355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джуд Деверо » Говарды и Перегрины 1-2 » Текст книги (страница 31)
Говарды и Перегрины 1-2
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 01:43

Текст книги "Говарды и Перегрины 1-2"


Автор книги: Джуд Деверо



сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 35 страниц)

Глава 14

На следующее утро в замок пришла Габи со своими детьми. Наконец-то у Лианы появилась собеседница. Габи сразу рассказала госпоже о споре, который возник у Рогана и Сиверна из-за Бодуэна.

– И мой муж защитил меня? – тихо спросила Лиана.

– Да, миледи. Он велел лорду Сиверну заткнуться. Лорд Сиверн изо всех сил старался запугать моего Бодуэна и заставить его вернуться в деревню. Но Бодуэн не из таких.

– Это уж точно, – вздохнула Лиана. – Перегрины все одинаковы – не отступают и никогда не раскаиваются.

– Не совсем так, миледи. Лорд Роган очень изменился за последнее время. Вчера, когда вы шли по мостику, он перестал орать на рыцарей и долго смотрел вам вслед.

– Правда? – обрадовалась Лиана. – И он действительно защищает меня перед братом?

– Да, миледи.

Лиана приставала к Габи все с новыми и новыми расспросами. Иногда ей казалось, что она по-прежнему ничего не значит для Рогана, что он даже не помнит толком ее имени. Но ничего, теперь он наконец его выучил: утром, обнимая и целуя жену, он прошептал это имя ей на ухо.


***

Через три недели после появления Бодуэна и Габи Роган и Сиверн все еще были в ссоре и почти не разговаривали. Лиана пыталась вызвать Рогана на беседу о брате, но ничего не получалось. Зато по ночам в постели муж осыпал ее ласками. Иногда Лиане казалось, что Роган пытается наверстать всю ту нежность, которой не видел в детстве.

Вечерами после ужина он иногда приходил к ней в солярий, садился в мягкое кресло и слушал, как кто-нибудь из служанок играет на лютне и поет. Лиана научила мужа играть в шахматы, и, когда он понял, что это игра стратегическая, почти как война, дело пошло на лад. Зарид тоже присоединился к их компании, и Лиане было приятно смотреть, как юноша сидит на полу и держит в руках клубок шерсти, перематываемой кем-нибудь из женщин.

Как-то вечером Роган сидел у окна, Зарид пристроился на полу у его ног, и Лиана увидела, как Роган гладит младшего брата по голове. Подросток взглянул на Рогана с такой любовью, с таким обожанием и доверием, что Лиана растрогалась.

С каждым днем ее любовь к мужу делалась все сильнее. Она с самого начала угадала, что в этом человеке есть очень многое, чего не видят остальные.

Но внутреннего Рогана, человека мягкого и нежного, разглядеть было не просто. Временами супруги ссорились так яростно, что крыша замка чуть не падала им на головы. Роган по-прежнему был уверен, что Лиана хороша лишь для постели и домашнего хозяйства. Сколько она не доказывала ему, что у нее есть и другие достоинства, он упрямо отказывался их замечать.

Даже после удачного «экзамена», после того, как Роган шутил с женой на эту тему, он наотрез отказался разрешить ей участвовать в судебных заседаниях. Лиана напомнила, как сумела найти воров, но муж не слушал. Он твердо считал, что женщина не способна исполнять роль судьи, и переубедить его было невозможно.

В конце концов Лиана пришла в отчаяние и разрыдалась; Роган был не из тех мужчин, на кого действуют – женские слезы, но зато он очень не любил, когда жена переставала улыбаться. Ему казалось, что быть счастливой, довольной и веселой – ее долг. Полтора дня он выдерживал мрачное расположение духа своей супруги, а потом сдался и разрешил ей участвовать в заседаниях суда. Лиана бросилась ему на шею, поцеловала его, а потом стала щекотать.

Когда Сиверн вошел в Рыцарский зал, то увидел, что брат и невестка катаются по полу. У Лианы слетел головной убор, волосы рассыпались по плечам, а старший брат захлебывался неудержимым смехом. Сиверн пришел в такую ярость, что супруги моментально притихли.

«Что такое происходит с Сиверном?» – думала Лиана. Она все еще не могла свыкнуться с мыслью, что деверь стал ее главным врагом. Ведь поначалу он всегда был на ее, стороне. Но когда Роган изменился, с Сиверном тоже произошли перемены. Теперь он, казалось, испытывал к невестке лютую ненависть, ни перед чем не останавливался, лишь бы настроить против нее Рогана. Муж не рассказывал Лиане о своих ссорах с братом – приходилось полагаться на Габи. Во время учений Сиверн постоянно дразнил Рогана, говорил, что тот под каблуком у жены.

Чем больше слышала Лиана подобных рассказов, тем старательнее обхаживала Рогана. По вечерам, когда они были вместе. Лиана видела, как несладко ему приходится. Роган явно терзался, разрываясь между солярием и Угрюмой комнатой.

Из-за его дурного расположения духа у них произошла еще одна большая ссора, после чего муж уединился и не показывался две ночи подряд. В конце концов Лиана не выдержала и ворвалась в Угрюмую комнату. Она не стучала, не спрашивала позволения войти, а просто решительно открыла дверь и вошла. Роган стал на нее кричать. Он кипел, ругался, но по его глазам Лиана поняла, что он рад ее появлению.

– Что это такое? – спросила она, показывая на разложенные на столе бумаги.

Роган еще какое-то время повозмущался, а потом показал свои схемы. Лиана ничего не знала о боевых машинах, но неплохо разбиралась в машинах сельскохозяйственных. Принцип работы был, в общем, схож. Лиана сделала несколько предложений, и они оказались толковыми.

Вечер прошел чудесно. Они сидели вдвоем в маленькой комнате, склонившись над бумагами. Роган спрашивал:

«Вот так?» или: «Так лучше?» или: «Да, по-моему, неплохо».

Сиверн вновь испортил им весь вечер. Он заглянул в приоткрытую дверь и разинул рот.

– Я слышал, что она здесь бывает, но не верил, – негромко сказал он. – Это была священная комната для нашего брата Роудэнда и для нашего отца. А ты пустил сюда женщину. И для чего? – Он кивнул на схемы. – Чтобы она учила тебя строить боевые машины? Неужели в тебе не осталось ничего мужского?

Когда Сиверн свирепо бросился прочь, Лиана с удовольствием отметила, что Перегрин-средний почесывается на ходу. Значит, вши вновь, поселились в его одежде. Пусть они сожрут его, живьем.

– Роган… – повернулась она к мужу.

Но муж тоже выскочил из комнаты.

Сердце Лианы разрывалось от жалости к Рогану. Он нуждался в, нежности и ласках жены, но не хотел отталкивать и своего неукротимого брата. Каждый день по многу часов Перегрин проводил на плацу, доказывая рыцарям, и особенно Сиверну, что по-прежнему является достойным предводителем клана Перегринов. По вечерам же, когда Роган появлялся в солярии, он не мог до конца, избавиться от напряжения.

Лиана изо всех сил старалась не показать, как злится на Сиверна. Даже написала письмо мачехе, спрашивая у Элен, не знает ли она каких-нибудь богатых наследниц в невесты деверю. Может быть, если удастся найти Сиверну жену, он оставит ее и Рогана в покое.

Так и произошла третья ссора, в результате которой Роган принял сторону Сиверна.

Лиана вошла в Рыцарский зал сама не своя от ярости. Сиверн и Роган сидели за столом, завтракали и не разговаривали друг с другом.

Лиана вымолвила, задыхаясь от гнева:

– Ваш.., ваш младший брат провел эту ночь в одной постели с тремя женщинами!

Роган удивленно взглянул на Сиверна.

– Неужели с тремя? У меня однажды было четыре женщины сразу, но на следующий день я едва стоял на ногах.

– Когда это было? – заинтересовался Сиверн, не обращая внимания на Лиану.

– Год назад. Помнишь, после того турнира.

– Я не про Рогана! – крикнула Лиана. – Я про Зарида. Ваш младший брат, еще совсем ребенок, спал в постели с тремя женщинами!

Перегрины уставились на нее в недоумении. Лиане показалось, что они не могут понять, чем она недовольна.

– Этого допускать нельзя, – отрезала она. – Роган, ты должен положить этому конец.

– К еще большему ее негодованию Роган весело усмехнулся.

– Да, я что-нибудь придумаю. Лиана придвинулась к нему.

– Не разговаривай со мной таким тоном. Мальчик боготворит тебя, считает, что ты царь и бог. Я уверена, что он просто пытается тебе подражать.

Сиверн ухмыльнулся и хлопнул Рогана по плечу.

– Парень хочет быть таким же, как его старший брат.

Тогда Лиана накинулась на Сиверна, уже не в силах скрывать свою враждебность.

– Роган по крайней мере пытается, но ты!: Ты живешь с замужней любовницей под одной крышей с нами, на глазах у невинного ребенка.

Сиверн тут же вскочил на ноги и огрызнулся:

– Моя жизнь тебя не касается! А что до Зарида…

– О Зариде мы позаботимся сами, – оборвал брата Роган.

– Может, о своей женушке ты тоже позаботишься сам? – ядовито осведомился Сиверн и вышел из зала.

Роган посмотрел вслед брату и тяжело опустился в кресло. Слова Сиверна его расстроили.

– Ему нужна жена, – сказала Лиана.

– Жена? Да Иоланта выцарапает ей глаза. У Рогана был такой печальный вид, что Лиане захотелось его развеселить.

– Нужно найти женщину сильную, чтобы она справилась и с Сиверном, и с Иолантой.

– Таких не бывает.

Лиана погладила его по лбу.

– Разве? Ведь я справилась с тобой, а ты сильнее, чем двадцать Сивернов и Иолант.

Лиана хотела пошутить, но Рогана ее слова не развеселили. В глазах его вспыхнул гнев.

– Нет такой женщины, которая могла бы со мной справиться, – тихо сказал он.

– Я вовсе не хотела… – начала Лиана, но муж резко поднялся.

– Нет такой женщины, которая распоряжалась бы в моем доме. Иди к себе, жена, займись вышиванием. Твое место там, а не здесь.

Роган вышел.

Он не появился у нее ни вечером, ни ночью. Лиана была сама не своя от беспокойства и боялась, что муж отправился к другой.

– Я устрою ей такую казнь, что она будет молить о смерти, – шептала Лиана, меряя шагами комнату.

В полночь она отправилась к Габи, вырвала ее из объятий Бодуэна и заставила узнать, где Роган. Габи вскоре вернулась и сказала, что лорд Роган сидит в большой столовой с несколькими рыцарями и пьет вино.

Эта весть Лиану обрадовала. Значит, он расстроен ссорой не меньше, чем она. Роган уже не может просто отмахнуться от нее и найти утешение у какой-нибудь другой женщины.

Лишь после этого она смогла уснуть, хоть и не сразу.

Проснулась она на рассвете от лязга стали.

– Роган! – воскликнула Лиана, сама не своя от страха. Она накинула рубашку на обнаженное тело и выскочила из спальни.


***

Перед рассветом в замок попытались проникнуть враги. Люди Говардов забросили на стену крюк и бесшумно вскарабкались по веревкам.

Последняя схватка произошла много месяцев назад, и Перегрины, занятые внутренними раздорами, забыли о внешней опасности. Часовые расслабились, утратили бдительность.

Дюжина нападающих успела забраться на стену, прежде чем дозорные их заметили. Двое стражников были зарезаны во сне.

В это время Роган валялся на полу в большой столовой, одурев от выпитого. Сиверну удалось растолкать его не сразу.

– Меня тошнит от тебя, – бросил Перегрин-средний, швырнув брату меч и выбежал во двор.

Роган не сразу пришел в себя, но тело действовало само. Он растолкал рыцарей и через несколько секунд уже сражался с врагами во дворе рядом с Сиверном и Бодуэном.

С нападающими удалось расправиться очень быстро. Когда Сиверн хотел прикончить последнего из них, Роган остановил брата.

– Зачем вы напали? – спросил он у пленного. – Чего хочет Оливер Говард?

– Твою бабу, – ответил рыцарь Говарда. – Нам велели ее похитить.

Рыцарь знал, что ему не уйти от смерти, а потому вел себя нагло.

– Лорд Оливер сказал, что его младшему брату нужна жена, а из невест Перегринов получаются отличные жены для Говардов.

Роган вонзил наглецу нож в сердце и повернул несколько раз. В конце концов Сиверн оттащил его в сторону.

– Успокойся, он мертв. Они все мертвы. И четверо наших рыцарей тоже.

Рогана трясло от страха. Если бы Сиверн не оказался начеку… Если бы дозорные не услышали… Если бы… Они могли бы похитить Лиану!

– Обыщите весь замок, – приказал он. – Каждый закоулок, каждый шкаф, даже каждый сундук. Я хочу быть уверенным, что никого из Говардов здесь не осталось. Живо! – прикрикнул он на рыцарей.

– Наконец-то ты вспомнил о Говардах, – заметил Сиверн. – И то только из-за нее. Ты поставил под угрозу нас всех – меня, Зарида, себя. Из-за этой бабы ты рискуешь нашим последним владением. Тебе наплевать, что четверых рыцарей убили, а еще дюжина ранены. И все из-за твоего пьянства. А почему ты напился? Потому, что поссорился со своей женой. Из-за прежней твоей жены мы потеряли двоих братьев. Неужто и остальные Перегрины должны погибнуть, чтобы ты успокоился?

Как раз в этот момент по лестнице сбежала Лиана. Светлые волосы развевались за ее спиной, сквозь тонкую рубашку проглядывали стройные голые ноги. Она бросилась к Рогану и обняла его.

– Ты жив! – воскликнула она, обливаясь слезами. – Я так за тебя боялась!

На миг Роган забыл о разъяренном брате и окровавленных телах. Он крепко обнял дрожащую жену. Лишь по счастливой случайности она не попала в лапы врагов. Роган погладил ее по голове и утешающе прошептал:

– Я невредим.

Тут его взгляд упал на лицо одного из рыцарей, старого вояки, еще служившего старому Перегрину, а затем Роулэнду. На лице рыцаря застыла гримаса отвращения. Старый воин не мог спокойно смотреть, как глава рода Перегринов воркует с женщиной, а прямо у его ног лежат два трупа.

Роган знал, что за последние недели люди хранили ему верность и не поддерживали Сиверна, зная, что Перегрин-старший ни в коей мере не пренебрегает своими обязанностями. Они не видели, как Роган сидит вечерами в солярии и слушает женское пение. Не видели они и того, как жена помогает Рогану конструировать военные машины.

Но теперь, глядя в глаза своим рыцарям, Роган понял, что их преданность поколеблена. Как могут они верить человеку, который из-за ссоры с женой напился пьяным и чуть не проспал нападение врагов? Теперь люди могут выйти из-под контроля. В крестьянской пьесе жена «укротила» лорда Стервятника и посадила его на поводок. Роган не придал значения этой сатире, потому что счел ее полным абсурдом. Теперь же он увидел, что крестьяне правы.

Нужно восстановить свою власть над рыцарями, иначе он рисковал навсегда утратить их уважение.

Роган оттолкнул Лиану и рявкнул:

– Марш домой, женщина. Здесь тебе не место. Лиана догадалась, какого рода чувства владеют Роганом. Она распрямила плечи и сказала:

– Я хочу помочь. Сколько человек ранено? – Потом обернулась к рыцарю, презрительно смотревшему на Рогана.

– Отнесите раненых на кухню, там теплее. И не забудьте…

Роган прервал ее:

– Делай, как тебе говорят!

– Но здесь же раненые.

Рыцари, как раненые, так и уцелевшие, во все глаза смотрели на происходящее, и Роган понял, что наступил критический момент.

– Я женился на тебе из-за денег, – сказал он ровным, звучным голосом, чтобы все слышали. – Твой совет и твоя красота для меня ничего не значат.

Лиане показалось, что ее со всей силы ударили в живот. Она хотела ответить, но не хватило сил. Со всех сторон послышались смешки. Господин отличнейшим образом указал женщине на ее место. Лиана медленно обернулась и побрела прочь.

Роган хотел броситься за ней, но сдержался.

– Унесите трупы, – приказал он. Ничего, ночью он все исправит. Может быть, подарит ей что-нибудь. Ей так понравилась деревянная кукла…

– А куда девать раненых? – спросил Сиверн. Роган увидел, что брат вновь смотрит на него с уважением.

– В большую столовую. Пусть лекарь их заштопает. А потом приведешь сюда тех, кто стоял в дозоре, – Слушаюсь, брат, – сказал Сиверн и положил руку ему на плечо.

Рогану показалось, что рука неимоверно тяжела.


***

– Он показал ей, – горделиво сказал Сиверн Иоланте. – Я знал, что все будет хорошо. Надо было тебе видеть его вчера утром. «Я женился на тебе из-за денег, а не из-за твоих советов и не из-за твоей красоты». Вот как он ей сказал. Теперь она наконец перестанет совать нос в наши дела.

Ио взглянула на него поверх незаконченного гобелена. Она уже слышала о том, что произошло накануне.

– А где твой умный брат провел минувшую ночь?

– Не знаю. – Сиверн заколебался. – Наверное, с рыцарями. Надо было ему сломать дверь ее спальни к черту. Этой женщине нужно преподать урок.

Ио посмотрела, как Сиверн чешет во всех местах. Как было чудесно, когда он ходил чистым.

– Ты уже добился того, что замок стал почти таким же грязным, как прежде. Твой брат спит со своими рыцарями и, наверно, опять глубоко несчастлив. Ведь он теперь не улыбается, верно?

Сиверн встал и подошел к окну. Зарид сказал, что он просто ревнует к старшему брату, и Сиверн подумал, что, может, Зарид прав. Вчера удалось одержать победу он заставил Рогана публично отречься от жены и прогнать ее. Но кто в результате оказался в выигрыше? Последние сутки прошли прескверно. Сиверн и не подозревал, насколько Роган изменился в последнее время.

Теперь в нем воскресла былая свирепость, да еще в десятикратном размере. Во время учений он вел себя как сущий дьявол – сегодня сломал руку одному из рыцарей, который оказался недостаточно проворен, а другому рассек щеку. Когда Сиверн попытался протестовать, Роган одним ударом сбил его с ног. Перегрин-средний обернулся к Ио.

– Роган такой же злющий, как и раньше. Иоланта без труда читала его мысли. Сиверн вовсе не злой Человек, иначе она не смогла бы его полюбить. Но, как большинство мужчин, ненавидел перемены. Он с любовью и обожанием относился к старшим братьям, но все они погибли, один за другим, остался лишь Роган. Сиверн боялся потерять и его.

– И что же ты сделаешь, чтобы помирить их? – спросила Ио, вдевая золотую нить в иглу.

– Помирить? – удивился Сиверн. – Чтобы Роган опять целыми вечерами торчал у нее в солярии? Тогда все опять пойдет к черту. Говарды вырежут нас во сне. Они перебьют нас!

– Скорее Роган угробит вас всех учениями, если не удастся помирить его с женой.

Сиверн открыл рот, но передумал и опустился в кресло.

– Не такая уж она, собственно, плохая, – сказал он. – Замок и в самом деле не мешало привести в порядок. – Он взглянул на Иоланту. – Ну хорошо, замок необходимо было привести в порядок, до зачем она… – Сиверн не знал, как сказать. – Но зачем она сделала его своей собственностью?

– Она его любит. С женщинами случаются такие вещи.

Она посмотрела на Сиверна с любовью, но он этого не заметил. Бледная, невзрачная Лиана вызывала у Иоланты истинное восхищение.

– Пошли Лиане приглашение на ужин. Пусть она думает, что оно поступило от Рогана. А Рогану точно так же пошли приглашение от Лианы.

Сиверн яростно почесал плечо.

– Как ты думаешь, она распорядится, чтобы мне снова стирали одежду?

– Наверняка. Если ты вернешь ей Рогана.

– Подумаю, – негромко сказал Сиверн. – Если Роган озвереет еще больше, так и сделаю.


***

– Неужели он думает, что с такой легкостью завоюет мое прощение? – спросила Лиана у,Габи. Они были в солярии вдвоем – остальных служанок Лиана отослала прочь. – Неужели он думает, что стоит ему пригласить меня на ужин, и я приползу к нему на коленях? После того, как он жестоко унизил меня?

– Но миледи, – взмолилась Габи, – иногда мужчины говорят такое, чего на самом деле не думают. К тому же миновала целая неделя. Бодуэн говорит, что лорд Роган с каждым днем становится все хуже. Не спит сам, и людям спать не дает. Он удвоил стражу на стенах, а если часовой лишний раз моргнул, его секут плетьми.

– Какое мне до этого дело? Роган получил мои деньги, а больше ему ничего не нужно.

Глубокая обида за минувшую неделю ничуть не утихла. Оказывается,. Лиана обманывала себя, когда думала, что Роган к ней неравнодушен. Он женился ради денег, больше ему ничего от нее не нужно. Что ж, он получил то, что хотел, и не обязан считаться с женой. Она не станет больше вмешиваться в его отношение с крестьянами. Не станет настаивать на том, чтобы участвовать в судебных заседаниях. Лучше всего взять свою свиту и переехать в другой замок, а то и удалиться в какое-нибудь из имений, являющихся частью ее приданого. Если, конечно, муж перенесет потерю части своей собственности.

– Вы что, хотите отказаться от приглашения? – спросила Габи.

– Я пошлю вместо себя стопку золотой посуды – пусть поставит на мое кресло. Роган будет доволен. Тогда ему не придется смотреть на мое уродливое лицо.

– Но миледи, я уверена, что он вовсе… Лиана уже не слушала. Мысль о собственном уродстве и золоте натолкнула ее на интересную идею.

– Приведи ко мне кузнеца.

– Что, миледи?

– Приведи ко мне кузнеца, у меня есть для него работа.

– Скажите мне, что нужно, и я сама…

– Нет, это секрет.

Габи не трогалась с места.

– Так вы примете приглашение?

– Да, я приму приглашение моего супруга. Он получит еще денег, ради которых женился, и не увидит моего некрасивого лица.

Габи все еще стояла.

– Иногда лучше простить, чем продолжать ссору. Брак – это…

– Мой брак – это золото, и больше ничего. А теперь иди!

– Слушаюсь, миледи, – покорно сказала Габи и вышла.

Три часа спустя Лиана одевалась к ужину. Ей помогала не Габи, а Джойс – Лиана знала, что жена Бодуэна не одобряет всю эту затею.

Не хотелось ей сейчас встречаться и с Леди – та тоже наверняка не поддержала бы ее. Лиана видела, что сегодня дверь верхнего этажа открыта, и даже распахнута. «Я всегда здесь, когда понадоблюсь тебе», – сказала Леди, и это была правда. Всякий раз, когда отношения Лианы с Роганом заходили в тупик, дверь открывалась. Но сегодня вечером Лиана не хотела разговаривать с Леди, не хотела, чтобы та ее переубедила. Слишком уж велика была обида. Неужели такое можно простить? Если она уступит, то что он сделает в следующий раз? Ее жизнь превратится в каждодневное унижение, а Роган уверует, что прощение в любом случае ему гарантировано.

Поэтому Лиана сделала вид, что не замечает открытой двери, и продолжила свой туалет.


***

– Вон отсюда! – прорычал Роган. Они с братом находились в одной из комнат над кухней, когда-то здесь жила одна из Дней недели. В последние дни в комнате не убирали, и она покрылась грязью, а в дальнем углу сидела здоровенная крыса и грызла кость.

– Просто я подумал, что ты можешь надеть сегодня к ужину что-нибудь поприличнее. Да и побриться бы неплохо – сказал Сиверн.

– Чего ради? – огрызнулся Роган. – Чтобы поесть за одним столом с женщиной? Ты прав. Нам жилось лучше без нее. Я собираюсь отослать ее в Беван.

– Ну да, и придется послать для ее охраны половину наших людей. Ведь Говарды наверняка…

– Да пусть они забирают ее себе, мне-то какое дело! Сказав эти слова, Роган поневоле скривился. Проклятая баба! Он несколько раз пытался наведаться к ней, но дверь была закрыта. Ничего не стоило взломать ее и показать жене, кто в доме хозяин, просто не хотелось выставлять себя дураком. Ему наплевать – пусть торчит за запертой дверью, если ей, так хочется. Ведь он не соврал, когда сказал, что женился на ней из-за денег.

Правда, за минувшую неделю он очень о многом думал и многое вспоминал. Вспоминал, как она смеется, как обнимает его за шею, когда все у них хорошо, вспоминал ее слова и советы, ее теплое, ласковое тело. Еще Роган вспоминал музыку, хорошую пищу, чистый двор, где можно ходить, не боясь наступить в навозную кучу, вспоминал он и деревенский праздник. Как приятно было держать ее за руку! Как хорошо было смотреть как Габи моет ей волосы.

Он взглянул на Сиверна.

– С каких это пор тебя волнует, что я надеваю для своей жены?

– Мне надоело, что в хлебе половина песка. Да и Иоланта ко мне заметно охладела.

– Ну и отошли ее к мужу. А я отошлю… – Роган с трудом вымолвил имя. – А я отошлю Лиану.

– Да, так было бы лучше для нас обоих, – согласился Сиверн. – Наша жизнь стала бы куда спокойнее, да и дедами можно было бы заняться. Не надо было бы трястись, что Говарды доберутся до наших женщин. Но, с другой стороны, люди жалуются на плохую еду. Может… – Сиверн не договорил.

Роган посмотрел на тунику зеленого бархата, в которой по-прежнему ходил Сиверн. Может быть, если Лиана прислала ему приглашение, она хочет извиниться за то, что не пускала мужа в опочивальню и развела в замке крыс. Если же она извинится, он так и быть ее простит.


***

Лиана подождала, пока рыцари и Перегрины соберутся в большой столовой, и лишь потом спустилась вниз. Джойс закрыла ее лицо вуалью.

– Вы не передумаете, миледи? – с неодобрительным видом спросила Джойс.

– Ни за что, – ответила Лиана, распрямив плечи. Когда она вошла в столовую, все затихли. Джойс шла сзади, поддерживая длинный шлейф. Лицо и грудь Лианы закрывала длинная вуаль.

Медленно и торжественно она проследовала к своему месту и остановилась. Сиверн толкнул Рогана локтем, тот встал и подвинул жене стул. Лиана села, и обвела взглядом притихший зал. Рыцари смотрели на нее во все глаза.

Роган решил, что пора нарушить тишину.

– Хочешь вина? – сказал он громко – его голос раскатился эхом под сводчатым потолком.

Медленным жестом Лиана откинула вуаль. Все ахнули: лицо госпожи закрывала занавеска из нанизанных на нитки монет – золотых, серебряных, медных. Сверху нитки закреплялись на головном уборе.

На глазах у изумленных зрителей Лиана достала ножницы и отрезала одну из серебряных монет.

– Этого достаточно за вино, милорд? – Она отрезала золотую монету. – А этого, я полагаю, хватит, чтобы заплатить за мясо.

Роган смотрел на нее, разинув рот.

– Не бойтесь, милорд, – громко сказала Лиана. – Я съем совсем немного и больше не стану отрезать монет. Не хочу пугать вас своим уродством. Уверена, что вид денег радует вас куда больше, чем мое лицо.

Лицо Рогана стало ледяным. Не говоря ни слова, он поднялся и вышел из зала.

Зарид обернулся к Сиверну, вид у которого был весьма кислый".

– Ешь, Сиверн. Завтра в нашем хлебе и вовсе будут камни, а Роган замучает тебя учениями до смерти. Какой ты все-таки у нас умный, что додумался отвадить Лиану от хозяйства.

Лиана, стараясь не терять достоинства, медленно выплыла из зала.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю