355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джеймс Лусено » Лабиринт зла » Текст книги (страница 7)
Лабиринт зла
  • Текст добавлен: 17 октября 2016, 02:16

Текст книги "Лабиринт зла"


Автор книги: Джеймс Лусено



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 17

– Десять лет назад это вылилось бы в полномасштабный дипломатический скандал, – объяснял офицер разведки Дайн Йоде и Мейсу Винду в информационном зале Храма джедаев.

В лишённом окон зале, заполненном компьютерами, голопроекторными столами и коммуникационной аппаратурой, среди прочего находился и аварийный маячок, который мог вести передачи на частоте, известной только джедаям, что позволяло Храму отправлять и принимать шифрованные сообщения и не зависеть от общедоступных каналов ГолоСети.

– С каких это пор кси чар стали прощать такое? – уточнил Мейс. Одетый в коричневую тунику с поясом и бежевые брюки, он сидел, балансируя на краешке стола и одной ногой прочно упираясь в полированный пол.

– С тех пор, как их заставили обходиться субподрядами, – сказал Дайн. – Они хотят только одного – вернуться в игру, получив от Республики хорошенький жирный контракт на поставку космических истребителей или боевых дроидов. Их выводит из себя мысль, что Синар богатеет на технологиях, которые изначально он украл у них.

Мейс бросил быстрый взгляд на Йоду, который отодвинулся в сторонку, положив обе руки на набалдашник палки из дерева гимер.

– Тогда вряд ли Прелат кси чар сообщит об этом инциденте Сенату.

Дайн покачал головой.

– Ни за что. В любом случае, реального вреда нанесено не было.

– Достичь ушей Верховного канцлера не должно это, – сказал Йода. – Но удивил меня Оби-Вана доклад. Рассудительность свою теряет он.

– Мы оба знаем, почему, – сказал Мейс. – Он защищает Энакина всеми возможными средствами.

– Если Избранный Скайуокер, тогда на сотню подобных инцидентов закрыть глаза нам следует. – Прищурившись, Йода посмотрел на аналитика из разведки. – Но не для того, чтобы рассказать нам это, капитан Дайн прибыл.

Дайн усмехнулся.

– Мы расшифровали код, которым Дуку – логично предположить, что и Сидиус – пользуется для связи с Советом сепаратистов. Используя этот код, мы можем при помощи механического кресла перехватывать сообщения, посылаемые вице-королю Ганрею.

Мейс поднялся на ноги.

– Ваши люди работали над взломом этого кода несколько лет.

– Гиперволновой передатчик кресла дал нам первую серьёзную зацепку. Мы мгновенно определили, что код, внедрённый в память передатчика – это разновидность кодов, используемых Межгалактическим банковским кланом. И мы решили предложить сделку одному из муунов, арестованных после битвы за Муунилинст. Переговоры заняли некоторое время, но в конце концов муун подтвердил, что коды Конфедерации соотносятся с кодами, которые использовались на Ааргау{47} для перевода банковского капитала и прочих операций.

После паузы Дайн добавил:

– Помните исчезнувшие кредиты, которые стали основой обвинений, выдвинутых когда-то против канцлера Вэлорума?

Йода кивнул.

– Инцидент тот хорошо помним мы.

– Кредиты, которые якобы исчезли в карманах членов семьи Вэлорума на Эриаду, были проведены через Ааргау.

– Интересно всё это.

Дайн открыл металлический чемоданчик и достал информационный модуль. Подойдя к одному из голопроекторных столов, он вставил модуль в разъём. В конусе синего света на столе появилось голоизображение метровой высоты.

– Генерал Гривус, – сказал Йода, прищурившись.

– Вы будете рады узнать, что я нашёл для вас планету, вице-король, – сказал Гривус. – Вашим временным домом станет Белдерон. – На мгновение киборг замолчал. – Вице-король? Вице-король! – Повернувшись к кому-то за камерой, он прокашлял: – Конец связи.

Дайн остановил сообщение. Изображение Гривуса застыло в воздухе.

– Самое высокое разрешение, которое я когда-либо видел, – сказал он. – Технология другого уровня: совсем не то, к чему мы привыкли. Подобное не встречалось даже у Конфедерации.

– Перед лицом слуг внушительно Сидиус выглядеть желает, ммм?

Чисто выбритая верхняя губа Мейса скривилась.

– Где был источник передачи?

– Глубоко во Внешнем кольце, – сказал Дайн. – Шесть пилотов-клонов преследовали корабль-базу, который после битвы за Кейто Неймодию совершил прыжок в тот сектор. Ни один из них не вернулся.

– Точка сбора флота Конфедерации это, – сказал Йода.

Мейс кивнул.

– И Белдерон рядом.

Его пристальный взгляд опять упал на Дайна.

– Есть подвижки в поисках источника исходной передачи Сидиуса?

Дайн покачал головой.

– Мы всё ещё работаем над этим.

Мейс широким шагом отошёл от стола.

– Белдерон – не густонаселённый мир, но он дружественен Республике. Гривус убьёт миллионы просто из прихоти. – Он сверкнул глазами на Йоду. – Мы не можем позволить этому случиться.

Дайн перевёл взгляд с Йоды на Мейса и обратно.

– Если Республика устроит Гривусу засаду, сепаратисты поймут, что нам удалось подслушать их передачи.

Йода в раздумье прижал пальцы к губам.

– Действовать должны мы. Ждать в засаде республиканские силы будут.

Дайн кивнул.

– Конечно, вы правы. Если не предпринимать никаких действий, а сведения об этих разведданных просочатся наружу… – Он посмотрел на Йоду. – Мы сообщим Верховному канцлеру?

Уши Йоды дёрнулись.

– Трудное решение это.

– Информация не выйдет за пределы этой комнаты, – твёрдо сказал Мейс.

Йода многозначительно вздохнул.

– Согласен я. Чтобы силы собрать, маячок применим.

– Оби-Ван и Энакин не так далеко от Белдерона, – заметил Мейс. – Но они следуют за другой ниточкой к местоположению Сидиуса.

– Подождёт ниточка эта. Оби-Ван и Энакин в сражении нужны будут. – Йода повернулся к неподвижному изображению генерала Гривуса. – Хорошо подготовиться к битве этой должны мы.

Глава 18

Во сне Гривус вспоминал свою жизнь.

Свою смертную жизнь.

Жизнь на Кэли и жизнь после Хакской войны.

Не один раз заглянув в глаза смерти на полях сражений в мирах своей родной системы и в мирах хаков… Сея разрушения, уничтожая их тысячами… Вернувшись домой – в ранениях, в крови, – и тут же попав в окружение жён и отпрысков… Наслаждаясь их поддержкой и надеясь, что она вернёт его к жизни…

Не один раз пройдя на волосок от гибели… получить смертельные раны при аварии челнока!

Обида и унижение принесли ему боли больше, чем сами травмы. Ему не дано было исполнить свой долг – умереть смертью воина!

Вместо этого он попал в резервуар с бактой, ясно осознавая, что ни целительная жидкость, ни гамма-скальпель в руке живого существа или дроида не смогут восстановить его тело. А в моменты, когда возвращалось сознание, видел по ту сторону пермастекла своих жён и отпрысков, разглядывающих его изуродованное тело. Произносящих ободряющие слова, молящих богов вернуть ему здоровье.

Он спрашивал себя: сможет ли его разум существовать в теле без чувств? Готов ли он променять жизнь, полную сражений, на жизнь, где единственной битвой будет битва с самим собой? Терпеть все лишения, чтобы прожить ещё один день…

Нет. Это было выше его сил.

К тому времени Хакская война закончилась – вернее, её закончили джедаи – а кэлиши всё ещё пожинали бурю. Их мир лежал в руинах, а Республика не обращала внимания на их призывы к справедливости и проведению беспристрастного расследования.

Члены Межгалактического банковского клана, всегда ищущие возможность для выгодного вложения капитала, предложили Кэли сомнительный вариант спасения. Они были готовы поддержать планету финансами и взять на себя её ошеломляющие долги, если Гривус согласится работать на клан. Их установки «огненный град»{48} мастерски доставляли клиентам, не выполняющим обязательств, «напоминания об оплате», а грязной работой занимались дроиды-убийцы серии ИГ. Но «огненные грады» надо программировать, ИГ опасны и непредсказуемы, а убийства вредны для бизнеса.

Клану нужен был кто-то с талантом к устрашению.

Чтобы спасти свой мир и вновь прикоснуться к той жизни, которую он знал как воин, стратег, предводитель армий, Гривус принял предложение. Договор взялся выполнять лично председатель МБК Сэн Хилл. И всё же Гривус не испытывал гордости за своё решение. Выбивание долгов было слишком далеко от военного искусства. Он вступил на поле битвы, принадлежавшее тем, у кого нет принципов, тем, кто так привязан к своей собственности, что страшится смерти. Но работа на МБК приносила пользу Кэли. И прежняя грозная слава Гривуса не могла потускнеть.

И вот – авария челнока. Крушение. Несчастный случай…

Он приказал своим горе-лекарям вытащить его из бакта-камеры. Он был готов принять смерть в атмосфере или в вакууме глубокого космоса, но не в этой жидкости. В тени срубленных деревьев, которые должны были стать его погребальным костром, он то приходил в сознание, то вновь терял его. Именно тогда к нему во второй раз явился Сэн Хилл – и на уме у банкира явно был какой-то план. Этот вывод был очевиден даже для того, кто едва мог держать голову прямо.

– Мы можем спасти вам жизнь, – прошептал тощий, как палка, Хилл в здоровое ухо Гривуса.

Другие обещали то же самое. Он представил себе дыхательные аппараты, парящую платформу, а вокруг – устройства для поддержания жизни. Но Хилл сказал:

– Ничего подобного. Вы будете ходить, вы будете говорить, вы сохраните свои воспоминания – свой разум.

– Разум у меня есть, – сказал Гривус. – У меня нет тела.

– Большая часть ваших внутренних органов так повреждена, что их не восстановят даже лучшие хирурги, – продолжал Хилл. – И вам придётся от многого отказаться – помимо тех лишений, которые вы уже испытали. Вы больше не будете знать плотских радостей.

– Плоть слаба. Достаточно одного взгляда на меня, чтобы понять это.

Ободрённый этим замечанием, Хилл в цветистых выражениях поведал о джеонозианцах: о том, как они подняли технологию производства киборгов на уровень искусства, и о том, что будущее науки – за соединением жизни и машинных технологий.

– Возьмём боевых дроидов Торговой Федерации, – сказал Хилл. – Их мозг соответствует их задачам. Протокольные дроиды, астромехи, даже дроиды-убийцы – все они нуждаются в программировании и частом техобслуживании.

Два слова привлекли внимание Гривуса: боевые дроиды.

– Назревает война, и для фронта потребуется много дроидов, – сказал Хилл достаточно громко, чтобы его услышали. – Я не осведомлён о том, когда она начнётся, но когда этот день придёт, она затронет всю галактику.

Это возбудило любопытство. Гривус спросил:

– А кто начнёт войну? Банковский клан? Торговая Федерация?

– Некто более могущественный.

– Кто?

– В своё время вы с ним встретитесь. И будете потрясены.

– Тогда зачем я ему нужен?

– В любой войне есть предводители и есть командующие.

– Ему нужен полководец для армии дроидов.

– Вернее, живой полководец.

Вот так он подпустил джеонозианцев к своим останкам – и позволил соорудить для них дюраниевую и керамическую оболочку. Его восстановление было долгим и мучительным. Привыкание к себе новому и во многом более совершенному было ещё мучительнее и дольше. И только после того, как Гривуса торжественно вручили графу Дуку, началось его настоящее обучение. При помощи джеонозианцев и членов ТехноСоюза он уже познал изнутри мир дроидов. Теперь, при помощи Дуку – Дарта Тирануса – он познал изнутри мир ситов.

Тиранус лично учил его технике боя на световых мечах. Всего за несколько недель он превзошёл всех прежних учеников Тирануса. Этому, разумеется, способствовало несокрушимое тело, подобное корпусам боевых дроидов кратов[28]28
  Боевые дроиды кратов (Krath wardroid) – мощные боевые дроиды, предназначавшиеся для убийства джедаев, разработанные кратами – организацией последователей тёмной стороны, созданной в 4000 г. ДБЯ.


[Закрыть]
. А ещё – высокий рост. Кристаллическая электроника. Четыре хватательные конечности…

Во сне он вспоминал свою прежнюю жизнь.

На самом деле он не видел снов – сны видят, когда спят, а генерал Гривус никогда не спал. Вместо этого он на короткие периоды времени впадал в состояние покоя в коконообразной каюте, сооружённой конструкторами его тела. Пока он был внутри, он мог иногда вспомнить, каково это – жить. И пока он был внутри, его не беспокоили – за исключением чрезвычайных обстоятельств.

Помещение было оснащено дисплеями, соединёнными с устройствами, которые следили за состоянием «Незримой длани». Но Гривус был осведомлён о проблеме ещё до того, как информация о ней была выведена на дисплеи.

Когда он вышел из каюты и поспешил на мостик крейсера, к нему присоединился дроид, который доставил последние донесения.

Не успел флот сепаратистов выйти из гиперпространства у Белдерона, как был атакован – и не ничтожными силами самообороны планеты, а боевым соединением Республики.

– К флотилии стягиваются звенья истребителей, – доложил дроид. – Крейсеры, эсминцы и прочие корабли основного класса выстроены щитом над ночной стороной Белдерона.

В коридорах ревели сирены, и канониры – дроиды и неймодианцы – спешили на боевые посты.

– Прикажите кораблям поднять щиты и построиться позади флагмана. Авангарду – оттянуться на защиту основного флота.

– Слушаюсь, генерал.

– Нужно уменьшить площадь поражения. Положить корабль на правый борт и переориентировать дефлекторные щиты! Выпустить все звенья три-истребителей и подготовить все батареи левого борта для продольного огня.

Крейсер сотряс первый взрыв, и Гривус схватился за переборку.

– Мы в пределах досягаемости республиканских эсминцев, – доложил дроид. – Повреждений нет. Эффективность щитов – выше девяноста процентов.

Гривус ускорил шаг.

Над тактической панелью на мостике развернулась голограмма сражения в режиме реального времени. Гривусу потребовалось лишь мгновение, чтобы оценить расположение республиканских кораблей и эскадрилий истребителей. Боевое соединение, собранное из шестидесяти кораблей основного класса, было недостаточно велико, чтобы разбить флот сепаратистов, но его объединённой огневой мощи было достаточно, чтобы защитить жалкий Белдерон.

С дальней стороны тускло-коричневой планеты конвой транспортников по косой уходил к меньшей из двух обитаемых лун Белдерона. Его прикрывали истребители и корветы.

– Беженцы, генерал, – объяснил один из дроидов.

Гривус был ошеломлён. Организованная эвакуация могла означать лишь одно: Республика каким-то образом узнала, что целью Конфедерации был выбран именно Белдерон! Но как такое могло произойти, если информацию об этом имели только лидеры сепаратистов?

Он подошёл к переднему иллюминатору, чтобы рассмотреть развернувшуюся перед ним картину боя.

Он узнает, кто расстроил его планы. Но первоочередной задачей было выживание.

Глава 19

Короткими крыльями и расположенной на корме выпуклой пилотской кабиной истребитель Энакина скорее напоминал Дельту-7 «эфирная фея»{49}, на которой он летал в начале войны, чем истребители нового поколения, V-крылы и АР-170, на которых сейчас летали пилоты-клоны. Но Дельта-7 имела треугольную форму, а у серебристо-жёлтого истребителя Энакина был тупой нос, состоявший из двух отдельных корпусов, каждый из которых был оборудован ракетной установкой. Лазерные пушки были вмонтированы в углубления в передней части крыльев. Как и у Дельты-7, гнездо для астромеха располагалось сбоку от горба кабины.

Вдобавок Энакин сделал несколько существенных модификаций.

Корабль – ветеран битв при Шейгобе и других планетах – выглядел так, будто ему было лет десять. Однако управлять им было значительно легче, чем модифицированным «торпилом», на котором он летал на Празитлине, да и по скорости новый корабль заметно превосходил предыдущий.

Стартовавший с «Честности» Энакин набрал скорость, пытаясь нагнать АРы и V-крылы, первыми вырвавшиеся из внутреннего ангара штурмового крейсера. Монитор на приборной панели показывал, что ионный двигатель истребителя работает не совсем оптимально.

– Эр-два, – произнёс он в комлинк, – запусти диагностику правого двигателя.

Бортовой дисплей перевёл гудки дроида в знаки общегалактического языка.

– Я так и думал. Хорошо, подрегулируй его. Мы же не хотим прибыть последними?

Жалобное хныканье Эр-два в переводе не нуждалось. Индикатор состояния двигателя вздрогнул и полез вверх, и истребитель рванулся вперёд.

Откинувшись в мягком сиденье, Энакин сложил руки на груди и медленно выдохнул. Хватит шпионских игр, сказал он себе. Он по-прежнему далеко от Корусканта, но сейчас, по крайней мере, вернулся туда, где должен быть, слился с истребителем и был готов показать неприятелю, как надо сражаться в космосе.

Прямо по курсу передовые иглоносые сторожевики прикрывали основные силы – сотни вражеских кораблей. Частью это были построенные тринадцать лет назад «стервятники» со сдвоенными крыльями, похожими на стручки; частью – компактные три-истребители; а между ними вклинивались джеонозианские двуклювые истребители-«нантексы»{50}. В данный момент ведущие АР-170 сошлись в ближнем бою с дроидами-истребителями, и вспышки энергетических разрядов превратили космос в паутину огня.

Со времён Празитлина Энакин не попадал в окружение такого количества врагов.

Учебные стрельбы, подумал он, не сдержав ухмылки.

Юноша снял правую руку с ручки управления и активировал сканеры дальнего действия. Индикатор угроз показывал типы и расположение основных кораблей сепаратистов: «барышники» и корабли-базы Торговой Федерации, «баллоны»{51} ТехноСоюза, чьи двигатели были заключены в оболочки, похожие на колонны, а фюзеляж по форме напоминал яйцо; крейсеры Гильдии коммерции типа «алмаз»{52} и «веерохвосты» Корпоративного Союза, фрегаты, канонерки и корабли-ретрансляторы с огромными круглыми антеннами.

Вся сепаратистская рать.

Включив комлинк в боевую информационную сеть, Энакин вызвал ведомого.

– Думаю, мы оставим мусор Чудиле[29]29
  Чудила (Odd Ball) – прозвище пилота-клона Давиджаана, командира Седьмой эскадрильи Флота Разомкнутого Кольца.


[Закрыть]
и другим пилотам, и сразу перейдём к серьёзным целям.

Привыкший к тому, что Энакин пренебрегает позывными, Оби-Ван ответил в том же стиле:

– Энакин, между нами и Гривусом – по меньшей мере пятьсот дроидов. А на основных кораблях слишком мощные щиты.

– Просто следуйте моим указаниям, учитель.

Оби-Ван вздохнул в микрофон комлинка:

– Я попытаюсь. Учитель.

Энакин внимательно посмотрел на индикатор угроз, запоминая векторы движения ближайших вражеских истребителей. Затем снова переключился на канал Р2-Д2.

– Боевая скорость, Эр-два!

Истребитель опять рванулся вперёд. Индикаторы на панели заморгали. Он подлетел почти вплотную к кипящему котлу схватки, и, когда ощутил, что дроиды берут его на прицел – толкнул ручку управления под углом, накренив корабль, и стремительно увёл его в сторону, ведя огонь из всех орудий.

Кругом вспыхивали и взрывались дроиды-истребители.

Проносясь сквозь разлетающиеся во все стороны облака огня, он ещё раз вдавил гашетку лазерных пушек и второй раз прошёлся сквозь волну вражеских кораблей, в мгновение ока испепелив ещё десяток. Но теперь на него набросились три-истребители, жаждавшие отыграться. Яркая вспышка алых лучей обожгла купол кабины: справа появился дроид и, мгновение спустя, сверху обрушился второй огненный залп. Дельта-7 содрогнулась до самых щитов, и Р2-Д2 испустил серию настойчивых посвистов.

На панели засверкали голубые молнии, справа и слева появились дроиды-истребители. Ещё несколько выстрелов нашли свою цель, и пилота швырнуло на ремни безопасности.

– Как раз вы-то мне и нужны, – с удовлетворением заметил Энакин.

Резко бросив кораблик на правый борт, он всадил выстрел в первый истребитель.

Второй метнулся в сторону, уклоняясь от разлетающихся обломков. Энакин бросился за ним и привёл в действие лазеры.

Вспыхнул огненный шар, дроид накренился, врезался в ослеплённый взрывом три-истребитель, и оба вспыхнули. Энакин взглянул на дисплей, чтобы убедиться, что Оби-Ван всё ещё с ним.

– У вас всё нормально?

– Меня слегка поджарили, но я в порядке.

– Держитесь рядом со мной.

– А у меня есть выбор?

– Всегда есть, учитель.

АР-170, V-крылы и дроиды-истребители уже сошлись в гигантской битве, которая велась сразу по многим направлениям. Они преследовали друг друга, сталкивались, выходили из боя с дымящимися двигателями или оторванными крыльями. Дроиды, сами будучи оружием, стреляли точнее, но медленнее перезаряжались, и их легко было сбить с толку неожиданным манёвром. Иногда это делало их лёгкой добычей, но дроидов было слишком много…

Энакин схватился с командиром истребителей и начал донимать его лазерными выстрелами. Приспособившись к его тактике, Оби-Ван совершил отступление, но через секунду бросил свой корабль на цель и открыл огонь.

– Прекрасный выстрел! – сказал Энакин, когда командир дроидов испарился.

– Прекрасная наводка!

Скомандовав Оби-Вану следовать за собой, Энакин выбрался из гущи сражения, изменил направление и помчался по касательной к ближайшему из иглоносых сепаратистских сторожевиков. Выпустив две ракеты, чтобы привлечь внимание противника, он рыскнул влево, сделал переворот, затем вернулся обратно к кораблю, стреляя из лазеров.

– Бейте по корпусу! Цельтесь в генератор щита!

– Ещё чуть-чуть – и мы окажемся внутри!

– Этого я и хочу!

Оби-Ван летел следом, стреляя из всех пушек.

Теперь они были в гуще жесточайшего сражения; артиллерийский огонь основных республиканских кораблей разбивался о противоударные и дефлекторные щиты их целей. Позади вспыхнул слепящий свет, и колпак кабины подсветил взрыв. Сторожевик, который он задел ракетами, подвергался интенсивному обстрелу. Энакин понял, что торпеда высокой мощности сможет его добить, и немедленно запустил её.

Торпеда вырвалась из пространства между связанными с кабиной фюзеляжами истребителя и помчалась к вражескому кораблю.

Щит сторожевика дрогнул, и в это мгновение мощные турболазерные залпы довершили свою разрушительную работу. Получив попадание в борт, сторожевик лопнул, как перезрелый плод, выбросив наружу длинные белые протуберанцы, залив окружающее пространство светом и усеяв обломками.

Энакин отвернул в сторону, крикнув Оби-Вану в комлинк:

– Теперь мы врежем прямо по Гривусу!

Суженным и вытянутым носом и большими внешними стабилизаторами генеральский крейсер напоминал корускантский небоскрёб классической эпохи, положенный набок.

– Вряд ли сейчас подходящее время для нападения, Энакин. Ты заметил защитные батареи?

– Когда же вы научитесь доверять мне?

– Я тебе доверяю! Я просто не могу за тобой угнаться!

– Прекрасно. Тогда я сейчас вернусь.

Энакин выжал из истребителя всё что можно, выпуская плазму и ракеты, которые ударялись о дефлекторный щит гигантского корабля, не принося ему вреда. Он увёл кораблик от огненной бани, затем кинулся обратно к крейсеру, выделывая хищные виражи и прорываясь к двухсотметровой башне рубки управления.

Ожили и загрохотали батареи ближнего боя, извергая клубящуюся плазму на надоедливую мошку, которая пыталась укусить гиганта. Быстро выполнив бочку, Энакин увёл истребитель влево, сделал переворот и продолжил стрелять.

Он опять попытался потревожить неуязвимый мостик залпами лазеров. И опять батареи колоссального корабля попытались – в который раз безуспешно – поймать его в прицел.

Энакин представил, как Гривус неподвижно стоит у транспаристального иллюминатора.

– Почувствуй, что будет, когда мы встретимся лично, – прорычал он.

* * *

Рептильи глаза Гривуса следили за дерзкими манёврами серебристо-жёлтого истребителя, пытавшегося атаковать мостик. Меткая стрельба, предвосхищение ответных выстрелов носовых батарей, использование возможностей, о которых не знали даже клоны… пилотом мог быть только джедай.

Причём джедай, не боящийся вызвать его гнев.

Гривус ясно видел это в непоколебимой уверенности пилота, в его бесстрашии. Он ощущал это даже сквозь мерцающий щит «Незримой длани» и транспаристаль иллюминатора. О, повесить бы его световой меч себе на пояс!

Энакин Скайуокер.

Наверняка это он. А в истребителе, прикрывающем его хвост – Оби-Ван Кеноби.

Бельмо на глазу сепаратистов.

Всюду республиканские силы демонстрировали подобное же рвение, разнося на атомы дроидов-истребителей и нанося «увечья» основным кораблям дальним артиллерийским огнём. Гривус был уверен, что, если потребуется, он может изменить ход битвы, но сейчас это не входило в его полномочия. Хозяева-ситы приказали ему защищать жизни членов Совета – хотя на самом деле единственными, кто представлял важность для Конфедерации, были владыки Сидиус и Тиранус.

Он отвернулся, чтобы взглянуть на модель сражения над тактической панелью, затем снова резко повернулся к обзорному иллюминатору, вспомнив пилотов АР-170, гнавшихся за челноком Ганрея всего несколько дней назад. Он махнул одному из дроидов.

– Предупредите командиров кораблей, чтобы ожидали новый приказ.

– Так точно, генерал, – монотонно отозвался дроид.

– Поднять корабль. Приготовиться открыть огонь из всех орудий по моей команде.

* * *

Нет смерти, есть только Сила.

Оби-Ван размышлял, видел ли он когда-нибудь более ясную демонстрацию этой джедайской аксиомы, чем сейчас, наблюдая за тем, как Энакин, сконцентрировав Силу и бросая вызов смерти, преследует корабль Гривуса. Его истребитель превратился в точку и в настоящую минуту сошёлся нос к носу с гигантским крейсером, оставив Оби-Вана разбираться с мстительными дроидами-истребителями; сам Энакин либо не замечал их, либо не обращал на них внимания.

– Когда-нибудь он точно станет причиной моей смерти, – пробормотал Оби-Ван.

Но, не заботясь о собственной судьбе, он размышлял: что, если Энакин будет убит?

И можно ли вообще его убить?

Раз он Избранный, ведёт ли его судьба в соответствии с этим титулом и пророчеством? Действительно ли ему нельзя причинить реальный вред, или, рождённый, чтобы восстановить равновесие Силы, он нуждается в защитниках, которые помогут ему исполнить предназначение? Является ли обязанностью Оби-Вана – более того, обязанностью всех джедаев – забота о том, чтобы он выжил любой ценой?

Не это ли внутренним чутьём постиг Квай-Гон на Татуине много лет назад, и не это ли заставило его с такой решимостью напасть на сита, который выследил их на той опалённой солнцами планете?

Хотя щиты крейсера отражали жалящие лазерные разряды Энакина, юношу нельзя было оторвать от настойчивого преследования. Даже многократные попытки Оби-Вана вызвать его по боевой сети не возымели успеха; но теперь огромный корабль начал подниматься и разворачиваться.

Мгновение Оби-Ван думал, что Гривус всё-таки хочет ударить по Энакину из всех носовых орудий. Но вместо этого крейсер продолжал подниматься, пока не оказался высоко над плоскостью эклиптики. Его нос под незначительным углом был направлен к центру системы.

Затем он выстрелил.

Не по республиканскому боевому соединению и не по самому Белдерону, а по колонне беженцев и сопровождающим её истребителям.

Оби-Ван ощутил большое волнение в Силе, когда корабли один за другим озаряли космос пламенем взрывов. Вскрикнули тысячи голосов, боевая и командная сети наполнились возгласами смятения и гнева.

Оби-Ван ждал следующего залпа, но его не последовало.

Три-истребители и дроиды-«стервятники» внезапно ринулись назад, к кораблям, с которых они были запущены. В то же самое время весь сепаратистский флот совершил разворот. Конечно, Гривус понимал, что его варварский поступок застанет врасплох республиканские силы, но на уме у него не было ничего, кроме бегства в гиперпространство. Генерал, очевидно, решил, что Белдерон просто не стоит риска – ведь во Внешнем кольце столько беззащитных миров, которые можно захватить.

– Энакин, беженцам нужна наша помощь! – передал Оби-Ван.

– Лечу, учитель.

Оби-Ван видел, как истребитель Энакина прервал напрасную погоню за крейсером. Далеко впереди корабли сепаратистов исчезали из вида, совершая прыжки на скорость света.

* * *

– Корабли основного флота благополучно ушли, – доложил Гривусу дроид, как только крейсер покинул реальное пространство. – Ожидаемое время прибытия на запасной пункт сбора – десять стандартных часов.

– Потери у Белдерона? – осведомился Гривус.

– Приемлемые.

За передними обзорными иллюминаторами плыли дымчатые вихри света.

Пальцы похожей на клешню ладони Гривуса пробежались вниз по переборке.

– Прикажите моей личной охране собраться в ангаре для челноков по выходе из гиперпространства, – распорядился он, ни к кому конкретно не обращаясь. – Когда все корабли прибудут в пункт сбора, уведомьте вице-короля Ганрея, что я собираюсь нанести ему визит.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю