мил, – пошмыгала носом.

А самой стало смешно. Я уничтожила армию одержимых, свергла с престола их владыку и практически уничтожила агрессора, астероид, который чуть не захватил наш мир. А сейчас разрыдалась, когда парень признался мне в любви.

Знал бы ты, дорогой мой, что только ради тебя и держалась, – я вздохнула и взяла себя в руки.

– И я тебя люблю. Очень.

Парень взял меня за руку и повёл к дивану. И наконец-то осмотрел. Я была в форме курсанта, в которой ушла год назад. Миша сразу стал серьёзным, видно вспомнил тот день. И я его никогда не забуду.

– Давай не будем о прошлом. Там было слишком много плохого, – начал он. – Какие у нас планы на будущее?

– Дождусь дня рождения и выслушаю тебя, – хитро поиграла бровью.

– Ой, боюсь-боюсь. Никуда ты от меня не денешься. Надеюсь, мы больше не расстанемся, – Миша с тревогой посмотрел мне в глаза.

– Работы ещё много, но это будут командировки, – я опустила то, что они всё ещё остаются опасными. Но разговор будет, уверена.

– Деловая моя. Это ты столько шума наделала? – неподдельный интерес.

– Я не одна была, с другом. Похулиганили немного.

– Та-ак, мне можно ревновать?

– Тебе не идёт. Жаль, не могу показать тебе эту гору ужаса с четырьмя головами. Хотя по-своему он прекрасен, особенно глаза, – я рассмеялась, глядя на реакцию.

– Ты с тварью там подружилась? – неподдельное удивление.

– Давай всё потом, сейчас просто посидим немного. Обними меня, – я прижалась к боку Миши и он обнял меня своими сильными руками.

Глава 22

Михаил отпустил меня и принялся рассматривать.

– Ты так изменилась… повзрослела. Кажется, целая вечность прошла, когда я видел ту девчонку, которую боялся любить. Такой худенькая и нежная, как ангел.

– Тебе не нравятся изменения? – я опустила глаза. Даже видя любовь в его глазах, всё равно сомневалась в себе.

– Что ты, Настёна, очень нравятся! Теперь я могу не скрывать свои чувства и целовать тебя. А главное, объявить тебя невестой. Ты сейчас такая, как снилась мне, только волосы были тёмными.

– Такие? – я сменила цвет волос. Парень рассмеялся.

– Да. Но рыженькая ты мне больше нравишься, – я вернула цвет. Миша склонился надо мной и опять поцеловал. Но вышло как-то… сухо, что ли. Казалось, он отгородился от эмоций.

– Не нужно щит ставить, – я хмыкнула.

– Пока боюсь к тебе притрагиваться без защиты, чтобы опять не распустить свои шаловливые ручонки. Дай мне время, – Михаил обвил меня руками и прижался губами к волосам. – Вечность бы так сидел.

– Не получится вечность, я хотела к вам на ужин напроситься. Ты же отцу не говорил, что я жива?

– Нет, посчитал лишним. Нужно было, чтобы все поверили, ты же так хотела? – твёрдо ответил он. Осуждения в голосе не было, он просто на несколько мгновений окунулся в пережитое.

– Спасибо, что ждал меня.

– Знаешь, сейчас такое чувство, что ты не покидала меня. Ты меня часто снилась, мы даже разговаривали и целовались, – Миша причмокнул, облизнув губы. – Я запомнил вкус твоих губ, а сейчас по-настоящему попробовал.

Глядя на него, понимала, что во сне мы не только целовались, отсюда такая реакция при встрече.

По телу прокатилась непрошеная волна возбуждения.

– Не смотри на меня так, – у Миши помутнели глаза, и он уже склонился надо мной. Опять встал щит. – У меня от тебя голова кругом.

– Придётся исключить в дальнейшем такие свидания.

– Не-ет, не согласен! – возмутился парень. – А ты дома уже была? – резко сменил тему.

– Нет. Как вернулась, сразу к тебе. Ты мой дом, – я дотронулась до его лица. Миша взял мою руку и поцеловал.

– Два года ещё терпеть…

Михаил покинул номер один, я просто вышла на улицу, оставила там портальную точку.

Парень сказал, что отец приходит домой часов в восемь, а вот Стелла сейчас дома с дочкой. Няня приходит по звонку.

Он предложил закрыться у него в комнате и подождать. Я не согласилась. Не могу до сих пор отойти от ментальной бури, хочется повторить, поэтому не стоит сейчас напрашиваться ещё на более интимную обстановку.

Решили вернуться в академию и встретиться с ректором в его кабинете, сыну он не откажет в беседе.

Юрия Андреевича не было в кабинете. У него, кстати, был новый секретарь. Мне одного взгляда хватило, чтобы понять – эта женщина из надзорных органов, скорей всего Сотников приставил. Почему я так решила, да потому что насмотрелась на них до тошноты: очень типичное поведение и взгляд, особенно заметно, когда появляется объект для наблюдения. Могло показаться, что она буквально просканировала Михаила.

– Ректор на совещании, – сообщила она безликим голосом. Даже не улыбнулась. С теплотой вспомнила прежнюю помощницу. Спрашивать о причине замены не буду, неинтересно, но просто так не заменили бы.

– Я подожду в коридоре, – парень вышел.

«– Лицо сделай спокойное», – Миша сразу послушался. Надела на него маску молчания. «– Теперь можем спокойно говорить. Только за телом следи».

«– Волшебница моя. За такую штуку студенты душу бы отдали», – парень хотел рассмеяться, но вовремя спохватился.

«– Потом слепок дам».

«– Хочешь смешной вопрос задам? Ты на учёбу вернёшься?»

«– Нет. Но если тебя беспокоит, что мы будем редко видится, то честно сказать, не знаю даже, сколько останется времени на личную жизнь».

Михаил опустил глаза. Обвинять его в эгоизме не собиралась, сама хочу вцепиться и не отпускать.

«– Я только один отрезок Чёрных пут очистила. Потом расскажу, что там внутри. Чёрная кровь ослабла, но работы ещё много».

«– Ты опять можешь пропасть надолго?»

«– Надеюсь, что нет. Проблема была в аномалиях, которые жрали моё время. По сути, в Чёрных путах я была всего несколько недель, а снаружи за это время почти год прошёл. Сейчас я научилась видеть безопасные участки. Да и нет необходимости больше блуждать там, страж стразу проведёт меня к нужной точке».

Миша задумался, смотря в мою сторону.

«– Честно скажи, я сильно повзрослела?» – всё же задала вопрос.

«– Нет, по сравнению со сверстниками. Лет на шестнадцать и выглядишь, просто оформилась, мягкая такая стала, красивая».

«– Прекрати!» – едва сдерживала смех, хулиганский голос парня не сочетался с застывшим лицом.

«– Неа. Имею право, ты моя невеста».

«– Сватов не видела…»

Нашу перебранку прервал появившийся Юрий Андреевич. Я быстро сняла маску с лица Миши.

– Что-то случилось? – ректор подошёл и пожал руку сыну.

Рокотов-старший тоже изменился. Видно, что устал. Похудел немного. Болеть он не может, просто скорей всего морально вымотался.

– Разговор есть, приватный, – Миша указал на кабинет.

Юрий Андреевич кивнул и пошёл, мы за ним.

Как только мы зашли в кабинет, я активировала свою защиту, не доверяю я тому, что не сама установила. Ректор, не зная этого, включил свою и сел за стол.

Михаил широко улыбнулся, что странно подействовало на Рокотова-старшего. Он сморщил лоб и, сощурив глаза с непониманием, смотрел на сына.

– С тобой всё в порядке?

– Более чем, – я не выдержала и ткнула пальцем ему в спину. Вот же засранец, тянет. – Настя жива.

Юрий Андреевич изменился в лице, если бы стоял, то точно уже уселся.

– Ты уверен? Кто тебе сказал? – выпалил вопросы на одном дыхании.

– Я, – решила появиться.

– Настя? – Рокотов-старший встал.

– Да, папенька, – решила сыграть в нашу давнюю игру, чтобы разрядить обстановку и не оставить сомнений.

Мужчина встал и быстро подойдя, обнял меня.

– Настенька, живая, – Юрий Андреевич отпустил меня и рассматривал. Остановил взгляд на форме. Совсем из головы вылетело, хотела же переодеться. Он сморщил лицо.

– Всё очень сложно… Наш общий друг всё объяснит позже, – надеюсь, ответила на невысказанный ответ, но он вызвал ещё большее замешательство. – Он тоже недавно узнал, – это для меня недавно, а так-то несколько месяцев прошло.

Мишу, судя по лицу, вообще не интересовало, о чём я говорю, он просто смотрел на меня с блаженной улыбкой. А я, глядя на Юрия Андреевича, боролась с желанием рассказать, что ещё один близкий человек скоро вернётся в его жизнь. Но оставлю это Петру Михайловичу.

Договорившись о совместном ужине, мы с Мишей вышли. Секретарь, как и в прошлый раз, окинула парня своим цепким взглядом и потеряла к нему интерес. Так и хотелось подойти и ущипнуть её за нос, чтобы убрать с лица выражение «всё под контролем».

Я всё же подошла к ней и считала информацию. Ой, и непростая барышня, все дары на месте, значит, точно Сотников поставил.

«– Три месяца назад появилась эта мымра», – когда мы вышли на улицу, я передала ему маску молчания. Он, даже не подозревая, что ответил на мой вопрос. «– Вообще много надсмотрщиков в академии появилось, ещё до объявления военного положения. У нас вокруг всей жилой зоны посты стоят, и артефакты натыкали».

А я когда подлетала, даже не обратила на это внимание, мозги не тем были заняты.

«– Куда пойдём?» – спросил Миша.

А я задумалась. Конечно, можно было выкинуть финт и появиться на территории Академического городка прямо сейчас, это будет настоящая бомба…

«– А ты знаешь, что академия сейчас называется в честь тебя. Я только сейчас это понял… в честь моей невесты!» – парень всё же рассмеялся, выглядело, конечно, комично. Словно пантомима с застывшим лицом. Он быстро понял, что сплоховал, и сразу взял себя в руки.

Да, я помню, вроде в газете на другом секторе читала. Прав Михаил, события начали смазываться и уже походили на сон. Яркие эмоции и лицо любимого затмевали всё.

«– Недалеко от вашего дома есть сквер, пойдём туда, надоело прятаться!» – решилась я.

Парень с воодушевлением направился на выход с территории академии.

Миша ушёл вперёд, скорей всего с уверенностью, что я рядом. Я же ушла чуть в сторону, в поиске удобного места для выхода. Парень зашёл в сквер и остановился у скамейки.

«– Здесь посидим?»

Я промолчала. Он заволновался и с тревогой посмотрел туда, откуда вышел.

Ну что, Настя, с окончательным возвращением! – когда я вышла из-за угла, действительно почувствовала особенный момент. Михаил тоже, ведь он меня увидел.

На мне не было формы, появился брючный костюм с длинным жакетом и водолазкой.

Парень молча, но с горящими глазами встретил меня.

– Настоящее свидание, – Миша взял меня за руку и поцеловал её. – Тебе очень идёт, – сделал комплемент.

– Обещаю, в форме ты меня больше не увидишь, – взяла под руку своего парня, и мы пошли гулять.

Юрий Андреевич обещал, что придёт пораньше, и к назначенному времени, к семи часам вечера, мы подошли к подъезду. Во время прогулки мы никого знакомого не встретили, а вот у подъезда пересеклись с одним профессором из академии. Я не стала делать испуганное лицо, просто кивнула в приветствии. Притворяться, что это не я, смысла не было. Профессор встал в ступор и с круглыми глазами посмотрел на Мишу. Он тоже кивнул, но смысл кивка был другой, он подтвердил догадку.

Вместо того, чтобы что-то сказать, мужчина потупил в землю глаза и поспешил в дом.

– Завтра вся академия будет знать, – рассмеялся Михаил.

– Так даже лучше, – я перевела взгляд на дорожку, к нам спешил Рокотов-старший.

– Наш общий друг будет недоволен, – хмыкнул он. – Разве не должно быть конспирации?

– Он мне всё простит, и его начальство тоже.

На мои слова Юрий Андреевич нервно рассмеялся, видно, понял о ком я.

Стелла Константиновна отреагировала на моё появление сдержанно. Её больше напрягли странные лица мужа и пасынка. Я, конечно, не видела, так как стояла за дверью, но представила.

– Что случилось? – сразу спросила она. Словно почувствовав её волнение, в комнате захныкала дочка.

– Всё хорошо, просто у нас долгожданная гостья, – объявил Рокотов-старший и вышла я.

– Ох! Настя? – Стеллу только чуть качнуло, но она взяла себя в руки. – Иди, обниму тебя, – она протянула руки. Миша же побежал в комнату и вернулся, держа на руках малютку.

– Познакомься, это наш ангелочек, – я залюбовалась. Так необычно было видеть его с ребёнком на руках, у меня аж сердце затрепетало.

– Тебе идёт, – рассмеялась я.

– Я надеюсь, ты мне подаришь несколько Рокотовых? – Михаил широко улыбнулся.

– Конечно, и в любви, и в радости, и в окружении детей, – ответила я.

– Я рад за вас, дети мои. Пойдёмте за стол, – пригласил нас Юрий Андреевич.

Стол был накрыт на троих, но хозяйка быстро поставила четвёртую тарелку и забрав у пасынка дочь, села за стол, не сводя с меня глаз.

Я понимала, что Стелла заметила моё резкое взросление, но она молчала. Со временем мы поговорим о моих злоключениях. Что будет доступно для общего обсуждения, они и без меня узнают. Михаил услышит больше, много больше, он не только мне доказал, что может хранить тайны. Такая преданность вызывает гордость.

Рокотовы постарались создать атмосферу настоящего семейного ужина, в разговорах совершенно не касаясь темы моего исчезновения. Да и я пока не могу ничего говорить, вначале пообщаюсь с Сотниковым на эту тему. Позже прыгну к нему и зарезервирую часик его времени на завтрашнее утро, а ещё хорошо бы, чтобы он перед визитом домой, позвонил моему отцу.