Текст книги "Сладкая ложь против горькой правды (СИ)"

Автор книги: Елена Полярная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)

Глава 5

Глава 5

Марк

Чем меньше я уделял внимания Лизе, тем настойчивее она пыталась со мной встретиться, чуть ли не навязываясь, как голодная собачонка, требующая, чтобы её покормили.

В этой девчонке, судя по всему, не было ни капли гордости и самоуважения, иначе я не понимаю, как можно так настырно бегать за человеком, который открыто даёт понять, что ты ему больше не интересна.

И я до сих пор не рассматриваю вероятность, что Лиза могла влюбиться в меня, потому что у нас в итоге всё сводилось к деньгам. Это всё, что на самом деле её интересовало.

Ну а я не был дураком, чтобы не осознавать очевидных вещей, как и Лиза не была опытной манипуляторшей, чтобы грамотно обвести мужчину вокруг пальца.

– Я же просил не звонить мне в это время, – тихо и зло произнёс, при этом улыбнувшись Оле и махнув ей рукой, указав на машину.

Сегодня мне опять пришлось забрать жену после работы, но на этот раз она задержалась, заставив меня проторчать у её офиса минут пятнадцать, о чём не предупредила.

«Прости, меня задержали на выходе», – одними губами прошептала Оля, садясь в машину, этим избавляя меня от лишнего стресса. А то слух у неё был просто отменным, и я, ответив на вызов девчонки, не ожидал, что жена покажется из здания, поздно среагировав и не успев скинуть вызов.

– Ты сейчас с ней? С женой, да? – натянуто спросила Лиза, выбив меня из колеи этими вопросами.

Откуда она узнала?

Она что, следит за мной?

Вздрогнув, я как баран завертел головой, пытаясь отыскать взглядом любовницу, пока не спохватился, приказав себе успокоиться.

Чтобы я и вдруг испугался какой-то двадцатидвухлетней дуры... Ну уж нет!

– Я же говорил тебе, что я в разводе и...

– Ой, Марк, вот только не надо делать из меня дуру. Думаешь, ты первый взрослый мужчина, с которым я общаюсь? Все вы любите скрывать своих жён или хоронить их, превращаясь в безутешных вдовцов. К тому же надо быть тупицей, чтобы не понять, почему ты просишь не звонить тебе по вечерам, а только писать, не приглашаешь к себе домой, не знакомишь с друзьями и никак не развиваешь наши отношения, постоянно уклоняясь от прямых ответов. Ты же когда врёшь, то начинаешь растирать пальцы на правой руке. И это я не говорю о том, что в твоей машине я часто находила чёрные волосы, достаточно длинные, чтобы принадлежать женщине. Ну а то, как ты напрягался, когда у тебя звонил телефон, а ты, видно, забывал поставить его на беззвучный режим, не заметил бы только слепой. Ты же боялся, что я увижу, что тебе звонит жена, да?

Лиза впервые говорила со мной таким злым и при этом надломленным голосом, дрожащим от эмоций, что давало понять, что она уже очень давно копила в себе подозрения и недовольство, решив наконец-то всё это мне высказать.

А ведь при каждой нашей встрече она ничем не выдавала себя, превращаясь рядом со мной в глупенькую хохотушку, верящую каждому моему слову.

И вот за что мне, блядь, такой геморрой? Напряжёнка на работе, натянутые отношения с Олей, которая стала что-то подозревать, я-то это чувствую, Денис, который встречается с какой-то деревенской дурой, непонятно где подобрав эту девчонку, которая потянет его на самое дно, так теперь ещё и Лиза может затаить на меня обиду.

– Всё сказала? А теперь послушай меня. Я не собираюсь оправдываться перед тобой и...

– А твоя жена в курсе, что ты несколько месяцев спал со мной? Интересно, она сильно разозлится, если я расскажу ей всю правду?

– Слушай, Лиза, даже не смей меня шантажировать! Ты кем себя возомнила? Думаешь, что со мной можно шутить?

– А почему бы и нет? Ты же возомнил себя самым умным, решив, что можно пользоваться мной, точнее моим телом, а потом выбросить как ненужную вещь.

И тут я не выдержал и психанул, совершенно забыв, где я нахожусь и что жена рядом, всего в каких-то двадцати метрах от меня.

– Потому что с такими дешёвками только так и надо поступать! И если ты била себе в свою тупую голову, что можешь манипулировать мной и заставить...

Но Лиза снова меня перебила.

– Интересно, ты любишь свою жену или просто привязан к ней? Наверное, ты бы не хотел с ней развестись на самом деле, да?

– Так, Лиза, послушай сюда. Я скажу тебе это только один раз и...

– Лиза? Тебе что, звонит моя бывшая подруга?

Оля, бесшумно подойдя ко мне (хотя я сейчас вряд ли мог на что-то обратить внимание и услышать её шаги), застыла в нескольких метрах от меня, не сводя с моего лица удивлённого взгляда.

На какую-то долю секунды я испугался, что жена могла услышать слишком много из сказанного, но помимо удивления в её карих глазах больше ничего не было. И быстро среагировав, я решил вывернуть ситуацию в свою пользу, быстро проговорив:

– Повторяю, Оля не хочет с тобой разговаривать. И тем более она не собирается решать твои проблемы с Андреем. – После этого я сбросил вызов и улыбнулся жене. – Представляешь, твоя странная подруга с какой-то радости позвонила мне, чтобы я замолвил за неё словечко.

– И откуда у неё твой номер? Что-то я не помню, чтобы вы обменивались контактами. Да и Андрей бы ни за что не допустил, чтобы у неё были номера мужчин, пусть даже они и будут мужьями её подруг.

– Да откуда я знаю? Эти вопросы надо задавать Лизе, а не мне. Она всегда, как по мне, была с приветом. Так что ей ничего не стоит докопаться до кого-то, чтобы узнать мой номер.

Опасаясь, что Лиза снова позвонит мне, я нажал на кнопку блокировки экрана, несколько секунд продержав на ней палец, чтобы телефон отключился, вроде как ничем себя не выдав.

И ничего больше не сказав, Оля просто кивнула и вернулась обратно к машине. Хотя что-то вроде как промелькнуло в её взгляде. Ну или мне это просто показалось. Правда непонятно, зачем жена подошла ко мне. Может хотела спросить, когда мы уже поедем домой?

Пытаясь не накручивать себя на пустом месте, я сел за руль, ведя себя как ни в чём не бывало.

И мне не хотелось даже думать, что Лиза может осуществить свою так и не озвученную угрозу и рассказать о нашей недолгой интрижке Оле. Этого я просто не могу допустить.

Жена, конечно, уже не в том возрасте, чтобы на эмоциях бежать подавать на развод, тем более после всего, что я для неё сделал, не говоря уже что я оступился всего раз, до знакомства с Лизой не соблазняясь другими женщинами, но правда существенно подпортит наши отношения.

И я даже не представляю, чем можно будет загладить мою вину, чтобы Оля меня простила.

Глава 6

Глава 6

Ольга

Я всё никак не могла выкинуть из головы недавний случай, когда поддалась странному порыву и вышла из машины, чтобы узнать, с кем мой муж так эмоционально разговаривает.

Марк заметно покраснел и сильно напрягся, настолько, что на его шее пугающе вздулась вена, но при этом он говорил тихо, чуть ли не рычал, из-за чего я не могла никак разобрать его слова.

Единственное, что я отчётливо услышала, так это имя моей бывшей подруги, которая ну никак не могла звонить моему мужу.

Да и то, как испугался Марк, стоило ему только посмотреть на меня, противоречило здравому смыслу, не говоря уже о том, что он после этого пытался вести себя расслабленно и спокойно, слишком с этим усердствуя. Он же после работы никогда себя так не вёл.

Обычно в конце дня Марк был молчаливым и в основном слушал меня, подключаясь к разговору после ужина, когда его настроение улучшалось.

А в тот вечер он не замолкал ни на минуту, даже пытался шутить и строил планы на лето, предлагая одновременно взять отпуск и куда-нибудь поехать вдвоём.

И только когда я обмолвилась о Денисе, его настроение заметно ухудшилось и в глазах появился недовольный блеск.

– Я не хочу сейчас говорить о сыне.

– Но ты же понимаешь, что глупо обижаться на Дениса из-за его же выбора?

– Я не обижаюсь, я тупо его не понимаю. Он же у нас вроде как не дурак, тогда какого чёрта связался с этой дурой Аней?

– Почему ты такого ужасного мнения об этой девушке? И почему она сразу дура? Она довольно умная и...

– Она из детдома! У неё нет высшего образования, и она приехала к нам из какой-то глуши, чтобы подцепить на крючок идиота наподобие нашего Дениса и хорошо устроиться за его счёт. Вот кто её родители? Какие-то наркоманы или алкоголики, которые вышвырнули её из дома? Ты представляешь, какие у неё гены?

– Марк, ты слишком предвзято относишься к детям из детских домов. И если бы ты получше узнал Аню, как это сделала я, то...

– Так, ладно, закрыли эту тему, а то мы сейчас снова поссоримся, и у меня в очередной раз будет болеть голова и скаканёт давление. А ты сама знаешь, каким я становлюсь в эти моменты.

Вот Марк всегда так делает, когда ему что-то не нравится. Вместо того, чтобы успокоиться и по-нормальному всё обсудить, чтобы прийти к какому-нибудь согласию, он замолкает, отказываясь продолжать разговор, накапливая всё в себе.

Если не учитывать эту вспышку раздражения, то в остальном поведение мужа было просто идеальным. Давно он не проявлял ко мне так много заботы и так старательно не пытался меня порадовать и вызвать на моих губах улыбку.

И нет чтобы радоваться такой перемене в муже и расслабиться, я не могла избавиться от навязчивого ощущения, лёгкого, но при этом бьющего по нервам, что что-то не так.

Я интуитивно понимала, что Марк хочет заболтать меня и задобрить, внушить ложную надежду, что у нас всё хорошо, чтобы я расслабилась и отпустила все свои подозрения. Но так я только сильнее убедилась, что у меня есть причина для волнения.

А то в последнее время происходит как-то слишком много странностей, хоть и небольших и на первый взгляд незначительных, но, скорее всего, ведущих к чему-то плохому, о чём я обязана знать.

Но время шло, и я больше не замечала ничего подозрительного, разве что теперь Марк не выпускал из рук телефон и никогда не оставлял его рядом со мной.

И вот всё в муже было идеально, хоть он и продолжал переживать из-за работы, прямо не к чему придраться, если бы не его резкое отношение к Елисею.

Это произошло в воскресенье, когда мы с Марком возвращались из магазина, и у меня за ветку куста зацепился пакет с яблоками, из-за чего тот порвался и фрукты упали на асфальт.

Муж в этот момент немного отстал, снова закурив, из-за чего мы чуть не поссорились, и я присела, раздражённо собирая яблоки, краем глаза заметив, что кое-кто не спешит мне на помощь.

– Вот парочка пыталась сбежать, укатившись в сторону площадки, – прозвучал надо мной голос соседа.

И прежде чем поднять голову, я сначала невольно задержала взгляд на его протезе (сегодня было жарко, и Елисей надел шорты, хотя обычно даже в солнцепёк носил исключительно брюки, скрывая отсутствие левой ноги, которую ампутировали чуть выше колена).

– О, спасибо.

Улыбнувшись, я выпрямилась, забрав у мужчины яблоки и тут же отправив их в другой пакет, уже собираясь узнать, как у него дела, когда Марк неожиданно подхватил меня под локоть и чуть не потащил в сторону подъезда, сухо поздоровавшись с Елисеем.

Но, как по мне, когда с тобой здороваются сквозь зубы, при этом даже не утруждаются посмотреть на тебя, то это не приветствие, а какое-то оскорбление, показатель того, как же сильно ты неприятен человеку.

– Марк, ты чего? Это как-то невежливо.

– Я не хочу, чтобы ты общалась с этим калекой.

– Боже, да что на тебя нашло? И зачем ты его оскорбляешь?

Резко дёрнувшись, я заставила мужа отпустить меня, не понимая, что это ещё за вспышка агрессии.

Нет, Марк и раньше недолюбливал Елисея, почему-то решив, что сосед относится к нему с высокомерием, якобы задевая его гордость (хотя мне кажется, что он просто тушевался перед более рослым мужчиной, ещё и военным, выкупившим на нашем этаже сразу две квартиры, объединив их в одну, испытывая к нему глупую неприязнь из-за зависти, которую он никогда не признает), а стоило ему получить ранение и лишиться ноги, как и развестись с женой, то он стал сторониться его ещё сильнее.

– А ты думаешь, что я не вижу, как он на тебя смотрит?

– А с чего это ты стал меня ревновать? Я никогда не замечала за тобой ревности, а тут на тебе.

– Оля, я мужчина, и я знаю, что может быть на уме у другого мужчины, который ещё и считает себя героем, хотя кто знает, как он получил ранение и что там происходило на передовой.

– Я вообще не понимаю, о чём ты и к чему ты это сказал.

– Не понимаешь? Оля, он одинокий мужик, его бросила жена, и на то явно были причины. Ты же помнишь Юлю, она бы просто так не ушла от него, а значит, он мог поднимать на неё руку. А теперь он одинокий калека, хоть и при деньгах, и ему хочется найти дуру, которая смогла бы о нём позаботиться, не была бы слишком требовательной и...

– Так, хватит. Ты уж прости, Марк, но ты несёшь какую-то чушь. Не знаю, почему Юля бросила Елисея, но это точно не связано с побоями. Я не верю, что такой мужчина, как он, мог поднять руку на женщину. И не надо называть его калекой. И тем более думать, что я гожусь на роль дуры, которой можно запудрить мозги так сильно, что я вдруг резко стану послушной и покорной. Ну а твоё вечное упоминание о его деньгах выглядят жалко. Скажи уж прямо, что тебя злит его большая квартира и дорогая машина. Но, если хочешь знать моё мнение, это слишком мелочно как для мужчины твоего возраста. Ты не добился того же успеха, что Елисей, и...

– А я смотрю, он тебе нравится, раз ты так упорно его защищаешь!

– Я его не защищаю, я просто не понимаю тебя. Не понимаю, что это только что было и что это за несуразные оправдания беспочвенной ревности.

Марк в ответ разве что цокнул языком, как бы показывая, что он больше не собирается ничего мне объяснять.

Глава 7

Глава 7

Ольга

Вот вроде бы у нас с мужем всё только начало налаживаться, если не брать в расчёт моё шестое чувство, как он взял и собственными руками всё испортил, сначала в который раз негативно отозвавшись о девушке нашего сына, а потом неожиданно приревновав меня к соседу, с которым я от силы здоровалась и обменивалась несколькими фразами.

И это притом, что Аня вежливая девушка, работающая в ювелирном магазине продавцом, честно зарабатывая себе на жизнь, вовсе не используя нашего сына как кошелёк, как вбил себе в голову мой муж. А Елисей за всё это время ни разу никак не показал, что у него есть ко мне интерес, ни намёка на флирт, ни одной игривой улыбки и горящего взгляда.

Поэтому я и злилась на Марка, уже не в состоянии понять, что уже происходит у него на душе.

Моя подруга Вероника, выслушав мою сжатую, но подробную историю, пришла к выводу, что у моего мужа начался кризис среднего возраста.

– Ему уже пятьдесят, и он уже не видит в зеркале, что ему хочется, вот у него и взыграла ревность к другому мужчине из страха, что ты можешь его бросить. Если не ради молодого, так ради богатого. Он же и тут не преуспел. И это я уже не говорю о том, что он может потерять работу. Представляешь, какой это удар для его самооценки? Оказаться уволенным спустя столько лет упорной работы, не получив никакого поощрения. Мужчины крайне болезненно воспринимают подобное, замыкаясь в себе. И им кажется, что на них начинают косо смотреть, а то и посмеиваются над ними, вот они и теряют свою уверенность, видя врагов в других мужчинах, более успешных и привлекательных для женщин.

– Суть в том, Вер, что мне казалось, что Марк полностью мне доверяет и мы с ним можем поговорить на любую тему без стеснения, смущения, неловкости и всего прочего, что попросту не должно возникать в браке. Мы же уже родные друг другу люди, и даже если любовь уже давно притёрлась, то привязанность и симпатия должны были остаться. По крайней мере, я их не растеряла. Поэтому мне неприятно, когда я откровенна с Марком, доверяя ему абсолютно всё, ища у него поддержки и прибегая за советом, а он вместо того, чтобы ответить мне тем же, замыкается и становится раздражительным. «Не лезь ко мне в душу, Оля» – вот что я от него слышу. Как будто он не соображает, что в одиночку труднее справиться с тяжестью на сердце и со всем прочим.

Произнеся всё это почти на одном дыхании, я раздражённо взмахнула рукой (сама не знаю, зачем я это сделала, чуть не опрокинув чашку с кофе) и неожиданно улыбнулась, вспомнив своего папу.

У него тоже было что-то наподобие кризиса среднего возраста, когда ему вдруг в голову пришла идея, что ему нужен мотоцикл, потому что в жизни не хватает адреналина. И он его купил тайком от мамы, ещё и уговорив своего друга, чтобы тот прятал его железного коня в своём гараже.

И я до сих пор помню, какую взбучку задала ему мама, когда узнала, куда пропали почти все сбережения, так отхлестав его полотенцем, что папа потом от злости заикался несколько часов.

Ну а его мото-жизнь закончилась уже спустя два месяца, когда он не успел затормозить и врезался в клумбу, сломав как мотоцикл, так и руку с двумя рёбрами. Больше к адреналину и к новым эмоциям его не тянуло.

– Может, он не бежит к тебе за утешением, потому что ему гордость не позволяет? Если так подумать, то ты добилась большего. Ты и зарабатываешь больше, и доработала до начальницы отдела по связям с клиентами, и за всё, что ты берёшься, ты с успехом доводишь до конца, никогда не распуская нюни и не ожидая, что проблемы рассосутся сами по себе. Вот он и не может показать свои слабости.

– Вер, но ведь я его жена! Кому ещё он может показать свои слабости, если не мне? Да и вообще, за эти двадцать с лишним лет я видела его в любом состоянии, так что у него нет никакого смысла что-либо скрывать от меня.

Вероника в ответ просто пожала плечами, да и я не ждала от неё никаких объяснений, просто рассуждая и возмущаясь вслух.

И в памяти в этот момент так сладостно звучал голос Марка: «Я люблю тебя и хочу, чтобы ты об этом помнила. Дороже тебя у меня больше никого не осталось».

И вот к чему он это сказал? Как можно считать человека самым дорогим, но при этом отталкивать его от себя?

Ещё и тот случай на заправке всё никак не даёт мне покоя, и мне хочется прояснить некие странности, чтобы я могла вернуть доверие к мужу, потому что пока я отношусь ко всему с подозрением, отказываясь даже думать о болезненной для меня причине изменившегося поведения Марка.

Подруга больше ни словом не обмолвилась о моём муже, зато предложила устроить семейный ужин, пригласив Дениса и Аню, что показалось мне прекрасной идеей. Правда, я уже примерно представляла себе, как на подобное отреагирует Марк, особо сильно опасаясь, что он может повести себя как-то грубо с девушкой, что в конечном итоге приведёт к его ссоре с сыном.

Но, что меня приятно удивило, муж отреагировал на эту идею вполне сносно, не став упрямиться и отказываться от совместного ужина.

– Ладно, можешь пригласить Дениса с его... девушкой. Мне будет даже интересно с ней поговорить. Может, хоть пойму, чем она так сильно его зацепила. Она же внешне на троечку, и то с минусом.

– Во-первых, как-то не по-мужски так отзываться о девушке. Во-вторых, любят не только за внешность. И я знаю об этом по личному опыту.

– Я не понял, ты сейчас что, намекаешь на то, что я некрасивый?

– Да причём здесь ты? Марк, когда ты успел стать таким ранимым? Это же надо постоянно цепляться к словам и принимать всё на свой счёт. И вообще, вспомни, как ты смеялся надо мной за то, что я обиделась на твоё якобы ласковое «моя старушка». Ты мне потом ещё сказал, что на обиженных воду возят и я всё принимаю слишком близко к сердцу. Ну а сам?

– Так, ладно, закрыли тему. Когда мы там будем ужинать?

Напоминая ежа, который вздыбил свои иголки и встал в защитную позу, чтобы к нему не прикасались, Марк не стал дожидаться ответа, молча выйдя из спальни, чтобы достать из кармана куртки пачку сигарет и пойти в своё самое любимое место в квартире – на балкон, и выкурить несколько сигарет.

Ну а потом, успокоившись, он вёл себя как ни в чём не бывало, снова не давая мне вставить ни слова, громко смеясь с собственных шуток, и то и дело ко мне прикасаясь, намекая на интим.

Правда, когда дело дошло до секса, у него ничего не получилось. И виноватой в этом, с какой-то радости, оказалась именно я.

Глава 8

Глава 8

Ольга

– Марк, ты слишком драматизируешь. И я не думаю, что в том, что у тебя не встал член, есть что-то настолько ужасное, чтобы так переживать. И знаешь, я уверена, что всё дело в стрессе. Ты же только и думаешь, что о работе, накручивая себя по несколько раз за день, что не могло не отразиться на тебе. – Я всеми силами пыталась подбодрить мужа и хоть как-то приподнять ему настроение, но он удостоил меня одним угрюмым взглядом и отвернулся.

На языке, конечно, вертелось, что подобное «нестояние» может быть вызвано уже немолодым возрастом, но я пока сдерживалась, понимая, что муж отреагирует очень остро, неправильно расценив мои слова.

И пока я готовилась к встрече с сыном и Аней, Марк сидел в спальне и показался только за полчаса до их прихода, злой и неудовлетворённый.

– Слушай, может, ты позвонишь Денису и перенесёшь ужин на другой день? А то я что-то совсем без настроения.

– Перенести ужин за полчаса? Марк, да они, наверное, уже едут к нам. Что я им скажу? Извините, но у нас поменялись планы и мы вас больше не ждём?

– Придумай что-нибудь.

– Легко сказать! Вот возьми и придумай. А ещё лучше сам позвони Денису. Это же ты без настроения и никого не хочешь видеть. Хотя знаешь, Марк, глупо так сильно переживать из-за одной неудачи. Не смог вчера, сможешь в другой день.

Несколько секунд муж молча смотрел на меня, и мне ой как сильно не понравился холодный блеск в его карих глазах.

О чём он сейчас думает? Что у него на уме?

Вот честно, у него настроение меняется чаще, чем у женщины в критические дни. Я просто его не узнаю.

– А может, проблема не во мне, а в тебе?

– Марк, ты хочешь поссориться? Зачем ты мне это говоришь? То я для тебя самая лучшая и самая дорогая, а то такая страшная, что у тебя на меня не стоит? Не надо, пожалуйста, устраивать мне эмоциональные качели. Не забывай, что я тоже могу показать свой характер, который не такой уж и мягкий. Или ты намеренно меня провоцируешь?

Почему-то усмехнувшись, хотя я не сказала ничего смешного, муж надменно приподнял брови, пробежавшись по мне внимательным, но неприятным взглядом.

И он ещё так на меня не смотрел.

– Знаешь, Оля, я буду честным с тобой. Ты постарела. И я сейчас не пытаюсь задеть тебя и оправдать свой нестояк. Это факт. И тебе не мешало бы заняться своей внешностью, пока ещё не слишком поздно. А то кто знает, вдруг меня уведёт кто-то моложе и привлекательнее.

Я догадывалась, что причина этих слов крылась в отвратительном настроении Марка, у которого было так мерзко на душе, что он не мог сдержать свою злость, намеренно цепляя меня. Но я не могла закрыть глаза на подобное. Это было слишком низко и недостойно взрослого мужчины, ещё и мужчины, который недавно говорил, что любит меня.

– А тебя можно увести? Странно, мне казалось, что ты разумный человек, а не послушное животное. И поверь, я хорошо ухаживаю за своей внешностью и знаю, что для своего возраста я выгляжу просто превосходно. И я сейчас могла бы бросить в тебя какую-нибудь колкую фразочку, но я, пожалуй, не буду опускаться до твоего уровня. Лучше запишись к врачу и проверь гормоны. А то они у тебя что-то слишком расшалились.

– Короче, я тебе сказал, что хотел, а там думай сама. Если ты не дура, то сможешь сделать правильные выводы.

– У меня такое ощущение, словно мы разговариваем на разных языках. И если ты сам не сделаешь правильные выводы, то... – Я не смогла договорить, словно в горле неожиданно встал ком, хотя не было ничего ужасного в словах «нам придётся расстаться».

Да, я никак не завишу от мужа, по крайней мере материально так точно. Но я так сроднилась с ним за эти двадцать четыре года, что не могу представить свою жизнь без него.

Даже становится как-то некомфортно от мысли, что я не буду просыпаться рядом с Марком, слышать его голос, прикасаться поцелуем к его губам и смеяться с его глупых шуток.

– Что же ты сделаешь, Оля? Подашь на развод?

– Подам.

– Ты не сделаешь этого.

– Уверен?

– Уверен. Никто не разводится на старости лет. И я знаю, что ты меня любишь.

– Вопрос только в том, любишь ли ты меня, или я стала удобной и незаменимой для тебя, при этом не вызывая никаких нежных чувств? Может, ты просто привык ко мне и не хочешь ничего менять?

Наверное, я и сама бы предпочла оставить всё как есть, если бы у мужа не было таких странных скачков в настроении и он не играл на моих нервах, порой навязывая мне чувство вины.

– Скажу честно, былой страсти уже давно нет. И сейчас только от тебя зависит, сможешь ли ты меня удержать. Как там говорят? Мужчины как хорошее вино? С годами становятся только лучше.

– А мой папа говорил иначе. Мужчины как вина: со временем хорошее становится лучше, а плохое становится кислым. И я уже не знаю, какой ты на самом деле, хороший или плохой. Потому что то, что сейчас с тобой происходит, не поддаётся логическому объяснению. По крайней мере именно я не могу тебя понять и объяснить твои слова. И мне почему-то кажется, что ты сам себя не понимаешь.

– Знаешь... А ужинайте без меня. А то если я останусь, то мы точно все разосрёмся. Я так точно не смогу сдерживаться при Ане.

Развернувшись, Марк уверенным шагом направился в прихожую, ну а я поспешила за ним, не веря, что он снова сбегает.

– Ты не можешь просто взять и уйти! Да и куда ты собрался? На улице дождь!

– Оля, просто оставь меня в покое! Мне и так хреново.

– Почему? Скажи уже, что у тебя на душе? Тебя так пугает увольнение?

Я попыталась говорить мягче, хотя всё внутри меня уже бурлило от злости, но Марк всё равно этого не оценил, взорвавшись из-за вполне безобидных вопросов.

Круто развернувшись, муж вспыхнул как спичка:

– Не надо говорить, что я чего-то там боюсь! И не надо лезть ко мне в душу! Сколько раз я должен тебе это сказать, чтобы ты от меня отстала?

– Марк...

– В этом твоя главная проблема, Оля, ты никогда не знаешь, когда надо остановиться. Ты всё лезешь и лезешь, как будто не видишь, что человек не настроен на разговор, доёбываясь на пустом месте. Я прошу оставить меня в покое, а ты всё равно прёшь на меня как танк. Как будто ты можешь что-то исправить!

– Да, ты прав, я не могу ничего исправить. Но я хочу поддержать тебя и...

– А мне на хрен не сдалась твоя поддержка. И тем более мне не нужна твоя жалость. Убери руки.

Ударив меня по руке, когда я попыталась удержать его, Марк вышел из квартиры, поступив как настоящая истеричка.