Текст книги "Чинди"

Автор книги: Джек Макдевит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

ИИ промолчал.

* * *

Она выбрала, какой спутник забрать, и засиделась до позднего вечера, обсуждая сложившуюся ситуацию с Тором и Ником.

– Я склонен подозревать, – заметил Тор, – что, когда мы поймем, кто на приемном конце этой цепочки, там уже никого не будет.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла Хатч.

– А то, что проект, в рамках которого все это было выведено на орбиту, давно забыт. И эти сигналы проносятся мимо нас туда, где они попадают в приемник и накапливаются для того, кому они, практически, уже не нужны. И кого, может быть, уже нет около этого хранилища данных. Я вот о чем: сколько времени вы потратили бы, наблюдая за нейтронной звездой?

Ник согласился.

– Вероятнее всего, они мертвы.

Но ведь ни один из них не был археологом. Как, в сущности, не была таковой и Хатч, хотя и проработала с археологами всю жизнь. Она понимала их почтение к артефактам, к предметам, которые обычно похоронены в земле, но могут оказаться и на орбите. Это понятие расширилось, включив в себя и радиосигналы. Билл был прав: спутники были работающими артефактами, и Хатч не удавалось избавиться от ощущения, что своими действиями она разрушает нечто весьма значительное и ценное.

– По той же причине, – сказала она Тору, – я отправлюсь завтра наружу и доведу это дело до конца. Когда здесь появится Курт, мне хотелось бы, чтобы эта штука уже была выключена и готова к отправке.

– Тебе нужна помощь? – спросил он.

– Да. Если ты свободен.

– Свободен ли я? – Он широко улыбнулся. – Не сомневайся.

Рано утром с еще сонной Хатч вышел на связь Курт.

– Я загрузил шаттл припасами для тебя .

«Мемфис» был слишком мал, чтобы в нем имелся док, поэтому в грузовом отсеке выкроили место для размещения посадочного модуля. Конструкция «Мемфиса» предполагала, что прибывающий корабль, заняв определенную позицию, просто шел бы рядом, переправляя пассажиров непосредственно через главный воздушный шлюз. Однако сейчас предстояло принять груз, и представлялось более рациональным временно «выпустить» посадочный модуль из грузового отсека наружу, освободив место для шаттла с «Венди».

– Насколько сложен захват спутника-невидимки? – спросил Курт.

– Для нас там нет ничего сложного.

– Хорошо. Так мы ужинаем?

– Если ты принесешь sauerbraten.[2]2
  Жаркое из маринованного мяса (нем.).


[Закрыть]

– Боюсь, sauerbraten я не принесу, Хатч. А как насчет свиной отбивной?

– Это будет чудесно. – Она передала сигнал окончания связи и спустилась в общий отсек, где завтрак был уже в самом разгаре.

– Мы должны решить, двигаемся ли дальше, – говорил Джордж. – Известно ли нам, куда нацелены «здешние» спутники? Где следующая передаточная точка?

Хатч переадресовала этот вопрос Биллу, который появился в углу навигационного экрана.

– Он проходит между двумя газовыми гигантами в этой же системе, а затем отправляется прямиком к GCY-7514 .

– Где это? – спросил Ник.

– Это галактика, – заметила Хатч.

Джордж растерялся.

– Этого не может быть.

– Билл очень аккуратно оперирует данными такого сорта. Он не делает ошибок. – Хатч села, взглянула на Билла. – Ты сказал о паре газовых гигантов. Что ты имел в виду?

– Здесь их два, стиснутых в довольно жестком гравитационном «объятии». Очень необычная конфигурация. Сигнал проходит как раз через эту систему .

Все замолчали.

– Они удивительно прекрасны, на мой взгляд, – добавил он.

– Все следы обрываются, – констатировал Ник. Он выглядел несчастным. Как и все они.

Хатч испытывала странное чувство. Такой итог был бы в общем неудовлетворительным. Но, может быть, именно это и заставило бы контактеров отменить «преследование» и отправиться домой. Ей показалось, что сейчас самое время сменить тему.

– Через несколько часов здесь будет «Венди» с припасами, – сказала она.

Тор кивнул.

– По-видимому, они нам вряд ли понадобятся. Так мне кажется.

– Ты сильно проголодаешься по пути домой. – Она вздохнула. – Жаль. Я понимаю, что для всех нас это разочарование. Но давайте посчитаем, что именно нам удалось сделать. Вы обнаружили последствия ядерной войны. И живую планету, на которой могла бы быть разумная жизнь – а могло бы и не быть. Не так плохо для одной экспедиции. – Она хлопнула Джорджа по плечу.

– А что сообщила Сильвия? – спросил Джордж.

Хатч соорудила себе завтрак и села рядом с ним.

– Получается так, что мы могли бы стать передовым кораблем флотилии , если бы у сети было продолжение. Вирджил не сказала ничего определенного, но готова поспорить, что в Академии очень внимательно изучают входной сигнал к одиннадцать ноль семь. Кто знает, что там на другом конце?

Хатч выбрала ближайший спутник-невидимку, и «Мемфис» направился к нему, пробираясь сквозь тьму. Это был один из трех приемников. Хатч и Тор активировали защитные костюмы, добавили к своему снаряжению ранцевые двигатели и вышли наружу. Это было совсем не то, что на Тихой Гавани, где солнечный свет очень напоминал Землю. Эта планета была темной, холодной и далеко отстояла от своего солнца, которое терялось между звездами. Поверхность Тороса они видели лишь как обширное пятно черноты.

Чтобы отыскать спутник, Билл использовал оборудование ночного видения, а у людей были очки, позволявшие различать очертания спутника.

– Этот идентичен всем остальным, – заметил Тор. – Получается, у них только один тип спутников. Я про то, что здесь функция невидимости совершенно не нужна, потому что видеть все равно некому.

«Мемфис» осветил спутник, как только они покинули воздушный шлюз и, используя маневровые двигатели, преодолели примерно сорок метров, отделявшие их от объекта.

– А кто-нибудь может услышать нас на этой линии? – спросил Тор.

– Да, хотя вряд ли кто-то слушает. Кроме Билла.

– О-о.

Она объяснила ему, как переключиться на личный канал и услышала в наушниках щелчок, а затем его голос:

– Ты слышишь меня?

– Отчетливо и громко.

– Я хочу, чтобы ты знала: я приглашаю тебя пообедать, когда мы вернемся домой.

– Мы обедаем каждый вечер, Тор.

– Ты знаешь, что я имею в виду. Только ты и я. При свечах и с вином. А потом я исчезну из твоей жизни и не появлюсь, пока ты сама не позовешь меня.

Он был одет в зеленую рубашку без застежки, с изображением Бенджамина Франклина. И его любимого изречения: «На успех обречен только первый». Она улыбнулась, подумав: «Ну, от тебя никак не ожидала. Если на успех обречен только первый, тогда отойди, пока не попал в беду».

– Осторожно, не разбей голову, – сказала она.

– Где?

– Здесь. – Она обхватила невидимую панель, а затем направила на нее фонарь. – Вокруг полно всего, и все это очень трудно разглядеть.

– Спасибо. Так как насчет обеда?

Хатч задержалась у одной из антенн.

– И ты спрашиваешь меня об этом сейчас? А я думала, ты собираешься подождать возвращения домой?

– Ты играешь со мной.

– Извини. Я не то имела в виду. Я с удовольствием пообедаю с тобой, Тор.

– Хорошо. Я доволен, что мы уладили это.

Они забрались на объект и включили все фонари. Отражения были неправильные, беспорядочные, сбивающие, но Хатч смогла различить общую компоновку спутника: одна «тарелка» здесь, другая напротив, центральный узел прямо перед ней. Там , в передней части ромба, должна располагаться панель, дающая доступ к системам управления спутником. «Мемфис» плыл рядом; его огни периодически высвечивали силуэты землян, отбрасывая тени. Открытый грузовой люк был ярко освещен. Хатч отыскала арматурный стержень, расположенный вдоль оси ромба, и использовала его как опору для руки. Внизу все тонуло во тьме.

Они медленно плыли сквозь мрак, и вдруг им показалось, что они совершенно одни. Глаз Тора не было видно, но Хатч и без того сумела ощутить охватившее его напряжение.

– Может быть, ты чувствовала бы себя спокойнее, – спросил он, – если бы я вернулся домой на «Венди»?

– Нет, почему же. Разумеется, нет, Тор. Зачем тебе это?

Он долгую минуту колебался.

– Я думал, тебе тогда стало бы легче.

– Я и так прекрасно себя чувствую. И довольна, что ты рядом.

Ну что за тип!

Он подтянулся вдоль центральной оси, и они оказались лицом к лицу.

– Ты ведь знаешь, почему я появился здесь, – сказал он.

– Из-за меня.

– Ты знала это с самого начала.

– Нет. – Теперь Хатч уже не была уверена, что знала. – Но я рада, что ты появился.

Он кивнул и сжал ее плечо. Тут она вспомнила про спутник и полностью сосредоточилась на нем. Панель находилась точно там, где она и предполагала. Хатч подняла ее и отключила схему. Спутник перешел в режим «видимости».

«Венди» был значительно больше «Мемфиса», его грузовые люки – в два раза шире. И все равно «тарелки» прошли бы в них с большим трудом. Они были смонтированы на опорах, которые следовало срезать как можно ближе к антеннам.

Ей действительно не требовалась помощь Тора. Он был для нее элементом безопасности, поскольку правила запрещали выходить из корабля в одиночку. Но раз уж он все равно присутствовал, Хатч воспользовалась его помощью, чтобы скрепить друг с другом корпус спутника и демонтируемые антенны – не дать им «уплыть» в разные стороны.

– Хатч . – Это был голос Билла. – «Венди» на финишной прямой .

– Сколько ему осталось?

– Пятнадцать минут .

– Ладно. Переключи меня на него. – Она услышала щелчки электронных соединений, затем шорох несущей частоты. – Курт?

– Доброе утро, Присцилла, Билл сказал, ты уже вышла наружу, чтобы «срезать» мой артефакт?

– Когда ты появишься здесь, он будет упакован и готов к отгрузке.

– Хорошо. У меня два отсека заняты грузом для тебя. Если не возражаешь, сначала я переправлю содержимое одного из них. Затем мы сможем загрузить спутник .

– Отлично.

– Я привез достаточно припасов, чтобы ты могла продержаться следующие восемь месяцев. Надеюсь, тебе оплатят эту сверхурочную работу .

Хатч выбрала точку разделения, включила лазер и направила луч на «тарелку».

– О да. Оплатят щедро, как всегда.

15

Я говорил о бедственных событьях,

О страшных случаях в морях и в поле,

О штурмах брешей под нависшей смертью,

О том, как я был дерзко в плен захвачен.

Шекспир. Отелло. 1604

Хатч вместе с Тором обходили грузовой отсек, делая заметки на память. Мясо пойдет сюда, скоропортящиеся грузы – туда, легкие закуски – в верхние шкафы. По общей связи раздался голос Билла:

– Хатч, капитан Эйшнер на подходе .

Они присоединились к остальным и вместе с ними в стороне от грузового отсека ждали, пока Билл поднимет и выведет наружу посадочный модуль, освобождая место для приближавшегося шаттла.

«Венди Джай» медленно плыл на достаточном удалении – серое, угловатое, утилитарное, малопривлекательное с виду сооружение. Особенно бросались в глаза продольные защитные конструкции. Обычный корабль для исследований и наблюдений, напичканный очень чувствительным оборудованием.

Хатч отключила искусственную гравитацию. Ник скорчил гримасу, означавшую, что он не любит «нулевую» тяжесть и все его внутренние органы начали перемещаться с места на место.

– Через секунду это пройдет, – сказала она.

– Хатч, это никогда не проходит за секунду.

Билл «подхватил» приближавшийся шаттл и вывел его на экран.

Привет, Курт .

И, будто прочитав ее мысли, шаттл мигнул своими огнями.

– Я везу для вас сласти, – сказал он. – У тебя действительно всего четыре пассажира?

– Да. А что?

– Тебе отгрузили столько припасов, что хватит до эты Киля .

В следующие несколько минут челнок преодолел последнюю пару километров, опустился в грузовой отсек и встал на опоры. Зажимы надежно зафиксировали шаттл, внешний люк закрылся, гравитация восстановилась. Когда давление вернулось к норме, Курт открыл люк кабины модуля, оглядел док и спустился.

Хатч всех представила. Курт, как оказалось, доставлял Тора на «Аутпост».

– Печально слышать, что Герман оказался среди жертв этого несчастного случая, – добавил он.

– Ты знал Германа? – спросил Тор.

Курт разблокировал грузовой люк и открыл его.

– Я познакомился с ним на приеме в Академии. Он казался очень благоразумным для… – Курт заколебался, неожиданно сообразив, где именно оказался. Для психа из Общества контактеров. Для фанатика . -…Для человека, который уже пропустил семь рюмок, – закончил он. Хатч подумала: «Удачно выкрутился».

Начали разгрузку. Это было легко, особенно при малой гравитации. Когда закончили, взяли центральную секцию спутника вместе с креплением для антенн и поместили в грузовой отсек шаттла. Эти узлы оказались слишком длинными для отведенного им пространства, но Курт придумал оставить люк открытым, и вопрос решился. Остальные части будут доставлены на «Венди» вторым рейсом. Тут Хатч всех поблагодарила и объявила, что все остальное они с Куртом сделают сами. Она имела в виду транспортировку тел.

– Я помогу, – вызвался Тор.

Джордж не скрывал, что благодарен за освобождение от этой части работы.

– Хорошо. Очень хорошо. У меня есть кое-какая работа в отсеке управления. – Это прозвучало отчасти высокопарно, и он, поняв это, слабо улыбнулся и тут же исчез.

Хатч показала дорогу к морозильным камерам. Она открыла их. Курт, взглянув на тела, только покачал головой.

Останки были помещены в пластиковые мешки. Обратный путь был долгим, так что Хатч вновь отключила гравитацию. Тор взял одно тело, Курт – второе. Хатч замыкала шествие. Она еще раньше посвятила капитана «Венди» в подробности нападения и видела, что он удивлен тем, как она могла допустить подобное. Но капитан так и не задал этого вопроса, поэтому и она не старалась ответить на него, а лишь сообщила по личному каналу, что видела все своими глазами.

Они уложили останки в грузовой отсек шаттла, где для этого было оставлено место.

Курт забрался в кресло пилота, а Хатч запрыгнула на пассажирское место.

– Мы скоро вернемся, – сказала она Тору.

– Вам понадобится помощь? – спросил он.

– Сами справимся, – откликнулся Курт.

Тор придерживал люк, не сводя с Хатч пристального взгляда.

– А почему бы мне не отправиться с вами и не помочь?

– Ну, если хочешь…

– Разумеется. – Тор взглянул на Курта. – Ведь мы вернемся, верно?

– Есть еще один груз.

Хатч поднялась с сиденья и спустилась.

– В таком случае я останусь. Похоже, это работа для мужчин. – Она выключила свой защитный костюм и дала Тору в руку ремень безопасности. Но, заметив в его глазах вспышку разочарования, добавила широкую улыбку: – Встретимся примерно через час.

Тор хотел лететь вместе с ней, но не обиделся. Он и так совершил большой прорыв и весело размышлял о том, отправлялся ли кто-нибудь другой за женщиной так далеко, за сотни световых лет. Курт пощелкал переключателями. Грузовой отсек «Мемфиса» автоматически разгерметизировался, и давление в нем начало падать.

– Попал в переплет, а, Тор? – спросил он.

– Да. Можно сказать и так. – Художник откинулся в кресле. Ремни безопасности сомкнулись вокруг него. – Полагаю, ты знаешь подробности?

– Я знаю достаточно.

– Ангелы. Ты бы видел их «женщин». Невероятно!

– Красотки?

– Да. Пока дело не доходит до зубов и когтей.

Поворотный круг, на котором они находились, развернулся на 180 градусов, поместив шаттл носом к пусковому люку. Курт что-то коротко сказал Хатч (что именно, Тор так и не уловил). Внутри шаттла замерцали новые огни. Заработали двигатели.

– Мы просто удивились. – Тор чувствовал неодолимое желание поговорить о случившемся и дивился, не проведет ли в этих разговорах весь остаток жизни. Подлавливая слушателей на вечеринках и сплетничая о «планете ангелов» со случайными незнакомцами. – Откуда мы могли знать?

Курт кивнул.

– Виноват, извини.

– Хатч предупреждала.

Последовал толчок, и шаттл выскользнул из люка. Курт заложил длинный вираж, и Тор повернулся, пристально глядя на «Мемфис». Там, посреди пустоты, был его дом. Затем он поискал глазами другой корабль и заметил его огни. Но не мог определить, как далеко.

– Около двух километров, – сказал Курт. Тор бросил взгляд назад, на части спутника-невидимки, выделявшиеся своей массой в грузовом отсеке. Они очень напоминали мертвую стрекозу.

«Венди» казался просто громадным после плотно скомпонованных уютных помещений «Мемфиса». Он мог вмещать втрое больше пассажиров, имел значительно больше складских помещений, а еще Тор знал, что корабль оборудован целыми зонами, сконструированными так, что их можно было быстро преобразовать в специализированные лаборатории. Оставив в шаттле костюмы и баллоны с воздухом, мужчины вышли. Уже одни только размеры дока изумили Тора. – А почему не воспользовались кораблем поменьше? – спросил он.

– Только у этого еще не было нового расписания полетов, – объяснил Курт. – И он очень маневренный.

По обеим сторонам дока была расставлена еще дюжина контейнеров с маркировкой «Город Мемфис». Тор ждал, пока Курт откроет трюм шаттла.

– Рефрижераторы там, сзади, – указал он.

Курт обнулил гравитацию, так же, как это делала Хатч, и они, подхватив останки, направились по длинному коридору в следующую секцию. Переход, по которому пришлось идти, был темным, лишь на то место, где человек оказывался в данный момент, прямо с верхнего продольного шпангоута подавался свет, перемещаясь вместе с ним.

– Вот сюда, – сказал Курт, открывая люки и пробираясь мимо смутно вырисовывавшихся частей приборов и установок. – Это все лабораторное оборудование, – добавил он. – Там биологическое, здесь атмосферное. Рядом, за соседним люком, астрофизическое. – Он остановился перед скоплением темно-серых контейнеров, нажал на одном из них кнопку и стал наблюдать, как заскользила назад боковая панель. Пахнуло холодным воздухом. – Вот мы и пришли.

Тела уложили внутрь, и Курт, не говоря ни слова, закрыл дверь, вздохнул и отвернулся.

– Пойдем, заберем остатки ваших припасов.

Бифштексы, индейки, фрукты, овощи и десерты размещались в соседних холодильниках. (Разумеется, мясо не было настоящим . Подлинное мясо и шкуры земных животных вышли из моды с полвека назад. Гамбургеры, свиные отбивные, цыплята – все производилось искусственно. Перспектива съесть кусок, скажем, натуральной говядины вызвала бы тошноту у большинства пассажиров Хатч.) Спутники погрузили все на тележку, вернулись к шаттлу и перенесли в его трюм. Затем Курт прошел в соседний грузовой отсек и открыл несколько шкафов, заполненных комплексными обедами, а также рулетами, хлебом, мукой, наборами приправ и прочей снедью.

– Похоже, они считают, что полет затянется, – заметил он.

Когда все поместили в шаттл, Курт восстановил гравитацию и извинился.

– Я должен сделать еще одну вещь. Вернусь через несколько минут.

Во время сближения с «Мемфисом» Курт потратил два часа на особо важное дело. Установленная на «Венди» автоматическая кухня, такая же, как на всех кораблях Академии, предоставляла режим ручного управления каждому, кто хотел отменить стандартное приготовление пищи и сделать что-то особенное. Курт готовил немецкий «мясной хлеб» для обеда с Хатч и ее пассажирами: запек смесь свиного и говяжьего фарша, добавил рубленый лук, яблочное пюре, хлеб, кетчуп, соль и черный перец. Пока Курт летал на «Мемфис», за стряпней следил Билл. Теперь капитан оставил Тора и заторопился на кухню, которая располагалась напротив гостиной.

– Все прекрасно, Курт, – заверил его Билл. – Кажется, ты превосходно выбрал режим и время .

Путь к этому богом забытому месту оказался долгим. Курт ненавидел «орлиные» перелеты – когда на борту нет ни души, кроме него. Он не был заядлым читателем и не испытывал большого наслаждения от просмотра фильмов в одиночку. И когда такое случалось, просто не находил себе места, пытаясь заводить разговоры с ИИ. Теперь он без удовольствия вспоминал о предстоящих десяти днях, когда вновь будет заперт в «одиночке».

Ему очень хотелось бы иметь дочь – такую, как Хатч. Но Марго не хотела детей, и он так давно ушел от нее, что она отказалась возобновлять их отношения. В итоге оказалось, что к лучшему. Но если бы судьба даровала ему ребенка, он вновь выбрал бы Присциллу.

Колбасный хлеб был готов. Курт переложил его на поднос, добавил картофельный салат собственного изготовления, красную капусту и накрыл поднос. Достал торт «Черный лес», осмотрел, сообщил Биллу, что выглядит торт отлично, и осторожно поместил на блюдо.

Он сложил все в коробку, заготовленную на всякий случай, и собрался уходить.

– Спокойной ночи, Билл, – сказал он.

Билл не ответил.

Курт сделал несколько шагов по коридору, и в этот момент корабль вздрогнул. Это не походило на сильный удар или взрыв – на них как будто рухнула стена воды. Пока капитан прислушивался, освещение отключилось. Затем свет вспыхнул вновь, мигнул пару раз и вновь погас. Зажглись аварийные фонари, тусклые и мрачные. Завыла сирена.

Что происходит, черт возьми?

– Билл? Что случилось?

По-прежнему никакого ответа.

Просвет люка, через который он только что вошел, мигал сигнальной лампой. Затем сверху плавно скользнуло полотно крышки и блокировало проход, отрезав Курта от мостика. Из разных частей корабля доносились глухие металлические удары: начали закрываться другие люки.

После ухода Курта Тор выбрался из шаттла и пошел в туалет. Разумеется, тот был и на шаттле, но слишком тесный, и Тор решил поискать «удобства» в одном из грузовых отсеков. Он нашел туалет без всяких затруднений, воспользовался им и начал бесцельно бродить между ящиками и шкафами, дожидаясь возвращения Курта. Открыв один из контейнеров, Тор вздрогнул, обнаружив там окаменелое «лицо» насекомого, уставившееся прямо на него. Круглое, очень большое, с зелеными глазами на стебельках и с обломанными жвалами. Напоминало оно богомола. Бирка указывала, что насекомое найдено в разрушенном храме на Каракуа.

Тор прислушался – не идет ли Курт, ничего не уловил и открыл другой контейнер. Там оказалось несколько обломков, пара сосудов, маленькая статуя и два куска стены с вырезанными на ней иероглифами. Каждый предмет был снабжен указанием места и времени находки.

Тор вернулся, обратил внимание на кубок и водил пальцами по его эмалевой поверхности, как вдруг что-то насторожило его. Корабль неожиданно изменил курс? Началось торможение? Он не знал, что происходит. Ощущение дискомфорта быстро прошло.

Хатч постоянно и загодя предупреждала их, когда планировала тот или иной маневр, и Тор не сомневался: Курт следовал бы тем же правилам. А еще он подумал, не связаться ли с капитаном, но решил не делать этого. Он не хотел, чтобы до Хатч дошел слух о том, что легкая коррекция курса корабля привела в панику ее пассажира. Ха-ха.

Он огляделся по сторонам, отчаянно желая, чтобы Курт наконец-то пришел, и вдруг свет померк. Шум работающих систем жизнеобеспечения, постоянное гудение вентиляторов где-то в переборках между шпангоутами тоже начали стихать и наконец прекратились. Включился целый набор желтых ламп. Вентиляторы заработали было снова и тут же засбоили. Не требовалось быть экспертом, чтобы понять: что-то не так. Он решил, что для него самое лучшее – вернуться в шаттл.

Где-то, пугая и бросая в дрожь, начала завывать сирена. Тор закрыл крышку контейнера. Электронное «бормотание» где-то в верхних переборках изменилось, стало спокойнее. В отсеке установилась тишина. Вентиляторы вновь умолкли. Может быть, и к лучшему. И неожиданно Тор осознал, что уже не стоит на полу. Он парил . Искусственная гравитация отключилась!

Над ним замерцали новые огни. Красные. Он услышал резкий звук, напоминавший движение металла по смазанной поверхности. Через минуту он понял, что это, и осознание этого факта едва не обратило его в панику. Люк закрывался! Перекрывая единственный известный Тору путь к переходу. И к шаттлу.

Он ухватился за ручку шкафа, пытаясь достать ногами пол. Оставив наконец это занятие, Тор «привел себя в движение», оттолкнувшись от скамьи. При нулевой гравитации он чувствовал себя неуверенно и поэтому врезался в верхний шпангоут и отлетел назад. Но в итоге он добрался до люка – и увидел, что тот, разумеется, закрыт.

Однако всегда оставалась панель ручного управления. Во время полетов Тор обращал мало внимания на такие детали, но часто видел подобное в фильмах. Энергия отключалась, но вы открывали эту маленькую дверь, нажимая на ручку. В отсеке было мало света, и пришлось вести поиски на ощупь. В дальнем конце отсека заливалась сирена.

Панель ручного управления оказалась на месте. Тор обращался с ней неумело: сначала надавил сверху – безрезультатно, затем снизу. Наконец она откинулась.

Там действительно была рукоятка .

Тор дернул ее вниз. Рукоятка сдвинулась почти наполовину и застряла. У ее основания замигала очередная красная лампочка. Это его ничуть не обеспокоило, но рукоятка дальше не шла, а люк не сдвинулся с места.

А ведь считается, что ты должна открывать его, зараза .

Наконец сирена умолкла.

Проблема заключалась в том, что при отсутствии гравитации Тор не мог приложить должного усилия. Он толкнул рукоятку вниз, но в результате сам взлетел вверх .

Тор отыскал свое устройство связи.

– Курт, у меня проблемы. Где ты?

Курт забыл закрыть коробку. Крышка слетела с подноса, и еда, которую он так старательно готовил, начала «уплывать» в пространство. «Мясной хлеб» развалился на куски и начал разлетаться. Картофельный салат образовал небольшой холм посреди коридора, примерно на уровне пояса. Над Куртом возникло какое-то движение.

Он взглянул и увидел, что сверху наплывает темнота. Аварийное освещение постепенно тускнело.

Он припомнил фильм, который смотрел несколько лет назад, «Дьявол в облаке пыли»: там один из героев заметил, как белый потолок, затягиваясь влажным туманом, становился красным . И оттуда начинает сочиться кровь.

Пока Курт наблюдал, над его собственной головой расползлось пятно и металл начал шелушиться. Мелкие хлопья медленно плыли вниз, смешиваясь с красной капустой и мясным хлебом.

– Билл! – сказал он. – Ты будешь отвечать?

Но ИИ исчез, был поврежден, мертв – все что угодно. Но ведь наверху не было ничего, что могло бы протечь вниз.

Так что же, черт возьми, случилось?

Что бы это ни было, надо попытаться выйти отсюда .

Курт оттолкнулся, «запустив» себя по коридору к воздушному шлюзу в центральной части корабля. Где-то, каким-то образом корабль получил пробоину. Это мог сделать метеорит. Но Курт наверняка почувствовал бы столкновение. За все эти годы он ни разу не «налетал на камень», но полагал, что об этом невозможно не узнать.

Он открыл панель ручного управления на люке и запустил механизм открывания замков.

Загорелся красный свет. Это означало падение давления воздуха с другой стороны. Может быть, даже до вакуума. Господи . Он уже был готов связаться с Тором, узнать, в порядке ли тот, предупредить его, чтобы оставался в шаттле, закрыл люки и сидел тихо как мышь, но в тот миг, когда Курт включил связь, он увидел, что «потолок» проседает, изгибаясь, как кусок брезента, наполненный водой. Невероятно. Корпуса кораблей не ведут себя подобным образом. С ними такого просто не бывает. Он открыл канал связи и окликнул Тора, точно зная, что должен ему сказать: «Запускай шаттл, переходи на ручное управление, запускай шаттл и удирай без оглядки»… однако переход на ручное управление требовал некоторых действий, достаточно простых, но объяснять их уже не было времени.

– Тор, – вновь позвал он.

Что-то рванулось сквозь «потолок». По телу Курта пробежали мурашки: он уже не сомневался, что оттуда на него взглянет пара дьявольских глаз. Струя холода ударила Курта, подобно стальной стене. Его легкие взорвались, и коридор, воздушный шлюз, устройство связи, Тор и мясной хлеб – все перед ним померкло.

– Хатч! Здесь что-то случилось. Нам нужна помощь. – Тор старался говорить спокойно. Как профессионал. Старался «держать голос», как это обычно делают в фильмах. Он хотел сообщить ей, что, по его мнению, здесь произошло то же, что на «Кондоре», что дело, возможно, идет к взрыву, и было бы очень неплохо, если бы она сумела быстро появиться здесь и забрать их. – Курт только что пытался связаться со мной, но сейчас он уже не отвечает. Он старался сохранять спокойствие, и единственным способом держать себя в руках было не думать о своем положении, забыть, что нельзя открыть люк, что освещение стало тусклым и, вероятно, будет тускнеть и дальше и что капитан, скорее всего, погиб. Тор был напуган, он боялся, что не сумеет выбраться из отсека, что, судя по всему, что-то случилось с Куртом и что, видимо, это же произойдет и с ним . Он думал о том, что, может быть, что-то на корабле пошло вразнос и теперь это нечто крушит все подряд и уже уничтожило энергетическую сеть, а похоже, и капитана. И еще он боялся потому, что знал: Хатч, наверняка заметит его страх.

– Тор . – Ее голос прорвался сквозь красноватые облака, обступавшие его. Слава богу. – Тор, я слышу тебя. Ты можешь сказать что-то еще?

Что еще, черт возьми, я могу сказать?

– Нет. Я заперт здесь, а у них отключается энергия. Вроде, уже отключилась . Мне кажется, все держится на аварийных системах.

– Ладно. Успокойся. Я сейчас попробую вызвать Курта. Выяснить, что стряслось. Как только я сделаю это, дам тебе знать, и тогда мы постараемся тебе помочь .

«Милая, замечательная, – подумал он. – Пожалуйста, поторопись ».

Едва Хатч загрузила вновь полученные продукты в автоматическую кухню, пришло паническое сообщение от Тора. Пока он говорил, она вывела на экран изображение «Венди», нацеливаясь, главным образом, на носовую секцию корабля, на его верхние палубы. При свете ходовых огней казалось, что металл корабля покрыт рябью, как будто по нему прокатилась высокотемпературная волна. Затем огни стали гаснуть, один за другим, начиная с пространства близ носа и продвигаясь назад, пока весь корабль, за исключением кормовой секции, не погрузился в темноту. Когда Тор отключился, она попыталась связаться с Куртом. Безрезультатно – и она обратилась к Биллу.

– Я уже пробовал связаться с ИИ на «Венди», Хатч. Но он до сих пор не отвечает .

– Можешь сказать хоть что-то о том, что там творится?

– Нечто проедает их корпус .

– Ради бога, Билл, какое «нечто»?

– Не знаю. Не могу получить визуальных данных. Но корпус корабля несомненно теряет целостность .

– Где?

– В средней части. Начиная от палубы «A». И, похоже, это распространяется вперед, по направлению к мостику .

– Ты можешь соединиться хоть с какими-то системами на «Венди»? Нам необходимо знать, что же все-таки там творится.

– Невозможно. Интерфейс не функционирует. Что бы там ни происходило, корабль подвергается большой опасности .

– Ладно. – Она вновь вспомнила про груз. – Шаттл уже на борту?

– Пристыкован и готов к вылету .

В этот момент по внутренней связи прорвался Джордж, задыхающийся и встревоженный, что было заметно по его голосу.

– Хатч, я сейчас получил сообщение от Тора. Что, черт возьми, происходит?

– Пока не знаю. Скорее всего, там какая-то авария.

На экране замерцало изображение Билла. Он стоял рядом с шаттлом, явно обеспокоенный.