Текст книги "Бывший. Я больше (не) твоя (СИ)"

Автор книги: Джулия Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Глава 28

Разговаривать с бывшим мужем я не желала, поэтому, увидев его через полтора года в своём кабинете, холодно ответила, чтобы у собеседника даже надежды не осталось:

– Я не буду ни лечить тебя, ни разговаривать, я даже видеть тебя не хочу, Матвей. У нас нет будущего. И своим появлением ты ничего не изменишь.

Матвей научился сдерживать свои порывы, да, всё же он изменился, я заметила, как быстро он успокоился. Словно того острого, пронизывающего взгляда не было, словно мне всё это показалось.

Он кивнул и спокойно ответил на мой выпад:

– Я пришёл поздороваться и увидеть тебя. И я совершенно здоров, меня не нужно лечить, Ярослава. А по поводу твоих слов, все меняются. Поверь, я сделал выводы, я изменился и со временем ты это поймёшь.

Покачала головой, повторив то, что чувствовала внутри:

– Я не клюну на это, Матвей, даже не надейся, я помню тебя и твои поступки. Суть свою ты не изменишь, не обманывай ни себя, ни меня.

На мои слова Матвей усмехнулся, вскинув голову, и всё так же спокойно продолжил:

– Ты сама поймёшь, я изменился, Яся. Я понял многое и я всё ещё помню и тебя, и нашу совместную жизнь. Нам было хорошо, Яся, просто вспомни. Мне нужно было понять разницу и сделать выводы, я это сделал. Я уверен, мы ещё не раз встретимся, живём ведь в одном городе, да и общаемся в одном кругу.

Матвей сделал шаг ко мне, а я выставила руку, чувствуя, как внутри меня вспыхнул страх, разносясь по венам. Давно забытое чувство, которое я ненавидела. Ненавидела и не желала вновь ощущать.

Предупредила его, жёстко отвечая:

– Нет, ближе не подходи. Я тебе не доверяю, Матвей, держи дистанцию.

В ответ он только хмыкнул, словно понимал моё состояние, кивнул с улыбкой и мягко ответил:

– Я так понял, тебе пока достаточно. Не хотел пугать тебя и удаляюсь. Уверен, мы ещё увидимся. Хорошего вечера.

Он улыбнулся и вышел, закрыв за собой дверь. И что это было? Предупреждение? Обещание?

Зачем он приходил? Неужели просто поздороваться и посмотреть на меня? И зачем?

Именно тогда я поняла, что договорённость со Стужевым была верным решением. Эту ширму и на танке не переедешь.

Я была готова ко многому, когда решительно переехала в коттедж к Стужеву. Он выделил для меня находящуюся в отдалении от остальных уютную комнату. Из неё вел удобный путь к внутренней части дома, где и были самые приятные для меня места на территории дома.

Причём Стужев выделил для меня время и сам провёл экскурсию, со странной улыбкой рассказывая, где и что находилось, а ещё где мне можно было ходить, а куда лучше было не соваться.

Я не поверила его словам о полосе препятствий, что находилась в дальней части территории, больше напоминавшей полудикий парк. Оказалось, нет. Он даже проводил меня вглубь, чтобы я своими глазами могла увидеть. Да, это была реальная полоса препятствий, замаскированная деревьями и кустами от лишних зрителей. А дальнейшие слова Стужева меня немного напугали:

– А вот это приземистое здание. Видишь? Это тир, туда обычно вход закрыт. Но если что, осторожно, там тренируются суровые мужчины. Я захаживаю, чтобы напряжение снять, и парни любят пострелять.

Я молча приподняла бровь, не понимая, к чему он. На что Стужев окинул меня взглядом и на полном серьёзе продолжил:

– Нет, если тебе очень хочется, могу экскурсию устроить и дать пострелять. Иногда девочкам тоже хочется пар снять. Ну, или подержать оружие в руках, что-нибудь лёгкое и красивое. У меня вроде было что-то такое.

Никита задумчиво провёл пальцем по губам, а я к этому моменту уже поверила в реальность его слов, хотя переспросила на всякий случай:

– В смысле, вы стреляете из настоящего оружия?

Стужев пристально посмотрел на меня, пожевав губу, словно решал что-то для себя, но уверенно ответил:

– Пневматика, конечно, зачем тебе настоящее? Ладно, пойдём дальше, про опасность нахождения в неположенном месте ты поняла, я надеюсь.

Мне почему-то показалось, что сначала он говорил не о пневматике. А ещё я понимала, что тренироваться с настоящим оружием вот так просто нельзя было.

Усмехнулась про себя и вслух подтвердила, что поняла, не желая разбираться, в какие игрушки играли эти давно повзрослевшие мальчишки. Так что пошли мы дальше разбираться с более банальными развлечениями, что устроил у себя на территории Стужев, явно не страдавший скромностью и отсутствием фантазии.

На огороженной территории была удобная для бега дорожка, огибающая территорию, и теннисный корт. Тот же бассейн рядом с домом радовал глаз. Ближе к самому коттеджу находилась рекреационная зона.

Я поразмыслила, в одиночестве лежа у бассейна, отдыхая после водного кросса, и поняла, что всё вокруг было сделано большей частью для поддержания физической формы, учитывая тот самый парк с сюрпризом и тир. А ещё я видела тренировочную площадку с турниками и разными уличными тренажёрами. Там поддерживали форму все, кто работал у Стужева, как минимум в охране.

К чему я не была готова, когда через пару дней прогуливалась по дорожке ближней части парка, это к подбадривающим крикам нескольких мужчин. А ещё один из голосов показался мне очень знакомым. Я пошла на звук и увидела ту самую спортивную площадку с несколькими грушами и разными тренажёрами, явно для занятий боксом и тренировкам на нужные группы мышц.

Я уже решила, мне показалось, когда взгляд остановился на чёртовом Стужеве. Даже и не знала, как назвать этого нарушителя режима.

Услышала свист и поняла, что меня обнаружили. Некоторые особо активные стали приглашать меня посмотреть на них поближе. Пока Стужев не прикрикнул:

– Эй, я, кажется, предупреждал. А ну-ка делом займитесь!

Стужев подождал, пока особо любопытные не отвернутся, продолжая заниматься своими тренировками, и направился в мою сторону.

Я отвлеклась, рассматривая его голый, покрытый мелкими бисеранками пота, торс. Сглотнула, понимая, что банально повелась на мощного и уверенного в себе самца. Нет, конечно, я себя контролировала и не собиралась показывать этому негодяю, не ценящему мою работу и старания, что я была совершенно не против исследовать всю эту красоту поближе.

Очнулась и дала себе мысленного пинка, вспомнив другого такого медведя, Бориса, который скоро уже должен был вернуться и которому мне ещё предстояло объяснять, почему мы не будем временно встречаться. Потому что Стужев дураком не был и быстро объяснил, что если уж мы играли пару, то рогоносцем он не будет, даже если всё было совсем не так.

Стужев подошёл, но я не собиралась разбираться при всех, роняя его авторитет и настраивая его против себя, поэтому сказала:

– Нам нужно поговорить, но не здесь.

Развернулась и пошла в сторону дома, когда меня через полминуты придержали за локоть и развернули. А потом Стужев хмуро сказал:

– Говори здесь, далеко уходить не будем, у меня ещё дела остались. – И с иронией добавил: – Что, ругаться будешь, мамочка?

Я вскинулась и прошипела:

– Не смешно. Слушайте… – Стужев нахмурился, а я поправилась, вспоминая нашу договорённость: – Никита, послушай, ты можешь присутствовать и контролировать тренировку, у вас же там какие-то соревнования скоро. Но показывать может и тренер, который у них явно есть. Ведь так?

Стужев хмуро кивнул, добавив:

– Не все профессионально выступают, Яся, кто-то тренируется для себя. И я просто показываю элементы, где есть ошибки, чтобы не было травм. Ладно, я всё понял, не нужно меня испепелять. Я решу вопрос и поберегусь. Колено что-то заныло. Я ж ещё огого, а чувствую себя стариком. Ты давай, побыстрее меня в форму приводи. Вон, Серёга, прошлый мануальщик, быстро всё поправлял. Раз и всё.

– Никита, это неверный ход и приведёт в конце концов к разрывам. И вот тогда будет всё очень серьёзно. Операция, долгое восстановление. Не хочу говорить о статистике, но лучше сейчас взять себя в руки и немного подождать. Мы ещё только на бедра переходим, ты понимаешь?

Вот котяра, аж облизнулся! И улыбнулся шалой улыбкой, предложив:

– Я готов прямо сейчас! На бедра – это интересно. Эх, такая красотка обещает меня трогать, ещё и за бёдра, а я должен лежать как столетний дед.

И заржал довольно, лось.

Стужев вернулся к своим, клятвенно пообещав быть хорошим мальчиком. А я решила ещё поплавать и подумать, почему меня так волновал этот наглый и беспардонный...

Лось, одним словом!

Глава 29

Я быстро привыкла к комфорту и спокойствию нового места, так же быстро привыкла завтракать на балконе комнаты, которую мне выделили. А так как она находилась на втором этаже, то мне открывался прекрасный вид на территорию, в том числе на тренировочную площадку. Так что и в это утро я стояла и допивала утренний кофе, наслаждаясь каждым глотком напитка.

Зачастую во время моего завтрака на тренировочной площадке уже кто-то был, причём немалая часть тех, кто работал здесь. Я вообще заметила, что сотрудники у Стужева были в основном мужчины, причём он предпочитал брать тех, кто раньше с ним был в спорте.

Из женщин здесь я встретила домработницу-повара, уютную и, я бы сказала, мудрую даму лет пятидесяти, Зою Павловну. И её помощницу, даму помладше, но не сильно. Спортивную и шуструю Верочку все так и звали. И эти дамы, насколько я поняла, работали здесь уже давно, особенно домработница.

Мы познакомились тем же днём, что я приехала, и Зоя Павловна начала постепенно объяснять, кто и что в этом доме делал, и за что отвечал.

Верочка приносила утром мне в комнату завтрак, уверяя, что ей в радость, когда я поначалу пыталась сама забрать поднос. Я сразу же облюбовала тот самый балкон, на котором полюбила завтракать и лениво рассматривать внутреннюю территорию.

Через пару дней я начала замечать, что мужчины как-то кучно начали приходить на тренировки именно в момент моего завтрака, но честно говоря, с удовольствием посматривала на них, наслаждаясь сильными, стремительными движениями, когда они спарринговали, или быстрыми и мощными рывками, когда подтягивались.

Это в спортзале я могла делать вид, что совершенно не интересовалась такой красотой, а на своём балконе я делала что хотела, не торопясь наслаждаясь и завтраком, и видами. Почему бы и нет? Никто же не видел.

Я так думала, пока на очередной процедуре не получила категоричное от Стужева:

– Ты давай, Яся, прекращай каждый день подолгу завтракать, и моих парней так нагло разглядывать. Они же не понимают, что ты только на посмотреть, а ближе не подпустишь. Ещё и подходить начали, спрашивают про тебя. А что я должен им говорить? Мы же договаривались? Договаривались. Так что будь добра, прекрати давать им надежду.

Нет, ну как можно было быть таким грозным и категоричным, когда лежишь на животе, а тебе мнут заднюю поверхность бедра? Вот и я не понимала, но от этого спокойного, категоричного тона сглотнула и…

Да, назло ответила, склонившись к его уху:

– А, может, я приглядываюсь? У тебя же, Никита, как на подбор, вон, какие богатыри работают. Ну, или эти твои боксёры, среди них тоже есть вполне интересные экземпляры.

Я не заметила, как он оказался сидящим на кушетке, перехватив мою руку. Я в шоке замерла, ожидая чего угодно от этого чудовища, скрывающегося за маской приличного бизнесмена, а сейчас моего пациента.

Он смотрел молча, разглядывая, наблюдая. Давил своей внутренней сутью, обнажая былые страхи. Но в его глазах я не встретила того порыва, что был у Матвея, когда он вспыхивал в желании сделать больно.

Вот ведь!

Попыталась освободиться от жёсткой хватки свою кисть, резко, со злостью потянув ладонь на себя, но он сжал сильнее. Я непроизвольно скривила лицо, и Стужев, к моему удивлению, быстро разжал свои пальцы, сковавшие меня. Он поднёс мою ладонь к губам и медленно провёл губами по ней, в конце развернув ладонь и поцеловав прямо в середину.

Вздрогнула, не ожидая подобного, и настороженно посмотрела в ответ. И ещё больше распахнула глаза, услышав сожаление в его голосе:

– Я был груб, прости, ты такая хрупкая, вон, и пальчики какие тонкие. А сама так сильно разминаешь, точки эти свои находишь и мнёшь, мнёшь, гладишь, всё время больно. Ты первая женщина у меня, которая делает сначала больно, а потом становится так хорошо. Ещё и деньги получаешь за это. Необычный опыт, да. Я-то привык к более традиционным движениям.

Я закатила глаза. А я уже было подумала, что Стужев серьёзен, даже замерла поначалу, слушая его голос. Да, голос у него был просто завораживающим: тёплым, бархатным. Он владел голосом и умел им пользоваться.

Зло подумала, что у него там, в его этих офисах, куда он всё время уезжал, наверняка куча всяких дур, смотрящих восхищённо ему в рот. И в который раз посоветовала себе не слушать подобных соловьёв, а то зальёт в уши, а я размякну.

Знала я таких наглых, получающих всё, чего хотели. Нет уж, я и так уже запуталась, от кого бежать, и кто, в конце концов, мой мужчина на самом деле!

Вот ведь! Стужев уже вернулся на кушетку, я подошла к нему, уже спокойная, и продолжала разминать проблемные места, убирая их постепенно. Автоматом перешла на ягодицу, на что получила очередной вопрос:

– Слушай, а там точно есть эти твои точки, или тебе просто нравится меня трогать? Нет, ты не подумай, я ничего не имею против, но я же нормальный мужчина и у меня вполне нормальные реакции.

Я продолжила своё дело, спокойно поясняя:

– Так и хорошо, что у тебя реакции. Значит, с физиологией всё в порядке.

Даже не удивилась, услышав наглое предложение:

– Так, может, поможешь?

Я приподняла бровь, удивляясь этой наглости, и спокойно ответила:

– Тридцать первый.

И продолжила своё дело, думая, что Стужев, впрочем, как и большинство мужчин, меня вообще не удивил. Он выдержал недолго, с любопытством спросив:

– Это что за счёт такой?

Не отвлекаясь от своего дела, уточнила:

– Ты тридцать первый, кто просил помочь с его маленькой проблемкой.

Стужев хмыкнул и нагло уточнил:

– Не такая уж она маленькая. Поверь, я тебя не разочарую. Так что, поможешь?

Я наигранно печально ответила:

– Конечно, нет, милый. Это мы только на людях, когда выходим, пара, а на самом деле ты мой пациент. И я не смешиваю работу и личное, как и ты. Сам же говорил. Не забывай, у нас договорённости. Кстати, я почти закончила.

Стужев проворчал:

– Ага, я тоже уже почти…

Через минуту он заметил уже более спокойным голосом:

– Кстати, хорошо, что напомнила. Ты не забыла про выходные и выход в свет, так сказать? Выбирай, с кем съездишь за платьем и что там вам ещё надо? Одного из охраны возьмёшь и езжай, у меня карточка есть для корпоративных трат, зайти в кабинет, я отдам.

Пока я переваривала новости, этот нахал встал и направился в ванную комнату, перед дверью затормозив и переспросив:

– Так что, может, всё-таки поможешь? Поверь, я тебя не разочарую.

Кинула в него полотенце, а сама направилась на выход, а то мало ли.

Сзади услышала довольный смех и хлопок закрывающейся двери.

Глава 30

Честно, поехала я в магазин назло, хотя могла просто заехать домой и забрать то, что больше бы подошло под официальное торжество. Но я злилась и решила купить что-то нереальное, тем более Стужев сам обещал расщедриться.

Когда я на следующее утро вышла пораньше, чтобы застать биг-босса и по совместительству своего пациента, и сообщить о своём решении поехать за покупками, заодно и позавтракать, он заявил:

– Я карту Василию отдам, не тебе. Мне не жалко, но у мужчин хотя бы тормоза присутствуют. Вы же, девушки, чем красивее, тем у вас выше скорость по уменьшению суммы на карте. Хм, кстати, почти закон вывел, ты смотри.

– Скорее аксиому, но я с ней не согласна. – Вернула подачу, намазывая на хлеб масло.

Стужев припечатал:

– Ты смотри, Яся, умных девушек мужчины не любят. Ты бы хоть реже показывала это, глазками похлопала, восхитилась моей шуткой.

– Вот и хорошо, что я умная, значит, тебя точно не заинтересую, раз ты такой избирательный.

Стужев с сомнением протянул:

– Ну, не скажи. Знаешь, это даже забавно, ты так мило споришь и пытаешься меня укусить, я прямо и не знаю. – Он наклонился ко мне ближе и добавил проникновенно: – Может, это и не равнодушие с твоей стороны? Просто ты сама пока не поняла. Так же бывает: кусаешься, как кошка, а сама поглядываешь и присматриваешься, а?

Я фыркнула и посмотрела на этого нахала:

– И не мечтай!

Стужев хмыкнул и поддел:

– Ты с таким азартом со мной споришь, Яся, иногда прямо вся кипишь. Какое уже тут равнодушие? Ты подумай на досуге, а вдруг это чувства у тебя просыпаются ко мне? Ммм… У меня точно просыпаются, особенно когда ты мне массаж делаешь.

Хотела было ответить, что это не просто массаж, между прочим, но мысленно махнула рукой, с улыбкой смотря на флиртующего со мной пациента.

Задумалась, а только ли пациент он мне? В последние дни я начала видеть в этом властном, бескомпромиссном дельце человека. Мужчину-то я сразу заметила, этого у Стужева было не отнять.

А уж когда он раздевался и выходил ко мне в тонкой полоске полотенца, специально не беря простыню, явно красуясь, мысли меня посещали... лишние.

Да, Никита Стужев и равнодушие – эти слова совершенно не складывались вместе.

Сидела в машине, пока мы ехали до города, и всё думала, перебирая последние дни. А не совершила ли я ошибки, расслабившись рядом с этим человеком? Мало мне было Ветрова, не попадусь ли я в очередную ловушку?

– Ярослава, с вами всё в порядке? – Осторожно заметил Василий, сидевший за рулём.

Я успокоила своего сопровождающего, осознав, что я только что простонала досадливо, поняв, что начала сравнивать двоих мужчин.

Бывшего и вроде как настоящего.

Хмыкнула, подумав над добавкой «вроде как».

Никакой он мне не настоящий, это всё было притворством! Таковым пусть и остаётся.

Вспомнила о Борисе и о том, что поговорить с ним нужно было уже давно. Пришла мысль позвонить ему прямо сейчас, и договориться о встрече. Вопрос, как объяснить ему ситуацию? Поняла, что не решусь, если продолжу сомневаться, и…

И я набрала номер, решая всё же сначала поздороваться и прощупать почву. Меньше всего я рассчитывала на отстранённый разговор и некоторое равнодушие со стороны Бориса.

Такие моменты я всегда чётко чувствовала. Да я и сама не понимала, как начать этот разговор. Я только сейчас поняла, что со стороны это казалось чудовищным – сообщить мужчине о другом по телефону.

Собиралась уже попрощаться и повесить трубку, решив поговорить при встрече, по-человечески, как внезапная догадка пришла в голову.

Да бред! Не может быть! Ведь Борис сам говорил, что я – лучшее, что было в его жизни.

Эти слова так чётко отпечатались в памяти, когда мы прощались перед его командировкой.

И всё же спросила зачем-то:

– Ты так говоришь со мной, Борис, отстранённо, неохотно. Скажи, у тебя ведь кто-то появился?

Пауза, заполненная молчанием, тяжёлый выдох, и немного уставшее:

– Не появился, Яся, а вернулся. Лана, моя бывшая девушка, пришла на тренировку, мы поговорили. – Снова молчание и неохотное продолжение: – Ты знаешь, она просто испугалась. Всё случилось так внезапно, она была морально не готова, и просто наговорила глупостей. Она пришла просто извиниться, не могла спокойно жить после слов, что наговорила. Сказала, что я самый замечательный, самый лучший. В её жизни не было и не будет лучше, она уверена. А я стоял и слушал. И я вспомнил всё, что между нами было до того момента. Мы посидели и поговорили. Ты знаешь, мы, наверное, первый раз так искренне поговорили. Она рассказала о своих страхах, я, признаться, тоже. И я понял, что не знал свою девушку раньше, не понимал её до конца. А потом…

Я решила поторопить Бориса, ведь я уже всё поняла:

– Вы пошли в твой номер, Борис, и переспали, не так ли?

Голос мой был ровным, я не собиралась устраивать разборки. Зачем? Тем более как я-то ему свою ситуацию объясню? Это был прекрасный выход, и Борис, получается, сам отстранялся.

Вот только больно всё равно, почему-то, было.

Честно, хотелось пореветь. Да, я не имела прав на этого мужчину, но я всё же надеялась. А ещё мне было просто обидно.

Борис не стал юлить, честно ответив:

– Да, Яся. Я всё равно позвонил бы, но решил поговорить не по телефону, а приехать к тебе. Но разговаривать с тобой сейчас, притворяться и обманывать не хочу. Ты знаешь, если бы ты встретилась мне раньше, до Ланы, уверен, я бы тебя не упустил.

Разговор уже был закончен, мы попрощались, и я положила телефон в сумочку. Вытерла слёзы обиды, всё же проступившие из глаз.

Мы почти подъехали. Стоило выкинуть грустные мысли из головы, и не портить себе день.

Всё, забыли. Прошлое стоило оставить позади, и не жалеть.