444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Елена Галунец » Так решило Мироздание (СИ) » Текст книги (страница 8)
Так решило Мироздание (СИ)
  • Текст добавлен: 14 ноября 2026, 11:00

Текст книги "Так решило Мироздание (СИ)"


Автор книги: Елена Галунец



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)

Проведя всю ночь на полу под дверью, я всё же уснула, когда начало светать. Проснулась от того, что кто-то открыл дверь, и я вывалилась в коридор. По лицам суровых мужчин было непонятно, что они подумали, увидев странную картину. Маг земли перешагнул меня и сразу же подошёл к кровати, рассматривая закутанное и завязанное штанами и рубашкой тело. Тони продолжал сладко спать, не реагируя ни на что.

– Он под зельем. Половину флакона влила в него, – шёпотом произнесла я, указывая на пузырёк, стоящий на тумбе.

– Не развязывай его, – сказал господин Говард, зайдя в комнату.

Он обхватил платком пустой бутылёк и, понюхав его, сморщился.

– Объясняйтесь, госпожа Тавиль, – обратился он ко мне, и я тут же начала рассказывать, как всё было.

Мужчины переглянулись, когда я дошла до момента своего освобождения. Маг земли перевернул Тони на другой бок, чтобы осмотреть ушиб, и даже я чётко увидела след от угла. Очередной раз я порадовалась, что не убила его. Ведь буквально несколько сантиметров, и удар пришёлся бы на висок. Обхватив себя руками, почувствовала, как меня начало трясти.

– Не доглядел, – со вздохом произнёс господин Говард и предложил мне свою помощь дойти до моей комнаты.

Глянув в зеркало, я не ожидала, что так плохо выгляжу. Помимо взлохмаченных волос, которые превратились на затылке в колтуны из-за моего отчаянного сопротивления открыть рот, так ещё под глазами имелись тёмные круги от недосыпа. Но самое красочное – это были следы от его пальцев у меня на щеках и подбородке. Тёмные пятна можно было бы замазать тональным кремом, но у меня такого не имелось, да и от неравной битвы челюсть откровенно болела. Приключения приключениям, но работу никто не отменял. Быстро привела себя в порядок, перекусила вчерашней запеканкой и побежала в ателье.

Фая не сразу заметила пятна на моём лице, но на обеде пришлось женщинам рассказать, как у меня закончился вчерашний концерт. Фая была в бешенстве. Она обещала сообщить Альфе о том, что творится на его территории, и добиться моего переезда подальше от магов. Я была не против, потому что, проходя мимо зловонной общей кухни, я каждый раз раздражалась, видя такой беспорядок. Вечером, вернувшись домой, меня обрадовали тем, что Тони отправили в Руди на суд. Неизвестно какое наказание ему присудят, но сюда он никогда не вернётся. Маг земли шутя похвалил меня перед постояльцами и предупредил, что я опасна и могу легко убить кого угодно. А я лишь подумала, что мне просто повезло, что по какой-то невероятной случайности на меня не подействовало зелье. Я криво улыбнулась и, не желая обсуждать это, ушла к себе.

Глава 9

Глава 9

С самого утра меня попросили помочь прачкам. Нужно было сложить бельё и приготовить его к отправке. Здесь заведено так, что дома никто постельное не стирает, поэтому тут такая большая поляна для сушки. Зимой пользуются сушильными машинами и складскими помещениями, а летом почему-то предпочитают работать по старинке на улице. В их уклад я лезть не собиралась и делала то, что говорили. Отглаженную порцию белья я сложила по ящикам, и как раз приехал грузовичок, который развозит не только по нашему поселению, но и в соседнее, недавно образованное. У них ещё нет никакого производства, как здесь, так что сотрудничают.

– Итан! На обратном пути заедешь к моей сестре. Передай-ка вот это, – подошла к водителю Фая и протянула небольшую коробочку.

Я мельком глянула на парня, и что-то знакомое в нём промелькнуло, но пока не поняла, что. Он спрыгнул на землю и принялся грузить ящики, а я почему-то продолжала его разглядывать. Он заметил мой интерес, остановился и, глядя на меня, улыбнулся. Меня как молнией ударило. Добавь щетину, немного возраста и мускулатуры – вылитый Аскар. Фая назвала его Итан, но я забыла имена сыновей Великана. Помню, он сказал, что они живут в Конрое и у старшего точно его фамилия. Беда в том, что я не знаю его фамилии. И видно, что парень молодой, невозможно не заметить сходство.

– Ты так смотришь, понравился? – усмехнулся он, а я спохватилась, что действительно неприлично долго его рассматриваю.

– Нет, просто задумалась.

– Что? Не понравился? Не может быть! Я всем нравлюсь. Хочешь, покатаю тебя? – кивнул он на грузовичок.

– Не надо, – смутилась я.

Знал бы он, как я самозабвенно неделю назад целовалась с его отцом… Почувствовав, как к щекам хлынула кровь, я поспешила скрыться в доме. До обеда я продолжала помогать женщинам на второй половине дома, а после того, как мы поели, Фая предложила сходить до управляющего, чтобы узнать, где Альфа, потому что, оказывается, он постоянно где-то вне поселения.

Тавей Бекир сегодня был вроде бы спокоен. Издалека не слыхать было его криков, так что у меня появился шанс выпросить аванс. Как только мы вошли, он увидел Фаю и улыбнулся, а когда посмотрел на меня, то слегка поморщился. Чем я ему так не угодила, что он не скрывает своей неприязни в отношении меня?

– Тавей, я хочу поговорить с Альфой лично. Подскажи, где он, – заговорила Фая.

– Не знаю, но точно не в Конрое. Говори, я всё решу, – вежливо проговорил он.

– Рику нужно переселить от магов. Это вопиющее происшествие не даёт мне покоя.

– Милая Фая, вчера уже всё решили, и ей там теперь ничего не угрожает. Зачем тревожить таким пустяком наших? Вдруг не захотят приютить, но отказаться не смогут и будут терпеть неудобства. Если хочешь, забирай к себе, но не ты ли говорила, что самой места мало?

Фая всплеснула руками от возмущения:

– Сама с Альфой поговорю! Идём, – обратилась она ко мне.

– Мне с управляющим поговорить ещё по другому вопросу надо. Я догоню, – улыбнулась я, и та оставила нас наедине с неприятным оборотнем.

– Я хотела бы попросить аванс, – вежливо начала я.

– Не положено, – коротко ответил он, делая вид, что читает какой-то документ.

– В порядке исключения. Мне очень нужно. Я подпишу бумаги, какие скажете. Буду честно работать, буду жить в общежитии и отговорю Фаю, чтобы она больше не тревожила ни вас, ни Альфу насчёт меня.

– Да что ты о себе возомнила? Кто ты, чтобы нас тревожили по твою душу? Кстати, о происшествии. Маг всё отрицал. Говорил, что ты его опоила и избила. На концерте даже я видел, как ты с ним обжималась, а потом вместе ушли. Так что тут ещё спорный вопрос. Для чего мне здесь держать обычного неодаренного человека, из-за которого я лишился хорошего мага?

Я опешила от такого. Когда я это с Тони обжималась?

– Я могла подать заявление на него за попытку изнасилования, и тогда сюда явились бы с проверкой. Соблюдаются ли условия контракта, в котором прописаны пункты о том, что работодатель несёт ответственность за сотрудника. Извините, точный текст не помню, но вы поняли, о чём я. Так вот, я не стала этого делать, иначе по-тихому разрулить это так просто у вас не получилось бы.

– Тони сейчас под следствием за хранение запрещённых зелий, и ты вообще там никаким боком не фигурируешь. И что это было? Ты посмела мне угрожать, что ли? – зарычал он, а я прикусила губу, поняв, что сглупила.

– Нет, сказала, что думала, – уже не так уверенно произнесла я.

– Впредь думай, что говоришь. Иди работай!

– Я прошу выдать мне не всю сумму.

– Альфа не давал мне разрешения выдавать наёмным сотрудникам деньги, – прорычал он, начиная трансформировать челюсть.

– А когда он будет?

– Когда надо! Не зли меня, иди отсюда! – крикнул он и ударил кулаком по столу.

Пришлось выйти. От обиды неожиданно побежали слёзы. Помимо того, что через два дня меня заберут отсюда в тюрьму, так ещё обвинили в том, что сама виновата, и бедного мага опоила и избила. А если бы у него получилось? То есть, здесь легко можно стать пострадавшей, но и правосудия никакого не будет? Так, вытирая слёзы, я добрела до ателье. Тихонько встала спиной к Фае и принялась за глажку. Она была занята и не обращала на меня внимания, чему я и была рада.

Вернувшись домой, я весь вечер проплакала. Обидно было за то, что я три года бесплатно проработала горничной, драила дом магистра Авани, а теперь у оборотней полтора месяца не увидела ни монетки, но здесь хотя бы кормили. И отдельное спасибо Луне: у меня есть хоть и скудный, но гардероб. Не знаю, откуда у меня взялось столько слёз, но я так и уснула с мокрыми глазами. Утром, ожидаемо, болела голова, и лицо отекло так, что я стала похожа на забулдыгу. Прикладывая холод, я немного сняла припухлость, но мои и так узкие глаза теперь совсем превратились в две щёлоки. Фая, увидев меня, посоветовала вернуться домой и отдохнуть:

– Ты и так всю неделю с нами. Устрой выходной, погуляй, – попыталась она меня выпроводить, но мне не хотелось возвращаться туда, где всё раздражало.

Гулять одной по поселению тоже не хотелось, поэтому я отмахнулась и принялась за глажку. Из-за рассеянности несколько раз обожглась, и у Фаи лопнуло терпение. Она отобрала утюг и всучила мне коробку с заказом.

– Отнеси этот наряд моей подруге. Вот я нарисовала, где находится её дом, и обратно не возвращайся. Завтра тоже отдыхай! – я кивнула, не желая спорить, и пошла по отправленному адресу.

Дом я нашла быстро и, отдав коробку, медленно побрела вдоль улицы, не замечая ничего вокруг. Дошла до края поселения и, поглядев в глубь леса, села на поваленное дерево. Хоть по календарю было уже начало осени, в этих широтах погода продолжала радовать. Солнце припекало, и я снова вспомнила об Аскаре. Хоть и недолгим было знакомство, но очень запоминающимся. Я даже о Стэфане после расставания столько не думала, как о случайном оборотне, с которым ничего серьезного-то и не было.

Вдруг почувствовала колебания воздуха и обернулась. Из портала вышел маг в форме правоохранителя. Тот огляделся вокруг себя и порадовался тому, что не пришлось меня искать, окажись я среди толпы.

– Ульрике Тавиль, пройдёмте со мной, – проговорил он, показывая своё удостоверение.

– Вы же должны были прийти завтра, – спокойно ответила я, даже не взглянув на его документы.

– Завтра выходной день, и суд не работает, так что сегодня вам вынесут приговор. Или у вас есть сумма, чтобы погасить задолженность? Или завтра появится? Если да, то я помогу вам оформить перевод в казну.

Я отрицательно качнула головой, поднимаясь с дерева. Подошла к нему и протянула руки. Он надел широкий браслет, и магическая связка подтянула вторую руку, скрепляя мои запястья. Блокирующий магию браслет неприятно холодил кожу, и я лишний раз про себя хмыкнула про странность моего дара. Когда я проходила проверку, то кристалл показал наличие дара, поэтому меня записали в маги, но на деле-то его нет. А если я сейчас ощущаю воздействие браслета, то получается, магия во мне всё же и вправду имеется, но действительно спит и нужно время. Хотя за последние два года интенсивной практики она так и не проснулась. Дефектный я маг какой-то. Из кармана он достал портальный камень, и мы переместились к зданию суда. Ощутив впервые магию переноса, я не ожидала, что она будет такой неприятной. Головокружение на секунду заставило моё тело покачнуться, сердце забилось как от забега, и желудок сжался в тугой ком. Глубоко вдохнув, я постепенно пришла в себя. Маг не торопил меня. Молча ждал, когда я открою глаза. Живя четыре года в Мурэне, я была в этом районе лишь дважды. Проезжала один раз мимо на автобусе, а второй раз неподалёку с Ингой ходили в магазин, а затем прогуливались пешком по благоустроенному району. Даже не верится. Я отсюда ехала целую неделю, а вернулась за секунду.

– Ой, а мои документы? – спохватилась я.

– Вы есть в базе, так что для суда не требуются бумажки, – ответил мужчина, ведя меня по длинному коридору.

Завёл в комнату с решёткой вместо двери, расцепил магическую связку и сказал ожидать. На лавке сидели две женщины, которые с любопытством меня разглядывали.

– По какой статье? – хрипло спросила черноволосая.

– Неуплата в казну, – ответила я, стараясь глубоко не вдыхать запах перегара, доносившийся от кого-то из них.

– Ну тогда срок будет зависеть от суммы долга, – произнесла вторая женщина с платком на голове.

– Эти паскуды трудовой день оплачивают, дробя монетки на куски, так что смело умножай на три, – хмыкнула первая.

– То есть я просто за решеткой не буду сидеть?

– Конечно нет! Отрабатывать долг будешь, работая почти за бесплатно. Могут на выбор дать, но сразу говорю, кухню не бери, там уже своя банда, где могут легко пырнуть ножом, – расхохоталась черноволосая, задирая замызганную кофту.

На животе был виден приличного размера шрам. Меня передернуло от ужаса.

– В этот раз тебя за что загребли? – спросила у неё вторая.

– Сожитель помер, а я рядом была. Помню, что пили вместе, а потом я уснула. Разбудили уже маги.

Я села на корточки, пытаясь не думать о том, как я обещала себе, что выберусь из деревни и заберу маму в город. Я не хотела возвращаться в нищету и мир вот таких вот забулдыг. За детство я насмотрелась на них так, что, находясь среди оборотней, я не переставая радовалась тому, что они не употребляют алкоголь, и все, кроме Тавея Бекира, ко мне относились хорошо. Как же быстро кончилась сказка, которая мне теперь недоступна. Даже после того, как меня отсюда выпустят, бывшую заключенную никто не возьмёт на хорошую работу. Слёзы снова подкатили, и я, шмыгнув, упёрлась лицом в сгиб локтя.

– Ты что, плачешь из-за моего сожителя? Да он тот говнюк ещё был, так что не надо, – подошла ко мне женщина и погладила по голове.

От этого абсурда я истерически засмеялась, и дурно пахнущая женщина подхватила мой хохот. На это с соседних камер начали выкрикивать, чтобы мы заткнулись, и я отошла подальше от решётки. Мы просидели в ожидании часа два, затем пришли за черноволосой, ещё через минут тридцать забрали вторую, которая, оказывается, была воровкой и в этот раз попалась за обнос квартиры. Со своим подельником вынесли всю технику и умудрились тут же продать. В одиночестве я пробыла недолго, потому что привели очередную подсудимую, и не успела я с ней пообщаться, как пришли за мной. Я ожидала какой-то большой зал и суровых судей в мантиях, но меня ввели в обычный кабинет с двумя столами. За одним сидел мужчина-судья в чёрном костюме, а за вторым – девушка-секретарь. Моё место было на стуле, посреди кабинета, а сопровождающий маг встал за моей спиной.

Судья нудно стал зачитывать строки из устава уголовного судопроизводства, называя какие-то статьи, и в конце спросил: «Всё ли я поняла и готова ли подписать?» Я честно ответила, что не поняла, так как вообще никогда не интересовалась судебными делами, и все эти юридические термины для меня были тёмным лесом. Тогда девушка дала мне два листа, на которых мелким почерком было написано, в чём меня обвиняют и какое наказание я должна понести. Выходило, что я буду отрабатывать долг почти пять лет. Ниже были приведены расчёты, и тогда я попросила обратиться к управляющему в Конрой, чтобы он внёс сюда заработанные мной деньги за полтора месяца. Судья кивнул, и секретарь сделала пометку. Пусть сумма была небольшая, но хоть немного я сократила срок. Мне предложили места работы, и, помня совет черноволосой женщины, я сразу отказалась от кухни. Затем там было швейное производство, и я тоже отказалась, понимая, что там полно опасных острых предметов, не говоря уже об утюгах. Сфера обслуживания, к которой относится прачечная, баня и парикмахерская, тоже мне не подходила, и осталось только уборка различных территорий. Мне показалось, что это более безопасно, и я подписала бумаги. Маг проводил меня в медчасть и такого стыда я ещё в жизни не испытывала. В пустую комнату завели шестнадцать женщин и приказали раздеваться догола. Вещи сложить в пакеты и отдать надзирательнице. Затем нас выводили по одной и заводили в соседнее помещение. Другая надзирательница осматривала нас, затем прощупывала волосы и проверяла рот. Дальше нам выдавали нижнее белье и серый комбинезон с грубыми ботинками. Потом нас заводили к магу-целителю, который осматривал нас на предмет беременности и тяжёлых заболеваний, и уже потом огненный маг ставил на коже магический номер, по которому была видна статья и номер камеры. По итогу теперь у меня на лбу красуется пристыднейшая татуировка: двадцать точка двадцать пять точка ноль пять. Дальше нас ждал ужин, после которого был проведён инструктаж и знакомство со всем тем, что мы должны знать. В камеру меня привели в девять вечера, и до отбоя был ещё целый час. Сокамерницы встретили меня с усмешками. Три разновозрастные женщины по непонятной мне причине стали меня высмеивать, а потом до меня дошло, что это началось психологическое насилие. Естественно, прошлись по моей внешности, а потом одна, самая неприятная, несколько раз дёрнула меня за волосы.

Я даже не успела открыть рта, как поняла, что нормального знакомства уже не получится, но всё же стойко выслушав оскорбления, я предприняла попытку.

– Меня зовут Рика, – произнесла я, получив в ответ очередную вспышку гогота.

– Да никому не интересно. Ты узкоглазая кулиска, будешь у нас в ногах ползать, – ответила щербатая тётка неопределенного возраста.

Я думала, что в жизни такого не бывает, но, похоже, я снова стала героиней, только уже тюремной прозы. Зря я, конечно, такое не читала, а так бы сейчас хотя бы была готова и знала, как себя вести.

Пришлось включаться в их игру. Глянув на койку с наваленными на неё вещами, я поняла, что она предназначается мне, поэтому подошла и вместе с покрывалом сдернула их на пол. Понятное дело, это им не понравилось, и они накинулись на меня мгновенно, получая отпор. Пригодились мои тренировки на полигоне. В очередной раз мысленно поблагодарила Брайана за то, что научил запрещённым приёмам, которые шли сейчас на ура. Поначалу было очень страшно всерьёз бить человека и ломать ему кости, но в данный момент выбора не было. Нас вскоре уложили лицами в пол, и почему-то именно меня вытащили в коридор.

Огненный маг, тот самый, который ставил номер, сел на корточки и посмотрел на моё разбитое лицо. Я прекрасно помню, как получила лбом себе по носу, поэтому с него текло не переставая. Адреналин начал инактивироваться, и я начала чувствовать боль. Неужели мне сломали нос? Руки были сцеплены за спиной, и меня начало качать из стороны в сторону. Вскоре появился лекарь в белом халате. Я обрадовалась, что сейчас мне помогут, но он оглядев лицо, дал понять, чтобы меня уводили. Маг грубо схватил меня за плечо, поставил на ноги и потащил по коридору. Из каждой камеры на меня смотрели женские лица, и многие улыбались. Парочка даже похвалила за то, что я дала отпор. Шли мы недолго, и я откровенно радовалась тому, что меня уводят от этих психопаток. Наваляла я им хорошо, так что в следующий раз пусть боятся кулисок. Это они ещё не знают, что ошиблись с моей нацией. Если не приглядываться, то действительно мы похожи, но они живут на севере, и лица их более круглые. Рост ниже, а так да, пожалуй, очень похожи. Завели меня в пустую камеру и посадили на лавку. Надзирающий сверился по спискам и на моём лбу исправил номер камеры.

– Умывайся, – указал он на раковину, и я, шатаясь, подошла к ней.

Глянув в зеркало, испугалась. Похоже, знатно они проредили мне волосы, потому что концы вместе с луковицами торчали в разные стороны и держались за счет резинки. Месиво на лице заставило нахмуриться, и от этого сразу же всё заболело. Кровь, хоть и перестала бежать, но её повсюду было так много, что закружилась голова. Набрав в ладони воды, я наклонилась и…

Открыла глаза в белом помещении. Похоже, медблок, и я была права, потому что рядом обнаружилась девушка в белом халате. Она, увидев, что я очнулась, позвала моего надзирателя, и он, не церемонясь, поднял меня, потянув за предплечье.

– Стоять можешь? – спросил он, не торопясь выводить меня отсюда.

– Вроде да, – хрипло ответила я, прислушиваясь к ощущениям.

Тогда он, продолжая придерживать меня, медленно повел по коридору в мою новую камеру. Так как это была уже глубокая ночь, женщины спали и лишь недовольно поворчали на громкий стук решётки. Кровать была пустой и ровно застеленной, чем уже порадовало новое местопребывание. Не раздеваясь, я легла поверх покрывала и уставилась в потолок. М-да уж. К такому жизнь меня не готовила.

Утро началось с мерзкого сигнала подъёма. Я не спешила вставать, чувствуя, как от побоев болит всё тело. Первая женщина, вставшая с кровати, сразу же подошла ко мне.

– Ого. Кто же тебя так?

– В пятую вчера попробовали заселить, – прошептала я.

– Совсем одурели? Молодую девчонку к матерым преступницам, – покачала она головой.

– Меня зовут Рика, – представилась я, понимая, что эта вроде бы нормальная соседка.

– Кая, – указала она на себя, затем на вторую женщину, которая тоже с интересом разглядывала меня. – Это Светлана и Миланья, – ткнула в сторону кровати, с которой только стала подниматься молодая девушка, даже помладше меня.

Я глянула на их лбы, и только у одной Каи были первые цифры, как у меня. Про остальных предстоит еще узнать, но нужно вставать и идти на завтрак. Не передать словами, как всё болело, но ко всему этому надо было соблюдать режим и правила пребывания в этом «чудесном» месте. После завтрака мне разрешили зайти в хозчасть и взять сменный комплект одежды. Кровавый и местами порванный комбинезон у меня забрали и выдали новый. Так же дали нижнее бельё и средства личной гигиены. Отлежаться мне не дали, и через полчаса мы были уже готовы к выходу на работу. Я думала, что буду прибираться на территории тюрьмы, но нас посадили в автобус, и, выдав метлу, выгрузили на улице подметать тротуары. Единственное, что меня радовало, так это то, что мы были далеко от академии, и меня не смогут увидеть кто-либо из знакомых. Весь день я была сама не своя, двигалась на автомате. Куда все шли, туда и я. Как только нас вернули в камеру, я тут же отрубилась. Следующий день начался точно так же, как и последующий. Лицо моё понемногу заживало, как и костяшки на руках, а вот шея после удушающего захвата и рёбра при каждом движении напоминали о себе. Что у меня когда-то болела нога, я уже и забыла, как и стала забываться жизнь у оборотней. Теперь она мне казалась сном.

Соседки мои оказались вполне нормальными. Светлана с Миланьей попали сюда за непреднамеренное убийство. Одна, защищаясь от мужа, который постоянно её избивал, и случайно пырнула ножом. Вторая села за руль и не справилась с управлением. Погиб её парень, что сидел рядом. Машина перевернулась, но она осталась жива. Осмысливая, как хрупка человеческая жизнь, я снова подумала про Тони. Убей его случайно, я пятью годами заключения не отделалась бы. А что говорить про душевное состояние? Миланья до сих пор плачет по ночам, хотя находится здесь уже полгода. Светлана говорит, что не жалеет о том, что так вышло, но горюет о детях, которые сейчас вынуждены жить в приюте. Если не думать ни о чём, то существовать здесь вполне сносно. Не болели бы ещё мои травмы, но и они скоро заживут.

На четвёртый день я орудовала метлой уже бодрее и не получала нагоняя от надзирателя, но мне всё равно требовалось время, чтобы отдышаться. Вот и сейчас, облокотившись на дерево, я замерла, пытаясь утихомирить пульс. Постояв немного с закрытыми глазами, я собралась с силами работать дальше, как вдруг увидела через дорогу Белобрысого. Сначала не поверила своим глазам, но его внешность была настолько необычна, что с кем-то спутать было бы нереально. Тем более он был с госпожой Хаас, и это лишь подтверждало то, что это именно он. Элегантно одетую блондинку я тоже узнаю сразу, где бы она ни была. Оборотень стоял вполоборота, и правая рука была в кармане широких брюк. Из-за этого поза казалась расслабленной, но это было не так. Мощный торс украшал в этот раз бежевый пиджак, и вообще он выглядел как аристократ, живущий в городе. Больше всего меня смутило то, что они не просто проходили мимо, а просто стояли и смотрели на меня. Жена управляющего что-то ему говорила, но тот как будто не слышал, потому что даже не повернулся к ней. Глядел так, будто я лично ему что-то сделала. Такого тяжелого взгляда я не выдержала и спряталась за дерево, пытаясь привести чувства в порядок. Жгучий стыд сейчас раздирал мне душу. Почему из всех знакомых меня увидели именно они? Что вообще они тут забыли? Я не хотела, чтобы кто-то из оборотней вообще знали, куда я пропала, но теперь узнают все. Скорее всего, Фая после выходного меня спохватилась или господин Говард… Да зачем я думаю о них, когда я нахожусь уже здесь и нормальной жизни мне не видать ещё долго.

– Хватит прохлаждаться, – получила я лёгкий магический импульс от надзирателя и, выглянув из-за дерева, не нашла тех, от кого пряталась.

Продолжая мести улицу, я никак не могла отделаться от мыслей о Белобрысом. Его льдистые глаза пробрали меня до костей. Что его так разозлило?

Вернувшись в тюрьму, меня неожиданно пригласили к начальнику.

– Зачем меня вызывают? – спросила я у огневика, который сопровождал меня в другое крыло.

– Понятия не имею, – ответил он.

– Не из-за того, что я плохо работаю?

– Да вряд ли. По таким пустякам не вызывают, – успокоил он меня, а другой причины я и не знала.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю