355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джейн Фэйзер » Фиалка » Текст книги (страница 5)
Фиалка
  • Текст добавлен: 8 октября 2016, 13:55

Текст книги "Фиалка"


Автор книги: Джейн Фэйзер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 27 страниц)

Глава 5

Непрерывный треск ружейных выстрелов, доносившийся от осажденного Бадахоса, поглощал все остальные звуки, и под этот аккомпанемент кавалькада приблизилась к городу, стоявшему посреди равнины.

Небо металлического цвета, облака, низко нависшие над серой землей. Весь пейзаж был уныл и бесцветен. Цветовую гамму разнообразили лишь красные мундиры кавалеристов.

Джулиан, ехавший впереди отряда, наблюдал за Габриэлем и Виолеттой, как обычно, державшимися обочины дороги. Он не мог слышать, о чем они говорили, но, судя по жестикуляции, было понятно, что они спорили. Девушка ожесточенно размахивала руками, видимо, пытаясь что-то доказать. Гигант Габриэль, напротив, казался выточенным из цельной гранитной глыбы. Он лишь иногда качал головой, тем самым, видимо, демонстрируя неодобрение.

Отряд находился в двух часах езды от португальского приграничного городка Эльваса, и, стало быть, Джулиан мог доставить свой цветочек в штаб-квартиру англичан как раз по истечении условленного пятидневного срока. Правда, с ним ехала не покорная и напуганная пленница, а сильная и самостоятельно принимающая решения личность. Возможно, ее придется упрашивать продать свои секреты и, вероятно, удастся убедить, но невозможно рассчитывать на то, что она смиренно их предоставит по первой же просьбе. Любопытно будет посмотреть, как поведет себя с ней Веллингтон и какова будет роль полковника в этом спектакле.

Джулиан состроил гримасу. Придется еще объяснять, как он ухитрился потерять пленницу и почему был вынужден согласиться на сделку. Правда была слишком унизительной. Он мог только надеяться на то, что Фиалка будет держать рот на замке и не расскажет о безумии, охватившем его на берегу реки.

Он заметил, что двое всадников направились в его сторону. У Габриэля был недовольный вид, но лицо девушки оставалось бесстрастным. Они подскакали к нему и поехали рядом.

– Когда меня не будет, ответственность за ребенка будете нести вы, полковник, – заявил Габриэль хмуро, как бы случайно положив руку на рукоять своего массивного палаша.

– «Не будет»? А куда вы денетесь?

– Неважно, но за девочку отвечаете вы, запомните это, хорошенько.

Джулиан покачал головой, еле сдержав смех, уж очень забавной показалась ему предполагаемая роль.

– И ты хочешь, чтобы я нес ответственность за действия Фиалки? Боже милостивый, парень, я знаю, что могу, а чего – нет.

– Не за ее действия, а за ее безопасность, – уточнил Габриэль, прежде чем Тэмсин успела вмешаться и выразить свое возмущение.

– А вы не думаете, что две эти вещи связаны? – спросил Джулиан кислым тоном.

– Я сама несу ответственность за свои действия, – вмешалась наконец Тэмсин нетерпеливо. – И за свою безопасность тоже. Габриэль, ты становишься похожим на старую бабу.

– Эль Барон поручил мне тебя охранять. – Лицо гиганта выражало непоколебимое ослиное упрямство. – А если ты захочешь пошалить, малышка, я буду действовать так, как, по-моему, было бы угодно твоему отцу.

Он обжег Сент-Саймона мрачным взглядом:

– Итак, английский полковник, если хоть один волосок упадет с ее головы, я отрублю вашу. Тэмсин подняла глаза к небу.

– Мне не причинят вреда в английской ставке, Габриэль.

– За это я ручаюсь, – сказал Джулиан, решив не обращать внимания на излишне враждебный тон Габриэля. – Пока она будет в штаб-квартире, можете быть спокойны. Но если она окажется за пределами Эльваса, я ни в чем не могу быть уверен. Я не нянька.

– А мне и не требуется нянька, – огрызнулась Тэмсин. – Да и телохранитель тоже. А теперь отправляйся, Габриэль. Чем скорее уедешь, тем скорее вернешься.

– Сначала дай мне слово, что, пока я не вернусь, ты никуда не уедешь из Эльваса. – С несчастным видом он воззрился на девушку.

– Даю тебе слово. – Она подалась к гиганту и нежно погладила его по щеке кончиками пальцев. Глаза ее потеплели, а на губах появилась ласковая улыбка. – А сейчас не сердись. Я буду в полной безопасности, и ты сам знаешь, что ехать тебе все равно надо.

Габриэль вздохнул.

– Только ради тебя, малышка.

Он повернул боевого коня и ускакал прочь, отсалютовав на прощание поднятой рукой.

– Бедный Габриэль, он и в самом деле не хочет уезжать, – сказала Тэмсин; с ее губ все еще не сходила нежная улыбка. – Он не переносит, когда я не у него на глазах, с тех пор, как… – Она осеклась, глаза ее посуровели, улыбка исчезла.

– С тех пор, как?… – подсказал Джулиан.

Тэмсин пожала плечами.

– Это уже история, милорд полковник.

Она прикрыла глаза рукой, как козырьком, пытаясь на таком расстоянии разглядеть стены Бадахоса. Сейчас земля под ними сотрясалась от пушечной пальбы, и был ясно слышен вой снарядов. Это звучал ответный огонь с французской стороны.

– Куда Габриэль собрался?

Она снова пожала плечами.

– Просто кое-что привезти. Мы подъезжаем. Казалось, Виолетта больше не намерена распространяться о цели таинственного путешествия Габриэля, и Джулиан кивнул.

– Мы ведем обстрел бастионов Санта-Мария и Тринидад – на них сосредоточено все внимание.

– Когда Веллингтон ожидает, что сюда пожалует Сульт [6]6
  Сульт Никола Жан (1769 – 1851) – французский военный и государственный деятель, один из полководцев Наполеона.


[Закрыть]
из Кадикса?

– Ты хорошо информирована, – заметил он, вопросительно поднимая брови.

Больше всего Веллингтон боялся прибытия французского маршала, намеревавшегося снять осаду с Бадахоса.

– Конечно. Я тоже участвую в этой войне, полковник.

– Ты воюешь ради собственной выгоды, – сказал он с тупым упрямством.

Глаза Тэмсин загорелись гневом.

– Как и ваша армия, сэр. Только партизаны воюют за свою страну, а я с ними вместе.

– Но ты же торгуешь своими услугами? – спросил Джулиан.

Она бросила на него взгляд, полный безграничного презрения.

– Я продаю их тем, кто достаточно богат, чтобы за них заплатить. Тем, кто заплатить не может, я помогаю бесплатно. Здоровые деловые принципы, милорд полковник. А война – это дело, и вы, черт возьми, это прекрасно знаете. Немало людей во время войны делают деньги.

– Спекулянты, – заявил он с отвращением.

– А вы-то зачем ввязались в это, английский милорд? – презрительно поинтересовалась Тэмсин. – Уж, конечно, не из-за такой вульгарной вещи, как богатство. Так из-за чего же? Слава? Ордена? Звания?

Джулиан не ответил. Да, конечно, и слава, и звания, и ордена волновали его, но, кроме того, он воевал за честь своей страны, и причиной тому были верность и патриотизм. Но он не собирался говорить с этой бандиткой о столь высоких вещах – она бы только высмеяла его.

Теперь они подъехали к траншеям, расположенным у самых стен осажденного города, и звук пальбы стал оглушительным. Арабский жеребец Тэмсин пугался, встряхивал головой, высоко поднимал ноги. Казалось, он выбирал место, куда ступить на размякшей, пропитанной дождевой водой земле. Кавалерийские же лошади, привыкшие к шуму, пальбе орудий и неровным дорогам, уверенно шли вперед.

Когда в нескольких футах от них разорвался снаряд, подняв фонтан грязи, Цезарь тонко заржал и отпрянул в сторону. Джулиан инстинктивно схватился за узду, чтобы успокоить коня.

– Уберите руки! – скомандовала она с такой яростью, что он тотчас же послушался.

Девушка привычно успокоила жеребца, заговорив с ним по-испански, а после снова повернулась к полковнику – глаза ее полыхали гневом.

– Как вы смеете касаться моей уздечки?

– Прошу прощения. – Его и впрямь обескуражила ее ярость. – Я привык ездить со своей сестрой. О ней не скажешь, что она прирожденная наездница, и мне все время приходится быть начеку.

– Ну так знайте, что я не ваша сестра, – заявила Тэмсин, все еще полная негодования.

– Учитывая обстоятельства, могу только сказать, что рад этому, – пробормотал Сент-Саймон.

Тэмсин быстро взглянула на него и расхохоталась.

– Как вы правы, полковник. Есть вещи, недопустимые даже для разбойницы.

Ее неуместное веселье так же быстро прошло, как и началось.

– Если не возражаешь, давай больше не будем говорить об этом, – сказал он с неловкостью.

Тэмсин покосилась на расстроенное лицо англичанина, и шаловливая улыбка тронула ее губы.

– Осмелюсь предположить, вам бы не хотелось, чтобы командующий узнал, как вы забавлялись с пленной.

– Да, черт возьми, не хотелось бы! – огрызнулся он.

– И не хотели бы, чтобы это случилось снова? – как бы размышляла она вслух. – Вы меня огорчаете, полковник. Признаюсь, мне было бы приятно повторить.

– Извини за прямоту, но мне бы этого не хотелось, – заявил он решительно, поворачивая коня и отъезжая от нее. – Сержант, заберите людей и возвращайтесь. Я переправлюсь через реку по восточному понтонному мосту.

– Хорошо, сэр.

Сержант отдал команду, и отряд вслед за ним поскакал к палаточному военному городку, расположенному невдалеке от берега Гвадианы. Полковник же и его спутница направились к одному из понтонных мостов, соединявших военный лагерь со штаб-квартирой в Эльвасе.

Тэмсин покачала головой. Как-то не верилось ей, что полковник говорил правду. Неужели, раз пережив такое пьянящее безумие, можно было не желать продолжения? В ее памяти возник голос Сесили, ее нежный и чувственный смех: она рассказывала дочери, что чем чаще позволяешь себе уступить всепоглощающему пламени желания, тем ярче разгорается его огонь. Тэмсин вспоминала ответный смешок Барона, видела, как его темные хищные глаза обращались к лицу матери с таким выражением, будто он был готов ее съесть.

Ее захлестнула знакомая волна печали. Она ей не противилась – просто ждала, когда грусть рассеется. Тэмсин печалилась не о них, а о себе, о своей потере. Она так привыкла к присутствию рядом этих двоих, воедино слитых душами, к обволакивающему и согревающему теплу их взаимной любви… Неужели смерть смогла разлучить их?

Тэмсин и Джулиан въехали по понтонному мосту в Эльвас. При виде полковника часовые встали по стойке «смирно». На вымощенных камнем улицах толпились солдаты: там были стрелки в зеленых мундирах, пехотинцы и кавалеристы в красных; адъютанты сновали между командными постами, тяжело груженные интендантские телеги громыхали через город, развозя припасы по траншеям.

Цезарь шарахнулся, когда из переулка стрелой выскочила шелудивая собака, преследуемая целой стаей оборванных мальчишек.

– Это животное слишком впечатлительно, – заметил Джулиан, пока Тэмсин успокаивала лошадь.

– Он не привык к городу, – быстро ответила она, грудью кинувшись на защиту своего любимого Цезаря. – Не привык к такому количеству людей. Но он промчится со мной на спине сотню миль без пришпоривания или хлыста по горным тропам и обгонит любую лошадь из ваших конюшен, милорд полковник.

– Не сомневаюсь.

Сент-Саймон остался доволен сухостью своего тона: его раздражало обращение «милорд полковник». В ее устах оно приобретало саркастический оттенок.

Он направился к конюшням, расположенным за зданиями штаб-квартиры.

– Можно надеяться, что столь чувствительная лошадь будет вести себя прилично с грумами?

– У Цезаря прекрасные манеры, – ответила она, несмотря на усталость ловко спрыгивая на землю. Подбежал грум: при виде великолепного жеребца глаза его загорелись.

– Вот это красавец, ну просто красавец, сэр! – сказал он полковнику с восхищением, бросив искоса любопытный взгляд на необычную спутницу Сент-Саймона.

– Да, но он нервный, – пояснил полковник. – Поэтому будь с ним осторожен. Я не хотел бы искать ему замену.

– Вы и не нашли бы, – заявила Тэмсин, вручая груму поводья. – Он единственный в своем роде.

Она погладила жеребца по шее, пошептала ему что-то, и лошадь успокоилась.

– Забери его, – сказала она груму. – Теперь он будет вести себя хорошо.

– Пошли, – бросил Сент-Саймон отрывисто. Он повернулся и зашагал к лестнице, ступеньки которой заканчивались у двери деревянного строения.

Тэмсин последовала за ним и вдруг ощутила смертельную усталость. Она была в полном изнеможении, а в таком состоянии нельзя было вести переговоры с Веллингтоном. Прежде всего ей были необходимы постель и еда, а уж потом она смогла бы попытаться выполнить поставленную ею дерзкую задачу.

Многое зависело от того, каким окажется английский главнокомандующий. Судя по тому, что она слышала, это был человек с непостоянным характером, за исключением тех случаев, когда оказывался на поле боя. Он был способен распечь своего подчиненного, а через минуту продолжить с ним беседу в самом учтивом и благожелательном тоне. Известна также была слабость Веллингтона к прекрасному полу. Удастся ли ей сыграть на этом? Тэмсин сомневалась, что в своем теперешнем виде – грязная и чумазая – она могла бы произвести на него благоприятное впечатление.

Поднявшись по ступенькам, полковник открыл дверь, и они оказались на квадратной верхней площадке другой, внутренней, лестницы. Здесь, по-видимому, располагалась канцелярия: измученный адъютант главнокомандующего, сидевший за сосновым столом, поднял голову от возвышавшейся перед ним горы бумаг и посмотрел на них.

– Полковник! – Он поднялся на ноги, чтобы приветствовать Сент-Саймона. – Лорд будет рад вас видеть, сэр.

– Главнокомандующий раздосадован, а? – Джулиан отсалютовал в ответ на приветствие и бросил взгляд на закрытую дверь за спиной адъютанта.

– Ну, это хроническое состояние, – ответил тот с печальной улыбкой. – Мы сделали попытку взорвать плотину, построенную «лягушатниками» возле бастиона Сан-Педро, но не получилось. А Сульт уже на марше. – Не в силах оторвать глаз, он как зачарованный смотрел на маленькую фигурку позади полковника. – Во всяком случае, ваше появление его наверняка обрадует.

В ответ Сент-Саймон пробормотал что-то невнятное, похоже, выражающее сомнение.

– Не спускайте с нее глаз, – добавил он, не обращая внимания на судорожный вздох Тэмсин, и направился к двери. Перед тем как войти, он отрывисто постучал.

Тэмсин подошла к окну и примостилась на широком подоконнике. Она задумчиво разглядывала лейтенанта.

– Достаточно ли гостеприимны англичане, чтобы у них можно было попросить стакан вина… или на худой конец воды? Долгая верховая езда вызывает жажду.

Тот был явно застигнут ее просьбой врасплох и стал озираться по сторонам, как будто в поисках помощи.

– Вопреки видимости я здесь по собственной воле. – Тэмсин вздохнула. – Уверяю вас, я не сбегу, и нет ни малейшей нужды в том, чтобы «не спускать с меня глаз».

– Но полковник…

– К черту вашего полковника, – сказала она сердито. – Он в плохом настроении – вот и все. А теперь не принесете ли мне чего-нибудь попить?

Лейтенант, встал, выражение его лица все еще оставалось нерешительным. Он действительно не встречал пленных, которые вели бы себя так, как эта девушка, приказ «не спускать с нее глаз» был слишком расплывчатым… А расположение духа полковника лорда Сент-Саймона, похоже, было и впрямь не из лучших.

Он пошел на компромисс – запер наружную дверь – и спустился вниз за ординарцем, чтобы попросить его принести графин воды.

Тэмсин пока разглядывала улицу. Казалось, она праздно смотрит в окно, но на самом деле от ее цепкого взгляда ничто не укрывалось.

В этот момент Эльвас очень походил на военизированные укрепленные пункты Эль Барона в горных деревнях, где она выросла, и то, что она видела, было ей не в диковинку. В целом, казалось, солдаты, снующие по улице туда-сюда, пребывали в неплохом настроении и с воодушевлением готовились к предстоящей военной операции. Разумеется, под иным углом зрения воспринимали предстоящую бойню те, кто уже сидел в окопах на подступах к Бадахосу. Как правило, осада города – дело мрачное, приносящее мало радости, а Бадахос держался гораздо дольше, чем, как они считали, имел право держаться. И чем дольше он не сдавался, тем яростнее должен был быть штурм.

Тэмсин передернуло – рот ее скривился от отвращения. Она знала, что старые феодальные правила ведения войны все еще в силе. Если осажденный город сдавался своевременно, победители могли позволить себе роскошь быть великодушными. Если же нет – считалось, что жители сами напросились на неприятности, и уж тогда победоносные войска, наконец-то прорвавшиеся в город, не знали удержу.

«Солдаты, – думала она, – дикие звери, какие бы мундиры они ни носили, какое бы правое дело ни защищали. Все они одинаковы».

Вернулся адъютант. За ним следовал ординарец с графином воды и стаканом. Тэмсин отвернулась от окна, и презрение, которое выразил направленный в никуда взгляд ее фиалковых глаз, на мгновение заставило обоих мужчин отшатнуться. Девушка взяла себя в руки и равнодушно кивнула, благодаря за протянутый ей стакан.

В противовес мрачности пасмурного дня в святилище главнокомандующего было тепло. Весело потрескивали дрова в камине. Веллингтон налил вина себе и Сент-Саймону.

– Итак, вы вырвали ее из лап Корнише. Хлопотно было?

– Не слишком, – ответил Джулиан, потягивая вино мелкими глотками. – По крайней мере не в тот момент, когда я ее выручал.

При этих загадочных словах Веллингтон поднял бровь, но не стал торопить рассказчика. Он подвинулся поближе к огню, повернувшись спиной к расслабляющему теплу.

– Много ли Фиалка успела им сообщить?

– Ничего. Мы прибыли как раз вовремя, в самую подходящую минуту. – И Джулиан кратко рассказал, в каком положении нашел Виолетту. – Оттуда мы убрались благополучно и разбили лагерь в нескольких часах езды Он замолчал. Далее следовала самая щекотливая часть путешествия.

– На следующее утро девушка попросилась выйти. Я отвел ее за пределы лагеря, на берег реки. Для верности я привязал веревку, которой были связаны ее ноги, к моему поясу.

Джулиан снова отпил глоток вина. Веллингтон молчал.

– У Фиалки есть великан-телохранитель. Шотландец. Когда мы подожгли лагерь Корнише, он благодаря пожару ухитрился бежать. Каким-то образом отыскал Виолетту и, стыдно признаться, набросился на меня, когда я ее ждал…

– Ах, вот как! – Веллингтон сделал рукой жест, означавший понимание и сочувствие. – Он вас разоружил? Джулиан с мрачным видом кивнул.

– Я повел себя как полный идиот, «Если бы вы знали, до какой степени я сглупил», – добавил он про себя.

– И все же вы ее привезли?

– Да, но дав ей обещание, что она будет вольна покинуть лагерь, когда ей вздумается. Правда, Фиалка вроде бы согласна продать свою информацию за подходящую цену.

– Какую же?

Джулиан покачал головой.

– О, этого она пока не сказала.

– А телохранитель тоже здесь?

– Она отослала его с каким-то поручением. Они договорились встретиться в Эльвасе.

– Таинственная разбойница, – размышлял вслух командующий.

Согретый теплом камина, он задумчиво потирал руки. Глаза его не отрывались от лица собеседника, на котором читалась досада. Видимо, он корил себя за то, что не справился с задачей, хотя, по мнению главнокомандующего, это были чисто технические мелочи. Но Джулиан Сент-Саймон, как известно, не мог примириться с поражением и менее всего был склонен прощать неудачу себе.

– Давайте пригласим ее сюда, – сказал Веллингтон минуту спустя. – Послушаем, что она скажет. Джулиан кивнул и медленно произнес:

– Кстати, она не совсем такая, как вы могли бы ожидать. Наполовину англичанка. По странному капризу судьбы оказалось, что ее мать – уроженка Корнуолла, во всяком случае, так она утверждает. И будто бы благородного происхождения.

Веллингтон присвистнул:

– Англичанка благородного происхождения оказалась в постели с испанским разбойником? Это за пределами понимания.

– Согласен, – кивнул полковник. – Но зачем ей было придумывать такую историю?

Веллингтон почесал длинный хрящеватый нос.

– Ума не приложу.

Джулиан пожал плечами, обнаруживая также свое недоумение. Потом подошел к двери и позвал:

– Виолетта!

Тэмсин соскользнула с подоконника и пошла на Зов, оставив пустой стакан на столе лейтенанта. Проходя мимо полковника, она искоса бросила на него взгляд.

Веллингтон слегка склонил голову в знак приветствия – его глаза мгновенно охватили всю ее маленькую фигурку, потрепанные, заляпанные грязью бриджи и сапоги. На ней все еще была надета перевязь с патронами, через плечо перекинуто ружье, на поясе висел нож. И несмотря на это вооружение, в ее облике проскальзывало что-то сиротское. Фиалка казалась очень юной и одинокой, хотя вид у нее при этом был весьма вызывающим.

– Я так понял, у вас есть что предложить на продажу? – заметил главнокомандующий.

– Да, если сойдемся в цене, – согласилась она.

– И какова же цена?

Тэмсин покачала головой.

– Извините, но мне бы хотелось немного отдохнуть, прежде чем мы начнем торговаться. Кроме того, я еще толком не поняла, в какой информации вы нуждаетесь.

Она снова бросила на Сент-Саймона мимолетный взгляд, столь полный чувственного томления, что у него захватило дух.

– Может быть, полковник покажет мне, где я смогу немного отдохнуть?

Внезапно кровь жарко и быстро побежала по его жилам, по телу пробежала дрожь воспоминания. «Боже милостивый, да она может превратиться в наваждение!»

С этим нужно было кончать, бежать от опасного искушения, таящегося в этих порочных фиалковых глазах, в поджаром, полном изящества теле.

Он привез Фиалку – стало быть, его задача выполнена. Как Веллингтон поведет переговоры с ней – это уж их дело.

– Прошу прощения, но мне пора возвращаться к своей бригаде, – сказал Джулиан холодно и повернулся, чтобы уйти. В этот момент Тэмсин покачнулась, рука ее дернулась как бы в поисках опоры.

– Что случилось? – Он инстинктивно сделал шаг вперед, и через мгновение она оказалась рядом, он почти держал ее в объятиях. Она тотчас же расслабилась, опершись на него – ее трогательные миниатюрность и беззащитность особенно бросались в глаза по сравнению с его физической мощью.

Тэмсин закрыла глаза и, склонив голову, спрятала лицо в складках его мундира, чтобы скрыть торжество. Сесиль не преувеличивала глупую галантность английских джентльменов. Тэмсин поставила перед собой задачу, чтобы во время пребывания в Эльвасе лорд Сент-Саймон находился при ней, и она была готова прибегнуть к любым уловкам, чтобы достигнуть цели.

– В чем дело? – повторил Джулиан. – Ты больна?

– Я просто очень устала, – ответила она слабым голосом. – Я понимаю, как это глупо с моей стороны, но я чувствую себя совсем ослабевшей.

– Пойдемте поближе к огню. – Веллингтон был весь беспокойство и внимание. – Выпейте стакан вина, это придаст вам сил.

Он налил вина, с беспокойством поглядывая через плечо на девушку, которую полковник чуть не на руках донес до стула у огня.

– Пожалуйста. – Веллингтон подал ей стакан. – Выпейте скорее… Вот так!

Он одобрительно кивнул, видя, что она послушно пьет вино мелкими глотками. Тэмсин подняла голову и улыбнулась ему слабой, неуверенной улыбкой.

– Вы так добры, сэр… благодарю вас.

Джулиан все еще оставался в том же положении – склоненным и поддерживающим девушку.

Внезапно он отпрянул от нее, будто обжегся: он почувствовал, что этот маленький дьяволенок снова принялся за свои штучки. Да, несомненно это было так! Сент-Саймон отодвинулся, встал, опираясь рукой на каминную полку, и поглядел на поникшую, но отважно улыбающуюся маленькую лгунью с саркастической усмешкой. Что, черт возьми, она задумала?

– Полковник, мы должны немедленно найти для нее удобное помещение. Я спрошу молодого Сандерсона, что у него есть в распоряжении.

Веллингтон вышел, чтобы посоветоваться с лейтенантом, которому было не привыкать выполнять самые разные обязанности, потрафлять различным причудам своего командира и находить выход из любых ситуаций, какими бы щекотливыми они ни казались.

– Что ты задумала? – спросил Джулиан тихо. – Меня ты не обманешь этими фокусами – дева, теряющая сознание… А, Виолетта?

Тэмсин подняла на него невинные глаза. Ее лицо было обиженным.

– Ума не приложу, что вы имеете в виду. Я уж не помню, когда последний раз спала в постели. У меня просто нет сил.

У нее были все основания чувствовать себя измученной, но все же почему-то она его не убедила.

– Этот Сандерсон замечательный малый, знает подходящее местечко, где вы сможете отдохнуть, – Веллингтон, потирая руки, вернулся к огню. – Он говорит, что знает одну славную женщину, которая охотно займется вами, моя дорогая. А когда отдохнете, приходите пообедать со мной и моими офицерами.

Его глаза, изучавшие ее лицо, были зоркими и проницательными, несмотря на обманчивую мягкость его слов.

– А попозже мы обсудим, какую помощь сможем оказать друг другу.

– Вы очень добры, сэр, – сказала Тэмсин с усталой улыбкой.

– Полковник, позаботьтесь об ее устройстве, а потом приведите ее сюда обедать, – сказал командующий.

– Право же, мне пора вернуться к своей бригаде, сэр.

– Да-да, конечно. Но позже, мой друг, позже. На это возразить было нечего. Джулиан вздохнул и подчинился. Он коротко кивнул Тэмсин:

– Пошли.

Неуверенно она поднялась на ноги, но похоже было, что лорд Сент-Саймон утратил свою рыцарскую галантность. Он по-прежнему стоял у камина, а взгляд его оставался таким же твердым и ироничным. Ладно, подумала Тэмсин, подождем… на этот момент она добилась, чего хотела. Веллингтон относился к ней скорее с симпатией, чем враждебно, и полковник все еще оставался рядом.

Она одарила Веллингтона слабой улыбкой, выражавшей благодарность, и нетвердой походкой побрела к двери, полковник следовал за ней по пятам. Как только дверь за ними захлопнулась, ее поведение резко изменилось. Она бросила на Джулиана шаловливый взгляд.

Он глубоко вдохнул воздух и обратился к адъютанту главнокомандующего :

– Лейтенант, как мне разыскать это помещение?

– Это у вдовы Браганца, сэр, – ответил Сандерсон. – Беленый домик позади госпиталя. Я послал туда ординарца предупредить, так что она вас ждет.

Он посмотрел на Виолетту с нескрываемым любопытством.

– Хозяйка говорит только по-португальски. А… дама?

– Конечно, говорю, – нетерпеливо вмешалась Тэмсин: этот вопрос показался ей абсурдным. Всю свою жизнь, она провела, скитаясь вдоль границ Португалии, Испании и Франции.

Джулиан молча направился к лестнице и зашагал по ступеням, девушка последовала за ним. Наконец они оказались на улице.

– Не спешите так, я и в самом деле устала.

– Ты можешь выбрать для своих штучек другого простака, – сказал он принужденно. – Не знаю, что ты задумала. Но мне, черт возьми, плевать на это. Чем скорее я смогу от тебя избавиться, тем лучше.

– Характер, характер, – пробормотала Тэмсин. – Хотела бы я знать, что такого я натворила, чтобы вызвать подобный приступ раздражения. Думаю, вы из тех людей, что дают волю своему скверному настроению при любом удобном случае. Я слышала о таких, хотя, к счастью, близко с ними не сталкивалась.

– Ты закончила? – прервал он этот монолог, не зная, то ли ему смеяться, то ли кричать от досады.

– Нет еще, – возразила она огорченно. – Но, если вы не способны даже выслушать человека… – Она пожала плечами.

– Напротив, – объявил он. Губы его были крепко сжаты. – Я готов. Давай объяснимся. Хочешь кое-что услышать?

Тэмсин не ответила. Она перескочила через лужу с живостью, несколько противоречащей ее утверждению о полном упадке сил, и бодро сказала:

– Дом вдовы, должно быть, вон тот, слева. Он единственный беленый на этой улице.

Сеньора Браганца, привыкшая к женщинам-партизанкам, не выказала особого удивления по поводу вида Тэмсин. Она настояла на том, чтобы прежде показать гостям весь дом, и наконец привела их в комнатку наверху, под самой крышей, так же как и домик, чисто выбеленную.

– Замечательная комната, – сказала Тэмсин, перебивая словоохотливую вдову, начавшую было превозносить достоинства помещения. – Все, что мне сейчас надо, – это постель. И горячая вода.

Вдова покинула их, чтобы позаботиться о воде, и Джулиан, до этого времени молча глядевший в окно, отрывисто бросил:

– Я ухожу.

– О, нет нужды так спешить, – отозвалась Тэмсин, быстро подойдя к двери и загородив ему дорогу.

Она улыбнулась:

– К чему такая щепетильность, милорд полковник? У нас есть время. Есть даже постель.

– Меня это не интересует, – отрезал он грубо. – Отодвинься.

Она покачала головой – на губах ее мелькала все та же плутоватая улыбка. Она кинула на постель ружье, ловким движением плеча освободилась от перевязи, позволив ей упасть на пол. В следующий момент ее руки оказались на поясе. Джулиан застыл на месте, в его мощной фигуре, будто изваянной из камня, теперь живыми были только глаза. А она тем временем сбросила бриджи и начала расстегивать рубашку. Показались маленькие, совершенной формы, дерзко вздернутые розовые соски. Тэмсин отошла от двери и шагнула к нему, не спуская глаз с застывшего лица.

Руки будто бы сами собой легли на ее груди, и он ощутил, как они заполнили его ладони. Он смотрел сверху вниз на нежный узор голубых вен, просвечивавших под молочно-белой кожей. Быстро билась жилка на шее, и в такт этому биению вздрагивал ее затейливый серебряный медальон.

Тэмсин замерла, словно вслушиваясь в его прикосновения, а руки скользили вниз, по ее груди, стройной талии, коснулись спины, его пальцы пробрались за пояс и поползли вниз к упругой округлости ягодиц.

– Черт бы тебя побрал, девушка, – произнес он, и голос его звучал хрипло в тихой темноте комнаты. – Черт бы тебя побрал, что ты со мной делаешь?

– Можно поставить вопрос иначе; что вы делаете со мной? – сказала она, и ладони ее сошлись за широкой спиной, ноги плотно прижались к его бедрам, ощутив твердость стремившейся вырваться из плена одежды плоти.

Чары были нарушены скрипом деревянных ступеней и звуком шаркающих шагов. Пелена рассеялась. Он резко отдернул руки, будто обжегшись, повернулся и выскочил из комнаты, едва не задев сеньору Браганца, тащившую наверх дымящийся медный кувшин с водой. Джулиан оказался на улице. День уже клонился к вечеру. Воздух сотрясал непрерывный грохот артиллерийской пальбы.

Сент-Саймон поспешил к конюшне, чтобы взять лошадь, и грум, заметив синий огонь, полыхавший в его глазах, плотно сжатый рот и мрачно выдвинутую вперед челюсть, отшатнулся. Полковник выехал из Эльваса и двинулся к лагерю, к своей палатке, к успокоительной прозе военной жизни.

Должно быть, он начал терять рассудок. Она была грязной, хитрой, переменчивой, как ветер, продажной интриганкой, способной на любые капризы, и все же… все же… Она волновала его до глубины существа.

Тэмсин видела из окна, как он шагал по улице с такой поспешностью, будто за ним гнались все дьяволы ада.

– Как неучтиво с вашей стороны, милорд полковник, – бормотала она про себя. – Неужели вы способны чего-нибудь бояться? Но, конечно, не меня?

Едва заметная усмешка тронула ее губы, и она отвернулась от окна, чтобы обсудить с вдовой Браганца плачевное состояние своей одежды.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю