Текст книги "Компетентность в современном обществе"
Автор книги: Джон Равен
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 24 страниц)
Развивающая среда в семье
До сих пор основное внимание мы уделяли тем особенностям развивающей среды, которые были выявленны при исследовании производственной деятельности, и подчеркивали наиболее важные и критичные из них. Более глубокому пониманию существенных для развития факторов окружающей среды способствовали наши исследования образовательных систем и условий воспитания детей. Эти работы указывают также и на другие области, которые вполне созрели для практического применения накопленных нами знаний о создании развивающей среды.
В ходе исследований, проведенных среди дошкольников (Raven, 1980), мы обнаружили, что те матери, которые признавали важность развития инициативы, независимости, уверенности в себе, способности делать свои собственные наблюдения, самостоятельно думать и успешно достигать своих целей, осознанно и систематически воспитывали эти качества в собственных детях. Развивающая среда, которую они создавали, позволяла их детям тренировать указанные качества и другие составляющие компетентности, описанные в главе 14. Они создавали для детей условия, при которых те могли уяснить для себя, что их интересует и в чем они добиваются успехов, и затем обсуждали с детьми их чувства и поступки, а также эффективность их поведения. Эти матери не вмешивались в дела своих детей, но немедленно помогали им, когда те сталкивались с трудностями, которые не могли преодолеть самостоятельно. Когда дети добивались успеха, матери радовались вместе с ними и старались создать им больше возможностей для интересных занятий. Они направляли детей на то, чтобы они ставили перед собой цели, поощряли их за это, планировали последовательность действий, необходимых для их достижения, и контролировали выполнение этих действий. Они учили детей думать и говорить об их деятельности, обсуждали с ними их планы, их опыт, вместе обдумывали то, что произошло, и помогали понять, что было неправильно и как в следующий раз сделать лучше. Они поощряли постепенный переход детей от более легких целей к более сложным и отмечали то новое, что дети достигли в данной среде, а также направленность их интересов.
К тому же матери демонстрировали детям пример собственного компетентного поведения, чтобы те могли учиться у них. Они старались, чтобы дети могли видеть их в ситуации, когда они ведут себя компетентно, и обсуждали свое поведение с детьми. Они позволяли детям увидеть их в ситуации, когда они берут на себя ответственность, руководят другими людьми, рассуждают и действуют на основе своих выводов, увидеть, как они продвигаются к цели. Они делились с детьми своими мыслями и чувствами, которые обычно считаются личными, говорили о том, что делают, почему это важно и какие чувства они испытывают в связи с этим. Они предоставляли детям возможность соучаствовать в постановке их собственных целей и в поиске путей их достижения. Они обсуждали возможные препятствия на пути к цели и способы их преодоления, включающие получение помощи и кооперацию с другими людьми. Они учились рисковать в ситуации неопределенности, полагаясь на предчувствие и частичное знание; учились замечать первые результаты своих действий, исследовать ситуацию, оценивать эффективность использованных стратегий, а также вносить необходимые поправки в свои действия. Принимая участие в деятельности родителей, ребенок разделял их чувства разочарования и печали при неудаче и радости при успехе.
Кроме того, родители старались своим поведением заслужить уважение своих детей, а не требовали его, как нередко случается в других семьях. Родители обсуждали со своими детьми, как их действия со временем могут повлиять на общество и, таким образом, делились с детьми своим пониманием мира и того, как он устроен, а также своим мнением о том, что правильно и что неправильно. Родители хотели оправдать уважение детей и старались вести себя таким образом, чтобы их не за что было упрекнуть. Они говорили не только о том, что их ограничивает и что им мешает, но и о различных событиях и соображениях, влияющих на решения, а также о том, насколько хороши другие возможные варианты (вместо того, чтобы ограничиться изложением моральных заповедей, которые просто невозможно применить к большинству ежедневных решений).
Следует также отметить важность тех результатов, к которым привели попытки уважительного обращения с детьми как с людьми, имеющими право на собственную точку зрения и собственное мнение. Родители выясняли для себя, насколько серьезными и компетентными бывают дети на самом деле. И это, в свою очередь, подкрепляло желание родителей полагаться на компетентность детей и не считать, что те нуждаются только в их поучениях, запретах, ограничениях и дисциплине. Это создавало своего рода «восходящую спираль», благодаря которой родители могли ставить перед детьми сложные задачи, для решения которых тем приходилось действовать на свой страх и риск, проявлять осмотрительность и инициативу и брать на себя ответственность, что вело к дальнейшему развитию их компетентности. Таким образом, уменьшалась необходимость унизительных запретов.
Предпосылки развития творческой и склонной к новаторству личности
Работа, о которой мы только что рассказали, касалась тех аспектов воспитательных стратегий, которые отличают родителей, развивающих в своих детях независимость, инициативу и предприимчивость, от всех остальных родителей. Очень похожие результаты дали исследования, посвященные условиям развития людей, прославившихся своими высокими творческими и новаторскими достижениями.
Особо важно в этом отношении исследование Розена и д'Анд-рада (Rosen, d'Andrade, 1959). Обзор других работ на данную тему можно найти у Макклелланда (McClelland, 1961; 1969; 1982). Проводилось также множество исследований, посвященных предпосылкам развития творческих и ориентированных на новшества людей. В их числе работы Маккиннона (McKinnon, 1962), Тэйлора (Taylor, 1963), а также Баррона и Игана (Barron, Egan, 1968). Поскольку общая картина, возникающая при сопоставлении этих двух циклов исследований, весьма схожа, мы не будем специально подразделять их при последующем изложении.
Людей, обладающих большими творческими способностями, и тех, кто имеет сильную потребность в достижении успеха, отличает следующее. Во-первых, уже в раннем возрасте их обычно начинали поощрять к независимости: им разрешали самостоятельно ходить по городу и самим выбирать, какие фильмы смотреть и с кем дружить. Родители не принимали за них решения, а, напротив, уважали их способность думать и решать.
Во-вторых, в детстве этих людей чаще, чем других, поощряли за настойчивые попытки делать что-либо самостоятельно: они получали мало помощи в процессе выполнения задачи, но много одобрения, когда добивались успеха. Напротив, отцы тех людей, которые демонстировали слабую заинтересованность в достижении успеха, стремились давать детям четкие указания, вмешивались в то, что они делают, и выражали беспокойство, когда дети делали не то, что они (отцы) хотели бы.
В-третьих, от них ожидали, что они выработают свой собственный моральный кодекс. При этом никто не вынуждал их это делать, но родители ясно давали понять, каков их кодекс. Этот кодекс особенно подчеркивал откровенность, честность, уважение к другим людям, гордость, прилежание и радость от работы, а также желание реализовать все свои способности. В целом, родители, по-видимому, питали большое уважение к своим детям и к их способности рассуждать, действовать и самостоятельно справляться с проблемами.
В-четвертых, им демонстрировали образцы осмысленной, упорной работы и находчивости. В основном, это делали родители, но время от времени и другие люди из их окружения. Кроме того, в книгах, которые им читали в детстве, в сказках, которые им рассказывали, часто изображалось в детальных подробностях и в атмосфере теплоты и одобрения эффективное поведение, ориентированное на достижение (включая его когнитивные, эмоциональные и собственно поведенческие компоненты). Примером такой литературы может послужить известная серия книг, повествующая о победах царя и полководца Бабура.
Важно отличать тренинг достижений от тренинга независимости, хотя оба они лежат в основе развития ориентированных на достижение индивидов.
Тренинг независимости включает формирование умения справляться с проблемами самостоятельно. Тренинг независимости часто имеет место в ситуациях, где важно умение детей следить за своим поведением (например, в общественных учреждениях). А тренинг достижения в большей степени базируется на контактах между детьми и родителями, ожидании высокого качества деятельности, работе родителей с детьми, помощи детям в постановке трудных, но достижимых целей и в предвидении возможных препятствий.
Помощь в развитии компетентности учеников начальной школы
В ходе исследований, проведенных в школах, мы, с одной стороны, собрали обширные данные о том, что школьные занятия, как правило, не в состоянии ускорить развитие тех компонентов компетентности, которые мы рассматриваем в этой книге. Более того, в настоящее время большинство школ сдерживает развитие этих качеств. Следовательно, они обманывают надежды наших детей и нашего общества (Raven, 1977; Raven, Varley, 1984; Raven, Johnstone, Varley, 1984).
С другой стороны, мы описали также целый ряд педагогических процедур, направленных на формирование таких качеств и реально позволяющих отдельным учителям достигать этих целей. В число подобных процедур входят: обучение, в основе которого лежит выполнение проекта, уроки-дискуссии и уроки-исследования. Мы детально описали работу целого ряда учителей, которые добиваются успеха в развитии компетентности учащихся (Raven, 1983; Raven, Johnstone, Varley, 1984). Описание способов, посредством которых деятельность типа проектной работы может привести к достижению истинных целей образования, приведено в книге «Образование, ценности и общество» (Raven, 1977). Здесь же более уместно кратко изложить некоторые результаты нашей попытки описать те приемы, которые одна учительница использовала для ускорения общего развития своих учеников.
Эта учительница организовала целую программу внешкольных занятий, в основе которых лежала деятельность по выполнению специального исследовательского проекта. Это позволило ей не только преподавать традиционные для начальной школы предметы, но и выявлять индивидуальные интересы и виды компетентности каждого вовлеченного в проект ученика. Подобные интересы имели отношение либо к определенному типу поведения, которое нравилось ученикам (например, поиск наилучших путей выполнения задачи или организация совместной работы в группе), либо к отдельным областям знания (например, история сельскохозяйственных орудий, разновидности кружевных платков викторианской эпохи или ареал распространения бабочек). Зная об этом, учительница могла не только способствовать развитию компетентности, связанной с данными интересами, но и выявить мотивацию учеников, чтобы поддерживать в классе увлеченность выполняемой деятельностью. Благодаря ее усилиям возникло общее настроение энтузиазма и вовлеченности, охватившее всех учеников. Учительница прибегала также к созданию множественной мотивации, чтобы таким образом поддержать активность каждого ученика. Ученик брался за какую-либо задачу по одной причине, но продолжал работу уже по другой – потому, например, что это давало ему возможность работать вместе с детьми, чья компания ему нравилась. Таким образом было выявлено и задействовано множество потенциальных мотивов, которыми обычно пренебрегают в школах.
Поведение самой учительницы также способствовало развитию учеников. Она делилась с учениками своими мыслями и чувствами, планами и ожиданиями, показывала свою заинтересованность в качестве работы, в новых идеях и достигнутых результатах. Она не скрывала своего презрения к мелочным правилам, демонстрировала ученикам свое умение предвидеть препятствия и находить обходные пути, свое эстетическое чутье и чувство власти над судьбой. Она показывала ученикам, как извлекать пользу из любых доступных ресурсов – как объединять цели со средствами – вместо того, чтобы, как это характерно для многих других учителей, жаловаться на недостаток необходимых средств. Благодаря этому она успешно приобщала учеников к своим моральным ценностям и так демонстрировала эффективное, компетентное поведение, чтобы они могли воспроизводить его, причем не только внешнее поведение, но и целостную систему мыслей и чувств, лежащую в его основе. Воздерживаясь от роли эксперта и кладезя премудрости (пытаясь справиться с задачами, способ выполнения которых она не представляла, и действовать в ситуациях, к которым она не знала как подступиться), она показывала ученикам, как нужно учиться и как придумать что-то новое. Она принимала к действию высказываемые учениками предложения и тем самым на собственном примере показывала, что авторитетных людей и лидеров лучше воспринимать не как непререкаемые источники информации и организаторов, а как тех, кто наилучшим образом может помочь другим людям описать и использовать свои знания, организовать обмен мнениями, оценить по достоинству вклад других людей в общее дело и помочь окружающим почувствовать себя способными к достижению собственных целей.
Аналогичным образом ее ученики могли многому научиться и на примере своих одноклассников. В процессе обучения возникали отношения партнерства. Учительница позаботилась о том, чтобы были выработаны соответствующие понятия; и с их помощью ученики могли анализировать и оценивать пользу, которую приносят люди, «поступающие не так, как от них требуют». Иногда учительница сама обращалась к ученикам, чтобы те помогли ей обуздать энергию (иногда разрушительную) одного из их товарищей. При этом она открыто фиксировала тот факт, что не все вносят свой вклад в работу группы, и вслух анализировала те мыслительные операции, которые лежат в основе эффективного лидерства и управления. Вовлекая своих учеников в эту деятельность, она помогала им развивать навыки лидера и руководителя.
Благодаря всему этому ученики учились ценить красоту и эффективность деятельности, понимать других людей, имеющих собственные ценности, интересы и способности. Они учились ценить научные изыскания и связывать их с повышением качества повседневной жизни. Они учились принимать бюрократические правила не как требования, а как общее руководство к действию. Они учились тому, что для достижения эффективности необходимо идти на расчитанный риск. Они учились проявлять благоразумие, управлять, исследовать и строить свою собственную картину мира из разрозненных сведений. Они учились формировать свое поведение с учетом этой картины мира и проявлять инициативу, необходимую для деятельности на основе собственных представлений. Они учились задавать вопросы, а не только отвечать на них, и постепенно это становилось стилем их поведения. Они учились дискутировать, высказываться, перенимать опыт других, выражать свои мысли и чувства с помощью графического и художественного материала, намеками, аллюзиями и жестами. Они начинали понимать, что вполне компетентны, чтобы учиться самостоятельно. Им в меньшей степени, чем другим ученикам, грозило переживание чувства «беспомощности», неспособности сделать что-либо, пока не овладеешь огромной массой материала. Они узнавали, что относительно легко могут стать специалистами в любой области, которую изберут. Таким образом, происходила демистификация самого процесса обучения.
Обучение в классе опиралось на самостоятельные внеклассные занятия учеников. Учительница советовала детям читать книги по истории о том, чем интересовались люди прошлых эпох, как они воспринимали мир и о чем они думали. Таким образом, ученики рассматривали исторический материал в социальном и экономическом контексте и учились обращать внимание на отдельные аспекты социальных и экономических систем. Ученики знакомились с представлениями людей прошлого, с их убеждениями и предрассудками и с тем, как все это влияло на развитие общества и социальных институтов. Такая деятельность помогала ученикам лучше уяснить свои собственные ценности: они сочиняли рассказы, в которых пытались представить себя в роли исторических персонажей. Социальные и экономические процессы становились им ближе и понятней. Ученики упражнялись в построении картины общества и его устройства из осколков информации, полученной из разнообразных источников (надгробных надписей, материалов археологических раскопок, музейных экспонатов, местных преданий). А заодно они избегали формирования установки на то, что в обучении истории главная задача состоит в изучении ортодоксальной версии событий. Такое изучение геологических, биологических, исторических и социальных феноменов может быть относительно легко расширено за счет включения сюда исследований по социальным, гражданским и политическим установкам и ожиданиям и их возможным последствиям для личности и общества.
Развитие компетентности в высших учебных заведениях
Уинтер, Макклелланд и Стюарт (Winter, McClelland, Stewart, 1981) сравнили результативность деятельности колледжей разного типа в США по изменению ценностей и развитию компетентности студентов. В отличие от авторов более ранних исследований, обзор которых приводит Джакобс (Jacobs, 1956), они оценивали те результаты, которых хотели добиться преподаватели, и результаты, которых можно было бы ожидать от учебных программ. Их исследование показывает, что колледжи весьма отличаются по своему влиянию на студентов. Так, колледжи, входящие в «Айви Лигу» (эквивалент Оксфорда и Кембриджа), формировали у студентов чувства значимости, избранности и лидерства, которые впоследствии переносились на виды деятельности, обеспечивающие наибольший успех в обществе. Такие колледжи способствовали развитию желания и способности критически мыслить и справляться с решением сложных проблем (особенно социальных).
Поставленные цели достигались не в процессе академических занятий и не во внеучебное время («враг… критического мышления – это центры студенческой социальной жизни в общежитиях…»), а с помощью:
– Разнообразного опыта, который студенты получали за счет совместной работы с людьми разного социального происхождения, придерживающихся различных систем ценностей и интересов. Правда, такая деятельность эффективна лишь при условии, когда преподаватели требуют от студентов, чтобы те анализировали и интегрировали приобретаемый опыт, а не просто «принимали» его, сплетничали о нем или бездумно его накапливали.
– Требования, чтобы студенты брались за решение новых, незнакомых, разнообразных и сложных задач, бросающих вызов их устоявшимся предубеждениям и стереотипам. Это требование, однако, не может иметь слишком обобщенный характер, оно должны быть связано именно с теми сферами деятельности, которые важны и интересны для студентов.
– Предоставления студентам широких возможностей для участия в новой для них деятельности (лидерской, инновационной, исследовательской и проч.) и оказания им поддержки на время, когда они стараются выполнить работу, важную с точки зрения достижения значимых для них целей.
– Совместной со студентами постановки новых, значимых для них задач, которые дожны быть выполнены на уровне высоких стандартов, при условии оказания им поддержки и веры в успех их деятельности.
– Постоянного указания на необходимость достижения высоких стандартов при выполнении самостоятельной учебной работы; сюда входит подготовка докладов, проведение семинаров и участие в оригинальных исследованиях совместно с сотрудниками факультетов.
– Избегания директивных правил, которые мешают студентам приобретать определенные виды опыта или заставляют их скрывать удовлетворение, получаемое ими от профессиональной деятельности. Время, которое студенты должны потратить на исследования, фантазии, размышления и структурирование полученного опыта, является важнейшей частью любой эффективной образовательной программы. К сожалению, этим часто пренебрегают ради получения быстрых результатов.
Легко заметить, что многие современные тенденции университетского образования скорее тормозят, чем стимулируют такое развитие.
Важно, чтобы люди имели возможность выявить свои системы ценностей, опробовать новые стили поведения, иметь возможность участвовать в независимых исследованиях и развивать значимые виды компетентности в ходе этих исследований. Можно еще раз подчеркнуть важность узкоспециальной информации и важность контакта с носителями соответствующих ролевых моделей. К сожалению, здесь опять мы имели возможность лишь конспективно проследить влияние деятельности социально-экономических систем на проблемы конкретного индивида и оценить ее практические последствия.
Препятствия на пути создания развивающей среды
После указания на то главное, что может быть сделано для создания развивающей среды, способствующей росту компетентности, теперь полезно будет суммировать представления о возможных препятствиях на этом пути.
Начнем с перечисления тех трудностей, которые были отмечены учителями, посещавшими матерей с целью помочь им в создании развивающей среды для своих детей.
Если учителя действительно хотели этого добиться, они должны были уяснить (хотя бы только для себя), что сначала им нужно как-то изменить ценностные ориентации матерей и взять под контроль те факторы среды, которые ограничивают диапазон их возможного поведения. Обычно считается, что это не входит в обязанности домашнего учителя, хотя на самом деле является крайне важным компонентом эффективного управления.
Обнаружились и другие неожиданные препятствия эффективной работе учителей в семьях. Это ограничения, связанные с ролевыми установками самих учителей. Педагоги чувствовали, что они, в отличие от матерей, не могут просто ждать, пока ребенок обнаружит свои интересы, а затем развивать уникальные компетентности ребенка. Они были ограничены во времени и поэтому должны были торопить события. Кроме того, они беспокоились о том, что должны обеспечить ребенку возможности, важные с точки зрения других людей, а не просто показать ребенку то, что может быть интересно именно ему. Педагоги считали, что именно они, а не сам ребенок, несут ответственность за то, чему он научится.
Другие препятствия на пути создания развивающей среды состояли в следующем:
– «Обучение» понималось учителями скорее как «объяснение», а не как «содействие развитию». Учителя считали, что если не объяснять или не показывать детям или их матерям, «как делать правильно», то они просто не выполнят свою работу. (Подобным же образом большинство руководителей считает – не учитывая выводов исследования Клемпа в области организационной эффективности – пустой тратой времени, неуместным, а подчас даже нечестным или неэтичным делом создание «всего-навсего» условий, подводящих к нужным результатам, или поощрение деятельности подчиненных им людей, направленной на то, чтобы они лучше понимали события или ситуации, и отдает предпочтение приказной форме управления.)
– Педагоги не имели возможности продемонстрировать матерям или своим начальникам, что дети развили многие из тех видов компетентности, которые мы упомянули выше. Следовательно, они не могли доказать необходимость организуемой ими развивающей деятельности. (Точно так же и сотрудникам большинства организаций трудно добиться признания своих истинных интересов, талантов, умений.)
– Учителя не получали необходимого доверия, чтобы сформировать важные составляющие компетентности или по крайней мере побудить ребенка выработать собственные способы познания. (По той же причине и руководителям трудно развивать компетентность своих сотрудников.)
– Педагоги не знали, как выявить интересы ребенка, а следовательно, и те виды деятельности, которые скорее всего будут его «мотивировать».
– Педагоги не знали, как оценить результат своего воздействия на ребенка на каждом этапе обучения, и потому не могли решить, что им следует делать дальше (особенно в отношении тех видов компетентности, которым уделяется основное внимание в этой книге).
– Учителя знали об упомянутых выше различиях в родительских приоритетах, но часто даже не задумывались, к каким представлениям о равенстве это может привести. (Опять-таки на рабочих местах, когда решается вопрос о выдвижении сотрудников, возникает проблема, как привести в соответствие все разнообразие их талантов и способностей с социологическими критериями, применяемыми в настоящее время. Необходимость сочетания идеи экономического равенства с гибкой системой размещения персонала даже не стоит в повестке дня большинства политиков и ученых-обществоведов.)
– Учителя догадывались, что решение задач, над которыми они работают, связано с системами ценностей. Однако они еще не определили своей собственной позиции по этому вопросу: должны ли они пытаться влиять на ценности ребенка; каковы будут социальные последствия такого влияния; должны ли они относиться с уважением к ценностям других людей, отличным от их собственных, и позволять людям стремиться к важным для них целям, даже если они основаны на ценностях, которые сами учителя не разделяют, а также следует ли развивать компетентности, связанные с такими ценностями?
Препятствия на пути создания развивающей среды в семье
Как мы уже говорили, значительная часть родителей не создает развивающей среды для своих детей. Частично это объясняется нежеланием развивать в детях те качества, формированию которых способствует такая среда. Однако есть и другие причины. Родители часто находятся под влиянием финансового или эмоционального стресса. Стресс не только мешает им уделять детям достаточно времени, но и формирует эмоциональную холодность, не позволяющую им заинтересованно, но спокойно реагировать на насущные нужды детей. Кроме того, стресс мешает им демонстрировать детям уверенное, эффективное поведение так, чтобы те могли перенять его. Самим родителям часто приходится унижаться перед работодателями или сотрудниками социальных служб, от которых зависят жилье, доход, отпуск, обучение детей, предоставление каких-то услуг, признание оправданности их затрат. Таким образом, они лишаются самоуважения и возможности самостоятельно принимать решения, учитывать результаты собственных действий, компетентно действовать, планировать свое будущее и управлять своей жизнью. Родители часто испытывают одиночество и страдают от депрессии. По всем этим причинам они часто не способны на самоактуализацию, которая, согласно Маслоу, становится возможной только после удовлетворения всех остальных потребностей человека. Как следствие, родители не в состоянии помочь детям развить поведение, направленное на самоактуализацию.
Но есть и другие причины, по которым родители не создают своим детям условий, способствующих их развитию. Чтобы вести себя подобающим образом, родители должны обладать необходимым временем, способностями и мотивацией для принятия на себя этих сложных, многоплановых и ответственных обязанностей. Пришлось бы следить за развитием ребенка, за своим влиянием на него, решать, что делать дальше, отвечать на вопросы детей и находить нужную информацию. Кроме того, возникла бы необходимость находить особые средства воздействия на независимых детей, критически относящихся к авторитетам. Следовательно, нужно было бы обеспечить детям условия для адекватного понимания ими тех побудительных мотивов, которые управляют их поведением. Возникла бы необходимость понимать собственных детей, чьи системы ценностей и модели компетентности принципиально отличаются от родительских, и реагировать на эти ценности. К сожалению, сами родители имеют мало возможностей развивать новые виды компетентности и их убеждения часто препятствуют этому. Более того, повседневный опыт может, например, подсказать родителям, что в той среде, где они вынуждены жить, у детей с еще несформированными механизмами самоконтроля опасно развивать инициативу и любознательность. Таковы возможные причины, по которым родители часто не хотят поощрять развитие таких качеств в своих детях.
Укажем на ряд моментов, связаных с предыдущими рассуждениями. С одной стороны, многие родители не создают своим детям развивающую среду не потому, что не знают, что из этого получится, а потому, что не хотят, чтобы их дети обладали подобными качествами. Они боятся, что из-за этого дети станут для них дополнительным источником стресса. Формирование этих качеств создаст определенные трудности и для детей: родители понимают, что им все равно не удастся сделать так, чтобы развить эти качества до уровня совершенства. С другой стороны, многие родители и хотели бы развить в детях эти качества, но не могут из-за ограничений, накладываемых на них средой, в которой они живут. В обоих случаях ясно, что необходимо создавать наилучшие условия развития для взрослых, если мы хотим, чтобы и детей поощряли к развитию их компетентности. Для этого лидерам и руководителям нашего общества придется изменить свое поведение: они должны научиться верить в то, что люди способны рационально мыслить, ответственно действовать и контролировать себя. Они должны создать обучающие, развивающие и поддерживающие общественные структуры, вместо того, чтобы следить за выполнением унизительных, ограничительных правил и уставов, подкрепленных государственными силовыми структурами, судом и полицией. А руководителей этих структур нужно снабдить новыми концепциями и инструментами, чтобы перейти от бюрократического управления гражданами к представлению о гражданине как активном участнике бюрократического процесса.
Таким образом, круг замкнулся. Если мы стремимся к созданию развивающей среды в семьях, то нужно дать родителям возможность включаться в поведение более высокого уровня, развивать политические и социальные представления, необходимые для эффективной деятельности в современном обществе. А для этого мы нуждаемся в новых политических структурах и новых представлениях о функционировании общества, в более высокой управленческой компетентности политических лидеров и руководителей нашего общества. Задача ученых в области социальных наук состоит в обеспечении как родителей, так и руководителей необходимыми для этого понятиями, представлениями и инструментами.
Препятствия на пути формирования компетентности в школе
Хотя отдельные учителя, использующие ту или иную форму обучения, направленную на развитие компетентности, стали появляться в школах (чаще в мелких) уже с начала XX в., не вызывает сомнений, что эти учителя испытывали и продолжают испытывать трудности в реализации своих программ и в признании важности своей деятельности и что их программы остаются вне основного русла образовательного потока.
