Текст книги "Зимние чары Эллис (СИ)"

Автор книги: Елена Милая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)

– И что ты собираешься делать?

– Отправить обратно, естественно, – удивилась Эллис. – Подержишь его?

– Нет, спасибо, – немедленно отказался мужчина, пряча руки за спину.

– Да чего ты, подержи его… Мне надо нарисовать круг… Черт, мела нет… Фирч, сле…

– Госпожа ведьма? – неожиданно в погреб спустилась уже знакомая им служанка Данна. – Меня отправил господин Тодрик. У вас все норм… Ой, мамочки! А это еще кто?!

От испуга девушка попятилась и, запнувшись, едва не полетела вниз с лестницы. Если бы не подоспевший вовремя Томсон, все могло закончиться плачевно. Однако избежавшая падения юная Данна радостно повисла на шее галантного мужчины и счастливо улыбнулась. Почему-то этот момент вызвал у Эллис странное чувство, словно ее окатили ледяной водой. Нахмурив брови, ведьма мрачно посмотрела на парочку; ее рука дрогнула, сдерживая магию. В этот момент маленький демон, которого задело искрой, дернулся, царапнув Эллис кожу. Девушка шикнула, а крысеныш меж тем ловко выбрался из ее пальцев, скользнул вниз по рукаву платья и прыгнул на пол.

– Фирч, держи его! – спохватилась Эллис, но куда там. Безошибочно определив выход из погреба, существо стремительно метнулось к лестнице, прошмыгнуло под ногами официантки и было таково…

– Черт! Кар! Эллис! Его надо ловить!

– Да сама знаю, – буркнула Эллис, на ходу закатывая рукава блузки. – Не уйдет!

В главный зал, подгоняемая каркающим вороном, Эллис примчалась за считанные секунды; следом за ней прибежал запыхавшийся Николас.

– Госпожа Эллис? – обеспокоенно вышел из-за стойки трактирщик. – Что произошло?

– Мы нашли того, кто живет у вас в погребе, – быстро начала ведьма. – Это Шорох. И сейчас он где-то здесь…

– А, Шорох… Кажется, это та большая крыса? – начал припоминать Тодрик, нахмурив брови.

– Ну, не совсем, – замялась Эллис. – Видите ли, он на нее лишь похож, а вообще-то это демон… Маленький, но все же демон.

– Как демон?! – ахнула подошедшая Данна, и все на нее дружно зашикали. Трактирщик, как и Эллис, знал, что демонов в Камелии не просто не жаловали – их смертельно боялись. Стоит кому-нибудь из посетителей услышать это слово – и начнется паника...

– Спокойно, – прошептала ведьма, снова призывая магию и, наплевав на стеснение (надо по-быстрому разбираться с этим Шорохом!), снова включила свое особое зрение. – Сейчас мы его найдем… Вон он!

Эллис метнулась под ближайший столик. Там, в тени ножек стола, затаился Шорох, свернувшись клубочком и испуганно глядя на нее блестящими, как пуговки, глазами.

– Тихо, тихо, малыш, не бойся… – ласково пробормотала Эллис, протягивая к руку, чтобы не спугнуть демона.

Но если существо Эллис не боялось, а лишь хмуро на нее поглядывало, то вот посетители, под чей столик она залезла, были не в восторге.

– У нее глаза светятся! – прошептал какой-то бугай, роняя карты.

– Ага, и еще она демона с собой приволокла, – мрачно осведомил его второй, решительно вставая с места и надвигаясь на Эллис. – Эй, ведьма, можешь колдовать в другом месте? Мы тут вообще-то отдыхаем.

Судя по развязному тону и шатающейся походке, гость «Чернильного котла» был явно навеселе, а иначе его неуважение к черной ведьме Эллис не могла объяснить. Девушка уже хотела было щелкнуть пальцами и применить свое любимое заклинание спотыкания, но неожиданно вмешался Томсон.

– Поуважительнее с дамой, – попросил он, загораживая собой ведьму, держащую в руках Шороха. – У нас важная операция по ловле потустороннего магического существа.

– Зря ты это сказал, – простонала Эллис, но было поздно. Завсегдатаи и так давно обратили на них внимание, а после слов Николаса началась настоящая паника. Со всех сторон раздавалось:

– Надо бежать, раз это демон!

– Нет, его же ведьма поймала, давай допьем!

– А мне кажется, что демон не так страшен, как эта женщина с зелеными глазищами, как у кошки!

Потом кто-то разбил бутылку, задел соседа, бугай надвинулся на растерявшегося Николаса, который не удержал равновесие и повалился на ведьму, а она вновь разжала руки и упустила Шороха… Крысеныш с радостным визгом прыгнул на поднос Данны, та завизжала, роняя демона вместе с посудой, и началось…

– Без паники! – пыталась докричаться до всех Эллис, прижатая к своему спутнику. – Я ведьма Ларсон, со всем разберусь! Оставайтесь на своих местах, и… Божечки, да куда вы все!

Поздно, в «Чернильном котле» начало происходить настоящее безобразие: посетители в панике вскакивали со своих мест, кто-то опрокинул кружку с элем, которая с грохотом покатилась по полу. Трактирщик отчаянно пытался удержать всех на своих местах, но его никто не слушал. Испуганный Шорох мешался под ногами. Ворон каркал с верхней балки, подгоняя беглеца, а Эллис и Николас, пытаясь поймать его, только усугубляли суматоху, натыкаясь на столы и случайных посетителей. Один из гостей споткнулся об опрокинутый стул, другой – зацепился за плащ, подброшенный в суете. Раздавались крики, грохот и ругань, создавая в трактире ощущение настоящего хаоса.

В какой момент в трактир ворвались стражи, Эллис так и не поняла. Тем более ее удивило, когда кто-то из них заломил ей руку и надел железный браслет. А когда Николас вдруг полез ей на выручку и влез в драку, она вообще подумала, что это все снится.

– Лети за Ларсонами, Фирч, – только и бросила она, когда ее заталкивали в открытый портал.

– Госпожа Эллис, не переживай! Я все улажу! – кричал ей вслед Николас, на которого тоже надевали наручники и утаскивали в другой портал.

Кто бы мог подумать, что в итоге этот насыщенный безумный день закончится в участке полисмагов… Да и вообще… она ведь так и не поймала демона! Бедный, бедный Шорох… затопчут ведь.

ГЛАВА 8. Зимние чары Эллис

В полисмагическом отделении было на удивление тепло и уютно. Эллис сидела в камере с несколькими завсегдатаями, которые уже давно с ней примирились и даже извинились (ничто так не сближает людей, как общая камера), рассеянно наблюдала, как те играют в карты (наверное, стражи их не отобрали во избежание новых ссор), и слушала, как мастерски ведет переговоры Николас Томсон. Им уже объяснили, что задержали их по чистой случайности: неподалеку кто-то ограбил магазинчик, лавочник вызвал полисмагов, а те, услышав шум и крики, доносившиеся из «Чернильного котла», без лишних разбирательств забрали всех для выяснения обстоятельств. Теперь оставалось только дождаться, когда до нее дойдет очередь…

– Господа полисмаги, вы обязаны принести извинения! – Николас был полон возмущения. – Вы хоть понимаете, кого задержали? Я – сотрудник Службы магического контроля!

– А удостоверение где, сотрудник? – лениво спросили у него.

Николас смущенно признался:

– В другом пальто оставил. Но это ничего не меняет. Просто сделайте запрос и узнаете… И отпустите уже девушку! Она ведьма!

– Всех отпустим, господин, по очереди, – устало оповестили его. – Только с вашей ведьмой у нас отдельный разговор. Говорят, она притащила в трактир демона.

– Вовсе нет, она…

– Ба! Что я слышу? – вдруг иронично раздалось в участке. – Мой братец не обвиняет, а защищает! Это интересно!

Эллис встрепенулась и с любопытством прижалась головой к прутьям решетки, пытаясь разглядеть того, из-за кого вообще начался весь этот сыр-бор. Неуловимый Никкери Томсон был пониже ростом, но все же очень походил лицом на своего двоюродного брата. Даже одевались они в одном стиле. Как занятно, однако.

– Где тебя носит?! – вскинулся его брат. – Принес документы?

– Ну извини, ты сам адреса неправильные даешь. То в трактире тебя ищи, то в участке. Расскажу дяде, не поверит!

– Так ты не рассказывай!

Братьям уже начали делать замечания, как в участок неожиданно влетел громко каркающий ворон, за ним забежал огромный пес и, прежде чем полисмаги очнулись и принялись выгонять живность, за фамильярами ворвалась разгневанная Ровена.

– Где моя дочь?! – только и спросила она. Раскрасневшаяся, с растрепанными волосами, старшая ведьма Ларсон была прекрасна. Кто-то из полисмагов нервно сглотнул и ткнул пальцем в сторону камеры, где, притаившись, сидела Эллис. Сейчас главное не злить маму еще сильнее, а то взорвет участок…

Пока Эллис писала объяснительную, а мама о чем-то горячо спорила со стражами, ведьмочка не заметила, как из ее поля зрения исчез Николас. Когда она вдруг осознала, что его нет в участке, то, забыв про отсутствие верхней одежды, бросилась на улицу. Как раз вовремя. Томсон стоял у экипажа. Увидев Эллис, он тут же снял новое пальто и, укрыв им ее плечи, с укором произнес:

– Госпожа Ларсон, зачем вы выбегаете на мороз?!

– Боялась, что уедешь, не попрощавшись, – призналась Эллис, хватая его за рукав. – Николас, мне надо тебе кое-что сказать. Где твой брат?

– Он уже в карете, ждет. – Томсон отвел взгляд и поспешно добавил: – Давай потом, хорошо? Очень холодно…

– Но, Ник...

– Эллис, прости, мы правда очень спешим. Поговорим потом! Спасибо за этот день! Он был незабываемым. Особенно полет на метле!

– Но…

Эллис так и не успела ничего сказать, потому что Томсон попросту сбежал. Она еще никогда не видела его таким нервным. Глядя на удаляющийся экипаж, девушка поплотнее запахнулась в пальто и задумчиво произнесла вслух:

– Что это сейчас было?

– Знамо дело, сбежал от тебя парень, – хмыкнули позади нее. Оказывается, старшая ведьма Ларсон вышла следом и все слышала. Теперь она стояла, уперев руки в бока и хитро смотрела на дочь. – Ты что, правда возила его на метле? Кстати, где она? Неужели потеряла любимое средство передвижения?

– Сломалась, – буркнула Эллис. Меньше всего на свете она желала выслушивать материнские нотации. У нее и так сейчас есть над чем подумать…

– Пошли уже домой, нарушительница, – вздохнула Ровена, в кои-то веки не став пилить дочь. – Вернется он еще, вот увидишь…

Но на следующий день Николас Томсон не объявился. И даже не написал. Промучившись все утро, Эллис уже сама потянулась за самописным пером, но тут пришел мальчишка-доставщик и принес слезливое письмо от знакомого трактирщика. Господин Тодрик умолял завершить начатое и прогнать мелкого демона, а то посетители боятся заглядывать в «Чернильный котел». Ведьме ничего не оставалось делать, как на время отложить разговор с Николасом и поехать в знакомое заведение.

Отправить Шороха домой в этот раз удалось без сучка без задоринки, но уйти домой у Эллис не получилось, так как у нее неожиданно появился новый заказ. Юная официантка Данна, смущаясь и заикаясь, спросила у нее, а не сможет ли профессиональная ведьма помочь ей с одной маленькой проблемой. Оказалось, что каждый вечер, когда она возвращалась домой, в ее комнате начинали сами собой двигаться вещи. Стулья разворачивались к окну, свечи загорались, а иногда даже слышались шорохи и тихий смех, как будто кто-то невидимый ходил рядом.

– Я-то понимаю, что оно не приносит вред, – торопливо пояснила Данна, теребя края фартука, – но… спать спокойно не могу, и вообще как-то неловко и страшно! Может, это дух какой-то или заклятие? Вы ведьма, вы наверняка что-нибудь придумаете, чтобы его… ну, убедить уйти? Из-за этого не могу войти в комнату.

Как выяснилось позже, кто-то заколдовал все бытовые предметы девушки, и пока Эллис с этим разбиралась: снимала чары и накладывала защиту, пока принимала благодарности, а потом еще и искала виновников, которыми оказались соседские дети (как оказалось, совсем недавно у них проявились способности к магии и они, не умея ею пользоваться, натворили немало дел). Как-то так получилось, что домой ведьма вернулась, когда в особняке уже не горел свет. И все время ее не оставляла мысль, что, оказывается, делать добрые вещи тоже приятно. Почему раньше ей так нравилось творить шалости?

Приняв ванну, ведьмочка долго сидела возле зеркала, задумчиво разглядывая свое отражение. Как же ей поступить с Томсоном? Рассказать правду? Было бы честно, но почему-то заканчивать знакомство с этим парнем так быстро ей не хотелось. Вот бы урвать еще один денек! Хотя завтра канун праздника, наверняка он занят…

– Ладно, я предложу, а там пусть сам решает, – произнесла ведьма и, быстро настрочив на бумаге: «На твоем брате и правда чары. Встретимся завтра в парке?», вручила ее Фирчу, игнорируя понимающий взгляд фамильяра. Совесть ее не мучала, нет… Напротив, она предвкушала завтрашнюю встречу. Определенно, все скоро станет ясно.

***

В парке, где они договорились встретиться, царила легкая суета: взрослые и дети катались на коньках, влюбленные парочки гуляли, любуясь на ледовые скульптуры, а возле лавочек с горячим кофе образовалось целое столпотворение. Где-то далеко в парке играли на гитаре уличные музыканты, и Эллис, рассеянно ловя снежинки, пыталась угадать мелодию, но та все куда-то ускользала. Да и мысли были не о том…

– Почему ведьмы не носят шапки? – вдруг раздалось рядом, и ведьмочка, встрепенувшись, обнаружила рядом с собой Николаса. Снова новое пальто. У него их там что, целая лавка? И опять опоздал…

– Слушай, господин Томсон, мне что, подарить тебе часы? Почему ты все время опаздываешь?

– Прости, – развел руками Николас. – Все время хочется прихорошиться перед встречей с тобой…

– Убийственная честность, – оценила Эллис и улыбнулась. На какое-то время они замолчали, внимательно глядя друг на друга. Затем Николас с печальным вздохом спросил:

– Так что, расколдуешь моего брата?

Эллис чуть помедлила с ответом, затем кивнула.

– Знаешь, это будет так просто. – Полные губы, тронутые красной помадой, дрогнули в улыбке, и, щелкнув пальцами, Ларсон бойко заявила:

– Готово!

Николас тихо рассмеялся.

– Как давно ты догадалась? – наконец осторожно спросил он, делая шаг ей навстречу.

– Да мне сразу показалось, что эта «одержимость проклятием» притянута за уши, – честно призналась Эллис. – А потом, когда в трактире ты сказал, что тебе достаточно отследить магический фон, я все поняла. Ты хоть и не обладаешь даром, но прекрасно чувствуешь магию. Ты не обращался к специалисту, чтобы узнать, кто наложил на тебя проклятие, – ты нашел меня сам… Ты не мог не знать и не видеть, что с твоим братом все в порядке. Ну а вчера, взглянув на твоего Никкери, я окончательно убедилась, что на нем нет никаких чар. Возможно, он действительно одумался и готов жениться. Значит, напрашивается вывод, что ты все это затеял специально… Зачем?

– Но твое письмо… – протянул Николас, не отвечая на ее вопрос, но не сводя с девушки тягучего взгляда.

– Хотела посмотреть, как ты расколешься, – пожала плечами Эллис. – Долго ты собирался водить меня за нос?

– Честно? До тех пор, пока ты бы в меня окончательно не влюбилась…

И тогда в парке неожиданно погасли все фонари, а ветер подхватил снежинки в бешеном танце, завыв сильнее. Люди испуганно замерли, оглядываясь и пытаясь понять, что же такого произошло. Им было невдомек, как сильно в этот момент у одной ведьмочки забилось сердце.

– Тебе сейчас можно смело выписывать штраф за неконтролируемый магический выброс, – произнес Николас, делая еще один маленький шаг и крепко обнимая Эллис.

– Это же все из-за тебя!

– Уговорила, не буду выписывать штраф… Сочтемся на одной маленькой компенсации? Поцелуй подойдет! Хотя бы в щечку!

– Опять за свое?!

– Ага, ты не представляешь, как здорово мне было последние несколько дней… – усмехнулся Николас. – Сначала я действительно хотел просто немного тебя наказать. Связался с твоей семьей, придумал причину, напросился на прием, а потом, когда снова увидел тебя… Все, о чем я думал, – может, притвориться заколдованным и попросить, чтобы она меня поцеловала? Решил, что будет здорово провести время с такой красивой, забавной и смелой ведьмой…

– Мог бы просто позвать меня на свидание, – проворчала Эллис, стараясь скрыть счастливую улыбку.

– Мог бы, – согласился Николас, аккуратно поправляя выбившуюся прядь ее волос и нежно убирая за ухо. – Но я очень боялся, что ты откажешь. Да и согласись, так мы узнали друг друга поближе гораздо быстрее. Я многое для себя открыл. Например, больше никогда не буду летать с тобой на метле. А еще я тоже хочу завести себе ворона. И… я жду свою компенсацию…

Один за другим зажигались фонари и гирлянды, ветер понемногу стихал, а прохожие спешили по домам, чтобы встретиться за столом и праздновать День Снежного духа. Город, погруженный в ожидание праздника, словно дышал особенной магией; все вокруг двигалось и мельтешило, но только не для пары, стоящей на мостике, который считали местом для влюбленных.

Молодой симпатичный мужчина в черном модном пальто обнимал хрупкую девушку с темными волосами и смотрел на нее так, словно боялся потерять в следующий миг. Затем он наклонился и поцеловал ее – мягко, осторожно, нежно. А Эллис, затаив дыхание, ответила на его поцелуй в своей манере – смело, открыто, искренне. Чувствуя, как ускоряется сердце, девушка отчего-то слегка дрожащими пальцами ухватилась за воротник пальто и прижалась к губам Николаса еще сильнее, боясь, что этот мужчина сейчас ускользнет. Ищи его потом, привораживай…

Парочка еще долго стояла в опустевшем парке, совершенно позабыв, что совсем скоро наступит праздник. Да и зачем им встречать День Снежного духа, когда есть дела и поважнее.

***

В это время в особняке Ларсон за праздничным столом сидели три ведьмы: старая предсказательница Агнесса, проклятийница Ровена и зельеварка Сабри. Женщины, толкая друг дружку, пытались заглянуть в шар предсказаний и углядеть, что же там такое происходит.

– Ничего не видно, – морщила лоб Сабри. – Сплошной туман.

– Это потому что у тебя дара к предвидению нет, – пояснила Ровена, хмуря брови.

– Говорит так, словно сама видит, – хмыкнула всезнающая Агнесса. Она одна наслаждалась картиной и радовалась за внучку.

– Да расскажи уже, не томи… Что там происходит? – взмолились Ровена и Сабри.

– Целуются голубки, – мечтательно вздохнула старая ведьма. – Да с такой страстью. Так, гляди, и снег растает…

– На людях? – покраснела Сабри.

– Так и знала, – грустно вздохнула Ровена. – Еще одна комната скоро опустеет.

– Зато какие связи, детка! – попыталась утешить ее Агнесса. – Одна за полисмага замуж вышла, другая в сотрудника Службы магического контроля влюбилась. Нам же только на руку!

– Ага, только вот влияние плохое… Они потом вообще темные дела не будут признавать. Сабри, надеюсь, ты-то хоть от семейного наследия не отвернешься!

– Нет, конечно, – согласилась ее старшая дочь, уже размышляя, что подарить сестре на свадьбу.

ЭПИЛОГ

Девушка, вошедшая в комнату к ведьме, была закутана в наглухо застегнутый черный плащ. Плотная ткань скрывала даже ее шею, а капюшон отбрасывал глубокую тень на лицо. Она не переставала нервно озираться и комкать носовой платок. Когда ворон приветственно каркнул, она вздрогнула и едва не сшибла вешалку для одежды.

– Впервые в гостях у ведьмы? – понимающе улыбнулась Эллис, поправляя свою неизменную черную шляпку и приглашающе махнув в сторону кресла.

Поддавшись влиянию Николаса, свой новый кабинет она оборудовала иначе, чем было в особняке: никаких, сбивающих с толку шаров предсказаний, самописных перьев в форме человеческих пальцев и черепов. Остались лишь темные шторы и мебель стального оттенка. Единственными украшениями служили аккуратные стопки книг на полках, чернильный прибор из матового стекла и живое растение в горшке – скромный папоротник, подаренный женихом «для очистки воздуха». Только со шляпой Эллис не смогла распрощаться, хотя жених и пытался стянуть ее с невесты, упирая на то, что она очень красива с распущенными кудряшками. Но какие-то вещи будут неизменными. Шляпа и Фирч уж точно.

– Не переживайте, все будет хорошо. Присаживайтесь, рассказывайте. Что вас ко мне привело?

– Мне подруга посоветовала к вам обратиться, – дрожащим голосом поделилась гостья. – Говорит, вы можете снять любую порчу, верно?

– Если только она не наложена кем-то из моих родственников, – пробурчала Эллис, тяжко вздыхая. Это было нелегко – встать на чистую дорожку, но она упрямо по ней двигалась. Каждый день приходилось ловить себя на старых, почти рефлекторных мыслях. Никого больше не проклинала, пакости не делала. Наоборот – помогала устранять ошибки своих бывших коллег и подчищала за неудачным колдовством магов. Порой это было даже увлекательно – разгадывать чужие магические казусы, как сложные головоломки.

– Простите, но это правда? Вы же Ларсон…. О вас в Камелии столько слухов ходит. Вы правда принесли демона в таверну, чтобы он съел всех посетителей?

– Если так меня боитесь, зачем пришли? – строго поинтересовалась ведьма, и на миг в комнате похолодало.

– Кар! – сразу же вмешался ворон. – Эллис, помни про уроки контроля! Николас расстроится, если ты опять что-нибудь испортишь и очередной клиент от тебя сбежит.

– Извините, это все вранье и неправда, – растянула губы в улыбке ведьмочка, стараясь казаться милой и пушистой. Говорила ей мама, что быть доброй ужасно сложно. Уф! – И вообще я скоро стану Томсон. Если все-таки соглашусь на эту безумную авантюру. Со сменой фамилии, глядишь, привычки тоже окончательно изменятся. Ну… мой жених на это надеется.

– Простите, если обидела, – присмирела девушка, поежившись. – Поздравляю вас с будущим торжеством!

– Ничего, – отмахнулась Эллис. И поторопила: – Так что у вас? Выкладывайте!

– Я сделала большую глупость! – заплакала вдруг гостья, и Эллис с Фирчем понимающе переглянулись. Все они так говорят: «Я сделала глупость, помогите!», «Ох, гнев ослепил меня, и теперь мне грозит большой штраф за применение незаконной магии, а я ведь всего лишь начинающая студентка!», «Думала, что нанесу ему руну на плащ и он временно потеряет память, а он теперь не помнит даже свое имя, целители лишь разводят руками!»

Ведьма уже месяц как съехала из особняка Ларсон и открыла свое дело с подачи Николаса. Иногда сотрудник магического порядка сам подкидывал ей интересные случаи или даже лично приводил гостей, несносно улыбаясь, хваля ведьму и называя ее первоклассным специалистом. Эллис была удивлена, как много, оказывается, случается магических ошибок, и как часто те, кто их совершил, не хотят больше с этим разбираться. Вот и приходится бедным сотрудникам, подобным ее жениху, потом все улаживать. Иной раз она ловила себя на мысли, что ее новое занятие приносит странное удовлетворение – будто она не просто исправляет чужие оплошности, а по кирпичику выстраивает что-то новое и прочное на месте старого хаоса.

– Вы кого-то прокляли? Или попросили это сделать? – деловито начала перечислять Ларсон. – Неудачный приворот? Ошибка в заклинании? Говорите, не стесняйтесь. Секреты клиента не разглашаются, мы подпишем специальный договор.

И это тоже было новшество, появившееся после знакомства с Томсоном. Он теперь учит, что надо быть осторожней и все подкреплять договорами и магическими печатями.

– Хотела выглядеть красивей, – еще горше заплакала девушка, начиная снимать с себя вуаль. – А получилось вот… Никогда больше не пойду к первокурсникам! Посмотрите, что они со мной сделали?

Эллис даже не вздрогнула, увидев, что милое личико испорчено большой бородавкой на весь подбородок. Ей и пострашнее вещи видеть приходилось.

– Пустяки, – хмыкнула она. – Вы пришли по адресу.

– Правда? – неверяще спросила девушка, шмыгая носом. – Вы все исправите?

– Правда, – успокоила ее ведьма. – Пять золотых, и я все исправлю. Никаких ошибок!

– Да хоть десять! Можно прямо сейчас?! У меня ведь свидание назначено…

– Да будет так, – щелкнула пальцами Ларсон. – Только согласие подпишите, пожалуйста.

Когда обновленная гостья унеслась на всех парах, чтобы успеть на свое свидание, Эллис устало прибралась на столе, размяла пальцы и, весело насвистывая, вышла из кабинета, прямиком угодив в объятия Николаса Томсона.

– Мур, моя добрая ведьма наконец-то освободилась, – промурлыкал он, нежно целуя ее в щеку. – Значит, можно украсть тебя на прогулку?

– Снова полетаем на метле? – с улыбкой предложила Эллис.

– Нет, спасибо, – сразу же напрягся жених. – Своим ходом. Пойдем в парк?

– Пойдем, – согласилась Эллис, и парочка, держась за руки, устремилась к выходу.

– А наколдуешь снежинки? Или сделаешь так, чтобы резко похолодало и все ушли домой?

– Кажется, я тебя испортила, – засмеялась Эллис. – Ты потом не выпишешь мне штраф за завтраком?

– Нет, просто на улице какая-то оттепель, а я хочу снега! В снегопад тебя так классно целовать!

– Томсон!

– Что Томсон?! Ты первая начала!

– Мне нельзя портить погоду, бабушка потом ругается.

– Агнесса? Знаешь, на самом деле она такая милая…

– Ты сейчас точно про мою бабушку?!

Посмеиваясь и подначивая друг друга, они неспешно удалялись, не заметив, что верный спутник Эллис, шумный ворон Фирч, давно скрылся с глаз, давая влюбленным возможность остаться наедине. В последнее время он делал это часто.

– Кар, вот же голубки, – каркал он, летая высоко над ними широкими, неспешными кругами. – Завидую, кар! Как же хорошо, что мы тогда фото испортили, и все пошло наперекосяк! Самый удачный провал в моей долгой птичьей жизни. Кар-кар!

Спасибо всем, кто прочитал эту историю)) Ну а если вы еще не читали про Викки Ларсон, то добро пожаловать:

Снег под ногами скрипел, тяжелая сумка оттягивала плечо, а магические фонари вокруг подозрительно мигали и горели очень тускло. Того и гляди, заряд закончится и быть беде: я обязательно заплутаю, сойду с тропы и завязну в сугробе. Никто поздним вечером мне не поможет, а на следующий день жители провинциального городка под названием Холлинхол найдут ледяную статую с золотистыми кудряшками, в зеленом меховом плаще и пестрых чулках… Погибну, не сумев доказать «дорогим» родственникам, что способна прожить и без семейного дела. И так жалко себя вдруг стало, что я остановилась, шмыгнула носом и решительно произнесла:

– Викки, стоп. Ну что за паника? Щелкни пальчиками и создай маленького веселого светлячка.

Молли, высунувшись из-за пазухи, недовольно пробурчала:

– У тебя слишком громко бьется сердце, нельзя что-то с этим сделать? Оно мешает спать! И прекращай уже разговаривать сама с собой, меня это пугает.

– А что мне остается, если мой фамильяр сопит себе всю дорогу? – огрызнулась я. – Нет бы хозяйку поддержать, я же нервничаю!

– Ты всегда нервничаешь, я привыкла, – фыркнула моя ехидная белка. – Просто вспомни, кто ты, и зажги уже эти фонари. Мы будто не на улице, а в лечебнице для душевнобольных.

Молли, конечно, вредина, но она права. Со мной такое часто случалось: стоит поддаться волнению (а поддавалась я ему часто), сразу забываю, что я вообще-то недавняя выпускница магической академии и колдовать умею. Приходится напоминать. Сняв перчатки, я щелкнула озябшими пальцами и улыбнулась появившемуся огоньку. Лети, дружочек, освещай путь. Вот! Сразу дорожка искрится, а пушистые ели, растущие ровным рядком вдоль узкой аллеи, кажутся не такими мрачными. Даже красиво! Выше нос!

Это все, видать, напутствие «доброй» семейки сказывается. Как только я заявила о решении покинуть отчий дом и открыть собственное дело, послышалось язвительное и ироничное:

– Как уезжаешь? – Мама недовольно поджала ярко-красные пухлые губы и надменно вскинула черные брови, вызвав у меня завистливый вздох. Мне-то свои приходится подкрашивать карандашом, чтобы не выглядеть белой молью. – Мы так не договаривались. Ты обещала, что после выпускного попробуешь открыть лавку бытового мага рядом с нами и будешь чистить людям сковородки за деньги.

И тогда я осторожно напомнила, что выпускной уже давно позади, а лавку свою я открыть пыталась, но слава семьи Ларсонов мне не пошла на пользу. Посетители-то были, но все с неподходящими заказами: одному заговор нужен, второму – приворот… И когда я говорила, что в моих объявлениях, которые я кругом развесила, перечислены совсем другие услуги (бытовой маг, к слову, не только сковородку от копоти одним простеньким заклинанием очистить может, но и на другие полезные вещи горазд), они хмурились и недовольно спрашивали, туда ли попали. В общем, там, где по соседству живут темные ведьмы, светлой волшебнице делать нечего.

Мама, услышав такое заявление, окончательно обиделась и бросила в сердцах:

– Ой, ну и уезжай! Только не жалуйся, когда промотаешь все накопленные деньги и приползешь обратно!

Зато сестры обрадовались. И едва не подрались.

– Хах, Викки, давай поспорим?! Если продержишься больше месяца, то я отдам тебе свою коллекцию засушенных пауков, но если приедешь уже через неделю, то я окончательно займу твою комнату. А то мама не разрешала, ждала твоего возвращения. – Это сестренка Эллис. Она все никак не поймет, что ее пауки никому и даром не сдались.

– Вообще-то я хотела из ее комнаты новую зельеварню сделать, – вмешалась Сабри. – Тебе-то она зачем?

Чем аргументировала сестра, я не знаю, мне было важно услышать хоть что-то ободряющее, и я с надеждой посмотрела на бабулю.

– Я уважаю тебя за самостоятельность, – чопорно кивнула старая ведьма, единственная, кто хоть иногда проявлял ко мне благосклонность. – Признаться, ждала чего-то подобного. Но… почему именно перед празднованием Дня Снежного духа? Второй год его с нами не отмечаешь.

Я замялась в поиске ответа, чтобы окончательно не обидеть родню, а Молли захихикала:

– Да скажи как есть! День Снежного духа – праздник добрый, а они у тебя только на пакости горазды.

Что верно, то верно. Это традиционный праздник, славный, светлый, люди дарят друг другу подарки, творят добро и оставляют на украшенном игрушками подоконнике блюдечко с холодным молоком для того самого Снежного духа. По легендам, если к утру блюдечко опустеет – значит, ты вел себя хорошо и год у тебя будет счастливый. Стоит ли говорить, что к семье ведьм, где добром считают бесплатную раздачу порч на безденежье, Снежный дух не заглядывал ни разу? И я его прекрасно понимаю! Но мои дамы почему-то упорно продолжают оставлять молоко, накрывать праздничный стол и делать вид, что у них все как у обычных людей.

– Бабушка, прости, День Снежного духа я хотела отпраздновать с подружками из академии, – созналась я. – Мы организовываем благотворительный вечер, а вы такое не одобряете.

https:// /shrt/KKxM