Текст книги "Темные воспоминания. Страх огня (сборник)"

Автор книги: Джек Лэнс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

Глава тридцать пятая

Джонатан изо всех сил старался не отставать от Стивена, который для своего возраста был в прекрасной физической форме. Горный ручей остался слева от них, а по другую руку простирался густой лес. Коттедж, к которому они направлялись, по словам Стивена, располагался на лесной поляне. Джон ожидал увидеть его с минуты на минуту.

И что тогда? Что будет дальше?

Может статься, Пукас сумел отправить бригаду ветеранов-детективов, которые уже взяли коттедж под наблюдение и готовятся штурмовать его. Быть может, они уже внутри. «Или, что скорее всего, – подумал он, – полиции там нет вообще».

И вдруг Джонатан поскользнулся на мокром камне. Вскрикнув, потерял равновесие и рухнул лицом в грязь.

Стивен тут же поспешил к нему на помощь.

– С вами все в порядке?

Раскачиваясь вперед-назад, Джон обеими руками схватился за лодыжку.

– Кажется, я вывихнул ее. Проклятье, ну почему я не смотрел себе под ноги?

Стивен протянул ему руку.

– Давайте я помогу вам.

Джон ухватился за руку своего спутника и попробовал встать. От лодыжки в колено ударила такая резкая боль, что он со стоном опустился обратно на землю.

– Подождите, – прошипел Джон сквозь стиснутые зубы. – Дайте мне перевести дух.

Он снова попытался встать – и опять опустился на землю. Держась обеими руками за щиколотку, поморщился.

– Все будет нормально, – решительно сказал Джон. – Это пройдет, я уверен.

Стивен осмотрел травмированное место.

– А я – нет. Ничего хорошего не вижу.

Джонатан поднял голову и взглянул вдаль. Над головой у него раскачивались ветви деревьев; небо оставалось низким и свинцово-серым; дождь продолжал лить как из ведра.

– Сколько нам еще идти?

– Примерно триста ярдов, – прикинул на глаз Стивен. – Максимум пятьсот.

– Так близко… Будь оно все проклято! – выругался Джон.

– Я пойду один, – заявил Стивен.

Джон ошеломленно уставился на пожилого мужчину.

– Ни в коем случае! Это слишком опасно!

– Я буду осторожен. Тихонько подойду, посмотрю, что и как, и сразу назад.

– Не вздумайте! Помните об Эллен. Она бы тоже не хотела, чтобы вы рисковали жизнью.

Стивен хохотнул.

– Несмотря на всю свою любовь к ней, иногда я делаю то, что хочу.

С этими словами он развернулся и зашагал прочь.

– Подождите! Стивен, подождите!

Но тот продолжал идти не оборачиваясь, и крики Джона вскоре растаяли под дождем и ветром.

Глядя вслед Стивену, Джонатан отпустил лодыжку. Он попытался встать, но боль, пронзившая ногу, была невыносимой. С громким стоном Джон повалился обратно на мокрую землю, чтобы немного подождать, пока боль утихнет. А какой еще выход был из этого положения?

Он принялся вглядываться в ту часть леса, куда направился Стивен. От беспокойства у него на лбу появились морщинки. Справится ли старик? Или они уже опоздали? Он не хотел в это верить.

Мысли Джона вернулись к разговору с Пукасом два часа назад. Оказывается, Дэйв беседовал с Рейчел на похоронах Дженни. И главным образом речь шла о Поле Декерс.

Поначалу – заметил сотрудник пресс-службы – в этом деле не было ничего особенного, что могло бы привлечь внимание Дженни. Очередное нераскрытое убийство; она неоднократно писала о таких случаях и раньше. Дженни взялась за дело всерьез лишь после того, как наведала одного психиатра по имени Алистер Джонсон, который работал в психиатрической лечебнице «Краун» в Абердине, где стажировалась Пола. Причина, по которой Дженни захотела увидеться с Джонсоном, по словам Пукаса, состояла в том, что одного из его пациентов когда-то подозревали в причастности к исчезновению Полы.

Пациента звали Грэм Хорн. Он проявлял навязчивый интерес к Поле, неоднократно заявляя, что она «принадлежит» ему. После того как девушка бесследно исчезла, его подвергли суровому допросу. Алиби у него не было. В ту ночь, когда пропала Пола, его не оказалось в больничной палате, так что свою невиновность он доказать не мог. Но Хорн упорно все отрицал, и, поскольку прямых улик против него так и не нашлось, его вина тоже осталась не доказанной. В конце концов Грэма вычеркнули из списка подозреваемых.

С Алистером Джонсоном Дженни беседовала как раз о Грэме. Врач называл его психопатом. Он мог вести себя спокойно, уравновешенно и даже казаться, на первый взгляд, вполне обычным, нормальным человеком, пусть и не слишком умным. Но время от времени он становился агрессивным и склонным к насилию. В такие моменты Грэма преследовали голоса в голове и он делал то, что они ему говорили, уверяя, будто они издеваются над ним. Один из таких голосов принадлежал существу по имени Абаддон. Согласно библейским преданиям, так звали одно из воплощений Князя Тьмы, падшего ангела, ангела бездны, разрушителя и правителя царства мертвых. Другими словами, сатанинского демона.

Услышав об этом, Дженни вдруг проявила живой интерес. Она пожелала узнать все о Грэме Хорне.

Дэйв пребывал в недоумении и растерянности. А вот Рейчел Саундерс поняла все – во всяком случае в день похорон подруги.

– Что вы имеете в виду? – уточнил сегодня утром Джон у Дэйва.

Сидя на диване в гостиной и уставившись куда-то вдаль, тот ответил:

– Я совершенно уверен, что имя показалось Рейчел знакомым, и это стало для нее шоком. Я спросил ее, в чем дело, но она не захотела ничего объяснять. Однако же она попросила меня рассказать ей, что Дженни предприняла потом. Ее интересовали мельчайшие подробности.

– Ладно, и что же вы ей рассказали?

– После интервью с Джонсоном Дженни буквально зациклилась на деле Полы Декерс. Она отправилась в полицию и принялась настаивать, чтобы его открыли повторно. Полагаю, Дженни надеялась, что новые методы расследования помогут уличить Грэма Хорна в совершении того преступления.

– И вы открыли дело?

– Послушайте, – сказал Дэйв. – За эти годы мы с Дженни стали добрыми друзьями. Она регулярно обращалась ко мне, когда работала над чем-нибудь, и наши отношения выходили за рамки чисто деловых. Я всегда старался помочь ей по мере сил и возможностей. Но здесь я был бессилен. Дело Полы Декерс закрыто, и мое начальство ни за что не разрешило бы мне начать новое расследование.

– Держу пари, Дженни не пожелала отступить и сдаться, – заметил Джонатан.

– Нет, конечно, – со вздохом согласился Дэйв. – Некоторое время я не получал от нее никаких известий. А когда она все-таки позвонила мне, то сказала, что навещала родителей Полы и разговаривала со свидетелем.

– Джоном Коллинзом, – негромко сказал Джонатан.

– Вот именно. Она вновь потребовала провести повторное расследование возможной причастности Грэма Хорна. Рой и Фрэнсис Декерс заверили ее, что Хорн запросто мог совершить убийство, и я, в общем-то, их понимаю. Но Дженни я сказал, что в основе их подозрений лежит скорбь и разочарование, а не веские улики, которые можно предъявить начальству. На самом деле после стольких лет неопределенности Рой и Фрэнсис больше всего хотят, чтобы мы арестовали виновного. Тогда они смогли бы перевернуть эту страницу и жить дальше. Единственным человеком, на которого они могли указать, был Грэм Хорн. Поэтому для них он и стал убийцей их дочери. А потом Дженни заявила, что сама готова расспросить Хорна. Я не мог понять, блефует ли она или настроена серьезно, однако настоятельно посоветовал ей не делать этого.

– Как и я бы на вашем месте, – согласился Джонатан, слегка рассерженный тем, что Декерсы не упомянули Грэма в разговоре с ним и Рейчел. Быть может, они не видели в этом смысла. В глазах полиции Хорн оставался невиновным, и, какие бы аргументы они ни выдвигали, это ничего не меняло.

Затем Джон поинтересовался:

– Когда вы разговаривали с Дженни в последний раз?

– В понедельник, 7 июня, – ответил Дэйв.

Его слова заставили Джона вспомнить о загадочном письме, которое Дженни отправила в пятницу, 11 июня. «Я просто не могу оставить все как есть. Я должна знать правду. Уверена, ты меня понимаешь».

Наконец-то он узнал, что именно планировала сделать Дженни в свой уик-энд в горах. Она собиралась навестить Грэма Хорна!

Но какую роль во всем этом играла Рейчел?

Эта загадка имеет какое-то отношение к Абаддону, чье имя было известно обеим. Это имя – имя демона – является ключом к разгадке тайны.

Однако Джонатан никогда не слышал, чтобы Рейчел упоминала Абаддона. Она не сказала ничего похожего и в понедельник, когда он разговаривал с ней по телефону после похорон – за несколько часов до ее исчезновения и перед тем, как она потеряла память. Даже тогда Рейчел пыталась оставить его в полном неведении. Но Джон все-таки заподозрил, что она уже все для себя решила и знает, как поступить дальше. Нарисовав на полях туристического буклета то, что считала воплощением своего демона, Рейчел решила отправиться на его поиски по следам Дженни. Она хотела закончить то, что начала подруга. Вот почему во вторник она пошла в гости к Эду Лайонзу. А в среду? Быть может, тогда она и обнаружила Абаддона?

– Что вы предприняли, в последний раз поговорив по телефону с Дженни? – спросил он у Дэйва Пукаса.

– Буду с вами откровенен, – ответил офицер полиции. – Я лично отправился к Хорну на следующий день после ее смерти. Известие об этом буквально подкосило меня. Это был несчастный случай, который произошел далеко от тех мест, где теперь обитает Хорн. Но я должен был сделать это хотя бы ради собственного спокойствия.

– Вы разговаривали с ним? – поинтересовался Джонатан.

– Да. Грэма выписали из клиники в 1998 году, через четыре года после исчезновения Полы Декерс. Его врачи сочли, что он в достаточной мере излечился и способен жить самостоятельно. Вскоре после выписки Грэм получил работу смотрителя усадьбы с предоставлением ему небольшого домика в лесу, где и поселился. Он до сих пор работает смотрителем и по-прежнему обитает в том самом коттедже. Я отправился туда, мы немного поговорили, и в его поведении мне ничего не показалось подозрительным. Тем не менее…

– Тем не менее что? – подтолкнул его Джон.

– Я ему не верю. Все это может быть ерундой, конечно, но за годы работы в полиции я научился доверять своему чутью. Так что я просто ему не верю.

Джонатан обдумал услышанное.

– Где находится эта усадьба? И его дом?

– Неподалеку от Уайтмонта, – ответил Дэйв.

У Джонатана от изумления отвисла челюсть. Сердце замерло у него в груди, и на мгновение ему стало нечем дышать.

– В горах неподалеку отсюда, вы имеете в виду?

Дэйв кивнул.

– Вы сказали Рейчел, что он живет там?

– Да, конечно.

И тогда Джон рассказал Пукасу о том, что Рейчел исчезла после похорон и что несколькими днями позже она очнулась в лесу, очевидно, невдалеке от коттеджа Хорна. С тех пор она страдает амнезией, позабыв все недавние события, но кое в чем точно уверена. Во-первых, в том, что Дженни не умерла, а во-вторых – что она встретила некоего демона, хотя имя Абаддон Рейчел не упоминала.

– После этого она исчезла снова вчера ночью, после смерти Элизабет, – добавил он.

Дэйв вскочил на ноги.

– Хорошо, я все понял. Не исключено, что мы имеем дело с ужасным совпадением, а может быть, и нет. Нужно что-то делать – и делать немедленно. Я намерен доставить Хорна на допрос. Я отправлю за ним полицейский наряд. Уверен, это можно осуществить в течение ближайшей пары часов. Если он что-то скрывает, они обязательно установят истину. Если же Рейчел в его доме не окажется, полиция продолжит поиски. А вы, Джонатан, посидите спокойно. Это нелегко, но так будет лучше.

И вот, двумя часами позже, под проливным дождем в сыром и мокром лесу близ Уайтмонта, слушая стонущий вой ветра, Джон понял все.

Побывав у Эда Лайонза, Рейчел направилась в Уайтмонт, к Грэму Хорну. Он и есть Абаддон. Она бросила ему в лицо обвинения, а потом что-то произошло. Не знаю, что именно, но это служит единственным логическим объяснением ее амнезии и убежденности в том, что Дженни еще жива.

Без ответа оставались, однако, еще три вопроса. Что произошло в прошлую среду в коттедже Хорна? Как оказалась Рейчел на берегу горного ручья? И почему не направилась в Уайтмонт сразу после того, как выписалась из «Старого колеса» во вторник, поехав вместо этого в Форт-Уильям?

Окончательно упустив из виду Стивена, Джон с трудом поднялся на ноги. Лодыжка адски болела, но он был уверен, что нога все-таки выдержит его вес. Оглядевшись по сторонам, Джон заприметил на земле толстую ветку. Доковылял до нее, подобрал и, оперевшись как на трость, зашагал по тропинке. Чем дальше он шел, тем лучше вела себя его лодыжка.

Еще до прошлого понедельника Рейчел знала, кто такой Хорн, и об Абаддоне она тоже знала. Наверное, ей рассказала Дженни. Значит, это доказывает, что они с Рейчел говорили о нем в последние недели.

Подобный вывод выглядел вполне логично.

Да, и все-таки… что-то не складывалось. Что-то здесь было не так. В чем-то он сильно ошибался.

Джонатан напряженно размышлял.

Джен заинтересовалась Хорном только после того, как услышала имя Абаддон от доктора Джонсона. Однако с этим именем она столкнулась отнюдь не в первый раз. Она узнала его, как и Рейчел, в том нет сомнения. Но если они разговаривали об этом между собой, почему Рейчел попросила Дэйва Пукаса повторно изложить ей то же самое? Ведь она уже должна была знать от Джен все, чем мог поделиться с ней Пукас…

Разве что она этого не знала.

Точно так же, как Рейчел ничего не пожелала говорить ему, так и Дженни в последние недели жизни могла хранить молчание. Письмо, прибывшее по электронке посреди ночи 11 июня, было не слишком информативным. А если предположить, что Джен не сказала ничего, кроме того, что было в нем написано?

Это подразумевало, что у них с Рейчел все-таки были секреты друг от друга.

Под проливным дождем Джон ковылял вслед за Стивеном. Голова у него распухла от неожиданных мыслей.

Даже после вывода, что Джен и Рейчел могли быть не до конца откровенными друг с другом (а учитывая их близость, это само по себе поразительно), ему было над чем поразмыслить и помимо того.

Потому что, если Джен не разговаривала с Рейчел о крылатом дьяволе, откуда той могло быть знакомо имя Аббадон, олицетворявшее в сущности голос в свихнувшихся мозгах Хорна? И почему она думала о нем как о крылатом создании с волчьей мордой?

Джона охватило предчувствие, что он вот-вот сделает очень важное ужасающее открытие, и тогда все встанет на свои места.

Имя Абаддон было знакомо Джен потому, что она уже слышала его – от Рейчел!

Эта мысль поначалу показалась ему нелепой, но он подсознательно чувствовал, что угадал страшную правду, хотя и не понимал, как такое могло случиться.

Как не понимал и того, почему в ходе своих поисков после похорон Рейчел окончательно уверилась в том, что Дженни не умерла.

Голова Джонатана шла кругом. Где были факты, а где – его предположения?

Единственное, в чем он не сомневался, – именно Хорн похитил Рейчел прошлой ночью из Ардроу-Хаус и сейчас ее жизнь зависит от того, что сам он предпримет в следующие несколько минут.

Пять сотен ярдов, в которые Стивен оценил расстояние до дома, показались ему пятью тысячами. Но в конце концов Джон добрался до края опушки, где и заметил Стивена. Укрывшись за кустами, тот внимательно всматривался в потемневшую деревянную избушку. Коттедж стоял в самом центре поляны, которая имела примерно сто ярдов в диаметре и вся заросла высокой травой. Со всех сторон поляну обступал лес. В сплошной чаще Джон заметил лишь небольшой просвет справа от себя, где виднелась проселочная дорога, достаточно широкая для того, чтобы по ней проехала машина.

Джон сгорбился рядом со Стивеном.

– Ну и?

Стивен пожал плечами.

– По-моему, там никого нет.

Джон окинул дом внимательным взглядом. Возле двери стояла ржавая железная бочка. Вокруг нее, как и повсюду, росли сорняки. Темные окна походили на пустые провалы глазниц.

Джон согласился со своим спутником. Дом и впрямь выглядел необитаемым.

Выбравшись из-под прикрытия кустов и осторожно ступая по высокой траве, Джон, медленно крадучись, стал приближаться к избушке. С одной стороны покатая крыша удлинялась вдвое и, подпираемая массивными дубовыми столбами, образовывала навес; под ним лежали старые моторы, коробки, ржавая канистра из-под масла и прочий хлам. И что он собирается делать дальше?

Подобравшись ко входной двери, Джон отшвырнул палку в сторону. Теперь она ему была не нужна.

– Вот, значит, где живет Грэм Хорн, – неожиданно проговорил за его спиной Стивен. Джон хотел уже отругать старика за то, что тот последовал за ним, но потом сообразил: ничего хорошего из этого не выйдет. Совершенно очевидно, Стивен готов был слушаться только свою супругу Эллен.

– Он работает на клан МакЭванов; это – местная знать, – тихонько сказал Стивен. – Один из немногих относительно благополучных кланов. Семья живет в замке Триан-Касл в десяти милях от Уайтмонта. Хорн управляет поместьем и организует охоту для МакЭванов.

Джонатан почти не слушал его. Собрав все свое мужество, он осторожно толкнул дверь. Она оказалась не заперта и со скрипом приоткрылась, но потом застряла.

У Джона возникло такое чувство, будто за ним наблюдают. Что-то не сводило с него глаз. Он осторожно заглянул внутрь. В коридоре не обнаружилось ни фигуры демона, ни большой летучей мыши с волчьей головой. Перед ним была лишь темнота.

Но дом не казался совершенно необитаемым.

Это было не просто ощущение, а знание – потому что все случилось именно здесь.

Он налег плечом на дверь, и та со скрипом распахнулась.

«Уходи отсюда немедленно!» – надрывался внутренний голос, но уйти Джон не мог. Он должен был разыскать Рейчел. А она, если еще жива, находится где-то здесь, он был уверен в этом.

Джонатан скользнул внутрь.

Глава тридцать шестая

Жизнь ей спасла чистая случайность.

В тот самый миг, когда Рейчел заскользила спиной вперед по мокрым гнилым доскам, разбросанным вокруг, здоровяк выстрелил снова. В том самом месте, где только что находилась ее голова, в воздух взлетели щепки.

Но теперь ему представилась возможность довести дело до конца. В следующий раз он не промахнется. Она крепко зажмурилась.

Но нет. Выстрела не последовало. Вокруг царила тишина. Почему-то в третий раз он не пальнул из ружья.

Или он думает, что уже убил ее? – спросила она себя. Однако здравый смысл подсказывал, что нет, такого не может быть.

Скорее всего, он просто перезаряжает ружье. Ладно, чем бы он там ни занимался, она должна попытаться спастись. Пожалуй, далеко Рейчел не убежит, но она твердо была намерена драться за свою жизнь до конца. Только вот сможет ли подняться? Кажется, у нее сломаны обе ноги?

Вставай! Вставай же! – прозвучал в ее ушах чей-то голос.

Она встала на колени и поползла через кусты за угол, чтобы оказаться вне пределов досягаемости. Едва успела свернуть за него, как очередной выстрел поднял куски грязи в воздух не далее чем в трех футах от нее. Рейчел поднялась на ноги и побежала, пригибаясь и раскачиваясь из стороны в сторону, словно пьяная.

Она понимала, что у нее остался единственный шанс на спасение – добежать до леса, который начинался сразу за поляной, и затаиться там в каком-нибудь укромном месте. Из раны на ее плече била кровь, но сейчас девушку куда больше заботило, хватит ли у нее сил двигать ногами. Она буквально заставляла себя бежать, и порванная футболка, словно крылья, трепетала у нее за спиной.

Но двигалась Рейчел слишком медленно. Собрав последние остатки сил, она ввалилась в лес, однако не остановилась, а, задыхаясь, бросилась дальше.

Не выдаст ли ее местонахождение оставленный ею кровавый след? Очень может быть, но Рейчел понимала, что в первую очередь он будет прислушиваться к треску сучьев под ее босыми ногами.

Она замерла на месте. «Стой тихо и не дыши!»

Задыхаясь, Рейчел привалилась спиной к стволу дерева.

Здесь, в лесу, среди деревьев, ей вдруг показалось, будто повторяется ночь со среды на четверг, когда она открыла глаза, услышала журчание бегущей воды и перепугалась, что с черного неба на нее спикирует неведомая тварь. Правда, теперь у нее не осталось сомнений насчет того, кем был «демон» и где он сейчас находится. Как и в том, что он будет гнаться за ней до тех пор, пока она замертво не упадет к его ногам.

Он не может умереть. Он – вечен.

Рейчел оглянулась на логово, но деревья закрывали ей обзор. Где он сейчас? Она боялась даже дышать. Плечо пульсировало болью, ноги подгибались и горели как в огне.

Все, что ему надо, – пойти по кровавому следу.

Впереди, за косыми струйками дождя, вдруг встала чья-то тень. Рейчел едва сдержала крик. Но тень, оказавшись призрачной, растаяла. Девушка развернулась и с трудом потащилась дальше в лес.

Под ногами у нее вновь затрещали сучья, и Рейчел выругала себя за то, что производит столько шума. Глаза щипало от капель дождя.

Остановившись, девушка присела на корточки за кустом. Так она не издавала ни звука. Но означало ли это, что он не сможет найти ее?

Рейчел ждала затаив дыхание. Прошло несколько минут – а может, даже больше…

Ничего не случилось. Ровным счетом ничего. Но ведь здоровяк видел, в какую сторону она побежала. Что же его задержало? Где он притаился, черт бы его побрал?

Чем дольше она сидела за кустом, тем сильнее нервничала – и тем больше убеждалась в том, что он играет с ней, как кошка с мышкой. Он наверняка где-то рядом и сейчас смотрит на нее; дает ей возможность вообразить, будто она в безопасности, что на самом деле – смертельно угрожающее заблуждение.

Наконец Рейчел выпрямилась. Она ждала, что вот сейчас он выдаст себя и перед ней возникнет неуклюжая громадная фигура с ружьем. Но вновь ничего не произошло. Она слышала только свист ветра да шум проливного дождя. Рейчел должна была замерзнуть до костей, но почему-то не чувствовала холода. Она устала и вымучилась настолько, что вообще уже ничего не ощущала.

Она поднялась и снова зашагала в глубь леса, подальше от логова, осторожно переставляя ноги, наклонившись вперед и слегка ссутулившись в надежде, что это поможет ей остаться незамеченной. Она больше не бежала – сейчас важнее было не шуметь, ступать как можно тише.

Рейчел петляла меж деревьев, с каждым шагом удаляясь от коттеджа, из которого ей вновь удалось сбежать. Слева между стволов виднелась высокая трава на поляне, окружающей логово, но чуть дальше она терялась из виду: чаща становилась непроходимой. Рейчел вошла в лес на северном краю поляны. Если она выдержит еще немного и пройдет чуть дальше, то сможет затеряться в лесу, и тогда отыскать ее будет практически невозможно. Во всяком случае, она очень на это рассчитывала.

Шаг. Еще один. И еще. Вокруг были только деревья. Она все дальше уходила в лес. Шли минуты. Деревья, одно за другим, оставались позади. А потом…

Рейчел споткнулась, невольно вскрикнула, падая в какую-то яму, и рухнула в грязь на дне лицом вниз.

На мгновение она замерла, но вокруг стояла мертвая тишина.

Однако это продолжалось недолго. До ее слуха донесся треск сучьев. Кровь застыла у нее в жилах. Она перевернулась на спину и взглянула в серое небо.

На краю ямы появился чей-то силуэт. Прямо в лицо ей смотрело дуло ружья, а сквозь прицел виднелся окровавленный глаз.

Значит, эта яма станет ее могилой. Не зеленая комната и даже не логово. Когда он нажмет на курок, все будет кончено.