Текст книги "Волшебная Академия Деда Мороза"

Автор книги: Эдуард Успенский

Левша нажимает на клавишу. Свет. Звук. Появляется внук.

Дед Мороз. Ну что, Ваня, понял хоть что-нибудь? Появилось у тебя хоть какое-нибудь желание?

Внук. Появилось. Чтобы вы меня больше в этот кристалл не пихали (бурчит). Хороши зимние каникулы: сперва чуть голову не отрубили, потом утопить хотели.

Дед Мороз. Что поделать? Такая у нас история. Но если ты боишься...

Внук. Что? Я боюсь? Да я, если надо, – хоть к пиратам, хоть к людоедам.

Дед Мороз. Пираты и людоеды – это ерунда! Запомни, самые страшные люди на свете – невежи...

Милиционер (возмущенно). А что это вы на меня смотрите? Я, между прочим, высшую школу милиции заканчивал!

Дед Мороз. Я смотрю на вас потому, что хочу отправить внука в одно очень мрачное место. Чтобы он понял, как мы хорошо сейчас живем...

Милиционер. В тюрьму что ли?

Дед Мороз. В Рим, в семнадцатый век!

Левша. Будет сделано.

Нажимает на клавишу. Внук исчезает.

Сцена «Ученик Джордано Бруно»

Звездное небо. У костра сидят трое монахов, одетых в черные одежды с капюшоном. В определенный момент, когда монахи сбросят капюшоны, под ними окажутся профессорские конфедератки. Костер затухает.

Средний монах. Брр! Холодно.

Младший монах. Давайте дровишек подкинем!

Старший монах. Нельзя. Папа говорит, что дрова нужно экономить. Вот поймаем какого-нибудь еретика – и на костер... тогда погреемся.

Средний монах. Брр! А я вот смотрю на звезды и думаю. Там в небе тоже живут какие-нибудь монахи и костры жгут. Портянки сушат... а ведь звезды, братья, каждую ночь горят. Представляете, сколько на небе дров.

Младший монах. Еловых, сосновых, березовых...

Старший монах. Молчите, дураки! (Дает братьям подзатыльники.)

Младший монах (жалобно). Ты чего?

Старший монах. А того! Чтоб я больше этих глупостей не слышал. Чему вас учили? Звезды – это небесные...

Средний монах. Лампочки!

Старший монах. Не лампочки, а светильники (дает подзатыльник)... И зажигают их...

Младший монах. Дворники!

Старший монах. Ангелы! Болваны! (Новый подзатыльник.) Вон над вами даже дети смеются.

Появляется внук.

Внук. Что это вы здесь делаете?

Старший монах. Греемся. А вот скажи нам, мальчик, что такое звезды?

Внук. Ну, это все знают. Звезды – это такие далекие небесные тела, навроде нашего Солнца...

Старший монах. Что?! Ты разве не слышал, что говорил папа?

Внук. Какой папа?

Средний монах. Он спрашивает, какой папа? У нас папа один. Римский.

Младший монах. Что за дети пошли?! Чему их только в школе учат?

Монахи сбрасывают капюшоны и, используя посохи как указки, поют песню-«урок», во время которой на экране возникнут гравюры из древних астрологических учений: Земля на трех китах и т. д.

Песня монахов

(слова А. Усачева)

 
На трех китах Земля стоит
И потому не кружится.
Так римский папа говорит,
А папу надо слушаться.
 
 
А небо тверже, чем алмаз,
Иначе мир обрушится,
Так церковь-мама учит нас,
А маму надо слушаться.
 
 
Припев. Зря говорят, что мы убогие
И мы не знаем астрологии,
И дразнят нас, что мы фанатики,
Не понимаем математики...
А чего тут понимать?
Дважды два, известно, пять!
 
 
И свечки на небе горят.
И ангелами тушатся!
Учителя нам говорят.
А старших нужно слушаться!
 
 
Припев. Зря говорят, монахи – шизики,
Не знают химии и физики,
И дразнят нас, что мы фанатики,
Не понимаем математики...
А чего тут понимать?
Дважды два, известно...
 

Внук. Четыре!

Младший монах. Что? Ты с кем споришь? Невежа! Галилей! Коперник! Двоечник!

Средний монах. Может быть, ты еще скажешь, что Солнце вокруг Земли вращается?

Внук. Конечно. Нам учитель говорил...

Старший монах. Все ясно. Мы поймали ученика Джордано Бруно. Но вчера твоего учителя сожгли. А сегодня на костер отправим тебя.

Внук. На пионерский?

Средний монах. На пенсионерский!

Младший монах. Ух, погреемся!

Внук. Вы что, дядя, серьезно?

Старший монах. Джордано Бруно тебе дядя! А мы – святая инквизиция. Нам папа римский – дядя, то есть дядя римский – папа... Тьфу ты! В общем, или ты признаешь, что Солнце вращается вокруг Земли...

Младший монах. А дважды два пять...

Внук. Ерунда. Дважды два четыре!

Старший монах. Ну, что ж, тащите его к столбу, а я – за хворостом!

Внук (пытаясь вырваться). Пустите, да пустите же меня! Левша!

Левша и Дед Мороз у волшебного кристалла.

Левша. Сейчас... (Нажимает на клавиши.) Что такое?.. Дедушка! Беда! У меня сбой в программе. Возвращатель не работает. Боюсь, пока я его исправлю, Ваню сожгут...

Дед Мороз. Ох, эта техника. Что делать?!

Левша. Может, к ним ученых послать? У меня есть два знакомых академика.

Дед Мороз. Тогда они и ученых сожгут. Академиков.

Левша. А милиция? Пусть она задержит этих монахов. Где наш милиционер?

Милиционер. Я здесь, но я не могу. Я на службе в России! А там Италия!

Дед Мороз спрашивает у детей, кого нужно послать.

Те отвечают: ОМОН, пожарных...

Дед Мороз. Стоп! Рисуй огнетушитель! Да-ни-ла!

Данила рисует лазером сначала чашу, а потом – огнетушитель.

Левша нажимает на клавишу. Из прошлого доносится вопль.

Внук бегает за монахами, поливая их из огнетушителя.

Монахи исчезают в кристалле. Внук остается.

Левша. Дедушка, а внук-то у тебя с характером. Принципиальный мальчик.

Дед Мороз. Не принципиальный. А упрямый. Ну что, появилось у тебя хоть какое-нибудь желание? Может, ты серьезным ученым захотел стать?

Внук. Не хочу, видел я этих ученых, безграмотных.

Сцена «Знакомство с русской историей»

Во время этой сцены на экране появляются шуточные картинки-иллюстрации: петухи, картошка, будильник и т. д.

Дед Мороз. Ну-ну. Можно подумать, что ты грамотный. «Дважды два четыре». Скажи-ка, внучок, что ты знаешь про историю Руси?

Внук. Да все знаю.

Дед Мороз. А вот мы сейчас проверим. Расскажи-ка ты мне, как представляешь себе день славянского поселянина, допустим, в девятом веке.

Внук. Хорошо. Я сейчас расскажу, как я представляю день славянского поселянина, допустим, в девятом веке. (Начинает торжественно, как стихотворение, декламировать.) Шесть часов утра. Русский крестьянин Иван...

Левша. Не было такого имени Иван. Оно пришло в Россию только с крещением Руси в десятом веке.

Внук. Хорошо. Русский крестьянин Рогдай в шесть часов утра...

Левша. Не было часов. Их стали пользовать на Руси только в пятнадцатом веке.

Внук. Хорошо... Поют петухи. Русский крестьянин Рогдай...

Дед Мороз. И петухов не было. Не было петухов. Их завезли из Индонезии в двенадцатом веке.

Внук. Ладно. Раннее утро. Русский крестьянин Рогдай вышел на свое картофельное поле...

Дед Мороз. И картофеля не было. Его завезли из Америки при Петре I... Вот так жил славянский поселенец в, допустим, девятом веке. Не сладкая жизнь была. Так что, милый юноша, неважно ты знаешь историю Руси. Придется предпринять тебе новое путешествие, чтобы лучше с нашей историей познакомиться. Левша, починил ты свой доставатель... или как его?

Левша. И доставатель, и посылатель... Куда посылаем?

Дед Мороз. В десятый век. Где жил знаменитый вещий Олег.

Левша нажимает на клавиши. Внук исчезает и появляется в кристалле.

У стен Царьграда.

Сцена «Щит на вратах Царьграда»

Дружинник ставит парус.

Внук (входит, оглядывается). Красота какая! Это что Киев, столица Киевской Руси?

Дружинник. Нет, малый, это Царьград. Столица Византии.

Внук. А почему здесь по-русски говорят?

Дружинник. Потому что взяли мы его на днях. Греки перегородили бухту цепью. Но наш князь Олег приказал вытащить ладьи и поставить их на колеса. Когда греки увидели, как корабли идут по полю, так закричали «Урусы на колесах! Урусы на колесах!» и сразу запросили мира.

Внук. Здорово! А где он, ваш князь?

Дружинник. Да вот он!

Олег ходит у ворот Царьграда и бьется головой о щит (или щитом о голову). За ним ходят дружинники с ведрами и кистями. Когда князь прекращает битье головой, один из них спрашивает: «Княже! Что писать-то?»

Олег. О, стыд и позор на мое чело! Царьград взяли. Дань взяли. А надписи в назидание потомству оставить не можем? Где светлые умы? Где русская изобретательность? (Снова начинает биться головой.)

Внук (к дружиннику). Что это с ним?

Дружинник. В память о победе решили оставить какую-нибудь надпись. А что написать – никто не знает!

Олег. Тому, кто придумает, шубу соболью со своего плеча пожалую...

Воевода. Шубу? Князь, а давай напишем: «Здесь были вещий Олег... Вася, Федя, Игнат...»

Дружинники продолжают выкрикивать имена.

Все предлагаемые надписи пишутся лазером по всей декорации.

Олег. Это же не забор, Вася! А ворота Царьграда. Да и длинно. Короче надо!

Воевода. Ну, тогда: «Здесь был Олег и др.»

Олег. Что еще за «др»?

Воевода. «Др» сокращенно – дружина.

Олег. Не поймут. Азия!

Писец. А может быть, что-нибудь в стихах. Например:

 
Увидев русский меч и щит,
Царьград в испуге трепещит...
 

Олег. Не «трепещИт», а «трепещет»... Грамотей!

Внук. А может быть, не писать ничего. А прибить твой щит. Понятно и...

Олег. Гениально! Возьмите мой щит и прибейте его на ворота! Это останется на века.

Дружинники по веревкам лезут на ворота, остальные выстраиваются и торжественно передают щит наверх. Приколачивают верх ногами. Слышен голос: «Перевернуть надобно!» Дружинник переворачивается вверх ногами и приколачивает щит правильно.

Олег (снимает с себя шубу и надевает ее на внука). Носи! Твоя! Или, может, у тебя еще какое-нибудь желание? Может, хочешь в моей дружине остаться?

Внук. Спасибо! Нет у меня никаких желаний. Домой вот хочу вернуться.

Олег. Мы тоже на Русь возвращаемся. Залезай в мою ладью. Подвезу!

Внук и Олег забираются в ладью.

Олег. Поднять паруса! Отплываем. То есть пока отъезжаем!

Воевода. Ветра нет, князь.

Олег. Нет?!! В моей дружине – восемьдесят тысяч воинов. А ну-ка дунули...

Дружинники. Э-эх, дунем. Е-еще раз!

Эх, дунем, подунем, да...

Парус затрепыхался, но слабо.

Олег(в зал). А вы чего сидите, отроки? Али не хотите помочь своему князю?

Дети дуют. На экране возникают проплывающие мимо лазерные берега. С каждым дуновением ладья – толчками – все быстрее плывет в Киев или на другую сторону сцены.

Левша и Дед Мороз у волшебного кристалла.

Левша. Сообразительный паренек твой Ваня.

Дед Мороз. А желаний – никаких. Зря только время теряем.

Появляется внук.

Левша(Деду Морозу). Зато он, наверное, уму-разуму набрался.

Внук(стаскивая шубу и хлопая себя по всем местами). Блох набрался. Они в этой шубе здоровые, как лошади! Левша, хочешь – подарю? С утра до ночи будешь их подковывать! А вообще, дед, скажу, грязь в этой Древней Руси!

Левша(с обидой). Насчет блох не знаю, а вот насчет Руси ты не очень подкованный. Наш Великий Новгород, между прочим, был одним из самых культурных городов в Европе. Там уже в девятом веке были и мостовые, и водопровод, и канализация.

Дед Мороз. А в одиннадцатом – и выборы свободные, и голосование.

Внук (скептически). Голосование?!

Дед Мороз. До чего же ты, Ваня, сомнительная личность. Левша, отправь-ка его в одиннадцатый век.

Левша. Один момент.

Ваня исчезает.

Сцена «Новгородское вече»

На колокольню лезет звонарь.

Внук (появляясь рядом). Дядь, ты куда собрался?

Звонарь. Звонить надо.

Внук. Звонить? Ничего себе. Это чего же, у них в Новгороде в одиннадцатом веке телефон изобрели? (Лезет за звонарем.) Эй, дядь? А ты кому звонить-то хочешь?

Звонарь. Народу! (Звонит в колокол.) Вече сегодня.

Внук. А-а... в колокол. А я думал, у вас там телефонная будка. Слушай, а что это за вече?

Звонарь. Вече – значит, голосовать будем. Воеводу выбирать.

Внук. А где урны избирательные? Что-то я их не вижу.

Звонарь. Урны у нас, мальчик, мусорные.

Внук. А как же вы тогда голосуете?

Звонарь. Известно как – голосами. За кого народ громче крикнет – того и выберут. Сейчас сам увидишь!

На сцену вываливает толпа новгородцев. На помост перед волшебным кристаллом взбирается посадник, боярин Кучка. Во время его речи на экране появляются портреты «кандидатов», которые вырастают и уменьшаются в зависимости от рейтингов. Один из кандидатов – варяг в рогатом шлеме, или швед из фильма «Александр Невский», другой – сам князь Александр Невский. Желательно использование кадров из фильма.

Кучка. Земляки! Граждане! Бояре и боярыни! Сегодня мы должны решить, кто станет нашим воеводой. Лично я, боярин Кучка, советую голосовать за именитого шведского рыцаря Карла фон Либкнехта Свинссона. Все, кто крикнет за него, получат по фунту сахару заморского сладкого, да по два фунта селедки стокгольмской, да лапти шведские фирменные...

Кучка, выставив ногу вперед, демонстрирует всем необыкновенные фирменные лапти. Шум в народе.

Звонарь (с колокольни). Не верьте! Продаст он нас за лапти шведам!

Кучка (угрожающе). А кто против будет – я, как посадник, посажу... кое-куда. Вторая кандидатура: малоизвестный князь Александр. Программа у него, прямо скажем, небогатая (может быть, в этом месте прозвучит «Кто на русскую землю с мечом...»): купцов не грабить, бедных не притеснять. Защищать землю родную и веру!.. А верой, как известно, (показывает селедку) сыт не будешь!

Народ. Верно.

Начинается бурное обсуждение и размахивание руками.

Внук. Не нравится мне этот ваш Кучка!

Звонарь. Всем не нравится. Да боятся его. А он за лапти Новгород продаст шведам и финнам.

Внук. Неужели ничего нельзя сделать? А если им всем мороженого послать, эскимо – по десять штук, чтобы они охрипли и голосовать не смогли?.. Дедушка, ты мороженое в одиннадцатый век можешь выслать?

Голос Деда Мороза. Могу. Но не буду. Голосование должно быть честным.

Внук. Честным-честным... Новгород ведь продадут! (К звонарю.) Слушай, дядь, а у вас со скольки лет голосуют?

Звонарь. А со скольки голос есть!

Внук. Вот это демократия! Левша, а ты бы не мог в одиннадцатый век звук провести, чтобы ребята проголосовали? У нас-то в двадцатом веке им не скоро дадут!

Голос Деда Мороза. Вот шельмец! Ишь, что выдумал!

Кучка. Внимание! Начинаем выборы. Кто за рыцаря Карла фон Либкнехта Свинсона? (Новгородцы кричат.) А теперь – кто за князя Александра?

Внук (в зал). Не подведите, ребята. Готовы?

Зал кричит: «А-лек-сан-дра!!»

Звонарь. С оглушительным успехом победил Александр!

Кучка (приставив ладонь к уху). Чяво?

Внук. Что, оглох, боярин? Сам носи свои шведские лапти!

Звонарь. Молодец! Ты откуда, парень, у нас взялся?

Внук. Из Москвы.

Звонарь. А это где?

Сцена «Москва XII века»

Левша. Вот вам и демократия. А грамотности никакой.

Дед Мороз. Так ведь Москва-то и в одиннадцатом и даже в двенадцатом веке еще деревней была.

Левша. Да ну?

Дед Мороз. Не веришь – сам посмотри!

Левша нажимает на клавиши. На экране мы видим деревню. С бабами и мужиками, с гуслярами и ложечниками.

Древние москвичи поют песню. Во время песни на экране появляется зрительный ряд: деревянный частокол, белокаменный Кремль, краснокирпичный Кремль и т. д. В результате мы видим, как из деревни Москва превращается в огромный мегаполис. Исполнение песни начинается на гуслях и балалайках, а затем присоединяется к ним современный оркестр, вырастая в оркестровое симфоническое произведение.

Деревенька Москва

(слова А. Усачева, музыка П. Овсянникова)

 
У реки на сосновой опушке,
Там, где пела ночами сова
Да в лесу куковали кукушки,
Родилась деревенька Москва.
В ней пахали и сено косили,
Жали рожь и рубили дрова,
Да высокой стеной обносили -
Вот какая деревня Москва!
 
 
Угощала гостей хлебом-солью,
И летела по свету молва,
И звонили ее колокольни:
Есть большая деревня Москва!
И пожары прошли, и набеги.
Но вставала она, как трава.
И дивились татары и греки:
– Вот какая деревня Москва!
 
 
Вырос город на месте чащобы:
Из асфальта торчат дерева,
И растут, как грибы, небоскребы...
Ох, большая деревня Москва!
Не видать ни конца ей, ни края,
Ни за год не пройти, ни за два —
Вот столица в России какая!
Вот какая деревня Москва!
 

Древние москвичи с песней ушли в прошлое.

Дед Мороз. Эх, хорошо поют! Это тебе, Ваня, не рэп... А где внук? (Оглядывается.)

Левша. У меня, дедушка, неприятность. Доставатель опять забарахлил. Не могу я вашего внука пока вытащить.

Дед Мороз. Вот еще новость. И долго он будет по временам мотаться?

Левша. Так вы же сами хотели...

Дед Мороз. Но под присмотром. Мал он еще, как бы какой беды не натворил.

Левша. Не волнуйтесь (водит стрелкой по карте Москвы). Нашел. Кажется, он в Кремле. Возле царь-пушки крутится...

Дед Мороз. Похоже! Когда мы в Москву ехали, он спрашивал, правда ли она самая большая и почему ни разу не стреляла? Сделай получше изображение...

Изображение делается лучше. В волшебном кристалле мы видим царь-пушку. Причем дуло ее торчит из экрана и направлено в зал.

Внук. Интересно, а чего из нее не стреляли? Заржавела что ли?

Внук лезет в дуло, не обращая внимания на голоса деда и Левши: «Ваня! Не лазь!» На шум выходят два стрельца.

Первый стрелец. Кричат чево-то! Уж не басурмане ли подошли?

Второй стрелец (глядя в зал). Гляди, сколько народу. Давай, бабахнем для острастки!

Пушка выстреливает с грохотом и дымом внуком Деда Мороза. Выстреленный внук оказывается на балконе и довольно орет: «Ха! Выстрелила!» Убегает.

Дед Мороз. Вот пострел, так пострел. Ну, и куда он теперь рванул?

Левша. В Грановитую палату рванул.

Дед Мороз. Это хорошо!

Левша. Во времена Ивана Грозного.

Дед Мороз. А вот это плохо! Как бы Иван Васильевич вместо своего сына моего внука не того... Ремонтируй живее свой доставатель!

Сцена «Иван Грозный обучает своего сына»

На сцене большой длинный стол, покрытый золотой скатертью.

Внук (появляясь, оглядывается). Ого, куда я попал! Да это же царский трон! Красиво! Умели же люди жить! Ой, какая шапочка!

Надевает шапку Мономаха. Слышен шум и шаги.

Внук залезает под скатерть. Входит Иван Грозный, вводит сына Ивана лет десяти. Оба садятся – друг напротив друга.

Царевич. А я говорю – учил.

Грозный. Сейчас мы проверим твои знания. А ну-ка, повтори нам все наши царские титулы.

Царевич. Мы есть великий государь, царь и великий князь всея Руси, владимирский, московский... владимирский, московский...

Грозный (злится, хлещет посохом по столу, внук под столом подскакивает). Неужели так трудно запомнить: новгородский, царь казанский, царь астраханский, государь псковский, великий князь смоленский, тверский, югорский, пермский, вятский, болгарский и иных государств царь.

Царевич. И иных государств царь.

Грозный. Каких?

Царевич. Не помню.

Грозный. Почему не выучил? (Опять хлещет посохом. Внук под столом подпрыгивает.) Нет, я тебя убью! Твое счастье, что настроение у меня хорошее: Ливонию мы взяли и Курляндия наша. Повторяй!

Царевич. Князь смоленский, тверский... Не помню я!

Грозный. Убью! Повторяй, собачий сын: югорский, пермский, астраханский!

Царевич. Югорский, пермский, собачий, астраханский и иных царств сын!

Грозный. Нет, я сейчас тебя посохом!

Так бьет посохом по столу, что внук Деда Мороза выскакивает.

Царевич убегает. Царь с посохом гонится за Ваней.

Внук. Дедушка, Левша! Спасите!

Левша и Данила у волшебного кристалла.

Левша (Даниле). Слушай, Данила-мастер, выручай. Доставатель барахлит. Может, замыкание?

Данила. Если замыкание, то это проверить просто (достает здоровый молот).

Левша. Э-э...

Данила. Не волнуйся, я у себя на Урале так всем старушкам телевизоры отремонтировал!

Со всей силы шарахает молотом по кристаллу. Грохот.

Мальчик со скатертью, как с плащом, и в шапке Мономаха возникает на сцене.

Дед Мороз. Ну, как там дела?

Внук. Это добром не кончится. Он так плохо учится, что отец его рано или поздно прибьет.

Левша. За что?

Внук. За двойки!

Дед Мороз. А это что?

Внук. Шапочка.

Дед Мороз. Ничего себе шапочка. Это же шапка Мономаха. Левша, немедленно отправь ее назад (передает шапку Левше, обращается к внуку). Ну что, внучок, появилось у тебя хоть какое-нибудь желание... Ты же видел, как Москва строилась. Может, хоть строителем хочешь стать?

Внук. Так ее и без меня построили...

Дед Мороз. Ну, что же ты за человек такой! Мы же из-за тебя в третье тысячелетие не попадем. Ты хоть это понимаешь?

Внук. Дед, не ругайся! Лучше объясни, почему я нигде новогодних елок не видел? Или их тоже на Русь из какой-нибудь Австралии в каком-нибудь семнадцатом веке завезли?

Дед Мороз. Нет, Ваня, елки на Руси всегда росли. Просто Новый год праздновали не в Новый год.

Внук. Как это не в Новый год?

Дед Мороз. Раньше Новый год отмечали в сентябре. И только триста лет назад Петр Первый издал указ. Левша, мы в тысяча шестьсот девяносто девятый год попасть можем?

Левша. Нет проблем!

Сцена «Указы Петра Великого»

Левша нажимает клавиши. Торжественно звучат трубы.

На экране появляется неподвижная тень императора, сидящего на коне.

Из динамика доносится голос Петра:

«ВСЕМ ГРАЖДАНАМ РОССИИ!

Поелико в России считают Новый год по-разному, с сего числа перестать дурить головы людям и считать Новый год повсеместно с 1 января. В честь Нового года учинять украшения из елей, детей забавлять, на санках катать с гор, а взрослым людям пьянства и мордобоя не учинять, на то и других дней хватает.

15 декабря 1699 года».

В финале речи раздается ржание лошади, Петр I машет рукой и опять становится неподвижным.

Внук. Вот это царь! В указе о детях писал. Сейчас бы нам такого (в зал). Да?.. Дед, а давай Петра в наше время вытащим. Представляешь, какая у нас страна будет?

Дед Мороз. Нельзя! Петр, конечно, великий человек был, но не совсем...

Внук(в зал). Ничего! Я сейчас кое-что придумаю. (К Левше.) Слушай, Левша, а что это за красная клавиша?

Левша. Это компьютерный доставатель. Но трогать его нельзя.

Внук. Понял!.. Ой, смотри, летающая тарелка (показывает в небо над залом.)

«Где?!» – смотрят и Левша, и Дед Мороз, и дети.

А Ваня тем временем нажимает на красную клавишу.

Из компьютера вылезают перепуганные купцы и бояре и разбегаются по залу. А за ними выходят гвардейцы Петра. С саблями. А один – в белом фартуке и с ножницами. Поют песню.

Песенка о бороде

(слова А. Усачева, музыка П. Овсянникова)

 
Казне нужны налоги!
Откуда взять доход
На новые дороги,
На армию и флот?
И император строго
Издал такой приказ:
Для лишнего налога
Побрить, ребята, вас!
 
 
Припев. С каждой маленькой бородки
Мы отхватим по полсотки.
А большая бородища —
Это, верно, будет тыща!
 
 
Страна у нас такая:
Карманы все худы,
И деньги утекают
Куда-то не туды.
Народ у нас бездельник,
И Петр кинул клич:
Тем, кто не платит денег,
Все бороды остричь!
 
 
Припев.
 

Петровцы проходят по залу, ищут бородатых людей: «Что, борода еще не выросла?» «Ничего, мы подождем!»

Вдруг замечают на сцене Деда Мороза.

Старший гвардеец. Эй, дедушка, а у тебя, пожалуй, тыщи на две потянет... А то и на три!.. В общем, или деньги плати, или острижем тебя!

Дед Мороз. Да вы что, ребята, я же Дед Мороз!

Гвардеец. А нам все равно, хоть Дед Мороз, хоть Баба Яга. Борода есть – плати!

Левша. Не волнуйся, дедушка, сейчас мы их...

Гвардеец (подбегает к Левше и хватает его). Ты арестован, как пособник...

Гвардейцы направляются к Деду Морозу. Внук бросается им наперерез, но его тоже хватают. Вдруг из-за сцены слышится голос: «Стой! Куда, ирод?» И на сцене появляется воин Ирода, волоча за собой батарею. А за ним – милиционер.

Внук. Слушай мою команду! (Командует.) Батарея к бою!

Воин Ирода начинает размахивать своей батареей. Милиционер стреляет из пистолета. Гвардейцы убегают и исчезают в компьютере. Воин Ирода вслед за ними!

Дед Мороз. Уфф! Ну что, Ваня, понял?

Внук. Понял... Не было у нас СОВСЕМ ВЕЛИКИХ людей.

Левша (Деду Морозу). Слушай, дедушка, а может он хочет политиком стать, а? Вот вырастет, мы его в Думу выберем. (Внуку.) Вырастешь – будешь правильные законы издавать.

Внук. Не хочу!

Дед Мороз. Слушай, Левша, появилась у меня одна идея. (Внуку.) Сейчас ты увидишь гения всех времен и народов. Ну, если и после этого тебе ничего не захочется, то я прямо и не знаю (что-то шепчет Левше на ухо).

Левша (внуку). Эх, повезло тебе! Я сам об этом мечтал всю жизнь!

Нажимает на клавишу. Музыка. Затемнение.

Сцена «В гостях у Пушкина»

На фоне бревенчатой стены перед свечкой сидит А. С. Пушкин.

Он что-то пишет. Входит няня, она вводит за ухо внука.

Няня. Лександр Сергеевич, смотри, кого я привела.

Пушкин. И кого же, Арина Родионовна?

Няня. Вот этого нехристя.

Пушкин. И в чем же он провинился?

Няня. Ходил по деревне и у всех спрашивал, где живет главный веник всех времен и народов.

Внук. Не главный веник, а главный гений.

Пушкин. Ты такие слова знаешь? Какой грамотный мальчик. Может быть, ты умеешь и стихи сочинять?

Внук. Умею.

Пушкин. Садись. Будешь помогать. Никак первая строчка у меня не получается.

 
Мороз и солнце – день прекрасный!
Еще ты дремлешь, друг мой ясный... Хорошо?
 

Внук. Можно лучше. «Мороз и солнце – день чудесный. Еще ты дремлешь, друг прелестный...»

Пушкин (в восторге). Неплохо. Это можно даже моей жене посвятить. А дальше как?

Внук. Пора, жена моя, вставай.

Пушкин. Это не годится. Лучше так:

 
Пора, красавица, проснись:
Открой сомкнуты негой взоры,
Навстречу северной Авроры... (задумывается).
 

Внук. «Звездою севера явись!»

Пушкин. По-моему, неплохо.

Внук. По-моему, тоже.

Пушкин. А вот послушай, есть у меня отрывок из одной поэмы... Пока в черновике:

 
У лукоморья дуб огромный,
Златая цепь на дубе том,
И днем и ночью кот... получается – нескромный...
 

Внук. А может, лучше: «У лукоморья дуб зеленый»?

Пушкин. Попробую...

 
У лукоморья дуб зеленый.
Златая цепь на дубе том,
И днем и ночью кот... Ученый!
Ну, конечно же! Ученый...
Все ходит по цепи кругом.
Идет направо – песнь завоет,
Налево – сказку говорит.
Там чудеса! Там леший ... моет...
 

Внук. Лучше:

 
«Идет направо – песнь заводит,
Налево – сказку говорит».
 

 
Пушкин. Там чудеса! Там леший бродит...
Русалка на ветвях сидит!
Там на неведомых тропинках
Следы невиданных зверей.
Внук. Избушка в кожаных ботинках
Идет без окон, без дверей.
 

Пушкин. Замечательно. Вот только «в ботинках» не очень удачно.

Внук (хлопая поэта по плечу). Ну, не в ботинках, так на курьих ножках. Все равно у нас неплохо получается!

Зажигается свет. Перед экраном Левша и Дед Мороз.

Дед Мороз. Забирай скорее этого сорванца. До чего дошел: уже Пушкина по плечу похлопывает.

Левша. Включаем компьютерный доставлятель.

Звучит музыка. Внук возникает на сцене с пушкинским стулом в руках.

Видно, он не хотел оттуда улетать и цеплялся за стул до последней минуты. Слышен голос Арины Родионовны: «Вот и сам сгинул, и стул свистнул. Цыган, не иначе как цыган. Или черт побывал».

Дед Мороз. Ну что, внучок? Может, ты хоть писателем захотел стать?

Внук. После Пушкина?!

Дед Мороз (в отчаянии). Пять минут осталось. Ну, должно же быть у человека хоть одно важное желание. Колумб хотел Америку открыть, Петр Первый – окно в Европу прорубить, Гагарин – в космос слетать. Мы же должны в будущее смотреть!

Внук. В будущее? (Подходит к Левше, что-то шепчет ему.)

Левша (испуганно машет руками). И не вздумай. Он настроен только на прошлое. Никто не знает, что может произойти... Не трогай!

Внук. Я понял, чего я хочу. Прощайте! (Нажимает на пульте красную кнопку и исчезает.)

Дед Мороз. Левша! Что случилось? Куда он?

Левша. Боюсь, что мы больше его не увидим...

Из кристалла начинает идти дым. Свет в экране гаснет.

Гаснет и в зале. Высвечивается только стоящая на краю сцены ракета. Голова внука уже появляется в одном из иллюминаторов. Огни.

Рев космических двигателей. Темнота. Через пару секунд ракеты нет.

Дед Мороз и Левша у экрана.

Дед Мороз (с испугом). Где он?

Левша. Кажется, нашел. Смотрите!

На экране мы видим летящее на нас космическое пространство.

И ствол громадной ели, тянущейся в бескрайнее небо.

На верхушке ее, мигая, дрожит Вифлеемская звезда.

Дед Мороз. Ваня, ты где?

Голос внука. В третьем тысячелетии, дедушка!

Дед Мороз. Что же ты сразу не сказал, что хочешь быть космонавтом?!

Внук. А я и не хочу быть космонавтом. И ни строителем, и ни ученым... Я понял, чего я хочу больше всего на свете. Я хочу, чтобы все люди были счастливы и попали в счастливый двадцать первый век! А если бы этого не произошло из-за меня...

Левша (Деду Морозу). А вы говорили, что у вас плохой внук. (Внуку.) Ну, и как там, в двадцать первом веке?

Внук. По-моему, здорово. И, кажется, мое самое заветное желание исполнилось.

Дед Мороз. Левша! А мы сможем его вернуть?

Левша. Не знаю, хотя... (Вдруг начинает хохотать.) Ну, дедушка, вы меня насмешили...

Дед Мороз (не понимая). А что я сказал?

Левша. Сможем ли мы? Да вы же сами говорили, что если мы чего-нибудь очень захотим, то в двадцать первом веке наши желания исполнятся!

Дед Мороз. Верно, говорил! Правильно говорил.

В зал входит Снегурочка с мешком.

(На входных билетах была напечатана просьба к детям: написать свои пожелания.)

Снегурочка. Дедушка! Смотри, сколько пожеланий от ребят. И это не все. Там еще пять мешков.

Дед Мороз. Ну-ка, ну-ка, интересно, что вы желаете в двадцать первом веке? Снегурочка, прочти, что ребята пишут?

Снегурочка (достает несколько записок из мешка, читает). «Света Ласточкина хочет, чтобы в новом веке у ее братика выросли молочные зубы. А то он каждую ночь плачет и не дает ей спать».

Дед Мороз. Света, ты здесь? Обещаю, что через две недели твое желание исполнится

Снегурочка. Леня Метелкин просит шестисотый «Мерседес».

Дед Мороз. Твое желание, Леня, тоже обязательно сбудется в двадцать первом веке. Через двадцать лет и два месяца, а при хорошей учебе – через семнадцать лет.

Снегурочка. «Я хочу, чтобы никто не болел и все были счастливы. Маша Алексеева».

Дед Мороз. Спасибо, Маша. Если таких пожеланий будет много, то все мы будем жить в самом лучшем, самом счастливом двадцать первом веке... Дома я обязательно прочту все ваши пожелания. Из лучших мы составим послание в двадцать второй век. Представляете, через сто лет ваши внуки или правнуки прочитают то, что вы написали.

Начинается бой часов.

Снегурочка. Дедушка! Тысячелетие кончается!

Дед Мороз. Уф! Успели! Ребята, у кого есть волшебный билет?.. (Все машут билетами.) У всех? Значит, все мы попадем в третье тысячелетие. И получим подарки.

Финальная песня Деда Мороза.

Волшебный билет

(слова А. Усачева, музыка П. Овсянникова)

 
С последним ударом год кончится старый.
Зажжется звезды удивительной свет...
И каждый получит чудесный подарок
И в век двадцать первый волшебный билет!
 
 
Стремительно стрелки прибавили скорость:
Как быстро промчались две тысячи лет.
В грядущее мчится наш сказочный поезд,
Поскольку у всех есть волшебный билет.
 
 
Мы старому веку шепнем «До свиданья!»
И дружно рукою помашем вослед.
И сбудутся наши мечты и желанья...
Ведь это и есть наш волшебный билет!