355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Эбби Глайнс » Иногда это длится (ЛП) » Текст книги (страница 2)
Иногда это длится (ЛП)
  • Текст добавлен: 5 октября 2016, 20:41

Текст книги "Иногда это длится (ЛП)"


Автор книги: Эбби Глайнс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Глава 3

ЕВА

Я стояла на крыльце папиного дома, глядя на знакомые просторы, на которых я выросла и любила всей душой. Столько воспоминаний кружили в моей голове. Когда-то эти воспоминания затрагивали только Джоша, возлюбленного моего детства, моего жениха, а теперь и погибшего солдата. Он был моим миром даже после смерти – пока Кейдж Йорк не ворвался в мою жизнь со своим озорным и грязным языком.

Он не имел ничего общего с Джошем, но я все же влюбилась в него. Улыбаясь, я взяла стакан со сладким чаем и сделала глоток. Я ждала, когда папа вернется со скотного двора. Мы собирались пообедать вместе сегодня, но его новый помощник позвонил утром и сообщил, что заболел. Я уже подъезжала, когда папа позвонил мне и хотел все отменить, но я решила все равно приехать и просто немного насладиться спокойствием и тишиной.

Я хотела остаться и увидеть сегодня отца. В первый раз было трудно уезжать от него. Когда умерла моя мама, я была еще маленькой. Сквозь боль и скорбь мы с отцом становились сильнее. Покидая его, мною завладело чувство вины, но время пришло. Я не могла оставаться с ним вечно.

– Думаю, узнал этот джип, припаркованный перед домом, – донеся голос Джереми со двора. Я повернула голову и увидела брата близнеца Джоша, который стоял под кленом, держа руки в карманах и улыбаясь мне. Я не видела его со времен его зимних каникул в колледже.

Я поставила стакан на деревянные перила на крыльце и сбежала вниз по ступенькам. Джереми раскрыл руки, чтобы заключить меня в свои объятия. Он был такой же частью моей жизни, как и Джош. Мы втроем были неразлучны. Когда Джош умер, Джереми и я держались друг за друга. Мы пережили это, только потому, что были вместе. Я не осознавала, что Джереми готов идти дальше по жизни, пока не появился Кейдж. В какой-то степени Кейдж спас нас обоих.

Руки Джереми обхватили меня и оторвали от земли.

– Ты дома! Я не знала, что ты приедешь домой на этой неделе! Я думала, что тебя не будет еще неделю, прежде чем ты вернешься, – сказала я, крепко его обнимая. Я скучала по нему. Видеть его лицо всегда было горькой радостью. Он был так похож на Джоша.

– Семестр закончился. Время насладится летними каникулами. Что ты здесь делаешь? – спросил он, поставив меня на землю перед собой.

– Я приехала пообедать с папой. Но он уехал на скотный двор. Его помощник заболел сегодня утром.

Джереми игриво пошевелил бровями.

– Почему бы тебе тогда не пообедать со мной?

– С удовольствием. У меня в холодильнике салат с курицей, початки кукурузы и горошек, а в духовке еще теплые бисквиты. Слишком уж много только для меня и папы. Заходи и давай поедим. Ты сможешь рассказать мне обо всех девичьих сердцах, которые разбил за этот год.

В глазах Джереми промелькнуло беспокойство, которое другие бы и не заметили, но другие и не выросли, проводя каждый день их жизни рядом с ним. Я слишком хорошо его знала. И только лишь потому, что очень хорошо его знала, я решила не заострять сейчас на этом внимание. Он что-то скрывал, и я решила позволить ему это.

– Твой салат с курицей домашнего приготовления? – спросил он с довольным выражением лица.

– Да.

– Черт, да, – ответил он и побежал вверх по ступенькам, не дожидаясь меня.

Это было чудесно. Потом я буду скучать по дому… отцу… Джереми… прошлому. Не потому что буду несчастлива с Кейджем – а потому что наоборот буду, безумно. Я просто не чувствовала, что могу говорить с ним о доме. Кейдж и папа по-прежнему не разговаривали друг с другом. Когда они были вместе, это выглядело как-то странно. Даже несмотря на то, что Кейдж никогда не говорил об этом, я знала, что он переживает, что ему никогда не сравниться с Джошем. Если я когда-нибудь упоминала Джоша, все тут же отражалось на лице Кейджа. Я просто не могла во всем ему открыться.

Я поставила для нас тарелки и села напротив Джереми. Мы ели за этим столом со времен, когда я была еще маленькой девочкой. Было по-прежнему приятно переживать эти моменты.

– Расскажи мне о колледже. Ты уже влюбился в кого-нибудь без памяти?

Джереми взглянул на меня, а потом вновь опустил взгляд на тарелку. Затем набрал на вилку горошек и положил его в рот. Вероятно, это было не то, о чем он хотел бы говорить. Что означало, что мы должны об этом поговорить. Выводить Джереми на разговор, когда у него были проблемы, всегда было задачей Джоша. Я наблюдала за их жизнями на протяжении нескольких лет. Я знала Джереми также хорошо, как и Джоша.

– Говори, Джер, – сказала я, положив свою вилку и устремив на него взгляд.

Он вздохнул и помотал головой.

– Ничего такого, что стоило бы обсуждать.

– Да, но я лучше знаю. Ты не можешь мне лгать, – ответила я.

Джереми откинулся на спинку стула и посмотрел на меня.

– Хорошо. Я не думаю, что жизнь колледжа для меня. Я думал, что это то, что я хочу. Я не мог дождаться того момента, как выберусь отсюда… Ты знаешь, подальше от этого маленького городка. Но я скучаю по нему. Чертовски сильно скучаю. Я скучаю по пробуждению ранним утром и выходу на улицу еще до того, как высохла роса. Я скучаю по запаху земли и работе под палящим солнцем. Я так долго хотел оставить эту жизнь, и теперь вдруг осознал, что это мой дом. Это то, что я есть.

Я в чем-то его понимала. Я тоже скучала по этой земле. Может не так как он, но это было частью нас.

– Тогда возвращайся домой. Если это та жизнь, которую ты хочешь, возвращайся домой.

Я видела сомнение в его глазах.

– Я хочу… но мама так мною гордится. Впервые в жизни, она гордится мной так, как гордилась Джошем. Я любил своего брата, ты знаешь, Ева, но я никогда не был так хорош в глазах матери, как Джош. Она обожала его. Он был тем, кого все любили. – Он сделал паузу и опустил свой взгляд. – И я понимаю почему. Я тоже его любил. Но очень приятно почувствовать хоть раз, что я делаю то, за что она мной гордится, даже несмотря на то, что сначала она не хотела, чтобы я уезжал. Но теперь она рада, что я это сделал.

Я наклонилась через стол и устремила свой взгляд на Джереми, пока он не поднял глаза.

– Джереми Бисли, послушай меня, и слушай хорошо. Твоя мама считает, что ты ходишь по воде. Она обожает тебя так же, как обожала Джоша. Да и как ей этого не делать? После всего что произошло, для всех – меня, своей матери, отца, всех кто скорбел по Джошу, ты заполнял эту пустоту. Тогда, когда ты должен был горевать и распадаться на части от горя, ты сплотил всех нас. Ты, Джереми. Ты. Если ты решил, что хочешь вернуться домой и жить здесь этой жизнью, твоя мама будет напугана. Она хочет, чтобы ты был рядом, Джер. Но больше всего она хочет, чтобы ты был счастлив. Неужели ты этого не видишь? Она хочет, чтобы у тебя был шанс в жизни. Она хочет, чтобы ты жил той жизнью, которой не было у твоего брата.

Легкая улыбка коснулась уголков губ Джереми. Эта была та ухмылка, которая так напоминала мне Джоша.

– Я рад, что ты оказалась здесь сегодня. Мне нужно было, чтобы ты не позволила мне унывать. У тебя всегда это хорошо получалось, – подразнил Джереми.

– У каждого из нас есть свои таланты, – ответила я и подмигнула ему, прежде чем взять бисквит.

– Как у вас дела с Кейджем? – спросил Джереми, прежде чем вновь приняться за еду.

– Хорошо, но не отлично. Он получил стипендию по бейсболу на обучение в Теннесси. Я так им горжусь.

Джереми нахмурился.

– И как все это будет выглядеть? Я не представляю, чтобы Йорк уехал и оставил тебя. В последний раз, когда я видел вас, он был так сильно привязан к тебе.

Страх, который на какое-то время исчез, появился вновь. Я хотела верить в лучшее, но правда заключалась в том, что оставалась некая возможность, что отец скажет «нет». Что если он скажет «нет»?

– Я еду с ним, – ответила я, решив, что произнеся это вслух, это вдруг станет правдой.

– Вау, действительно? Я не думаю, что отец будет в восторге, если ты сбежишь с Кейджем.

Это было не то, что я хотела сейчас услышать. Мне удалось с безразличием пожать плечами.

– Может и так, но я люблю его.

– И если Ева любит кого-то, то она любит очень сильно и всем своим сердцем. Я знаю это. Я видел это в действии, – сказал Джереми с грустной улыбкой, которую я не понимала и не хотела углубляться, чтобы понять. Это было странно.

* * *

КЕЙДЖ

За последние десять минут я уже третий раз посмотрел на телефон. Уже было очень поздно. Ева написала час назад, что возвращается от отца. Я не хотел писать ей или звонить, пока она была за рулем, так как боялся, что она отвлечется на свой телефон и оторвет взгляд от дороги. Если она не вернется через десять минут, я поеду за ней.

– Расслабься. Черт, я оставил тебя одного всего на каких-то десять минут, и единственное чем ты был занят, так это хандрил, уставившись в свой телефон. Я безумно люблю Манду, но даже нам иногда необходимо отрываться друг от друга. Тебе нужно научиться дышать без нее. – нахмурившись Престон смотрел на меня с противоположной стороны столика в Лив Бэй, где я встретился с Дуэйном, чтобы послушать выступление группы Джекдаун. Ева знала, где я и приедет прямо сюда.

– Заткнись, – прорычал я Престону. Он заправил прядь своих длинных светлых волос за ухо, и я клянусь, что две девчонки направились к нашему столику только из-за этого. Этот парень своими волосами служил чертовым магнитом для девчонок. Я был зол как черт, так как большинство из них пришли парами, а одна постоянно смотрела на меня. Не заинтересован. И никогда не буду.

– Привет, Престон, ты сегодня один? – спросила одна из них, наклонившись к нему и утыкаясь ему в лицо своей грудью четвертого размера.

– Может моя девушка и не рядом со мной, но я по-прежнему вне зоны доступа. Идите и ловите свой шанс в другом месте, – сказал он, махая рукой. Я даже не взглянул на них. Мой взгляд был прикован к двери, ожидая, когда в нее войдет Ева.

– В следующий раз укажи одной из них в моем направлении, – сказал Дуэйн, поставив свое пиво на стол и присаживаясь около меня. – Я отлучился всего на три минуты и пропустил это. Мне чертовски необходимо развлечься. Они бы с этим справились. Обе.

– Иди за ними. Я уверен, что они будут в восторге от твоих татуировок, дредов, проколотой губы и кожаного браслета. Ты отпугиваешь, как черт, Ди. Здесь нужна ни одна Малибу Барби, чтобы завести тебя. – Престон отлично отчитал Дуэйна. Парень был грубым. Девушкам это нравилось, но как только он начинал огрызаться, они тут же сбегали прочь.

– Ты прав. Эти двое бы со мной не справились. Даже вдвоем.

Это было совсем не то, что мне хотелось бы воображать сейчас в своей голове. Где, черт возьми, Ева?

Дверь открылась и вошла она, будто бы я призвал ее своим отчаянием. Ее длинные темные волосы спадали вниз и развивались на ветру, обрамляя плечи. Шорты, которые были на ней надеты, когда-то были ее любимыми джинсами. Она обрезала их, но, несмотря на это, выглядела чертовски привлекательно. Она обрезала их слишком коротко. На ней была облегающая футболка, купленная в прошлом году, чтобы надевать на мои матчи. На ней был мой номер.

Дуэйн тихонько присвистнул.

– Черт, Йорк, когда ты решил угомониться, ты явно остановил свой выбор на превосходной…

– Не. Заканчивай. Эту. Мысль. – Прервал я его, прежде чем он успел полностью вывести меня из себя. Дуэйн смотрел на нее так, как и каждый мужчина в этом чертовом баре. Я вскочил и отправился взять то, что принадлежит мне.

– Иди, возьми ее! – прокричал Престон, рассмеявшись. Этот идиот знал, каково это, когда все пялятся на твою девушку. Он сталкивался с этим, также как и я. Просто, когда он хотел, он мог быть той еще задницей.

