Текст книги "Дикарь и простушка"

Автор книги: Джоанна Линдсей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 23

– Садитесь, Арчибальд, и выслушайте меня. У нас неприятности.

Шотландец устроился напротив письменного стола в гостиной Невилла и окинул хозяина скептическим взглядом. Он терпеть не мог, когда за ним посылали дворецкого, как за провинившимся мальчишкой. Кроме того. Арчи плохо спал ночью, еще не успел позавтракать, а в комнате было чертовски жарко. Неужели у него мало своих бед?

– У нас? Каким это образом? Единственное, что есть у нас общего, – это парнишка, а он делает именно то, о чем его просили. Кстати, вы умудрились собрать здесь настоящий цветник! Знай я, что в Англии живут такие красавицы, сам приехал бы погостить после кончины моей дорогой женушки, и кто знает, может, нашел бы свою половину.

– Сделай вы это, и не было бы причин спорить из-за Дункана, – проворчал Невилл.

– А кто спорит? Я думал, мы наконец согласились поделить наследников.

– Вряд ли решение было таким уж справедливым, но сейчас не время обсуждать это, – отмахнулся Невилл. – Похоже, вы не заметили, что вчера Дункан лично пригласил на праздник некую Сабрину Ламберт, с которой и провел весь вечер.

– С той маленькой пышечкой? Милашка, ничего не скажешь, но отнюдь не красавица, так что нет нужды расстраиваться – в конце концов он выберет самую смазливую из всех.

– Не понимаю, почему вы придаете такое значение внешности? – с усталым вздохом обронил Невилл. – Красивое лицо далеко не самый верный признак идеальной жены, как мы сами увидели на примере девчонки Рид.

– Ошибаетесь, – жизнерадостно возразил Арчи. – Слушать дражайшую супругу совершенно не обязательно, мало того, можно хоть всю жизнь пропускать глупые речи мимо ушей, зато видеть ее придется каждый день, с утра до вечера, так что за прелестное личико можно простить пустую голову.

Невилл поднял взгляд к небу, но все же заметил:

– Дункан, должно быть, так не считает, поскольку выказал определенный интерес именно к этой девице. Возможно, ему нравится ее общество, он сам это признал. Она умеет его рассмешить. Если это все, значит, я зря волнуюсь.

Арчи с недоумением нахмурился:

– Что-то я вас не понимаю, старина. Если вам все равно, женится он на красотке или нет, к чему завели эту песню? Может, девица недостаточно высокородна?

Невилл снова вздохнул;

– Внешность Сабрины Ламберт не имеет никакого значения, Арчибальд. Если хотите знать, я нахожу ее достаточно привлекательной. Все дело в ее глазах. Они совершенно необычные.

– Необычные? Что-то я не заметил.

– Еще бы заметить, если вы смотрите только на пышные груди и раскрашенные лица и не замечаете тонкости черт, не говоря уж об уме и остроумии девиц, – кисло ответил Невилл.

Арчи только усмехнулся:

– Просто я не подходил к девчонке настолько близко, чтобы заглянуть ей в глаза. Значит, вам не нравится ее происхождение?

– Нет, не в этом дело. Ее прадед Ричард был герцогом, дед – графом. Да и отец унаследовал бы титул, переживи он своего родителя, но этому не суждено было случиться. Если на то пошло, знатностью происхождения она превосходит почти всех девиц, собравшихся в этом доме. Беда в том, что она воспитывалась у сварливых старых дев-тетушек…

– Так вот что не дает вам покоя! – перебил Арчи со смешком. – Рад сообщить, что сразу после свадьбы возвращаюсь домой и вам одному придется их терпеть.

– Слава Богу и за малые милости, – с нескрываемым облегчением произнес Невилл. – Но с ее именем связан давний скандал, который вновь всплыл на поверхность.

Арчибальд, разом став серьезным, подался вперед:

– Что еще за скандал?

– Не из тех, каким следует придавать значение, поскольку я лично знал Ричарда Ламберта и видел, как тот обращается с оружием. Неуклюжий медведь – иначе не скажешь. Черт возьми, да он едва не прострелил мне ногу, когда мы охотились вместе. Вполне вероятно, он случайно пустил в себя пулю, вовсе не имея намерений покончить с собой, как утверждают сплетники. Но вот его жена – дело другое. Редкая дурочка. Не сомневаюсь, она действительно рассталась с жизнью по собственной воле, когда поползли неприятные слухи. У безмозглой идиотки не хватило мужества опровергнуть их и посмеяться кумушкам в лицо.

– По-моему, тут нет ничего позорного, – не согласился с Невиллом Арчи. – Всякое бывает.

– Верно, но на этом неприятности не закончились. Дочь последовала примеру матери, а следующими были ее сын и невестка, родители Сабрины. Понимаете, о чем я, Арчибальд? И это в то время, когда мы так отчаянно нуждаемся в наследнике, который продолжит оба наших рода! Неужели хотите на собственном опыте проверить, есть ли правда в грустной истории девушки?

– А Дункан знает?

– Думаете, он делится со мной? Понятия не имею, хотя, возможно, он и слышал сплетни. Но повлияют ли они на его решение?

Арчибальд задумчиво свел брови:

– Вполне вероятно, никоим образом, а если именно вы начнете этот разговор – ни за что и никогда. Невилл раздраженно поджал губы:

– Кажется, мы уже обсуждали это раньше? Вам приятно думать, что мальчик заупрямится и будет стоять на своем назло мне, но я о нем лучшего мнения. Однако во всем, что касается брака, он скорее всего послушает вас, так что постарайтесь узнать, известна ли ему печальная история семьи Ламберта, заодно дайте мальчику понять, что эта девица не из тех, на ком женятся.

На этот раз Арчи кивнул, хотя не преминул добавить:

– Вполне возможно, она, как вы сказали, всего лишь забавляет его.

– Да, и все могло бы обойтись, если бы не внезапный приезд мисс Офелии Рид.

– Черта с два! – перебил Арчи. – Неужели…

– Мало того, она сейчас гостит у Ламбертов, – в свою очередь, вставил Невилл, – и несмотря на это, Дункан пригласил всех. Он либо, к вашему восторгу, сражен красотой леди Рид и решил простить ей оскорбление и жениться, либо питает самые серьезные намерения относительно барышни Ламберт. Выбирайте, что вам по душе, Арчибальд. Я в ужасе и от того и от другого.

– А что я? – огрызнулся Арчи. – Вполне возможно, Дункан не знал, кто гостит у Ламбертов, и сам удивится, увидев, кого они привезли, а следовательно, постарается избавиться от назойливых баб.

Невилл, усмехнувшись, покачал головой:

– Все это только предположения. Сабрина Ламберт наверняка рассказала ему обо всем вчера вечером. Хоть она и пария, изгой в приличном обществе, все же не настолько глупа, чтобы не понять, какие последствия может иметь появление мисс Рид в обществе молодых леди, из которых Дункан должен выбрать себе невесту.

– О Господи! – с отвращением пробормотал Арчи, вставая. – Я немедленно найду его и узнаю, как обстоят дела. От всех этих предположений у меня чертовски разболелась голова.

Глава 24

Этим утром Дункан постарался не спускаться вниз, верный решению, принятому прошлой ночью. Вчера он твердил себе, что утром все предстанет перед ним в новом свете, и поэтому допоздна ворочался с боку на бок, прежде чем послать лакея к кучеру и передать отмененный ранее приказ ехать к Ламбертам и привезти всех, включая их гостью. Только после этого он с облегчением сомкнул глаза. Пробудившись же, понял, что совершил глупость, и настроение от этого мгновенно испортилось.

Впустить Офелию Рид в дом деда по любой, даже самой веской причине было огромной ошибкой. Она вообразит, будто таким образом он дает ей понять, что все прощено и забыто.

Он мог найти другой способ каждый день видеться с Сабриной, пока не разъедутся гости, а если его отсутствие заметят, что ж, ему все равно. Никто не обязывал его торчать в Саммерс-Глейд двадцать четыре часа в сутки. Зачем же он сотворил такую глупость?!

Но в глубине души Дункан прекрасно сознавал, почему поступил именно так. Приезд Сабрины означал, что она будет с ним целыми днями и всегда окажется рядом, если ему вздумается поговорить, посмеяться, спросить совета в важном деле, которое ему предстоит завершить в следующие две недели, не говоря уж о том, что один только вид этой девушки успокаивает его. Ради этого Дункан был готов мириться с любыми неудобствами, которые наверняка вызовет появление Офелии. Ничего, он легко справится со всеми неприятностями.

Однако Дункан не учел отношения общества к его поступку. Не сообразил, как будет выглядеть в глазах посторонних приезд бывшей невесты, особенно после того, как он грубо разорвал их помолвку.

Это и пришлось ему понять, когда Арчи ворвался в его комнату и стал допытываться, не изменил ли он мнения относительно мисс Рид. Дункан отвечал деду весьма вразумительно, но затруднился с объяснением, когда дед спросил о его намерениях по отношению к Сабрине. Правда, особых намерений у него и не было, просто ему нравилась компания Сабрины, но Арчи вряд ли способен был такому поверить.

Дед действительно не поверил.

– Дружба? – фыркнул тот. – Мужчины не дружат с женщинами. Неслыханно!

– Но почему?

– Потому что страсть и нежные чувства препятствуют дружеским отношениям, вот почему! И если ты скажешь мне, что ни разу не думал о ней как о женщине, я назову тебя наглым лжецом!

Дункан, ничуть не обидевшись, рассмеялся:

– Можешь называть меня, как тебе угодно! Но, честно говоря, я столько смеюсь в ее присутствии, что времени не хватает думать о чем-то еще!

Арчи, разумеется, не устроило подобное объяснение, но Дункан так и знал, что дед его не поймет. Просто он не способен видеть ничего, кроме «естественного порядка вещей» между мужчиной и женщиной.

Дункан все же попытался объяснить деду:

– Представь, что имеешь очень хорошего друга, возможно, самого лучшего, который живет поблизости. Ты устраиваешь праздник и хочешь, чтобы друг разделил с тобой твою радость. Что тут такого?!

– Но заметь, что у твоего друга есть другие дела и обязанности. Скажем, в его доме кто-то гостит.

– Можно легко разрешить затруднения, пригласив и его гостя. И ничего тут сложного.

– Только не в том случае, если эта самая гостья – злобная змея с ядовитым жалом, которая может легко испортить любой праздник.

Дункан вздохнул – трудно оспаривать такое утверждение, если учесть, что речь идет об Офелии Рид. Но он тут же рассмеялся. Хоть в чем-то Арчи прав!

– Не стоит заранее волноваться насчет Офелии. Пока ничего не случилось. И будь уверен, мои отношения с Сабриной – чисто дружеские. Поговори с девочкой, и сам поймешь, почему я от нее не отхожу. Она настоящая волшебница. Стоит ей улыбнуться – и ты сразу забываешь о бедах и неприятностях.

Но Арчи, ничуть не убежденный уверениями внука, продолжал хмуриться:

– Главное, чтобы ты не забыл, с какой целью приглашены остальные девушки.

– Я без споров согласился найти себе жену, но не желаю, чтобы меня подгоняли, и скажу сразу: если за эти дни я не смогу сделать выбор, не собираюсь выслушивать ваши стенания. Не смейте меня донимать нытьем. В конце концов, это моя, а не ваша жизнь решается!

– Но трудно ожидать, чтобы ты влюбился с первого взгляда, – проворчал Арчи. – Для того чтобы возникла любовь, требуется время.

– Я говорю не о любви, а о симпатии. Взаимной привязанности. Невеста должна мне по меньшей мере понравиться! Безразличие и равнодушие – плохое начало семейной жизни!

– Разумеется, но вряд ли ты отыщешь достойную супругу, если все время будешь проводить с друзьями. А что скажут остальные девушки, если им не известно, кто она для тебя? Они посчитают, что ты уже нашел свою судьбу, а им рассчитывать не на что. Многие попросту сложат вещи и отправятся домой.

Дункан поморщился. Что тут возразишь? И как спорить с дедом, приводящим неопровержимые доводы?

– Да, я на один вечер отвлекся от охоты за женой, чтобы немного повеселиться, – проворчал он. – Ты и этого для меня пожалел?!

– Нет, если это всего лишь вечер. Но гости приехали к нам не навсегда, праздник не может продолжаться вечно. А более удобной возможности встретить лучших невест Англии тебе не представится. В жизни не видел столько хорошеньких девушек! Ничего не скажешь – старый Невилл собрал здесь первых красавиц со всей страны, чтобы облегчить тебе задачу. И я прошу лишь о том, чтобы ты не тратил время зря.

Дункан молча кивнул, однако, спустившись вниз, неосознанно принялся искать глазами Сабрину. К его прискорбию, он тут же столкнулся с Офелией, вернее, это она столкнулась с ним, преградив дорогу, так что он был вынужден остановиться или грубо протиснуться мимо.

Он, не колеблясь, выбрал бы последнее, поскольку вчера сказал ей все, что намеревался, а если она не поняла, тем хуже для нее. Но она была в обществе двух девушек, в его же памяти были еще свежи наставления Арчи.

Дункан уже встречал ее спутниц, но имен их не помнил, поскольку за два дня был представлен более чем сотне гостей. Ничего не скажешь – хорошенькие девушки, стоило бы узнать их получше, значит, следует быть учтивее.

Но он мгновенно забыл об этом, едва с губ Офелии сорвались слова:

– Вы, вероятно, знакомы с моими лучшими подругами, Эдит и Джейн?

Дункан вовсе не желал узнавать получше всякого, кто считался другом Офелии Рид. Правда, Сабрина была исключением, но она, похоже, вовсе не стремилась назваться приятельницей Офелии. Наоборот, упоминала о неких обязательствах перед ней.

– Вот как… – бросил он, не глядя на Офелию, и, вежливо кивнув, обогнул девушек. – Прошу извинить меня, леди, но я еще не завтракал.

– Он ужасно…

Последовала пауза, в продолжение которой Джейн пыталась придумать замену слова «грубый», как нельзя лучше подходившего к поступку Дункана.

– ..резкий, не так ли? – нашлась она наконец, глядя вслед удалявшемуся шотландцу.

– Национальная черта, я полагаю, – скучающе заметила Офелия. В душе она радовалась, что он не остался. Все видели, что она с ним говорила, а большего пока и не требовалось.

– Ты согласишься, если он снова попросит выйти за него и обратится к тебе, а не к твоему отцу? – поинтересовалась Эдит.

Офелия сделала вид, что раздумывает;

– Пока не решила. Не забывай, есть еще и лорд Лок. Вот это партия! Не сравнить с Мактавишем!

– Еще бы! – воскликнула Джейн. – Тем более что вы еще не встречались. Но это можно легко исправить. Если Сабрина еще с ним, она тебя ему представит.

Куда девался рассеянно-равнодушный вид Офелии!

– Я не нуждаюсь в представлениях! – прошипела она. – И мне не нужна помощь Сабрины! Познакомлюсь с Рэйфелом Локом, когда мне будет угодно… возможно, этим вечером. Вы, кажется, сказали, что он собирается танцевать?

– Да, что-то в этом роде.

– Превосходно. Хорошо, что я догадалась захватить с собой новое бальное платье!

– Ах, дорогая Офелия, вряд ли сегодняшнее событие можно назвать настоящим балом! Здесь, в деревне, на такие вещи смотрят гораздо проще, – предупредила Джейн.

– Вздор! Бал есть бал, где бы его ни давали. И я хочу быть во всеоружии во время первой встречи с Рэйфелом Локом.

Джейн попыталась было что-то возразить, но поймала взгляд Эдит и благоразумно передумала. Они все еще считали Офелию своей подругой, им лестно было греться в лучах ее славы, но обеим было не по себе от того, как злобно набросилась она на Мейвис, с которой они дружили много лет! Кроме того, предсказания Мейвис тяжким грузом легли на сердце. Несмотря на некоторое легкомыслие, девушки были не так глупы, чтобы не видеть правды в словах бывшей приятельницы. Так что если Офелии не терпится вырядиться под рождественскую елку – это дело ее. Если она будет чувствовать себя неловко под скептическими взглядами окружающих, это тоже ее дело. Пусть потом не говорит, что ее не предостерегали. Но она, как всегда, не слушает никого, кроме себя.

Глава 25

К тому времени как Дункан покончил с завтраком, у него появился законный повод гордиться собой. Он захватил тарелку и принялся методично обходить комнату за комнатой, то и дело останавливаясь, чтобы поздороваться, сказать комплимент или посетовать на разразившуюся бурю, грозившую снести дом.

Если кто-то из гостей и собирался сегодня на прогулку, то, очевидно, изменил планы. Но даже если бы погода и выдалась тихой, все равно мало кто хотел выходить на холод. В Саммерс-Глейд и без того было достаточно развлечений.

Карточные игры были в самом разгаре. За большинством столов играли на деньги: любимое развлечение аристократов. Из гостиной слышался смех: там представляли шарады в лицах. В бильярдной, где стояли два стола, толпились пожилые джентльмены, включая Арчи. Невилл еще не появлялся. В музыкальном салоне хорошенькая молодая девушка развлекала группу дам. Внимание Дункана привлекли красноватые отблески в волосах певицы, но поскольку только глухой мог выдержать пронзительный визг, который она издавала, шотландец предпочел побыстрее удалиться.

Он задержался бы в гостиной, но там царила Офелия. Жаль, потому что среди девушек он увидел и Аманду Лок, с которой хотел бы познакомиться поближе. Неприязнь к ее брату еще не причина, чтобы сбрасывать со счетов одну из самых смазливых малышек в этом цветнике.

Дункан успел обойти едва ли не весь дом, когда вдруг понял, что так и не нашел Сабрину. Он не успел побывать только в бальной зале, пустовавшей днем, и в кабинете Невилла, где обычно работал управляющий поместьем, получивший отпуск на время празднеств. Тетка Сабрины сидела в музыкальном салоне рядом с какой-то дамой, по виду своей ровесницей, но мисс Ламберт и там не было.

А что, если она не приехала? Какая жестокая ирония:

Дункану придется теперь терпеть присутствие Офелии, а вот общества Сабрины – награды за тяжкие муки – он отчего-то лишился! Но почему она решила остаться дома, если ее родные вместе с гостьей соблаговолили явиться?!

Прежде чем расспросить тетю Сабрины, Дункан проверил оставшиеся помещения. Оказалось, что кабинет заперт: довольно мудрая, по его мнению, предосторожность. В бальной зале было темно и пусто, по крайней мере на первый взгляд. Но тут Дункан уловил легкое движение как раз в тот момент, когда дверь почти закрылась. Он присмотрелся. Сабрина стояла в дальнем конце залы у застекленной балконной двери. Она была почти неразличима на фоне сиреневых обоев, почти такого же оттенка, как ее платье.

Сабрина услышала шаги и, не оглядываясь, поняла, что это Дункан. За вчерашний день она научилась распознавать его походку. Сердце забилось сильнее: так с ней бывало каждый раз, когда он подходил ближе. Но почему он здесь? Наверняка не по той же причине, что она. В этом Сабрина была уверена.

Как только началась буря, она постаралась найти укромное местечко, чтобы спокойно созерцать первобытную ярость природы, разыгравшейся с неукротимой силой. Она с детства любила грозы и ураганы, и если многие девушки в страхе прятались при первых раскатах грома и вспышках молнии, то она находила их успокаивающими, а если бы позволили, выбежала бы под дождь.

Но это было невозможно, по крайней мере сегодня. Оставалось только смотреть в сад – высокие двери позволяли без помех обозревать едва не всю округу. Кроме того, в бальной зале никто не приставал к ней с разговорами. Но она ничего не имела против компании Дункана. Приятно разделить с ним свои впечатления и чувства!

– Прекрасно, правда? – прошептала Сабрина, когда он остановился за спиной, думая, что придется ему объяснять, что именно она имеет в виду.

Но он, кажется, все понял без слов.

– Хотите взглянуть поближе? Сабрина улыбнулась, но с сожалением покачала головой:

– Вряд ли моим тетушкам понравится, когда на всеобщее обозрение предстанет их мокрая, растрепанная, промерзшая племянница, тем более что близится обеденный час, а времени вернуться домой и переодеться не осталось.

Дункан, улыбнувшись в ответ, взял Сабрину за руку, открыл дверь и увлек ее на балкон, под дождевые струи, а сам поднял голову к небу, наслаждаясь неистовым буйством урагана.

Господи, помоги ей! В это мгновение она окончательно поняла, как любит этого человека.

Дункану показалось, что, поддавшись безоглядному порыву, он внезапно сошел с ума. Но при виде Сабрины он оцепенел. Восторг, неудержимая радость, светившиеся на ее лице, преобразили простую, ничем не примечательную девушку в волшебную красавицу. И хотя волосы ее тут же промокли и прилипли ко лбу беспорядочными прядями, его как магнитом притягивали ее поразительные глаза. Тяжелая капля повисла на ресницах, прежде чем скользнуть по щеке, задержаться в ямочке и поползти по задорному маленькому подбородку.

И тут взгляд Дункана упал на влажные соблазнительные губы, нежно улыбавшиеся ему…

Он сжал ладонями это милое личико и припал к ее губам. Еще один порыв, о котором он ничуть не жалел.

Дождь обжигал холодом, но Дункан ощущал лишь жар этих сладких уст и тепло прижимавшегося к нему тела. На вкус она оказалась настоящей амброзией, свежим дыханием лета в разгар зимней безнадежности.

Где-то вдалеке громыхнул гром, и Дункан инстинктивно притянул Сабрину еще ближе. Небеса рассекла молния, и он, раздвинув языком губы Сабрины, проник внутрь. Окружающее внезапно исчезло, остались только они, гроза и… страсть, внезапно вспыхнувшая между ними.

Немного придя в себя, Дункан едва не согнулся под тяжестью стыда, смущения, угрызений совести и еще чего-то вроде страха. Это Арчи виноват в том, что заставил его увидеть в Сабрине женщину. Как же теперь жить, ведь этот дурацкий поцелуй может стоить ему такой драгоценной дружбы?!

Он опустил руки и отступил, слишком растерянный, чтобы взглянуть на нее. Скорее уйти, прежде чем она произнесет роковые слова, которые навсегда разорвут отношения между ними! Но сначала он должен извиниться. Нельзя оставить ее в уверенности, что он на самом деле такой варвар, как о нем судачат!

– Этого не должно… – Дункан едва не застонал. Впервые в жизни он не мог найти слов. – Прости, девочка. Не знаю, почему я это сделал, но обещаю – больше такого не повторится.