Текст книги "Я и Карась. Миссия «плен» (СИ)"

Автор книги: Елена Ха

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Глава 9. Битвы, большие и маленькие

Прежде, чем продолжить рассказывать мне о своем мире и чужих секретах, Ксар наклонился и поцеловал меня, мягко и ласково. Я не могла не ответить, с удовольствием обвила его обнаженные плечи руками, чувствуя ладошками гладкую горячую кожу. Когда мои руки добрались до головы, Карась перестал быть нежным и перешел в атаку: выпустил язык и опрокинул меня на кровать.

Я уперлась руками в его фактурную грудь, отстраняться он не желал, опять в его глазах мелькнула одержимость.

– Ксар, ты пугаешь меня… – тихо сообщила я своему наю.

Он моргнул и тут же вернул нас в исходное положение сидя.

– Прости… Но меня так тянет к тебе, что иногда очень сложно сопротивляться этому зову природы.

– И эта твоя тяга ко мне навсегда? – уточнила я.

Мало ли, может, спарится несколько раз и пойдет искать следующую наю.

– Да.

– Ты хочешь, чтобы я стала твоей… женой? – не нашла я другого слова для выражения интересующего меня вопроса.

Жена – это все-таки юридическая защита, официальный статус, с которым окружающим придется мириться.

– Да, – с угрозой в голосе заявил Карась, – Ты моя ная, а это значит, мы вместе навсегда, даже не надейся сбежать!

Я усмехнулась, подумав про себя, что пока и не собираюсь, а вслух не удержалась и поддразнила пылкого жениха:

– Ну я еще посмотрю на твое поведение…

Меня тут же повалили обратно на кровать и принялись зацеловывать.

– Эй, что ты творишь! Отпусти! Ты еще не все мне рассказал…

– Сначала близость, разговорчики потом! Я залюблю тебя так, что ты ходить не сможешь, не то что бегать! – поделился коварным планом кошак.

Мы завозились, он пытался целовать меня в самые неожиданные места: в плечо, в макушку, в коленку. Я же, смеясь, пыталась оторвать от себя пылкого любовника.

Не знаю, чем бы эта игра закончилась, но в нашу дверь постучали.

– Кэп, там скандал… – раздался из коридора мощный голос Куста.

Карась тут же встал, превратившись в сдержанного главаря пиратов. Пока он шел к двери, успел вернуть себе кошачью голову и надеть на себя комбинезон. Я семенила следом. Мне было любопытно, что случилось.

Когда мы вышли из каюты, Куст одним внимательным взглядом оценил мои горящие глаза и отметины от слишком пылких ласк Карася на моей шее. Но землянин, в который раз, проявил себя как деликатный гуманоид. Он ограничился тем, что доброжелательно мне улыбнулся, оставив наши с Карасем отношения без комментариев.

– Рассказывай, – следуя за Кустом, потребовал Ксар.

– Вчера после нашего бегства с базы, все пассажиры увидели, как разлетается на мелкие кусочки логово мафии, у бывших пленников началась эйфория. И все решили, что нужно отпраздновать освобождение в столовой. Я следил за порядком. Пульс управлял кораблем. Когда он настроил маршрут и включил режим гиперзвука, то присоединился к нам. Ну ты его знаешь…

– Что? Полез со своими шуточками к дамам, а мужики его решили одернуть?

– Нет, он стал докучать одной конкретной.

– Только не говори, что той девственнице, которую Картоль хотел продать на аукционе? – возмутилась я.

Этот беспринципный пошляк меня раздражал! Впрочем, чего ждать от пирата!

– Именно. Ее зовут Вероника. Они чуть не придушили друг друга вчера. Мне удалось перенаправить энергию Пульса на управление кораблем. Сегодня я сменил его на капитанском мостике, а он собирался позавтракать и спать. Но Стрекоза доложила мне, что они с Вероникой снова поругались в столовой, и Пульс схватил ее и утащил к себе.

– Что? – взвизгнула я.

Карась, к моему удивлению, остался спокоен.

– Я так понимаю, что все наши пассажиры сейчас штурмуют его каюту? – с усмешкой спросил он.

Куст вздохнул и кивнул.

– Хорошо, идем, – обреченно произнес Карась, бросив на меня голодный взгляд.

– Я с тобой! – тут же отреагировала я, вцепившись в его руку.

Оба мужчины едва заметно покачали головами, но смирились. Иногда с женщинами слишком накладно спорить.

Завернув за угол светлого и просторного коридора со множеством одинаковых дверей, мы тут же оказались в толпе разгневанных гуманоидов.

– Что за несанкционированный митинг? – громко и четко спросил Карась.

– А ты кто? – возмущенно спросил ближайший к нам шарт со сливово-красным синяком на правой скуле.

– Я капитан этого судна и главарь банды, что устроила переполох на базе Чурас. Благодаря моему умелому командованию вы все смогли улизнуть из рабства Картоля, – скромно представился Карась.

– Так это ты убил главаря мафии? – почти с благоговением в голосе спросила удивительно хрупкая паурка.

Видимо, от обострения паранойи у нее пропал аппетит, для ее расы это были нездоровые габариты, но случай неуникальный.

– Да, я и мои ребята немного почистили задний двор Федерации. А чего вы здесь собрались?

– Твой человек силой уволок Веронику. Он вчера весь вечер зло подшучивал над ней, а когда она дала отпор, просто закинул ее на плечо и унес. Это насилие. Мы не позволим! – грозно сжимая кулаки, пророкотал еще один шарт с ирокезом на голове.

Ох уж эта раса неунывающих борцов за справедливость.

– В моей команде железная дисциплина. Разойдитесь, я сам все решу, – спокойно сказал Карась.

– С чего бы нам тебе верить в таком деликатном вопросе? Может, для вас, пиратов, она военный трофей, и с ней можно делать что вздумается, – не унимались шарты, их среди спасенных мужчин оказалось больше всего.

– Я здесь капитан. Мое слово – закон. Не разойдетесь, посажу под арест! – отчеканил Ксар, и в его глазах полыхнула молния.

Я почувствовала, как напряжение буквально расползается по коридору. Толпа из тридцати гуманоидов притихла, решая, подчиниться или устроить бунт. Стоящий рядом со мной и своим капитаном Куст как бы между прочим положил руку на пульсар.

Шарты отступили, а за ними и все остальные.

– Хорошо. Разберись! – высокомерно сказал тот, что с синяком, как будто приказ Карасю отдал.

Если мне это не понравилось, то моего кошака наверняка от такой наглости и высокомерия и подавно затрясло, но он и виду не подал. Стоял как статуя бога и смотрел на всех холодно.

Народ стал разбредаться, и тут из толпы раздался тихий голос, наполненный страхом:

– А куда вы нас везете?

Разумный вопрос. И задала его пышногрудая молоденькая землянка. Как ни странно, среди пленниц Картоля большинство красоток было с Земли.

– Мы летим на планету умысов – «У» один, – спокойно проговорил Карась, – Вы сможете там обосноваться, о вас позаботятся, выделят жилую зону, восстановят документы, обеспечат работой. Но если вы захотите уехать, никто держать не будет. Наоборот, помогут купить билеты на межзвездные рейсы.

– Ты пират, вне закона. Как ты можешь нам гарантировать, что нас не посадят всех за пиратство? – снова подал голос один из шартов.

– Я не могу. Гарантии вам даст Пульс, – с усмешкой сказал Карась, указывая на закрытую дверь каюты.

– Этот хам? Пф… – фыркнули шарты хором.

Карась вздохнул и ледяным тоном заявил:

– Этот хам – гениальный ученый. Среди умысов он национальный герой. Его возвращения ждет вся планета. Одно его слово, и о вас позаботятся как о дорогих гостях. А теперь разойтись!

Народ в шоке постоял несколько секунд, переваривая информацию, и разошелся. Только я никак не могла закрыть рот.

– Ксар, ты когда-нибудь перестанешь меня шокировать? – спросила я, когда в коридоре нас осталось трое.

– Это часть чужого секрета, о котором я тебе еще не рассказал, – усмехнулся Карась и обратился к своему товарищу, – Куст, иди на мостик. Я тут разберусь.

Землянин молча кивнул, развернулся и зашагал прочь, а я, проводив его взглядом, заметила, что Стрекоза последовала за ним.

«Уж не положила ли она свой распутный взгляд на нашего сдержанного землянина? Надо будет предостеречь его от коварства этой женщины», – решила я.

Карась тем временем постучал в каюту и строго сказал:

– Пульс, немедленно открой!

Я замерла рядом, боясь представить, что этот странный гуманоид мог сотворить с бедной девочкой.

Зашуршали шестеренки, двери разъехались, и перед нами возник Пульс с красным пятном на щеке и горящими бешенством глазами. К счастью, он был одет. Из-за его плеча выглянула растрепанная хрупкая блондинка. В ее взгляде отчетливо читался гнев. Ее полупрозрачный наряд тоже был в полном порядке и на месте.

– Пульс, наша миссия почти подошла к концу. Давай без глупостей. Отпусти ее, – спокойно проговорил Карась, и это не было приказом, скорее просьба к другу.

– Прошу на выход, – процедил сквозь зубы умыс, приглашаю даму покинуть его каюту учтивым жестом.

– Да пошел ты, лысый урод! Возомнил себя главным, а сам ничтожество! – выпалила Вероника с ангельской внешностью.

«Что ж! Кажется, она умеет за себя постоять!» – решила я и сделала шаг к ней:

– Давай я провожу тебя в каюту, – дружелюбно улыбнувшись, предложила я.

– Да пошла ты, пиратская подстилка, без тебя дойду. У меня с ногами все в порядке. Странно, что ты сегодня ходишь. Когда этот урод с кошачьей головой тебя вчера на плечо закинул, я думала, ты сегодня плашмя лежать будешь. Видимо, вы друг друга стоите. Но как можно заниматься этим с мутантом? Фу… – зло проговорила на одном дыхании Вероника.

На последнем «фу» аристократическое лицо девушки с тонкими чертами некрасиво искривилось.

Карась сжал кулаки и сделал шаг к хрупкому созданию. И я прекрасно понимала его состояние. У меня не укладывалось в голове, как при такой внешней женственности, можно быть такой хабалкой. Но нежная красавица не обратила внимание на наши нахмуренные брови и потребовала:

– Немедленно свяжитесь с Землей. Мой отец очень богат. Он выкупит меня за любые деньги.

– Мы сейчас в гиперпрыжке. Когда окажемся на планете «У» один, обязательно выполним твою просьбу, – приглушенным голосом пообещал Карась.

– Ты оглох, киса? – возмущенно выпалила девушка, – Я сказала, свяжись с Землей. Немедленно!

Карась сделал еще один шаг, нависая над глупой гостьей, и в этом читалась неприкрытая угроза, но Вероника, по всей видимости, не умела читать язык тела.

– И вот еще что! Накажи этого лысого урода. Он осмелился вести себя со мной так же, как ты со своей подстилкой! Я благородная леди. Мой отец лорд. Ко мне всякие подонки с днища общества не имеют права прикасаться! Понял?

Глаза Карася потемнели. Пульс и вовсе зажмурился. Мне показалось, он даже дышать перестал. Костяшки на его кулаках были белее снега, а шея покраснела и вздулась венами.

– Поняла, – решила вступить я в разговор, пока двое мужиков рядом не прибили одну зарвавшуюся леди, – Я поняла, почему твой жених тебя продал мафии. Ты редкостное…

– Заткнись, шалава. Не смей упоминать это ничтожество. Прилип ко мне, как пиявка, со своей любовью. А сам мало того, что страшный, так еще и идиот! С ним отец еще разберется.

Я не выдержала и влепила девахе пощечину. Мужики рядом восторженно выдохнули. А Вероника удивленно уставилась на меня и запыхтела, как утюг на углях, что использовался в замке князя:

– Ты?.. Ты!.. Да я!..

– Ты невоспитанная, наглая, грубая, неблагодарная дрянь. Мы тебя спасли из рабства. Если бы не мы, тебя бы сегодня поимел какой-нибудь отвратительный богатый гуманоид. И поверь ни о каком принце речи не идет. Твоим первым любовником точно стал бы какой-нибудь извращенец! Ни отец, ни его деньги не спасли бы! Вали немедленно в свою каюту и до посадки не высовывай свой лисий нос, иначе они не сдержатся, – указала я на замерших рядом пиратов, – Отшлепают тебя по твоей худосочной заднице. Понятно? – ледяным тоном проговорила я.

У Вероники дернулся глаз, но она осталась стоять, еще и посмотрела на меня со злостью.

– Кто ты такая, чтобы мне приказывать?! – истерично спросила она.

– Она жена капитана! Ее слово равнозначно моему. Пошла в каюту под замок. Еду тебе будут приносить. Может быть… Если мы найдем глухого на этом корабле. Иначе боюсь у нас все-таки появится труп.

Красотка с помойкой во рту и кашей в голове топнула ножкой и убежала. Только после этого Карась и Пульс выдохнули.

– Это же какое-то стихийное бедствие, – прошептал Ксар.

– Я такую бесячую дуру еще не встречал в своей жизни, – опустив голову, признался Пульс, но что-то мне подсказывало, что Вероника не просто так бесит нашего гения.

– Отдыхай, – похлопав товарища по плечу, сказал Карась и, взяв меня за руку, повел прочь.

– Эй, а рассказать мне чужой секрет? – возмутилась я, – Не хочешь спросить у друга разрешения ввести меня в курс ваших дел?

– Не хочу… – буркнул пиратский кошак.

Я затормозила и вырвала руку из загребущих лап.

– Не хочешь мне рассказать все? Значит, между нами нет доверия? О каких отношениях тогда может идти речь? – возмутилась я.

Карась устало обернулся и молча закинул меня себе на плечо.

– Я не хотел спрашивать у Пульса разрешения. Я сам решаю подобные вещи. И тебе я доверяю и все расскажу. Но если ты будешь себя вести как эта… Вероника, я тебя отшлепаю. Поняла?

Мне было приятно, что мне доверяют, и бесило, что мной пытаются командовать.

– Отпусти, – буркнула я, давая понять, что услышала, но не сдалась.

Ксар аккуратно поставил меня на пол, взял за руку и повел в неизвестном направлении.

– Куда мы? – возмутилась я, покорно следуя за своей странной парой.

– На мостик. Проведаем Куста, и в нашу каюту. Не представляю, как раньше наполийцы справлялись с этим наваждением. Я думал, если возьму тебя, станет легче, но стало только хуже. Не могу думать ни о чем, кроме тебя. Кажется, я превращаюсь в маньяка, – проворчал себе под нос Карась.

Но я-то услышала, и меня это немного напугало, совсем чуть-чуть, ведь я уже отдохнула и была готова к новым коечным подвигам.

– Я зацелую тебя всего, но при условии, что ты мне сначала все расскажешь, – ласковым голоском пропела я.

Ксар остановился, с подозрением глянул в мои честные глаза, сглотнул и уточнил:

– Зацелуешь всего?

Я с готовностью кивнула, подумав про себя с азартом первооткрывателя:

«Я, конечно, была невинной девицей из средневековья, но и у меня есть глаза. Насмотрелась, как по углам у нас в замке господа тискают служанок, а те потом ходят, высоко задрав носы, улыбаясь, как сытые кошки. Давно хотела на себе все это попробовать…»

– Ты сама это сказала, никто тебя за язык не тянул, – коварно улыбнувшись, проговорил Карась и вошел на капитанский мостик.

Нам открылась удивительная картина: Куст стоял около панели управления, а к нему, соблазнительно выгибаясь, прижималась Стрекоза. Когда мы прервали их уединение, она как раз что-то шепнула землянину, от чего его щеки порозовели. Увидев нас, Куст попытался отстраниться от знойной красотки, но она и сама отошла от него, сделав это весьма соблазнительно.

– Я принесу тебе обед, – пообещала она и покинула мостик.

– Куст, ты не должен ей верить. Такие, как она, ради своей выгоды предадут и глазом не моргнут, – попыталась достучаться я до землянина.

Он лишь грустно улыбнулся и в своей спокойной манере ответил:

– Ты еще мелкая, мало в жизни видела и ничего не понимаешь. Она привыкла во всем полагаться на себя, а единственное ее оружие – это тело. Вот она и пользуется им, чтобы обеспечить себе выживание. Это неправильно, но в том не ее вина.

– Думаешь, сможешь доказать ей, что на тебя можно положиться и больше не прибегать к оружию? – очень серьезно спросил Ксар у товарища.

Куст пожал плечами неуверенно, но ответил решительно:

– Попробую.

Карась кивнул, я махнула рукой. Мужчины! Стоит только махнуть перед их носом красивым хвостом, и вот они уже ничего, кроме него, не видят!

– Мы с Каей познакомились с Вероникой и теперь прекрасно понимаем Пульса. Мы отправили девушку в ее каюту до конца полета. Проследи за тем, чтобы она ни с кем больше не общалась, ну и кормить ее надо. Мы же не звери, – распорядился Карась.

– Принято, кэп. Идите. Завтра утром мы выйдем из гиперпрыжка, я постою на мостике до полуночи, а там Пульс меня сменит. Отдыхайте, только есть не забывайте.

Куст подмигнул мне, я покраснела, а Ксару хоть бы что. Он довольно улыбнулся, обнял меня за плечо и повел в нашу с ним каюту. Стоило нам оказаться отрезанными от мира дверью, как меня тут же прижали к стене и вжались в меня с напором бура, прорубающего шахту. Не успела я напомнить Ксару, что он должен мне все рассказать, как меня поцеловали. Да так, будто пытаются съесть. Но должна признать, от этих его покусываний меня всю трясло, хотелось царапаться в ответ, а еще хотелось отдаться, полностью и без остатка, этому нетерпеливому и страстному мужчине. Но мое упрямство снова взяло вверх. Стоило Карасю подхватить меня под ягодицы, отрывая от пола, я воспользовалась свободой и высказалась:

– Най, ты обещал мне рассказать чужой секрет.

Карась счастливо уставился на меня и промурлыкал:

– Най – как сладко это звучит из твоих уст.

И снова кинулся целовать меня. Отвернулась и принялась требовать:

– Пока все не расскажешь, буду сопротивляться!

– Сопротивляйся, малышка, меня это заводит… – продолжал мурлыкать этот наглый кошак, облизывая мне шею.

– Извращенец!

– Как скажешь…

– Ксар, ты обещал! – обиженно воскликнула я, меняя тактику.

Помогло, на меня посмотрели честными фиолетовыми глазами, в которых плескались мольба и раскаяние:

– Прости, Кая, не могу терпеть. Давай разочек по-быстрому… а потом я тебе честное слово все-все расскажу. А ты меня потом всего зацелуешь. Идет?

Я снисходительно закатила глаза, но сама потянулась к его губам. Меня тут же молниеносно, как умеют только наполийцы, избавили от одежды, и не сходя с места, у двери в каюту взяли. Руки Ксара сжимали мои бедра крепко, губы ни на секунду не переставали ласкать шею и лицо. От его движений, быстрых и резких, кружилась голова и все тело наполнилось звенящим восторгом. Вскоре мы дружно, хором кричали от переполнивших нас ощущений. Я тут же обмякла, повиснув на мужчине, а ему еще хватило сил отнести меня на нашу узкую койку и аккуратно уложить. Потом Ксар принес мне воды и обеспокоенно спросил:

– Как ты себя чувствуешь, малыш?

– Ты используешь меня как резиновую куклу! – решила повозмущаться я.

– Нет-нет, что ты. У меня, конечно, включились инстинкты продолжения рода после встречи с наей. Но я покорен именно тобой, твоим характером. Ты сильная, смелая, сообразительная и стрессоустойчивая. Поверь, когда ты станешь моей официальной парой, последнее качество тебе особенно пригодится.

Перечень моих достоинств в глазах будущего мужа меня не особо впечатлил, но кое-что в его речи задело.

– Какие инстинкты у тебя включились? – ласково переспросила я.

Карась как раз ставил пустой стакан на стол. Услышав мою многообещающую интонацию, он замер и покосился на меня с опаской. Понял кот, чью сметану сожрал.

– Милая, для нас, наполийцев, это норма. Мы же для этого най и ищем, чтобы продолжить свой род. Но когда ты еще забеременеешь, кто знает? Хотя я бы очень хотел, чтобы побыстрее. Нет лучшего способа привязать к себе женщину…

Он не договорил, получил подушкой по башке, по плечам, по спине...

– Милая, разумная моя ная, остановись, – отбиваясь от меня руками, умолял Ксар, – Давай перейдем к делу. Мы скоро прилетим к умысам, а ты еще не знаешь, что вообще происходит.

Я тут же присмирела, сложила руки на коленочках и всем своим видом продемонстрировала готовность слушать. Карась снова присел рядом и с опаской притянул меня к себе.

– Говори! – грозно потребовала я.

– Говорю, – тут же согласился Ксар и приступил к новому захватывающему рассказу.

Глава 10. Революция

– Как я уже тебе сказал, Пульс гениальный ученый. Он изобрел практически вечный двигатель на основе газа, найденного на одной из недавно освоенных планет Федерации. Этот газ Пульс сжал до кристаллического состояния под мегадавлением и поместил в прочный корпус. Газ стремится принять исходное состояние, и в кристалле образуется энергия, которой хватит на очень долгие годы. По мощности это изобретение превосходит используемые сейчас плазменно-ионные двигатели в четыре раза, – восторженно начал Карась.

– Круто! Но почему тогда вам пришлось воровать изобретение Пульса? – задала я резонный вопрос.

У меня не умещалось в голове, что умыс с его пошлыми шутками способен на такое серьезное дело.

– В этом и кроется вся проблема нашего мира. Понимаешь, наполийцы управляют Федерацией уже тысячи лет, не допуская до управления никого, потому что опасаются потерять власть. Чтобы удержать ее, они идут на разные ухищрения: сеют раздор между планетами, подкупают нужных чиновников на местах, чтобы те сидели ровно и радовались тому, что имеют, но самое главное, наполийцы воруют технологии. Стоит какому-нибудь изобретателю не наполийского происхождения придумать что-то действительно экономически важное, мы любыми правдами и неправдами выкупаем патенты, воруем приборы, а иногда и повторяем сами, обвиняя настоящего создателя в плагиате.

– Ужас! – всплеснула я руками, уже ненавидя наполийцев.

– Пульс изобрел кристалл Ви в Звездной Академии Наполи. Мы с ним вместе там учились. Он на инженера космических приборов, а я на капитана. Руководство академией после презентации кристалла объявило, что права на изобретение должны принадлежать им, ведь Пульс использовал лабораторию и ингредиенты, принадлежащие учебному заведению. Его лишили возможности использовать собственное изобретение по своему усмотрению. А он хотел передать его своей расе, чтобы они могли получить рычаг давления на Наполь и добиться больших свобод. Ведь они даже не могут без разрешения из Центра изучать планеты в своем секторе. И любое освоение новых миров проходит под жестким контролем наполийцев, чтобы ни одно важное вещество или ценный артефакт не уплыли из загребущих рук верховной расы.

– Но ты же сам наполиец, почему ты так отзываешься о них.

– Я за справедливость. Я считаю, что каждый имеет право распоряжаться своей жизнью, как ему хочется, а тут речь идет о целой расе. Я уверен, что наполийцы прекрасные управленцы, но в выборных органах власти Федерации должно быть больше представителей других рас. Не говоря уже о местных администрациях, ведь внутри своих планет чиновники точно лучше знают, в чем нуждается электорат, – терпеливо пояснял Карась.

– Ну, хорош. Вот вы выкрали кристалл. И что дальше? Наполийцы что, не смогут его воссоздать?

– В том-то и дело, что нет. Они не могут расшифровать записи Пульса. Поэтому наполийцы решили уничтожить кристалл. Они перевозили его на ресурсную планету Трукс. Хотели там взорвать, чтобы прорубить очередную шахту в очень плотных породах. Совместить полезное с выгодным.

– И что вы теперь будете делать с кристаллом? – я все еще не понимала планов Карася.

– Доставим его на «У» один. Правительство умысов тут же вступит в переговоры с Верховным правителем о поставках для нужд Федерации. Это дешевый источник энергии, наполийцы не смогут отказаться от таких выгодных контрактов. И тогда умысы получат экономический рычаг воздействия и политический вес. Они хотят стать автономной областью Федерации, чтобы иметь больше места для маневров внутри своего сектора.

– Но если умысы получат автономию, другие тоже захотят? – подумала я.

– Вот именно. Я этого и хочу. Я убежден, что Федерация в том виде, в каком она сейчас функционирует, долго не протянет. В начале существования нашего межгалактического образования наполийцы были самой развитой расой. Но прошли тысячелетия, и различие в уровне развития между планетами стерлось. Пришло время перемен. Это пойдет на пользу всем народам. Да, периферия станет меньше зависеть от центра, но всеобщая любовь к Федерации лишь окрепнет: получив уважение и свободу, расы станут настоящими патриотами.

– Ты затеял революцию? – ужаснулась я.

В моем княжестве на Айоле доведенные до отчаяния крестьяне попытались свергнуть власть. Но правитель жестоко подавил бунт. Тогда численность населения сократилась вдвое, а контроль над простыми людьми лишь вырос.

Все это я постаралась донести до Карася, но тот лишь отмахнулся:

– Сейчас все расы обладают оружием и в состоянии за себя постоять. У большинства есть редкие ресурсы, в которых нуждаются остальные. Нам всем экономически выгодно оставаться вместе. Наполийцы это понимают, но не хотят делиться сверхприбылями, которые они имеют благодаря власти. Поэтому они так и суетятся, хотят нас остановить. Вон, даже тебя нашли.

– Но почему они просто не долбанут по нам каким-нибудь оружием? Нет нас – и нет проблем, – испугалась я.

– Ну… – Карась посмотрел на меня так, будто только что съел весь запас сметаны во Вселенной, – Тут кроется еще один мой секрет. Ты только не спеши переживать. Это абсолютно ничего не значит…

Я напряглась и, бросив мрачный взгляд на своего ная, потребовала:

– Не юли. Говори уже!

– Я единственный сын правителя Федерации, – скромно опустив глаза, покаялся Карась.

Я моргнула, открыла рот, закрыла рот, наклонила голову вбок изучая Ксара, который всем своим видом демонстрировал, что он ангел во плоти.

– Ты сын правителя Федерации Наполь и хочешь устроить революцию? – уточнила я, прищурившись, а про себя подумала:

«Хорошо, что у нас исключительная в своем роде связь, и меня не выгонят из дома правителя с криком: «Уйди прачка, ты недостойна нашего сына!»

– Да! Я пытался достучаться до отца, когда вся эта ситуация с Пульсом случилась. Но не вышло. Он глух к моим аргументам и все время повторяет как заведенный: «Мы самые могущественные во Вселенной. Ты должен стать моим преемником!» –пожаловался мне Карась.

– Что мешает тебе стать его преемником и все изменить сверху? – задала я резонный, на мой взгляд, вопрос.

– Ты предлагаешь мне убить отца? – возмутился Карась.

Я даже испугалась.

– Нет! Предлагаю дождаться, когда он уйдет на пенсию, и стать во главе Федерации. Если в твоих руках будет вся власть, ты сможешь провести реформы и дать другим расам больше свобод.

– Я не против стать преемником отца. Меня к этому готовили всю жизнь. Но папа в добром здравии и может выполнять свои обязанности еще лет сто. Я-то никуда не спешу, но боюсь, другие ждать не будут. Если вспыхнет восстание, то наполийцы могут пострадать, их могут уничтожить другие расы в порыве праведного гнева, – горячо заговорил Карась.

– И ты говорил об этом отцу, но он проигнорировал эту угрозу? – с осуждением переспросила я.

– Да, он считает, что справится с любой угрозой, используя нашу военную мощь.

– Он у тебя или слишком самоуверен, или глуп. У него в Федерации целая мафиозная армия, которую могут купить любые заговорщики…

– Вот именно. Открытое военное противостояние – это всегда лотерея!

– Но мы уничтожили главу мафии. Разрозненные преступные элементы легко будет переловить и пересажать. Это на руку твоему отцу, – заметила я.

– Это на руку не только отцу, но и простым гуманоидам, – улыбнулся Карась и осторожно спросил, – Так ты не очень расстроилась, что я сын правителя и революционер?

– А чего расстраиваться? – состроив строгую мину, ответила я, – Это факты, с которыми я должна смириться, ведь ты же меня не отпустишь…

– Не отпущу, – нахмурившись, подтвердил Карась.

– И сыном своего отца не перестанешь быть…

– Не перестану, – вздохнул Ксар.

– И насчет переворота во власти не передумаешь…

– Не-а.

– Значит, помогу тебе осуществить революцию, – вздохнула обреченно я и тут же перевела тему разговора, – А как в ваших рядах появился Куст?

– Когда я понял, что договориться с отцом о политических переменах не получится, тогда мы с Пульсом решили украсть кристалл, передать его умысам и попробовать таким образом начать ворошить этот наполийский политический улей. Пульс связался со своими властями, и они его поддержали и предоставили нам Скай. Но управлять даже самым маленьким звездником вдвоем тяжело, поэтому мы решили нанять еще одного члена команды. Куст как раз приехал на «У» один в поисках работы. Он сирота, и на Земле его никто не держит. Поэтому он без лишних вопросов согласился на нашу авантюру.

– Вы ему сразу так все и рассказали? – удивилась я открытости Карася.

– Да, когда мы определились с его кандидатурой, то решили все рассказать честно. Он ведь будет рисковать жизнью рядом с нами, и в опасные минуты прикрывать наши спины. Тут просто необходимо полностью доверять друг другу. Куст, выслушав нас, сказал, что хочет лучшего будущего своей планете и согласился стать членом нашей безумной команды, – улыбнулся Карась и тут же добавил, – Теперь ты тоже ее часть. Но не кажется ли тебе, что мы слишком увлеклись разговорами? Пока мы в гиперпрыжке, давай займемся чем-нибудь более приятным и полезным…

– Что может быть полезнее умных разговоров? – возразила я, отодвигаясь от склоняющегося ко мне кошака.

– Давай я тебе покажу…

У меня не нашлось что возразить…

На следящий день нас разбудило обращение Куста к пассажирам:

– Дамы и господа! Через три часа мы прибудем на планету «У» один. Приготовьтесь к высадке.

– Отлично! – обрадовался Ксар, вставая с койки, – Пойду позвоню отцу.

«Неожиданно…» – подумала я и решила, что, пожалуй, лучше мне подслушать этот разговор…

Карась умылся, оделся и направился на мостик. Я перемещалась за ним след в след. Он только усмехался, наблюдая за мной.

– Не доверяешь? – спросил он, когда я выбежала за ним из каюты.

– Доверяю. Но не хочу, чтобы у нас снова появились секреты друг от друга. Ты о чем хочешь поговорить с отцом?

– Хочу предупредить его о планах мафии по захвату власти…

– Но они же уже мертвы?! – удивилась я.

– Они да, а тайный советник жив. Если он предатель, отец должен об этом узнать!

– У тебя есть план? – уточнила я.

– А как же! – с усмешкой откликнулся Ксар с кошачьей головой, я заметила, что он только в каюте показывает свое гуманоидное лицо.

Пояснять он ничего не стал. Оказавшись на мостике, он поприветствовал Куста, который снова был не один, а в компании Стрекозы.

– Как ночная смена Пульса прошла? – спросил после приветствия Ксар.

– Норм. Он сейчас понес Веронике завтрак. Ужин ей он тоже сам носил. Говорит, что он уже к ней адаптировался, а остальные могут сорваться.

– И он прав. Невыносимая девица, – кивнула Стрекоза.

– В курсе. Даже моя милая Акула не выдержала и отвесила ей пощечину, – с гордостью рассказал брюнетке Карась.

Я задрала подбородок и приподняла бровь, мол, да, со мной лучше не связываться!

– Завидую, – усмехнулась Стрекоза и тихо добавила Кусту, – Нам нужно попрощаться, мы же скоро прибываем. Нас будут распределять на планете, а вы, наверное, дальше полетите… Спасибо за все.

В голосе женщины было искреннее сожаление. Я нахмурилась, наблюдая, как Куст осторожно взял руку знойной красавицы и прошептал:

– Не нужно прощаться. Я тебя найду, – спокойно проговорил землянин.

И откуда только у него такая выдержка берется? Стрекоза же не смогла сдержать радостной улыбки и выпорхнула с мостика, кажется, абсолютно счастливой.