Текст книги "Под колпаком у ректора"

Автор книги: Елена Малиновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Я неродной сын, – вдруг проговорил Даррен, словно каким-то чудом угадав мои мысли.

– Прости, что? – переспросила я, думая, что ослышалась.

– Мои родители взяли меня из детского приюта, – пояснил Даррен с кривой ухмылкой. – Ты ведь об этом хотела меня спросить?

– Да в общем-то, нет. – Я отрицательно мотнула головой. – С чего ты решил?

– Значит, показалось. – Даррен тяжело вздохнул и приглашающе хлопнул по скамейке рядом с собой.

Я неохотно подчинилась. Присела на самый краешек и покосилась на Даррена.

Парень сидел напряженный, так сильно выпрямив спину, будто проглотил палку, и то и дело сурово играл желваками.

– У моих родителей долго не было детей, – сухо сказал он, глядя куда-то в пространство. – Они обошли всех целителей, перепробовали все средства, но ничего не помогало. Пока в одном из монастырей им не дали совет: усыновить ребенка. Вроде как это своего рода плата богам. Доказательство серьезности любви и намерений. Вот они и усыновили меня. А через пять лет на свет появился мой младший брат.

– Вот как, – растерянно проговорила я, не зная, как реагировать на столь откровенные признания.

– Наверное, если бы я был младше и не помнил этого, было бы проще. – Даррен грустно хмыкнул. – Но мне было шесть, Арлин, когда меня забрали из приюта. Знаешь… То место до сих пор мне иногда снится в кошмарах. Причем я не могу сказать, что мы голодали или нас обижали. Нет, это был очень хороший приют с очень хорошими, строгими, но справедливыми воспитателями. Но… Детям в этом возрасте нужны не игрушки и не еда. Им нужна прежде всего любовь. Именно то, что нельзя получить в приюте.

Даррен сделал паузу, дернув кадыком, как будто какое-то слово встало ему поперек горла. Я сидела тише мыши, понимая, что любые слова утешения покажутся ему сейчас настоящей издевкой. Да и в принципе просто не понимала, что можно сказать.

– Когда появился мой брат, я… Я очень сильно ревновал, Арлин, – глухо проговорил Даррен. – Как сейчас помню этот выматывающий, мутный, постоянный страх. Я был уверен, что родители теперь отдадут меня обратно. Зачем им приемный ребенок, если появился родной? Конечно, они так не сделали. Но я видел, чувствовал, что брата они любят гораздо, гораздо больше. Я для них так и остался своеобразной платой за счастье. Ношей и обузой, которую их заставили взять на себя. Конечно, меня не били. На меня просто перестали обращать внимание. Я бунтовал, капризничал, вел себя отвратительно. В общем, делал все, лишь бы только о моем существовании вспомнили. Предел терпения моих родителей наступил, когда я… я… – Даррен запнулся и со свистом втянул в себя воздух через плотно сомкнутые зубы, как будто испытав в этот момент сильнейшую боль. Надолго замолчал.

Мне до безумия захотелось обнять его. Привлечь к себе, погладить по голове, пообещать, что все будет хорошо. Сейчас я видела перед собой не насмешливого и острого на язык двадцатилетнего парня. Передо мной сидел маленький растерянный мальчик, единственным желанием которого было обрести любовь матери.

– Я даже не помню точно, как все случилось, – чуть слышно проговорил Даррен. – Брату исполнился год. Родители устроили шумный веселый праздник с большим количеством приглашенных, сюрпризами и сладостями. По иронии судьбы мой день рождения отмечали за пару недель до этого. Естественно, без такого размаха. Точнее говоря, вообще без всякого размаха. Мне ничего не подарили. Сказали, что я плохо вел себя и часто расстраивал родителей. Представляешь, как мне было обидно? Потому как брата просто завалили подарками. И я… Я просто оцепенел от этого. Столько коробок. И в каждой лежало что-то очень и очень интересное. А мой брат был еще слишком мал, чтобы понимать, какие сокровища ему достались. После обеда его отправили спать. К нему в комнату отнесли все коробки с подарками, которые не успели распечатать. И я… я…

Даррен опять замолчал, скорбно опустив уголки рта.

Я тоскливо огляделась по сторонам. Мне впервые выпала роль жилетки для слез, и чувствовала я себя донельзя странно, не понимая, как я должна реагировать на откровения Даррена. Я была абсолютно уверена, что любое проявление жалости с моей стороны он воспримет как издевательство.

– Я просто хотел посмотреть, что в этих коробках, – чуть слышно выдохнул Даррен. – Понимаешь? Вскрыть хотя бы одну из них! Брату было всего год! Он ничего не понимал. Да что там, я был уверен, что сами родители не запомнили, сколько коробок они перетаскали к нему в комнату. Разве я так много хотел? Разве я не заслужил хотя бы крошечного подарка?

Последний вопрос Даррен выплюнул с настоящей ненавистью. Прикрыл лицо ладонью, и я заметила, как сильно трясутся у него пальцы.

– Я стащил нож со стола, – глухо проговорил он. – Проскользнул в комнату брата. Я не собирался причинять ему вред. Понимаешь? Вся моя обида и злость были направлены на родителей, но не на него. Как ни странно, но я хорошо относился к Стефану с самого рождения. Он был таким забавным. Так умилительно корчил мне рожицы. Все, что я хотел, – разрезать обертку с какой-нибудь коробки. Но…

Даррен сорвался на протяжный стон и затих, по-прежнему не отнимая ладони от лица.

Я прикусила губу, глядя на него с искренним состраданием. По-моему, я уже знаю, чем закончилась эта история.

– Стефан заворочался, захныкал на кровати, – почти прошептал Даррен. – Я шагнул к нему проверить, все ли в порядке. И в этот момент дверь распахнулась. Вошла мать. О небо, как же она завизжала! Ее крик до сих пор стоит у меня в ушах. Арлин, она решила, что я собираюсь убить Стефана. Я ведь держал в руках нож и был около его кровати. Моих оправданий никто не слушал. Никто не верил, что я просто хотел украсть один из подарков. – Он горько хмыкнул и почти беззвучно завершил: – Знаешь, меня так часто обвиняли в этом, что сейчас я и сам сомневаюсь, как все было на самом деле.

И еще одна долгая томительная пауза. Аллея, как назло, оставалась пустынной, поэтому я понимала, что мне придется хоть как-то ответить на признание Даррена.

– Слушай, – нерешительно сказала я. – Но ты ведь не виноват. Тебе было всего двенадцать лет!

– В тот же вечер меня отправили в закрытую частную школу. – Даррен наконец-то отнял ладонь от лица и посмотрел на меня, как будто не услышав моих слов. Его глаза блестели сухо и яростно. – И больше я дома не был. Ни разу. Ни дня, ни часа, ни минуты. После первой школы последовала вторая, потом третья. Несколько раз я сбегал. Хотел добраться до родителей и объяснить им, какая чудовищная ошибка тогда произошла. Но каждый раз меня ловили и возвращали обратно. А потом я понял, Арлин, что родители все равно не поверят мне. Наверное, в глубине души они понимают, что я прав. Но им так легче. Я ведь так и не стал им родным. Так и остался своеобразной платой небесам за счастье. Поэтому я смирился. Закончил школу, на выпускной получил от отца письмо, в котором он сухо поздравлял меня с успехами в учебе и желал удачной самостоятельной жизни. В конверт было вложено несколько серебряных монет. Так я понял, что дома меня не ждут. Решил попытать счастья в академии и, к моему удивлению, поступил без проблем. Вот, в общем-то, и все.

Даррен в очередной раз тяжело вздохнул и уставился себе под ноги.

Теперь понятно, почему он так отреагировал на слова Рошалии о том, что родители всегда любят своих детей. Но откуда гадалка-то могла узнать об этой семейной трагедии? Она ведь в первый раз видела Даррена.

Вот и не верь после этого всем россказням про торкайцев.

– Мне очень жаль, – тихо сказала я первое, что пришло на ум.

– Да, мне тоже, – сухим, безэмоциональным голосом отозвался Даррен. – Ты, наверное, первый человек, которому я все рассказал. Даже Бернард не знает о моем прошлом. – Сделал паузу и вдруг добавил с отчетливыми угрожающими нотками: – И я убью тебя, если ты кому-нибудь это разболтаешь!

И так у него это грозно получилось, что я едва не вскочила на ноги и не задала стрекача. Мало ли что ему в голову взбредет. Вдруг прямо сейчас примется приводить это в исполнение.

– Да я… – пролепетала я испуганно. – И не думала. Ты что, как можно…

– А, вот вы где! – неожиданно раздался откуда-то издалека крик. – Мы весь город обегали, вас разыскивая.

Я с невольным облегчением посмотрела в ту сторону, откуда донесся звероподобный рык Бернарда. И увидела, как тот несется к нам стремительными прыжками и с самой радостной из всех возможных улыбок на лице.

– Я сказал – ты услышала, – почти не разжимая губ, обронил Даррен. – Уяснила, Арлин?

Я кивнула, и как раз в этот момент около нашей лавочки остановился Бернард.

– Идемте быстрее! – задыхаясь от быстрого бега, выпалил Бернард. – София придумала способ, как нам избавиться от Родерика!

– Соблазнять его я не собираюсь! – тут же проговорила я. – Ни его, ни ректора, если вдруг она вновь заведет старую песнь.

– Да при чем тут это! – Бернард отмахнулся от моего предположения. – Идея – просто закачаешься! Она точно сработает!

Мы с Дарреном скептически переглянулись. Парень кисло поморщился, но все-таки поднялся.

– Идем, Арлин, – произнес он. – Послушаем, что наша сладкая парочка придумала.

Я встала, напоследок оглянулась на кусты, за которыми скрывался импровизированный шатер госпожи Рошалии, и бодро зашагала вслед за друзьями.

Глава 5

– Вы с ума сошли? – ошарашенно спросила я, глядя на книгу, которая лежала на столе между нами.

– Что тебе опять не нравится? – мгновенно окрысилась София. – По-моему, просто прекрасная идея! Заметь, и никого соблазнять тебе не надо!

– Да, но вы предлагаете натравить на Родерика призрака! – воскликнула я. – Да за такое нас точно выгонят из академии!

– Почему? – София невинно взмахнула длинными ресницами. – Об этом никто не узнает, Арлин. Призрак нас точно не сдаст.

– А вдруг призрак убьет Родерика? – скептически вопросила я. – Знаешь, он, конечно, псих тот еще, как оказалось. Но все-таки смерти я ему не желаю.

– Арлин, Родерик, вообще-то, некромант, – пробасил Бернард. – Это его профессия – упокаивать призраков.

– И между прочим, нас он как раз чуть на тот свет не отправил, – пробурчал Даррен, который с задумчивым видом потирал подбородок, обдумывая предложение Софии и Бернарда. – Причем я уверен, что он-то угрызениями совести не будет мучиться, если случайно нас прикончит.

Для разговора мы выбрали комнату парней в общежитии. Я и София сидели на одной из кроватей, Бернард с Дарреном – на другой. Посредине стоял стол, на котором лежала злополучная книга с простым и лаконичным названием «Способы вызова призраков, умертвий и привидений».

Понятия не имею, откуда друзья ее достали. И уж тем более я не знала, в чью именно голову пришла эта мысль. Но сейчас София и Бернард на два голоса убеждали меня, что лучше плана нам не придумать при всем желании.

По их словам, этой ночью нам надлежало призвать какое-нибудь потустороннее создание и отправить его на так называемую «призрачную охоту». Описание этого ритуала шло в числе первых, о которых говорилось в книге. Суть его была до безобразия проста. При помощи специального заклинания призраку внушалась ненависть к определенному человеку. Собственно, это не так тяжело сделать, поскольку неупокоенные души чаще всего весьма дурного нрава. Еще бы! Душе в мир вечного покоя мешают удалиться как раз сильные негативные эмоции, испытанные перед смертью, такие как злость, боль от пережитого предательства, ревность. По словам Софии, нам не составит труда убедить призванного призрака, что причина всех его бед именно Родерик Робертс. А потом, собственно, и начнется охота. Некроманту придется весьма потрудиться, чтобы избавиться от незваного гостя, пришедшего свести с ним счеты. По крайней мере, бессонная ночь ему точно гарантирована. Следовательно, завтра ему будет уже не до занятий. И он…

– Он наверняка задастся вопросом, кто именно натравил на него призрака, – проговорила я, дойдя в мысленных рассуждениях до этого момента. – И угадайте: на кого он подумает в первую очередь? После того нам самим придется из академии бежать, не дожидаясь исключения. Лишь бы жизнь сохранить.

– Как будто у Родерика Робертса мало врагов, – фыркнула София, явно не восприняв всерьез очередной мой довод против их самоубийственной затеи. – И вообще, не пойман – не вор. Пусть сперва докажет, что мы имеем к этому какое-нибудь отношение. Мы с тобой, Арлин, целительницы. Даррен и Бернард – боевые маги. Некромантию никто из нас не изучает. Следовательно, мы будем вне подозрений.

– Вот в том-то и дело, что мы не некроманты! – Я назидательно подняла указательный палец. – А если мы что-нибудь напутаем в ритуале? Знаешь, я бы очень желала хотя бы эту ночь провести спокойно и в своей постели. И совершенно не хочу прятаться от злющего призрака, взбешенного тем, что кто-то там осмелился призвать его.

– Арлин, ритуал элементарный, – медоточивым голоском принялась убеждать меня София. – С ним и ребенок справится. Я уверена, что все пройдет как по маслу.

– Если это такой простой ритуал, то почему его описали в книге для студентов? – не унималась я. – Неужели не понимали, что обязательно найдется какой-нибудь отчаянный тип, который решит все проверить на собственном опыте?

– Вообще-то, это книга не для студентов, – пробасил Бернард и внезапно трогательно порозовел.

– То есть? – Я с недоумением сдвинула брови. – В таком случае, откуда она у вас? Я думала, что вы взяли ее в библиотеке.

– Если бы мы взяли ее в библиотеке, то Родерик точно бы вычислил, кто виновник его бед. – Бернард отрицательно мотнул головой. – Нет, Арлин. Эта книга… э-э… В общем, она, так сказать, чуть-чуть запретная.

– Как это? – спросила я.

– В библиотеке ее получить нельзя, – пояснил Бернард и покраснел еще сильнее.

– Откуда она у тебя в таком случае? – поинтересовалась на сей раз София и внимательно посмотрела на своего ухажера. – Ты мне, кстати, так и не объяснил этого.

– Ну-у… – протянул Бернард и тяжело вздохнул. К этому моменту цветом кожи он сравнялся с перезрелым наливным томатом.

– Ты все-таки затащил в постель ту аспирантку с факультета некромантии! – внезапно расхохотался Даррен и ободряюще хлопнул приятеля по плечу. – Ну ты молодец! Почему не рассказал мне об этом подвиге?

– Потому что она пообещала, что скормит мое сердце умертвиям, если я примусь болтать об этом, – пробурчал Бернард. – Как-то не хотелось рисковать.

– Какую еще аспирантку? – хмуро спросила София.

– Это было до тебя, дорогая, – мгновенно выпалил привычное оправдание Бернард. – Честное-пречестное слово!

В этот момент я смотрела на Даррена, поэтому заметила, как блондин ядовито ухмыльнулся, однако мудро промолчал. Ох, чует моя селезенка, врет Бернард. Но, с другой стороны, последнее дело лезть в чужие отношения. Пусть София сама с ним разбирается.

– Ну предположим, – мрачно и с отчетливыми недоверчивыми нотками протянула София. – И эта аспирантка, стало быть, от доброты душевной с какой-то стати подарила тебе эту книгу. Так, что ли?

– Ага, – радостно подтвердил Бернард. – Между прочим, с благодарственной надписью.

После чего открыл книгу на первой странице, где было размашисто выведено:

Бернарду, самому лучшему любовнику в мире, на вечную память. Не забывай наши ночи и мое обещание.

Надо же. Никогда бы не подумала, что Бернард такой герой в постели. Внешность у него, скажем прямо, своеобразная. А оказывается, недостатка в подружках у него не было и нет. Прям даже любопытно, чем он девушек так очаровывает.

– Чудная какая-то эта аспирантка, – задумчиво пробормотала я. – И подарки у нее странные.

– О да, она чудная, – подтвердил Берцард, расплывшись в широкой мечтательной улыбке. – А что она в постели вытворяла…

И болезненно ойкнул, когда сидевший рядом Даррен с силой двинул его в бок, а после выразительно показал глазами на притихшую Софию, которая внимала откровениям своего парня.

– Но это было давным-давно, – тут же добавил Бернард. – И конечно, она ни в какое сравнение с тобой не идет, свет души моей!

Он перегнулся было через стол, чтобы чмокнуть Софию, но та ловко увернулась от поцелуя.

– Ладно, после поговорим, – протянула она, и в ее голосе послышался отчетливый металлический отзвук.

Бернард жалобно скуксился и весь как-то поник от такой угрозы.

– Все равно мне не нравится все это, – скептически протянула я, вновь все свое внимание обратив на книгу.

– Да тебе постоянно ничего не нравится, – огрызнулась София. – По-моему, план без малейшего изъяна! Смотри, тут ритуал просто по шагам расписан. Что, ну что тут можно перепутать?

И рассерженно зашелестела страницами, после чего ткнула пальцем в нужную.

– «Для проведения ритуала необходимо выбрать нужное место, – громко и с выражением зачитала она. – Лучше всего расположиться на кладбище, где нет недостатка в душах».

– Опять на кладбище тащиться? – Я невольно поежилась, передернув плечами. – Спасибо, что-то не хочется.

– И правильно, – неожиданно поддержал меня Бернард. – На рочерском городском кладбище такой ритуал точно не следует проводить.

– Почему? – изумилась София. – По-моему, лучше места не придумаешь.

– Лапонька моя, ну я же говорил вам с Арлин, что за этим кладбищем слишком пристально наблюдают, – засюсюкал Бернард. – Городские некроманты постоянно замеряют там уровень потусторонней энергии. Не исключено, что и какая-нибудь защита предусмотрена от резких всплесков. Потому как в академии хватает студентов, желающих отработать заклинания на практическом, так сказать, материале. А разгребать потом все магам, состоящим на государственной службе. Вряд ли, конечно, нас испепелит на месте. Скорее всего, мы попадем под действие парализующего заклинания и будем смиренно дожидаться, когда нас расколдуют и доставят к ректору для серьезного разговора.

Бернард замолчал, силясь отдышаться после непривычно долгой тирады.

– И где же тогда вы собираетесь это провернуть? – спросила я.

– Не вы, а мы! – раздраженно поправила меня София. После чего поинтересовалась уже у Бернарда: – Да, пупсик мой, а какое место ты тогда предлагаешь для проведения ритуала?

Бернард усердно зашевелил бровями, демонстрируя напряженную умственную работу. Ага, понятно. Это он еще не успел обдумать.

– Усыпальница академии, – внезапно произнес Даррен.

Я беззвучно ойкнула. Посмотрела на него, широко распахнув от изумления глаза.

Надеюсь, он шутит?

Но реакция остальных меня обескуражила. Я надеялась, что Бернард и София сразу же откажутся от столь сумасшедшей идеи. Но эта парочка вдруг согласно заулыбалась и закивала, всем своим видом выражая согласие с предложением блондина.

– Да ты издеваешься, должно быть, – медленно протянула я. – Усыпальница академии? Это же…

Замялась, пытаясь подобрать достойное определение предложению Даррена. Он точно обидится, если я назову его идиотским. Но другого определения у меня просто не было.

– А что тебя не устраивает? – Даррен пожал плечами. – По-моему, это место наилучшим образом подходит для выполнения нашего плана. Душ там наверняка хватает, поскольку усыпальница была создана как место захоронения преподавателей академии.

– Она охраняется! – воскликнула я, удивленная, что надлежит объяснять настолько очевидные вещи.

– Я знаком со сторожем, – проговорил Бернард. – С ним проблем не будет. Не раз и не два оттаскивал его в сторожку, когда он засыпал в кустах после бутылки-другой покрепче. Трезвым он на ночной обход вообще не выходит.

– Если нас там застанут, то мы точно вылетим из академии впереди собственного визга! – упорствовала я. – Вы представляете, какой разразится скандал? Эдак нас обвинят в глумлении над прахом выдающихся деятелей магической науки.

– А почему нас должны поймать? – Даррен покачал головой. – Проблему со сторожем решит Бернард. Усыпальница расположена в таком месте, что посторонних прохожих там просто не бывает. Придем ночью, быстренько вызовем призрака, натравим его на Родерика – и дело с концом.

Я аж скрипнула зубами от такого упорного непонимания очевидных вещей, которое демонстрировали мои друзья.

Не нравилась мне эта затея! Ну очень не нравилась. Мысль о ритуалах некромантии вообще вызывала у меня внутренний трепет и ужас. Но этот план вообще казался мне верхом глупости и безрассудства.

– И вообще, Арлин, мы делаем это ради тебя! – в этот момент патетично заявила София. – Могла бы поблагодарить нас, а не упираться всеми ногами и руками.

Я устало потерла лоб, не понимая, какие еще доводы привести приятелям против этой затеи.

– Кстати, у тебя сохранился платок Родерика? – полюбопытствовала София, которая вновь зашелестела страницами, изучая описание ритуала.

– Да, – хмуро подтвердила я.

– Отлично! – София с силой захлопнула книгу. – Значит, у нас точно все получится.

Я тяжело вздохнула. И еще раз вздохнула. И опять вздохнула, осознав, что друзья уже все решили.

– Хватит навевать на нас уныние, – веско сказал Даррен. – Решено. В десять вечера встречаемся около общежития. И вперед на дело!

– Не нравится мне все это, – пробурчала я себе под нос, прекрасно осознавая, что мое мнение уже ничего не изменит.

– Не переживай, Арлин! – Бернард широко ухмыльнулся. – Если нас поймают, то мы скажем, что ты была против и пыталась нас переубедить.

– Типун тебе на язык! – возмутилась София и суеверно поплевала сразу за оба плеча. – Думать надо, что ляпаешь. Нас не поймают, потому что план идеален!

И на столь оптимистичной ноте обсуждение было завершено.