444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Елена Галунец » Так решило Мироздание (СИ) » Текст книги (страница 1)
Так решило Мироздание (СИ)
  • Текст добавлен: 14 ноября 2026, 11:00

Текст книги "Так решило Мироздание (СИ)"


Автор книги: Елена Галунец



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Так решило Мироздание

Глава 1

Последние четыре года я ждала наступления лета с нетерпением. Как только нам выдавали табель с оценками об окончании курса, я тут же брала билет на автобус и ехала домой повидаться с мамой, но в этот раз всё иначе. Во-первых, я закончила базовый уровень, и поэтому бесплатное обучение для меня закончилось, а во-вторых, на днях получила письмо от соседки, тётки Зорьи, о том, что моя мама скончалась. На конверте стояла дата отправки двухнедельной давности, и это означает, что мне остаётся теперь только горевать о невозможности попрощаться с единственным родным человеком. В письме было кратко написано о причине смерти: стало плохо, упала с лестницы. Затем – пару строк о том, что отчим сбежал, не став организовывать похороны. Забрал из дома всё, что мог за раз увезти, и оставил хлопоты на соседей. Да и они, если бы за свои услуги не захотели вернуть деньги, то и оповещать меня об этом не стали. Даже если бы у меня был кристалл связи, и я сразу же узнала о несчастье, то всё равно не успела бы приехать, чтобы проститься. Слишком далеко находится моя деревня от Мурэна. Почти два дня на автобусе до Байшаня, а потом на попутках почти триста километров до Канге.

Я не хотела так далеко уезжать, но мама настояла на том, чтобы я поступала учиться именно в эту областную академию. Верила в то, что здесь я стану настоящим магом, а она дома со всем справится и ничего с ней не случится. Чует моё сердце – виноват в её смерти Ферц. Не знаю, что мама разглядела в нём десять лет назад, но в моих воспоминаниях он всегда был неприятным человеком. Он и раньше поднимал на неё руку. Скорее всего, поэтому и сбежал. Как жаль, что в нашей деревне бить жён – это нормальная практика и мужчинам за такие деяния абсолютно нет никакого наказания. А теперь попробуй докажи, что убил её именно он… Никто из соседей никогда не заступится, если даже на их глазах будут бить женщину, и правоохранительным органам совершенно плевать на бытовые ссоры. Спасибо маме, она заставила меня уехать, и теперь у меня совершенно нет желания туда возвращаться… да и некуда. Дом был давно в залоге, и его заберут за неоплаченные долги.

А я тоже хороша! Вместо того чтобы копить, тратила деньги на всякую ерунду, а в прошлом месяце на свой день рождения вообще изрядно опустошила кошелёк: обновила гардероб и сходила в салон красоты. Сегодня пришлось распрощаться с остатками своих небольших сбережений и отправить их тётке Зорье через почтовую контору. Эти непредвиденные расходы выбили меня из колеи настолько, что только сейчас я по-настоящему задумалась о будущем. Неизвестно, на какую работу меня отправят по распределению и как быстро я смогу рассчитывать на аванс. Помимо этого, мне нужно будет найти жильё, и на мамину помощь я больше не могу рассчитывать.

С первого дня моего обучения я поняла, что не дотягиваю до адептов с самым низким уровнем дара, но по какой-то неведомой причине магистр Авани сжалилась надо мной. Выступив перед экзаменационной комиссией, она уговорила их принять меня. Магистр была уверена в том, что на первом курсе я смогу раскачать резерв до базового минимума, и тогда было принято решение зачислить меня, но с некоторыми оговорками. Дело было в том, что у меня слишком поздно проснулся дар. В семнадцать лет в порыве дикой ярости я случайно присыпала землёй одну неприятную особу, и мама, радуясь тому, что мне передалась дедушкина магия, отправила учиться в Мурэн. После провальных вступительных, на которых я вообще не смогла что-либо показать, мне всё же выделили комнату в общежитии с двумя соседками.

Девушки оказались моими ровесницами. Инга, обладательница дара земли среднего уровня, сразу мне понравилась. Стройная блондинка с длинными волнистыми волосами. Её выразительные ярко-зелёные глаза и пухлые губы были для меня эталоном женской красоты. Особое внимание привлекали её руки: аккуратный, безупречно выполненный маникюр с идеально ровными ногтями. Общительная и добрая, в отличие от Молли. Вредная коротышка с тёмно-каштановыми кудрями, которые тугими колечками постоянно вились облаком вокруг её головы. Голубые глаза смотрели холодно и отстранённо, словно оценивая собеседника с высоты незримого пьедестала. Бледные губы были постоянно сжаты в строгую линию, подчеркивая высокомерное выражение лица. Её осанка, с её низким ростом, всегда прямая и чуть надменная – она будто сознательно старалась выглядеть выше и значительнее. С ней мы смогли найти общий язык далеко не сразу. У Молли очень взрывной характер, и мы постоянно ругались по мелочам, а ещё мне периодически доставалось от её воздушного дара. Она филигранно швырялась предметами во время ссоры. Инга поначалу пыталась нас примирить, а потом плюнула и либо делала вид, что ничего не происходит, либо выходила из комнаты.

В первый год обучения стипендия мне не полагалась, и приходилось очень много учиться, чтобы не отставать от одарённых адептов. Хотелось пойти на подработку, но времени совсем не хватало даже на нормальный сон. Ночами я зубрила теорию так, чтобы компенсировать отсутствие дара. Мама присылала деньги на разные женские мелочи, канцелярию, одежду и каждый раз писала, чтобы я не переживала о том, что она отдаёт мне половину своей и так небольшой зарплаты: «Ты главное учись. Я жду не дождусь, когда у тебя начнёт развиваться дар. Закончишь академию и вернёшься ко мне дипломированным магом. Вот тогда-то мы и заживём получше Герхальтов». Эта семья у нас в деревне самая богатая, поэтому мама достаток всегда оценивала по ним. Пусть у них был трёхэтажный дом, две машины, три коровы, бык, куры, овцы, козы и небольшой табун лошадей, но и господин Герхальт не сам это всё заработал. Во-первых, наследство уже имелось, а во-вторых, удачно женился… Зачем я вообще о них вспомнила, если маминым мечтам не суждено сбыться…

К концу года ситуация с моим уровнем дара так и не изменилась – меня ждало отчисление. Но опять же магистр Авани заступилась на совете, сказав, что у меня по всем теоретическим предметам высший балл, и тогда ректор согласился оставить меня ещё на один год. После этого мне поступило предложение отблагодарить её за такую помощь в виде моего найма по уборке её дома. Я согласилась, не думая. В принципе, я не видела ничего дурного в том, чтобы прибираться в богатом доме за ней и её родственниками, тем более мне вместо зарплаты стали выдавать стипендию, и я могла не просить деньги у мамы.

Второй год обучения научил меня пользоваться магическим зрением и ставить щит, но всего на пару секунд. На большее моего дара не хватило. Зато я знала всю теорию назубок и тем самым начала зарабатывать на нерадивых адептах: писала за них доклады, готовила проекты и различные контрольные работы. А ещё у меня случилась первая любовь, которая продлилась около года. Парня пришлось бросить, потому что совершенно не было времени на отношения. Он требовал внимания, а мне после учёбы и дополнительных занятий нужно было бежать в дом магистра и драить три этажа до самой ночи. Стэфан долго старался сохранить наши отношения, но я, кроме редких встреч ради секса, от него ничего не хотела. Да и он, на самом деле, ничего дать не мог, потому что тоже был из бедной семьи с кучей братьев и сестёр. И как только я окончательно сказала, что больше спать с ним не буду, он быстро переключился на другую девушку, а я с головой ушла в учёбу.

На третьем курсе меня снова попытались отчислить из-за практики. На первом же занятии я не смогла прорастить семена, а предложенный росток случайно загубила. Магистр Авани в этот раз молчала, но, наверное, тут вмешалась уже сама Мать-прародительница, потому что неожиданно ректор махнул рукой и разрешил остаться.

Четвёртый курс для меня стал самым тяжёлым. На практике надо мной не смеялся только ленивый. Инга каждый раз краснела, как будто это она не справлялась с заданием. А мне было уже всё равно. Я жаждала обладать дипломом, с которым мне будет легче найти работу и хоть как-то устроиться в этом мире.

И вот, выйдя из почтовой конторы, я отправилась в дом магистра на ежедневное издевательство со стороны её племянника. Парень не даёт мне прохода последние два месяца. Как только он переехал в этот дом, я теперь не могла нормально работать. Маг со слабым воздушным даром сразу заинтересовался мной. Сначала разузнал у своей тётки все подробности, какие она могла знать обо мне, затем пригласил на свидание, от которого я отказалась, а потом принялся до меня домогаться. Получив очередной отказ переспать с ним, теперь в дело пошли шантаж и мелкие пакости. Прекрасно знает, что я не могу за себя постоять магически, он ставит по всему дому ловушки, в которых я либо застревала и не могла выбраться, пока он, облапав меня, не освободит, то создаст иллюзию грязи, которую я пытаюсь вывести по несколько часов. Как-то я попыталась пожаловаться на него магистру, но она не поверила. Зачем взрослому парню такое делать? Как хорошо, что нам скоро выдадут дипломы, и я наконец-то смогу больше сюда не приходить.

– Улька, начни сегодня с моей комнаты, – встретил меня у порога Дэниель.

Я кивнула, но внутренне подобралась, ожидая очередную подставу. В подсобной комнате переоделась в униформу горничной и, повязав фартук, посмотрела на себя в зеркало. Моя внешность для этого города была нетипичной, потому что моя бабушка была подданной Ягватской империи. Она сбежала в Тонивию в зрелом возрасте. Умудрилась здесь выйти замуж и родить дочь. Моя мама получилась светлокожей брюнеткой, взявшей от бабушки только цвет волос и разрез глаз, а в остальном она была похожа на моего дедушку. Она в нашей деревне ничем не отличалась от местных жителей, потому что из-за близкой границы с империей у нас было много таких метисов. Но я внешне получилась как чистокровная ягватка: смуглая кожа, которую мне постоянно приходится отбеливать различными средствами, чёрные длинные прямые волосы, плоское лицо с высокими скулами, широковатый нос, чёрные глаза и двойное веко. «Эй, узкоглазая!» я за всю жизнь слышала столько раз, что и не счесть.

Кто был мой отец, я не знаю. Мама сказала, что он погиб, когда мне было почти два месяца, а как выглядел, ни разу не описывала. Единственное, что осталось мне от него, так это данное им имя, высокий рост – метр восемьдесят пять и выносливость. На академическом полигоне в беге я опережаю даже некоторых ребят, а девчонки всегда плетутся где-то в конце. И в общефизических упражнениях мне совершенно не тяжело отжиматься и подтягиваться. Как-то на спор я без подготовки подняла штангу в пятьдесят килограмм, так что, если не могу дать отпор магически, то затрещина моя доставляет обидчикам незабываемые ощущения. Ясное дело, Дэниеля я бить не могу, пока мне не выдали диплом, но если потом он попадётся мне, то за себя не ручаюсь.

Взяв уборочный инвентарь, я отправилась на третий этаж. Во всём доме, как всегда, кроме магистра, её мужа, сестры и племянника, никого не бывает. Кухарка приходит по утрам, а сейчас, днём, мы с Дэниелем были одни. Не знаю, как работает мой дар, но оценивать территорию я могу безошибочно. Я каким-то шестым чувством понимаю, сколько живых существ вокруг меня обитает в радиусе ста метров. По вибрации земли легко определяю по походке, мужчина это или женщина, и в какой примерно они весовой категории. Так вот, остановившись у двери, я почувствовала, что хозяин комнаты внутри. Вздохнув, я постучалась и дёрнула ручку. Пусть шторы и были задернуты, но света из коридора вполне хватило, чтобы увидеть обнажённого парня, лежащего на кровати.

– Я сегодня был в академии и встретил твою подружку Ингу. Она сказала, что тебе нужны деньги. Я заплачу́, – томно проговорил он, пригладив свои три волосинки на груди.

– А если тебе не понравится, то придётся платить мне? – спросила я, ставя ведро на пол.

– Не придётся. Я точно знаю, что понравится. Сколько ты хочешь?

– Ты мне столько не дашь, потому что у всей твоей семьи столько не будет. А в рассрочку не даю.

– Ты аппетиты свои поумерь. В зеркале-то себя видела? За десятку шлюхи меня всего оближут, а от тебя мне нужен только классический секс. Дам двадцатку.

Ладно, если бы я слышала об этом впервые, но за последнюю неделю это порядком надоело. И ещё, если бы он был хоть чуточку мужественным, то я могла бы хотя бы полюбоваться обнажённым телом, но нет. Дэниель был настолько дрыщавым, с абсолютно отсутствующей мускулатурой, что хотелось только посочувствовать или посмеяться, но я всегда была выше того, чтобы высмеивать чужую внешность.

– Хорошо, – выдохнула я, глянув на часы.

До прихода домочадцев было примерно два часа, поэтому, закрыв за собой дверь, я принялась развязывать фартук. Молодой мужчинка обрадовался и подскочил с кровати. Детородный орган как-то слишком быстро встал в боевую готовность, и он, видя, как я посмотрела на то, чем он, скорее всего, гордился, медленно пошёл ко мне. В это время я, подёргав лямки фартука, убедилась в их прочности. Шагнув навстречу парню, который, кстати, был ниже меня, я сняла с головы чепчик и кинула его на кровать.

– Я так и знал, что ты набивала себе цену, – ещё больше разозлил он меня.

– Все мы для тебя шлюхи продажные, – ответила я, хватая его за руку.

Отточенным на тренировках движением я скрутила его и, повалив на кровать, завязала фартуком руки за спиной. Естественно, он верещал совсем не по-мужски, и тут пригодился мой чепчик. Заткнула ему рот, затем завернула брыкающегося парня в одеяло и, сдёрнув с балдахина шёлковые ленты, обмотала эту гусеницу так, что он не мог теперь даже согнуться. Вокруг него то и дело появлялись воздушные вихри, но годы жизни с Молли приучили меня не обращать на это внимания, так что они меня абсолютно не напрягали, как и мычащие звуки, что в данном случае даже смешили. Глянув последний раз на своё творение, я тут же приступила к уборке. Распахнула шторы и, вымыв полы, ушла прибираться в остальные комнаты. Когда пришли его родственники, я, как ни в чём не бывало, закончила работу, попрощалась и ушла в своё общежитие. Надеюсь, они скоро обнаружат своего избалованного мальчика, и мне ничего за это не будет.

Мои соседки в столь поздний час были уже в комнате.

– Зачем ты Дэниелю рассказала о моих проблемах с деньгами? – сразу же начала я с порога.

– Что за Дэниель? – спросила Молли.

– Племянник магистра Авани, – ответила за меня Инга.

А я пожалела, что всё подряд ей когда-то рассказывала и даже познакомила её с ним. Он приходил в академию к своей тётке, и мы случайно столкнулись в коридоре.

– И что там за проблема? – не унималась Молли.

– Наша недотрога не понимает очевидных вещей. Парнишку ведь можно раскрутить на деньги, не снимая с себя трусов. Пятой точкой повиляла бы, сладким голосочком на ушко пошептала, погладила пару раз ему между ног, наобещала дикой страсти и выпросила на подарочки… Всему учить надо, – закатив глаза, выдала Инга свою обычную версию, как можно использовать парней.

– Куда тебя отправили по распределению? – вдруг резко сменила тему Молли.

– А что сегодня распределяли? – удивилась я тому, что магистр Авани при встрече ничего не сказала.

– Ну ты даёшь! Всем раздали путевые листы и документы. Меня отправляют в Балик, потому что у меня там живёт сестра. Ингу – в поселение к оборотням. Представляешь, как ей повезло!

– Ничего не повезло! Во-первых, это хрен пойми где, глушь лесная без цивилизации, и по договору я должна буду проработать на их полях целый год! Это несправедливо! Я хочу остаться в городе! Во-вторых, я побаиваюсь всякого зверья, и в-третьих, моего Андрэ оставлять одного нельзя даже на пару дней. Он сразу себе какую-нибудь девку найдёт.

– Зато там столько красавчиков, получше твоего Андрэ. Помните, как к нам на юбилей академии приезжала команда оборотней по спортивной борьбе? Я все три дня провела на полигоне и хотела вслед за ними ехать, – расхохоталась Молли.

– Ну что толку от них? Они, кроме своих оборотниц, никого в жёны не берут. А просто покувыркаться я и здесь могу волосатика найти.

Слушая их, я задумалась: а что я знала про оборотней? Да совсем мало. Только общеизвестные факты. Живут в среднем двести лет. Их главные – Альфы – на пару десятков лет больше. Взрослеют рано, лет в четырнадцать. Стареть начинают после ста лет, но тоже медленно. Даже умирая, они не выглядят дряхлыми стариками. Метаболизм у них замечательный, как и регенерация. В нашей деревне их совсем не было, а вот в городе проживает одно семейство из примерно двадцати особей. Их видно издалека. Мужчины крупные, излишне волосатые, а женщины наделены звериной привлекательностью и грацией. Они всегда мне казались какими-то излишне сексуально притягательными. Одна мягкая походка чего только стоит! Человеческим парням никогда не светит обладать такой женщиной, как бы они ни старались. У оборотней на первом месте инстинкты и их звериное чутьё. В городе, кстати, они не принимают свою вторую ипостась, поэтому волков я никогда и не видела.

На следующий день, после сдачи последнего экзамена, я побежала к магистру Авани. Та встретила меня с недовольным лицом. Значит, всё-таки за племянника ей стало обидно.

– Добрый день, я хотела узнать про распределение, – доброжелательно заговорила я.

– Какое тебе распределение? Опозорить нашу академию хочешь? Максимум могу предложить работу в моём доме на прежних условиях.

То есть без оплаты. А на что я жить буду и, самое главное, где? В кровати Дэниеля, пока ему не надоем?

– Спасибо. Я тогда сама найду работу.

– Ну, попробуй. Ко мне домой можешь больше не приходить. Ты уволена.

«Слава всем Святым!» – рано обрадовалась я.

– За причинённый моей семье ущерб, полученную тобой стипендию за три года я аннулировала. Ты незаконно её получала, поэтому должна будешь вернуть академии. Скажи спасибо, что не лишаю диплома. Он всё равно тебе не поможет найти приличную работу. Работодателю интересен результат и продуктивность, а не бумажки и корочки. Так что для такой, как ты, остаться прислугой было бы лучшим вариантом.

Вот тебе и добренькая тётенька. Где я сейчас возьму столько денег, чтобы откупиться от этой грязной семейки? Можно было бы упасть на колени и молить о прощении, но моя гордость никогда не позволяла унижаться перед такими людьми.

– Я верну академии деньги, но не сразу.

– Даю три месяца. Если не выплатишь, сядешь в тюрьму, – вдруг обозлилась женщина и влепила мне магический долг.

Запястье защипало, и на коже выступил знак царской монеты, означающий, что я должница перед государством. В таком случае в первый же день просрочки за мной явится маг и без суда доставит в место лишения свободы. От такого короткого срока я потеряла дар речи, но магистр не дала мне больше шанса на урегулирование спорной ситуации, махнула рукой, посылая магическую волну, от которой меня просто вынесло за дверь.

День получения дипломов для всех был праздником, но не для меня. Через неделю нужно освободить общежитие, поэтому мне необходимо как можно скорее найти работу и заселиться в подходящее зарплате жильё. Расписавшись в журнале, я взяла долгожданный документ и сразу же поехала по намеченным ранее адресам. В первой конторе проверили списки выпускников и, увидев мою фамилию, выделенную красным цветом, сразу же отказали. В местном Управлении произошло точно так же, но тут у меня хватило смелости спросить, что это значит, и девушка ответила, что таким образом отмечаются те адепты, которые не проходили практику. После этого я сразу вычеркнула из списка ещё три престижные конторы. Потратив деньги на транспорт, спать я легла голодной, потому что столовая больше нас не кормит, а Молли с Ингой отмечали где-то праздник.

На следующий день Молли уехала в Балик, а Инга не торопилась со своим назначением. Она ругалась с родителями через кристалл связи. Мать заставляла её ехать в поселение, но подруга отвечала, что найдёт другую работу здесь. Затем она стала жаловаться своему парню, желая услышать слова поддержки, но тому, похоже, было всё равно, останется она или уедет. После недолгой перепалки он вообще предложил ей расстаться. Её рыданий я не выдержала и отправилась пешком искать работу. Заглядывала везде, куда можно было, но, как назло, работники не требовались. Перебрав все возможные варианты, я села на лавку и наконец-то согласилась с тем, что была не права. Напридумывала себе невесть что, а ведь на самом деле какой из меня маг? Пора спуститься на землю и искать простую работу, потому что кушать-то хочется. Вернувшись в общежитие, я заняла деньги у Инги и, съев недоеденную ею булку, легла спать. На следующий день история повторилась. Приличной работы для меня нигде не нашлось. Предложили мыть посуду в ресторане, но я пока отказалась. В гостинице, увидев меня, первым делом спросили, знаю ли я ягватский язык, и, узнав, что я местная, смогли предложить только работу горничной, но зарплату обещали ниже, чем в ресторане.

В последний разрешённый день проживания в общежитии мы обнялись на прощание с Ингой, и она сказала, что поживёт пока у своего парня и если я найду работу, то долг могу занести к нему. Положив в карман листок с адресом, я поплелась в ресторан. Там, хотя бы, я буду сытой. Отстояв у раковины весь день, к вечеру, с непривычки, я не чувствовала своих рук, а спина неприятно болела. Это я, со своей выносливостью, так устала, а что говорить про обычных девчонок! Теперь понятно, почему тут постоянно требуются работники. За первый день мне заплатили столько, что хватило снять комнату на соседней улице. Через неделю я вроде бы втянулась в монотонное мытьё, но накопить денег совершенно не получалось, тем более нужно было вернуть долг Инге. Да и с комнаты пришлось съехать, потому что за стеной жили пьяницы, которые буянили все ночи напролёт, не давая мне спать. Найти другое дешёвое жильё я не смогла, поэтому притащила свои малочисленные пожитки в подсобку и спала там же, сидя на своей сумке. В очередной раз пожалела, что не обзавелась местными подругами, у которых я могла бы переночевать или занять деньги. Многие девушки, с которыми я неплохо общалась, были приезжие, поэтому они разъехались кто куда, а попросить помощи у Стэфана опять же мешает гордость. Поклялась, что никогда не буду с ним общаться, так вот, я даже не знаю, в городе ли он или уже уехал. Ещё через неделю я сильно порезала руку, и от услуг лекаря пришлось отказаться, потому что каждая монетка была на счету. Вдобавок ресторан вычел из моей зарплаты разбившиеся бокалы. Мыть посуду с таким глубоким порезом было невыносимо, и я решила уйти.

Побродив по городу, почитала объявления о работе и поплелась в гостиницу, но там уже не требовалась горничная. Добрая администратор посоветовала обратиться к её знакомой. Ей вроде бы был нужен сотрудник на ночную смену. В рабочем квартале, среди складов, была пекарня, и там требовался фасовщик, желательно мужчина, и поэтому мне сразу же отказали. Отчаявшись, я села на бордюр около выхода и не знала, куда мне податься. Управляющая, закончив свою работу, собралась идти домой и, увидев меня, всё же дала шанс. Работа оказалась нетрудной. Я занималась сортировкой готовых изделий, затем маркировкой и проводила визуальный осмотр продукции. Мужская сила заключалась только в том, что нужно было эти коробки складывать на поддоны и отвозить их в другой цех. Утром мне сразу же оплатили за смену, и я побежала искать себе жильё. Две недели пролетели как во сне. Нет, не потому, что было сказочно приятно, а потому, что с ночной работой я действительно целыми днями отсыпалась. Сбив привычный график и пребывая в постоянной тревоге, организм дал сбой, и я заболела. С температурой и больным горлом в цех было категорически запрещено являться, поэтому я отлёживалась четыре дня в комнате, а как только пришла хозяйка требовать деньги, я снова была вынуждена искать работу, так как на моё место уже нашёлся мужчина.

Я была в отчаянии: до тюрьмы оставалось полтора месяца, а заработанная сумма равнялась трёхмесячному размеру стипендии. Пересчитав монеты, я вспомнила, что не отдала долг Инге, и ещё больше расстроилась. Порывшись в сумке, нашла листок с адресом её парня и, снова собрав все свои пожитки, поплелась прощаться с подругой. Вряд ли она будет навещать меня за решёткой. Инга была дома и, узнав о моей проблеме, предложила своё распределение.

– Им требуется маг не ниже среднего уровня. А я что? Что я им могу предложить? Давайте я погублю весь ваш урожай? – горько произнесла я, принимая свою никчёмность.

– Да мало ли что им нужно, может, твоих агрономических знаний им будет достаточно. Или другую работу предложат, раз здесь с этим туго. Съездишь, узнаешь, и если что, вернёшься или по пути в другом каком-нибудь городе себя попробуешь, – успокоила она меня.

– В казну академии я сегодня отдала всё, что заработала, и теперь у меня нет денег даже на дорогу, – ссутулившись, я обхватила свою голову.

– Андрэ неплохо зарабатывает, и я пока могу позволить себе сидеть у него на шее, так что держи, – сунула она обратно принесённые мной монеты. – Если бы могла дать больше, то дала, а так ты и сама всё знаешь, – вздохнула она.

Пришлось согласиться с подругой, взять документы с её распределением и поехать в неизведанные дали.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю