Текст книги "Судьба на волне удачи (СИ)"

Автор книги: Елена Федоренко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 2

Очнулась Дарья от прикосновения чьей-то теплой руки. Перед ней стояла девочка лет восьми в летнем крестьянском платье.

– Ты что здесь делаешь? – спросила малышка.

Дарья обвела глазами сарай. Это был крепкий сруб, сделанный на совесть. Из открытых высоких дверей внутрь проникал солнечный свет. Она лежала на охапке сена.

– Не знаю… – растерянно ответила Дарья. – А где твои родители?

– Отец в поле, мама дома.

– Отведи меня к ней, пожалуйста.

Они вышли из сарая. Дарья замерла от неожиданности. Кругом царило лето – сочная зелень, пение соловьев, безоблачное небо. Она сняла платок и расстегнула душный полушубок.

– У вас так жарко…

– У нас всегда тепло, – улыбнулась девочка, провожая Дарью в беленую хатку в нескольких метрах от сарая.

Женщина оказалась добродушной и лишь вежливо поинтересовалась:

– Далеко путь держишь?

Дарья, сначала поздоровавшись, ответила вопросом на вопрос: – А как называется ваша деревня?

– Верхневьюженские мы. У самого истока реки Вьюженки.

– Странно… Я из Залесья.

– Первый раз слышу. А что это у тебя за одежда? – Женщина с любопытством разглядывала ее полушубок. – Наши люди так не ходят.

– У нас сейчас зима, мороз и снег…

– А что это значит?

– Ну, когда холодно…

– Понятно. Здесь всегда тепло. Разве что дождик иногда.

Дарья покачала головой:

– Ничего не понимаю… Может, это сон? Скажите, а город поблизости есть?

– Верст двадцать по дороге. По реке быстрее.

– Как он называется?

– Да никак. Просто город с крепостью, где король живет. Все эти земли – его.

– Можно я у вас переночую? Помогу по хозяйству, а вы мне еды в дорогу дадите.

Так и договорились. Дарья была девушкой трудолюбивой – любое дело спорилось в ее руках. Хозяйка дала ей простое рабочее платье для огорода и кухни.

Пропалывая грядки, Дарья увидела необычных всадников. Мужчины в камзолах и плащах, в шляпах с перьями, с саблями на поясах и арбалетами за спиной пронеслись мимо. Она замерла – такие наряды она видела разве что в книгах про мушкетеров.

Стало ясно: это не просто теплый край. Здесь никогда по видели снега, собирали по три урожая в год… Дарья обошла деревню, расспрашивала местных, но крестьяне – такие же, как она сама, – мало что знали. Безграмотные и неразговорчивые, они лишь пожимали плечами.

Дарья прожила у гостеприимной хозяйки несколько дней. На прощание женщина дала ей каравай ржаного хлеба и мешочек овощей. Сама Дарья напекла кокурков – простых сытных пирожков на сметане с яйцом. Название их пошло от мелкой монетки: стоили они дешево, а благодаря ржаной муке не портились несколько дней.

Дарье помогли уложить провизию в берестяное лукошко, дали новые лапти.

– Удачи, – напутствовали ее провожающие. – Возвращайся, если что.

– Спасибо за все.

Ей указали дорогу к городу. Тропа шла через лес – сосны, ели, осины. Голова закружилась от хвойного аромата и запаха свежих трав.

Дарья с детства привыкла к долгим переходам – будь то за хворостом в лес или по грибы-ягоды. Ни расстояние, ни погода, ни время суток ее не пугали. Рассчитывая добраться до города за день, она вышла на рассвете.

Дорога петляла между вековых деревьев – две колеи от тележных колес, местами размытые дождями. То выходя к реке, то снова ныряя в лесную чащу, тропа пересекала солнечные полянки и луговины. Лес кишел жизнью. Пушистые зайцы размером с собаку бесстрашно выскакивали на дорогу и замирали, разглядывая путницу. На одной из полян стоял величественный оленьего спокойный взгляд говорил о том, что он не знает страха перед человеком. Видимо, местных зверей добывали только силками, не пугая выстрелами. Да и ружей, наверное, здесь нет.

Солнечный свет служил Дарье часами. Когда солнце стояло в зените – полдень, клонилось к западу – вечер приближался. Выйдя на очередную поляну, она присела перекусить.

Из берестяного лукошка потянуло душистым хлебным ароматом. Отломив румяную горбушку, Дарья принялась жевать, заедая сушеной рыбой – гостинцем от хозяина-рыбака. Хоть и без соли, но сытно.

Подкрепившись, двинулась дальше. Нужно было успеть до города к ночи – спать в лесу среди зверей не хотелось. По обочинам алели брусничные россыпи, синели черничные кущи. Набрав пригоршни спелых ягод, она с наслаждением съела их, а из широкого лопуха сделала кулек для запаса, аккуратно уложила его на дно корзинки.

Лес редел, деревья становились ниже. К основной дороге присоединялись другие тропы, колея расширялась и выглядела более утоптанной. Наконец, вдали показались очертания укреплений – городом это можно было назвать лишь условно. Скорее, это была крепость: высокие каменные стены, заполненный водой ров, массивный подъемный мост – точь-в-точь как на страницах ее школьного учебника истории.

Здесь кипела жизнь: через открытые ворота непрерывным потоком двигались люди – крестьяне с телегами, ремесленники с инструментами, всадники на лошадях. Дарья ступила на скрипучие бревна моста, подвешенного на толстых цепях, и вскоре оказалась внутри.

Несмотря на вечернее время, крепость гудела, как улей: выкрики торговцев, звон молотов по наковальням, мычание скота, ржание лошадей. Внутри стен теснились постройки, на центральной площади шла бойкая торговля с телег. Среди этого оживления Дарью привлекла продавщица кур – не столько товаром, сколько ярким сарафаном и необычной красной шапочкой.

– Вы местная? – спросила девушка.

– Да, – ответила продавщица.

Из разговора с ней Дарья узнала, что находится в одном из замков короля Фрагаля, чьи владения простирались на многие мили во все стороны света. Ближайший соседний замок, по словам женщины, находился в тридцати милях к востоку.

Присматриваясь к толпе, Дарья заметила резкий контраст между людьми: королевские солдаты выделялись дорогими одеждами и оружием, в то время как простолюдины носили серые невзрачные наряды. Лишь женские рубахи, украшенные вышивкой, и цветастые фартуки вносили разнообразие в эту унылую палитру.

Среди суеты ее внимание привлекла гадалка – дородная женщина, ловко лавирующая между телегами и навязчиво предлагающая свои услуги торговцам. Не видя других перспектив, Дарья решительно направилась к ней.

– Будущее узнать желаешь, красавица? – Гадалка улыбнулась, обнажив неполный ряд зубов.

– Скорее настоящее, – ответила Дарья.

Женщина удивленно приподняла брови:

– Деньги-то у тебя есть?

– Только сушеная рыба…

– Идет!

Цыганка живо схватила ее за руку и отвела под ближайший навес.

– Здесь поспокойнее. – Пристально вглядываясь в глаза девушки, продолжила: – Чужая ты тут… По косынке вижу. И личико – прямо барское.

– Какая уж я барыня – простая деревенская.

– Ладно, ладно. – Гадалка развернула ее загрубевшие ладони. – Работящая – это видно. Ну так чего же ты хочешь, дитятко?

Дарья поведала цыганке свою историю – о подругах, рождественском гадании в бане и о том, как неведомым образом очутилась здесь, в этом незнакомом мире.

– Там остались все мои родные… А здесь я совсем одна. Кому я тут нужна?

Гадалка задумчиво покачала головой:

– Раз уж судьба тебя сюда занесла – значит, неспроста. Сама я помочь не смогу, но знаю, кто может, – чародеи. В соседнем королевстве их немало, хоть они вечно между собой грызутся. Иди на восход солнца – может, и найдешь кого. – Она протянула руку. – А за совет отдай рыбку-то.

Дарья угостила гадалку и сама перекусила. Переночевав на сеновале у местного крестьянина, она позавтракала лесными ягодами, вышла за городские стены и отправилась дальше навстречу восходящему солнцу.

Теперь путь ее лежал не по дороге, а напрямик через луга, полные душистых трав, пересекая мелкие ручьи. Люди не обманули – на второй день перед ней предстал королевский дворец, куда более величественный, чем предыдущий замок. На высоких башнях развевались гербовые флаги, а горожане щеголяли в нарядных одеждах.

Припасы закончились. Дарья стала расспрашивать местных женщин, не нужна ли помощница. Одна согласилась взять ее на работу стирать солдатское белье за еду и пару медяков.

Стирка оказалась нелегким делом: тяжелую мокрую одежду приходилось выбивать колотушкой на камнях, так что к концу дня Дарья сама нуждалась в смене платья. Но выбирать не приходилось – нужно было зарабатывать на пропитание.

К концу недели она уже освоилась в новом городе, узнала цены и местные порядки. В воскресенье, в выходной, вместе с хозяйкой отправилась на рынок.

– Только следи за карманами, – предупредила та перед выходом.

– У меня внутренний карман – не достанут, – улыбнулась в ответ Дарья.

Рынок с утра бурлил жизнью. Воздух пропитался ароматом свежего хлеба, торговцы громко зазывали покупателей. Как и везде, здесь преобладали женщины – закупка провизии традиционно лежала на их плечах, тогда как мужчины возились с лошадьми у повозок. Погода была теплой, как и в предыдущие дни, – за все время лишь единожды прошел освежающий дождик.

Дарья помогала хозяйке нести корзину, куда та складывала покупки. Когда овощи заполнили корзину до краев, юркий мальчишка внезапно выхватил кошелек хозяйки и бросился бежать. Не раздумывая, Дарья поставила корзину у ее ног и помчалась за воришкой. Ловко петляя между людьми, она почти настигла его, когда тот резко остановился и обернулся, оскалив зубы.

Девушка уже готовилась схватить наглеца – он был младше, и она собиралась отшлепать его, как часто делала с непослушными младшими братьями. Но в этот момент из соседнего переулка высыпала шайка оборванцев. Они быстро окружили ее, угрожающе сжимая кулаки. Десяток против одного – шансов не было. Даже крик о помощи здесь бы не сработал.

Она отступила назад и наткнулась на чью-то грудь. Сердце екнуло – сейчас нападет еще один. Но вместо этого крепкие руки мягко переместили ее в сторону, а незнакомый высокий парень стремительно бросился в драку. Несмотря на численный перевес, он ловко разбрасывал нападавших, пока те не обратились в бегство.

Когда он помог ей подняться, Дарья разглядела загорелое лицо с голубыми глазами, темные растрепанные кудри. Ростом выше ее, на вид лет восемнадцать. Простой сюртук и шаровары не выдавали в нем бойца – пока не замечался шрам над правой бровью. Этот знак говорил, что драки для него не в новинку.

– Вы в порядке? – спросил он, когда последний хулиган скрылся в переулке.

– Кажется, да.

– Вот возьмите.

Незнакомец протянул ей поднятый кошелек.

– Больше не гоняйтесь за воришками. Это их уловка – заманить жертву в ловушку, обобрать до нитки и избить. Давайте я провожу вас до площади.

– Спасибо большое, – ответила Дарья. – Как вас зовут? – Здесь я просто парень. А на родине меня звали Карлом. – Прямо как королей!

– Не знаю. Родителей не помню. Я здесь чужой, как и вы. Работу ищу.

– Значит, вы много где бывали? – оживилась Дарья. – Может, слышали о землях, где живут колдуны? Мне туда нужно – это мой шанс вернуться домой.

Карл нахмурился:

– Не каждый оттуда возвращается. Дорога опасная – можно и лягушкой стать, и голову сложить. Да и мне там появляться нельзя – в соседнем королевстве меня в краже королевских коней обвиняют. А ваши светлые волосы слишком заметны.

– Жаль, что у меня мало денег, – вздохнула Дарья. – Я бы щедро заплатила за проводника. Волосы-то можно и сажей вымазать… А дома у меня все – родные, друзья. Там гораздо лучше.

– А где твой дом?

Карл внимательно слушал, как она с теплотой описывала родные края.

– Ладно, – кивнул он. – Провожу тебя к колдунам, но с условием: когда найдешь способ вернуться – берешь меня с собой. В этих краях мне тоже нечего делать.

– Договорились, – без раздумий согласилась Дарья.

Они покинули шумный рынок, и девушка привела нового знакомого к дому, где работала прачкой.

– Здесь я временно живу. Скажешь – и сразу двинемся в путь.

– Дня через три буду готов. Нужно раздобыть теплую одежду и провизию.

Ровно через три дня Карл появился во дворе как раз в разгар стирки. Дарья стояла по колено в мыльной воде, выполаскивая грубые солдатские мундиры. Мокрые волосы прилипли к щекам, руки покраснели.

– Привет. Неплохо справляешься.

– Спасибо, но стирать умеют все.

– Ладно, я по делу. Все готово к пути. Хозяйка отпустит?

– Отпустит. Она так благодарна за спасенный кошелек, что даже деньги дала.

– Деньги пригодятся до границы. У колдунов они не в ходу. Завтра на рассвете выходим. Нужна крепкая обувь. Лапти не выдержат. Впереди камни и бездорожье.

Карл вынул из котомки кожаную обувь и приложил к ее ноге.

– В самый раз. Подойдут. Наденешь их.

– Спасибо.

– До завтра.

Глава 3

На рассвете, как и обещал, Карл постучал в ворота. Дарья уже ждала его – привыкла вставать рано. Его новый облик ее удивил: круглая шляпа, темный плащ, посох в руке – он больше походил на странника, чем на того парня, что защитил ее на рынке. Девушка тоже оделась теплее, взяла провизию в корзинке, и они отправились в путь.

Карл шел первым, Дарья – следом, стараясь не отставать. Делали редкие привалы. Некоторые деревни проходили спокойно, но одну пришлось обогнуть. Подойдя в полдень за водой, они увидели панику – люди хватали детей и бежали в лес. Между домов рыскали вооруженные всадники.

– Сбор дани или грабеж, – шепнул Карл. – Могут и в рабство забрать. Уйдем окольными тропами, пока не заметили.

Обойдя опасное место лесом, они остановились передохнуть. Из кустов вышел рыжий кот и стал тереться о ноги. Дарья угостила его хлебом – мяса не было. Кот съел все и исчез, но у следующей деревни у реки появился вновь – видимо, шел за ними все это время.

– Тяжело ему будет идти дальше, – заметил Карл, наблюдая за котом. – Местность впереди сложная. Может, здесь останется – мышей ловить.

Деревня оказалась тихой. Они попросились на ночлег у местной хозяйки. Та сразу пригласила в дом:

– Что ж вы – в сарае ночевать будете? У меня места хватает. В деревне-то почти никого не осталось – кто в город уехал, кто на службе, кто в мир иной ушел. Вот и мельник недавно умер – теперь муку некому молоть. Да и поломалась мельница-то. Зерно есть, а хлеба нет. Зато молока вдоволь – хоть и пропадает зря.

Она угостила их картошкой в мундирах и парным молоком. Кот с удовольствием лакал сметану, вымазав всю морду. Дарья вытерла ему нос и рассказала хозяйке, как дома делала творог и сыр.

Сказав «спасибо», Карл прошептал Дарье на ухо:

– Надо отблагодарить хозяйку за ночлег и еду. Один день не сыграет роли. Останемся – я завтра мельницу посмотрю.

Хозяйка постелила им взбитую перину, а сама ушла в соседнюю комнату. Как приятно было растянуться на мягкой постели после ночевок на земле! Дарья вспомнила родной дом, родителей, братьев и сестер. Под мурлыканье кота, свернувшегося у кровати, она быстро уснула.

На рассвете, когда первые солнечные лучи проникли в окно, Карл отправился к реке. На берегу стояла деревянная мельница с громадным колесом. Быстрое течение огибало большие лопасти, которые должны приводить в движение жернова.

Мельница стояла в безмолвии. Карл распахнул ворота для света и осмотрел механизм. Все детали были деревянными. Найдя поломку, он сходил к хозяйке за топором, вернулся на мельницу и ловко вырубил новую деталь из осины.

Дарья принесла ему завтрак к реке.

– Ты мастер на все руки, – заметила она.

– Нужда научила, – пожал плечами Карл. – Может, от отца передалось.

– Позавтракай. Еще работать предстоит.

– А ты, видно, от матери доброту унаследовала.

– Да, она у меня очень добрая.

Они присели на зеленой травке рядом с воротами и с аппетитом поели.

К полудню Карлу удалось починить мельницу. Вместе с Дарьей они помогли старикам намолоть муки. Карл показал одному местному жителю, как запускать механизм. Вечером испекли хлеб – один каравай хозяйка дала им в дорогу. Они двинулись дальше, а кот последовал за ними.

В густом лесу они нашли одинокую сторожку. Грубые стол и стулья, вырубленные топором, отсутствие окон и печи – лишь оружие покрывало стены и пол: ножи, луки, мечи, некоторые украшенные драгоценными камнями.

– Странное место. – Карл поднял роскошную саблю. – Никто бы просто так это не оставил.

– Напоминает музей… Я один раз была в похожем, нас на телегах в город возили, – оглядываясь, сказала Дарья. – Да, жутковато.

Стол и стулья, в отличие от другой мебели, выглядели так, словно были сделаны вчера. Карл показал на их девушке, как вдруг сабля выпала у него из рук. На идеально чистом столе появились яства: рыба, мясо, дичь. У Дарьи буквально потекли слюнки, но Карл резко схватил ее за руку:

– Ловушка! Выходим!

Дверь оказалась запертой. Рыжий кот, крутившийся у ног, вдруг запрыгнул на стол и начал важно расхаживать среди блюд.

– Назад, Мурзик! – крикнула Дарья, но кот уже впился зубами в мясо.

Стол сложился, как книга, поглотив еду и животное, затем снова раскрылся – пустой.

Дверь избушки щелкнула и распахнулась, приглашая новых жертв. Карл рванул Дарью за руку, и они выскочили наружу. Отбежав, оглянулись на проклятую избушку.

– Жалко кота… – прошептала Дарья.

– Он ценой жизни нас спас. – Карл сжал кулаки. – Теперь ясно, куда делись охотники.

Они поспешили прочь из леса, выбравшись на открытую местность.

Глава 4

Пейзаж постепенно менялся. Вместо зеленых лугов и лесов теперь тянулась безжизненная пустыня. Исчезли не только деревья, но и сухая трава. Лишь изредка попадались скрюченные безлистные кустарники.

Карлу приходилось таскать за собой ветки, чтобы вечером развести хоть маленький костер и согреться. Местность стала холмистой, изрезанной оврагами, – следы давно исчезнувших рек. Обрывистые берега были единственными свидетелями былой жизни.

Остановившись, Карл указал на далекую гору, укутанную черными тучами, очертаниями напоминавшую роскошную меховую шапку.

– Нам туда. Еще два дня пути. Кажется, что близко, но это обман. Там живет ближайший из колдунов. – Он махнул рукой на выжженную землю. – Их жадность сделала эту землю мертвой. Дожди здесь редкость, солнце почти все уничтожило. Нет травы – нет животных. Только змеи да жуки.

Ночью они устроились у поваленного дерева. Карл насобирал еще сухих веток, достал кремень и огниво, ловко высек искры, развел костер. Согревшись, они перекусили тем, что оставалось в сумке.

– Завернись в плащ и прижмись к стволу, – предложил Карл.

Дарья, свернувшись клубком, вспомнила родную печь с белыми изразцами. Тепло его тела и эти мысли убаюкали ее.

Утром, когда Дарья собиралась надеть платок, Карл резко выхватил его. На песок упал скорпион. Дарья вскрикнула.

– Здесь каждую вещь нужно проверять, – строго сказал Карл, осматривая ее одежду. – Самоуверенность убивает.

Идти стало тяжелее. Горячий песок забивался в обувь, натирая ноги. Частые остановки замедляли путь.

Без Карла она бы не выжила. Он находил воду, помогал перебираться через овраги, добывал скудную пищу. На исходе второго дня они достигли цели.

Замок колдуна вздымался из серого камня, словно продолжение холма. Монументальные стены сливались с землей, две молчаливые башни стояли как стражи. Ни флагов, ни признаков жизни – только ветер выл между камней. За главной стеной виднелось странное сооружение с металлическими шпилями, его темные проемы казались слепыми.

Сухой ров обрушился, позволяя подойти и вскарабкаться к воротам. Карл постучал посохом. Заскрипела заслонка, грубый голос прохрипел из темноты:

– Вам чего?

– К хозяину по важному делу, – ответил Карл.

Стражник осмотрел их сонными глазами через окошко и буркнул:

– Ждите.

После долгого ожидания ворота со скрипом открылись. Им указали на арку с дверьми. Внутри их встретил иссохший человек в черном, будто парящий над ступенями. Это и был колдун – он провел гостей в зал и опустился на трон, словно на пуховую перину.

– Зачем пришли? – спросил колдун.

– Нам нужна помощь, – твердо сказала Дарья. – Я хочу вернуться домой.

Колдун поднялся и подошел вплотную. Его рука с длинным рукавом почти коснулась ее груди.

– Тебя зовут Дарья… Чуждую силу в тебе чувствую. Твой мир вижу. Желаешь вернуться?

– Разве это возможно?

– Все возможно. Но плата – скипетр короля соседнего королевства.

– Зачем он вам?

– Не твоя забота. Достанете – помогу вернуться домой. Нет – останетесь здесь.

Выбора не было. Пришлось отправляться в соседнее королевство – четыре дня пути через ту же безжизненную пустыню. Во время привала Карл указал Дарье на ворона, сидевшего на суку:

– Первая живность за всю дорогу. Но что-то говорит мне, что это не так. Сидит и наблюдает за нами. Даже не боится. Наверное, шпион соседского колдуна нас контролирует. Будем осторожнее.

Пройдя за день около сорока километров, они устроили ночлег. У костра Дарья рассказывала о своей жизни – об учебе, мечтах, деревне. Карл молча слушал, лишь изредка вставляя:

– Тебе повезло. Моя жизнь – борьба за выживание. Но это закаляет.

На следующий день на горизонте появился замок, но путь им преградил глубокий каньон – сто метров в глубину, десять в ширину. Обойти и преодолеть его было невозможно – ни моста, ни подходящих деревьев. Решили идти вдоль обрыва вправо, в низину.

Когда склоны стали более пологими, Дарья остановила Карла:

– Погоди! Этот песок опасен.

– С чего ты взяла?

– Это зыбучие пески, – объяснила она. – Они затягивают, как болото.

– Проверим.

Карл отыскал увесистый камень и швырнул его в подозрительный участок.

Камень на мгновение застыл, лишь слегка погрузившись, затем медленно исчез – будто его проглотили. Песчаная гладь тут же сомкнулась, не оставив и следа.

– Ты была права. – Карл отвел ее подальше от опасного места. – Обойдем стороной.

С наступлением вечера они остановились на ночлег в защищенной от ветра яме у обрыва. Карл разжег костер из сухой травы и поймал ящерицу под камнем. Два дня без еды и воды давали о себе знать. Разделанное и поджаренное мясо напоминало курицу – Дарья впервые попробовала пресмыкающееся: голод не оставил выбора.

Ночью Карл, как обычно, обнял ее для тепла. Утром они проснулись от холода – земля покрылась изморозью. Разогревшись быстрой ходьбой, продолжили путь.

К полудню нашли пологий спуск в каньон. Карл страховал Дарью веревкой, пока они осторожно спускались. Внизу было прохладнее, встречались лужицы с водой. Наполнив бурдюк, они двинулись вдоль каньона, ловя по пути ящериц на ужин.

Утром в очередной лужице обнаружили черных рыбок, похожих на карасей. Карл поймал их голыми руками – жареная рыба стала неожиданным деликатесом.

– Откуда здесь вода и рыба? – удивилась Дарья.

– Дождевые потоки, – предположил Карл. – А рыбу могли утки на лапках занести. Или когда-то тут был ручей.

К обеду они вышли к развилке и выбрали левый овраг – правый вел в тупик. Весь день искали подъем, но безрезультатно. На ужин поджарили черепаху – новый неожиданный деликатес.

Перед рассветом Карл резко проснулся:

– Слышишь?

– Земля дрожит…

– Вставай! Надвигается беда.

Едва успели собраться, как хлынул ливень. Вода стремительно заполнила овраг, превращаясь в бурлящий поток. Они взобрались повыше, но вода уже доходила до колен. Карл привязал себя к Дарье веревкой.

– Держись на воде! По моей команде – плывем к берегу!

Их понесло с бешеной скоростью. Вдруг волна накрыла с головой – только веревка не дала потерять друг друга. Дарья, вспомнив летние заплывы в озере, изо всех сил работала руками и ногами.

Карл подтянул ее к себе и толкнул к берегу. Дарья успела ухватиться за камень, но ненадолго – соскользнула рука. Она опять оказалась в воде. В последний момент ее спутник вытащил их на сушу.

Дождь прекратился так же внезапно, как начался. Дрожащую от холода Дарью Карл растирал сильными руками, пока по ее телу не разлилось тепло. Она не сопротивлялась – его забота была сейчас так нужна.

Высушив одежду, Дарья осторожно достала бабушкину книжицу – страницы нужно было просушить.

– Смотри! – Она показала Карлу книгу. – Страницы не промокли, текст четкий. Как будто выжжен, а не написан.

Когда они обсохли, девушка заметила:

– Ты весь исцарапан! – И перевязала другу руку своим платком.

Вечером у костра, пока Карл спал, положив голову ей на колени, Дарья снова открыла книгу. На одной странице краснела надпись «От ран телесных» с четырьмя строками ниже. Она прошептала их и заснула.

Утром Карл разбудил ее, полный сил:

– Чудо какое-то! – Он показал Дарье чистую ладонь. – Вчера рана была, сегодня – ни следа.

После завтрака они продолжили путь к замку, который теперь отчетливо виднелся вдали. Он поражал своими размерами и изяществом – розовые стены с изысканными барельефами явно создавались с участием женской руки. Множество дорог, сходившихся к воротам, говорило о былой оживленности этих мест.

Но вместо гостеприимства их встретили вооруженные всадники, внезапно появившиеся словно из-под земли. Связанных пленников доставили в замок и бросили в сырую темницу с крошечным окошком под потолком. Дарье развязали руки, а Карла швырнули на гнилую солому в углу. Как только дверь за конвоирами захлопнулась, девушка сразу принялась освобождать Карла от пут, растирая онемевшие запястья.