– Привет. – Глаза Евы загорелись, когда она увидела, что я пробираюсь к ней сквозь толпу.

Я не ответил. Сначала мне нужна была она. Прижав ее к себе, я провел языком по ее нижней губе, прежде чем жадно скользнуть языком в ее рот. Я скучал по ее вкусу сегодня. Ее слишком долго не было. Рассмеявшись, Ева отстранилась и улыбнулась мне, прежде чем я мог полностью забыть о том, где мы находились.

– Я тоже по тебе скучала, – сказала она.

– Безумно, – заверил я ее. Я еще думал о чем-то другом, пока ее не было.

– Папа сказал, что он все оплатит.

Я говорил, что не поеду в Теннесси без нее. Я был готов сделать все, чтобы это случилось или вовсе от этого отказаться. Но слышать то, как она сказала, что нам не придется преодолевать это препятствие, было подобно падению кирпичной стены, которая образовалась у меня в груди. Я смог вздохнуть полной грудью.

– Чертовски круто, – прорычал я и крепко прижал ее к себе. – Ты нужна мне. Сейчас.

Я был готов вывести ее отсюда и начать отмечать. Однако, Ева захлопала своими длинными ресницами, что означало, что она хочет сделать что-то другое, и она была так мила, что я решил, будь так как она хочет.

– Давай сначала потанцуем, – сказала она, схватив меня за руку и поведя на танцпол, полный покрытых потом тел. Джекдаун еще не начали свое выступление, так что диджей по-прежнему заправлял музыкой. Начала играть песня Nelly "Hot and Herre" и Ева взглянула на меня с озорной улыбкой на губах. Я был в беде. Мы можем закончить горячим сексом в Мустанге.

Я позволил ей вытащить меня в гущу танцующих тел и наблюдал, как она провела руками по моей груди, задержавшись на ней, чтобы слегка ущипнуть мои соски с пирсингом. А затем она начала двигаться так, как я бы хотел, чтобы она двигалась только наедине со мной в нашей квартире. Черт.

Когда она начала скользить своим телом вниз, пока ее рот не оказался на уровне моей ширинки, я решил, что мы не будем дожидаться следующей песни. Наклонившись, я резко потянул ее вверх, и она залилась смехом, закинув голову назад. Моя непослушная девочка захотела поиграть. Хорошо. Мы поиграем.

Я скользнул ногой между ее бедер, прижав ее к тем узким шортам, что были на ней, а затем схватил ее маленькую попку и прижал к себе, прежде чем начать двигаться в такт музыке. Огонь в ее глазах не заставил себя ждать. Ева положила обе руки мне на грудь и закрыла глаза. Когда ее губы расслабились и немного приоткрылись, я знал, что с меня достаточно. Я схватил ее за руку и потащил с танцпола прямо к выходу.

Когда мы вышли навстречу теплому вечернему бризу, мой пульс забился еще сильнее. Я отведу ее в мустанг. Я не могу больше ждать.

– Куда мы идем? – спросила Ева, задыхаясь.

– В мою машину, – ответил я, ведя ее в отдаленную часть парковки. – Я и так был заведен, когда ты вошла, девочка. Меня не нужно было даже провоцировать.

Я резко открыл пассажирскую дверь, откинул спинку сидения назад так быстро, насколько это было возможно и затем сел, притянув ее в свои объятия, прежде чем закрыть дверь.

– В мою машину, детка, – прорычал я, схватив ее за голову и притянув раскрытый от удивления рот вниз, чтобы вторгнуться в него своим языком с такой силой, с какой я собирался вторгнуться в ее тело. – Чертовы шорты. Слишком короткие, – пробормотал я у ее губ.

Она перекинула через меня ногу, упершись коленками по обе стороны от моих бедер, и прижалась ко мне самой жаркой частью своего тела. Даже через джинсы я мог чувствовать, что она была уже готова. Я скользнул рукой под ее рубашку и расстегнул лифчик, оставив на ней рубашку, в случае если кто-то будет проходить мимо. Я не хотел, чтобы кто-нибудь увидел ее грудь. Она была моей. Только моей. Я покрыл поцелуями ее шею и плечи. Ева всегда была хороша на вкус. Везде.

– Когда мы приедем домой, я буду наслаждаться тобой. Каждой частью твоего тела. Но сейчас, я хочу быть внутри тебя. Сними эти шорты.

Ева отстранилась, и ее веки опухли от желания. Я наблюдал, как она расстегнула шорты и начала снимать их вместе со своими трусиками, сидя в моих объятиях.

Я потянулся вниз и помог ей их снять.

– Ложись, – прошептал я, усаживая так, что ее спина была прижата к моей груди. Я раскрыл ее ноги и провел рукой меж бедер. Ее кожа была такой мягкой, она всегда меня пленила.

– Пожалуйста, Кейдж, – умоляла она, когда мои пальцы подразнили ее, поласкав прямо у самого чувствительного центра.

– Что «пожалуйста», детка? Скажи мне, – сказал я, когда ее голова опрокинулась мне на плечо и она издала разочарованный вздох, заставив меня улыбнуться.

– Дотронься до меня.

– С чертовским удовольствием, – ответил я, проведя пальцем меж ее влажных складок и заставив содрогнуться в моих объятиях. Она была больше, чем готова для меня. Я несколько раз скользнул пальцем в ее тепло и позволил ей насладиться этой игрой, пока у меня хватало сдержанности вынести это все самому. Молния на штанах впивалась в мой член. Мне нужно спустить пар.

Я обхватил рукой ее талию и приподнял, расстегивая джинсы и спуская их вниз другой рукой, так чтобы между нами не осталось никаких препятствий. У меня не было презерватива, но он нам и не нужен. Я проверялся, и у меня было все в порядке со здоровьем, а Ева принимала противозачаточные. – Расставь их шире, – сказал я, когда она вновь опустилась на меня.

Я направил свой член на ее влажную жаркую дырочку, и я знал, что всего один толчок вознесет меня до небес.

– Садись на меня, Ева, – приказал ей я, и она резко опустила свои бедра на меня. Мы оба вскрикнули от удовольствия, пока ее тело принимало мою форму.

– Черт, – прорычал я, не ожидая, что она будет такой нетерпеливой. – Ты хочешь сегодня пожестче? – спросил я.

– Да. Я хочу, чтобы меня жестко оттрахали, – прошептала она, схватив меня за бедра, вновь приподнявшись надо мной.

– Продолжай говорить со мной в том же духе, и я чертовски быстро кончу, – прорычал я, когда Ева вновь опустилась на меня. Она не шутила, что хочет заняться этим жестко. Я дам своей детке грязный секс, если это то, что она хочет.

Скользнув рукой между ее ног, я начал ласкать ее клитор, заставив ее издать неожиданный крик.

– О, да, – простонала она.

– Оседлай мой член, детка, и я не перестану радовать эту киску, – сказал я, чувствуя, как она содрогается в моих объятиях.

– О, господи, Кейдж. Я очень быстро кончу, если ты будешь ласкать меня.

Я усмехнулся ей на ушко.

– Это хорошо, потому что если ты будешь продолжать ездить на моем члене в таком же духе, то я тоже охренительно быстро кончу. Особенно если ты будешь говорить такие грязные вещи.

Она повернула голову, чтобы посмотреть на меня. Я заметил блеск в ее глазах. Ей понравилась эта идея. Я просто об этом попросил, и она хотела это попробовать. Черт. Она вновь приподняла свою попку, и я нажал на ее клитор в тот момент, когда она опустилась на меня. Ее громкий крик удовольствия заставил меня улыбнуться.

– Я сейчас кончу. Черт, ты так хорош. Так хорошо ощущать тебя внутри себя. Я хочу почувствовать, как ты кончишь во мне. Кончи со мной, Кейдж, – умоляла она. Я был так близко. Я провел большим пальцем по ее клитору еще несколько раз, и ее тело начало сотрясаться. Обхватив за талию, я приподнял ее и начал контролировать ритм. Когда начался ее оргазм, я почувствовал как она сжимается вокруг моего члена и последовал за ней.

Сжав руки на ее талии, я прижал к себе, пока тело содрогалось от каждой волны удовольствия. Она медленно начала расслабляться в моих руках. Я по-прежнему был погружен в нее. Я не хотел выходить. Мне нравилось чувствовать ее тепло.

– Я люблю тебя, – произнесла она, задыхаясь.

Она была моим домом.

Глава 4

ЕВА

Следующие две недели пролетели мигом. Кейдж завершил последний сезон с Hurricanes, а я сдала все свои финальные экзамены. Мы собирались поехать в Теннесси через два дня, чтобы посмотреть квартиры, и Кейджу нужно было встретиться с командой и тренером. Он начнет с ними тренироваться уже в следующем месяце.

Хотя до следующего сезона было еще далеко, он собирался упорно работать, чтобы войти в форму и играть в бейсбол в колледже на их уровне. Я была к этому готова, и я была безумно счастлива за него. Я никогда не видела его таким взволнованным. По-видимому, волнение сделало его еще более возбужденным, что, как я думала раньше, было невозможно. Это было такой редкостью, чтобы я проходила мимо него, а он не прижимал меня к стене или не заваливал на гору коробок. Мне нравился его энтузиазм, и было трудно не стать такой же легкомысленной, как он.

Сегодня я осталась упаковывать вещи, а Кейдж уехал заправиться и проверить машину перед такой далекой поездкой. Завтра я планировала поехать навестить папу. Я хотела провести с ним время, прежде чем мы уедем. Я собиралась вернуться сюда через месяц, чтобы повидаться с ним, но я привыкла видеть его раз в неделю. И я буду скучать по этому.

Мой телефон зазвонил, как только я подписала очередную коробку. На экране высветилось имя Джереми, я схватила телефон и быстро ответила. Джереми никогда мне не звонил.

– Привет?

В телефоне была пауза. В моем животе медленно начал формироваться узел.

– Джереми? – спросила я, когда он все еще не ответил.

– Ева. Привет. Мне… Тебе нужно приехать домой. Нам нужно поговорить.

Нам нужно поговорить?

– Чего? Ты меня пугаешь, Джер. Что случилось?

– Я… я разговаривал сегодня с твоим отцом. Ему нужно, чтобы я снова отвез его сегодня к доктору. Он болен, Ева. Тебе нужно приехать домой. Мы вернемся к пяти вечера. Приезжай поговорить с ним.

Болен? Я видела его только на прошлой неделе. Он был в порядке.

– Что с ним случилось? – спросила я, как только двинулась за своей сумочкой и ключами.

– Ева, я не хочу говорить с тобой об этом по телефону. Я бы сам приехал, но я нужен здесь твоему отцу. Приезжай домой, и мы поговорим.

Мое сердце подскочило, как только я закрыла квартиру и побежала по лестнице к парковке.

– Тебе вызвать скорую помощь? – спросила я, как только самый плохой сценарий прокрутился у меня в голове. – У него сердечный приступ?

– Нет. Ему не нужна скорая помощь. Его болезнь не в этом. Ему просто нужна ты, Ева. Я везу его в окружную больницу на процедуры. Он не хочет, чтобы ты знала, но я нашел его сегодня скрюченным, и он… Он кашлял… Он кашлял кровью, Ева.

Мое сердце будто остановилось. Кашлял кровью? Это ненормально. О Боже, это было совсем ненормально. Мои глаза наполнились слезами, как только я завела свой Джип и вырулила на дорогу.

– Когда вы уезжаете в больницу? – с тревогой спросила я. Мне нужно было добраться до папы. – Ему нужно ехать прямо сейчас, – резко ответила я.

– Он уже переодевается. Я жду его на улице, а потом мы направимся в больницу.

– Иди к нему внутрь, Джер. Пожалуйста. Иди к нему внутрь, – я не могла сдержать рыданий. – Не оставляй его одного. Встретимся в больнице. Поторопись, Джереми. Пожалуйста, поторопись, – умоляла я.

– Езжай осторожно. Я пойду в дом проверить его прямо сейчас. Я все контролирую, Ева. Встретимся там. Мы все разрулим. Клянусь, мы все сделаем.

Слова Джереми не облегчили страх, который меня заполнял. Мой папочка, мой большой, сильный, непобедимый папочка кашлял кровью. Что все это значило? Почему он мог кашлять кровью?

Я не могла сломаться. Я должна была быть сильной. Я должна показать ему, что я верю в то, что все будет замечательно. Если он увидит, как я плачу, он будет обо мне волноваться. А ему не нужно обо мне волноваться. Проглотив комок в горле, я сделала несколько глубоких вдохов.

Мне нужно все рассказать Кейджу. Он будет меня искать. Я набрала его номер и стала ждать. Прошло всего два гудка.

– Привет, малышка, – растянул он. Легкость и счастье в его голосе заставили слезы снова жечь мои глаза.

– Я направляюсь в больницу. Папа болен. Джереми мне позвонил. Мне нужно ехать, – мне удалось все это выдать без всхлипываний.

– Где ты? Я могу тебя довезти. Тебе не нужно ехать за рулем расстроенной, – он явно двигался. Вероятно, бежал за своей машиной. Я не могла его ждать. Я любила его за то, что он хотел поехать со мной, но я не могла ждать.

– Я уже выехала. Мне нужно поскорее туда добраться. Я не могу ждать. Он кашляет кровью. Он, – я икнула, – он все равно собирался сегодня к доктору на процедуры. С ним что-то не так, и он мне даже не сказал. Это не к добру. Я не могу потерять своего папочку, Кейдж. Не могу. – Теперь я открыто всхлипывала.

– Я знаю, малышка. С ним все будет хорошо. Мы должны верить, что все будет хорошо. Пожалуйста, сверни на обочину и позволь мне тебя довезти. Вести машину в таком состоянии опасно. Мне нужно, чтобы ты успокоилась. Хорошо, пожалуйста, успокойся и сверни на обочину. – Взволнованный умоляющий тон в его голосе было тяжело игнорировать. Но мне нужно было добраться до папы. Я не могла этого сделать.

Я снова поборола слезы.

– Я в порядке. Правда. Я не могу остановиться. Не могу, мне нужно скорее ехать.

Кейдж выругался себе под нос.

– Какая больница?

– Окружная, – ответила я.

– Я еду. Будь осторожна. Ради меня и твоего отца будь осторожна, – вымолил он.

– Я буду осторожна. Обещаю, – заверила я его.

– Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. Всегда, – ответила я, затем положила трубку. Вцепившись в руль обеими руками, я сосредоточилась на том, чтобы добраться до больницы, затем начала молиться.

* * *

Я уже входила в больницу, когда увидела, как грузовик Джереми свернул на парковку. Я не была уверена, что он сказал папе, что я буду здесь. Так или иначе, он все равно будет спорить. Он, очевидно, не хотел, чтобы я об этом знала.

Я ждала, пока они подойдут к двери, прежде чем поздороваться с ними. Папин нахмуренный взгляд при виде меня не был неожиданностью. Джереми рассказал ему, что я приеду сюда. Хорошо.

– Упрямый мальчишка не должен был тебе звонить. Я собирался поговорить с тобой перед тем, как ты уедешь. Я просто хотел подождать, пока перед тобой будет новая жизнь, и ты будешь готова двигаться дальше, прежде чем я все это тебе объясню, – сказал папа. Его голос был как всегда гулким и сильным. Мой страх немного уменьшился, как напоминание того, что он все еще жив и не выглядит так, словно он кашляет кровью. За исключением кругов под глазами, что было ненормально, и бледного цвета кожи, что было не так заметно, но все же видно.

– Я поверить не могу, что ты ждал момента, чтобы мне рассказать, что ты болен. Я могла быть единственной, кто отвез бы тебя в больницу. Тебе не нужно болеть одному, – сказала я, подойдя к нему и обвив руки вокруг его талии, чтобы его обнять. Мне нужно было понюхать его лосьон после бритья и почувствовать его сильное тело. Все мысли, которые проигрывали в моей голове по пути сюда, смешались. Я была напугана, что теряю его. Но он был здесь, и мы собираемся его вылечить.

– Нам нужно доставить его на третий этаж. У него прием через 10 минут, – сказал Джереми. Он заговорил в первый раз с того момента, как они сюда приехали. Затравленный взгляд в его глазах меня беспокоил. Он что-то знал. Или, может быть, мне казалось. Я схватила папину руку, и мы пошли к лифту.

– Я собиралась приехать завтра, а уехать на следующий день. Ты собирался подождать до завтра, чтобы все мне рассказать? Плохой план, – проинформировала я его, нажав на кнопку 3, когда мы вошли в лифт. Я не смотрела на Джереми. Его взгляд пугал меня. Я не могла смотреть на него. Я должна была сосредоточиться на том, что мой отец жив. Что он в порядке.

– Я не хотел, чтобы у тебя было время отменить поездку. Это то, чего ты хочешь. Я думаю, что сейчас это лучший для тебя вариант.

Мой отец считал, что побег в другой штат с Кейджем Йорком было лучшим вариантом. У него что, лихорадка? Это самый тяжелый случай пневмонии?

Прежде чем я успела об этом у него спросить, дверь открылась, и мы вышли из лифта. Первая вещь, которую я увидела, была женщина, стоящая там с повязкой вокруг головы. Он была лысая. Я могла с уверенностью это сказать. У нее даже не было бровей. Ее кожа была болезненного цвета, но она улыбнулась мне, когда наши глаза встретились, затем прошла мимо меня и вошла в лифт. Я пошла за папой, но чувствовала взгляд Джереми на себе. Я не собиралась смотреть на него. Даже если он этого хотел. Затем мимо нас прошла пара, мужчина тоже был лысый, но его голова не была ничем покрыта. Он также был в инвалидной коляске, и я поняла, что у него отсутствовала нога. Посмотрев вверх, я увидела женщину, толкающую его инвалидную коляску к лифту. Два лысых человека… Я остановилась. Я не смотрела, куда шел папа. Вместо этого, я медленно осмотрела всех окружающих меня людей. Они все были похожими. Каждый из них. Может быть, они все были на разных стадиях, но у них всех был болезненный оттенок кожи. И они все были лысыми. Я потянулась и схватила ближайшую вещь, которую смогла найти. Это была рука Джереми.

В некотором смысле он подбежал ко мне. Он ожидал, что я все пойму. Он знал, куда мы идем. Было тяжело глубоко вдохнуть. Все стало расплываться. Рука Джереми обняла меня, он со мной разговаривал. Я не понимала, что он говорит, но по тону его голоса, он пытался отвлечь меня. Но это было невозможно. Я знала, где мы были. Я знала, почему мой отец кашлял кровью. Холодный твердый пластик коснулся моей спины, как только Джереми плавно опустил меня на стул.

– Дыши, Ева. Сделай медленные глубокие вдохи, – призвал он. Я понимала это. И я это сделала. Я сосредоточилась на дыхании. Я не думала о том, где мы были.

– Ему надо, чтобы ты была сильной. Когда он не рядом с тобой, ты можешь кричать, плакать и выпускать весь пар. А можешь быть полностью раздавленной, и я буду с тобой, чтобы помочь тебе, но когда он рядом, тебе нужно оставаться сильной. Слышишь меня, Ева? Ему нужно это от тебя, – слова Джереми подтвердили мои наихудшие опасения.

Я подняла глаза и посмотрела на обеспокоенное лицо Джереми.

– Насколько все плохо? – спросила я.

Появившаяся на его лице печаль все ответила за него.

– Тебе нужно позволить ему поговорить с тобой. Но сейчас примите это вместе. Ему понадобится, чтобы ты была сильной.

Я осмотрелась, и мои глаза сфокусировались снова.

– Где он? – спросила я.

– Медсестра увидела твое лицо, когда ты поняла, где мы находимся. Она видела, как я подхватил тебя, и ненадолго заняла внимание твоего отца, пока я вожусь с тобой. Но он в любую минуту может понять, что тебя нет. Здесь тебе нужно быть сильной. Ради него.

Он был прав. Мне нужно было держаться. Я не знала всего. Люди выздоравливали от этого все время. Я даже не знала особенностей. Я сломалась, даже не поговорив об этом с моим отцом. Он был в полном порядке. У него были волосы. Я не знаю, почему это заставило меня чувствовать себя лучше, но так произошло.

– Ева? – голос отца вынул меня из своих мыслей, я встала и поспешила к углу, чтобы увидеть его обеспокоенное выражение, как только он нашел меня взглядом.

– Я здесь, папочка, – сказала я, подходя к нему.

– Ты хочешь зайти в кабинет и поговорить с доктором вместе со мной? Если нет, то ты не обязана, но он объяснит это лучше, чем я.

Я кивнула, думая, нужен ли мне Джереми на случай, если я снова стану терять сознание. Папа не упоминал, что с нами пойдет Джереми. Были только мы. Я могла быть сильной ради него. В сумке зазвонил телефон. Я протянула ее Джереми.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю