Текст книги "А это точно боярка? Часть 4 (СИ)"
Автор книги: Джейд Дэвлин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)
Глава 35
– Слушай, а по правде я ведь там не лежала в коме и не пугала Фильку своим полудохлым телом? – спросила я вечность спустя, когда мы с Немезисом, наконец, нацеловались. Ну, относительно.
– Не знаю, – как-то коварно вздохнул кошмарик. – Вот дорастешь до взрослого возраста, сама проверишь.
– Смеешься⁈ Через две тысячи лет⁈
– Нет, никакого юмора. Кандидаты в игроки выбираются очень тщательно и получают метку на душу. Так что, несмотря на такую милую клыкастую ошибку, как ты, твой… племянник все еще числится в списках на получение системы. Но теперь это произойдет значительно позже, потому что очередь есть не только в государственных поликлиниках, но и в колесе перерождений в иные миры. Успеет всю свою земную жизнь прожить… а вот то, что метка уже стоит, позволит тебе в качестве полноценной системы вернуться в тот отрезок времени его жизни, в какой ты сама пожелаешь, и – конечно, если захочешь – уже самой стать творцом его приключений. Только умоляю, мокричка, изучи сначала свод правил. – Сорок второй небрежно указал куда-то вбок, где непонятными светящимися символами была исписана… стена. Причем потолка над нами не имелось, потому уходила эта стена куда-то далеко вверх, под небеса. – Иначе улетишь в бан еще до того, как успеешь сказать своему родственнику «внимание, пользователь!».
– А… ага. То есть две тыщи лет только я буду по ним скучать, а они даже заметить ничего не успеют?
– Если ты захочешь. Все-таки люди развиваются и находят новые пути, когда теряют что-то важное для них. А уход кого-то близкого – это тот опыт, который рано или поздно испытает каждый. – Щупальца закрутились вокруг меня в спираль, а лиловые глаза неожиданно принялись медленно отдаляться.
– Отлично! Так и сделаем. Опыт потерь подождет. Эй! Стоять! Куда пополз⁈ Я еще не накусалась!
– Извини, мокричка. Я и так тут оказался потому, что ты приглянулась нескольким граням моего начальства. Увы, я все еще арестант и должен отбывать собственное наказание.
– Божечки-кошечки! Эй, где вы там⁈ Ау! В смысле кис-кис-кис! У меня сотый уровень, три универсальные коробочки и право на апелляцию! Ау!
Внимание, пользователь!
Вы желаете использовать «право голоса» – 1 шт. для связи с советом администрации?
– А сам котик не придет, да? – огорчилась я.
– Какой еще котик? – насторожился вдруг Немезис, ревниво прищурившись. – Прошу, скажи, что ты просто завела еще одного питомца. Ну или мужа. Хотя последнее все равно обидно… без моего одобрения, проверки всей подноготной и требуемой ментальной устойчивости мужей заводить нельзя! Вдруг они захотят тебя покусать! Или болеют чем-то заразным!
– Не-не, ты у меня единственный сексуально-порабощенный тепленький котик со щупальцами, – успокоила я. – А леопард просто красивый! И кубики у него такие четкие, и пятна на филейной части тоже… четкие. Уже и посмотреть, что ли, нельзя?
– Леопард? Антропоморфный⁈ – Глаза у Немезиса внезапно стали большие и круглые. Каждый размером с чайное блюдце. – Ты его видела⁈ Где⁈
– Э… даже гладила. Почти. Но честное пионерское, только за подбородок! За хвост не поймала просто…
– Ты мне изменяла с другой системой… – Фиолетовые блюдца глаз кошмарика пошли рябью. Но вместо ожидаемого гнева из фонариков буквально полилась нежно-сиреневая флуоресцентная жидкость, которая начала стремительно заливать лиловую вселенную под нашими ногами.
– Да с чего ты взял⁈ – перепугалась я, ловя свое сокровище за щупальца и обратно притягивая поближе. Чтобы слизнуть слезы. Упс, это инстинктивно как-то. И вкусно. И как так вышло проглотить весь водопад, я вообще не в курсе. – Во-первых, я его даже ни разу не укусила. Тут к твоему брату, моей невольной свекровушке, претензий больше. А во-вторых, он не система, он божечка-кошечка и вообще администрация.
– Все грани администрации – это системы! Просто они первые. Древние. И мощные. – Немезис явно еще дулся, но хоть водопады устраивать перестал. – Я не смогу отбить тебя собственными силами, если они захотят забрать.
– Не-не, они на меня не претендовали, во всяком случае как на жену, – поспешила успокоить я. – Вон, даже кончика хвоста не дали. И вообще – обидели!
– Это когда? – удивился внезапный третий голос. Тот самый, кошачий, чтоб его!
А у меня перед носом возник и принялся завлекательно вилять пушистый кончик хвоста.
– Не трогай! – моментально всполошился Немезис, всеми щупальцами пеленая меня в плотный кокон. – Это ловушка!
– Ути божечки, какие мы нежные лиловенькие Ктулху. Еще из пубертата не выросли, а все туда же. То правила не соблюдают, то утвержденный сюжет меняют, то подсистему без одобрения взрослых в дом тащат. Будешь на меня пищать – еще на пару столетий в углу туманности оставим, обдумывать свое поведение, – обиделся леопард, проявляясь в нашей вселенной в виде скопления звезд на фоне черной дыры в форме уже известного мне египетского бога-кота.
– А ты мне мужа не обижай, – в свою очередь огрызнулась я. – Чего? Раз пошел такой неформальный разговор, вот прямо серьезно будете требовать протокола, «выканья» и поклонов вприсядку?
– Я котик, а не протоколист, – пожал пятнистыми от звезд плечами леопард. – Мне на такие мелочи давно наплевать. Но дразнить вас, мелочь пузатая, забавно.
– Забавно ему! Выпусти нас лучше, ты обещал! Мы домой хотим.
– Ну-ка, вспомни, что я обещал. Дословно. И вообще обещал ли я что-то, мур?
– Ты сначала блок с памяти мне сними! Сами ограничений понаставили, а потом требуют!
– Нельзя. Рано еще. Ладно, я напомню: мы ни словом не обмолвились о награде.
– Слушай, ну ты же божечка-кошечка, ты моя любимая по жизни высшая сущность и не можешь быть слишком вредной. Ты мой истинный покровитель и главный хранитель. Ну вы-ы-ыпусти мне мужа! Я дико соскучилась и без него буду горько плакать! Днями! Неделями! Вымочу тебе слезами всю шерсть, вылизываться замучаешься!
– Нахальный котенок.
– А котята другими вообще бывают? – искренне удивилась я.
– Нет, даже у самых послушных котят бывает период бунтарства. Тут ты права. Но это не значит, что им не положен профилактический шлепок лапой по носу и прикус за шкирку.
– А что я такого сделала? И вообще, меня кусать нельзя, кусать – это для мужа. Иначе инцест какой-то, и вообще, неприлично.
– Инцест – дело семейное, – пожал плечами большой кот.
– Кхм! – не выдержал Немезис, встопорщившись вокруг меня всеми щупальцами сразу.
– Мур-р, ну до чего же пр-р-рэлестно, – умилился с этой картины древний. – Я уже сохранил это мгновение в долговременной памяти, покажу потом коллегам этот детский пер-р-рфор-р-рманс.
– Мокричка, только ты так можешь, – на ухо прошипел мне муж. – Свалилась на мою голову, захомутала без спросу, а теперь еще и обеспечила свекров из администрации! Всю вечность о такой чести мечтал!
– Вот видишь, какая я хорошая, практически вся сплошная сбыча мечт, – так же шепотом ответила я, прикусывая ближайшее щупальце вполсилы. – Цени!
– Ладно, помурчали – и хватит, теперь к делу, – совершенно по-кошачьи фыркнул египетский божечка. – Ты правда согласна потратить один из редчайших шансов, заработанных на последнем уровне, чтобы попытаться оправдать систему 0000042 перед советом?
Глава 36
– А зачем я его вообще зарабатывала-то, по-вашему?
– Я просто к тому, что «право голоса» – это уникальная возможность, позволяющая обратиться с вопросом или просьбой к межмировым сущностям такого масштаба, который ты сейчас осознать толком не сможешь. И ты хочешь потратить ее на вызволение своего, хм, друга из легкого и вполне заслуженного наказания? Одно дело, если б его собирались расщепить или еще как-то тотально ограничить его функционал на протяжении вечности. Но по сути, сорок второй просто обдумывает свое поведение в темном углу. И мы даже закрываем глаза на ваши свидания, жертвоприношения и прочие поползновения. Это и наказанием-то считать сложно.
– Слушай! – вдруг озарило меня. – Божечка-кошечка-папочка! А к сущностям – это обязательно? Ты же мой любимый божечка! А я твой котенок! Ну или зародыш котенка! Ты сам признал! Может, мы решим это дело внутри семьи? Немезис уже все обдумал, честно-честно! И я тоже обдумала, три раза. Да больше, я пока последний уровень проходила, тыщу раз подумать успела на всякие разные темы! Вы, наверное, и сами все видели. Сейчас тут стоит лучшая версия меня! Уже, можно сказать, полноценная котенька, а не просто зародыш. У меня даже почти вырос хвост!
Немезис во время моего спича сначала опять увеличил глаза до размера средней вселенной, прокрутил их в разные стороны, а потом обреченно прикрыл голову щупальцами и попытался сделать вид, что его тут вообще нет. Но меня из кокона не отпустил. Только стиснул так, что я едва всерьез не мяукнула.
– Мур, – озадаченно отреагировал леопардо-египтянин. – Однако…
– То есть без категорического «нет» сразу? – обрадовалась я и принялась выпутываться из кокона. – Да отпусти ты меня, надо же успеть подлизаться! Божечка-кошечка, мы больше не будем, честно-честно! Можно нам испытательный срок, к примеру?
– Чего вы больше не будете? – заинтересовался леопард в короне, с любопытством глядя, как я сражаюсь со множеством обнимающихся щупалец.
– Ничего не будем! – с готовностью подтвердила я, мимоходом крепко укусив Немезиса за палец той руки, которой он пытался зажать мне рот. – Муж, скажи, чего мы не будем, ты лучше знаешь!
– Ха…. – весело выдохнул леопард, по-кошачьи потягиваясь. – Что ж, есть один вариант.
– Мать моя бездна, – обреченно и еле слышно простонал мне в ухо сорок второй.
– Ась? – вскинулась я. – Какой вариант? Огласите весь список, пожалуйста!
– Песчаный карьер – два человека, уборка улиц – три человека, мясокомбинат на сегодня нарядов не прислал, – засмеялся бог-котик, подтверждая любовь к старому земному кино. Собственно, он же божечка, ему по штатному расписанию положено все на свете знать, в том числе и «Операцию „Ы“». – Итак, котятки, теперь серьезно. Система 0000042, согласен ли ты на равноправное партнерство в будущем без попыток поглотить данный конгломерат клеток и психоторсионных полей с целью встроить в свою сущность на уровне безвольной подсистемы?
– А ты хотел безвольную? – тут же обиделась я, выпуская из зубов очередное щупальце. – Тьфу…
– Это было давно и неправда! – моментально отмазался Немезис, делая лиловые вселенные глаз большими, влажными и невинными настолько, что у меня от подозрения вся шерсть дыбом встала. Слонечкина. И все Плюнины щупальца тоже дыбом! – Да, я согласен.
– Что ж, тогда властью, данной мне… самим собой, объявляю сию крохотную сущность будущей частью нашего системного сообщества. И, как и всем новичкам, даю ей на изучение свод правил, которых мы придерживаемся.
– Ых, – вздохнула я. – Ну ладно, правила тоже важно. Я попробую.
Леопард понимающе хмыкнул и продолжил:
– Что касается 0000042, в качестве отработки наказания взамен изоляции назначаю его ответственным за обучение и сдачу экзаменов юной системы. Помогать вам, курировать вас и отвечать за результат будет 0000040.
– Меня-то за что⁈ – в голос взвыл доселе невидимый киборг, который, получается, всю дорогу бессовестно подслушивал.
– За то, что от поцелуя вовремя не увернулся и подхватил…
– Я так и знал, что она заразная! Это вирус! Мне срочно нужна чистка баз, я…
– Поздно. Система 0000040 уже встроена в данный конгломерат и может начинать функционирование в новом режиме. Да ты уже начал, просто еще не принял реальность.
– Трт-т-т-трш-ш-ш-ш, – раздался знакомый звук потерявшего сигнал телевизора.
– Кстати, постоянно забываю представиться. Я – 009. Точнее, одна из граней системы 009. Если что, можешь звать меня целенаправленно, но не чаще раза в столетие. Впрочем, твое «божечки-кошечки» тоже подходит. Это мы и есть.
– А «право голоса» на всякий случай у меня же осталось? – деловито уточнила я, с беспокойством глядя в ту часть вселенной, где искрил неисправный телевизор. То есть сороковой.
– Уже готовишься напакостить?
– Нет, это просто инвентаризация, – невинно захлопала я глазками. – Вот, усы, лапки и хвост, одно «право голоса» и сколько там еще этих неиспользованных коробочек, которые любое желание исполняют?
– Жадность у тебя больше на хомячью похожу, чем на кошачью. Но это неплохое качество, – одобрил божечка-папочка.
– Хы, это вы у котенка паштет не отбирали и кошачьими коготками, тонкими, как волосок, и острыми, как лезвие, по венам не получали!
– Мур, тоже верно, – согласился леопард. – Ты хотя бы не пытаешься рычать в паштетик. Хорошая котенька. Я правильно понимаю, что образ нека-девочки с ушками и хвостиком для явления будущим игрокам тобой выбран твердо? Или станешь фурри? Тогда и кальмара своего жевать сможешь более качественно, мур-р.
– Хм? А что, нека вполне. И пусть банально, мне все равно нравится. Только у меня еще и щупальца будут обязательно!
– Щупальца у всех есть, – засмеялся леопард, демонстрируя нам десяток пятнистых пушистых хвостов, взметнувшихся у него за спиной. – Кроме системы 0000040.
– Бедненький… – озадачилась я. – А что так?
– У него безлимитные конечности. И в принципе довольно гибкая конфигурация. Прикрутить можно все что угодно. Он просто сам не хочет быть «как все».
– Ой! Коленка! Я ему коленку прокусила! Безлимитную!
– Трш-ш-ш-ш–ш! – попытался было вмешаться киборг, но его вдруг заткнуло одно из лиловых щупалец.
– Ты прокусила мифриловый сустав? – удивился божечка. – Серьезно? Настолько, что повредила концепцию «безлимита»? Ого… хм. Открой-ка рот.
– А-а-а-а! – честно, как у стоматолога, отреагировала я.
– Мур… хороший котенок. Зубки молочные пока, но… это даже интересно. И в будущем пригодится. Правда, на месте твоего равноправного партнера, обожающего укусы, я был бы осторожнее. Но не сейчас, а со временем, когда молочные сменятся на постоянные. К тому моменту тебе надо научиться точно рассчитывать силу воздействия, иначе ты свой гарем с концами загрызешь.
– Да-а? – впервые подал голос кошмарик.
Только вот вид у него стал слегка, хм, перевозбужденный? Во всяком случае именно так подсказала моя интуиция, когда я взглянула на Немезисовы попытки растечься в светящуюся лужицу, полыхающую ярко-лиловыми волнами.
Глава 37
– Болт вам мифриловый, а не секс прямо в камере, – яростно прошипел киборг, когда божечка ушел по своим делам, предварительно выдав каждому персональное ЦУ. – Не дети, а сволочи! Ты! Учи правила! Ты! Пошел прочь со своими щупальцами, не отвлекай, у нее и так емкость памяти никакая!
– Эй, але! – Я помахала руками перед синим носом. – Нам никто не велел сидеть в камере, пока не выучим, и вообще, на это все еще две тыщи лет впереди. Домой поехали, у меня там гарем без присмотра! И не посягай на мои щупальца, буду обниматься ими, пока не посинею. Не полиловею? Муж, ты как насчет цветового решения?
– Мне розовый больше нравится, – внезапно смутился кошмарик.
– О, под цвет Плюнечки! – обрадовалась я. – Договорились! Буду розовая нека. Кстати, как ушки отрастить? Чтоб свои, а не на ободке.
– Рано тебе еще ушки. Ты ни одного правила не выучила, ни одного экзамена не сдала, систему не обновила, а уже о смене сущности на межмировую мечтаешь. – Несмотря на бурчание, сороковой с видимым удовольствием вертел в манипуляторах новые нижние конечности. Божечка-кошечка расщедрился сразу на две, для комплекта. И они были даже не из мифрила, а из какого-то необычного черного материала с едва видимыми темно-синими вкраплениями.
– Нет так нет, мы никуда не торопимся, – пожала я плечами, сгребла в кучку все Немезисовы щупальца и вопросительно уставилась на киборга: – Ну?
– Мм? – Спиралькой закрутились вопросительные знаки в чужих глазах. Все-таки забавная у моего мужа иллюминация в этом теле. Точнее, без тела.
– Домой! – напомнила я, завязывая пару щупалец на талии узлом. Теперь точно по дороге не потеряется.
– Домой, – тихо повторил за мной кошмарик и уже сам прижался ближе, закручивая оставшимися щупальцами воронку портала.
– Я попозже приду. Надо разобраться с новым функционалом, – сказал нам напоследок киборг и пару раз махнул в нашу сторону рукой. – Постарайтесь по дороге не разрушить парочку туманностей.
Вселенная вокруг начала гаснуть и сквозь нее проступили знакомые очертания внутренностей паровоза. О!
– Надя!
– Демон!
На нас налетели и затискали. Причем охреневшего Немезиса, с перепугу вцепившегося в меня всеми щупальцами, затискали чуть ли не сильнее, чем родную жену.
Зайка от избытка чувств аж собственные тентакли выпустил и сделал видимыми. У него их не так много было, но тискаться эти семь шоколадно-бархатных лент умели не хуже своих лиловых собратьев. И сгребли всех подряд, даже свекор не сумел увернуться. Оказался спеленут в одну большую… семью. Ляпота.
– Вас долго не было, – немного пришел в себя домовой, демонстративно оглядывая наши «наряды».
Он, кажется, и сам устыдился собственного порыва, а потому быстро спрятал ленты и перешел на деловой тон:
– Особенно тебя, Немезис. Как прошел суд высших? Дай угадаю, наша барышня выела всем высшим существам мозг десертной вилочкой и они решили, что лучше не связываться с подобной сущностью?
– Нет, – мстительно хмыкнул кошмарик, незаметно пожимая руку зайке. – Все гораздо хуже. Она нам многогранную высшую тещу обеспечила. Или тестя? Хм… нечто среднее. Потому что у систем подобного порядка нет фиксированного пола. Они его сами выбирают, так что как минимум три тещи и один тесть под кодовым номером 009 нам обеспечены. Хорошо хоть они заняты делами администрации и заглядывать обещали редко. Но мне уже страшно.
– Ик! – громко сказал Горыныч хором на три голоса.
– А не все тебе ледяными свекрами нас пугать, – радостно хихикнула я, привставая на цыпочки и целуя трехголового в уголок губ. – Надеюсь, вы мне тут папу не обижали? Олег Викторович, вы как? Живой?
– И кто, по-твоему, мог меня здесь обидеть? – удивился ледяной дракон.
– Как кто, потомство! Или скажете, что оно у вас такое послушное, дисциплинированное, дрессированное и не кусачее ни разу? А еще словами через рот в любви признаваться умеет?
– Э-э-э… – По-моему, свекор сразу же захотел съехать с темы. Ну, хотеть-то он хотел, да кто б ему дал?
– Я понимаю, это генетика и в целом у нас семейное. Но предлагаю прямо сейчас прекращать порочную практику. И начинать признаваться с ходу, пока все в приподнятом настроении и вообще в дофамине по самые уши. Ну?
– В чем признаваться? Не понимаю, – недоуменно моргнул на меня ледяными глазами свекор.
Горыныч тоже посмотрел странно и даже слегка обиженно: чего это у него плохая генетика? Что он опять сделал не так?
– Муж, а прокрути им кино? – Я толкнула Немезиса локтем в бок. – Ну то… где они друг за друга пасти порвут и моргалы выколют любому вражине? Пусть убедятся, что семейно любимы с кончиков хвостов аж по самые гребни. Взаимно.
– Может, попозже? В более спокойной обстановке? А то дядюшка слегка психанул, так что мы сейчас под плотным надзором. Причем личным, – страшно забеспокоился Горыныч, кося в сторону собственного отца настороженным лиловым глазом. Наткнулся на такой же настороженно-робкий взгляд старшего поколения и слегка так взаимно впал в ступор.
– А как вы его величество в поезд затащили? – удивилась я. – Зачем? Что, прямо на глубину?
– Никого мы сюда не затаскивали. Император просто подключил сквозное зеркало для постоянного мониторинга ситуации, – пояснил Олег Викторович, неожиданно притягивая к себе родного сына за предплечье и обнимая. Неловко, но так крепко, что трепыхнувшийся было Игорь неожиданно обмяк и спрятал лицо у отца на плече на пару секунд. Потом так же быстро отстранился, покраснел до самых кончиков ушей.
Кхм… это… а вот интересно, без нас они пообниматься не могли? Я что, катализатор для сближения этих двух сильно умных и независимых молекул? Ну и ладно, ну и сближу. Мне не трудно.
– Привет, ваше величество, если вы прямо сейчас на меня смотрите. А можно нам уже домой?
– Ты у меня спрашиваешь? – раздался ехидный голос двуглавого орла из ростового зеркала, прикрепленного изнутри на дверь купе.
– А у кого еще? – Я недоуменно пожала плечами. – Это же вашу морозильную гробницу мы нечаянно порушили. И ваш богатырь на нас внезаконами ругался. Уже все, мы прощены?
– Просто удивительно. До этого тебе не требовалось мое разрешение ни на разрушение гробницы, ни на применение неизвестных эликсиров. Скорее, ты все делала наоборот.
– Так то на разрушение и применение! – Я пожала плечами. – Там же срочно было. И вы бы все равно не разрешили.
– Ну тогда какой смысл мне позволять возвращаться нестабильному и неподконтрольному элементу? Вдруг ты снова решишь, что мои слова ничего не значат, а ты лучше знаешь, как править моими подданными? – разговаривал император достаточно спокойно и вроде даже дружелюбно. Жаль, что настоящего дружелюбия в этих словах практически не было.
– Чего это неподконтрольному⁈ – возмутилась я. – Когда я где неподконтрольно навредила? От меня вообще всегда была сплошная польза!
– Да-да, особенно моим древним ледяным големам, которых осталось четыре из семи. И куполу сверхсекретного объекта. И памятнику культуры на центральной площади. Я уже молчу про множественные мелкие разрушения дорожного покрытия, элементов декора и городской инфраструктуры. Один ваш залет обошелся короне минимум в половину годового бюджета. И это только то, что касается материальной стороны вопроса, не затрагивая этическую.
– Как четыре голема осталось⁈ Одного мы расплющили, признаю, еще одного Ужик в трубу засосал… так. Товарищ паровоз! Совести у тебя нет! Ты когда еще одного сожрать успел⁈
– Ту! – коротко и обиженно дрогнул вагонами некросостав. – Ту-у!
– Да конечно, сам он к тебе в топку влез и сам злостно переварился! Небось под шумок колесами зажевал и притворился, что так и было. Извините, ваше величество. Хотите динозаврика взамен? У меня в пространственном кармане много, даже живые экспонаты есть. Ну, относительно живые, в основном механические. Разберете их, изучите, новых големов сделаете. Круче прежних.
– О материальной компенсации ваших художеств мы отдельно поговорим, – проворчал двухголовый царь. – Живо домой. Остальное обсудим, когда я собственноручно смогу дотянуться. До каждого! Включая самых старших.
– Это он про демона или про Олега Викторовича? – громким шепотом переспросил Сашенька, не отлепляясь от моей талии.
– Вернемся и узнаем, – вздохнул свекор. – Отдавай своему некромашинному агрегату команду на всплытие. Мы возвращаемся в столицу.
– Жаль. Среди глубоководных монстров как-то спокойнее, – выдохнул Сашенька и уткнулся мне в плечо, умиротворенно закрывая глаза.
Видимо, переволновался. А на стресс у некромальчика реакция всегда одинаковая. Или пришибет, или уснет. Есть, правда, с недавних пор третий вариант, но на него я сейчас даже намекать боюсь. Потом ведь не отбрыкаешься!
Поезд довольно заурчал и поплыл вверх, по пути перекусывая оставшимися мелкими мегалодонами.
и.
