Текст книги "Зимние чары Эллис (СИ)"

Автор книги: Елена Милая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

ГЛАВА 7. Шорох

С высоты птичьего полета великая Камелия казалась совсем крошечной, но все же невероятно красивой. Родные Эллис никогда не могли понять, почему ей так нравится летать на метле, а ведьмочка просто обожала это ощущение свободы, когда ветер подхватывает кудрявые волосы, а мир внизу превращается в разноцветное море крыш и улиц.

Холодный воздух режет лицо, наполняет легкие и очищает разум, унося прочь тревоги. Новая высота, новый пируэт – и все лишнее остается позади, а в голове появляются новые безумные идеи… Может, все-таки съехать от родных? Подумать, чем конкретно она хочет заниматься, и открыть собственную лавку? На земле она упрямо отгоняла эти мысли, а здесь словно само небо придавало ей храбрости. Метла то плавно опускалась, позволяя Эллис пронестись над крышами и заглянуть в узкие улочки, то поднималась выше, где слышно было только шелест ветра. Как жаль, что мужчина, сидящий позади, не разделял эту радость… Да что уж там, даже фамильяр с крыльями и тот переживал, летел рядом и все время ругался.

– Кар, ты сейчас его угробишь! И тогда никакие связи не помогут! Будешь гнить за решеткой!

– Помогите… Спасите… – вторил ему Николас.

– Боги, да помолчите оба, скоро будем спускаться.

– Эллис, лавируй, лавируй, мы сейчас упадем!

– Если не перестанешь ко мне прижиматься так сильно, то я сама тебя спихну! – предупредила ведьма, сдувая со лба мешающую ей прядь волос. Ее аккуратная коса давно растрепалась. Права все-таки Сабри, прическа портится.

– Я не виноват, что мне страшно!

– Мне тоже нелегко. Тебя вези, еще и иллюзию невидимости поддерживай.

– Я ведь говорил, что это плохая идея! Завтра же закуплюсь артефактами перемещения…

– Кар! А я предупреждал!

– Чего он каркает мне в ухо? Небось говорит, что предупреждал?

– Вот видишь, вы уже начали понимать друг друга и без всяких чар, – весело фыркнула ведьма. – Где этот чертов театр, ты видишь?

– Ты серьезно думаешь, что я смотрю вниз? Наверное, ты меня все-таки до сих пор не расколдовала, иначе как объяснить, что я повелся на такое…

– О, вижу! Держись, будем спускаться!

– Только не бей меня, но держаться я буду за тебя!

– Куда ты примостил свою руку?! Талия не в том месте!

– Мне сейчас все равно, где твоя талия, госпожа Эллис, – честно сознался мужчина, но руки послушно опустил и обхватил ведьму за талию. Подумав, Николас еще и голову положил ей на плечо. Чтоб наверняка.

От внезапной близости ведьму охватило волнение, пальцы задрожали, и она правда почувствовала, что метлу немного заносит.

Выровняв ее, Эллис решительно начала отталкивать Николаса, но то ли слишком дернулась, то ли магия начала давать сбой, однако это привело к тому, что ее любимое транспортное средство внезапно резко дернулось вниз. Фирч сдавленно каркнул, Эллис взвизгнула, а Николас, чертыхнувшись, вдруг обнял ведьму еще крепче, словно его руки способны были уберечь от падения. Глупец… Метла стремительно начала падать.

С бешеной скоростью они пронеслись мимо крыши большого серого здания, а затем с глухим звуком приземлились прямо в сугроб, взметнув в воздух облако белоснежного снега. Чары невидимости давно разрушились, и прохожие удивленно останавливались, чтобы поглазеть на парочку, упавшую с неба.

– Кар! Какое счастье, что в этом месяце в Камелии много снега! – радостно каркал ворон, порхая над парочкой, барахтающейся в сугробе. Но тут же снова весело закашлялся, когда снег вдруг стремительно начал таять.

– Скорее счастье в том, что я ведьма и вовремя применила чары, сделав нашу посадку более мягкой, – пробормотала черная ведьма, пытаясь убрать с лица моментально намокшие волосы.

– Эллис, зачем ты наколдовала воду?! – негодовал ворон. – Вы же мокрые, как мыши!

– Случайно получилось, – огрызнулась Эллис. – Всплеск магии. Зато, повторюсь, посадка мягкая получилась! Думай о хорошем…

– Это мягкая посадка? – не поверил Николас, с отвращением отряхивая свой модный дорогой плащ. – Боюсь представить, что у тебя считается жесткой… И не говори мне после этого, что ты отлично управляешь метлой! Двойка тебе!

– Да это впервые! – возмутилась Эллис.

– Ага, и путаница с проклятиями у тебя впервые, рассказывай.

– Да правда… Если так подумать, то после знакомства с тобой у меня вообще много чего происходит впервые, – задумчиво добавила Эллис, вспоминая, как екнуло у нее сердце при виде мужчины.

– Да и у меня, – тихо отозвался Николас. – Впервые не узнаю улицы и осознаю, что забыл дома кошелек…

– Как не узнаешь улицы? Это не театр?! – занервничала ведьма.

– Не-а, тот на центральной площади. Мы промахнулись как минимум на пару улиц.

– То есть мы не пойми где, насквозь промокшие, у нас сломалась метла, вокруг не видно ни одного экипажа, и ты забыл кошелек… Умно, господин Томсон. Кристалл связи-то хоть есть?

– Ты меня сейчас обвиняешь?! – Николас то ли восхитился наглостью ведьмы, то ли ужаснулся. – Позволь напомнить, что из нас двоих авантюристка здесь все-таки ты. Кошелек и артефакт связи, увы, остались в кармане другого пальто.

– Мужчины…

– Что за пренебрежительный тон? Мне обидно. Высуши нас хотя бы…

– Кар! Не проси ее об этом!

– Слушай, – смутилась ведьма, выжимая край своего пальто, – это заклинание… оно… в общем, проси чего угодно, но только не заниматься бытовыми мелочами. Папа в свое время долго пытался меня научить, а потом сдался…

– Ага, есть все-таки что-то, в чем ты не хороша? – хмыкнул Николас и гаденько добавил: – Кроме полетов на метле, естественно.

– Я прекрасно летаю! Ладно, если хочешь, то попробую!

– Нет, спасибо, – отказался от участи быть подпаленным господин Томсон. Задумчиво оценив обстановку, он вдруг хлопнул себя по лбу, словно вспомнив о чем-то важном. – Точно, у тебя же есть целый летающий ворон. Отправь свою птичку за помощью. Или пошли весточку своей сестре. Уж наверняка у тебя в арсенале полно разных штучек, как можно с кем-то связаться.

– Кар! Можно я его клюну? – недовольно взвился Фирч. – Тоже мне, нашел посыльного!

– Полно, – согласилась Эллис, успокаивающе поглаживая фамильяра и соображая, как им быть. Метла не подавала никаких признаков жизни, словно обидевшись на хозяйку. Магия, после небольшого всплеска, тоже ненадолго затихла. Но Николас прав, у нее есть Фирч, и он наготове, но… – Нельзя.

– Почему? – несказанно удивился ее несчастный спутник. Во время полета у него слетела шапка, и сейчас его уши снова были ярко-красными, а волосы заледенели от холодного ветра. Так и простудиться недолго.

– Потому что мои родные очень любопытные, они не оставят моего спутника без заботы. А тебе внимания одной ведьмы уже через край, куда еще… В общем, пошли.

И Эллис решительно направилась в сторону того самого здания, которое она по ошибке приняла за театр. И как можно было так глупо ошибиться? Она ведь столько раз по столице летала. Замечталась, наверное, не иначе. Или это все Николас Томсон со своими объятиями сбил ее с мысли…

– Куда ты идешь? – Николасу ничего не оставалось делать, как последовать вслед за девушкой.

– Это трактир, – хмыкнула ведьма, махнув в сторону вывески, на которой крупными буквами значилось «Чернильный котел». – Надо высушить одежду, а потом попросить у хозяина артефакт связи. Скажешь брату, где находишься. Пусть поможет. Убьем двух зайцев сразу. Не переживай, я плачу. В качестве компенсации, так и быть…

Судя по сопению мужчины, Томсон не то чтобы обрадовался великодушию черной ведьмы, но и выбора у него не оставалось, а потому он, обогнав девушку, первый распахнул двери неуютного здания.

– Кар! Меня подождите! – разволновался ворон, залетая вслед за хозяйкой. – Эллис, кар, мне почему-то кажется, что здесь тебя ждут одни неприятности!

Но Эллис не слушала проповеди своего фамильяра, куда больше ее интересовало: найдутся ли в этом заведении две свободные комнаты?

Заведение, которое Ларсон по каким-то нелепым обстоятельствам перепутала с театром, выглядело именно так, как и полагалось добротному постоялому двору: просторный главный зал был оснащен теплым магическим светом, он отбрасывал тень на обшарпанные стены, на которых виднелись следы от бесчисленных бокалов, ударов ножей и даже таинственные символы, оставленные, видимо, прошлыми посетителями. В воздухе витал терпкий аромат специй, смешанный с ароматом древесного дыма и слабым, едва уловимым запахом трав, отгоняющих насекомых. Уловив знакомые горьковатые нотки, Эллис поморщилась, а перешагнув порог, так и вовсе замерла от чудовищного скрипа. На полу были разбросаны соломенные циновки, уже истоптанные сотнями сапог, и тут и там виднелись следы пролитого пива, от которых они стали шершавыми и темными.

Посетителей было на удивление много для буднего дня: за ближайшим столиком каких-то два типа азартно играли в карты; у дальней стены целая разношерстная компания увлеченно орала песни. Шум голосов и звяканье кружек сливались в гул, который заполнял помещение, и Эллис разу же захотелось применить заклинание тишины. Вздохнув, она, не обращая внимания на любопытные взгляды завсегдатаев, решительно направилась к стойке, за которой невысокий крепкий мужчина с густыми усами и острым, цепким взглядом насвистывал что-то под нос и вытирал сухим полотенцем стеклянные пивные кружки. Руки его были покрыты шрамами, а на одном запястье виднелась длинная татуировка в виде какого-то зверя, исчезающего под рукавом. Лишь раз взглянув на него, Николас рефлекторно шагнул вперед, загораживая собой Эллис, и этот жест вызвал у ведьмы снисходительную улыбку. Он что, забыл, что она ведьма? Да что ей это трактирщик с пугающей картинкой на руке… Будет хамить, она лишь щелкнет пальчиками.

– Вам повезло, – не тратя время на приветствие, хмыкнул трактирщик. – Осталась одна комната.

– Но нам надо две, – тоже не тратя время на вежливость, сразу оповестила хозяина Эллис.

Трактирщик, оторвавшись от своего занятия, удивленно окинул их взглядом. Видимо, никакого разумного объяснения не пришло ему в голову, поэтому он недоуменно спросил:

– Зачем влюбленным брать две комнаты? Кто-то из вас сильно храпит?

Эллис и Николас растерянно переглянулись. И если Николаса позабавило, что их приняли за пару, то Эллис почувствовала, как щеки заливает румянец. Какой ужас! Суровая черная ведьма стоит и краснеет…

– Понятия не имею, – огрызнулась девушка. – Я точно не храплю. Надеюсь, что и Николас тоже… Тьфу… Вернее, мне все равно. – Не удержавшись, она ткнула в бок своего спутника, который готов был расхохотаться. – Уважаемый, мы сильно промокли, как вы могли заметить, поэтому хотим высушить одежду и выпить чего-нибудь горячего. Так что, если можно, две комнаты…

– Выпить и поесть горячего – это запросто, – добродушно ухмыльнулся трактирщик в густые усы. – Но комната, как и прежде, осталась одна.

Эллис почувствовала, как рука сама собой сжалась в кулак.

– Кар! Эллис, держи себя в руках. Рядом стоит сотрудник магического контроля.

Но сотрудник магического контроля, то ли сам уставший, то ли временно снявший с себя обязанности, не сделал Эллис замечания. Напротив, он шагнул вперед и, доверительно наклонившись к трактирщику, тихо произнес:

– Господин, я бы на вашем месте не спорил. Эта девушка – ведьма.

– Правда? – заинтересовался мужчина. – А с виду нормальная…

– Еще не вечер, – загадочно бросил Томсон, неожиданно сжимая кулак Эллис своей рукой, словно успокаивая ее и безмолвно прося потерпеть.

– Хм… Ведьма… Одна из Ларсон, что ли?

– Кар! – ответил за нее ворон.

– О, точно, птичка… У одной из Ларсон действительно была такая. Ну что ж, рад за вас, господа. Ведьма так ведьма. Но комната по-прежнему одна. Разве что вы вторую сами наколдуете.

– Нет, – отказалась от идеи расширять пространство Эллис. Эту область магии она старалась избегать, как и некоторые бытовые мелочи. – Ладно. Сойдет и одна. Показывайте! И организуйте горячий ужин на двоих.

– В комнате? – деловито уточнил трактирщик, принимая монеты. – Подать сейчас? Или… через часок?

– Ну что за намеки, уважаемый, – с укором покачал головой Томсон. – Мы сами спустимся. А еще – сухих полотенец, два халата и чистую рубашку для дамы.

– Сухих полотенец им, – хмыкнул хозяин, но затем, обернувшись, крикнул в зал: – Эй, Данна! Проводи гостей! Сильно там не увлекайтесь, еду подадут через минут сорок, ваш столик у окна.

– Пойдемте, госпожа ведьма, – улыбнулся Николас, беря девушку за руку и следуя за невесть откуда взявшейся расторопной низенькой девчушкой.

– Почему меня сегодня все оскорбляют? – ворчала она всю дорогу. – По-вашему, ведьмы ненормальные? И если дама заходит в трактир с мужчиной, ее что, сразу надо во всем подозревать?

– Нет, конечно, но, признайте, вы бы тоже подумали о таком… – загадочно улыбнулся ее спутник, галантно распахивая перед Эллис дверь комнаты.

– О каком? – подозрительно прищурилась девушка, входя в номер и оглядываясь. Что ж, дешево, но чисто…

– Ну, о… таком… – снова туманно бросил Николас, с удовольствием снимая с себя мокрое пальто, затем пиджак и…

– Остановитесь! – вовремя спохватилась Эллис, чувствуя, как начинают алеть ее щеки.

– Так, может, просто отвернетесь? – фыркнул Томсон. – Или пройдете в ванную, которую я вам уступаю? Вам бы тоже не мешало раздеться…

Эллис мысленно простонала и закрыла глаза. Ну почему, почему с ним она перестает нормально соображать? И зачем так протягивать это слово… Раздеться…

Отогнать внезапные мысли помог фамильяр, который уселся Эллис на плечо и громко каркнул.

– Кар! Эллис, я прослежу, чтобы этот тип оставался здесь и даже не смел поглядывать в твою сторону.

– Передай своей птичке, что я хорошо воспитан, – фыркнул Николас, снова возвращаясь к тому, чем занимался, и Эллис лишь осталось резко отвернуться и пробормотать, что у нее с ним совершенно разные взгляды о воспитании. Разве можно так нагло смущать?! А плечи ничего так… широкие… Тьфу!

– Когда я отдам ему должок, то уйду в долгосрочный отпуск! Надоело мне все это! – бормотала девушка, с удовольствием скидывая с себя мокрую одежду и хватаясь за чистое сухое полотенце.

Пока Эллис переодевалась в необъятный халат и возилась с мокрыми волосами, Данна успела принести им артефакт связи и кувшин с горячим вином и сыром, бросив напоследок, что скоро будет готово и остальное. Когда Томсон начал связываться с братом, Эллис навострила уши. Неуловимый Никкери ответил родственнику только после долгих гудков, и голос был его весьма недовольным:

– Ник, что случилось? Ты отвлекаешь от важного занятия! Мы с невестой выбираем мне костюм!

– Разве ты не выбрал его на прошлой неделе? – явно озадачился Томсон.

– Выбрал, – снизился до шепота голос Никкери. – Но он не понравился моей крошке, так что я решил присмотреть другой. Красивый костюм никогда не будет лишним.

– Ну да, ну да… – иронично хмыкнул Ник. – Только вот шкаф у тебя не резиновый.

– Слышу осуждение, братец, это нехорошо, – снова зашептал Никкери. И сразу же припомнил: – Ты сам уже три пальто сменил за сезон.

– Они все на разную погоду!

На этом месте Эллис едва не рассмеялась. Значит, ей не показалось, что господин Томсон тот еще модник.

– Так, говори, что тебе нужно? – не выдержал его брат.

– Забери меня, пожалуйста, со мной произошла интересная история.

Затем последовало откровенное вранье и адрес. Хихикнув, Эллис перестала подслушивать. Все-таки, судя по разговору, братья Томсоны неплохо ладят – понятно, почему Николас так переживает за родственника. Было бы здорово, если он все-таки заглянет к ним, и тогда Эллис сможет одним глазком глянуть на парня и все выяснить. Другое дело, что на этом их с Николасом приключениям, скорее всего, придет конец – и этот факт неожиданно отозвался в груди ведьмы странной горечью...

Так, есть еще одна проблема. Как ей быстро высушить одежду? Похоже, придется взять у папы или у младшей сестры еще пару уроков. Бытовые чары все-таки иногда бывают очень полезны. Наконец, облачившись в необъятный халат, обмотавшись полотенцем, ведьмочка взяла ворох мокрой одежды и вышла из ванной. Ее спутник пребывал в крайне задумчивом состоянии. Неспешно потягивая вино, Николас растерянно поглядывал на свою одежду, аккуратно развешанную возле старого камина, работающего от нагревающего артефакта. Судя по температуре в комнате, камин едва-едва работал.

– Тебе помочь согреться? – осторожно предложила Эллис, и мужчина, как и следовало ожидать, подавился вином.

– Боюсь спросить, что ты имеешь в виду… – сдавленно прошептал Николас.

– О чем ты только думаешь? – осуждающе покачала головой ведьма и от души хлопнула его по спине. – Я имею в виду, что сушить одежду на человеке опасаюсь, ведь при этом может пострадать сам человек. А вот усилить действие этого допотопного камина я могу. Иначе мы будем ждать до утра, пока он высушит нашу одежду.

– А трактир при этом ты не подожжешь? – осторожно спросил он.

– Ты настолько сомневаешься в моих способностях? – обиделась Эллис. – Вот только не пойму, как ты вообще работаешь в этой сфере, если сам не обладаешь даром.

– Зато я магический кодекс наизусть знаю, – не без гордости отозвался Николас. – Да и меня зовут уже по факту, когда что-то случилось. Мне достаточно просто определить магический фон… В общем, без обид, ведьмочка, но пока у меня не было причин убедиться в твоей компетенции. То кого-то не того прокляла, то с полетом что-то не так…

У Эллис появилось желание порыться в сумке и достать сертификат, на котором черным по белому было написано, что она – потомственная ведьма и прошла домашнее обучение. Но делать этого она, конечно, не стала. Ведьма лишь досадливо поджала губы – доля правды в его словах действительно была. С ним все постоянно шло наперекосяк. Даже Фирч согласно каркнул – хотя кому, как не ему, должно быть известно, на что способна его хозяйка.

И вдруг ее посетила новая, неприятная мысль: Эллис никак не могла отделаться от ощущения, что ее спутник не так прост, как кажется.

– Ладно, я быстро высушу нашу одежду, – сказала девушка, пытаясь переключиться. Не слушая возражений, она направила раскрытые ладони на мокрые вещи, и от них тут же начал подниматься пар. Вскоре ведьма и сотрудник магического контроля разошлись в разные стороны, чтобы переодеться. Правда, несмотря на то, что одежду Эллис высушила, погладить ее она не смогла, и вид у парочки по-прежнему был не самый презентабельный.

– Что сказал твой братец? – спросила ведьма, крутясь возле зеркала и пытаясь совладать с растрепанными кудрями. Учитывая, что зеркало в комнате было одно и мужчине оно тоже зачем-то понадобилось, парочка то и дело толкала друг дружку, чтобы взглянуть на собственное отражение. – Он нам поможет?

– Уже нанял экипаж, – кивнул ее спутник, попросту зачесав ладонью густые пряди назад. Вид при этом у него стал еще более растрепанный. – Думаю, успеем все-таки перекусить… Ты так и не попробовала вино.

– Не пью, если знаю, что придется колдовать, – призналась Эллис, потянувшись было к его волосам, чтобы помочь, но в последний момент передумала, остановив взгляд на губах Николаса и опустив руку. Поспешно отвернулась. Кажется, Томсон разочарованно вздохнул.

– Почему? Магия даст сбой?

– Ага, и тогда тот полет на метле покажется тебе пустяками.

– Спасибо за предупреждение! Никакого алкоголя ведьме!

В главный зал они спустились, весело посмеиваясь и препираясь. Данна проводила их к столику, и Эллис, глядя на тарелку с горячим куриным бульоном и вазочку с сухариками, от которых исходил аппетитный чесночный аромат, внезапно ощутила зверский голод. Правда, нормально поесть ей не дали… Трактирщик, который, казалось бы, занимался своими делами, на самом деле все ближе и ближе подбирался к их столику и поглядывал на Эллис так, словно…

– Видать, по душу ведьмы, – первым сообразил Фирч, удобно устроившись на свободном стуле и неспешно клюя зерна, которые ему подсыпала сердобольная официантка.

– Ну вот, как обычно, я снова останусь голодной, – вздохнула ведьма, печально потянувшись за маленьким чайником.

– Ты о чем? – удивился Николас, аппетитно хрустя сухарями. – Вроде никто тебя не трогает.

– Ага, посмотри вон туда. Он уже совсем рядом, – хмыкнула ведьма, кивнув в сторону бородача, который подкрался почти вплотную.

Хозяин заведения, притворяясь, будто вытирает тряпкой стол, сделал еще один нерешительный шаг в сторону трапезничающей парочки.

– Уважаемый, вы что-то хотели? – обратил внимание на его странное поведение Николас.

Этот вопрос, видимо, послужил трактирщику сигналом. Оглянувшись на посетителей, как бы проверяя, не смотрит ли кто, как он общается с ведьмой, мужчина остановился рядом и, склонив голову набок, с опаской уточнил:

– Так вы правда ведьма?

Эх, сколько раз Эллис приходилось это слышать. Как правило, после следовала какая-то просьба. Чаще неприятная. Вздохнув, девушка отставила опустевшую тарелку. В общем-то, было вкусно, можно и помочь вместо оплаты.

– Что у вас? – спокойно осведомилась она, расслабленно опираясь на спинку стула. – Насекомых потравить? Кто-то ушел, не расплатившись? Надо сдобрить талисман на процветание и благополучие?

– О, так вы и это можете?! – Трактирщик, казалось, пришел в полный восторг. – А не могли бы вы перечислить свои услуги и озвучить цену, госпожа Ларсон? Или, быть может, сделаю вас навсегда своим почетным гостем? В любое время суток свободная комната и вкусный обед!

– Может, но не хочет! Кар! Скажи ему, что ты злая! – встрял ворон, подпрыгивая на плечо ведьмы.

– Мне есть где ночевать, да и дома неплохо кормят, – призналась Эллис, что, впрочем, было не совсем правдой. Готовить в их семье умели только Викки и папа. Сабри лишь хорошо варила зелья и кофе. – Да говорите уже! Сочтемся, если я смогу выполнить ваш запрос.

Трактирщик, задумчиво погладив усы, осторожно присел напротив нее и, помедлив, начал рассказ. Звали хозяина заведения Тодриком, трактир он получил в наследство от дедушки и владел уже почти десять лет. Готовили вкусно, за порядком следили. В общем-то, по словам Тодрика, трактир пользовался успехом и, учитывая количество гостей в еще не совсем вечернее время, Эллис готова была ему поверить. Но совсем недавно здесь начали происходить странные вещи: в погребе постоянно что-то шуршало, оставляло разбитые банки и погрызенные мешки с картошкой. Каждую ночь Тодрик (он жил в одной из комнат наверху) слышал тихие, приглушенные звуки, как будто кто-то двигался в темноте. Несколько гостей уже жаловались на странные шорохи, доносящиеся из-под половиц, и даже на чувство, будто кто-то невидимый следит за ними. Трактирщик побаивался, что это может отпугнуть посетителей.

– А капканы ставить не пробовали? – зевнув, уточнила ведьма. Гоняться за мелкими вредителями не входило в список ее услуг.

– И капканы, и отраву сыпал, даже мага-бытовика вызывал, чтобы тот охранку поставил… Но все без толку. Уже пару недель как кто-то шуршит и покоя не дает. Некоторые постоянные посетители отказываются брать ночлег. Помогите, госпожа ведьма!

– Думаете, это что-то… сверхъестественное? – с любопытством спросил Николас, покосившись на ведьму. – Эллис, только не говори, что примешься за это дело сейчас же.

– Кар! Ты плохо ее знаешь, парень! Она уже в предвкушении!

– Наверняка что-то мелкое и мерзкое, – пробурчала Эллис, которая вовсе не предвкушала заниматься чем-то подобным, но в тоже время не хотела идти на попятный, – но не удивлюсь, если без магии не обошлось. Ладно, – вздохнула она, поднимаясь, – покажите ваш погреб. Посмотрим, что там у вас завелось и чем его выгнать.

– Нет, Эллис! Сейчас не время! – простонал Томсон.

– Не то чтобы я рвалась в бой, – пожала плечами ведьма. – Но я согрелась и наелась, почему бы не отплатить за доброту? Ты можешь подождать меня здесь.

– Серьезно? А как же твоя табличка «Осторожно: злая ведьма»? – Мужчина был явно очень недоволен.

– Нет у меня никакой таблички, чего ты сочиняешь! – возмутилась девушка и, не обращая на него внимания, кивнула Тодрику, мол, веди, пока я сговорчивая.

– Госпожа Ларсон, какое счастье! Пойдемте, пойдемте, – засуетился трактирщик, боясь, что гостья передумает. Томсону ничего не оставалось, как последовать за ними, хотя всю дорогу он ворчал, что она не вовремя вспомнила о таком качестве, как доброта и отзывчивость.

Погреб, в который привел их хозяин, был освещен редкими свечами, и оттуда тянуло затхлым холодом. Эллис закатала рукава, подобрала юбки и сделала было первый шаг вниз по крутой лестнице, подозревая, что скоро ей придется познакомиться с каким-нибудь не очень приятным представителем магических существ, как наткнулась на неожиданную преграду.

– Я первый! – твердо сказал Томсон, отодвигая девушку. Эллис от растерянности часто-часто заморгала, а Фирч не то каркнул, не то крякнул – в общем, тоже удивился.

– Погоди-погоди, у тебя что, дар внезапно проявился? – Ведьма поспешно схватила мужчину за рукав.

– Нет, но я не могу позволить тебе спуститься туда первой. Мало ли что там.

– Ага, а потом мне объясняй твоим родственникам, почему вместо симпатичного парня я отдаю им останки в вазе, – фыркнула девушка, ловко обогнув мужчину и ступая на ступеньку.

– Погоди! – охнул Николас. – Возможен и такой исход? Тогда тем более я первый. Не хватало еще мне потом объясняться с Ларсонами. А вообще мне приятно, что ты считаешь меня симпатичным.

– Не обольщайся, это я просто к слову…

– Простите, госпожа Ларсон, а вы точно ведьма? Почему ваш спутник так за вас волнуется? – не выдержал трактирщик, наблюдающий за их перепалкой. – Я не могу так долго тут задерживаться, Данна одна не справится с гостями.

– Так идите, мы тут сами похозяйничаем, – нетерпеливо отмахнулась Эллис, но, заметив, с каким сомнением на них смотрит хозяин заведения, с улыбкой добавила: – Не переживайте, запасы не съем, пауков не подсуну, погреб не взорву.

– Кар! – поддакнул Фирч, хлопнув крыльями.

– Теперь мне еще страшнее уходить, – признался Тодрик.

– Да идите, я прослежу, чтобы она ничего тут не натворила, – вздохнул Николас, а затем, вспомнив, бросил вдогонку трактирщику, который все же решил уйти, хотя и постоянно оборачивался: – Если увидите моего брата, попросите его немного подождать. Эллис, стой! Я иду первым!

– Кар! Чего вы как дети малые! – не удержался от комментария Фирч.

Николас решительно двинулся в погреб, и Эллис, недовольно вздохнув, последовала за ним. В итоге вниз они спустились, держась за руки, совсем как влюбленная парочка. И если сначала Эллис это немного взбесило, то потом она подумала и решила, что ощущение своей руки в руке мужчины ей очень даже нравилось. Раз хочет, пусть держит.

Внизу было холодно и оказалось, что погреб озарен лишь несколькими мерцающими свечами. Стеллажи с банками, мешками и бутылками высились вдоль стен, а откуда-то из глубины доносился тихий, приглушенный шорох, похожий на звуки маленьких коготков. Эллис оглянулась и с неохотой выдернула свою ладонь.

– Мне нужно просканировать помещение, – объяснила она. – Ты можешь постоять здесь и не мешаться? А еще лучше вообще не смотри на меня.

– Как я тебе мешаюсь? – спросил Николас, с любопытством оглядывая полки. – Стою себе рядом, любуюсь банками с огурцами. Сканируй, пожалуйста.

– Дело в том, что… как бы это сказать… – Эллис запнулась, подбирая слова. Она не знала, как объяснить, что при некоторых чарах ее лицо и глаза начинают светиться, а это обычно пугает тех, кто не привык к магии.

– Кар! Становишься страшной! Так и скажи! – вмешался Фирч.

– Становлюсь пугающей, – поджав губы, поправила Эллис.

– Думаю, после полета на метле меня уже ничем не испугать, – ответил Николас. Скрестив руки на груди, он оперся о полки, всем своим видом показывая, что не сдвинется с места и будет стоять на страже и следить.

– Кар! Ошибаешься, парень! – хмыкнул Фирч, явно довольный.

– Фирч, помолчи! – Эллис сдерживалась изо всех сил, чтобы не взорваться. – Ладно, тихо! Николас, что бы ты ни увидел или услышал, не мешай мне и не отвлекай, а то превращу в лягушку! И не смей потом жаловаться!

– Вряд ли я смогу это сделать, будучи лягушкой… – пробормотал он, едва скрывая усмешку.

– Тихо! – рявкнула Эллис.

– Все-все… – примирительно поднял руки Николас, а затем, обращаясь к Фирчу, шепнул: – Почему она так нервничает?

– Кар! Парень, правда, лучше помолчи! – вздохнул Фирч, хлопнув крыльями.

– Понятно, значит, действительно лучше не мешать, а то заколдует… Фирч, а скажи мне, почему ведьмы так любят превращать кого-то в жабу? Это самое простое? Или у них нет фантазии? Можно, если что, превратить меня в дракона, например?

– Кар, Эллис, спасибо! Он ужасный болтун!

Эллис, тяжело вздохнув, мысленно посчитала до десяти и, стараясь не слушать, о чем говорит этот несносный мужчина (и почему он общается с ее фамильяром так, будто они закадычные друзья, при этом ловко догадываясь, о чем тот каркает?), закрыла глаза на мгновение, стараясь сосредоточиться на магии. Затем широко распахнула их, и черные зрачки вдруг поменяли цвет на зеленый. Николас не смог сдержать восхищенного возгласа, и ворон предупреждающе сел ему на плечо. Эллис меж тем осторожно развела руки в стороны, ладонями вверх, глубоко вдохнула-выдохнула, сосредоточилась и… внимательно посмотрела по сторонам. При этом глаза ее светились как у кошки.

«Итак, что тут у нас?» – думала она, изучая окружающее пространство и пытаясь разглядеть то, что обычным глазом не видно. О том, что в погребе притаился кто-то маленький и чуждый этому миру, она догадалась. Осталось его увидеть. Прищурившись, девушка наконец обнаружила свою цель – на нижней полке, среди мешков с картошкой, сидел взъерошенный зверь размером с крупного котенка. Выпирающие клыки, серая шерсть, оттопыренные уши, облезлый розовый хвост, злобные глазки-бусинки, запах серы… Да это же!

– Шорох! – радостно воскликнула она и ласково поманила зверя: – Иди ко мне! Божечки, какой милашка!

Когда она вытащила мелкую нечисть на свет, мгновение все удивленно молчали, а затем ворон каркнул, а Николас осторожно уточнил:

– Эллис, ты правда считаешь, что он милый?

– Неважно, – отмахнулась ведьма, ласково поглаживая существо. – Это Шорох. Маленький демон, из другого мира, между прочим.

– Он успел представиться? Правда из другого мира? Если честно, похож на обычную крысу, только гигантскую. Ты уверена?

– Уверена, – огрызнулась девушка. – Фирч прав, ты ужасный болтун.

– Так вот о чем он все время каркает! А я-то думал, что мы с ним поладили. Нет, все-таки похож на крысеныша.

– Да демон это! Я зачет по демонологии сдавала. В народе его прозвали Шорохом из-за шуршания, которое он издает по ночам. И на него не действуют никакие ловушки, капканы, отрава и даже магия. Он вполне безобиден, если не считать того, что питается чужой энергией. На самом деле он очень маленький и испуганный. Видимо, где-то был открыт портал, и он попал сюда случайно. Не знает, что ему есть и где его мама.